Читать книгу "Не верь мне"

Глава 8

Катя

В машине Андрея все настолько знакомо, что мне хочется тут же опустить козырек и в отражении зеркала проверить, не стерлась ли помада. Однако, мысленно ударив себя по рукам, я кладу ногу на ногу и обнимаю собственные плечи.

– Говори быстро, что хотел, я тороплюсь.

– Хочешь кофе? Заедем в кофейню?.. – спрашивает мягким, полным сожаления и заботы голосом.

– Нет, Андрей. Говори, что хотел! – настаиваю на своем.

Он проводит ладонью по лбу и привычным жестом поправляет челку. Тяжело сглатывает.

Я, скосив глаза, незаметно за ним наблюдаю.

Николаев красивый. Чистой, аристократической красотой. Правильными чертами лица и пропорциональной фигурой. Было время, когда в школе его называли задротом. Все мальчишки после уроков ходили в спортзал или бассейн, а Андрей – на скрипку. Все увлекались робототехникой и конструированием, а он предпочитал бальные танцы.

Однако позже, уже в старших классах, он как-то незаметно обзавелся широкими плечами и пленительной улыбкой. А вместе с ними – и армией поклонниц. Я не была одной из них, но когда он впервые подошел ко мне в вузе, на свидание сразу согласилась.

– Давай, хотя бы мороженое куплю, Коть!

– Не называй меня так!..

– Ну, не злись ты на меня! – срывается едва ли не на визг, – Я же не со зла!.. Сдалась мне эта Авдеенко!

– Я все знаю, Андрюш, – проговариваю ровным однотонным голосом, надеясь, что это может сбить его с толку, и тогда он выложит все как на духу.

– Что знаешь? – действительно пугается, – Ты с ней говорила?! Что она тебе наплела?! Она все врет, Катя, не верь ей.

– Ее версия звучала правдоподобно, – бормочу задумчиво.

– Нет, нет и еще раз нет! – ударяет Николаев по рулю.

Резкий звук клаксона пугает двух проходящих мимо машины подростков. Один из них подскакивает на месте и, глянув на нас, что-то выкрикивает и крутит у виска.

– В тот день она позвонила мне и сказала, что у нее есть какая-то информация о тебе и...

– И?.. – хмурюсь я.

– И... твоем брате.

– Паше?

Его часто так называют, а некоторые думают, чтобы мы на самом деле родственники.

– Да!.. Конечно, я не поверил!..

Потому что это бред, да. Но извращенная фантазия Есении проходится по коже наждачной бумагой.

Что она себе позволяет?! Сука!

– И что она сказала про нас?..

– Да, черт!.. – болезненно поморщившись, выдыхает Андрей, – Она и не успела...

Вранье. У них было как минимум полчаса до того, как я приехала.

– Ты лжешь.

– Катя!.. Ничего такого она не сказала, правда!.. Но зато сразу стала намекать на...

– Николаев, – перебиваю жестко и решаю вскрыть карты, – Хватить держать меня за дуру! Я знаю, что вы с Авдеенко встречались раньше!..

– Что?!

– Я знаю, что ты приехал на ту долбанную вечеринку гораздо раньше меня!

– Это она тебе так сказала?! – изображает шок на холеном лице, – Мы не встречались раньше!.. Да, пару раз я подвозил ее до дома, но она меня заставляла!..

– Фу, завязывай, Андрюш!.. – кривлюсь со смехом.

Однако, когда он поворачивается ко мне, в его глазах стоят слезы. Под одним из них пожелтевший синяк, на переносице – незажившая ссадина.

Мое сердце против воли сжимается от жалости.

– Авдеенко давно таскается за мной, ясно?.. Я не хотел говорить, чтобы не расстраивать тебя.

– В этом твоя вина.

– Я не хотел, чтобы ты психовала, Катя! Я же знаю, что вы с ней друг друга не выносите!..

– И почему же ты не послал ее? Она тебе нравится?

Картина в моей голове становится все более реалистичной. Кажется, Есения просто использовала его. Как дурачка. А у него просто не хватила силы духа поставить ее на место. Потому что и правда дурачок.

