Читать книгу "Ведьмочка в Академии Магов – 4"

Глава 2

Ноктария, королевский дворец. За сутки до этого

Она приложила ладонь к вспыхнувшим огнем щекам, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания – так сильно королеву задело спешно принесенное известие из Элеона о покушении на Ильдара Иллариана.

Будь это другое известие – даже если бы на Ноктарию напала целая армия Тьмы, – то Эвинира, пожалуй, не подала бы и виду. Осталась бы привычной спокойной и ледяной Железной Королевой, как ее называли в народе, готовой принять любой вызов судьбы.

Но сейчас, когда рядом находился один лишь ее первый советник, она больше не могла сдерживать охвативших ее чувств, и те вылились в сильнейший выплеск Темной магии.

Такой, что далеко за стенами дворца что-то ухнуло, зарычало, а затем, завывая, унеслось в сторону Черных Гор.

Подобного с ней давно уже не случалось – столь сильного гнева и столь яростного желания наказать виновных, что в Эвинире пробудился древнейший Темный дар, который, как поговаривали, их династии передали сами Боги.

Но она все же заставила себя успокоиться, хотя выплеск серьезно ее опустошил.

Зато Оливер Гансье еще долго не сводил взгляда с темнеющих вдали вершин.

– Моя королева, – очнувшись, он снова склонился перед ней. – То, чему я только что стал свидетелем… У меня нет слов, чтобы выразить свое…

– Ты прав, тут не нужно никаких слов, – перебила его Эвинира. – Да, было на что посмотреть, но дело в том, что подобное мне неподвластно, и вызвать его по своей воле я не могу. Со мной такое было лишь дважды – когда происходила ужасная несправедливость и терпеть ее оказалось выше моих сил. Во всех остальных случаях моя магия неплоха, но она ни в коем случае не сильнее твоей.

Сейчас это неважно, – вот что заявила ему королева, а потом задала тревожащий ее вопрос. Поинтересовалась у него о состоянии Ильдара Иллариана.

Советник ненадолго замолчал.

– Шансы у короля Элеона все же есть, – произнес он уклончиво.

– Говори со мной откровенно, – устало произнесла Эвинира. – Скажи все как есть на самом деле!

– Дела его плохи, – наконец признался советник. – Нам удалось узнать, куда именно угодила стрела, а также получить сведения о том, что к этому моменту успели предпринять их дворцовые лекари. Они все сделали правильно, но я боюсь…

И снова осекся.

– Не бойся, – усмехнулась Эвинира. – Даже если ты сообщишь мне плохую весть, обещаю, твоя голова останется на твоих плечах.

Он склонил голову, а затем произнес, что готов умереть в любую секунду от руки горячо любимой королевы и почтет такое лишь за честь.

– Продолжай, – попросила Эвинира, восприняв его слова как должное.

– Стрела повредила легкое и прошла совсем рядом с сердцем короля. Им удалось остановить кровотечение, и рану они тоже закрыли. Но подобные ранения опасны не только в первые часы. От них человек может погибнуть спустя день или даже неделю, когда кажется, что худшее уже позади. Так вот, совет наших лекарей считает, что все худшее у короля Ильдара Иллариана еще впереди.

Эвинира слушала не перебивая.

– Его погрузили в глубокий сон, – продолжал советник, – и вливают в него целительскую магию, надеясь дать телу время исцелиться. План разумный, и теперь все зависит уже не от их мастерства, а от самого короля Элеона. Но я бы…

– Что? – склонила она голову. – Договаривай, Оливер!

– Зная о характере ранения, а также о сомнительном мастерстве Светлых лекарей, опираясь на свой жизненный опыт и мнение нашего совета, я считаю, что шансы короля Элеона невелики.

Эвинира, кивнув, заявила, что она думает то же самое.

– Значит, пришло время действовать, – произнесла она. – Ты должен подготовить мой визит в Элеон. Вместе со мной отправятся наши лучшие лекари. Я хочу быть рядом с Ильдаром и сделать все возможное для его исцеления. Все, на что способна Темная магия.

