Читать книгу "Главный Претендент приговорён к величию. Том 1"

– Ладно, – я покачал головой. – Раз уж мы тут надолго, может, хотя бы представишься?

– Обойдёшься! – огрызнулась она.

– Значит, в случае чего буду называть тебя «эй, ты», – меланхолично ответил я; внутренний ресурс офигения понемножечку сгорел, и я уже ни на что не реагировал.

– Чёрт с тобой, – она махнула рукой. – Я Мали…

Девушка быстро покачала головой.

– Фрида. Просто Фрида.

– А я…

– А ты придурок, – заключила она.

Я лишь пожал плечами.

– Зафиксировано движение, – Система опять говорила вслух, видимо, посчитав, что это стоит знать нам двоим. – К нам приближается несколько неопознанных кораблей.

Не-а. Внутреннему ресурсу уже просто неоткуда взяться.

– И кто это такие? – зевнул я.

– Бл*, – выдохнула Фрида. – Пираты. Кто ещё может быть в серой зоне? Конечно, пираты.

Мда. Неприятно, конечно. Не так неприятно, как участники Императорской Битвы, но всё-таки.

– Ты же только что радовалась, что мы в этой серой зоне, – заметил я. Нет, чувства не ушли совсем – я испытывал и страх, и неприятное чувство неизвестности. Но они были как будто приглушены толщей воды.

– Вот и дорадовалась, бл*ть, – заключила Фрида. – И «Кишкодёр» накрылся.

– Угу, – подтвердил я. – Ни оружия, ни топлива. Висим посреди космоса и ждём, пока прилетят пираты, чтобы повесить нас на космической рее. Приехали, блин.

– Ты так спокойно об этом говоришь? – вскинулась Фрида.

– А что они нам сделают? – я пожал плечами. – Заберут корабль? Так он мне достался час или два назад. А больше у меня ничего нет. Попрошу высадить в ближайшей космической таверне.

– Какой ещё таверне, что ты несёшь?

– А если убьют, то хотя бы быстро, – устало выдохнул я. Всё это попросту начинало меня утомлять.

– Поступил запрос связи, – неожиданно сообщила Система.

Оп. И давно это у нас пираты стали такими вежливыми? Я приподнял бровь.

– Если есть запрос, значит, должны быть и какие-то данные. Выведи на приборную панель.

Фрида вскочила и бросилась к панели, оттолкнув меня от неё; вглядевшись в текст, она с облегчением выдохнула и поглядела на меня.

– …фух, пронесло, – сообщила она. – Это не пираты. Всего лишь Канцеляры.

– Кто-кто? – не понял я.

– Ну, я тоже никогда не видела их вживую, – заметила она, пожимая плечами. – Но слышала. Эти ребята точно не пираты. Про них ходят слухи, что это самая бюрократизированная раса в галактике.

Самая… какая?

Упс. Кажется, я поторопился сказать, что ресурс закончился.

– Чего это ты так побледнел? – с удивлением покосилась на меня Фрида.

Да как бы тебе объяснить.

Дед всегда учил меня, что уверенность – двоякая штука. Даже какие-нибудь, допустим, пираты могут оказаться хорошими ребятами, с которыми получится выпить рому, поскакать на одной ноге или нелегально посмотреть последнюю киноновинку….

И лишь в одной вещи во Вселенной можно быть уверенным на все сто: если ты свяжешься с бюрократами, тебе полный п**дец.

Быстро они тебя не убьют.

Глава 6

«Я не боюсь, я не должен бояться», – частенько твердил мой дед, глядя на дверь со смертной тоской, так, будто не знал, увидит ли нас ещё когда-нибудь. – «Ибо страх убивает разум. Страх есть малая смерть…»

Ну и так далее.

Дед каждый раз повторял это, собираясь в собес.

Застыв у иллюминатора, я смотрел на зависший напротив корабль. Наверное, у меня сейчас был такой же взгляд, как и у деда.

– …это. Ты. Виноват, – в голосе Фриды чувствовалось скорее лёгкое раздражение задержкой, чем испуг. Похоже, она считала расу галактических бюрократов лишь кратковременным препятствием, а вот я её всерьёз бесил.

Я покачал головой.

– Основной принцип успешной работы команды – коллективная ответственность как за успехи, так и за косяки, Фрида.

– Команды? – вскинулась она. – Какой ещё, нахрен, команды? Ты меня, по сути, украл! Украл и затащил на другой конец галактики.

– А ты в меня, по сути, стреляла, – отбрил я. – Но ведь я же не ною. К тому же…

– Передаю сообщение, – учтивым голосом оповестила нас Система – а спустя секунду по капитанской рубке разнёсся сухой и чуть высоковатый мужской голос.

