Текст книги "Глаза цвета янтаря"
![](/books_files/covers/thumbs_240/glaza-cveta-yantarya-80272.jpg)
Автор книги: Ольга Лазорева
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Ольга Лазорева
Глаза цвета янтаря
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
* * *
Глава первая
Вечеринка началась очень шумно, ведь Сергей был уже изрядно пьян. Он достал, как заправский фокусник, из карманов пиджака множество разноцветных резиновых шаров и предложил гостям надувать их. Все хохотали до слез, пока занимались этим. Затем Сергей решил сбросить шарики с балкона. Гости с радостью ухватились за эту идею и дружно высыпали на балкон. Шары, подхваченные ветром и подсвеченные алыми лучами заходящего солнца, полетели разноцветным фантастическим роем. Внизу во дворе восторженно завизжали дети. В ответ им не менее восторженно зашумели гости.
Лена слегка нахмурилась и ушла на кухню. Там Боря, ее муж, аккуратно выкладывал на квадратное фарфоровое блюдо разнообразные закуски. Он поднял голову и посмотрел на Лену. Его гладкое холеное лицо выглядело безмятежным. Она, все еще хмурясь, спросила:
– Может, на это блюдо лучше фрукты? – Потом, помолчав немного, добавила с легкой досадой в голосе: – Хотя делай, Боря, как хочешь.
– Что с тобой, дорогая? – Борис тщательно вытер руки и подошел к ней. – Тебя что-то беспокоит?
– Нет, не то что беспокоит…, – Лена улыбнулась немного неуверенно. – Понимаешь, Серж опять вытворяет черт знает что. Он сегодня ужасно взвинчен и, по-моему, выпил лишнего. У него что, проблемы на работе?
Боря сел к столу и потянулся за сигаретой. Неторопливо закурив, он внимательно посмотрел на жену.
– Насколько я знаю, у него все в полном порядке, и вчера они подписали очень выгодный контракт.
Он затянулся и после паузы добавил:
– А что ты, собственно говоря, так за него волнуешься? Ты ведь знаешь, Серега всегда такой. Человек настроения. Конечно, в работе это иногда мешает, но он умеет собраться. Зато от женщин отбоя нет. Любите вы таких мужиков, нервных и загадочных.
Лена, тряхнув короткими светлыми волосами, неожиданно рассмеялась:
– Это не про меня! Я как раз люблю таких, как мой муженек, спокойных и добродушных.
И она быстро поцеловала его в щеку. Боря взял ее за руку и заглянул в глаза.
– Ленка, ты меня не обманешь! Я же вижу, как ты напряжена. В чем все-таки дело?
Она вздохнула и после паузы сказала:
– Да ничего особенного. Просто я пригласила Пташку, но она что-то запаздывает. А Серега, как назло, в ударе.
Боря удивленно приподнял брови.
– Пташку? А кто это? – довольно равнодушно спросил он. – Одна из твоих подруг? Что-то я никого не помню с таким прозвищем.
Лена улыбнулась и торопливо ответила:
– Вообще-то она Наташа. Мы ее с детства так зовем. Она всегда обожала птиц, и прозвище ей дали соответствующее. Тем более оно очень созвучно с ее именем.
– И откуда она приезжает? – спросил Борис.
– Из Киева. Она – орнитолог, преподает в Киевском университете, ездит в экспедиции, в общем, все у нее в порядке.
– А чего ее туда занесло? – поинтересовался Боря.
– А она еще студенткой замуж выскочила. Муж, его зовут Евгений, из Киева. Вот и уехала за ним.
Лена налила сок в стакан, отпила и продолжила:
– Мы ведь раньше жили в одном дворе, в школу вместе ходили. Я когда своих стариков навещаю, то маму ее частенько вижу. Вот она мне все и рассказывает. А пару дней назад Пташка вдруг позвонила и сообщила, что прилетела в Москву. Решила здесь свой отпуск провести.
Лена вздохнула, потом допила сок и ополоснула стакан.
– А я возьми, да и пригласи ее на сегодня. Совсем забыла про эту дурацкую вечеринку! – сказала она и улыбнулась, глядя в голубые глаза Бориса.