– Но, Ваше величество… Я пока не вижу причины, которая могла бы объяснить ваше прибытие в Светлый мир, – негромко произнес советник.

– Значит, то, что единственный человек, которого я когда-либо любила и все еще продолжаю любить… он может умереть в любую минуту, – это недостаточная причина? – с усмешкой спросила Эвинира.

Советник опустил голову.

– Боюсь, что нет, моя королева!

Эвинира кивнула.

– Я прекрасно понимаю, что мои чувства не могут стать причиной государственного визита, – спокойно отозвалась она. – Поэтому мы поступим иначе. Ты немедленно отправишь в Элеон депешу. Сообщишь им, что нам все равно, что все мероприятия в Альтарисе отменены из-за траура. Мы оскорблены до глубины души тем, что две команды из Темного мира прибыли, но их держат в заложниках…

– Их не держат в заложниках, – отозвался советник. – Но я понимаю, что сейчас это не столь важно.

– Ты все правильно понимаешь, – кивнула Эвинира. – Устрой им дипломатический скандал, а потом пригрози, что мы пойдем на Элеон войной, если игры не начнутся немедленно. Вот и я тоже отправлюсь туда немедленно, чтобы быть с нашими командами.

– Рядом со Светлым королем, не так ли? – поинтересовался советник.

– Ты прав, – отозвалась Эвинира. – Поэтому проследи, чтобы меня поселили во дворце. Любые другие варианты отмети как неподходящие.

Советник поклонился.

– Будет исполнено, моя королева. Я уже могу идти, раз мне надо как можно скорее пригрозить Элеону войной?

Отпустив его, Эвинира вышла на балкон и долго смотрела на горы, над которыми снова собиралась гроза.

Не так давно она потеряла ребенка. Теперь судьба пыталась отнять у нее единственного мужчину, которого она любила все эти годы. Но допускать этого Эвинира не собиралась.

***

Упыри изнывали от желания помочь расследованию. Похоже, чувствовали, что могут принести настоящую пользу, как и во время последнего прорыва, поэтому рассказывали мне обо всем обстоятельно, с самым важным видом.

Заодно по очереди гладили мухарашу, которую после обеда я принесла на кладбище, и теперь «Госпожа Пушистость», как прозвала ее Гретта, щедро одаривала каждого, кто к ней прикасался, пусть и полуистлевшей рукой, волнами бесконечной любви и признательности.

– Мы, конечно, оставили кое-кого приглядывать за домом, – вещал тем временем Рурх, – но сами сторожить его не можем. Квартал слишком оживленный, повсюду много людей. Еще вызовут городских некромантов, которые примутся нас упокаивать, а проблемы нам ни к чему.

И остальные были с ним полностью согласны.

В этом они напомнили мне нашего ректора, который тоже всеми силами старался избежать любых неприятностей.

Я только что вернулась после очередного с ним разговора, во время которого ректор увиливал так, словно все его предки до седьмого колена были змеями, а сам он внезапно уродился человеком.

На мою гневную тираду он заявил, что вопрос с деканом факультета Воды мне стоит уладить самостоятельно. А если у меня не получится и тот не согласится отдать часть территории своего факультета под новый зверинец, то все мои проекты будут отринуты, и мы вернемся к старому варианту.

То есть они просто починят и приведут в порядок вольеры, потому что это не дело, когда целая стая хищных ящерок свободно разгуливает по академии, не забывая время от времени наведываться на кухню.

Еще и волколаки пропали неведомо куда, а до ректора доходят странные слухи, что по столице расхаживают похожие на них монстры и пугают честных граждан.

Он, конечно же, сразу заявил, что академия ни к чему не причастна, но ясное дело, это сбежавшая из нашего зверинца стая!..

– Странно, что они не ушли в леса, – пробормотала я, а затем снова принялась слушать, потому что ректор еще не все сказал.

Заявил мне, что шантажировать его тем, что я пожалуюсь королю, у меня больше не получится. Наш правитель при смерти, и всем это прекрасно известно. Так что у меня есть время решить вопрос с деканом ровно до завтрашнего утра, после чего все вернется на круги своя.

