Текст книги "The Aspid: Темная сторона"
![](/books_files/covers/thumbs_240/the-aspid-temnaya-storona-269165.jpg)
Автор книги: Павел Незнамов
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
The Aspid: Темная сторона
Павел Незнамов
© Павел Незнамов, 2023
ISBN 978-5-0056-6658-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
– Агата! Тихо! Поднимайся! – я в спешке начал подталкивать сестру. Та ещё спала. Времени было около четырёх часов ночи.
– Что случилось? – широко открыла глаза Агата с ужасом смотрела на меня.
– Отец! – больше я ничего не промолвил, сестра меня стразу поняла. Откинула покрывало и в спешке начала разыскивать, что одеть. Я стоял возле двери в спальне приоткрыл и ожидал. Чтобы наш пьяный папаша не ворвался в комнату.
Для нас это было не первый раз. Папа когда напивался, то всю свою ярость вымещал на нас. Только какую я не осознавал. Большинство ударов получал я, потому что оберегал Агату от тяжких кулаков.
Отец не был такой всегда, когда он трезвомыслящий то любящий отец и мы его любили. Но когда надирался, в него словно бес вселялся. Везло, что это происходит очень редко. Мать мы не помнили, она погибла, когда были маленькими и поэтому некому было нас уберечь от ярости пьяного отца. Мы с сестрой выросли и начали полагаться только на себя. Я был старшим братом на год Агаты. Я практически был защитником и любящим братцем. Для нас единство было превыше всего.
Агата быстро надела штаны и приблизилась ко мне. Стояла за спиной и я слышал неровное дыхание мне в затылок.
– Он там? – Агата попыталась посмотреть в приоткрытую дверь.
– Не знаю, – закрыл дверь, взял за руку сестру, побежал по коридору, прислушиваясь, что творилось внизу.
Была тишина. Мы хотели спуститься по ступеньке, но нас остановил жуткий грубый вопль отца:
– Феликс!
Я, испугавшись, повернул сестру и мы убежали в мою комнату, которая была рядышком с лестницей. Распахнул дверь за собой.
– Тата, прячься под кровать! – я с детства звал ее Тата, даже не знаю почему. Наверное, то, что была младшей, и на меня была возложена миссия заботиться о ней. Сложно было выговаривать ее имя полностью. Это коротко Тата так и осталось.
Агата без вопросов залетела под кровать. Я стоял у двери и подпер ее собой. Дверная ручка начала дергаться.
– Феликс! Открой немедленно!
Я удерживал дверь столько мог, сил не хватало против взрослого мужика. Ведь мне всего-то было семнадцать лет. Телосложение было худым. А отец у нас намного широченнее меня. Он раньше занимался спортом.
– Пап, пожалуйста, уходи! – сквозь слезы закричал я. Боялся больше всего за свою сестру. Но Агата знала, что лучше помалкивать и не выдавать себя.
Дверь распахнулась. Я отскочил в сторону. Повернувшись к нему, стоял возле кушетки. Мне в лицо прилетел утра от громадного кулака.
– Где твоя сестра? – сиплым голосом закричал он.
Не успел я оклематься от первого удара, следом полетел второй и третий. Я даже не сопротивляйся, куда мне рыпаться против машины убийцы. Для меня главное, чтобы сестре не попало. Удары продолжались одним за другим. Я грохнулся на пол. Отец начал пинать в живот ногами. На нем были солдатские берцы с железным носком. Кровь побежала из моего рта. Я видел, как Агата лежала, под кроватью ревела, закрыв рот рукой. Не могла мне ничем помочь. Я протянул незаметно свою руку к ней. Она крепко сжала. Я чувствовал, что в голове начало мутнеть и начал терять сознание.
Очухался я от жжения на своем лице. Внезапно открыл глаза. Надо мной наклонилась Агата и промывала мои ссадины на лице.
– Как ты? – шепнула Агата ткнула тампоном мне по губе. Ощутил ужасное жжение.