– Да ладно, все будет нормально! Никто тут твою принцессу не съест. Может, она вообще сегодня не придет, мало ли что. Не паникуй раньше времени, – сказал он и улыбнулся ей в ответ.
Лена, легко вздохнув, проговорила:
– Ты, как всегда прав. И чего я, правда, заранее нервничаю? Давай-ка лучше, отнесем гостям закуску и коктейли.
Лена взяла блюдо и вышла из кухни. Боря проводил взглядом ее стройную невысокую фигурку в облегающем коротком платье цвета спелой вишни и, затянувшись последний раз, аккуратно загасил окурок в маленькой керамической пепельнице. Потом взял поднос, уставленный высокими хрустальными бокалами, и направился в гостиную.
Там царило веселье. Музыка была включена настолько громко, что почти заглушала разговоры и смех. Большинство гостей танцевало. В дверях Бориса чуть не сбил с ног Сергей.
– Ты далеко? – рассмеялся Боря. – Чуть все коктейли на меня не опрокинул!
– Извини, старичок, – быстро проговорил Сергей и остановился, виновато улыбаясь.
Его зеленые, как ягоды винограда, глаза сияли на разгоряченном раскрасневшемся лице. Он быстро поправил упавшую на лоб прядь светло-русых, уже начинающих выгорать на летнем солнце, волос.
– Я тут с балкона, – торопливо продолжил он, – такую «секс бомб» увидел! Умри все живое! Она подобрала один из наших шариков. Это что-то! Хочу ее догнать. Я с ребятами поспорил, что познакомлюсь. Уж очень строгий вид у нее, ну прямо… Я побежал!
– Да подожди ты! Зачем тебе это надо? Пойдем лучше выпьем! – сказал Боря и засмеялся.
Потом поставил поднос со стаканами на столик и вышел за Сергеем в коридор.
– Нет, нет! Я поспорил, – упрямо проговорил Сергей.
В этот момент раздался звонок в дверь. Они недоуменно переглянулись.
– Кто это? – пробормотал Боря, открывая замок, – Не иначе та самая Пташка, то бишь Наташа.
Распахнув дверь, он отступил.
На пороге стояла молодая женщина. На вид ей было около тридцати, но, возможно, и меньше, так как кожа лица выглядела гладкой и нежной. Темно-каштановые волосы, туго зачесанные назад и собранные в высокий узел на затылке, глаза, прикрытые очками с тонированными стеклами, тонкие, красивого рисунка, но высокомерно приподнятые брови, чуть поджатые пухлые розовые губы были, несомненно, красивыми, но производили впечатление сухости и даже жесткости. К тому же женщина было одета в строгий черный костюм. Черные туфли на высокой шпильке дополняли наряд. В одной руке трепетал красный шарик, который совершенно не гармонировал с ее холодным и замкнутым видом.
– Простите, – произнесла она низким бархатным голосом, – мне нужна Елена Ивановна. Или я не туда попала?
Она сняла очки и усмехнулась, глядя почему-то на Сергея.
Глаза у нее оказались светло-коричневого цвета и редкого оттенка, напоминающего золотистый янтарь. Густые длинные и черные ресницы в сочетании с сияющим цветом глаз создавали необычный эффект.
– Да, да, прошу, проходите, – опомнился, наконец, Боря, – Лена! – крикнул он.
Гостья переступила порог. Боря, закрыв за ней дверь и пробормотав на ходу: «Я сейчас приглашу жену», удалился в гостиную.
Сергей остался в коридоре и в некотором замешательстве смотрел на незнакомку. Потом перевел взгляд на шарик в ее руке. Она холодно улыбнулась и сказала:
– Я подобрала его на улице. Какие-то болваны разбрасывают шары с балкона.
Глаза Сергея чуть сузились, и он пробормотал:
– Вообще-то, это мы бросали шары.
Она пристально посмотрела на него, но тут же опустила взгляд.
– Не понимаю зачем, – тихо заметила она. – Помедлив, протянула ему руку: – Нас забыли представить. Наталья Николаевна.
Сергей взял кончики ее холодных пальцев, слегка пожал и тут же отпустил. Затем проговорил, почему-то смутившись:
– Сергей.
И после паузы добавил:
– Степанович.