К старому зверинцу.

И ректор не собирался скрывать своей радости по этому поводу.

В общем, поговорили мы на редкость неудачно, после чего я прихватила с собой мухарашу, снова подросшую за последний день, и отправилась на кладбище.

Там-то упыри и сообщили мне адрес той молодой мамочки с записывающего кристалла. Заодно признались, что сами за ее домом они не следят, зато оживили тех, кто оказался под рукой, и оставили их наблюдать.

– За главного там скелет голубя, – признался мне Рурх. – У него в подчинении три скелета крысы. Они прибегают к нам с новостями каждые полчаса.

– Неплохая агентурная сеть, – пробормотала я. – А кто эта девушка?

Оказалось, ее зовут Адриана Липке. У нее разболелся ребенок, так что она весь день дома. Еще и поссорилась с мужем, потому что у них не хватило денег вызвать доктора.

Ее супруг ушел в ночную смену, поэтому лучшего времени для разговора не сыскать.

– Скелет голубя отлично справляется со своей работой, – похвалила я.

После этого отнесла мухарашу в комнату, тогда как сама решила отправиться в город во второй раз. По дороге я ломала голову над тем, что мне делать с деканом Водного факультета, причем мысли меня посещали самые что ни на есть кровожадные.

Например, можно было подослать к нему того самого скелета голубя и трех скелетов мышей. После чего церберов и яйцекусов. Ну и Колюча заодно.

Вдруг они помогут декану наконец-то отыскать у себя совесть?

Но сперва, конечно же, мне надо было поговорить с Адрианой. Я бы не отказалась взять с собой на эту вылазку еще и друзей, но Роуз и Лианна до сих пор не вернулись от родителей, а Северин был занят со своей командой, и мне не хотелось ему мешать.

Поэтому я позвала Гретту. Сказала, что мне не помешает ее компания, и подруга с радостью согласилась.

Но спокойно уйти из академии в тот день мне было не суждено.

Мы как раз приближались к воротам, и церберы прыгали вокруг нас, пытаясь поймать разноцветную бабочку, но та постоянно уворачивалась. Они же смешно клацали огромными челюстями, а из пасти Котика торчал цветок.

Кажется, цербер решил, что поймал того мотылька, но вместо него ухитрился откусить часть клумбы.

– Иди сюда, дуреха! – улыбаясь, позвала я его. – Дай-ка на тебя посмотреть! Кажется, у кого-то застрял цветок между зубами.

Именно в этот момент я увидела команду Шаддара. Они приближались к воротам по параллельной к нашей дорожке. Шагали нога в ногу, словно на военном параде, одетые в праздничную форму – я уже успела понять, что у них существовало два ее варианта: обычная и выходная.

Возглавлял всех, конечно же, Северин.

Взглянул на меня, но подходить не спешил. Так и остался на месте. Замерли и его парни, один другого здоровее, хотя капитана никто из них не перерос.

И почти сразу же я увидела причину подобного их маневра.

…В распахнутые ворота на огромных черных жеребцах въехал Дарий Велвуд, наш бывший декан и нынешний куратор команды Шаддара, и еще магистр Гор, бывший преподаватель по физической подготовке, а теперь уж и не знаю, в какой должности он сюда явился!

Но дело было даже не в этом.

Этих двоих заметила не только я, они тоже меня увидели. Но если магистр Гор посмотрел на то, как я вытаскивала из пасти Котика цветок, после чего стал глядеть на команду Шаддара, то взгляд Дария Валларха был прикован исключительно ко мне!

Вот и я тоже на него посмотрела. Подумала: как же странно, я всегда была уверена в том, что однажды Дарий вернется, а в последние дни знала это наверняка.

Ожидала этого момента, и вот он настал. Но в голове почему-то было пусто. И на сердце тоже. Наверное, поэтому настоящее сердце билось так сильно и так громко, что отдавалось в ушах.

А затем, словно прорвавшись через плотину, на меня нахлынули чувства, пытаясь захлестнуть с головой.

