Текст книги "Проповеди 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/propovedi-2-13582.jpg)
Автор книги: Протоиерей Димитрий Смирнов
Жанр: Религиозные тексты, Религия
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Димитрий Смирнов
Проповеди 2
По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси АЛЕКСИЯ II
Память благоверного царевича Димитрия
Евангелие от Иоанна повествует нам о том, как «первосвященники и фарисеи собрали совет и говорили: что нам делать?» Как будто они чувствовали угрозу, исходящую от Иисуса, угрозу всему укладу их жизни. Вдруг почва стала уходить у них из-под ног: то они были вождями народа, все их слушались, все почитали, уважали – и тут появляется некий Иисус, который в субботу имеет дерзость исцелять больных, творить чудеса. За Ним уже ходят тысячи народа, появились ученики. Он ничего не боится, ни перед кем не заискивает, говорит удивительные слова, и в этих словах чувствуется сила и правда. И трудно им было и невозможно, не отказавшись от своей жизни, от своих привязанностей, принять Его. Поэтому они собрались и стали решать, что делать. «Этот Человек много чудес творит. Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом».
А какая связь, почему, если все уверуют в Него, должны прийти римляне? Каждый носитель власти всегда считает, что после него все рухнет. И фарисеи думали: если все уверуют во Христа, то перестанут веровать им и увидят, что можно, оказывается, спокойно прожить без этих фарисеев и книжников – значит, власть у них уйдет из рук, и тогда придут римляне.
Но "один из них, некто Каиафа, будучи на тот год первосвященником, сказал им: вы ничего не знаете, и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб. Сие же он сказал не от себя, но, будучи на тот год первосвященником, предсказал, что Иисус умрет за народ". На Каиафе, в силу его священства, была благодать Божия, которой он по своему естеству был недостоин. Ветхозаветная Церковь тогда еще обладала благодатью, и в силу своего первосвященства Каиафа произнес то, что оказалось пророчеством: "Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб". Эти слова, сказанные врагом Христа, объясняют все христианство. Лучше, чтобы один погиб, чем погибли все – универсальный принцип, на котором христианство стоит. Чтобы все не погибли, Христос умер за всех.
Это относится и к нам. Мы в нашей жизни сталкиваемся с различными людьми, и, если это столкновение доходит до какой-то высшей точки – вражда, драка, война, – часто вопрос встает даже в таком плане: жить ему или жить мне. И так в любом споре: либо он меня, либо я его. А Христос принес на землю новое правило: нет, лучше пусть он меня, чем я его. Лучше пусть он меня ударит, чем я его; лучше он меня обокрадет, чем я его; лучше все рухнет, чем я совершу грех. И если мы, я имею в виду христиан, всегда будем поступать по этому принципу, то христианство будет торжествовать, потому что будет торжествовать этот принцип самоотречения. Вот он меня раздражает, он меня искушает, но лучше мне потерпеть, принести себя в жертву. Пусть у меня внутри все кипит, но я не только словом, я даже взглядом не дам ему понять, как мне тяжело выносить то, что он мне говорит. И это есть смерть моя за него, потому что если я терплю его немощь, то тем исполняю закон Христов и уподобляюсь Христу.
Господь сказал: "Я посылаю вас, как агнцев среди волков". Христос умер первым за народ. И участь христианина – каждый раз умирать за ближнего, иногда буквально. Один святой сказал, что нужно жить так, чтобы быть каждый день готовым или причаститься, или умереть. Это, собственно, одно и то же, потому что святая Евхаристия – это встреча с Богом и смерть – тоже встреча с Богом. И надо нам учиться этот божественный принцип христианства исполнять в своей жизни всегда. Уничижая собственные желания, собственные чувства, потому что они нам часто диктуют совсем не волю Божию, а себялюбие; отказываясь от угождения себе ради ближнего, даже если он тысячу раз не прав. Поэтому Господь и говорит: "Кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую".
