Текст книги "Право первой ночи для Лорда Тьмы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pravo-pervoy-nochi-dlya-lorda-tmy-221876.jpg)
Автор книги: Ольга Коротаева
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 8
Дверь за мной захлопывается с таким звуком, будто это крышка гроба, и я невольно вздрагиваю. Быстро осматриваю помещение и выдыхаю с невольным облегчением. В спальне лорда никого нет. Я бросаю короткий взгляд на огромную, покрытую шкурами кровать и инстинктивно отхожу подальше, будто это спасёт меня от предстоящего унижения.
Оглядываю голые стены с остатками дорогой ткани, которая некогда украшала их. Поднимаю руку и провожу кончиками пальцев по выпуклому узору некогда ярко-бордового, а теперь грязно-коричневого цвета.
В памяти всплывают сцены из далёкого детства. Отец привозил нас в Ройепин на какой-то праздник. Замок тогда показался мне огромным, гости смеялись, когда я спросила, где король. Мне было около восьми лет, Валедия была ещё слишком мала, чтобы поехать с нами, поэтому мама тоже осталась дома. Тогда она была ещё жива… Как и мой любимый брат. Лютан выглядел таким взрослым в свои пятнадцать! Мне казалось, он самый красивый молодой человек на балу.
Из горла вырывается тихий всхлип, и я смахиваю со щеки прозрачную каплю.
– Вам так противно находиться здесь?
Замираю от звучания глубокого сильного голоса и, выныривая из воспоминаний, вжимаю голову в плечи. Лорд здесь, а я даже не заметила, когда он вошёл! Оборачиваться не спешу, собираюсь с силами. Но отмалчиваться не следует, это может разозлить мужчину.
– Я… вспомнила о брате…
Тишину разрезает короткий звон железа и длительное шуршание. Я паникую, думая, что лорд раздевается и, не в силах мучиться в страхе, резко разворачиваюсь. Встретившись с Виргом взглядом, зачем-то сообщаю:
– Он погиб.
Будто ему это интересно. Словно моя скорбь может остановить лорда от того, ради чего стражи притащили девушек в Ройепин.
Мужчина действительно раздевается, и от вида обнажённой груди, на которой перекатываются тугие мускулы, во рту мгновенно становится сухо. Рубашка падает на пол и замирает белой лужицей, а Вирг идёт ко мне. Делаю шаг назад и, краем глаза замечая у противоположной стены огромный меч, вжимаюсь спиной в стену. От охватившей меня паники леденею, но тут же спохватываюсь. Я не дрожать сюда пришла. Мне нужно защитить своих подданных!
– Лорд Вирг, – язык не слушается, слова мои едва слышны, – вы обещали обсудить со мной условия содержания девушек…
Он проходит совсем рядом, задевая лишь жаром, которым пышет его блестящее от пота тело, и я едва не стекаю по стенке от облегчения. Лорд подходит к небольшому столику, на котором стоит металлический таз, и склоняется над ним. Слышу плеск воды и добавляю увереннее:
– Любому человеку необходима вода и еда. Даже вы не можете быть так жестоки, чтобы заставлять девушек мучиться от голода и жажды… Многим из них пришлось долго добираться до храма, и вряд ли кто-то из невест из-за волнения сумел проглотить хоть кусок хлеба перед церемонией. Я требую, чтобы…
– Полотенце! – не оборачиваясь, перебивает он и протягивает руку. – Дайте мне его.
Спина мужчины согнута так, что напряжённые мышцы выступают ещё сильнее, и от мощи, которой наполнено всё тело лорда, сердце пропускает пару ударов. Я слышу, как на пол с глухим стуком падают тяжёлые капли и, попятившись, нервно осматриваюсь. Заметив на столе сложенную в несколько раз светлую ткань, подхватываю её и, разворачивая, передаю Виргу. Тот, накрыв мои ладони своими, опускает голову и прижимается к ним лицом.