– Да вроде пока живой, – немного попробовал усмехнуться, но не получилось. Было больно это сделать. Все лицо горело словно в огоньке, каждая мышца вопила от боли. Я боялся даже сейчас подняться и посмотреть в зеркало. Но лучше поди не стоит это делать.
– Где он?
– Ушёл, – у Агаты лились слезы по щёчкам. Она смочила вновь тампон перекисью и начала промывать мне брови. Похоже, отец их рассек, значит, завтра будут громадные синяки на глазищах. – Значит, мы в ближайшие время снова переедим в другой город?
– Да, – тяжко вздохнул я и глядел в зеленые глаза сестры. – Все будет хорошо!
– Я уже устала постоянно переезжать и привыкать к новой школе. И от этих побоев. Мне тебя ужасно жалко. Ведь ты меня защищаешь от него и все удары приходятся на тебя. – Агата убрала перекись в аптечку.
– Все будет хорошо Тата, не переживай. – я попытался подняться, но ребра жутко болели, с трудом поднялся с пола и уселся на кровать.
– Ты как попугай заладил эту пластинку. Все будет хорошо! Все будет хорошо! Сегодня ночью тоже может такое случиться. Вновь тебя изобьет.
– Не думаю. Он сегодня отойдет от этого и завтра уже будем вещички собирать, – я поглядел в окно, начало уже светать.
Это уже была традиция. Когда папа напивался и избивал нас до полусмерти, то через день или два-три мы переезжали в другой город. Мы с сестрой не понимали почему так. Самого детства такая ситуация. Уже объездили всю страну. Как будь то отец, что-то ищет. Когда он не отыскивает то, что ищет в течение месяца или два то он напивался, избивал нас и мы переезжали. Мы бывали в таких городах как Харбург, Телкин, Кингинг, и другие. Таких городов даже на карте нет и никогда и не имелось. Хотя они есть и не крошечные города, а мегаполисы. Словно их нарочно не помечают на карте как будь то засекреченные какие-то. Хотя города были обыкновенными, как и все.
Мы уже с сестрой десятки гимназий поменяли и каждый раз все заново, знакомство с новыми друзьями и новый быт. Потом внезапно переезд, когда уже начинаешь привыкать к школе, к друзьям.
За целый день мы не выходили из спальни. Мне было тяжело подниматься, так как у меня побаливали ребра и все туловище. Агата все время сидела рядом и молчала. Похоже, боялась выходить из комнаты. Но нам нужно было хоть немного поесть и что-нибудь попить, как можно и подохнуть от голода.
Кое-как я поднялся с кровати. Рёбра заболели, от боли я прикусил свою опухшую губу.
– Ты куда? – встревоженно посмотрела на меня Агата.
– Нам надо что-нибудь поесть, – после моих слов я услышал, как у сестры в животике заурчало.
– Сиди, я сама схожу, – Агата поспешила меня опередить и уже стояла у двери.
– Ты уверена?
– Нет, я боюсь за тебя и за себя. Но за тебя больше! – открыла дверь и закрыла за собой.
Я глубоко вздохнул, медленно повернулся, сел обратно на кровать. Жутко болела башка, даже можно сказать, раскалывалась. Тело ныло, ребра ныли, казалось, что все сломанные. Словно каток переехал и не один раз. Отец никогда так сильно меня не избивал. Да, прилетала пару-тройку раз по лицу и все потом уходил после этого. Но сегодня ночью это не было похоже на него. Значит, с ним что-то случилось или он просто устал искать. Что он ищет так упрямо?
Агата явилась быстро, в руках у нее было два бутерброда и под подмышкой торчала бутылка газированной водой. Я протянул одну руку к воде одной рукой держался за ребра. Во рту тут же все пересохло при виде водички. С нетерпением пытался открыть эту бутылку, но не было сил этого сделать.
– Сейчас, – Агата переложила тарелку с сэндвичами на тумбочку и взяла у меня бутылку открыла.