Но я им не позволила. Сперва задвинула их в сторону, а потом заперла под замок, приказав себе просто смотреть на Дария.

Следить за тем, что он делает и говорит. А потом уже делать выводы с присущим всем ведьмочкам самообладанием.

Отметила про себя, что Дарий теперь выглядел как самый настоящий Темный, больше не пытаясь выдавать себя за жителя Светлого мира.

От него шли вибрации Темной магии, да и вид был таким, словно он не понимал, где мог так сильно провиниться перед своими Богами и за что Они закинули его в этот мир.

Ему здесь все заранее не нравилось.

Потому что он был слишком суров для места, где зеленела трава, на клумбах распустились цветы, над ними порхали бабочки, а из пасти позабытого им в Альтарисе цербера все еще торчал откушенный бутон.

Церберы, кстати, тоже порядком растерялись, увидев своего прежнего хозяина. У Котика недоуменно отвисла челюсть, и я все-таки вытащила из его пасти цветок. Пушок озадаченно плюхнулся на зад, а Зайчик и вовсе спрятался за мою спину.

Выглядывал оттуда с опаской, словно не хотел, чтобы я отдавала их Дарию Валларху.

– Отправляйтесь на факультет, – сделав вид, что приезд бывшего декана и магистра Гора нисколько меня не заинтересовал – мало ли кто прибывает в академию, у нас здесь проходной двор! – приказала я церберам. – Приглядите, чтобы яйцекусы не попались на глаза Бриру. Ну же, вперед! Бегите скорее!

Они унеслись прочь огромными прыжками, а я проводила их взглядом – ну, чтобы не смотреть на Дария. Заодно увидела, как по дорожке от главного корпуса в нашу сторону уже спешит ректор. Но он был не один – его сопровождало несколько человек в темно-синих одеждах.

Таких я уже видела до этого, они представлялись нам распорядителями Игр. После покушения на короля они исчезли, словно их корова языком слизала, а теперь снова появились.

Заметила я и Маделин Хаес, одетую в воздушное белое платье, с множеством украшений на руках и в волосах, блестевших на солнце. Ее наряд был не чета моему серому дорожному платью, в котором я собиралась вести расследование и опрашивать нашу свидетельницу.

Но я почему-то знала, что Дария Маделин нисколько не заинтересует. Как раз наоборот, вызовет у него законный гнев.

К этому времени он уже успел спешиться. Все так же смотрел в мою сторону, хотя к нему подошел Северин. Кажется, капитан что-то сказал своему куратору, но тот ничего ему не ответил, и Северин тоже замолчал.

Так и есть, теперь оба мужчины глядели на меня, в то время как я, стараясь изо всех сил выглядеть спокойной и расслабленной, прошествовала мимо них, держа под руку растерянную Гретту.

– Знаешь, кто это?! Это же наш бывший декан Дарий Велвуд! – громким шепотом произнесла моя подруга, но так, что ее услышали все вокруг.

– Не может такого быть! – таким же громким шепотом картинно изумилась я.

Затем посмотрела на Дария, а на Северина я старалась не глядеть.

– Доброго дня, господин декан! – улыбнулась тому. – С возвращением в академию. Надеюсь, на этот раз вы не пропадете в Лабиринте с концами, как сделали в прошлый.

После чего отвернулась, еще крепче сжала локоть Гретты и потащила подругу прочь.

Последнее, что я увидела, – то, что Дарий шагнул ко мне, и с его губ сорвалось то ли мое имя, то ли ругательство.

Я не расслышала, что именно, но, по сути, это было одно и то же.

Магистр Гор усмехнулся, зато Северин стоял словно вкопанный. Смотрел на меня не отрываясь, и взгляд у него был таким, словно ему многое стало понятным.

Но сказать он ничего не мог, потому что мы с Греттой уже были возле ворот. Вышли наружу – нас пропустили без вопросов, – а позади нас я слышала угодливый голос ректора и звонкий говор Маделин Хаес, решившей сразу же пойти в атаку на мужчину, которого она мечтала сделать своим.