Ему было двадцать девять лет, и он не любил таких официальных обращений.
В этот момент в коридор впорхнула Лена и затараторила:
– Ох, Пташечка моя дорогая, наконец-то! Здравствуй! Как я рада! А я уже решила, что ты сегодня не приедешь.
Она бросилась Наташе на шею и начала целовать ее. Та снисходительно улыбнулась и отстранилась.
– Здравствуй, Елена! Вот мы и увиделись. А ты отлично выглядишь и совсем не изменилась, все такая же хорошенькая. Познакомь же меня со своими друзьями!
– Да, конечно! – Лена расцвела улыбкой. – Это мой муж Борис.
Наташа кивнула и протянула руку. Боря галантно склонился и поцеловал кончики ее пальцев.
– Очень рад, – пробормотал он. – Милости просим к нашему шалашу, – не к месту добавил он и смешался.
– А это, – продолжила Лена, – наш общий друг Сергей. Он…
– Мы уже познакомились, – не совсем учтиво оборвала ее Наташа и, не глядя на Сергея, уверенно прошла в гостиную.
– Здравствуйте! – громко и четко произнесла она, остановившись на пороге, и широко улыбнулась.
В гостиной к этому времени царил интимный полумрак, звучала медленная тягучая мелодия, и гости, разбившись на пары, плавно и ритмично покачивались в танце. При появлении Наташи почти все остановились и повернулись к ней. В освещенном проеме двери четко вырисовывался силуэт ее грациозной фигуры. В руке ярко алел шарик.
– Серега! Ты все-таки догнал ее и даже привел сюда! – раздался радостный голос. И из угла комнаты к Наташе поспешил полноватый, лысеющий мужчина средних лет. – Ай да орел! – на ходу приговаривал он, – Любую, значит, можешь склеить… Мадам, вы обворожительны! Прошу присоединиться к нашей компании!
Он схватил Наташу за локоть и потащил за собой. Лена сделала круглые глаза и в ужасе замахала ему руками. Мужчина удивленно глянул на нее, не понимая, что происходит. Наташа, приподняв подбородок и надменно вскинув брови, отстранилась, прошла мимо него, не сказав ни слова, и села в глубокое кресло, изящным движением закинув ногу на ногу. Узкая юбка плотно обтянула ее бедра. Покрасневшая Лена громко объявила:
– Друзья, познакомьтесь с моей давней подругой Пташкой, то есть я хотела сказать, Наташей, – тут же поправилась она и зачем-то добавила, – Натальей Николаевной.
Все стали шумно приветствовать гостью, но почему-то никто не подошел к ней. Через минуту танцы продолжились. Вокруг Наташи образовался странный вакуум. Лена, взяв два коктейля со столика, подошла к ней. Устроившись в соседнем кресле, она озадаченно посмотрела в ее лицо.
– Сколько мы не виделись? – спросила она. – А ты сильно изменилась. Даже сразу и не пойму, в чем тут дело. Может, в прическе? Ты ведь раньше стрижки носила.
Лена отпила коктейль.
– Надоело, – лениво ответила Наташа. – Один раз я попала в трехмесячную экспедицию. Волосы отрастали, мешали… Это было в Центральной Африке. Жара, влажность. Ужас! А так намного удобнее. Завязала в хвост и без проблем.
Она помолчала, а потом, оживившись, добавила:
– Мы тогда наблюдали за одной очень редкой птицей в естественной среде обитания. – И она произнесла какое-то длинное латинское название. – Понимаешь, ее гнездовья находятся, в основном, в дуплах, трещинах скал, на речных обрывах…, – Наташа, не договорив, вдруг осеклась. – Тебе это, наверное, не совсем интересно.
– Нет, почему же, – рассеянно ответила Лена, не сводя глаз с нее.
Наташа сидела, непринужденно откинувшись на спинку кресла. В одной руке она держала стакан с коктейлем, изредка потягивая содержимое, а другой теребила нитку, к которой был привязан шарик. На одном из ее длинных изящных пальцев поблескивало плоское золотое кольцо. Круглый прозрачный камешек в нем резко искрил цветными гранями. Лена заворожено смотрела на игру камня.
