Текст книги "Помоги мне, даже если я против!"

8

Александр Синицкий представительный и уже в возрасте мужчина встретил Макара с распростертыми объятиями в своем огражденном высоким забором доме в Каире.

– Добро пожаловать Макар! – пожал протянутую руку Александр. – Сколько лет мы не виделись?

– Пятнадцать точно, – ответил Романовский. – С того момента как я уехал из Каира и создал свою компанию. Вы дядя Саша нисколько не изменились с того момента.

– Разве что постарел. Годы, знаешь ли, берут свое. Но я все равно стараюсь держать себя в форме. Местный климат всегда благоприятно действовал на меня. Хоть я и родился в Росси здесь, – он развел руками, – мне намного комфортнее и спокойнее. Свой бизнес стабильные отношения с властями и постоянная женщина делающая меня счастливым. Скажи что еще необходимо мужчине в моем возрасте?

Макар глухо рассеялся. Ему было приятно узнать что человек, который его вырастил, чувствует себя превосходно.

В кабинет, где они сидели, вошел смуглый мужчина в традиционном балахоне с подносом, на котором стояли чашки с ароматным кофе, и поставил его на стол. Сказал несколько фраз на арабском и с поклоном удалился.

– Это Мухаммед мой служащий, – пояснил Александр. – Отличный парень. Добрый верный и главное я ему доверяю.

– Дядя Саш я рад, что у тебя все хорошо, – искренне сказал Макар.

– А вот у тебя мальчик мой, похоже, что не очень, – с грустью парировал Александр. – Что у тебя с лицом? Не от хорошей жизни ты его прячешь? Что произошло за все те года, что мы не виделись?

Макар напрягся и машинально поправил повязку. Он знал, что Александр его обязательно спросит об этом и все же надеялся на чудо, что тот проигнорирует это.

– Я надеялся, что ты не спросишь об этом.

– Как я могу не спросить? Я растил тебя как сына и мне не безразлично, что с тобой произошло.

– Три года назад я угодил в аварию. Моя фиктивная жена погибла на месте, а я отделался лишь частичной потерей лица. Вот так дядя Саш.

Пожилой мужчина потер подбородок и поддался вперед.

– Покажи! – это был приказ, а не просьба.

– Дядя…

– Я сказал – покажи! У меня есть полное право видеть.

Тяжело вздохнув, Макар снял повязку. Только перед Синицким он мог это сделать. Знал, что тот не отвернется от ужаса и воспримет его травму как свою собственную. И он не ошибся.

Сидевший напротив мужчина встал из-за стола и подошел к Макару. Протянул морщинистую руку и коснулся лица своего названного сына. На его глазах выступили слезы.

– Чтобы ты не сделал мальчик мой, этого ты точно не заслужил. Но как говорят здесь на все воля Аллаха. За страданиями всегда приходит радость.

– Боюсь не в моем случае. Радость это не то что я испытываю каждый день глядя на себя в зеркало. Конечно, я уже не впадаю в панику и не бегу за бутылкой, чтобы забыться но… Смирение с обстоятельствами – вот что я чувствую. Иногда мне кажется, чтобы было бы лучше, если бы я не выжил.

– Никогда не смей так говорить! – прикрикнул на него Александр. – Если бы судьбе было угодно, то ты бы умер еще давно. Тогда в отеле. То, что произошло с тобой это всего лишь испытание, которое ты снес достойно. И я, не смотря на то, что мне больно видеть все или шрамы горжусь тобой. Ты сильный мужчина не только телом, но и духом. Уверен, что женщина, живущая с тобой, тоже это знает.

– У меня нет женщины дядя Саш, – произнес Макар и тут же подумал о Лии замечательной девушке ждущей его дома. – Неужели ты думаешь, что хоть одна захочет быть со мной? С таким, – он показал на свое лицо.

– Если любит то да захочет. Возможно, ты просто не встретил такую, но давай я дам тебе совет заранее – не скрывай от той, которую встретишь свое лицо. Особенно его она попросит тебя, его открыть ей. Я прожил много лет у меня скверный характер, но та, что живет со мной, терпит его и мириться и знаешь почему? Потому что любит, а я люблю ее. Зурюя чудесная женщина и за многое ей благодарен. Дай бог, чтобы у тебя была такая же и самое главное, чтобы у тебя хватило мозгов ее не оттолкнуть, – на этой ноте Синицкий вернулся на свое место. – Ну да ладно. Вернемся к тому, зачем ты приехал ко мне спустя столько лет. Явно не для того чтобы поговорить о личной жизни. Ты деловой человек даже через, чур, деловой. Твой брак со Светой, о котором говорили в новостях и то был заключен на деловом уровне. Так что я не поверю, что ты явился ко мне для дружеской беседы, хотя не скрою я рад и этому. Рассказывай, что привело тебя.