Замираю, едва дыша и не зная, как реагировать на подобное поведение. Лорд поднимается и, выхватив у меня полотенце, уже обтирает свою грудь. Глаза его сверкают, будто обсидианы – холодные и мрачные, – а правильные твёрдые губы подрагивают в усмешке.
– Даже я не могу быть так жесток?
Я быстро отступаю на несколько шагов от полуобнажённого мужчины и, ощущая, как наполняются жаром мои щёки, бормочу:
– Это всё, что вы услышали?
– Услышал достаточно, – отбрасывая мокрую ткань к рубашке, сухо отвечает он и рявкает так неожиданно, что я вздрагиваю: – Тейг! Почему мой стол всё ещё пуст?!
Дверь распахивается, и в спальню лорда, удерживая тяжёлый поднос, входит один из стражей. Взгляд его зелёных глаз замирает на мне, на лице мелькает улыбка:
– Боялся помешать, мой лорд.
– Туда, – кивает Вирг на стол. – И выметайся.
– Слушаюсь, мой лорд, – лебезит мужчина, но в тоне его мне чудится весёлая ирония. Я оборачиваюсь на норзийца, ожидая гнева на показное непочтение, но Вирг будто не замечает кривляний своего подчинённого. – Как прикажете, мой повелитель. – Удаляясь, страж вдруг подмигивает мне. – Зовите, если ещё что-то понадобится.
Дверь захлопывается, и я растерянно моргаю, не в силах понять, как лорд может терпеть явную насмешку того, кто ниже его по положению. Даже мой отец разозлился бы!
– Поешь, – приказывает лорд.
Подпрыгиваю на месте, не ожидая приглашения. До обоняния доносятся приятные ароматы свежего хлеба и варёного мяса. Незаметно (надеюсь) сглатывая слюну, мотаю головой:
– Я говорила не о себе, а обо всех девушках. Если мы вынуждены… – Краснея, снова отвожу взгляд и выдавливаю: —…жить здесь некоторое время, то будьте добры предоставить нам человеческие условия. Еда три раза в день, питьё по надобности. Ещё нужна вода для умывания… И свежий воздух! Мы не можем всё время сидеть взаперти. Я требую разрешить девушкам прогулки…
Слушая меня, лорд отламывает кусочек хлеба и, обмакнув его в ароматный соус, приближается. Когда он подносит еду к моим губам, я давлюсь остатком фразы и вскидываю на него удивлённый взгляд.
– Ешь, – настаивает Вирг, но я лишь поджимаю губы.
Тогда лорд отправляет хлеб себе в рот, и алая, как кровь, капля соуса попадает на его нижнюю губу. Я нахожусь так близко, что могу оценить совершенные черты лица норзийца, но не заблуждаюсь. Красота этого мужчины так же опасна, как и изящество хищного зверя. И всё же ловлю себя на желании стереть сочную капельку…
– И где же вы собрались… – жуя, уточняет лорд, – гулять?
– Просто гулять, – отворачиваясь, раздражённо передёргиваю плечами. – Дышать свежим воздухом, который не наполнен пылью и запахом мужского пота!
Лорд хмыкает, а я вдруг ощущаю его горячую ладонь на своей щеке. Вирг поворачивает моё лицо к себе и, поглаживая кожу большим пальцем, приподнимает бровь:
– Вы же знаете, что значит договор, вельера? Он должен быть взаимным.
Начинаю дрожать, совершенно чётко осознавая, на что намекает противный лорд. Наверняка Вирг точно так же шантажировал моих подопечных, меняя еду и питьё на их смирение. И несмотря на то что уже получил, всё ещё не насытился?
Норзиец, видимо, по-своему поняв моё молчание, подаётся ко мне, губы его приоткрываются, а я, как заворожённая, смотрю на проклятую капельку соуса. Но, прежде чем лорд целует меня, вспыхиваю гневом и с силой отталкиваю мужчину… Пытаюсь оттолкнуть, но с тем же успехом можно сдвинуть с места стену замка. Отчаявшись высвободиться, отворачиваю лицо.