«Какой крупный брюлик! Стоит, наверняка, больших денег! Н-да, видно она не бедствует! Вот что значит, удачно выйти замуж!» – мелькнуло в ее голове, а вслух она сказала:
– Ты знаешь, Пташка, нам надо встретиться в более спокойной обстановке, поговорить обо всем и обо всех, школу вспомнить. А то эта вечеринка…
Наташа не ответила. Лена после паузы почему-то спросила:
– А как тебе Сергей? Это наш заправский сердцеед. Все наши дамы от него без ума. Завидный жених, между прочим, – зачем-то добавила она и тут же прикусила губу.
Они одновременно посмотрели на Сергея. Тот сидел немного наискосок от них, на диване и о чем-то оживленно беседовал с хорошенькой темноволосой девушкой. Сергей держал ее за руку, проникновенно смотрел в зарумянившееся лицо и что-то тихо рассказывал, а она откровенно строила ему глазки.
– Не мой тип! – резко ответила Наташа. – Терпеть не могу таких! Наглый, развязный, невоспитанный.
– Это ты о ком? – непритворно удивилась Лена.
– О Сергее вашем. О ком еще? Не люблю таких! – повторила она и поджала губы.
– Что ты, Пташка! Да ты его совсем не знаешь! Он же у нас душа компании. И друг отличный. Да и вообще…, – не договорив, Лена решительно встала. – Вот что, пойдем, пригласи его потанцевать.
– Ты что, с ума сошла? Не буду я с ним танцевать, а тем более приглашать его. С какой стати? Уволь меня от своих затей! Этот человек мне чрезвычайно неприятен, – с нескрываемым раздражением произнесла Наташа.
И поднялась с кресла.
– Ты куда это? – испуганно спросила Лена и состроила умоляющую гримасу.
Наташа усмехнулась и выпустила шарик.
– Мне вообще-то не мешало бы в ванную, – сказала она уже более мягким тоном.
– Да, да, конечно, – пробормотала Лена, – по коридору налево.
Наташа, легко лавируя между танцующими парочками, вышла из комнаты. Шарик остался лежать в глубине кресла, мягко поблескивая красными боками. Лена сбросила его на пол. Лицо ее приняло обиженное выражение.
Наташа быстро нашла ванную и, прикрыв дверь, посмотрела в зеркало. Она увидела строгое бледное лицо с нахмуренными стрелками бровей и недовольно поджала губы.
«Ну и вид! – подумала Наташа. – Приехала, называется, отдохнуть. Какая я бледная, просто серая! И тени под глазами. Зачем я здесь? – Она сморщила нос. – Хотя, Лена – все-таки школьная подруга. Хорошо, что повидались. Но она не меняется! Все такая же простушка! А муж у нее довольно милый и на вид такой спокойный, основательный. Впрочем, таким простеньким обычно везет с замужеством. Не то что мне. – Ее янтарные глаза потемнели и стали печальными. Уголки пухлых розовых губ опустились вниз. Она вновь глянула в зеркало. – Что это я? Главное, не распускаться! И, пожалуй, лучше уйти отсюда под благовидным предлогом».
Наташа сполоснула лицо водой, пригладила волосы и шагнула к выходу.
В этот момент дверь распахнулась, и в ванную влетел разгоряченный Сергей. Он мгновенно защелкнул замок и прокричал кому-то:
– Ну, уж нет! Здесь ты меня не достанешь. А я буду взывать к защите от сексуальных домогательств до тех пор, пока меня не освободят.
За дверью послышался звонкий смех, крики, затем последовал громкий и настойчивый стук в дверь.
– Спасите, помогите, насилуют! – дурашливо фальцетом выкрикнул Сергей и потом добавил грозным голосом: – Немедленно оставьте меня, – и, давясь смехом, продолжил: – а не то я… – Он осекся, так как, повернувшись, только сейчас заметил, что он не один. – Ага! – довольно злорадно воскликнул Сергей, и в его глазах заплясали чертики. – Вы тут! А слона-то я и не заметил!
Наташа вздернула подбородок и сухо произнесла:
– Я не слон! И разрешите, я пройду.
Она двинулась к двери. Сергей стоял спиной к выходу, и его высокая широкоплечая фигура практически загораживала выход.