– Отец, дома? – я жадно начал проглатывать воду, как будь то не пил целую вечность словно вышел из пустыни.
– Нет, его нету дома! – Агата вновь взяла тарелку с сэндвичами и взяла один.
– Ты, что такая? – я увидал ее задумчивый взгляд и поставил воду на тумбочку. Взял сэндвич и хотел укусить. Но, увы, челюсть тоже побаливала, мне повезло, что все зубки были на месте. Теперь мне несколько месяцев придется пить только один кефир. Жевать я наверняка не смогу. Я положил обратно сэндвич на тарелку. – Спасибочки, Агата, но я не голоден теперь.
– Скоро уже вечер, – начала сестра медленно пережёвывала свой ужин. – Боюсь, что отец снова явится пьяный.
– Нет, я не думаю так. Я думаю, что он отошел и теперь вернётся домой и так всегда будет простить прощение у нас, – я немного улыбнулся и взял ее за руку. Агата улыбнулась, когда посмотрела на мое лицо. – Что? Сильно симпатичный?
– Очень, – ещё больше улыбнулась сестра и едва не поперхнулась.
Я чувствовала что на моем лице живого места нет оно наверно все синие.
Солнце зашло и на улице стемнело. Мы сидели с сестрой и нервно глядели на часы. Не знали, что делать, если отец придет вновь пьяный. Эти секунды длились бесконечность. Когда ждёшь, чего-то секундная стрелка на хронометре медленно передвигалась. Снизу донёсся хлопок входной двери. Миг истины наступил. Агата сцапала мою руку и жутко стиснула от страха. Я не дал этому никакого значение, терпел. Но продолжал удерживать второй рукой за ребра.
– Феликс! Агата! – послышался голос отца снизу.
В ушах забился пульс, сердце жутко забилось. Ладонь под ладошкой Агаты вспотела. Я не мог различить голос отца от пьяного или трезвого в данный момент. Я бы сорвавшийся с места к двери и начала бы держать. Но это было бесполезно нет сил это сделать. Да и Агата бы не справилась ведь хлипкая девчонка. Отец бы просто слегка подтолкнул дверь и она бы отскочила в сторону. Донеслись шаги по лестнице. Агата ещё сильнее стиснула мою кисть. Мне показалось, что уже слышу хруст.
– Агата! – отец, похоже, открыл дверь ее комнату, но удостоверившись, что ее там нету, он пошёл к двери моей комнаты. Я до сих пор не мог различить голос. – Феликс!
Он стоял у двери, входная ручка зашевелилась, и дверь отворилась. У дверного проёма стоял силуэт нашего отца.
О боже! Что я только за это мгновение не перечувствовал, наверное, и правда говорят перед смертью не надышишься и вся жизнь пролетела за эти секунды. Да, перед смертью! Я и правда почувствовал в этот миг что если отец вновь начнет меня бить я не выдержу, и сердце остановится. Но я боялся и за сестру, ведь что будет с ней, если меня не станет.
Агата склонила голову смотрела на отца, ее слезы начали катиться по щёчкам. Губы тряслись от страха.
– Бля, сынок! – голос отца резко переменился на добродушного папу. Он резко подлетел ко мне и встал на колено передо мной.
Он отрезвел! Трезвый! Но от этих мыслей мне не стало легче. Испуг так и остался внутри. Я не выдержал и заплакал. Слезы тоже покатились по щекам. Хватка сестры немного успокоилась, но не отпускала меня.
Отец дотронулся до моему фиолетовому лицу и рассматривал кровоподтёки. На его глазах объявились искренние слезы. Я увидел этого. Сегодня отец не будет меня избивать.
– Это я сделал? – негромко прошептал он. Я не мог ответить слов просто не было, просто качнул головой. – Прости сынок, я не хотел!
– Не хотел? – слегка закричала Агата, выпустив мою руку, стала перед ним. Вытерла свои слезы. Было видноЮ, что у сестры все наболело внутри и не могла больше молчать. – Ты когда напиваешься, избиваешь нас до полусмерти. Потом приходишь домой трезвый и просто говоришь, прости!