А потом я шла, шла и шла, радуясь тому, что за моей спиной стихли знакомые голоса, а вокруг полно незнакомых, потому что мы с Греттой довольно скоро свернули на оживленную улицу.

Ну и голос подруги тоже долетал до моих ушей. Она постоянно о чем-то говорила, а потом даже потрясла меня за руку, похоже, требуя к себе внимания.

– Александра, да что с тобой такое? – нахмурилась она. – Я с тобой разговариваю, разговариваю, а ты на меня не реагируешь!

– И о чем же ты со мной разговаривала? – вырвавшись из своих мыслей, поинтересовалась я.

– О возвращении Дария Велвуда, о чем же еще? И еще о том, какой это сюрприз для всей академии! Я и представить себе не могла, что наш бывший декан родом из Темного мира!

– Ты права, это сюрприз так сюрприз, – пробормотала я.

– А что, если он захочет остаться, что тогда будет? – округлила Гретта глаза. – Как думаешь, что скажет на это Брир? Или же наш ректор? А остальные преподаватели? И еще магистр Гор – вдруг он снова станет вести у нас физическую подготовку?

От ее болтовни у меня закружилась голова, потому что Гретта обычно была немногословна. Но мое состояние усугубляло и еще кое-что – не отпускающее меня тревожное чувство, словно за нами наблюдали внимательные глаза.

Причем довольно давно.

– Думаю, этот вопрос они смогут решить на поединке, – отозвалась я.

– Кто именно будет драться? – тотчас же деловито поинтересовалась Гретта. – Дарий Велвуд и наш ректор?

– Сомневаюсь, что ректор в своем уме согласится участвовать в поединках, – усмехнулась я. – Он слишком уж для этого скользкий. А вот Дарий и Брир – такое я могу представить. Пожалуй, я бы даже поставила на первого!

– Жаль, что этот поединок не состоится, – вздохнула Гретта. А затем добавила мечтательно: – Вот это было бы настоящее развлечение!

Но даже без исторического поединка я понимала, что «развлечений» с прибытием Дария у меня добавится. И еще то, что нам следовало поговорить с ним наедине, но я пока еще не знала, когда выдастся такой шанс.

Наверное, уже после того, как все отойдут от шока, а Дарий внятно объяснит нашему ректору, почему он пошел на такой обман, когда устроился работать в столичную Академию Магов.

Кстати, почему? Неужели он шпионил на Шаддар?

Или же была другая причина?

Я понятия не имела, что происходило в его голове!

Зато я была в состоянии прекратить словесный поток, вырывающийся изо рта Гретты, сказав подруге, что мы обсудим возвращение Дария в академию чуть позже. Помимо него у нас есть о чем поговорить.

Например о том, что повсюду на улицах снимали траурные черные ленты со знамен Элеона, а рядом вешали флаги Шаддара и Ноктарии. Это означало, что Все-Магические состязания не за горами, хотя причины для подобной спешки я не понимала. Новых известий о здоровье короля не приходило, как и о том, что следователи поймали злоумышленников.

Я даже специально остановилась возле газетного ларька, после чего пробежала глазами первые полосы популярных изданий.

Ни о чем подобном не шло и речи.

С другой стороны, если злоумышленник ловит сам себя, как в случае с Локхартом, то вряд ли ему будет сопутствовать в этом деле удача. У нас же имелась неплохая ниточка, которая могла привести к убийце, и я собиралась осторожно за нее потянуть.

Еще через пять минут мы свернули в проулок, а затем остановились возле приземистого двухэтажного домика, первый этаж которого, по словам Высшей нежити, занимало семейство Липке.

Второй этаж, судя по всему, пустовал, потому что окна были закрыты ставнями.

– Что будем делать? – негромко поинтересовалась Гретта. – Вернее, что мы скажем хозяйке? Не можем же мы взять и заявиться без причины?

Вместо ответа я протянула руку, и на нее с крыши спикировал несущий дозор скелет голубя.

– Хорошая птичка, – похвалила я его, погладив по костлявой спине.

Голубь издал утробный звук, наверное, означавший воркование, и Гретта покосилась на него с подозрением.