– Нет, конечно! Я посылал!.. – едва не плачет он, – Говорил, что люблю только тебя... Она сначала предлагала просто дружбу, потом начала вот это все...

– Что?..

– Ну... знаешь... облизывать губы, касаться...

– Ты совсем придурок?! Почему ты не рассказал мне?!

– Катя! Я же объяснил!.. Я не хотел тебя расстраивать! И между нами ничего серьезного не было! Я клянусь!..

– А несерьезного?.. – спрашиваю вкрадчиво.

– Ну... пару раз она пыталась поцеловать меня, но я не дался. А потом... потом приехала ты и все неправильно поняла.

Блин, возможно, и неправильно, но менее виноватым его это не делает!.. Не должен так себя вести парень в отношениях!

Как теленок, ей-богу!

– А если бы я не приехала, Андрей?.. Если бы Есения сама не решила подставить тебя и все-таки довела дело до логического конца?

– До какого конца?! До секса?! – ужасается он, бледнее еще больше, – Я бы не допустил этого!.. Я же тебя люблю! Она мне вообще не нравится!.. Брюнетки не в моем вкусе!

Смотрю и слушаю его и диву даюсь. А ведь она затащила бы его в постель, если бы захотела. Обязательно затащила!..

И что мне с ним таким делать?.. Дать шанс на исправление или... уже нет смысла?

В этот момент перед мысленным взором появляется картинка – лежащий с закинутой за голову рукой Пашка. Она вспыхивает, обжигая искрами и опаляя щеки стыдом.

Как так вышло, что я оказалась более виноватой, чем Николаев?!

– Ты мне лгал, – бормочу тихо и тянусь к рычагу двери.

– Прости меня, пожалуста!.. Катя! – опускает ладонь на мое плечо, – Подожди, давай я тебя отвезу. Ты домой?..

– Я сама, Андрей!

– Я отвезу! – настаивает он, но я все равно открываю дверь и выхожу из машины, – Катя!.. Прости!

– Пока!.. – забрасываю сумку на плечо и захлопываю дверь, на которой тут же начинает опускаться стекло.

– Ты простишь меня?.. Дай мне шанс, пожалуста!

Мне нужно подумать. Очень хорошо подумать и разобраться с тем, что я чувствую, потому что сейчас в моем сердце хаос. И Андрей... он уже не тот Андрей, которым был для меня еще пару недель назад.

Я хочу понять, нужен ли он мне вот такой.

– Я подумаю, – отвечаю с улыбкой.

– Ура-а-а!.. – трясет кулаком перед лицом, словно его любимая команда забила гол.

– Я подумаю, – повторяю, делая ударение на втором слове.

– Я тебе позвоню, моя кошечка!.. Целую!

Не могу ответить тем же, поэтому прощаюсь простым взмахом руки и иду по тротуару, рассчитывая вызвать такси к остановке общественного транспорта.

Глава 9

Катя

– Ты домой сегодня собираешься? – спрашивает мама в трубку, когда я проехала в такси уже примерно половину пути.

– Скоро буду, а что?

– Наташа приехала.

– Уже? Одна или с Богданом?

– С Богданом, – отвечает мама тише.

– Все, еду.

– И Просекины будут, – добавляет она, и я внезапно чувствую, как перехватывает горло.

– И Паша?

– Я не знаю. Позвони ему.

Мы разъединяемся, а я так и сижу с зажатым в ладони телефоном. Поднявшись волной из живота волнение бросает жар в лицо.

А что в этом такого, если я возьму и позвоню ему? Или напишу.

Позвонить или написать?

Сначала открываю список контактов, а потом все же решаю написать.

«Привет. Как дела?»

Пашка молчит почти пять минут, но потом я вижу зеленую точку рядом с его аватаркой и через мгновение приходит ответ.

«Привет. В норме. У тебя как?»

Мне категорически не нравится этот официальный тон, но я, словно он может видеть меня, все равно строчу ему сообщение с непринужденной улыбкой на лице.

«Отлично. Мама спрашивает, ты приедешь сегодня к нам? Твои родители будут»

Он очевидно задумывается, но ненадолго.