– Мне и правда очень жаль! – отец посмотрел на нее. – Что мне ещё сказать или сделать? После таких последствий.
– Не пить!
– Я не сильно-то и пью, – начал оправдываться отец он встал на ноги и потер свой нос и следом свои слезы на щеках.
– Ты замечательный папа. Мы тебя любим. Кроме, тебя у нас больше некого нету. Почему ты нас так избиваешь? – Агата не отводила свой взгляд с него. – Если бы не Феликс то и я была бы такой же синей. Все удары приходятся на него оттого что как любящий брат оберегает меня.
– Я не могу это объяснить, почему так со мной происходит! – отвернулся от нее и вновь посмотрел на мое фиолетовое лицо.
– Была бы мама живой, то бы она не дала нас в обиду, – грубо крикнула Агата отстранилась в сторону двери.
Отец внезапно повернулся к ней, его глаза наполнились кровью и сжались кулаки, я это четко заметил и испугался за сестру. Но трезвом в виде отец никогда не мог садануть ни меня и ни сестру. Но эти слова про маму его определённо бесили.
– Если бы она была жива, то бы вы уже давным-давно лежали в сырой земле! – отец разжал ладошки и больше ничего не сказал, пошел к двери. Остановившись немного повернул голову ко мне и на Агату. – Ещё раз простите меня, это был последний раз, обещаю. Собирайте вещи мы приезжаем через пару дней, – отец вышел из комнаты.
Агата вытерла слезы повернулась ко мне и немного улыбнулась.
– Ты как?
– Было получше, но, а как нормально. А ты как? – я попытался немного улыбнуться ей в ответ, но не получилось, скулы ныли.
– То же все просто замечательно, – сестра приблизилась ко мне обняла. – Я тебя люблю!
– Я тебя тоже!
– Попытайся отоспаться. А я пойду к себе собирать вещи. Ведь мы вновь переезжаем, – Агата тихо выбралась из комнаты.
Я потихоньку лег на перину и посмотрел в потолок. Меня почему-то задели папины слова. «Если бы она была жива! Вы бы сейчас лежали в сырой земле! " – Что он имел в виду? Блин я даже не помню, как наша мама выглядит. Нет, ни одной ее фотографии в доме. Я и не заметил, как быстро уснул, думая об этом.
Глава 2
Наутро отца не было дома, видимо, пошел с работы увольняется. Агата уже собирала свои вещи, это у нее получалось чересчур громко. Она нервничала. Кидая ненужные вещи в сторону. Да, я ее понимаю. Мне тоже не хотелось никуда переезжать. Но выбора не было раз, отец сказал, что надо значит, нужно.
Я собрал свои вещи, хотя с трудом. Все поместилось в большую дорожную сумку. Несколько небольших коробок. Куда я положил мои книги, и индивидуальные вещи.
Осталось сейчас в остальных комнатах собрать вещи по коробкам и будем готовы. Я выбрался из комнаты. Агата уже безмолвно собирала вещи по упаковкам в гостиной. Я захотел собрать вещи отца. В его комнате. Куда нам с сестрой был вход запрещён. Долго стоял, думая, стоит ли туда заходить. Папа может много за это бранить и даже избить. Если будет трезвым. Почему-то никогда не дозволял заходить в его комнату.
Но делать было нечего, неизвестно во столько он вернётся домой и успеет ли собрать свои вещи. Я взялся за ручку двери и повернул.
– Ты что делаешь? – испугал меня голос сестры содрогнувшись отпустил ручку. – Тебе жить надоело? – Агата уже стояла рядышком со мной.
– Я просто… просто хотел собрать его вещи! – оправдывался как маленький ребёнок перед мамой.
– А он об этом тебя просил?
– Нет, не просил, – ее слова все равно меня не останавливали, меня словно тащило в эту комнату. Я открыл дверь и зашёл. Агата долго не размышляя вошла за мной.
