Читать книгу "Полесская чаровница. Баллада"

Полесская чаровница
Баллада
Ордуни

© Ордуни, 2017

ISBN 978-5-4485-9328-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1

 
Баллада о лепой дивчине
Сего рассказа главной причине.
Сказ сей о сторонушке красной
Да девушке классной:
Об Олюшке распрекрасной!
Никем доселе не сказанный,
Пером по бумаге не мазанный,
Поныне никем не слыханный,
Людям на радость написанный.
Азм, сказитель рачительный,
Говорун весьма выразительный,
Сюртук на мне отличительный,
– Посвящаю богиням Руси,
Ворожиням российской земли,
Берегиням родной стороны!
Средь них красавица Ольга,
Баллады нашей героиня
Да сердца моего графиня,
Древней Брянщины дитя
И навек моя!
Великой княгини тезка,
Полесская березка!
Короче, Елены дочка, и точка!
Де́вица, краше какой
Вовек не сыскать… Постой!
Красавиц-то на Руси,
Аки звезд на небеси!
Хотя, коли сердцу мила,
Статься, и вправду одна!
Нигде не найти ту красу,
Словно зимою росу,
Словно весёлу тоску.
Нет такой родимой
По всей Руси гонимой,
Сторонушке былинной
Да исстари голубиной,
Той, что Россией зовется
Да златым кольцом бережется.
Девы там славны, хвалены,
На всем на миру заценёны.
На них спрос большой,
Дотоль невиданный,
Знать, еще от века заданный.
Те девицы, что в Московии,
Владимире, Угличе, Гомеле,
В городе Новогороде,
Ростове, Муроме, Вологде,
Те, что в Полтаве, в Окраине,
Теперешней Украине.
Во стольном во граде Киеве,
Князя Рюрика вотчине,
А ныне норманнов разбойчине…
Однако вернемся к девице,
Нашего сказа юнице.
Баллада сия о похожей,
О деве пригожей да схожей
С той, что славно была прозвана
И людям была желанна.
Та дева времен старинных,
Былинных да глубинных,
Что с ясных полян Полесских,
Что подле озер Залесских,
Там, в том далёке далеком,
Глубоком, порою жестоком,
На полянах ясных резвилась,
В храводах шумных кружилась,
На Святках колядовала,
Богов языческих воспевала,
Духов полесских славила,
Ладушку с Лелем прославила.
Милого в путь провожала
Да на смертный на бой снаряжала…
А, дождавшись, безумно любила,
– Собою с ума сводила.
Крещенье Руси отметила,
Для икон в избе место приметила,
Князей хлебом-солью встречала,
Но достоинства своего не роняла.
Родителей почитала,
Отменных детей воспитала,
Полесская чаровница,
Залесская молодица,
Славна прародица Олюшки,
Безгрешной русой головушки.
Туда, на поляны те ясные,
Полесские да Залесские,
Где тропы вовсе не хожены,
Но девы весьма ухожены,
За дубравы дремучи
Да болота вязучи,
Туда, где девицы резвились,
В храводах шумных кружились,
К девицам тем, к голубушкам…
Горыныч сам Змий летывал,
Жаром их жарким жаривал,
Тремя головами запаливал,
Обжаривал да опаливал…
Русский дух, ирод, выпаливал,
Русь Вековую оспаривал!
Ну и чудище, ну, Горынище,
Заморского царства змеище,
Ох, и кошмарно это зрелище!
Бывал там и Кощей,
Злобный лиходей.
Сребром их, каналья, обхаживал,
Златишком кровавым
Да сукном иностранным
Ум их за разум заваживал,
На погибель девичью заманивал,
Жилы вытягивал да кости растягивал,
Плетью крученой, драгой, золоченой
Спину бедняжкам охаживал,
Все байки голубушкам сказывал…
Ну, княжище, ну, Кощеище,
Мертвого царства змеище,
На игле сидишь да за жизнь дрожишь,
На Русь-матушку не с добром глядишь.
Туда, на поляны те ясные,
Полесские да Залесские,
Где тропы вовсе не хожены,
Но девы весьма ухожены,
За дубравы дремучи,
Да болота вязучи,
Туда, где девицы резвились,
В храводах шумных кружились,
К девицам тем, к голубушкам…
Хан Мамай в гости часом нахаживал,
Весьма странно за ними ухаживал:
На копье свое Русь насаживал!
Вороньем русски кости обгладывал…
Все накладывал да подкладывал,
Да добавки подать приказывал.
На полянах тех костушек горушки,
Сволота кругом да сирые вдовушки.