«Посмотрю по времени. Может быть, заскочу»

«Заезжай. Сто лет не виделись»

Дне недели разлуки для нас действительно целая вечность. Я не привыкла не видеть его так подолгу.

Мы ходили в один детский сад, потом в один лицей, хоть он и учился на год старше. Зато порой нас забирал один водитель, и выходные и каникулы мы тоже часто проводили вместе. Я знаю его с рождения!.. Он близок мне так же, как Натка, а секретиков моих знает даже больше, чем она. Я не собираюсь его терять!

– Ма-ам!.. – кричу с крыльца, но слышу голоса, доносящиеся с заднего двора.

Бросив сумку в низкое плетеное кресло и сунув телефон в карман широких голубых джинсов, я иду по опоясывающей дом террасе, пока не вижу сестру и ее парня у бассейна.

Данни, наш корги, нарезает круги вокруг него и по лужайке, а увидев меня, несется на своей максимальной скорости, виляя пухлым задом из стороны в сторону.

– Привет! – салютует бокалом с соком Ната, – Надевай купальник и иди к нам!

Я останавливаюсь у бортика бассейна и смотрю, как эти двое разлеглись на шезлонгах. Богдан, прячась за солнечными очками, приветствует меня кивком головы. Он не очень многословный и, если честно, я от него не в восторге. Но это Наталкин выбор, а не мой.

Мой собственный тоже оказался не фонтан.

– Вода же холодная...

– Папа подогрев включил, – лыбится сестра.

– Серьезно?.. Значит, сегодня открываем купальный сезон?

– Ага!..

– Может, там маме помочь надо? – киваю в сторону дома.

– Пока ты каталась, мы уже все сделали. Тетя Марина убирает кухню.

Тетя Марина наша домработница. Уже не помню, почему мы с сестрой ее так называем.

– Ладно, тогда я скоро.

Захожу в дом с заднего входа и, поцеловав маму, поднимаюсь к себе. Там переодеваюсь в белый купальник и, захватив солнцезащитный крем, возвращаюсь к бассейну. Занимаю свободный шезлонг и усаживаю Данни в ногах.

– Как дела?

– Еще пару недель, и я до августа в отпуске, – говорит Ната, возводя руки к небу.

Я смеюсь. Она преподает английский в Государственном университете и занимается литературными переводами. У меня почему-то такой склонности к языкам не обнаружилось. Всегда учила их с репетиторами.

– А у тебя? – спрашиваю у Богдана.

Тот, шевельнувшись, словно я его разбудила, поворачивает голову в мою сторону.

– Отлично.

– Я рада, – бормочу под нос.

Вот и поговорили. Но Натка вроде с ним ладит, иначе не таскала бы его к нам в дом.

Залипнув в телефоне, Богдан не обращает на нас никакого внимания. Мы с сестрой тихонько болтаем о своем. Мне жутко хочется рассказать ей об Андрее и услышать ее мнение. Но решаю сделать это позже, когда ее парня не будет рядом.

– Помощь нужна? – спрашиваю у папы, когда он выходит и направляется в мангальную зону.

– Лежи уже, – говорит он.

– Пап, давай, мы с Катей плов приготовим, – предлагает Ната, сев на шезлонге.

– Он не терпит женских рук, – отзывается он.

– Дан, – касается она плеча своего парня, – Помоги папе с мангалом, пожалуйста.

Тот направляет на нее недовольный взгляд, но, вздохнув, все же поднимается и идет в беседку. Я, прикинувшись слепой, кладу голову на небольшую подушку и блаженно закрываю глаза.

– Мы с Николаевым расстались, – проговариваю с улыбкой, как бы между прочим.

– Че-го?! – выдыхает она ошарашенно.

Судя по всему, мама не стала делиться с ней этой новостью, а предоставила это мне.

– Ага...

– Почему?! – она снова садится и спускает ноги вниз.

– Я его с вечеринки Авдеенко вытащила.

– И?..

– Едва не с нее самой сняла, – договариваю, приправив слова смешком.