В комнате было темно, шторы были закрытыми. Агата выключила свет. Мы посмотрели друг на друга. В комнате лежали уже коробке и все было собрано. Видимо, отец все собрал уже ночью. Или он вообще за два месяца столько мы уже тут живём, не разбирал. Зная, что здесь ненадолго. Думаю, что тут второй вариант подходит.
Только рабочий стол был не прибран по коробкам. Стоял ноутбук и много бумаг. На стене были какие-то фотографии. Было похоже на то, как у оперативников или детективах в фильмах расследую какой-нибудь распутанное дело. Я знал, что отец что-то разыскивает в этих городах. А что он ищет так упорно?
Имелось много фотографий незнакомых нам людей. Были вывешены вокруг одного необычного имени: «Аспид». Кто такой Аспид?
– Гляди! – Агата отыскала на столе какую-то фотографии. На ней был отец и с девушкой. Он был моложе на несколько лет, а девушка ужасно была схожа на сестру. – Это наша мама?
– Я думаю, что да, – старался разглядеть и запомнить ее ведь никогда не видели, даже на фотографиях. Отец нарочно, видимо, их уничтожил, но зачем?
Я желал посмотреть ещё, но Агата меня одёрнула за руку. Прислушалась. Услышали звук двигателя. Отец вернулся. Мы шустро выбежали из комнаты сосредоточились на свои места и начали собирать вещи.
Отец зашел, безмолвно посмотрел на нас тотчас направился в свою комнату. Я поглядел на сестру, та пожала плечами и практически уже окончила собирать вещи в гостиной.
Мы ехали в темноте по шоссе. Капал маленький дождь по лобовому стеклу. Выехали поздно в девять вечера. Уже четыре часа в пути. На удивление наши вещи все уместились в отцовский джип. Половинно вещей почему-то мы порешали не забирать, наверно их привезут грузики, как отец делал последние разы.
Папа всю дорогу молчал и не вымолвил ни слова. Я сидел в переди рядом с ним. Агата уже вовсю спала развалившись, на все сидение.
Дождь прекратился и вскоре впереди возник густой туман. Было осушение. Как будь-то дорога нескончаемая и едешь в никуда. В голове все звучало то необычное имя – «Аспид». Что-то знакомое, но никак не мог понять, где слышал это имя. Не знал, что у отца такие необычные секреты от нас. Вспомнил глаза матери, которые я видел на фотографии. Темно-карие и длинные ресницы. Так хотелось их увидеть вживую.
– Отец! – внезапно произнес я.
– Да, – он словно из глубоких раздумий возвратился в реальность, слегка приоткрыл окно закурил сигарету. Я захотел, к чему бы ни привело это беседа, но мне хотелось спросить.
– Кто такой Аспид? Что ты ищешь в этих городах?
Отец на удивление не принялся кричать. Он лишь неторопливо вдохнул дым от сигареты. Поглядел на меня потом в зеркало на Агату.
– Были в комнате? – равнодушно проговорил он и выдохнул дым. Я замолчал в знак согласия. – Это стоило ожидать рано или рано, – он быстро досмолил и выбросил бычок в окно. – Но пока я не могу вам ничего сказать. Потому что боюсь вас повергнуть в опасность. Нужно увести в безопасное место.
Он замолчал. Мне, как-то стало не по себе от этих слов. Что нам угрожала? И от кого? Может, из-за этого мы и переезжаем с места на место. Он нас от кого-то прячет? Или …? Я не знал, что и думать. Отец больше ничего не промолвил, только смотрел вперед в никуда в этом густом тумане. Агата продолжала дрыхнуть.
Вскоре я ели-ели углядел табличку на синем фоне название город. Разумеется, как и всегда город мне незнаком и вряд ли есть на карте нашей стороны. Было странное название этого городка: «Тихаск».
