Читать книгу "Выйти замуж за дракона... и сбежать!"

Глава 4

К сожалению, с расследованием пришлось повременить. Элион и Мейрис укатили в Шаэру к ее родственникам. Бедному Хардиану предстояло провести несколько незабываемых дней в окружении ведьм всех возрастов и мастей.

Надеюсь, он вернется в своем уме и не седой. Он, конечно, уже инициировал дракона и вполне может постоять за себя, но ведьмы кого угодно могут довести до белого каления. Меня вот уже одна довела, хотя я и не могу вспомнить ее имени.

Зато к вечеру второго дня мне удалось вспомнить ее глаза. Синие, лисьи, с длинными ресницами. Хитрые до невозможности, с лукавыми смешинками где-то глубоко-глубоко.

Еще мне кажется, что во сне я слышал ее голос. Он неизменно называл меня всякими дурацкими прозвищами. Максильман, Максильберг, Максюсенька. А я бегал за ней и с пеной у рта доказывал, что я МАКС! Максимилиан! И никак иначе!

Кстати, во сне я ее так ни разу и не поймал – уже протягивал руку, чтобы схватить, но в последний момент чертовка выворачивалась и исчезала. Бесила, знатно!

Несколько дней я изнывал от бессилия. Безрезультатно колесил по городу в поисках неизвестно кого, скрывался от матери, готовой женить меня на первой встречной. И как только до меня дошли слухи, что Хардиан с невестой вернулись, сразу ринулся к ним.

– Ну, давай, Макс, рассказывай, что у тебя приключилось и какая такая помощь тебе от меня нужна, – Элион сидела в кресле напротив и, сложив руки на груди, с нескрываемым любопытством смотрела на меня, – кого-то надо проклясть? Сделать заговор на понос? Или любовный элексир сварганить? Или бородавки вывести? Ты только скажи. Я мигом это организую.

Издевается зараза. А ведь когда-то в академии, еще не зная, что она связана с моим лучшим другом, я имел неосторожность к ней подкатить. Глупыш. От ведьм надо держаться как можно дальше. Потому что стоит только зазеваться и все. Понос покажется самым безобидным из развлечений.

Ходить вокруг да около не было смысла, поэтому я сказал как есть:

– Я женился, – и, закатав рукав, показал брачную метку, которая за последние дни стала еще ярче, несмотря на все мои старания ее смыть или как-то оттереть.

Элион выпучила глаза, Хардиан присвистнул.

– В смысле женился?

– Вперед нас? Да еще и не позвал на свадьбу?

– Если честно, я и сам на этой свадьбе был только на половину.

– Это как? – не понял Мейрис.

– Тело присутствовало на церемонии, а все остальное самозабвенно храпело.

– Так… Так! Стоп! – Элион тряхнула головой, – погоди. Я совсем запуталась. Ты женился пока спал?

– Именно. И женился я не по своей воле.

Они непонимающе переглянулись:

– Ерунда какая-то.

– Судя по метке никакая не ерунда, – я накрыл ее ладонью, тут же почувствовав уже привычную теплую пульсацию.

– И кто это сделал?

А вот и главный вопрос, на который я ответил с максимальной скорбью и унынием:

– Ведьма.

Мейрис снова непонимающе нахмурился, а Элион тут же схватила меня за руку:

– А ну-ка дай посмотреть.

Почти уткнувшись носом мне в кожу, она что-то там рассматривала, терла, дула. Чуть ли на вкус не попробовала. Потом вскочила с кресла, подбежала к небольшому комодику возле окна и, пошуровав в верхнем ящике, вернулась с небольшой склянкой. Капнула на метку две капли чего-то настолько вонючего и едкого, что у меня моментально защипало глаза и засвербело в носу.

– Эль, прекрати! – Мейр закашлялся, – Мы сейчас задохнемся!

Она взмахнула рукой и вонь исчезла:

– Метка настоящая.