– Откройте немедленно! – странно сорвавшимся голосом крикнула Наташа, подумав недоуменно: «Что это я? Кричу?»
– Да не ори ты! – весело сказал Сергей.
Повернувшись к ней спиной, он начал дергать ручку. Повозившись с минуту, развернулся к Наташе и, нахально глядя ей в глаза, радостно сообщил:
– Не открывается! Замок заело.
Его взгляд скользнул по ее лицу, губам и остановился на вздымающейся груди, плотно обтянутой черным жакетом с довольно глубоким вырезом.
– Немедленно выпустите меня! – строго сказала Наташа.
И тут же почувствовала, как рука обвила ее талию и, скользнув ниже, обхватила бедра. Резким рывком Сергей притянул к себе задохнувшуюся от возмущения девушку и заглянул в ее ставшие очень темными от расширившихся зрачков глаза. Оцепенев, она увидела, как его лицо склоняется все ниже. Его яркие, переставшие улыбаться губы неумолимо приближались. Она почувствовала едва уловимый запах вина и свежий аромат одеколона, ощутила, как его бедра тесно прижимаются, а руки медленно скользят по спине и плечам. Наташа хотела вырваться, но непонятно откуда взявшееся томление лишило ее сил. Губы пересохли, веки отяжелели, голова странно закружилась, тело обмякло. Наташа приподняла лицо, словно подставляя губы для поцелуя. И тут же почувствовала влажное прикосновение. Она ответила, сама не понимая, что делает. Но желание было слишком сильным, и ей захотелось просто поддаться ему, ни о чем не рассуждая. Она чувствовала, как его губы прижимаются все сильнее, ощутила пальцы, забирающиеся под жакет, вздрогнула и попыталась отстраниться. Но Сергей крепко прижал ее и вновь начал целовать все более страстно и настойчиво. Когда его язык проник ей в рот, Наташа резким движением освободилась из цепкого объятия и влепила звонкую пощечину. Оттолкнув Сергея, она дернула ручку, и та, к ее удивлению, легко поддалась. Дверь с треском распахнулась, из коридора тут же выглянули две хихикающие растрепанные девушки, но увидев покрасневшую разозленную Наташу, мгновенно скрылись в гостиной. Из кухни вышла испуганная Лена и недоуменно воззрилась на подругу. Но та быстро взяла себя в руки. Поправив волосы, одернув жакет и выпрямив спину, она проговорила чуть задыхающимся голосом:
– Лена, мне, пожалуй, пора. Еще много дел, а уже поздно. Я ухожу. Попрощайся за меня со всеми. Было очень мило. Созвонимся как-нибудь. До свидания!
И она решительно направилась к двери. Лена двинулась за ней, растерянно приговаривая:
– Да, да, конечно. Я все понимаю. Позвоню обязательно. Еще увидимся.
Она открыла входную дверь и подождала, пока Наташа вызовет лифт. Затем, защелкнув замок, пошла на кухню, где увидела мужа.
– Знаешь, ну просто чужой человек, – с возмущением проговорила Лена. – Как же она изменилась! Да она на нас косыми не глядела. Мы для нее просто козявки какие-то. Обидно, знаешь ли! Так официально держалась.
Боря глубоко затянулся. Потом ласково глянул на нее и передал сигарету.
– Да забудь ты об этом! Повидались и хорошо. Нам что, детей с ней крестить? – спросил он.
Его глаза смотрели насмешливо. Потом он встал и обнял Лену за плечи.
– Пойдем лучше с ребятами выпьем, – предложил он.
– Пойдем, – легко согласилась Лена и улыбнулась в ответ.
Она смяла недокуренную сигарету, бросила ее в пепельницу и поправила прическу. Они вместе вошли в комнату. Гости к этому времени были уже немного утомлены танцами и выпитым вином. Веселье пошло на спад. Многие сидели небольшими группами и лениво переговаривались. Лена поискала глазами Сергея и увидела, что он в одиночестве стоит на балконе, свесив голову вниз. Она подошла к нему и тоже посмотрела вниз. От подъезда в этот момент отъезжала серебристая машина. Скоро она скрылась в сером сумраке улицы. В руке Сергея трепетал алый шарик.