– …капитану неопознанного судна розовой расцветки. С вами говорит старший сотрудник абордажного отдела Высшей Канцелярской Инспекции зиц-капитан Йарррик Дырокол.

Я нервно сглотнул. Хорошенькое начало.

– Согласно статье 1734,35 закона 457 Канцелярского Кодекса, вам предписано в кратчайшие сроки разблокировать стыковочный шлюз, – продолжал зиц-капитан. – В случае неповиновения моя команда будет вынуждена взять вас на абордаж… и поверьте, вы не хотите знать, какая неустойка за это предусмотрена.

– …к тому же, у нас есть проблемы посерьёзнее, – закончил я.

– Хорошо, – раздражённо бросила в ответ Фрида, отведя взгляд от корабля. – И что ты, допустим, предлагаешь?

– Пока не знаю, – честно признался я. – Топлива у нас нет, да и вообще ничего нет…

– Так и чего ты панику разводишь тогда? – фыркнула девушка. – Господи, это же просто бюрократы! Побубнят и уйдут.

– Уверена в этом?

– Просто открой им шлюз! – Фрида скрестила руки на груди. – Ты и так уже слишком много всего испортил.

– Да? – я покачал головой. – Хочешь покомандовать? Ну что ж, хорошо.

Прокашлявшись, я поднял голову к потолку.

– Система, свяжи меня с тем кораблём. Кхм-кхм… мы открываем шлюз, господин… Дырокол.

Пока Система передавала сообщение на ту сторону и выполняла команду, я глядел в окно на корабль, стыкующийся с нашим. В несколько раз больше, монотонно-жёлтого оттенка (какого-то болезненного; таким обычно красят стены государственных учреждений), угловатых форм.

И иллюминаторы по всей длине. Я сощурился, вглядываясь. Это что там, на подоконниках… фикусы?

По кораблю пробежала лёгкая волна дрожи; я схватился за спинку кресла, чтобы не упасть вновь.

– Стыковка завершена, – сообщила Система, пока с нижнего яруса доносились оглушительное шипение – а затем и топот множества ног.

К нам приближались.

– Йо-хо-хо! – раздалось из коридора.

Мы с Фридой переглянулись.

– Открывайте, неуставные крысы!

– Пятнадцать нарушений на нормативный акт, йо-хо-хо и камеральная проверка!

Двери капитанской рубки с шипением распахнулись, и в помещение идеально ровным строем ворвались… они.

Канцеляры были одеты в строгие костюмы приглушённых расцветок; пышные усы были аккуратно уложены. В руках мелькали позолоченные перьевые ручки (или это такие стилусы для планшетов?). У кого-то была серьга в ухе, чёрная и матовая, у кого-то – цифровая повязка на глазу…

Не прекращая йо-хо-хокать, офисная банда быстро промчалась мимо нас с Фридой и рассредоточилась по рубке. Одни осматривали приборы, другие рылись где-то в шкафах, третьи что-то замеряли лазерной рулеткой, делая пометки в планшетах…

– Эй! – Фрида метнулась к ближайшему – тому, что открыл небольшой отсек под приборной панелью. – Это мои вещи, не трогайте!..

Её проигнорировали. Разумеется. Я даже не попытался сдвинуться с места, ожидая, когда в рубке появится главное действующее лицо – зиц-капитан Йарррик Дырокол.

И он не замедлил явиться.

В отличие от своих подчинённых, зиц-капитан чапал по коридору медленно, чуть кривобоко вышагивая на своей одной ноге; вторую ему заменял массивный протез. Блестящая лысина зиц-капитана разительно контрастировала с густой, напомаженной бородой, доходящей до середины груди, а те, в свою очередь, выбивались из общего образа с очками в тонкой позолоченной оправе.

– Уффф, – подойдя ко мне вплотную, зиц-капитан Йарррик остановился и навис надо мной с высоты своего немаленького роста; на его лице играла акулья ухмылка. – Ну ты и попал, парень. Не завидую тебе.

Когда одноногий великан потянулся себе за спину, я еле сдержался, чтобы не отпрянуть в сторону. Вдруг он сейчас вытянет оттуда саблю или…

– Вот, – он достал из-за спины толстую стопку бумажных листов. – Краткий перечень протоколов космической системы Канцелярия, нарушенных вами и вашим кораблём за последние пятнадцать минут.

– Краткий?.. – как-то чересчур спокойно уточнил я.

– Краткий, – подтвердил зиц-капитан. – Только заголовки статей и законов, без деталей.

С этими словами он пихнул бумаги мне в грудь, заставляя меня подхватить стопку, и направился на осмотр корабля.