– Конечно, настоящая, – проворчал я, – стал бы я переживать из-за подделки.

За эти дни я трижды проверил ее у артефакторов и руновиков. Все единогласно сказали, что никакого подвоха нет – метка самая что ни на есть подлинная.

– И на ней действительно ведьминский отпечаток. Ты женился на ведьме, Макс! – воскликнула Элион и тут же потребовала: – Кто она?

От ее слов взгрустнулось. Кажется, я на что-то все-таки надеялся. Например, на то, что она скажет, что никакой ведьмой тут и не пахнет.

– Понятия не имею.

Они снова переглянулись, после чего Мейрис строго сказал:

– Давай-ка обо всем по порядку.

– Да, рассказывай, как тебя угораздило. Со всеми подробностями, ничего не пропуская.

– Тут и рассказывать особо нечего, – я тяжко вздохнул и, взъерошив волосы пятерней, продолжил, – Три дня назад мы с парнями отправились в трактир. Просто скоротать вечер. Без повода. Все шло как обычно. Весело, шумно, с танцами и куражом…а на следующее утро я проснулся за двадцать километров от города, в постоялом дворе «Дохлый путник» с брачной меткой на руке. Все.

– А невеста?

– А невесту я не помню. Представляешь?

– Если честно, нет, – Мейр покачал головой, – я свою как увидел, так сразу и понял, что это чудовище мне уже никогда не забыть.

Элион хищно улыбнулась:

– Это потому, что я тебя на отборе уделала?

– Эй! Там неправильно сработало твое заклинание с пиявкой! Если бы не оно…

Эль только глаза к потолку подняла и хмыкнула:

– Да-да, утешай себя змееныш.

Они, как всегда, начали пререкаться, хотя и невооруженным взглядом было видно, что эти двое друг от друга без ума. Вот уж воистину истинная пара.

– Я понимаю, что вы до бесконечности можете спорить насчет нюансов вашего знакомства, но давайте вернемся к моей проблеме.

– Ах да. Точно. У нас проблема, – Эль почесала бровь, – А как ты догадался, что это ведьма?

– Она сама в письме написала.

– Письмо с собой?

– Естественно.

– Давай сюда, – она требовательно поманила пальцами.

Я вытащил из нагрудного кармана смятый лист и с легким сожалением отдал его ведьме. Она тут же принялась читать вслух. И по мере чтения я чувствовал себя все более и более несчастным, а сама чтица, наоборот, улыбалась все шире и шире.

– Не знаю, кто это, но она мне определенно нравится.

– А мне нет! Она гадкая!

– А, по-моему, очень веселая девчонка, – хмыкнул Мейр, – поймала главного холостяка и сбежала.

– А может и не девчонка, – как истинная ведьма, Элион не могла не подлить масла в огонь, – с таким же успехом это может быть зрелая женщина. Годков так семьдесят…

– В самом соку.

– Вы прекратите надо мной издеваться? – я угрюмо смотрел на одного, потом на другую, – мне вообще-то не до шуток.

– Ой, какой у нас серьезный…Максеныш.

Бесполезно. Теперь пока все колкости не вывалит, не успокоится. Одно радует – не со зла, а просто по причине вредного характера. Ведьма и этим все сказано.

– Хорошо, я подожду пока вы хорошенько поглумителсь над моей бедой.

– Да ладно тебе. Все не так-то и плохо. На честь твою девушка не покушалась, жить с тобой под одной крышей не собирается, так что все наладится.

– А вдруг там такая красотка, что сам не захочешь отпускать? – предположил Хардиан.

– Прежде чем не захотеть отпускать, надо ее найти, – резонно возразила Элион и еще раз пробежалась взглядом по строчкам, – и я так понимаю, что именно за этим ты ко мне и обратился.

Я уныло кивнул.