Натке не смешно совсем. Она глядит на меня большими серыми глазами и, кажется, вот-вот расплачется.

– Он тебе изменил?!

– Я не знаю, – признаюсь честно, – Он говорит, что между ними ничего, кроме поцелуев не было, но я не уверена...

– Так, может, и не было?..

В этот момент на террасу из дома вместе с мамой из дома выходят Просекины – Олег Сергеевич и тетя Саша. Мы с сестрой соскакиваем и как по команде несемся с ними здороваться.

Мы с ними не виделись уже пару месяцев, а Ната и того больше.

Я очень люблю тетю Сашу, они с нашей мамой как две противоположности. Блондинка и брюнетка. Мама чуть выше, с округлыми формами и тяжелой грудью, тетя Саша напротив – ниже ростом и хрупкая. Однако обе очень красивые.

– Мои хорошие, – приговаривает она, смеясь, когда мы расцеловываем ее в щеки.

Олег Сергеич обнимает меня за талию и отрывает от земли, как часто делал это, когда мы были маленькими. Я визжу и щипаю его бока, пока он не отпускает меня.

– Паша приедет? – спрашивает мама.

– Сказал, что приедет, если освободиться пораньше, – отвечает тетя Саша.

Мои щеки покалывает, но я надеюсь, они от этого не покраснели.

– А что Матвей? Сессию сдал уже? – интересуется она нашим братом.

– Сдал. На следующей неделе прилетит уже.

Пока папа и Олег Сергеич жарят мясо и готовят плов в казане на открытом огне, мы с сестрой делаем заплыв по бассейну. Богдан, воспользовавшись приходом Просекина – старшего, снова залипает в телефоне.

– Может, и не было ничего? – пристает Ната, когда мы повисаем на бортике у противоположного от шезлонгов края.

– Он меня обманывал... Сказал, что у родителей на даче, а сам был на ее вечеринке...

– И как он это объяснил?

– Да, не важно, как!.. – восклицаю я, – Он с ней целовался! Катал на своей машине!

– Но может стоит дать ему шанс?

– Я не хочу, Нат... Я не знаю. Я разочарована, понимаешь?

– Понимаю, – кивает сестра и, вдруг увидев кого-то за моей спиной, приветственно машет рукой, – Паха приехал!

Глава 10

Павел

Пообещал, что подумаю, не собираясь сюда ехать. Даже несмотря на то, что все дела порешены, и планов на вечер никаких.

Мы давно выросли из посиделок с друзьями семьи. Таскаться к Лебедевым с родителями давно должно быть неинтересно.

– Паша!.. – восклицает Марья Сергеевна, заметив меня.

Натка машет рукой, и даже ее бойфренд приподнимается с лежака.

– Здорово, – говорит шагающий навстречу Руслан Андреич.

Короткое рукопожатие, дружеский хлопок по плечу. Мне рады как родному, потому что я по этой лужайке в подгузнике носился, и на Марью Сергеевну, если верить рассказам, не раз срыгивал.

Отец, смоля сигарету у мангала, смотрит на меня с прищуром – я ведь ясно сказал ему сегодня утром, что приезжать сюда не собираюсь. Слегка пожимаю плечами. Изменились планы, с кем не бывает.

Ну и... поприветствовав всех, нахожу глазами Котю. Держась двумя руками за бортик, она бултыхает ногами в бассейне и смотрит на меня с улыбкой. А затем, оттолкнувшись от дна, неспешно доплывает до протиположного края и выходит по хромированной лестнице из воды.

Я отворачиваюсь в этот момент и вместе с Русланом Андреичем иду к беседке.

– За рулем? – спрашивает он.

– Ага...

– Может, до утра останешься?

– Нет.

– Или машину у нас бросишь?..

– Нет, спасибо, – отказываюсь от холодного пива.

Подходит Богдан. Завязывается беседа о моей работе. Мы пересекались с ним не раз по поводу обучающей базы для его студентов. Она не лицензионная, но в то же время отвечает всем методическим требованиям. Дорабатываем до сих пор. Мне, как одному из создателей, хочется довести ее до совершенства.

Потом заходит речь о новой проге компании моего отца и Лебедева, и все внимание переключается на них.