– Уверен, что этот список вот-вот увеличится минимум в десять раз, – бросил он. – Осмотр только начат, и лучше бы вам не мешать законным абордажным процедурам.

– Эй! – Фрида быстрыми шагами подскочила к капитану и шагнула рукой. – Законным? Какого чёрта вы вообще творите? У вас нету прав, мы не являемся гражданами системы Канцелярия! Мы вообще попали сюда случайно, и…

Бесполезно, бесполезно. Покачав головой, я наугад пролистнул бумаги.

«Закон 2546, статья 1456. Остановка транспортного средства без предварительного уведомления Канцелярии за установленный срок в четыре недели по местному исчислению».

«Закон 54754, статья 2673. Игнорирование правила о территориальном порядке парковки космических кораблей согласно их цветовой дифференциации (парковка вне сектора для розовых кораблей)».

«Закон 7845576, статья 726. Отсутствие справки об уплате взноса в Канцелярский Комитет по выдаче справок об уплате взноса в Канцелярский Комитет по выдаче справок об уплате взноса в Канцелярский…»

Я из любопытства пролистал дальше. Закон 7845576, статья 726, занимал четыре с половиной страницы, и заканчивался словами «и т.д.».

Ясно-понятно.

– …нет, постойте, хватит меня игнорировать! – Фрида продолжала надеяться чего-то добиться уговорами и объяснениями. – Мы не знали ваши законы, и тем более…

– Незнание законов не освобождает от ответственности, – скучающим тоном отозвался зиц-капитан.

Ну, блин. Уж эту фразу я мог бы и сам ей сказать.

– …согласно всем вышеизложенным статьям законов Канцелярского Кодекса вы попадаете под административку, – листы, продолжая жужжать, вылазили у капитана из принтера, закреплённого на стене; похоже, туда попадали все данные, собранные на планшеты его матросами. Ухватив очередную пачку бумаги, он вручил её уже Фриде.

– Но… но… – та не сжала руки, и бумага рассыпалась по полу.

– …спокойнее, мы же не звери, – зиц-капитан Дырокол сухо и неприятно улыбнулся. – Административка – это не смертельно, это бывает с каждым. Подсчитаем суммарное количество нарушений, округлим в большую сторону и выпишем штраф. Заплатите – и свободны. Если, конечно, вы ничего не скрываете.

Сунув руку за пазуху, Дырокол извлёк оттуда пузатую объёмистую бутыль.

– Вы что, ещё и пить тут намерены? – рассерженно глянула на него Фрида. – А разве вы не на службе, зиц-капитан?

Дырокол хмыкнул и потряс перед ней бутылью.

– Это бром. Дозволен и рекомендован к употреблению в рабочее время, мисс.

– Бром?.. – пробормотал я.

Бром – популярный в этой части Галактики стимулирующий напиток для концентрации, —пояснила мне Система.

Угу, угу. Пусть хлещет что хочет, мне бы сейчас понять, с каких таких шишей нам заплатить штраф. А также как убраться отсюда, если после его уплаты у нас не останется денег на топливо.

– Кхе-кхе, зиц-капитан, – заметил ехидным тоном один из матросов в костюмах. – Взгляните-ка сюда. Мы нашли кое-что интересное.

В руках он держал пластиковый прозрачный пакетик, в котором лежал…

Ну конечно же. «Кишкодёр-3000», покрытый копотью и искорёженный.

– Так-так-так… – голос Дырокола тут же изменился, став вкрадчивее и чуть выше. – Что это тут у нас? Согласно пункту 145 статьи 2357 Канцелярского Кодекса, ваш космический корабль подпадает под определение «незаконно укомплектованный вооружением транспорт». А это уже не административка, ребята, никак не административка. Это повод для конфискации.

– Чего?! – не поверила Фрида. – Да на корабле из оружия – только эта штука, и та сломанная! Это не вооружение корабля, а личное средство самозащиты!

– Болтовня и распыление, – покачал бородой зиц-капитан Дырокол. – Оружие есть оружие, а значит, пункт 145 статьи 2357 вступает в действие.

– Вы что, идиот?!! – не выдержала принцесса.

В капитанской рубке повисла пауза; матросы-бюрократы застыли на своих местах, направив в нашу сторону все свои стилусы.

– Вот как? – ещё мягче заметил зиц-капитан. – Знаете, что я вам скажу?

– Послушайте, – попытался вмешаться я. – Моя спутница не хотела вас оскорбить, просто…

– О, – Дырокол махнул рукой. – Не пытайтесь съехать на более лёгкую статью. Это не оскорбление, ребята. Это постановка медицинского диагноза без соответствующей лицензии.

…вы серьёзно?