– Я расспросил всех. Друзей, с которыми был в тот вечер. Трактирщика. Хозяина постоялого двора, в котором очнулся. Продажного служителя, поженившего нас в обмен на артефакт. Всех! Никто не помнит ни имени, ни того, как эта зараза выглядела. Кто-то говорит лысая, кто-то – брюнетка. У кого-то коса по пояс, у кого-то короткая стрижка. Кому-то она показалась высокой, а кому-то коротышкой. Поэтому все надежда на тебя, как на ведьму. Ты можешь убрать отвод чар? Чтобы я вспомнил, кто она такая, как выглядит и быстренько нашел.

– Не все так просто Макс, – она категорично покачала головой, – Чары отвода со стороны снять практически невозможно. В этом вся их прелесть. К тому же это может быть опасно. Однако в поисках помогу, потому что мне самой жуть как интересно, кто же она такая, и как ей удалось провернуть с тобой такое.

Мне кажется, или в ее голосе явно читалось восхищение?

– Есть какие-то идеи, где искать?

– Во-первых у тебя есть брачная метка. Попробуй через нее как-то настроиться.

– Чтобы настроиться на жену – с ней надо иметь настоящую связь, а не просто фиктивный брак на нетрезвую голову, – сказал Мейрис.

– Но попробовать-то он может? – Элион сосредоточенно кусала губы, – лучше всего перед сном. Слышишь, Макс? Ляжешь в кроватку, глазки закроешь, попытаешься представить свою избранницу. И позови ее. Мягко, без давления, без злости. Пусть твои силы идут в том направлении, может отклик и почувствуешь. Жалко, конечно, что ты еще не вышел из стадии личинки и не стал настоящим драконом. Зверь бы помог.

Зверь мой пока еще спал и не подавал никаких признаков пробуждения. И плевать ему было на мои проблемы.

– А может, тебе проще сидеть ровно и не дергаться? – предложил друг. – Она же написала, что как только решит свои проблемы – откажется от брака. Метка исчезнет и будешь жить как прежде. Даже не придется сталкиваться нос к носу с этой проблемой.

– Издеваешься? – я усмехнулся, – и потом всю жизнь ломать голову над тем, кто это был и зачем она это сделала? Да и помру от любопытства. Так что нет. Буду искать. Найду. И… дальше по обстоятельствам.

– Может, еще влюбишь, – мечтательно сказала Элион, – и будет у нас прекрасная компания. Два дракона и две ведьмы.

– Вот еще, – отмахнулся я, – У меня к этой особе сугубо деловой интерес.

– А вот увидишь. Наверняка, это судьба. Будете потом детям своим рассказывать, как необычно вы познакомили, и какими счастливыми потом стали.

Будь она хоть трижды дочерью верховной ведьмы, но как только речь заходила о романтике, в глазах появлялось блаженно-умилительное выражение и над головой начинали порхать розовые крылатые пони.

– Ты мне лучше скажи, как еще до нее добраться можно.

Элион задумалась:

– Про нее я могу сказать мало. Первое – не из Шаэры. Отпечаток незнакомый. Может, из прибрежного Холмира или из восточной Дианды. Там тоже большие ведьминские общины. Второе – ведьма достаточно сильная. Набросить на себя такие чары отведения, что столько человек сразу сбить со следа – затратно. Третье – у нее все в порядке с зельеварением, раз она намешала чего-то способного свалить с ног целого дракона. По себе знаю – задача не из простых, – и милая улыбочка, адресованная Хардиану.

Их знакомство тоже было эпичным. Она завалилась на приемные испытания в академию, и прямо там при всех уделала своего будущего жениха (История: Ловушка для ведьмы)

– А еще я могу сказать, что девица амбициозная и очень целеустремленная. И ради дела готова на многое.

– Это еще почему.