Я сижу на парапете спиной к бассейну и затылком чувствую взгляд Кати. Его жжет как от перцового пластыря, и мне постоянно хочется растереть его рукой.

– Девочки!.. – зовет ее и ее сестру моя мать, – Мясо готово!.. Идите скорее, иначе остынет.

До меня доносится их негромкий смех и тихие перешептывания, а потом они обе появляются в кадре. В наброшенных на плечи пляжных полотенцах усаживаются за стол рядышком друг с другом аккурат напротив меня. Наталья, заправив за уши светлые пряди, тут же заваливает меня вопросами.

– Паш, когда уже с девушкой нас познакомишь? Выбрал достойную?..

– Не выбрал.

– Ника, моя подруга... – заводит старую песню, – Помнишь Нику, Паш?..

– Помню.

– Она все время про тебя спрашивает, – проговаривает, поигрывая бровями.

– Придет время, и Паша встретит ту единственную, – решает вступиться за меня мать.

А я снова чувствую себя «сыночкой – корзиночкой», который сам не в состоянии ответить на вопросы.

– Мне не терпится познакомиться с ней, – вздыхает Ната, видимо имея в виду, что остепенить меня сможет только чудо.

Катя, сидя рядом с сестрой, необыкновенно тиха. В глазах, несмотря на мелькающую время от времени на лице улыбку, расстерянность и непонимание, как вести себя дальше.

Она смотрит на меня, и будто ждет подтверждения тому, что все по-прежнему. Если бы мог, я сказал бы это вслух.

Блядь...

Все по-прежнему. Ровно так, как было до той проклятой ночи. Какого хрена она сомневается в этом?! Мы выросли в одной коляске. Молоко из одной бутылочки пили. Я, мать ее, помню, как она уснула на горшке, и как ее тошнило, когда она осталась у нас на выходные!

Мы не будем перепрошиваться – я категорически против.

О том, что случилось в моей кровати, даже вспоминать не хочу. Котя оказалась не в то время, не в том месте. Иное не обсуждается.

После плотного обеда я устраиваюсь на диване террасы и жду момент, когда можно будет свалить незаметно. Залипаю в телефоне и вдруг слышу позади легкие шаги.

Котя.

Легкое дуновение ветерка, принесшее запах ее волос подтверждает – она. Обойдя низкий плетеный диван, на котором я лежу, залезает с ногами в такое же кресло. Ее волосы уже высохли и как обычно кудрявятся у лица, делая ее похожей на ребенка.

– Я думала, ты уснул, – говорит она, гоняя во рту леденец.

– Почти. Лягу сегодня пораньше.

– Ммм...

Повисает пауза, и я понимаю, что несу бред. Не специально, разумеется, но щеки Кати тут же покрываются румянцем.

– На городской пляж не ездили еще?

– Не-а, – отвечаю, зевнув, – Через пару недель. Там пристань на ремонте.

У меня там свой гидроцикл и катамаран на четырехтактовом двигателе. Спущу на воду – позову ее покататься.

Снова оба замолкаем. Я, делая вид, что сосредоточен на чем-то в телефоне, раздражаюсь. На нее за то, что она молчит, и на себя за то, что не могу придумать ни одной темы для разговора.

И смотреть на нее не могу, потому что бесит.

– У тебя как? – спрашиваю спустя какое-то время.

Катя вздыхает и немного меняет положение тела, выставив вперед округлую золотистую коленку.

Я сотню раз видел ее разбитой и даже помню, что после падения со скутера под коленной чашечкой остался белесый шрам в виде полумесяца. Я сам возил ее в травмпункт и сам же выхватил от отца и Руслана Андреича пиздюлей за неаккуратное вождение.

Ни черта другого я в этой коленке видеть не хочу.

– Нормально, – говорит Катя, изображая беспечность, которой на самом деле не чувствует.

Нервничая, все время щелкает пальцами и трогает свою серьгу.

– Помирились с Николаевым?

– Нет!.. То есть... мы разговаривали...

– И он сказал, что оказался там случайно, а Авдеенко вешалась на него сама?