Макар надел обратно повязку и вытащил из внутреннего кармана пиджака конверт с распечатанными фотографиями и передал их Александру.

– Ты прав дядя. Я не за этим. Причина моего приезда в этом конверте. Открой, посмотри, а потом я задам вопрос, на который ответить можешь только ты, – он отпил принесенный кофе и снова вспомнил о Лии. Ее напиток был вкуснее.

Синицкий вскрыл конверт и вытащил снимки. Пока он их просматривал, Макар обратил внимание на то, как тот бледнел с каждой просмотренной фотографией. Никаких сомнений не было в том, что дядя догадался, о чем будет разговор и вопрос.

– Последний снимок, – заговорил Макар, – сделан за несколько минут до столкновения. И на фотографии не я. Мой автомобиль ехал следом и врезался в ее левое крыло. Света была уже мертва к этому моменту. Подушки безопасности по какой-то причине не сработали. Авария была подстроена вне всяких сомнений. Все три года я думал, что это меня хотели убрать, что мой бизнес или я лично кому-то мешал. Но недавно до меня дошла информация, что в ее машине был еще один труп и анализ ДНК показал, что труп якобы мой и на снимках тоже я. Но это не возможно. Если этот тип на фото я, то перед тобой дядя призрак. Иначе никак, – Макар серьезно посмотрел на Александра, на котором не было лица. – Так может, ты мне объяснишь, что все это значит? Ты самый близкий друг моих родителей скажи кто он! Только не говори, что ничего не знаешь. Не поверю. Вы с моим отцом были, как братья, а меня ты воспитал как сына. Я не поверю, что ты не знаешь, что мне ответить.

Договорив Романовский, откинулся в кресле и стал ждать, когда его самый близкий человек заговорит.

Синицкий дрожащей рукой положил фотографии на стол и закрыл глаза. Потер виски, так словно у него была невыносимая боль, а потом, сжав ручки кресла тихо произнес:

– Не думаю, что ты готов услышать то, что я скажу Макар.

– Дядя Саш я в своей не такой длительной жизни как твоя пережил очень много и страшного. Мое лицо тому доказательство. Так что поверь я готов. Устал жить в загадках, так что если желаешь мне помочь то начинай повествование.

Александр отодвинул в сторону чашку с остывшем кофе и налил в рюмку из стоявшего на столе графина коньяк и залпом выпил его.

– Когда твой отец Коля позвонил и сказал, что Рита рожает, я бросил все дела и примчался в больницу. В те времена даже на самой быстрой машине добраться до роддома было солоновато не то, что сейчас. Так что когда я добрался, твоя мать уже родила и спала в палате. Твой отец и мой друг выглядел не очень радостным для человека, у которого только что родился еще один сын. Это меня насторожило и как выяснилось не зря. Я почувствовал, что что-то произошло. Коля отвел меня в сторону и нервным от волнения голосом сказал, что роды прошли не очень успешно. У Риты было кесарево и на свет появилось… появилось сразу три младенца…

Макар никогда не думал, что может чему-то удивиться, но эта новость его потрясла. Внутренне он подготавливал себя к нечто подобному, но все равно был поражен.

– … Три мальчика, – продолжал Александр. – Рожать в те времена было сложно двоих, а троих… Я понял, почему Коля волновался. Но как оказалось что это не та причина. Первый мальчик был абсолютно здоров. А вот остальные… Остальные были слабыми. Из-за неправильности принятия родов они еще были травмированы. Представляешь, что такое для младенца получить травму? В общем, врачи сказали, что эти двое долго не проживут и твой отец принял решение отказаться от них. Я отговаривал его. Пытался внушить, что все может обойтись, но он был в таком состоянии, что ничего не хотел слышать. Взяв с меня обещание, молчать он подписал все нужные бумаги, а Рите сказал, что малыши умерли. Она долго переживала, а через три месяца после выписки Николай проговорился ей о том, что малыши были живы. Рита измором его заставила поехать и узнать, что с ними и если они живы, забрать их. Но в роддоме сказали, что малыши скончались месяц назад. Судя по фото, что ты мне привез, это была ложь. Во всяком случае, один ребенок точно был жив.

– А что родители? – выдавил из себя Макар.