Самого города не было видно, беззащитно потонул в густом тумане. Лишь немного были видны вдоль дороги частные дома. Они были не такими избушками на курьих ножках как некоторых городах страны. А большие двухэтажные коттеджи.
Отец проехал ещё несколько километров, а дома так и не заканчивались, видимо, городок был огромной. Мы остановились возле одного такого дома. Отец заглушил двигатель и не выходил из машины, глядел прямо на дом. Похоже, он тут уже бывал и не один раз. Явно волновался, но не показывал это.
– Мы уже приехали? – Агата встала и сонными глазами поглядела по сторонам. Ее взгляд остановился на доме. – Где это мы?
– Дома, – суховато ответил отец и глубоко вздохнул. Мы с Агатой изумлённо посмотрели друг на друга.
Через какое-то мгновение на первом этаже включился свет, и следом свет на мансарде. Входная дверь раскрылась и там кто-то объявился.
Отец выдохнул и закрыл машину.
– Идем, познакомимся! – Мы с сестрой быстро выбрались и пошли за ним. Было как-то не по себе от этого города, от этого дома, и от этого загадочных слов: идем, познакомимся!
Отец никогда нас ни с кем незнакомил из своих знакомых. Мы медленно и верно шли к дому, видел, как отец сильно волновался.
У входных дверей наконец-таки отчетливо было видно человека. Это была женщина, довольно даже молоденькая. Я не мог понять ее возраст. У нее были кучерявые рыжие волосы. Это мне тотчас бросилось в глаза. В руке у нее имелась длинная трубка и на конце тлела сигарета. Женщина стояла облокотившись о входной проем, курила эту трубку похожую на соломинку, другой рукой приобняла свою талию и поддерживала руку с соломинкой.
– Смотрите кто у нас тут объявился у порога, – послышался сиплый грубоватый голос. – Ваше Величество, Глеб. Чем я так заслужила вашем присутствием? – ее сарказм меня слегка рассмешил. Мы продолжали шагать за ним.
– Я тоже тебя рад лицезреть мама! – отец уже стоял рядом с ней.
Мама?! Это наша бабушка? Я и не знал, что у нас еще бабушка есть. Думал что уже давно нету на белом свете. А тут-то такой поворот. Мы снова с Агатой посмотрели друг на друга.
– Я говорила чтобы меня так ни именовал, – женщина или как мы узнали наша бабушка, выдохнула густой дым из трубки. – Я ещё не готова приять то факт, что я мать сорокалетнего сына. Кто это там у тебя за спиной? – желала рассмотреть нас, но из-за тумана не могла понять кто.
– Да прости, Джулия. Позабыл про это. Не только сорокалетнего сына, но и бабушка для великолепных внуков, – слегка улыбнулся отец, отошел в сторону, демонстрируя нас ей.
Ее лицо изменилось, то ли от удивления, то ли от радости. Мне казалось, что даже поперхнулась своим дымом при виде нас.
– Господь мой, – тихо зашептала она. Мне на секунду показалось, что на глазах сверкнули слезы. Но по твёрдому характеру понял что если бы сейчас, заплачет от этого не покажет нам. – Сперва ты их увозишь отсюда в спешке от меня, а теперь спустя насколько лет привозишь? – бабуля приблизилась к нам, или как она себя именует Джулия. Присела между нами и рассматривала наши лица. – Столько лет прошло! – все так же удивленно нашёптывала она. Джулия внимательно рассматривала Агату затем меня. – Что с тобой случилось?
Она определённо хотела понять почему у меня фиолетовое лицо от синяков. Я резко опустил глаза, но не сказал. Агата на удивление тоже промолчала просто посмотрела на отца. Тот в это же время виновато посмотрел на меня. Джулия внезапно повернулась к нему.
– Ты что, мутузишь их? – повысила голос она поднялась и нервно затянулась, продолжала смотреть на отца. – Глеб?
Отец ничего не ответил, продолжал глядеть на меня.
– Агата! – сестра решила перепить это напряжение между матерью и сыном. Джулия резко поворотилась к нам и по лицу растеклась улыбка.