– Иными словами, – заключил зиц-капитан, – нелегальная практика. А, следовательно, повод вас заключить.

Последнее, что мы с Фридой успели сделать – это переглянуться. Затем я ощутил разряд электрошока, и…

* * *

…я мучительно разлепил глаза.

Тусклый свет где-то под потолком и твёрдая поверхность подо мной. И монотонный стук, перебивающий даже шум в голове.

Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук… Как будто дятел под спидами долбится в ствол, силясь набить ему татуировку.

Стук клавиатуры.

Нет, не так. Стук длинных ногтей о клавиатуру. Всегда его узнаю.

– …я же говорила, – заметила Фрида, – что это ты виноват.

Я пошарил руками вокруг и приподнялся, опираясь на что-то передо мной; на поверку это оказался жёсткий и узкий офисный стул, стоящий перед широким столом.

– Да ну? – морщась и моргая, я сел и уставился на неё. Она очнулась раньше меня, но выглядела тоже помято. – А разве это не твой «Кишкодёр» они нашли на корабле?

– Если бы не ты, мы бы вообще здесь не оказались.

– Но мы оказались, после чего именно ты назвала капитана идиотом.

– Да, но если бы ты…

Я огляделся по сторонам. Узкое помещение напоминало тюремную камеру – если бы, конечно, в камере могли быть офисные стулья и стол с прикреплёнными к нему ручками на пружинке. В углу стоял абсолютно пустой кулер для воды; в одну из стен была вделана металлическая решётка, открывавшая вид на коридор и такую же точно камеру напротив, слишком тёмную, чтобы там можно было что-то разглядеть.

– Если бы ты просто отдал мне управление кораблём, я бы, разумеется, не пыталась в тебя выстрелить, – продолжала Фрида. – Это же элементарно, блин! Корабль мой, а значит, и…

Я взмахнул рукой.

– Остановись уже, а?

Она моргнула.

– Если так подумать, – я уселся в кресло (твёрдое и максимально неудобное) и повертелся на нём, – то какая разница, кто виноват изначально? Главное – что сейчас мы влипли вдвоём.

Фрида фыркнула.

– Бред это всё! Наш бородатый капитан просто слишком много на себя берёт. Как только здесь появится кто-то другой, я…

– Уверена? Сама же говорила про самую бюрократизированную расу в галактике.

– Да, но это их внутреннее дело!

– Они так, похоже, не считают.

– Меня учили законам, в конце концов! – не выдержала она. – Не знаю, как ты, а я смогу со всем этим разобраться и доказать в суде свою невиновность.

Я невесело рассмеялся.

– Ну да, ну да, – я покачал головой. – Проснись уже. Есть законы, а есть бюрократия. И против бюрократии есть только один верный способ…

…прямо над входом в нашу камеру зажглась лампочка.

«234».

– Неуставные крысы номер 234, приготовьтесь к инспекции! – раскатилось по всему коридору гнусавым женским голосом из хриплого коммуникатора. – Повторяю, неуставные крысы номер 234…

Послышались тяжёлые шаги; решётка с лязгом отъехала в сторону.

– …зиц-капитан Дырокол, – выдохнул я, устало глядя на вошедшего. – Давно не виделись.

– Проснитесь и пойте, неуставные крысы! – прорычал одноногий зиц-капитан, широко улыбаясь; Он криво усмехнулся.

– Что за денёк такой сегодня, а? Сначала попались контрабандисты с полным трюмом брома. Теперь вы, нелегалы с оружием. А моим ребятам надрывать из-за вас спины. И не стыдно?

За его спиной маячило сразу несколько его людей, несущих в руках огромные стопки бумаг; кажется, они действительно еле-еле удерживали их в руках. – Сегодня у вас не будет времени на отдых!

– И что на этот раз? – я откинулся на спинку. – Полный перечень нарушений?

– Так легко не отделаетесь, – пообещал Дырокол, пропуская вперёд людей с бумагами. – Это бумаги на заполнение. Ваше наказание.

– Н-наказание? – растерянно моргнула Фрида. – Подождите, что вы имеете в виду?

Я тронул её за плечо – и указал вперёд. Когда Дырокол и его люди зашли, свет в коридоре зажёгся чуть ярче, и теперь я смог разглядеть то, что находилось в камере напротив.

Там, ровно на таком же стуле, за точно таким же столом, в окружении точно таких же бумаг, уронив на столешницу выбеленную временем голову, лежал скелет.

* * *

– Нет, погоди, – голос Фриды звучал монотонно и безразлично. – Форма Ю-743-а заполняется не так. Здесь нужно указать номера всех нарушенных статей в порядке от самого лёгкого нарушения к самому тяжёлому, а ты пошёл по числовому значению.