– Ничего. Продолжили жить дальше. Твой брат Кирилл ничего об этом не знал. Мне жаль Макар, что так вышло. Я до сих пор временами кару себя за то, что не взял их себе. Не усыновил. Возможно, тогда все было бы по-другому.

Пожилой бизнесмен налил себе еще выпить, а Макар с трудом сдерживал ярость. Теперь все встало на свои места. Его родители, точнее его отец оказался трусом. Во всем. Он бросил его братьев в больнице и ничего никогда не говорил об этом ему.

– Макар я знаю, что ты сейчас чувствуешь, но поверь…

– Не знаешь! – прошипел Макар. – Не знаешь. Столько лет я считал, что у меня никого нет. Что я один. А тут выясняется, что у меня есть брат и не один. Причем один из них точно знал о моем существовании. Да если бы я знал, я бы весь мир перевернул, но нашел бы его… Их! Дядя ничего не понимаешь, – он вскочил с места и заходил по кабинету. – Он нашел меня и скорее всего, погиб из-за меня. Ведь мы с ним одинаковые, черт возьми. Не знаю, как он встретился со Светой, но думаю, что убрать действительно хотели меня. Вот только кто? Кто меня так сильно ненавидит? – он с силой толкнул стул ногой и тот перевернулся. – Кто?

Макару было тяжело дышать. Боль и ярость огнем сжигали его изнутри. Братья. Все эти года у него были братья. И его погибшая жена знала об этом и ничего ему не говорила. Почему? Неужели у нее была какая-то цель и выгода в этом? Он обязан узнать все и не остановиться, пока не выяснит.

– Макар мне кажется, ты ошибаешься, – осторожно заговорил Александр. – Подумай хорошенько, если бы целью был ты, то попытки повторились.

– Я найду его! – твердо заявил Макар глядя в окно.

– Кого?

– Брата. Что-то подсказывает мне, что он тоже оказался жив. Дядя мне нужен адрес больницы, где я родился.

Синицкий молча написал адрес и отдал его Макару. Тот выхватил листок и бегло пробежал текст.

– Столько лет прошло Макар. Не думаю что это возможно.

– Знаешь, что я понял в этой жизни дядя? Когда у тебя есть деньги возможно все, – он убрал листок в карман.

– Ошибаешься мой мальчик. Жизнь, нельзя купить ни за какие деньги.

– Согласен. Зато информацию можно.

Романовский направился к выходу.

– Макар прости меня, – остановил его голос Александра.

Мужчина обернулся.

– Мне не за что тебя прощать. Ты всего лишь держал слово данное другу. Жаль только что друг оказался трусом. До встречи дядя и спасибо за то, что все рассказал.

– Может, останешься? Ты только прилетел. Мы вместе все обдумаем. Я могу помочь.

– Нет. Ты и так помог мне. Теперь у меня еще больше дел. Но обещаю что вернусь.

Он ушел, оставив Синицкий один на один с воспоминаниями и скорбью. Александр переживу за мужчину, который только что покинул его кабинет и боялся, что тот больше не вернется.

***

Лия сидела у окна и смотрела на огни большого города. Она ждала, что вот-вот ворота, около которых неустанно дежурили охранники, откроются, и появится черный джип Макара. Мужчина обещавший вернуться через два дня со дня отъезда отсутствовал уже больше недели. Он не звонил и не спрашивал как у нее дела. Словно забыл о ее существовании.

Девушка пробовала спросить у охранников, но те с каменными лицами говорили, что ничего не знают и предлагали поинтересоваться об этом у Виктора. Что она и сделала, как только тот навестил ее на днях с целью узнать, как, а так же привез продукты. Милый высокий спортивный мужчина коротко ответил, что с Макаром все хорошо и что у него дела. Когда вернется, он не знает.

Здесь что-то было не так. Лия чувствовала, что Суханов ей недоговаривает что-то. Но пытать его не имело смысла. Он ничего бы ей не сказал. Поэтому все, что оставалось Лии так это сидеть и ждать возвращения Макара.

Она скучала по нему. Сильно. Жаждала увидеть его и обнять. Одно его присутствие могло скрасить ее одиночество. Стало бы легче ожидать, когда Глеб выйдет из комы. Его состояние оставалось прежним и по разговору его новых врачей, с которыми она познакомилась на следующий день, после отъезда Романовского будет таким еще долго.

Стало совсем одиноко и тоскливо. Не хотелось ничего. Ни есть, ни смотреть телек привезенный все тем же Сухановым. Ничего.