– Я это знаю. Ты сильно похожа на свою мать, – слово мать, как-то у нее чрезвычайно грубо зазвучало. – Это Феликс, тебя назвали в честь моего мужа, то есть твоего дедушки.
Я просто офигел от этого, не знал, что меня назвали в честь дедушки. И одновременно мне стало грустно, ведь совершенно не знал его и не узнаю.
– А что с ним произошло? Он живой?
– К сожалению нет, он умер на войне, – опять окончание слова войне как-то зазвучало таинственно и необычным. – Так, что же мы стоим на улице, – Джулия резко поглядела на отца и слегка сощурилась. – Проходите в дом. – она нас завила вторыми вовнутрь.
В самом доме было комфортно, даже на секунду подумал, что мы дома, и вот-вот из кухни выберется мама, с фартуком на поясе, и спросит как у меня дела и как день прошел. Но к сожалению это не произошло.
Джулия и отец зашли следом за нами.
– Ребята, вы поди подкрепились! Идите на кухню и сделайте себе что-нибудь. Будьте как у себя дома, – Джулия не дождалась вашего ответа отослала нам прямо по коридору. Там находилась огромная кухня. Кухонный гарнитур был исполнен из глянцевого материала серого цвета. Посередине стоял большой стол, на котором можно готовить не отходя от плиты, и тут же как на барной стойке есть, возле него стояли огромные мягкие стулья. Джулия и отец за нами не пошли, но я понял, что хотят поговорить. Было интересно о чем? Я молчал и Агата тоже. Не только мне это было интересно.
Джулия, разумеется, тихо не научилась говорить и было слышно весь их разговор. Агата тихо приблизилась к холодильнику и достала оттуда колбасу и сыр. Начала мастерить нам бутерброды.
– Почему то мне кажется, что ты приехал ко мне непросто как? – послышался голос Джулии немного дрожащий.
– Ты права!
– Все ещё продолжаешь разыскивать своего Аспида? – отец ничего ей не ответил. – Господи, Глеб. Когда же ты поймешь, что его не существует! Его нет! – Джулия сделала заминку, – Порой мне кажется что ты больше ищешь не этого Аспида, желаешь найти его … – внезапно замолчала, голос был обеспокоен и полон печали.
– Если, я найду Аспида, то найду и его! – уверена тихо-тихо проговорил отец.
– Он мертв! – грубовато ответила Джулия, я услышал, как она начала чиркать спичкой, нервничала поэтому вновь пыталась покурить. – – Если бы я знала, что это гадина хотела сделать, чтобы я ее сама убила на месте!
– Не говори так! Она не виновата!
– Не виновата! – крикнула Джулия на весь дом, я даже немножко вздрогнул.
– Да, – тихо-тихо ответил папа. – Я приехал сюда не выяснять взаимоотношения кто прав, а кто виноват. Мне нужна твоя помощь.
– Лучше бы ты занялся тем, чем тебе суждено было быть! – глубоко вдохну Джейн.
– Я не хочу всю жизнь услуживать им! – отец немного повысил голосок.
– А вечно быть в поиске того, кого не существует? И с каждой неудачей напиваться и срываться на детей? – от ее слов у меня помчались мурашки, Агата дала мне сэндвич и я его держал в руках сел на табурет, но мои мысли бы в этом необычном разговоре. Откуда Джулия знает про то, что папа нас избивает, когда напьется? – Да, я знаю про это, и не гляди на меня так. Это не неправильно то, что ты делаешь!
– Так, ты мне поможешь? – отец игнорил ее слова.
– Чем ты хочешь, что бы я помогла? – недовольно выдохнула дым.
– Пусть дети поживут с тобой немного.
– Немного, это на завсегда? – тихо произнесла она, голос был вновь о беспокоин.
– Пока я не найду его. Если они будут со мной, то боюсь я когда-нибудь их убью. Но я люблю своих детей и боюсь их утратить.