У меня же для голубя было новое задание.

– Сейчас мы войдем в дом, но, если рядом появится кто-то подозрительный, ты знаешь, что делать, – сказала ему.

Он нахохлился, затем снова издал жуткий вопль, из-за чего закрылось несколько окон в соседних домах, а возле наших ног прошмыгнула еще пара полуистлевших крыс.

– Именно так, – согласилась я. – Вы все будьте начеку!

Потому что, пусть я и была погружена в мысли, а Гретта болтала без умолку и в какой-то момент я решила, что мыслей как таковых у нее нет, меня не оставляло ощущение, что за нами кто-то шел. И делал это таким образом, чтобы не попадаться нам с подругой на глаза.

Конечно же, ни на мне, ни на Гретте не было магических маячков, я проверила это еще у самых ворот.

Выходило, за нами велась самая обычная слежка.

Но кто? Да и зачем?!

Дарий преследовать меня не мог – его моментально заняли собой ректор и Маделин Хаес, и от их компании было так просто не отвязаться. Северин не оставил бы своего куратора; к тому же участников состязаний из Темного мира все еще не выпускали из академии.

Но если нас вели от самых ворот (в чем я почти не сомневалась), то это означало… Это означало…

Сложно сказать, что именно, потому что я давно уже запуталась в своих врагах!

На всякий случай я все же повесила два сигнальных «маячка» на входе в дом, за светлыми шторами на окнах которого промелькнул женский силуэт. Наблюдатели не подвели – Адриана Липке была дома. Как и ее ребенок, потому что до наших с Греттой ушей донесся детский плач.

– Я буду говорить, а ты мне подыгрывай, – сказала я подруге, так как успела кое-что придумать.

Но сперва дала хозяйке дома время успокоить малыша, а затем уже постучала в дверь. Заодно и обвела глазами подворотню. Меня не оставляло ощущение, что в проходе между домами, через который можно было попасть на большую улицу, только что произошло некое движение.

Которого быть не должно, потому что во дворе так никто и не появился.

Мысленно пожав плечами, я подумала, что нас в любом случае предупредят, если кто-то решит перейти от наблюдения к активному нападению. Поэтому постучала еще раз.

– Да иду я, иду! – раздался недовольный женский голос, а затем дверь открылась.

На пороге стояла миловидная девица, я бы дала ей лет двадцать, не больше. Но заболевший ребенок никогда не красил мать, так что выглядела Адриана усталой, с темными кругами под глазами.

Хотя волосы были аккуратно причесаны, а сама она одета в опрятное домашнее платье.

– Что вам нужно? – нахмурившись, спросила Адриана. – Мы ничего не покупаем!

Потому что у них нет денег, вспомнила я слова Рурха. И еще то, что ее муж отправился на вечернюю смену, а она осталась ухаживать за ребенком, которого, по-хорошему, должен был осмотреть доктор.

– А мы ничего и не продаем, – улыбнулась я. – Третий курс, целительский факультет, – соврала ей. – У нас сейчас практическая работа – мы обходим дома и спрашиваем: может, кому-то нужна помощь лекарок. И все это совершенно безвозмездно. То есть даром.

Гретта вытаращила на меня глаза, но у нее хватило ума кивнуть, пробормотав, что так оно есть и мы – лекарки с третьего курса.

Хотя, если честно, из некроманток целители всегда выходили так себе. С большой натяжкой.

– Нам это нужно для курсовой работы, – добавила я. – Скажу честно, со двора было слышно, что у вас плакал ребенок. Видите ли, я как раз специализируюсь по детским болезням…

Врала, конечно, но знания у меня имелись.

Первый, второй и третий годы обучения в Гржине. Продвинутое целительское дело, а затем практика – нас отправляли в такую глушь, где целителей никто и в глаза не видел, а лечились в основном коровьим пометом и подорожником.

Так что практика у меня была, и что делать, я прекрасно знала.

Вскоре я получила на руки заплаканную, краснощекую девочку – у нее резались зубки, что вызвало общее ослабление организма, из-за чего малышка еще и подхватила простуду.