Макар, где же ты? Почему не звонишь и не приезжаешь?

Лия встала с подоконника и пошла наверх. Внезапно она услышала скрип ворот и через окно, в которое она только что смотрела, пролился яркий свет фар. Подскочив к окну, Лия едва не завизжала от радости. Это был джип Макара.

Он вернулся. Вернулся!!!

Лия бросилась к входу чтобы встретить того кого с нетерпением ждала столько времени. По ком скучала.

Как только он вошел, она сразу кинулась его обнимать.

– Ты вернулся! Наконец-то! Где ты был так долго? Неважно. Я рада, что ты здесь, – радостно щебетала Лия. Она не думала, что испытан такую безграничную радость от его возвращения.

Но эта радость была не долгой. В нос ей ударил резкий запах алкоголя и сигарет. Слегка отстранившись до нее, дошло, что Романовский был до ужаса пьян. Глаза ноги пошатывались.

– Что замолчала? Эм? – произнес он, держась за дверной косяк. Затем грубо оттолкнул и прошел в гостиную.

– Макар что случилось? – последовала за ним Лия, опасаясь, как бы он не упал и не поранился. Она уже видела его пьяным, но не до такой степени. – Это из-за поездки?

– Как ты догадалась? – с насмешкой отозвался он, рыская по шкафам. – Где эта чёртова бутылка? Я помню, что она была где-то здесь. Мой папаша часто покупал дорогой коньяк и прятал его от матери.

Да дело плохо.

– Макар что случилось? Что ты узнал?

Макар с грохотом захлопнул очередной ящик.

– То, что мой отец трус! – громко объявил он, выпрямляясь во весь свой рост. – Трус и сволочь!

Лия подошла ближе, но тут же отпрянула, заметив холодный блеск в его глазах. Она никогда прежде его не боялась, но сейчас ей стало страшно. За него.

– Не хочешь рассказать? – предложила она. – Станет легче.

– Не станет. Ли. Но… Где эта чёртова бутылка? – он стал снова осматриваться по сторонам.

– Может тебе хватит? Алкоголь не выход. Поверь, я знаю.

– Ну, еще бы! – усмехнулся Романовский. – Кому как не тебе об этом знать. Ты же сама прибегала к этому способу, и результатом стало бы твое мертвое прекрасное тело в ванне, если бы не я. Так что ты точно знаешь что спиртное не выход. И я это знаю но у меня ситуация совсем другая.

Лии было неприятно слышать о своих ошибках, но от этого никуда не денешься. Что было, то было и отрицать, не имело смысла.

– Скажи какая. Макар!

– Неужели думаешь, что сможешь помочь? – цинично спросил Романовский, приблизившись к ней вплотную. – Это рана девочка, которую можно заштопать и все пройдет. Здесь большее. От этого нет лекарства кроме как забвения. Разве что… – его взгляд упал на ее губы. Он провел пальцем по вырезу футболки, коснулся обнаженной кожи.

Лия вздрогнула от этого прикосновения. Хоть она и знала, что Макар вряд ли опустится до банального изнасилования, но все равно было не по себе.

– Прекрати! – прошептала она. – Ты же этого не хочешь.

– С чего ты взяла? – его ладонь легла на ее шею. – Я мужчина, а ты красивая девушка моя дорогая. Конечно, я хочу тебя. Давно. Можно сказать с самого начала. С первой встречи, – голос был хриплым взгляд мрачным и пугающим. Он с силой стиснул ее плечи и придвинул к себе. – Ты не представляешь себе как тяжело мне сдерживать себя. Чего стоило оторваться от тебя после твоего поцелуя. Оторваться от того что никогда не будет моим.

Его слова стали для нее открытием. Она и не подозревала, что нравится ему. А тут… В любом случае хоть ей и была приятна, эта новость о близости с ним в данный момент не могло быть и речи.

– Макар ведь на самом деле ты сейчас не этого хочешь? Расскажи, что произошло в Каире. Я смогу помочь.

– Как? – вдруг выкрикнул Макар ей в лицо. – Как? Как ты сможешь мне помочь? Повернешь время назад в день, когда я родился? – он с силой встряхнул ее. – Ты ничего не сможешь сделать! Ничего. Не сможешь вернуть мне, то чего я лишился благодаря своему отцу. Его трусости. Если бы не она мои братья были бы сейчас здесь, а один был бы жив. Да Лия. Я узнал, что тот труп в машине был мои братом. Близнецом. Представляешь? И есть еще один где-то в этом огромном мире. Такой же, как и я. И скорее всего он меня ненавидит. Ненавидит за то, что отец отказался от него и оставил меня.

