Текст книги "Женщина может все. Байки психологинь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhenschina-mozhet-vse-bayki-psihologin-125690.jpg)
Автор книги: Ольга Маховская
Жанр: Секс и семейная психология, Книги по психологии
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
VI
И в это время в комнату врывается Леня, таща за собой Клару, как молодую телку на аркане. Конечно, Леня уверен, что наконец застукал любовников.
Сообразительная Клава бросается к ним со словами:
– Леня, бежим!
И поддавшийся детскому страху Леня рванул наутек вместе с Клавой, едва не раздавив молчаливую Клару в дверях. Из чувства солидарности забрали и ее. Милку брать не стали. Сама виновата.
Но в общем-то положение Клавы усугубилось до предела. Внезапно свалившийся на голову мужик, да еще сгребающий ее в охапку на вражеской территории подруги – это уже не фотография неизвестного, это натуральный самец, большой такой бугай, с вполне определенными намерениями и давней мечтой получить в награду за свою суровую жизнь именно такую женщину, как Клава.
Положение Лени по тем же причинам тоже не стало легче. Потому что по законам мужской чести, зэку все-таки нужно было напоследок набить морду, а это было физически невозможно. Чувство переживаемого Ленчиком унижения не подлежит никакому описанию. Лучше, чтобы женщины и не знали об этой стороне драматической жизни мужчины. Спасти ситуацию могло только чудо! Неужели и вправду Леня останется с юной Кларой, а Клава достанется бывшему зэку Мишке?
Вот об этом мы и говорили с Клавой, когда она пришла ко мне в очередной раз.
Клава рассказала, что, конечно, когда они вбежали втроем в квартиру и немного остыли, она попыталась объяснить Лене, что произошло на самом деле.
Леня бы рад всему этому поверить, но присутствие Клары заставило его все-таки поставить вопрос ребром. Измена налицо: Мишка оказался натуральным (можно пощупать) мужиком, а не другом по переписке. Ясно, что они встречались у Милки, он, собственно, только хотел это засвидетельствовать. В итоге Леня сказал, что видит выход только в том, чтобы Клава убралась к своему ухажеру, а они с Кларой будут жить в квартире, честно заработанной горбом и потом.
VII
Мне ничего не оставалось, как повторить, что Клава по-прежнему преувеличивает серьезность отношений Лени с Кларой. Но, к сожалению, недооценивает реальность и опасность возникшего внезапно Мишки. Чтобы действовать наверняка, ей нужна дополнительная информация. Странно, что она до сих пор не поинтересовалась, кто такая Клара? Откуда она взялась, и что у нее за интересы? Для влюбленной в Леонида Клара ведет себя слишком пассивно. Если она только статистка и ей пообещали какое-то вознаграждение, то ее легко перекупить. Когда они снова встретятся с Леней, а это неизбежно, нужно узнать побольше и о Кларе – чтобы иметь возможность ее нейтрализовать. Мишка же, если он рецидивист, скоро сядет снова. Плохо, если он решит отомстить Клаве за «безответную» любовь. Нужно поговорить с Милой и все узнать.
Клава погрузилась в размышления:
– К Милке я не пойду. Он у нее околачивается. Я ее по телефону вызову.
– С Милкой особая будет разборка: вам фактически приходится расплачиваться за ее фантазии. Если она такая сердобольная, то и занималась бы благотворительностью сама. Иначе вы будете не последней ее жертвой…
VIII
Милка, конечно, прилетела к Клаве, заинтригованная быстро развивающимися событиями. Она даже была готова покаяться в содеянном, но:
– Я была уверена, что любовь не проходит с годами, Клава!
Клава метнула в нее взглядом молнии. Мила как будто упрекала Клаву в непостоянстве, но оправдывалась:
– Да это Мишка меня уломал тебя с ним списать. Ему же кто-то из наших одноклассников сказал, что я пишу в колонии «мужчинам в трудных обстоятельствах».
Милка где-то вычитала это политкорректное выраженьице и с радостью и нажимом его продекламировала еще раз:
– Мужчина в трудных об-стоя-тель-ствах! Ты же женщина его мечты! Потом он узнал, что симпатия была взаимной, и совсем с ума сошел! Он же стал там передовиком производства, чтобы быстрее к тебе приехать! Он же вышел с намерением начать новую хорошую жизнь…
Клава опять была виновата, а ей это уже совсем не нравилось:
– Если тебе так жалко Мишку, то и выходи замуж за него! Своим массажем ты вымесишь из него человека!