– Ты думаешь, каждая из нас мечтает выскочить замуж за первого встречного? Конечно нет. Ведьмы народ вольный. И если ей потребовалось замуж, да еще и за дракона, то цель действительная важная. И вот тут наша самая главная зацепка, – Элин принялась расхаживать по комнате, – для чего ведьме может понадобиться дракон?

– Для пробуждения силы?

– Однако в письме сказано, что юношеская честь осталась нетронутой. То есть прямого любовного контакта между вами не было, а это значит, ничего не могло пробудиться ни у него, ни у нее. Из этого следует…что из это следует? – она вопросительно посмотрела на нас, – идеи, мальчики! Не сидите как истуканы.

Мы с Мейрисом переглянулись.

– Хотела потешить свое самолюбие? – угрюмо предположил я.

– Не льсти себе, Максеныш. При всей моей любви и уважении, твои прекрасные глаза – это не то, что сможет сподвигнуть ведьму на замужество.

– Попрошу воздержаться от рассуждений на тему его прекрасных глаз, – ревниво заметил Мейрис. Он до сих пор иногда припоминал мне, как я посмел приставать к его ведьме. – Если она так легко говорит о том, что брак фиктивный и скоро будет расторгнут, то может ей был нужен сам факт замужества?

– Не просто замужества. А замужества с драконом. Не зря же она потратила столько сил, чтобы нашего Максипусечку ввести в состояние нестояния. Для чего ведьме может потребоваться брак с драконом? Хотя бы временный?

– Это тебе виднее. Ты же у нас ведьма.

– Не все так просто, мальчики. Мы из разных общин. А это значит, что она знает то, чего не знаю я, и наоборот.

Она продолжала ходить из угла в угол, рассеяно теребя в руках кончик косы, а мы как два дурачка водили за ней взглядами.

– А может… нет, для этого любой бедолага подойдет. Или… тоже нет, – Элион остановилась возле окна, – или…нет, тоже отпадает. Тут драконы противопоказаны. Хм… Мне теперь самой жуть как любопытно, зачем же ты кому-то мог потребоваться.

– Звучит так, будто я пятое колесо у телеги.

– Прости. Но я действительно теряюсь в догадках. Надо связаться с маменькой. Может, она какие-то варианты подскажет.

– Любопытство, это конечно хорошо. Но мне-то что делать?

– Сконцентрируйся на вашей метке. Если ведьма сильная, то хоть как-то след все равно должен был остаться. А я пока свяжусь с Шаэрой, может что-то и прояснится.

На этом и порешили.

***

А дома меня снова ждал сюрприз. Едва вывернув на свою улицу, я увидел, что окна в особняке ярко светятся, и понял, что спокойного вечера можно не ждать.

Не иначе как матушка снова привела мне невесту.

Я оказался прав. Привела. И не одну! Целую стаю невест, с мамашами, которые при моем появлении начали кружить словно стая ворон, подбираясь ко мне все ближе и ближе. Двенадцать пар посторонних глаз оценивающе таращились на меня. Двенадцать хищниц разминали когти перед тем, как вонзить их меня. И во главе этого безобразия сводница года – моя собственная маменька, одержимая идеей пристроить меня в надежные женские лапки.

С широкой улыбкой она выплыла мне навстречу, уверенная, что перед таким количеством гостей я буду держать себя в руках.

– Максимилиан! Наконец-то ты пришел! Мы уже заждались!

А вас никто и не просил меня ждать – чуть было не ляпнул я, но вовремя прикусил язык. Скандалить не хотелось. У меня была идея получше.

– Дорогая матушка, – я распахнул свои объятия, – как хорошо, что ты здесь! У меня для тебя отличная новость.

Она немного напряглась от моего нарочито-веселого тона, но улыбку на ярко подведённых губах удержала. А ее подруженьки со своими дочерями тут же навострили уши и подошли ближе, чтобы не пропустить самое интересное.

– В чем дело, сынок? Что-то случилось?

– Да! Случилось то, о чем ты так давно мечтала, – я кивнул, а потом торжественно объявил, – я женился!