– Ничего страшного, – уже скоро сказала я мамочке, возвращая ей заснувшую дочь. – Боль я сняла, целительскую магию влила, так что ваша девочка спокойно проспит пару-тройку часов, после чего проснется совершенно здоровой. Но на всякий случай я оставлю записку для аптекаря.

– Ей нужны лекарства? – расстроилась Адриана.

– Это не ей, – качнула я головой, – а вам. На вашем месте я бы попила успокаивающую настойку из мелиссы и корня валерианы. Думаю, вам пойдет только на пользу, если вы перестанете так много переживать и отдохнете.

После этого мы с Греттой отказались от какой-либо оплаты, а вот от чая с пирогом отказываться не стали. Именно тогда, сделав несколько глотков и похвалив стряпню хозяйки, я решила, что настало время откровений.

Слово за слово, призналась в том, что вчера на моих глазах произошло покушение на короля. Мы как раз встречали нашего правителя возле академии, а я была так близко к Ильдару Иллариану, что на меня попала его кровь.

– Это ужасно, – добавила я, видя, как Адриана буквально ерзает на месте – так сильно ей хотелось вставить в эту историю свои пять крон. – А самое главное, королевские маги побежали обыскивать здание архива. Они почему-то решили, что стреляли оттуда, но я как раз стояла рядом с королем и видела…

– Да-да, мы все это видели! – подхватила Гретта.

– Мы заметили, что стрела прилетела со стороны холма, – резюмировала я. – А вовсе не из окна архива!

– Мы с малышкой как раз были на том холме, – понизив голос, произнесла Адриана. – Решили устроить пикник, потому что у мужа оказался выходной. А затем я его увидела…

– Кого? – таким же шепотом спросила я.

– Того, кто стрелял. Все это произошло буквально за пару секунд, но я его узнала. Это наш сосед со второго этажа.

Гретта, стоило ей это услышать, побледнела, а вокруг нее всколыхнулись магические потоки – подруга стягивала к себе защиту.

Наверное, не пройди я школу самообладания в Гржине, я бы тоже побледнела, а может, и позеленела – кто меня знает? А потом усилила бы свою магию.

Но сейчас я не подала и виду.

– Ах вот как! – произнесла с легким интересом в голосе. – Значит, вы оба с мужем его узнали?

– Нет, мой муж не узнал, – покачала головой Адриана. – Его вечно нет дома, а сосед… Он несколько раз со мной флиртовал. Всячески показывал, что не прочь развлечься, пока мой муж на работе. То, что у меня есть ребенок, его не смущало. Я много раз ему говорила, чтобы он оставил меня в покое и искал себе развлечения в другом месте. Поэтому и запомнила его лицо.

– Это хорошо, – кивнула я. – А ваш сосед – он сейчас наверху?

Адриана снова покачала головой.

– С тех пор, когда все это произошло, я больше его не видела. Мы вернулись домой, а его окна уже стояли закрытыми, и после этого никто на втором этаже не появлялся. Я бы услышала шаги.

– Значит, он сделал свое грязное дело и сбежал! – пробормотала я. Затем спросила уже громче: – Вы кому-то об этом говорили?

Адриана вздохнула.

– Муж запретил. Сказал, что мне все это показалось, никакого соседа там не было, поэтому не стоит никому морочить голову. Особенно магам короля, потому что нам не нужны проблемы. Но дело в том, что… До рождения дочки я работала в театре помощницей гримера, и у меня отличная память на лица.

Ну что же, это было убедительно.

– Не сомневаюсь, лица вы запоминаете хорошо, – согласилась я. – А как насчет имен?

– На это я тоже не жалуюсь. Сосед сказал, что его зовут Витас Ротсби и сам он откуда-то с запада. Служил много лет в королевском полку стрелком, но был ранен в одном из боев во время Северной Войны. Даже говорил, в каком именно, но я запамятовала. Сейчас он в запасе. Заявил, что прибыл в столицу по делам. Но теперь-то мне понятно, по каким именно!