– Ну, примерно это он и сказал, да, – смеется Котя, – Говорит, что между ними ничего не было.

Охренеть. Я ему зря сопатку разбил, что ли?..

– Разумеется, не было. Андрей не станет врать.

Лебедева смеется, а потом спускает обе ноги на пол и, выпрямив спину, упирается ладонями в край кресла. Я поднимаюсь на локте, и становится понятно, что непринужденностью, которую мы так старательно играли, даже и не пахнет.

– Вот... – склоняет голову набок и быстро пробегается кончиком языка по губам, – думаю, не поторопилась ли я?.. Может, дать Андрею шанс?

– Сама решай. Делай, как подсказывает тебе твое сердце.

Катя усмехается, отводит ненадолго взгляд, а потом снова смотрит на меня – на этот раз с обидой.

– Ты злишься? Считаешь, я специально это сделала?..

Злюсь, да. Но тупанули оба. Оба виноваты.

Глава 11

Катя

Мой стоящий в подставке телефон заляпан мукой и брызгами жидкого теста. Я тороплюсь и все время жму на паузу, чтобы успеть сделать все, что требуется по рецепту.

Стараясь действовать осторожно, выливаю смесь в силиконовую форму и ставлю ту в духовой шкаф. Остается вымыть посуду, отчистить все поверхности – и шарлотка по рецепту известного кулинарного блогера готова!

Мама будет в шоке!..

– Закончила? – спрашивает тетя Марина, заглядывая в кухню, – Я уже могу заняться ужином?

– Пять минуточек!.. – восклицаю с воодушевлением.

Я решила пройти кулинарные курсы онлайн, а также подумываю записаться обучениестилистике и управлению своими финансами.

Почему нет, если бездействие меня убивает!..

Я устала бегать на коктейль – пати с подружками, устала отбиваться от Николаева и устала ждать звонка Пашки.

Он морозится. На мои сообщения отвечает сухо и односложно, никуда не зовет и сам не приезжает. Это невыносимо. Порой мне кажется, я никогда не справлюсь с разрушающим изнутри чувством потери.

Наша многолетняя дружба дала трещину, которую уже ничем не склеить.

Пока шарлотка запекается, я привожу кухню в порядок, а потом, выждав положенное время, вынимаю форму из духовки. Выглядит почти так же красиво, как на картинках в интернете. Надеюсь, на вкус будет не хуже.

– Пахнет неплохо, – говорит тетя Марина.

– Правда?..

Однако в момент, когда приходит время достать выпечку из формы, что-то идет не так.

– Черт... – ругаюсь, пытаясь отлепить шарлотку от силикона.

– Ты смазывала ее маслом?

– Эмм... забыла!..

– Дай сюда, – тетя Марина отодвигает меня в сторону и заворачивает форму в смоченное в холодной воде полотенце.

Я, наблюдая за ее действиями, вдруг чувствую, как в горле вырастает ком и появляется непреодолимое желание прямо сейчас зарыдать в голос.

Я неудачница!..

И Пашка!.. Пашка просто говнюк!

– Все получится, – успокаивает меня тетя Марина.

– Угу... Я сейчас...

Забираю телефон, выхожу из кухни и взлетаю по лестнице на второй этаж. Закрывшись в своей комнате, падаю на кровать и сразу набираю Просекина.

Он отвечает спустя три длинных гудка.

– Паш... привет! – выпаливаю в трубку на эмоциях.

– Привет, – отвечает он ровно, – Что случилось?

Я издаю короткий хриплый смешок и, перекатившись на спину, сгибаю ноги в коленях и забрасываю одну на другую.

– В том-то и дело, что ничего!..

– И?..

Если он и догадывается, к чему я клоню, то не подает вида и ведет себя так, словно мы общались в последний раз накануне, а не пару недель назад.

– Давай поговорим, Паш!

– Давай.

Я перевожу дыхание и продолжаю:

– Ты больше не собираешься со мной общаться, я правильно понимаю?..

– Не правильно.

– Но прошло уже столько времени, а ты...

– Что я?.. – перебивает тихо.