Гости дружно ахнули, а матушка, с трудом удержав на лице невозмутимую маску, строго произнесла:

– Какой некрасивый розыгрыш.

– Никаких розыгрышей, мама, – я дернул рукав, обнажая брачную метку.

Гости ахнули еще раз, а мать схватилась сначала за сердце, потом за мою руку. Подняла ее поближе к глазам и принялась дотошно рассматривать.

– Красивая да? – с напускной гордостью сказал я.

– Но как…же… я же… – она с трудом находила слова. Потом прокашлялась и требовательно спросила, – кто она?

– Ты ее не знаешь.

Гостьи возмущенно переглядывались, перешёптывались, но уходить не спешили. Возможно, еще надеялись, что это все-таки розыгрыш. Или что моя суровая матушка сейчас силой воли заставит меня избавиться от метки.

– Я знаю все достойных невест в нашем городе! – с нажимом повторила она, – Каждую!

– Она не местная.

Маменьку слегка шатнуло. Она считала своим законным правом выбирать мне жену, и теперь это право увели у нее из-под носа.

– Но…зачем? Я бы сама обо всем позаботилась, нашла лучший вариант.

– Так любовь, мам. Против нее не поспоришь.

Знала бы она, что я даже не в курсе, как эта самая «любовь» выглядит – валялась бы в глубоком обмороке

– Только не говори, что ты женился на какой-то простолюдинке! – в ее голосе зазвенела сталь.

– Лучше, мам. – я расплылся в улыбке, – я женился на ведьме.

Она отпрянула от меня так, словно я сказал что-то чудовищное.

– Ты с ума сошел? Какая ведьма?!

– Самая, что ни на есть распрекрасная. Я тебя скоро с ней познакомлю.

Вот только поймаю… если поймаю.

– Нет, нет, нет! Никаких ведьм! Мой сын не может…

– Твой сын уже. А теперь простите, гости дорогие. Но вам пора. Лавочка закрыта. Смотрины не состоятся. Всего хорошего.

Ни слова ни говоря, одна из матрон схватила за руку свою расстроенную дочь и потянула ее к выходу. За ними последовали и остальные.

А я, сложив руки на груди, с улыбкой наблюдал за тем, как они покидают мой дом, оскорблённо фыркая и сердито шелестя юбками.

Статус завидного холостяка был безвозвратно утерян, но мне от этого было совершенно не грустно.

Глава 5

Хоть бы, хоть бы…

Мне бы только бы суметь. Пройти отбор и попасть на эти курсы.

Я сделала для этого все, что могла. Подшила снизу на юбку пучок лаванды, в левый ботинок положила трилистник на удачу, на шею повесила беличью лапку, и когда проходила через главные ворота во двор Красной Башни держала пальцы скрещёнными и повторяла молитву великой богине. В правом кармане лежал мой главный козырь – брачная грамота, в которой черным по белому было написано, что я жена Максимилиана Краста. Жена дракона.

Стоило вспомнить своего «мужа», как за ребрами начинало ломить и неприятно екать. Как будто забыла что-то, или как будто мне срочно куда-то надо. Например, обратно к нему.

Совесть что ли проснулась? Больше объяснять это странное волнение было нечем. Ну не соскучилась же я по нему в самом деле? С чего скучать-то? Один вечер вместе провели да брачными клятвами обменялись. Подумаешь, ерунда какая.

И все-таки мне было не спокойно.

Я знала, что он меня не найдет, но тревожно всматривалась в лица прохожих. Искала. Ждала. Хотя это не имело никакого смысла.

Даже если что-то пойдет не так, и дракон сообразит в каком направлении искать, морок надежно меня укрывает. Макс может пройти в метре от меня и не узнать. Может стоять рядом, смотреть мне в глаза, но так и не поймет, кто я на самом деле… И кажется, именно это меня и угнетало.