– По-видимому, разговоры ни к чему не приведут, – ровным тоном подытоживает норзиец, и я часто-часто моргаю, сдерживая нахлынувшие от паники и омерзения слёзы. Он сильнее сжимает мой подбородок и снова поворачивает к себе, вглядываясь в лицо. – Вы пришли сюда добровольно, вельера, разве не так?
Не сдерживаю горького смешка:
– Добровольно?! Ваши стражи притащили нас, угрожая жрице расправой.
– Сюда, – поясняет лорд, и тон его леденеет. – В мою спальню. Орид доложил, что вы потребовали привести вас ко мне.
– Вы это приказали целителю! – вспыхиваю я стыдом лишь от одного его предположения. – Я лишь не хотела оттягивать тот кошмар, что меня ждёт!
– Кошмар? – Лицо лорда темнеет от гнева, и я прикусываю нижнюю губу. Лорд придвигается ко мне вплотную, так что становится трудно дышать. Почти рычит: – Чем же я вас настолько не устраиваю, вельера?
Ощущая идущий от него остро-пряный аромат мускуса и свежего бриза, я мотаю головой:
– Чем? Вы же…
Враг. Завоеватель. Убийца и насильник! Но этого я произнести вслух не могу, потому что и сама пострадаю, и девушкам достанется.
– …страшный!
Мужчина моргает, на лице его мелькает растерянное недоумение, и я не сдерживаю мимолётного удовольствия. Конечно, монстр осведомлён о своей внешней привлекательности. Возможно, эти самые норзийки, о которых говорил тот светловолосый сластолюбец, действительно не давали ему прохода, но я же не о внешности. На самом деле я о его внутреннем уродстве, но это тоже лучше оставить при себе.
– Э-э… – тяну я и осторожно отодвигаю от себя мощное тело. На этот раз мне это удаётся. Оглядывая лорда, я цепляюсь взглядом за его лицо. – Посмотрите на себя. Волосы в беспорядке, щетина такая, что уколоться можно…
Прищурившись, лорд улыбается, и от вида его белых зубов мне становится не по себе. Точно не к добру!
– Так побрейте меня, – ошарашивает Вирг.
Глава 9
Просыпаюсь резко, подрываясь с матраса, и тревожно вглядываюсь в темноту комнаты. Тишину нарушает лишь мерное сопение спящих девушек, со двора доносится пение пичуги. Я зябко ёжусь от сырости. Сейчас раннее утро – зеленоватая кромка на краю мрачного неба становится всё ярче.
Кажется, что кроме нас здесь никого нет, но я могу поклясться, что во сне ощущала на себе тяжёлый взгляд лорда Вирга. Вздохнув, ложусь на спину и смотрю в потолок. Похоже, норзиец мне приснился, что неудивительно после того, что произошло… Только кошмаров с ним мне не хватает, его и наяву слишком много!
Поднимаю руки и смотрю на свои дрожащие пальцы. Казалось, они всё ещё помнят прикосновение к грубой мужской коже. Внутренний голос твердит, что не такая она и грубая. Лишь немного обветренная и излишне загорелая. Но я упрямо поджимаю губы и трясу кистями, будто пытаюсь смахнуть навязчивые ощущения. А лучше выбросить из памяти образ мужчины, который не отрывал от меня взгляда, пока я выполняла приказ. Очень долго. Очень страшно…
– Орелия, – слышу сонный голос Лизии. – Ты от кого отмахиваешься? Или тебе жарко?
– Руки разминаю, – виновато улыбаюсь подруге. – Немеют после вчерашнего. Прости, что разбудила.