Клава взяла Милку в оборот и велела признаться Мишке, что письма ему писались под Милкину диктовку, и таким образом замкнуть Мишку на себя.
Милка серьезно задумалась над тем, хочет ли она связать свою жизнь с Мишкой, если тот и в самом деле бросит красавицу Клаву и переметнется к ней? А главное, сможет ли? Ведь у нее теперь свой жених на зоне. Но Клава не дала ей застрять:
– Иди и делай, как я велела!
Состоявшееся уже через полчаса объяснение Милки с Мишей вначале привело к печальному результату. Он решил ее элементарно побить, но бравая массажистка не осталась в долгу – накостыляла ему по полной программе и сдала в милицию на 15 суток.
Потом она стала осмыслять происходящее, и ей стало не на шутку жалко «мужчину в трудных обстоятельствах»… И пока он сидел, каждый день ходила к нему с передачей, обещая, правда, через забор участка, который подметал Мишка, что, когда он выйдет, она его будет «массажировать» три раза в день, до и после еды, да так, что мало ему не покажется. Перспектива тесной телесной близости с Милкой Мишу никак не вдохновляла, и он поклялся уехать из города, как только выйдет на свободу. Убеждение заправского, со стажем, заключенного в том, что на свободе люди еще хуже, чем на зоне, похоже, нашло свое подтверждение. Одно мешало Мишке вернуться к своим: ему элементарно хотелось женщину, настоящую, свою, незапятнанную. Всякому черту хочется ангела, как известно.
Клава, видя, как развиваются события, и не задумываясь, где Леня ошивается со своей Кларой, решила приволочь ко мне Милку на промывку мозгов.
IX
– Массаж, – начала я издалека, – один из старых и, к сожалению, забытых способов психотерапии. Он успокаивает, тонизирует, формирует тело, а через него и душу. Вы помогаете людям прожить более интенсивную и счастливую жизнь.
Сентиментальная Милка заплакала.
– Но вам не нужно плести вокруг него еще и любовные истории! – я воткнула запретительный знак.
Пришлось деликатно объяснить Милке, что отсутствие личной жизни и привело к тому, что она втянула Клаву в любовную авантюру. А теперь вот и сама не знает, что делать.
Милка заверила меня, что уже поняла, что любовь и зона – это трудное сочетание, а главное, большая физическая нагрузка даже для массажистки. Она больше не свяжется с криминальными типами, а поищет «какого-нибудь больного ревматизмом старичка лет пятидесяти пяти, которого можно поднять на ноги хорошим массажем».
Честно говоря, ни я, ни Клава особо не поверили ее внезапному прозрению. Миссионерки, к которым принадлежала Мила, редко отступают от своего великого предназначения и предпочитают сгорать до конца.
Кроме того, ни Милка, ни Клара, ни я еще не знали, что Мишка твердо решил вернуться именно к ней. К концу короткой отсидки он понял, что единственный и настоящий романтик в этой истории – сама Милка, большая, теплая, искренняя и отзывчивая. Такой бабец, главное!
X
Клава же пошла ва-банк. Когда Леня наконец явился к ней в сопровождении молчащей, как рыба, Клары, она выложила на стол ключи от квартиры и объявила, что собирается уйти в дальний предел, но не в места «не столь отдаленные», как, наверное, подумал Леня, а в женский монастырь.
– Я не вижу другого выхода в сложившейся обстановке. Ты мне не веришь, а без тебя мне не жить. Я желаю тебе и Кларе счастья. В конце концов, Клара – это почти Клава…
Леня был в растерянности. Он готов был разрыдаться. Конечно, Леня любил только свою жену и не хотел, чтобы она вот так просто его бросила.
– Кстати, – спросила жена в целях разведки. – А она не глухонемая? Клара?
Тут Клара наконец раскрыла свой рот и сказала нечеловеческим голосом кроткого агнца:
– Тетя Клава, дядя Леня, пожалейте меня, не прогоняйте! Дядя Леня сказал, что вы не только красивая, но и очень добрая. Я вам буду дочкой или племянницей. И все по дому буду делать. Вы очень хорошие люди!
Такого проникновенного текста Клара еще не произносила за всю свою молодую и пока ничем не примечательную, но и не запятнанную жизнь.
У Лени и Клавы не было детей, и они синхронно умилились предложению, а Клава даже всплакнула, прижав «бедную детку» к себе. Зла она не держала, в глубине души не веря в подлость этой безмолвной девочки, которая ей действительно годилась в дочки.