Я была защищена и в то же время совершенно растеряна, потому что эта защита не давала ожидаемой уверенности. Вместо нее в душе царило разочарование.

К счастью, я была в своем уме и контролировала каждый свой шаг, несмотря на непонятные порывы. Я ж не дурочка какая-нибудь, чтобы искать встреч с драконом, который знает, что использовали в корыстных целях. Если он и хочет меня найти, то только по одной причине: лично немного придушить.

Моя тоненькая шейка была мне дорога, как и все остальное. Поэтому я кое-как выкинула из головы мысли о своем ненастоящем муже и, гордо вздернув подбородок, вместе с другими ведьмами поднялась на высокую башню, с которой открывался захватывающий дух на Приморье.

Там нас ждали три ведьмы, связанные кровными узами – седовласая старуха, женщина в рассвете сил и молодая девушка. Дочь, мать и бабушка. Они были облачены в одинаковые черные одеяния, босые, с распущенными волосами. Между ними стоял постамент из черного мрамора, а на нем плоская чаша, под самые края заполненная темной водой. Ее поверхность находилась в полной неподвижности и была похожа на зеркало.

– Проходите, сестры, – все трое заговорили одновременно, и их голоса слились в один, рождающий трепет. Хрипотца старости, кошачья плавность расцвета и звонкость юности.

Желающие пройти обучение как-то разом оробели и, смущенно переглядываясь, заняли места вдоль стен. А ведьмы продолжали:

– Мы все собрались здесь по одной причине. Наша купель проснулась и готова напитать силой избранных. Тех, кто не просто совладал с ведьминским ремеслом, но и достиг в нем определенных высот. Тех, кто обладает особым даром. Тех, на ком есть благословение богини. И тех, кто обуздал и принял в себя мощь дракона. Если у вас есть хоть что-то из перечисленного, вы можете попробовать свои силы.

У меня моментально вспотели руки. Не знаю, как остальные, а я в себя ничего не принимала. Все, что у меня было драконьего – это бумажка с отпечатком пальца «суженого».

Половину торжественной трехголосной речи я прослушала, переминаясь с ноги на ногу и, переживая насчет грамоты. Надеюсь, ее будет достаточно для прохождения отбора. В любом случае, я сделала все, что было в моих силах.

– Но не все будут допущены к купели. Она сама выберет достойных.

Дальше начался отбор претенденток. Каждая их них подходила к чаше, опускала туда указательный палец левой руки и ждала вердикта.

Если водная гладь оставалась неподвижной – ее отправляли восвояси. Если появлялись какие-то знаки, то оставляли в башне.

Надо сказать, выбывающих было больше, чем тех, кто остался. Три раза из четырех вода оставалась спокойной и равнодушной к чужим надеждам и чаяниям. А в те разы, когда откликалась, по ее поверхности то разбегались круги, то начиналась мелкая рябь словно в помещении моросил дождик, то закручивались ленивые водовороты.

В основном все претендентки объявляли о скрытом даре, только двое заявили, что у них есть метка богини. Связанных с драконом не было.

Поэтому, когда подошла моя очередь, я приблизилась к постаменту и немного дребезжащим голосом произнесла:

– Юнона Блэкмур из Хортена. Ведьма третьего круга. Жена дракона.

Самая молодая из ведьм протянула мне раскрытую ладонь, и я с некоторой опаской отдала ей брачную грамоту. Она посмотрела ее на свет, прикоснулась к нашим отпечаткам. Потом лизнула кончик пальца.

– Ммм, и правда дракон, – промурлыкала она, хищно блеснув глазами, – вкусно.

В тот момент какая-то часть меня ощетинилась и полыхнула желанием проклясть эту нахалку, посмевшую облизываться на моего мужа.

Честно слово, еле сдержалась! А она, почувствовав мой порыв, прохладно улыбнулась и кивнула на чашу:

– Пробуй.