– Ниче-э-го, – зевает она и внимательно смотрит на мои пальцы. – А что было вчера? – Лицо её заливается краской, и девушка быстро добавляет: – Извини, что спрашиваю, но тебя так долго не было… Мы волновались. Других лорд отпускал намного быстрее. А когда тебя принесли спящую, то мы вообще не знали, что и думать. Он тебя…
Она замолкает, боясь меня ранить, но расширенные блестящие глаза Лизии выдают волнение и сочувствие девушки. Понимая, на что она намекает, я мотаю головой:
– Нет! Вовсе нет. – Передёргиваю плечами и отвожу взгляд. – Я… брила его.
– Что? – искренне удивляется она. – Брила?!
Усмехаюсь, понимая, как это смотрится со стороны. Я была в спальне лорда до самой ночи, устала так, что сама не заметила, как заснула. От одной мысли, где я это сделала, становится не по себе. Но я уверена, что Вирг не воспользовался моим состоянием. Знаю потому, что норзийцу наверняка было бы неинтересно мучить бесчувственную жертву.
– Оказалось, это не так просто, – признаюсь я. – Мужские волосы толще, магии для их дематериализации требуется чуточку больше. А ещё их так много! Ох, бедный отец… Не представляла, как он мучился. От такой долгой концентрации у меня темнело в глазах.
– Эх, вот бы увидеть, как ты это делала! – Лизия смотрит на меня с восхищением и ноткой зависти.
– Вот бы забыть это, – тихо шепчу я, содрогаясь от одного воспоминания. – Ты знаешь, я не стала бы этого делать, не сиди вы тут голодные.
– Мы не сидели, – кутаясь в покрывало, хлопает ресницами девушка. – Нам принесли еду… Кстати, это была женщина! Она будет нам прислуживать, и я безумно рада этому. От вида стражей у меня подкашиваются ноги. Особенно когда появляется тот, со шрамом. Я его боюсь больше, чем лорда…
Слушаю её и внимательно осматриваю нашу комнату. Тут что-то изменилось, и я пытаюсь понять, что именно. Кровать, восстановленная мною, остаётся единственной достойной мебелью, но я насчитываю десяток подушек и замечаю несколько одеял. Ещё в углу блестит металлический таз, около которого белеет стопка сложенных полотенец.
Уголки моих губ дёргаются, приподнимаясь.
– Вирг исполнил почти всё, о чём я просила. Всё же мои усилия не пропали даром! – Слышу урчание и прижимаю ладонь к плоскому животу. – Жаль, мне ничего не досталось.
– Скоро принесут завтрак, – глянув на светлое небо, сообщает Лизия. – Золетта, наша служанка, обещала вернуться с рассветом. Она милая, хоть и норзийка. За обедом девушки ещё сторонились её, но за ужином напряжения уже не было…
– Стой, – хмурюсь я и, вспоминая, что в обеденное время лежала без чувств у целителя, удивлённо восклицаю: – Вас кормили обедом?!
Рядом шевелится Деглия. Потягиваясь, широко зевает.
– Что вам не спится? – смотрит на нас неодобрительно. – Я мечтала хорошо отдохнуть перед тем, как нас снова погонят к лорду.
Мысли о еде и целителе мгновенно вылетают у меня из головы, спина холодеет.
– Что? – Голос срывается от ужаса. – Снова? Да этот норзиец просто ненасытное чудовище!
Прижав ладонь ко рту, сочувственно смотрю на девушек, не зная, что им сказать и как утешить. Лизия растерянно моргает, но через миг я слышу её хихиканье.
– Думала, он делал это с нами? – щурится она и мотает головой: – Нет, Орелия. Лорд только задавал вопросы. Кого-то отпускал быстро, с некоторыми беседовал дольше.
– Лизии долго не было, – ворчит Кортелия. – Но тебя не было ещё дольше. Мы не знали, что и думать. Кирина рыдала до ночи, пока тебя не принесли.
Волна облегчения накрывает меня мягким одеялом, в груди становится тепло и радостно, что девушек не мучили. Но потом приходит тревога, я хватаю Лизию за руку:
– О чём тебя расспрашивал норзиец?