Леня же, проведя с Кларой немало времени, угощая ее то мороженным, то шампанским (то ли девочка, то ли невеста?), и вовсе привык к ней. А за то, что Клара согласилась ему помогать, весь проникся к ней благодарностью.
Вы не поверите, но так они и зажили втроем, как прежде – радостно, тепло, уютно, без особых хитростей.
Квартиру их потом, правда, очистили, но там ничего ценного и не было украдено, кроме пары Клавиных трусиков и заморской пудреницы, которую она потом увидела у Милки.
Истории из этого делать не стали, подумаешь, делов-то. Из-за такой чепухи расстраивать женщину. Любовь и спокойствие дороже.
Мораль
Любовная авантюра, друзья, – двигатель наших судеб. Ввязываясь в необычные истории, помните, что ставку нужно делать на свою сообразительность, маневренность и готовность к новому. А новое может быть тревожным и угрожающим, как зэк Мишка, а может быть тихим и покорным, как девушка Клара. У каждого свое счастье.
Но дело не в этом.
Любовь – это солнце, которое светит нам всю жизнь. Пока она теплится, а то и ярко пылает, у нас есть повод двигаться, удивляться, веселиться и переживать. Если любимый человек пока не встретился, вся мощь фантазии может направиться на то, чтобы создать если не храм, то хотя бы маленькую молельню внутри, место, где поют и машут крылами ангелы. Всю жизнь человек пытается вырастить и расслышать в себе эти звуки. Рвется на природу, ходит по морскому берегу до упаду, просыпается по ночам и прислушивается к ветру, украдкой заглядывает в глаза прохожих, ждет нечаянного, рокового звонка, робко прислушивается, закрыв глаза.
Как же нам помочь?
Письмо Татьяны
Женщины склонны преувеличивать значение и силу эпистолярного жанра, ставя иногда мужчин в затруднительное положение. Взять хотя бы пушкинскую Татьяну, которая предпочла оформить свои чувства в письме Евгению Онегину и тем самым на долгие годы, в ожидании симметричного ответа, напрочь закрыла тему их взаимоотношений. Урок, который извлекают девушки из поэмы Пушкина: любовное письмо – вершина проявления чувств! Урок, который извлекают мужчины, кажется, состоит в обратном: нужно держаться подальше от склонных к письменным свидетельствам девушек; кроме письма, здесь может ничего и не обломиться. Обе стороны, повинуясь силе русской литературной традиции, мучат до сих пор друг друга пылкими женскими письменными признаниями и встречными паническими и категорическими мужскими отказами.
I
Итак, она звалась Татьяной.
Тане было уже за сорок. Более того, она была учительницей русского языка и литературы, конечно, носила очки и старалась жить скромно и не попадать в истории. Своего суженого она ждала уже так долго, что, если бы существовала хоть какая-то зависимость между временем ожидания и женским счастьем, Татьяна уже давно и непременно захлебнулась бы от восторга и просветления. Последним и единственным напоминанием о заветной мечте, о нем оставались любовные письма, которые Татьяна иногда писала воображаемому жениху и супругу, рассказывая ему о погоде, встречах с интересными людьми и о прочитанных книжках.
У Татьяны была младшая сестра Ольга. Тоже не замужем, между прочим, но совершенно по противоположным причинам. Ольга была веселой, ураганной девушкой, рано ушла из дома, уже успела побывать два раза замужем, оба раза счастливо, как говорила она сама, но чрезвычайное любопытство к жизни не давало ей остановиться в полете, и горящий глаз уже зрелой и опытной женщины в соку нашел очередной объект для неземной, доселе конечно, неслыханной страсти. Его звали Евгением.
На этом все пересечения с известным пушкинским сюжетом заканчиваются, хотя их и так, кажется, достаточно. Когда я впервые услышала эту историю от самой Татьяны, у меня случился приступ «дежа вю», и вместо того, чтобы выслушивать клиентку, я стала напряженно вспоминать, где я все это уже слышала, пока не дошла до девятого класса школьной программы. Мама Татьяны и Ольги была, должно быть, восторженной дамочкой, чтобы наградить дочек такими именами и обречь их на уже известные женские судьбы.