– Глеб…
– Мама, пожалуйста, – отец не дал ей договорить. – Хоть раз в жизни сделай, так как я прошу. Хоть раз в жизни. – наступила тишина, я подумал, что они ушли на улицу и откусив кусочек своего бутерброда, продолжал прислушаться. Какой же все-таки у меня безупречный слух. Сам даже порой удивляюсь этому. Поглядел на Агату, та уже съела сэндвич и наверное ничего не слышала, о чем те двое беседуют. Но молчала, глядела на меня.
– Хорошо, это и их дом. Был и будет. Это ты их отвез отсюда от меня, а не я!
Через несколько секунд на кухне объявился отец за ним и Джулия продолжавшая покуривать свою соломинку. На его лице была грусть, я это точно увидал, ему не хотелось с нами разлучаться. Но был прав, если так и будет длиться, то убьет нас когда-нибудь.
– Ты уезжаешь? – поспешил я, покамест он не заговорил. Мы с Агатой подошли, сестра продолжала помалкивать, и на лице не было сожаление. Как будь то желала, чтобы это произошло. Я не знаю любила она его ещё, но я точно любил его, правда был жестокий.
– Да, – отец обнял нас, посмотрел на мое лицо, ещё раз к нему дотронулся. – Мне очень жаль за это.
– Я знаю, – у меня чуть слезы не покатились, но удерживал их. – Ты надолго?
– Как получится, но постараюсь побыстрее возвратиться. Запомните одно, вы брат и сестра берегите себя и не когда не оставляйте друг друга в неприятности, – странные разумеется слова, мы никогда с сестрой не расставались и оберегали друг дружки. – – Джулия покажет вам ваши комнату, – отец обернулся на свою мать, та слегка скривив губы. – Я занесу ваши вещь. – крепко-крепко обнял меня затем сестру. Агата так и ни слова не произнесла. – Берегите себя! – с такими словами отец вышел из дома.
– Идем, – произнесла Джулия. – Вы наверняка устали в дороге. – она поднималась по лестнице мы как два щенка с печалью в глазах шагали за ней. – Только не называйте меня бабулей, я еще не старая. Просто Джулия! – она остановилась возле двери. – Это будет спальня Агаты, – приоткрыв ее, сестра поглядела на меня и зашла. – А твоя будет здесь! – Джулия продемонстрировал, на дверь напротив.
Я зашел в нее и закрыл за собой дверью. Услышал, как донеслись шаги бабули вниз. Включив свет, начал рассматривать спальню. Эта комната была для двоих. Две кровати, два шкафа. Послышался шум двигателя, подошел к окну и отцовская машина отъезжала от дома и его обнял туман.
Все это было для меня странно. Просто не осознавал, что происходит. Отец никогда нас не оставлял ни у кого. Почему он не говорил про Джулию, то что бабушка наша жива и не проведывали ее?
Я прилег на кровать, и правда сильно устал от сегодняшнего дня и столько неясной информации в голове. Дверь в комнату немножко приоткрылась и почудилась голова Агаты. Я был доволен видеть ее. В этом доме и в этой комнате было одиноко. Но когда увидал, то даже в душе принялось спокойней. Агата медленно закрыла дверь за собой и безмолвно прошла ко мне, села рядышком на кровать.
– Не против я сегодня с тобой переночую?
– Нет, конечно не против. Как раз есть вторая кровать, – ухмыляясь показал на нее.
– Он, уехал навсегда? – Агата встала и улеглась на вторую кушетку.
– Не знаю Тата, не знаю, – я услышал, как она всхлипнула. Я почувствовал, что она рыдает. – Будем надеется, что он скоро приедет, и мы как обычно уедим в другой город.
– Я на это надеюсь. Мне не нравится это место, – голос сестрёнки становился все тише, она засыпала. – Я обожаю тебя!
– Я тоже люблю тебя, Тата! – Агата замолчала и я тоже закрыл глаза и моментально уснул.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?