Сказав это, Адриана уставилась в пространство перед собой.

Вот и я тоже хотела уставиться в пространство, но не смогла, потому что по моим ногам пробежал скелет крысы, а за окном громогласно каркнуло…

В смысле мой страж-голубь подал свой незабываемый голос, на что Адриана дернулась и сложила пальцы в знак, отгоняющий зло.

В чем-то она была права, но отгонять следовало вовсе не скелет голубя, усевшегося на подоконник и не спускавшего с нас своего единственного глаза (второго у него не имелось), а тех, о приближении которых нас с Греттой только что предупредила воскресшая из могил стража.

– Что это за монстр? – ахнула хозяйка, уставившись на голубя за окном.

А потом она заметила еще и крысу. Та до сих пор вилась у моих ног, так и норовя взобраться по подолу ко мне на руки, хотя я давно уже поняла, что мне хотели передать.

Кстати, крыса как крыса. Ну да, умерла пару лет назад. И зачем так визжать?

Но Адриана все же завизжала, а затем побледнела и зашаталась, явно собираясь упасть в обморок. Вдобавок сработали оба моих сигнальных заклинания, которые я установила на крыльце. Они реагировали как на движение, так и на магические колебания в радиусе десяти метров от входа. Воздух вокруг меня завибрировал, предупреждая, что кто-то приближался к дому, и бедной хозяйке стало совсем уж дурно.

Я же, глядя на ее бледное лицо, прикидывала, как нам с Греттой поступить, если в дом ворвутся с минуты на минуту. Возможно, счет уже идет на секунды.

Например, я всегда могла притвориться мертвой. И Гретту бы за собой увлекла, как провернула в нашу прошлую вылазку в Лабиринте.

Убитых не бьют – так говорится в известной поговорке. А потом можно внезапно воскреснуть и насладиться произведенным фурором.

Но, боюсь, бедная Адриана Липке вряд ли переживет еще два «трупа» в своем доме, ей голубя и крысы за глаза хватает.

Еще можно сбежать через портал – потому что хозяйке вряд ли что-то угрожало, кроме расшатанных нервов, для лечения которых я выписала успокоительную настойку.

Это был хороший вариант.

Правда, недолгий, потому что уже в следующую секунду кто-то накинул на дом заклинание, серьезно осложнившее нам жизнь. Чья-то злая, но умелая рука разжижала магические потоки, не позволяя складывать из них Высшие заклинания.

Это была Водная магия, я быстро уловила ее характерные колебания. Но если так…

– Ах вот значит как! – пробормотала я, затем повернулась к Гретте, не спускавшей с меня глаз. Подруга ждала приказаний, давно уступив мне лидерство. – Похоже, я догадываюсь, кто за нами шел!

После чего велела Адриане немедленно закрыться в детской, пообещав, что мы со всем разберемся. Да, и с крысами, и с одноглазыми голубями, и еще с тем, почему так странно вибрирует воздух в гостиной.

– Ну сейчас я им устрою! – добавила я.

У меня почти не оставалось сомнений в том, что все это затеял декан факультета Воды.

Именно он шел за нами с Греттой следом от академии, возможно, в компании своих учеников, а теперь сделал все, чтобы заглушить Высшую магию и не дать нам сопротивляться, когда они войдут в дом.

Зачем ему это понадобилось?

Все просто – он собирался меня проучить. Показать, кто здесь главный и что ему нельзя перечить, потому что это чревато для меня серьезным наказанием. Каким именно, уже скоро мне предстояло узнать.

Но я тоже не собиралась сдаваться – раз уж он пошел на такую глупость, то пусть пожинает ее плоды.

К тому же мы с Греттой были вовсе не так уж беззащитны.

Пусть многие заклинания стали недоступными, но простейшие все еще можно было сложить. Заодно в нашем распоряжении имелись три крысы и голубь, упокоить которых Водные маги не смогут – подобное было за рамками их дара.

– Разберитесь с ними, – приказала я своему мертвому воинству, после чего усилила защиту, готовясь к тому, что вот-вот ударят в дверь.