Обе сестры всю жизнь служили друг другу примером, как не следует жить и вести себя приличной девушке. У Ольги, правда, был комплекс вины перед Татьяной за то, что она так безусловно и так легко счастлива и на работе, возглавляя небольшую фирму по производству стеклопакетов, и в личной жизни. Она старалась незаметно помогать Татьяне материально, понимая, что та на свою учительскую зарплату лишнего купить не сможет. Она решила, что в родительской квартире останется жить именно Татьяна (ей квартиру в жизни не купить) и поэтому вот уже который год выплачивала огромный кредит за свою маленькую, но очень уютную квартирку с видом на реку. Единственная вещь, которой она искренне завидовала, так это способность Татьяны как-то очень подробно чувствовать и переживать. Ольга, как и Татьяна, верила в единственную любовь до гроба, но предпочитала не ждать ее, как манны небесной, а активно искать и строить.
Евгений, которого я уже упомянула, был очередным возлюбленным Ольги. Ей было тридцать пять, ему тридцать восемь, и обоим пора было подумать, в очередной, правда, раз, о создании семьи. Евгений поступил работать на фирму к Ольге год назад, и их отношения сразу стали жаркими. Ольга не хотела банального служебного романа с беспорядочными совокуплениями где ни попадя. Она была готова к большой, настоящей истории, а не просто к сексу. Поэтому она и обратилась к Татьяне.
II
Попросила у сестры самое сокровенное – письма! Она хотела, чтобы Татьяна помогала писать ей любовные письма Евгению.
Технология была простая: Ольга приходила к Татьяне, рассказывала, как у них развиваются отношения и что ее беспокоит, а потом под диктовку сестры воплощала чувства в строки. На следующее утро письмо забивалось в компьютер и отправлялось Евгению как свидетельство высоких душевных качеств женщины, которую он еще пару часов назад обнимал, целовал и тискал. Евгений просто зверел после этих писем, как утверждала Ольга. Она видела теперь, как дико могут любить девушку с мощной духовной составляющей!..
И вот вчера она прилетела к сестре окрыленная. Евгений сделал ей предложение! Пока это только предложение пожить вместе – помолвка по-западному… Но все-таки какой прогресс в отношениях!
– Спасибо, спасибо, Танечка, если бы не твои письма, этого никогда не произошло бы!
На Татьяну новость произвела неожиданно удручающее впечатление. Эти письма, ее чувства и талант, по основному сценарию ее собственной биографии, должны были принадлежать другому и сделать счастливой именно ее! Она чувствовала себя навеки обкраденной. Это она должна была прыгать козочкой от счастья, получив заветное предложение от единственного, вымоленного у судьбы возлюбленного.
В минуту она поняла, что жизнь кончена.
Сухо поздравив сестру и пообещав прийти на вечеринку по случаю помолвки, Татьяна поспешала отправить Ольгу домой, а сама стала рыдать.
Ночь была страшной.
III
А утром она пришла ко мне.
– Меня мучает зависть. Мне страшно от того, как я ненавижу свою собственную сестру.
– Вы влюблены в Евгения?
– Ну, нет, он младше меня!
– На три года-то? Он хороший человек?
– Он очень неплохой парень… Но… у него вульгарный вкус.
– Потому что он выбрал вашу сестру? А если бы он выбрал вас?
Татьяна театрально поджала губы.
– Вы попались в ловушку собственных грез. Срослись с ними как с родными. Мечты кажутся вам реальней, чем ваша земная жизнь. Ваш мужчина – тот, кто, прочитав письма, останется навеки сраженным вашим умом и тонкостью. Но что будет потом? Будет ли нормальный мужчина довольствоваться письмами? Сегодня миллионы людей сидят в Интернете, стучат с утра до вечера письма любви и счастья, но это только часть игры. Пора бы осваивать и другие правила «лямурных» интриг.
Слово «интриги» я сказала, конечно, зря. Для неиспорченного сознания сорокалетней девушки оно могло обозначать только гадость и мерзость.
– Я хочу сказать ему, что письма писала я, – заявила Татьяна.
– Зачем?
– Чтобы он знал правду.
– Какую правду? То, что вы в него немного влюблены? Ровно настолько, насколько влюблены в саму себя и в свои фантазии, между прочим? Или то, что Ольга прибегала к дополнительной помощи? Но я же тоже помогаю девушкам, и всегда анонимно! И что же, я должна теперь разрушать пары, которым помогла воссоединиться? Вы страдаете не от того, что много помогали Ольге, а от того, что делали это редко и мало, да и то помогали в уверенности, что ничего не сработает.
– Неправда, я хотела ей помочь.
– Отчего же нет радости?!
Когда все так запущено и так болезненно, ничего не остается, как лечить шоком. Куда еще откладывать и когда еще Татьяна соберется к психологу?