Плачут девицы, сокрушаются,
Принять горе свое не решаются,
Милых, родненьких с брани дожидаются…
Не дождавшися, убиваются,
Тризны всюду убитым справляются,
Сиротинушкам рты затыкаются!
Новой трапезы дожидаются…
Господи, лишь бы справиться!
Захаживал к нам и Тугарин,
Свирепый батыр-половчанин!
Темучин, Тамерлан, Наполеон да Тудан,
Конунги, ярлы там всякие,
А сегодня пиндосы заклятые.
Черной злостию исходящие
Да медвежьим копьем нам грозящие,
Душу изводящие, измором нас бравшие,
Любовь обещавшие,
Одну лишь смерть приносящие…
Рати темные, силы черные:
И хазарские, чингисханские,
Печенежские да норвежские,
Воины шведские и немецкие,
И тевтонские, и ливонские,
Войско рыцарей Крестоносщиков,
Богохульников да разбойников!
На конях своих покаталися
Да над девами надругалися,
Над иконами поглумилися,
На Святую на Русь покусилися,
Да в Ижорское дно погрузилися…
Перечесть всех злодеев нет мочи!
Негодяям тем счету до ночи!
По сей день сидят да с дубов свистят,
Русских молодцев запугать хотят.
Напугать хотят, под скамью загнать,
Супротивники, заморски противники,
Мать-России вечны насильники!
Руси завистники-враги?
Те, что с деревьев соловушки,
Разбойничьи их головушки,
Душегубы проклятые,
Фантазеры, мечтатели,
Чужого добра желатели,
Дьявола, короче, старатели;
Свистунишки дубовы
Да хвастунишки хреновы,
Расизм проповедующие
И в евгенике сведущие,
Былого рейха клевреты
Да фашистам – сонеты!
Нацизма идеологи —
Грифоны, вóроны…
Позабыли, наверно, негоднички,
Сказку верную, концом для них,
Правда, прескверную…
Ну, ту, что про Илюшеньку,
Светлу душеньку,
Что был аршин в плечах,
Немногословен в словах,
О ком песни красивы
Да былины старинны,
Кто восславлен в делах
Народом в веках.
Сказка та и про соловушку,
Змеину кровушку…
Что на сыром дубу сидел
Да с бодуна на Русь свистел.
В итоге он досвистелся,
На дубу так и не усиделся.
Да, незавидна его судьба,
С Илюшей песня коротка,
С тем, что из града из Мурома,
С тем, что с детства занемог,
Многи лета ходить не мог,
С кем хворь худая приключилась
Да жизнь отроду не сложилась.
На печи долго он сидел,
В окно, голубчик, все глядел,
Народа своего на мучения,
На бедствия и на гонения,
На иноверцев скопища
Да бусурман полчища.
Глядеть на все это Илюше
Было не в сладость,
Да такова, видно,
Была его «радость»:
Ходить он не мог, – маялся,
Лишь Богу в грехах своих каялся.
Судьбы Илья не выбирал,
На печи лежнем он лежал,
Дров из лесу не возил,
К девицам красным не ходил,
Все на боку лежал
Да судьбинушку клял.
Тридцать лет просидел,
Все глаза проглядел!
Браги Илюшенька не пил,
Детишкам плошки мастерил,
Худого слова не сказал,
А потом однажды как встал
Да меч пудовый в руки взял,
Кольчугу где-то раздобыл,
Палицу себе добыл,
Шлем на голову надел
Да Русь молча оглядел…
Так в народе твердят,
В старину глядят!
Очами гневно он сверкнул,
Свечу задул, тяжко вздохнул.
Дверь широко отворил,
Коня в кузницу сводил…
Да вдруг сапожищем как топнет!
Затряслась под ним земля, заколыхалась,
Русь-матушка возликовалась.
Не нарадуется сыночку своему родному,
Сердцем и душой благородному.
На Илюшеньку она оглянулась
Да всколыхнулась, еще как всколыхнулась!
Защиты в нем она искала, гонимая,
Да не ошиблась, родимая.
Тяжелый меч Илья поднял,
А потом как всем задал…
Людских надежд не обманул,
Домой всех пленных он вернул,
Богатырь славный да православный.
За Русь он грудью постоял,
Всвояси всех врагов прогнал,
Кого в могилу свел, кого домой привел,
Кому пыл остудил, ну, мечом охладил,
А кому и жизнь подарил…
Ну, не был он жестоким,
Алчным и даже высоким.
Был в плечах широк,
Да душой глубок,
Кому мог, помогал,
Никого не обижал,
Свою Отчизну защищал.
Соловья он-таки прогнал,
С сырого дуба со

...

конец ознакомительного фрагмента