– Ну, как тебе моя школьная подруга? – спросила Лена.
Сергей искоса глянул на нее и нехотя ответил:
– Много о себе понимает, а сама – «синий чулок». Не выношу таких!
Лена вздохнула и заметила:
– Надо же, никому Пташка не понравилась!
– Сама виновата, – подытожил Сергей. – Проще надо быть с людьми, и они к тебе потянутся.
Он выпустил шарик и тот плавно полетел вниз, тускло алея в сумеречном свете летнего вечера.
Прошло несколько дней, и Наташа почти забыла о неприятном инциденте, случившемся с ней в гостях. Она решила в этот отпуск полностью отвлечься от всех своих проблем. Наташа много времени проводила с мамой, гуляла в одиночестве по Москве, по своим любимым местам, и постепенно душа ее начала наполняться долгожданным покоем. Наташа словно вернулась в детство, юность, но воспоминания мало тревожили ее, так как она понимала, насколько отличается сейчас от той девчушки-школьницы с короткой стрижкой, вечно смеющимся ртом и задорным взглядом. Мальчики почему-то мало интересовали ее, Наташа предпочитала проводить время в Зоологическом музее или зоопарке, часами разглядывая птиц. А в выходные довольно часто ездила с Леной на Птичий рынок, бродила между клеток с пищащими канарейками, крикливыми попугаями или толстыми нахохленными голубями. Правда, однажды Наташа не на шутку влюбилась в мальчика из параллельного класса. Звали его Саша. Она не обращала на него внимания, пока однажды не столкнулась с ним на рынке. Он продавал двух молодых волнистых попугаев. Девочки, обрадовано смеясь, подбежали к нему. Саша, увидев их, сильно покраснел, но они вполне дружелюбно стали расспрашивать его, что он тут делает. Оказалось, что Саша тоже обожает птиц. У его попугаев появилось потомство, вот он и решился отправиться на птичий рынок. Наташа попросила подарить птенцов ей, и парень весьма охотно согласился. Затем они поехали к ней домой. Пока устраивали птенцов на новом месте, болтали обо всем. Наташа чувствовала себя на удивление легко с Сашей. И довольно скоро он стал частым гостем в их доме. Ей нравились его серые близорукие глаза, волнистые темно-русые волосы и всегда серьезный вид. Она стала скучать без него и сама не заметила, как сильно влюбилась. Наташе казалось, что парень не видит этого и общается с ней только как друг.
Но однажды, когда мама ушла вечером в театр, Саша задержался у нее дольше обычного. Они сидели на диване. Быстро смеркалось, но свет почему-то включать не стали. Разговор, вначале очень оживленный, стал затихать, и вскоре они вообще замолчали. Саша внезапно навалился на нее и, грубо тиская, стал торопливо и неумело целовать в губы, щеки, шею. Наташа оцепенела от неожиданности. Но потом ей стало настолько противно ощущать его мокрые губы на своем лице, что, разрыдавшись, она с силой оттолкнула его и начала молотить, не разбирая, сжатыми кулачками. Саша почему-то разозлился и, отскочив, крикнул:
– Дура! Какая же ты дура!
Потом молча оделся и ушел. Для Наташи все произошедшее оказалось настоящим ударом. Ее чистая любовь мгновенно улетучилась, и она долго испытывала отвращение к самой себе и к противоположному полу. Ей казалась, что она нечаянно в чем-то испачкалась, в чем-то липком, грязном и несмываемом. Саша по прошествии времени пытался наладить с ней отношения, но она только смотрела на него с нескрываемым презрением и зло смеялась.