Я стала рассуждать, что теперь могла сделать Татьяна, чтобы разобраться в себе, избавиться от зависти к сестре, но по ее стеклянным глазам было видно, как мало она готова к свежим решениям.
– Вы уже убедились на примере Ольги, что некоторая предприимчивость, смелость и дерзость могут принести свои плоды. Евгений не ваш тип мужчины, его не интересует творчество, как вас, и скорее всего он, как и Ольга, стремится просто зарабатывать деньги. Успех их союза определен не вашими письмами, хотя они и могли придать ему особый оттенок.
Татьяна отказывалась принимать эти рассуждения. Смотрела на меня с ужасом и отрицательно мотала головой. Я уже и сама начинала верить в волшебную силу писем, столкнувшись с Татьяниной верой в слово. Мне уже и самой хотелось прочитать хотя бы пару любовных посланий, написанных Татьяной. Похоже, они были сильнее предсказаний Нострадамуса.
– Послушайте, если у вас такой литературный талант, используйте его себе во благо.
– Все дело во внешности! Ольга красивая, а это все, что нужно.
– Хорошо, давайте проверим обе гипотезы. Внешностью заняться всегда неплохо. Если уж идти по радикальному пути, то нужно снимать очки и отрезать косу. Ну а если дело в письмах? Тогда можно написать анонимное письмо неизвестному в газету, в рубрику «Знакомств», и посмотреть, кто откликнется. Если дело в письмах, вы его найдете! Во всяком случае, увеличите вероятность встречи с возлюбленным на порядок!
Страдания достигли высшей концентрации на лице Татьяны. Я предлагала ей выставить напоказ, пусть и анонимно, то, что было для нее свято и дорого.
– А как еще он узнает о вас?
Потрясенная Татьяна ушла домой. Не думаю, что ей было хорошо и радостно и потом. Но кто сказал, что смена глубинного сюжета в биографии женщины такое легкое дело?
IV
Дождавшись выходных, Татьяна пошла в парикмахерскую и сменила прическу, разрешив молодому дипломированному цирюльнику сделать с собой все, что он захочет. Больше от равнодушия и готовности к полному погружению во тьму, чем от женского кокетства. Выглядела она парадоксально – молодо и печально. Очки были сняты – все равно смотреть было не на что.
Так она и пошла на вечеринку по случаю помолвки Ольги. Долго мучилась, стоит ли идти, но сочла неприличным отказываться.
Между тем, предприимчивая и благодарная Ольга уже успела пригласить и затащить к себе на вечеринку нового работника фирмы, программиста Сергея, как раз для Татьяны. Вдруг понравятся друг другу? Вдруг поженятся? Она тоже готова постараться для сестры…
Сергей совершенно не задел Татьянино сердце. Большой, с наметившимся пивным животиком, в вытянутой и линялой майке, он занимал полкомнаты и выглядел косолапым топтыгой рядом с элегантным и подвижным Евгением.
К тому же он заикался. Татьяна не спускала глаз с Евгения! Сергей пялился на нее украдкой, ошарашенно, усиливая у Татьяны ощущение нелепости от собственного вида и присутствия.
Евгений не выдержал нарастающего и неуместного на вечеринке смура и пригласил Татьяну танцевать.
Девушка поплыла как гадальная свечка. В голове что-то замкнуло, и она сообщила ему, не знаю уж в какой связи и под каким предлогом, что все это время письма ему писала именно она.
Что тут началось!
Евгений отстранил Татьяну, глянул оценивающе, как на новую вещь в магазине, и, отпустив без сожаления, стал громко и истерически смеяться:
– Это правда? Оля, это правда?.. Оля, это правда, что письма писала Татьяна?
Он не схватывал трагичности момента и думал, что письма и признания были только цепью женских приколов. Все в маленькой комнате стали свидетелями объяснения.
– Танька, это очень хорошо, что ты мне все сказала! Если бы не твои письма, я бы уже давно женился на Ольке. Думаю, такая живая девушка и такую муть пишет… – Он обратился за пониманием и поддержкой к Сергею: – Как, думаю, дать понять ей, что это лишнее? А потом, думаю, пусть, если ей так нравится кропать…
Сергей напряженно молчал.
Татьяна обиженно попросила Евгения вернуть ей письма, на что Евгений недоуменно заметил:
– Но я же их не хранил… А потом, это мои письма.
Татьяна истерически и неловко ретировалась, как сбитая на лету косуля.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?