– Ты ни разу не позвонил мне.

– Ты мне – тоже.

– Я не хочу навязываться!.. Если ты больше не хочешь...

– Я тоже не хотел навязываться, – отрезает снова.

– Что значит, навязываться?! – ахаю я шокированная, что он мог так подумать.

– Катя...

– Мы больше не друзья?.. Я тебя раздражаю?

– Нет...

– Просто скажи мне, Паша, чтобы я успокоилась и перестала себя накручивать!..

– Не говори херни... Ничего не изменилось, – проговаривает он раздраженно.

– Тогда почему мы перестали встречаться?.. Ты обещал позвать меня на пристань, но...

– Я был занят. У меня проект.

– Раньше тебе это не мешало!

– Катя!.. Чего ты хочешь от меня? Что мне сделать, чтобы ты успокоилась?

Судорожно втянув воздух, я замолкаю, потому что сама не знаю, чего жду от него. Чтобы он отмотал время назад или стер память нам обоим?..

– Я хочу, чтобы все стало как прежде, Паша.

– Все как прежде, – отвечает он негромко.

– Правда?

– Да.

– То есть... – усмехнувшись, выдерживаю паузу, – Я могу звонить тебе в любое время?..

– Звони.

– Просить тебя, чтобы ты забрал меня с посиделок с девочками и приезжать к тебе в гости?

– Да.

Он произносит это так просто, что я начинаю чувствовать себя не то дурой, не то истеричкой. Я что, действительно, накрутила себя сама?..

– Ты уверен?

– Кать... в чем проблема-то?..

– Ни в чем. Просто...

– Тебе не кажется, что ты придаешь слишком большое значение тому, что тогда случилось?

Я зависаю. Оглушенная, сбитая с толку и не понимающая, как реагировать на слова Паши. Должны они меня обидеть или успокоить? Радоваться мне или плакать?

– А ты?

– Никак. Я никак к этому не отношусь. И ты забей.

– Я забила, – нагло вру.

– Вот и отлично.

– Да... Тогда я могу тебе позвонить... например, сегодня вечером?..

– Звони.

Мы разъединяемся, и я потом еще долго смотрю на потолок над головой, не чувствуя при этом никакого облегчения. Пашка вроде говорит и ведет себя естественно, а я все равно не могу избавиться от ощущения повисшей между нами недосказанности. Может, он прав?.. Все дело в моей мнительности? Может, я сама создаю проблему из ничего?

Вечером, еще до того, как родители возвращаются с работы, я собираюсь, вызываю такси и еду в бар, в котором у нас с девчонками назначена встреча.

Таня и Ярослава, которой рожать всего через месяц, уже на месте. Машут обеими руками, едва я вхожу в зал.

– А где Ева? – спрашиваю после традиционных обнимашек, – Опаздывает?

– Сегодня на каникулы Эвелина приехала, – говорит Таня, двигая ко мне барную карту, – Ева обещала притащить ее с собой.

– Серьезно?.. – восклицаю я, – Круто!..

Эва младшая сестра Евы. Она учится в Питере, и мы не виделись с прошлого лета.

– А как тебя Виталик отпустил? – спрашиваю у Яры, чей беременный живот видно даже из-под стола.

– Я у него не спрашивала, – смеется она, – Могу я расслабиться в последние недели?

Она беременна от нашего одногруппника и, кажется, никак не может с этим смириться. Красивая и яркая, всегда пользующаяся успехом у парней, вдруг споткнулась о книжного червя, отличника в очках с толстыми стеклами. Говорит, бес попутал.

– Можешь, конечно!..

– Полюбоваться на вас беспечных, да оплакать свою молодость, – добавляет с завистью.

– Ой, да брось!.. – отмахивается Таня, – Все мы когда-нибудь через это пройдем.

В этот момент на мои плечи опускаются руки, а в нос проникает аромат духов Евы. Склонившись, она целует в щеку сначала меня, а потом девчонок по очереди. Ее сестра скромно стоит за ее спиной.

– Эва!.. Блин, ну ты красотка! – восклицает Таня, – Теперь Просекин от тебя точно никуда не денется!