– Обо всём, – пожимает она плечами. Осторожно высвобождается из моей хватки и виновато улыбается. – Не могу сказать, что ему было нужно. Лорд спрашивал, как мы живём… Как протекает обычная жизнь в велье. Когда узнал, что я некоторое время жила в храме, то долго допытывался о нашей вере.
– Как странно, – шепчу я, не зная, что и думать. – Зачем ему это?
В окно проникает первый солнечный луч, и в комнате пробуждаются звуки, наполняя пространство жизнью. Девушки просыпаются одна за другой, и меня радуют их сонные голоса. Кирина, стоило ей подняться с постели, бросается ко мне и обнимает так крепко, что я не сдерживаю улыбки. Положив ладонь на растрёпанную голову младшей из нас, утешающе говорю:
– Что-то надо сделать с твоими волосами. Хочешь красивую причёску?
Она обращает ко мне заплаканное лицо, но глаза Кирины сияют радостью, когда девушка кивает. Через несколько минут я понимаю, что концентрация сегодня даётся мне легче, а магия ещё немного подросла.
– Красиво! – восхищается Лизия и занимает стул, освободившийся после того, как довольная Кирина принимается кружиться по комнате. – Я тоже хочу такую причёску!
– Орелия не служанка, – сухо напоминает ей Кортелия, пытаясь распутать пальцами свои длинные волосы. – Как тебе не стыдно?!
Лизия краснеет и неохотно поднимается, но я со смехом удерживаю девушку:
– Мне несложно! – Кривлюсь, вспоминая вчерашний вечер. – Это намного приятнее, чем…
Дверь распахивается и все вздрагивают. Атмосфера лёгкости мгновенно испаряется, оставляя после себя давящее чувство опасности. Напоминая, что мы в плену. Но глядя на высокого широкоплечего стража с подносом в руках, я понимаю, что это не мужчина.
– Доброе утро, – хмуро бросает мускулистая брюнетка и проходит к столу. Ставит поднос. – Ваш завтрак.
Сама отходит к двери и, прислонившись к стене, скрещивает руки на груди. Смотрит на меня:
– Ты, с меткой. Ешь быстрее. Лорд ожидает тебя.
Глава 10
Стою у двери в кабинет лорда и заставляю себя сделать последний шаг. Минуло несколько дней, но я так и не могу смириться с необходимостью приходить сюда снова и снова. Не хочу туда входить! Боюсь снова встретиться взглядом с жестоким лордом. Не желаю отвечать на его бесконечные и, по-моему, бессмысленные вопросы. Зажмуриваюсь и сжимаю кулаки. Мечтаю исчезнуть отсюда прямо сейчас…
Золетта молчит, но я спиной ощущаю её тревожное нетерпение. Мысленно благодарю женщину за подаренное промедление, хотя знаю, что именно ей достанется за это от Вирга, и беру себя в руки. Нельзя допустить, чтобы её снова наказали.
Сначала норзийка совсем мне не понравилась, и я не могла взять в толк, почему девушки сразу прониклись к ней симпатией. Ни капли почтения, ни толики сочувствия… Жёсткость в обращении, мужиковатость в поведении. Но постепенно мне начали нравиться суровые черты и простые манеры Золетты. Она обходилась с нами так, как привыкла, потому что не знала другой жизни. Но больше всего подкупило то, что женщина заботилась о нас с совершенно искренним удовольствием. Словно не поднимала меч на гельерийцев…
Стараюсь не думать о том, скольких отцов, мужей и братьев моих соотечественниц она убила. Мы не касаемся темы ушедшей войны, это нарушит тёплые отношения между нами. Одно то, что Золетта одним взглядом могла остановить любого из стражей, не упускающих случая отвесить на наш счёт грязную шутку, вызывало уважение. Женщина-воин не боялась никого, даже уродливого Орида, который вызывал дрожь одним своим видом, но рядом с лордом Виргом замирала без движения, пытаясь слиться с обстановкой.