Когда Наташа подросла и превратилась в хорошенькую девушку, то от поклонников у нее не было отбоя, но она никого к себе не подпускала. А ее острый язычок и ядовитые шуточки быстро ставили на место особо назойливых. А потом учеба в университете полностью поглотила ее. И уже на последнем курсе она познакомилась с молодым человеком, приехавшим из Киева в Москву по делам, и неожиданно для себя увлеклась им с первой же встречи. Евгений был старше ее на десять лет. Он занимал пост генерального директора одного из крупнейших винодельческих предприятий Украины. Наташе нравился сам стиль общения взрослого, умного, воспитанного мужчины. Она чувствовала себя с ним комфортно и уверенно. Евгений красиво и серьезно начал ухаживать за Наташей, и вскоре она не сомневалась, что влюбилась. Когда она закончила учебу, Евгений предложил ей выйти за него замуж и перебраться в Киев. Наташа, к удивлению многих, согласилась. Молодожены уехали, и все вроде бы пошло как по маслу. Наташа поступила в аспирантуру Киевского университета, продолжала заниматься любимым делом, жила в роскошной пятикомнатной квартире в центре города, имела все, что можно купить за деньги, но счастье куда-то исчезло. Наташа довольно быстро обнаружила, что они с мужем совершенно разные люди, настоящего понимания между ними нет, Женя, конечно, любит ее, но по-своему, и скорее, как красивую редкую игрушку, которую нужно беречь, так как она его собственность. К тому же интимная жизнь у нее как-то сразу не заладилась. Брачная ночь, которую она ждала с трепетом девственницы, принесла лишь боль и отвращение. К тому же Женя был удивлен, что она нетронута и, как это ни покажется странным, неприятно удивлен. В Москве он не раз пытался сблизиться физически, но Наташа всегда мягко отказывала, не объясняя причину. А ему, видимо, и в голову не могло прийти, что она до сих пор девственница. После свадьбы они отправились домой. Женя, как только они оказались в квартире, набросился на нее. Наташа даже не успела снять белое платье, как он уже закинул ей подол на голову. Она потеряла равновесие и упала на кровать. Женя навалился на нее. Он дышал тяжело, больно тискал все ее тело. Она извивалась под ним и пыталась откинуть подол платья с лица. Но он не обращал на это внимания. Боль оказалась сильной. Она застонала сквозь стиснутые зубы, но Женя, видимо, неправильно истолковал эти звуки и не отпустил ее. Она задыхалась под пышным многослойным капроновым подолом, терпела боль и уже не пыталась освободиться. Наташа ждала лишь одного, когда эта пытка закончится. После такой брачной ночи она долго не могла заставить себя еще раз решиться на близость. Женя не понимал ее холодности и замкнутости. Потом они серьезно поговорили на эту тему, но муж обвинил ее в том, что она заранее не предупредила.
– Да я и представить не мог о таком! – возмущенно говорил он, бегая по спальне. – И это в наш-то век всеобщей дозволенности и, я бы сказал, распущенности молодых девиц.
– Но ведь ты видел кровь, – тихо ответила Наташа.
– Да откуда я знаю все эти ваши женские дела? – пожал он плечами и остановился напротив нее. – Я когда заметил, то решил, что у тебя начались месячные. Поэтому и прекратил. А ведь я хотел всю ночь наслаждаться близостью. Я столько ждал этого! Да я просто с ума сходил от желания! И никак не мог насытиться. Конечно, ты должна была сказать мне, что нетронута. Я был бы более нежен.
Наташа с удивлением глянула в его покрасневшее лицо, хотела сказать, что нежность не помешала бы в любом случае, но промолчала. Ее смущали разговоры на подобные темы. Ей было неприятно обсуждать интимную близость. Она и с подругами-то никогда не говорила на подобные темы. А к Жене все еще испытывала что-то сродни затаенного недоверия. До замужества ей представлялось, что он сильный умный опытный мужчина, все-таки разница в возрасте была приличной. И Наташа была уверена, что физическая близость с таким мужчиной принесет ей незабываемое наслаждение. Она смотрела эротические фильмы, и там все было очень красиво и возбуждающе. Но реальность оказалось совершенно другой. И ничего, кроме отвращения, секс у нее не вызывал. Но постепенно все нормализовалось. Наташа привыкла, ее тело приспособилось. Правда, она выполняла супружеские обязанности из чувства долга, не получая удовлетворения и по-прежнему испытывая отвращение. Со временем Наташа стала очень взвинченной, часто плакала без какой-либо видимой причины, потом окончательно замкнулась в себе и с головой ушла в работу. А после окончания аспирантуры, стала уезжать в экспедиции, не бывая дома по два-три месяца. Она специализировалась на редких и исчезающих видах птиц, начала писать диссертацию. Наташа чувствовала себя отлично только тогда, когда была полностью поглощена работой.