Стыдясь собственных эмоций, я нервно дернула плечом и опустила палец в воду.

И чуть не завопила и не выдернула его обратно, потому что она была горячая!

Молодая ведьма напротив меня улыбнулась еще шире.

Ее рук дело! Вот сучка! Думала испугать? Как бы не так!

Я вскинула подбородок и со спокойным достоинством уставилась в окно несмотря на то, что мой бедный пальчик варился в проклятой чаше. Метка, кстати, тоже грелась и пульсировала так, словно по черным линиям пусти обжигающий кипяток.

Мне показалось, что время остановилось. Что бесконечно долго стою возле чаши и жду результата. Хоть бы не провал. Пожалуйста!

И вот когда я уже была готова запищать от отчаяния, поверхность воды внезапно вскипела, покрывшись бурными пузырями.

– Годна, – бесстрастно сообщила старуха.

На ватных ногах, я отошла к тем, кто был избран купелью.

Я справилась. Меня приняли!

Спасибо, Максипусечка ты моя сладкая! Только благодаря тебе! Солнышко ты мое бескрылое. Змееныш ты мой, не вылупившийся. Не зря я половину своих фирменных элексиров потратила, чтобы тебя с ног свалить. Ох не зря. Встречу еще раз – обязательно расцелую. В обе твои распрекрасные драконьи щечки.

Остаток отбора я провела, посасывая обваренный палец, радуясь своей удаче и попутно пытаясь унять разбуянившуюся метку. Она дергалась, чесалась, кололась. Жар от нее уступил место игривому холоду, который поднимался все выше по руке и вскоре добрался до плеча, потом переполз на шею и выше на затылок.

Я едва смогла с ним совладать и постоянно ежилась, пытаясь согреться, но была слишком взбудоражена предстоящим посвящением, чтобы придавать таким мелочам особое значения. Как выяснилось чуть позже – очень даже зря.

Когда отборочный ритуал закончился, на вершине башни осталось всего тринадцать претенденток включая меня и троица первородных ведьм, отвечающих за отбор.

Самая старая из них стояла, прикрыв глаза и, кажется, дремала. Средняя бдительно следила за тем, чтобы не было никаких нарушений, а молодая – я все еще боролась с желанием ее проклясть – откровенно скучала и зевала в ладошку.

– Примите наши поздравления. Купель выбрала вас и готова поделиться своей силой. Это произойдет сегодня на закате. Так же вам будут доступны наши библиотеки, медитации и уроки сильнейших ведьм Приморья. Надеюсь, вы осознаете, насколько вам повезло. Далеко не каждой выпадает такой шанс.

Не знаю, как остальные, а я пребывала в полном восторге и была готова хоть сейчас с головой нырнуть в эту самую купель. Голова кружилась от раскрывающихся перспектив. После такого обучения я непременно найду работу в столице или в любом другом большом городе. А может отправлюсь в далекую Шаэру и там буду учить молодых ведьм уму разуму. Или открою свое дело и буду продавать артефакты и зелья. И станет моя лавка самой известной на всем восточном побережье. Я разбогатею, стану знаменитой. И, возможно, когда-нибудь наберусь смелости, чтобы встретиться с драконом, благодаря которому это все стало возможным.

В сотый раз мысленно его поблагодарив, я клятвенно пообещала, что ровно через две недели, как только закончится курс и грамота о его прохождении окажется у меня на руках, я отправлюсь к ближайшему жрецу и расторгну наш брак.

Стало немного грустно, но решение было правильным. Дракон сделал свое дело – дракона можно отпускать.

И каково же было мое удивление, когда спустя две недели, накануне выпуска этот самый дракон появился во дворе Красной башни.

У меня что-то екнуло внутри, дрогнуло и понеслось вскачь. То ли от страха, что он прямо сейчас мена задушит, и я не успею завершить обучение. То ли от глупой и совершенно непостижимой радости.