Темноглазого норзийца отчаянно боялись и стражи, и девушки-гельерийки… и я. Поэтому сейчас топчусь у двери и собираюсь с духом, словно вот-вот спрыгну со скалы. В очередной раз.
– Пора, – теряет терпение Золетта. – Лорд снова прогневается, если ты будешь тянуть дольше.
Киваю, прогоняя дурноту, упираюсь дрожащей ладонью в прохладу древесины.
– Я приду за тобой перед обедом, – тихо напоминает женщина. – Без меня ни шагу. Это приказ.
– Знаю, – вздыхаю, входя в комнату. Закрывая за собой дверь, думаю о том, что было бы здорово оправдать недоверие лорда и сбежать. Если бы это было возможно. – Доброе утро…
– Мой лорд, – не поднимая головы, холодно произносит он.
Вирг сидит за столом и быстро водит по листу пушистым пером. Слева от свитка, на котором пишет мужчина, покоятся ещё десятки таких же пергаментов, справа в утреннем свете блестит тяжёлая печать из синего камня.
– Доброе утро, мой лорд, – прокашлявшись, смиренно поправляюсь я.
Покорность – лишь маска, и от лорда не укрывается моё раздражение, которое сквозит в голосе. Об этом свидетельствует лёгкая усмешка, которая касается лица мужчины. Лишь на мгновение, но я научилась ловить оттенки настроения своего мучителя. В который раз вспоминаю фразу, сказанную им в первый день: «Пока не наиграюсь». Поджимаю губы и сухо интересуюсь:
– Что вам нужно от меня сегодня?
– Всё то же, – не отрываясь от занятия, отвечает он, и я едва сдерживаю стон.
Опять! Садист! Знает, как мне противно прикасаться к его телу, и всё равно день за днём требует одного и того же. Пытаюсь увильнуть от неприятной обязанности:
– Вы сегодня прекрасно выглядите.
– Ложь, – лениво бросает он. – Волосы в беспорядке, на лице кое-где уже пробивается щетина.
– Вы наняли для нас служанку, – в сердцах возмущаюсь я, – так подыщите и для себя! Среди гельериек найдётся немало желающих ухаживать за вами за деньги!
– Вот как? – Он откладывает перо и устремляет на меня пронзительный взгляд. Я невольно съёживаюсь, ощущая себя тонким деревцем, на которое налетает неистовая буря. – Так может, мне платить вам за эти услуги?
Первое желание гордо отвергнуть его предложение я сдерживаю. Вспоминая покосившийся дом скромного кузнеца, которому пришлось довериться моей нестабильной магии, чтобы не потерять жильё и работу, сжимаю пальцы в кулаки. Таких, как отец Мариски, сотни! Я не имею права терять даже небольшую возможность им помочь. Заставляю себя склонить голову:
– Буду благодарна за это.
Лорд неопределённо хмыкает, и я чувствую на себе его изучающий взгляд. Проклиная свою жестокую судьбу, вздыхаю и иду к столу, обхожу его и замираю за спиной мужчины. Обоняние тут же начинает терзать аромат сумрачного мускуса и терпкой соли, и я стараюсь дышать поверхностно, чтобы не обращать внимания на этот невероятно притягательный запах. Ненавижу норзийца ещё сильнее за то, что он так притягательно пахнет!
Провожу пальцами по тёмному шёлку длинных волос мужчины, выпуская немного магии, чтобы уложить непослушные пряди. Слишком приятное ощущение, чтобы делать это каждый день. После я причёсываю всех девушек, чтобы забыть это чувство, чтобы отстраниться от лорда Тьмы. Ненавижу себя за то, что смакую ощущения, собирая чёрный водопад в тяжёлый хвост.