Женя тоже был не вполне доволен своей семейной жизнью. Он редко видел жену, а когда она возвращалась домой, то жаловалась на усталость и этим объясняла свою холодность. К тому же он страстно хотел детей, но Наташа почему-то не беременела. Женя заставил ее пройти полное обследование, прошел его сам, но они оба оказались совершенно здоровы. Врачи посоветовали им не торопиться и набраться терпения. Наташа тоже была огорчена, что не может забеременеть, так как считала, что ребенок мог бы примирить ее с браком и наполнить жизнь новым смыслом. Но время шло, и все оставалось по-прежнему. Наташа стала подумывать о разводе. Как-то она попыталась поговорить об этом с Женей, но он мгновенно вышел из себя и даже начал кричать на нее, чего раньше никогда не случалось. Когда он немного успокоился, то долго извинялся, а потом заявил, что развода ей не даст. Наташа решила не торопить события, но ситуация в семье ее чрезвычайно напрягала. Она становилась все более раздражительной, в ее облике появилась сухость и даже жесткость, и в свои двадцать семь она выглядела намного старше. К тому же Наташа совсем перестала пользоваться косметикой, полюбила строгий деловой стиль, хотя одежду предпочитала дорогую и элегантную.
Этим летом Наташа решила отказаться от участия в очередной экспедиции и провести июль в Москве. Но она никак не могла попасть в ритм московской жизни. Все ее прежние знакомые охотно общались с ней, но их жизнь шла по своей накатанной колее, и Наташе не было в ней места. Поэтому она просто бродила по улицам, по своим любимым местам и что-то от прежней девочки просыпалось в ней. Она часто ловила на себе восхищенные взгляды мужчин, но они словно боялись подойти к ней и познакомиться.
Однажды в воскресное утро, перебирая свои старые тетради, любовно сохраненные мамой, она наткнулась на растрепанную записную книжку. Раскрыв, Наташа стала перелистывать ее, вчитываясь в фамилии. Кого-то она даже не смогла вспомнить. Но вот ей попался на глаза номер Саши. Она тут же вспомнила их неудавшийся роман. Потом взяла телефон. После недолгого раздумья начала набирать номер.
– А это было бы интересно. Только, может, он давно там не живет, – прошептала она, ожидая ответа.
К ее изумлению Саша все еще жил по этому адресу, и сам подошел к телефону.
– Вас слушают, – раздался в трубке низкий мужской голос, и Наташа почему-то рассмеялась.
Потом спросила:
– Саш, ты?
– Да… А с кем я говорю?
– С Пташкой. Помнишь меня?
Саша ответил не сразу, а потом настолько бурно обрадовался, что Наташа удивилась. Он тут же предложил встретиться и не хотел слышать никаких возражений. Жил он рядом, буквально через двор, и она после недолгих колебаний согласилась.
– Жди, – только и сказала она, – скоро буду.
Наташа быстро поднялась с кресла, но тут же остановилась, задумавшись, что бы ей надеть. На улице было солнечно и очень жарко, и она выбрала короткое льняное платье цвета спелых пшеничных колосьев, которое было сшито точно по ее фигуре. Посмотрев на себя в зеркало, надела круглые янтарные бусы под цвет глаз. Эти бусы после окончания девятого класса подарила ей мама. Окинув себя внимательным взглядом, Наташа решила, что волосы лучше распустить. Она вынула шпильку из пучка, и густая блестящая волна темно-каштановых волос упала ей на спину, прикрывая лопатки. Наташа, в душе удивляясь своему волнению, сообщила маме, что пойдет погулять, и вышла из квартиры.
На улице ее обдало жаром. На светло-голубом небе не было ни облачка. Наташа на секунду прикрыла глаза и подставила лицо под горячие лучи. Тряхнув волосами, решительно пересекла двор и направилась к дому, в котором жил Саша. Он сразу открыл дверь, едва она нажала кнопку звонка. Наташа вошла в коридор и огляделась. Странно, но со времени ее юности здесь ничего не изменилось. Все так же у стены стоял велосипед, в углу притулились удочки, валялись какие-то коробки, и громоздился все тот же очень старый сундук. Она перевела взгляд на стоящего перед ней Сашу.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?