Выпустив Лию, он от злости стал крушить все, что попадалось ему под руку. На пол летели графины вазы картины. Дошло до того что он опрокинул сервант где искал бутылку спиртного. Треск и шум стоял страшный.

А Лия стояла посреди всего этого хаоса и не знала что делать. Причина, по которой Романовский все это творит, была ей понятна. Возможно, она сама бы вела себя точно так же, если бы узнала, что где-то есть ее сестра-близнец. А тут еще оказывается, что их двое и один из них погиб.

И все же надо остановить это безумие пока он здесь все не превратил в руины.

– Макар остановись! – выкрикнула Лия. – Ты же потом будешь жалеть об этом. Это память о твоей семье. Если ты все здесь разломаешь, то тем самым уничтожишь последнее воспоминание. Прекрати!

Она схватила его за руку в тот момент, когда он сорвал со стены фотографию отца и, разбив стекло, приготовился разорвать ее на части.

Лия попыталась отобрать ее.

– Не надо. Не делай этого. Я понимаю, как тебе плохо, но это ничего не решит.

– Еще как решит! – взревел Романовский. – Я хотя бы не буду видеть физиономию того кто возомнил себя невесть кем. Того кто лишил меня семьи.

– Макар опомнись! – пыталась достучаться до него Лия. – Это говоришь не ты, а алкоголь. На самом деле ты ее хочешь этого. Твой отец я уверена, любил тебя и…

– Заткнись! – рявкнул Романовский, толкая ее и параллельно, наотмашь ударил по лицу. Лия не удержалась и упала на пол. Макар не обратил на это никакого внимания. Как хищник наклонился над ней и прокричал: – Не смей говорить мне о его любви! Никогда! Ты ничего не знаешь об этом. И понять меня не сможешь. Вообще меня достало то, что все лезут ко мне с липовой поддержкой. Особенно ты! Вечно суешь свой нос туда, куда не надо. Отвалите все от меня!

Разорвав фотографию на кусочки, он выскочил из дома.

Потирая горящую огнем щеку, Лия услышала, как от дома отъехала машина. Романовский в пьяном угаре уехал кататься по городу. Вряд ли он будет соблюдать правила дорожного движения.

Дурак он же может разбиться.

Поднявшись на ноги, она хотела идти звонить Суханову, чтобы он нашел Романовского, но тут появился перепуганный охранник и с обалдевшим видом уставился на то, что натворил его босс.

– Вы как? – спросил он у Лии.

– Нормально! Жить буду, – ответила Лия.

– Он вас ударил!

– С чего вы взяли?

– У вас щека красная и в кровавых царапинах. И руки тоже, – мужчина показал на порезы.

Лия посмотрела на руки. Ладони, как с внешней стороны, так и с внутренней были порезаны. Наверное, это произошло, когда она упала на разбитое стекло.

– Я принесу лед! Там в холодильнике он должен быть! – сказал охранник.

– Не надо! Я… я сама. Сейчас главное проследить за тем, чтобы ваш босс остался цел. Позвоните Суханову и скажите что произошло.

– Игорь мой напарник уже выхватил его сюда, как только мы услышали шум. Он скоро будет. Давайте займемся вами.

– Нет, – покачала головой Лия. – Лучше помогите убрать здесь все.

– Я понял. Как скажите. Мы с ребятами сейчас все сделаем, а вы пока займитесь собой и без возражений. Вам и так здорово досталось. Наш босс здоровый мужик. Удивительно как он еще больше вас не покалечил.

– Уверена, он не хотел этого, – встала на защиту Макара Лия. – Он был пьян и не отдавал себе отчет в том, что делал.

– Пьянство не оправдываю его. Ни один мужчина не имеет право поднимать руку на женщину, – твердо сказал охранник.

– Возможно, вы правы. Но у Макара произошло то, что не пожелаешь никому на свете. Давайте не будем об этом. Просто помогите хорошо?

Охранник не стал больше спорить и ушел за помощью. Он скорее всего считал Лию дурочкой раз она защищает того кто этого не заслуживает. А девушку это нисколько не заботило. Да Макар ее ударил, но он точно этого не хотел. Так подсказывало ей сердец. Она единственная знала, какой Романовский на самом деле. Он не злодей, а всего лишь человек, на долю которого выпали тяжелые испытания. Вот и все.

Смыв кровь с рук и лица она стала ждать приезда Суханова и переживать за Макара.

Не такую встречу я ожидала.