Вирг откидывает голову, касаясь затылком моего живота, предоставляя мне своё лицо для бритья. Глаза норзийца, как всегда, открыты. Смотрит пытливо, подмечая малейшее моё движение, наслаждаясь пыткой. Сдерживая дыхание, поглаживаю кончиками пальцев по хищно выступающим скулам мужчины. Кожа кажется абсолютно гладкой, лишь кое-где выбиваются редкие волоски, упрямо сопротивляющиеся магии.
– Почти ничего нет, – склонившись, говорю лорду и вздрагиваю, когда губы его приоткрываются.
Отпрянув, ощущаю, как сердце замирает в груди. Своей реакцией вызываю у него привычную усмешку, которую стараюсь не замечать. Ненавижу эти снисходительные ужимки на идеально красивом лице, гладкую загорелую кожу и тонкие линии намечающихся морщинок! Передо мной враг. Убийца, насильник… Каждый раз напоминаю себе об этом.
Взгляд лорда темнеет, будто Вирг легко читает мои мысли. Мужчина выпрямляется так резко, что я едва успеваю отступить. Рывком раздирая на себе рубашку, он освобождает свои плечи. Замираю в оцепенении, а норзиец, отбросив одежду и заложив руки за голову, вновь откидывается. Аромат тёплого мускуса становится сильнее, он обволакивает меня, словно сладковатое облако.
– Тогда здесь.
Смотрю на подмышки лорда и леденею от одного предположения.
– Что?!
– Помню, вы поморщились, когда увидели это, – хищно скалится Вирг. – Значит, вельеры не терпят никаких волос на теле. Я прав?
– Да… – вырывается у меня, но я тут же спохватываюсь и стыдливо отвожу взгляд от мощных накачанных предплечий мужчины. – Я не стану этого делать.
– Раз я буду платить, – вкрадчиво говорит он, – то вправе заказать дополнительные услуги?
– Вы, верно, шутите? – отступаю я и нервно смотрю на дверь, молясь милосердной Гетте, чтобы кто-нибудь постучал. – И… прошло немало времени. Вчера вы говорили, что после того, как я починю шкаф для зелий, нужно проверить северное крыло замка!
– Спешки нет, – щурится мой мучитель. – Мы можем перенести осмотр повреждений на завтра. Или на следующую неделю.
Вздрагиваю и, едва не поддавшись гневу, прижимаю ладонь ко рту. С губ чуть не срываются слова, которые норзиец вряд ли бы простил. До сих пор Вирг не пересекал черту, лишь дразнил меня, но не стоит забывать, как и для чего мы здесь оказались. Уронив руки, вздыхаю:
– Хорошо. – И предупреждаю: – Сохраняйте неподвижность.
Слышу короткий смешок и поджимаю губы. Точно, издевается! Ну и ладно, зато я могу потребовать с жестокого лорда двойную оплату. Отец на эти деньги поменяет прохудившиеся крыши, которые уже невозможно починить магически.
Склоняюсь к лорду и втягиваю носом воздух. Что за несправедливость? Почему чудовище обладает таким приятным запахом? Стараясь не замечать аромата, провожу кончиками пальцев по подмышке мужчины. Мои волосы, соскользнув вперёд, гладят обнажённую грудь Вирга. Норзиец глубоко вдыхает и замирает, прожигая меня тёмным взглядом. Губы его вновь приоткрываются, и воздух со свистом выходит сквозь сомкнутые зубы. Будто зверь скалится перед прыжком…
Ощущаю опасность прежде, чем он подаётся ко мне, но не успеваю и шевельнуться, как на затылок ложится жёсткая ладонь. Вирг притягивает меня к себе, впиваясь в губы. Раздвигает их, проникая языком в мой рот, и я забываю, как дышать. Леденея от ужаса, отпихиваю мужчину без надежды освободиться, но он отпускает. Вжимаюсь в стену, всё ещё осязая полынный вкус украденного поцелуя.
Не глядя на меня, лорд поднимается из-за стола и, накидывая на голое тело кожаную безрукавку, кивает на дверь:
– Закончите с этим позже.
Замечаю, как сильно оттопыриваются впереди брюки Вирга, и теряю остатки самообладания. Выскакиваю из кабинета норзийца так, будто бегу от взбесившегося жеребца. Не разбирая дороги, мчусь вперёд, отчаянно желая встретить хоть кого-нибудь. Неважно, будет ли это страж или слуга… Нужно разорвать пугающее меня до колик уединение с лордом.
Врезавшись в кого-то, поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Оридом. На лице воина появляется усмешка, от которой шрам краснеет.
– Заблудилась, птичка?
Слышу рядом короткий смех и, повернув голову, замечаю ещё троих. От их раздевающих взглядов становится не по себе. Отпрянув от мужчины, мотаю головой, но не успеваю выдавить ни звука, как стражи бледнеют, в глазах вспыхивает страх.
– Мой лорд, – склоняется Орид. – Прикажете сопровождать вас?
– Нет. – К нам приближается Вирг. Полоснув по мне злым взглядом, рычит: – Подготовить казармы к вечернему осмотру!
– Слушаюсь. – Орид сгибается ещё ниже и, выпрямившись, кивком приказывает стражам следовать за ним.
Лорд хватает меня за предплечье так, что жёсткие пальцы впиваются в плоть, явно оставляя синяки. Шипит в ярости:
– Сеот сам закончит ремонт шкафа, вельера. А вы составите мне перечень всех повреждений северного крыла до заката!
В груди будто что-то обрывается, и я плетусь за лордом, который шагает, впечатывая подошвы сапог в камень пола. Конечно, целитель и сам справится с полками, но мне так приятно общаться с единственным нормальным человеком в этом безумном месте! Бросаю раздражённый взгляд на спину Вирга. Он точно знает об этом, потому и наказал за то, что оттолкнула. Ещё и обеда лишил. Монстр!
Проходя мимо разбитого окна, тоскливо смотрю во двор, до слуха доносится звон металла. Внизу несколько стражей, скрещивая клинки, сходятся в тренировочном бою, а над головами их синеет высокое небо. Вздыхаю, мечтая о свободе, и снова пытаюсь договориться с лордом:
– Прошу вас выпускать девушек на улицу хотя бы на…
– Исключено! – в который раз обрывает меня Вирг. Отпирает дверь и распахивает её передо мной. – Приступайте к осмотру, вельера. Мне нужно знать, как скоро можно привести северное крыло в надлежащий вид.
Уныло вхожу в полутьму и, вдохнув пыльный воздух, невольно ёжусь от открывшейся перед глазами неприглядной картины разрушения и упадка. Аромат тёмного мускуса навязчиво преследует меня, но я не оборачиваюсь, обречённо осознавая, что лорд ни на минуту не оставит меня одну.
Это угнетает!
Мы наедине, и норзиец волен сделать со мной всё что захочет. Как и с другими. Постоянное ожидание нападения истощает день за днём. Будто мышь, клетка которой стоит рядом с лежанкой кота, в этот миг я дохожу до края.
Довольно!
Не могу больше жить в постоянном страхе. Не хочу выслушивать стенания девушек. Не желаю наблюдать, как они по очереди прилипают к мутному стеклу окна и тоскливо смотрят в едва виднеющееся небо. Как бледнеют лица и тускнеют глаза… Так может, рискнуть и выбраться из нашей комнаты этой ночью?
Да, я прекрасно понимаю, что Ройепин кишит солдатами. Знаю, как опасно снаружи, но заточение становится просто невыносимым Уверена, девушки будут в восторге даже от минутки, проведённой вне опостылевшей комнаты. Возможно, это даст силы вытерпеть полудобровольный плен.
Воскрешаю в памяти день бала, когда Шелия, младшая дочь вельера Ройепина, показала мне тайный ход. Если он в хорошем состоянии, то мы можем пользоваться им. С ума сойти, как я мечтаю об одном глотке свежего воздуха, не пропитанном тёмным мускусом и полынной солью.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?