Этот принцип, когда человек терпит обиду, скорбь, боль, поношение, ненависть, неправду, клевету и никак не мстит, помимо того что он благодатно действует на нашу душу, потому что этим терпением в ней попаляются страсти обиды, ропота, печалования о своей судьбе, – помимо того этот замечательный принцип имеет совершенно потрясающую способность все вокруг обоготворять. Господь сказал: "Когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе". Если б Спаситель не распялся на Кресте, Он бы не привлек такое множество миллионов людей. Но именно крестная смерть этой поразительной жертвой своей обратила к себе сердца множества людей.
На каждого, кто в ответ на оскорбление встречает не ответную ненависть, а взгляд, полный любви и сочувствия, это действует ошеломительно и часто совершенно изменяет сознание обидчика. Как бы человек ни закоренел во зле, какой бы он ни был злодей, но если тот, которому он делает постоянное зло, будет непрестанно и неизменно с ним кроток, ласков, любовен, будет всегда иметь в сердце своем сочувствие к нему за то, что гложет его ненависть, – его любовь эту ненависть победит. Поэтому Господь говорит: "Мужайтесь: Я победил мир".
Мир, эту бездну страстей, в которой кипит человечество, можно победить только постоянно умирая, постоянно помня, что ты овца и участь твоя – не бодаться, не ругаться, не грызть зубами, а умирать, быть закланным, быть растерзанным. Поэтому, если ты христианин, ты должен сознательно на это идти. Кто-то же должен умирать, кто-то же должен спасать мир, кто-то должен жить, как это подобает. И Христос сотворил Себе новый народ – Церковь Божию – для того, чтобы он следовал Его учению, следовал предначертанной Им дорогой, умирал вместе со Христом. Умерщвлять себя, нашего ветхого человека, надо постоянно. Хочу съесть сверх меры, хочу выпить сверх меры, хочу кого-то обидеть, кого-то отругать – именно это наше "хочу", греховное "я", которое в нас действует, и надо умерщвлять.
И эта смерть будет не напрасной. Умерщвляя грех, мы будем становиться христианами, и не только становиться христианами, но и весь мир будем обоготворять этим подвигом. Вот Господь совершил подвиг, и этот пример очень заразителен. Мы видим мучеников, которые жили в первые века, сразу после Христа – они с радостью умирали, потому что у них перед глазами был Он, Христос. Но сейчас жертва Голгофская от нас отодвинулась во времени, и нам кажется, что это было когда-то давно. А она постоянно совершается и теперь, и мы можем тоже в этом участвовать. В этом цель нашего существования, потому что Господь сказал: "Вы – соль земли". А соль христианская действует только по принципу, который принес на землю Христос: умирай. К этому нас Господь призывает. Не надо себя жалеть, потому что, как ни жалей, ты только больше будешь расстраиваться. Нет, надо смело идти вперед, а Господь никогда не попустит нам испытать то, что сверх наших сил.
Как замечательно, что слова о том, что один должен умереть за народ, сказаны врагом Христовым, Каиафой. Даже враг признал – пусть это и помимо его воли произошло, но признал великую правду в том, что один жертвует собою для другого. Это всегда настолько прекрасно, настолько благородно, что люди не могут спокойно переносить эту великую славу подвига, они сразу желают ему подражать. Мы знаем сотни и тысячи примеров, как святые мученики обращали своих палачей. Или смерть невинного восьмилетнего отрока царевича Димитрия, память которого мы сегодня празднуем, – она так подействовала на русский народ, что он в самое смутное время сумел собраться воедино, и святой мученик Димитрий был как бы знаменем всего народа, и поляков отогнали, и Россия опять стала самостоятельной, опять стала крепким, сильным государством. Вот как невинное страдание делает из зверей ангелов.
И нам надо к этому готовиться. Это не значит, что надо будет обязательно идти на войну, грудью пулеметный дзот закрывать. Когда время придет, может быть, и это понадобится. Дело не в этом. Умирать надо постоянно – в своей семье, в магазине, на автобусной остановке, в общении с начальством, в общении с теми людьми, которые нас совершенно не понимают. Терпеть их немощь, относиться к ним с любовью, умирать за них – для того, чтобы торжествовал Христос, чтобы торжествовала Его правда в нашей жизни. Вера без дел мертва, и вот этими делами мы и должны показывать миру свою веру. Тогда мы будем истинными христианами, тогда мы будем воинами Христовыми. А так мы больше похожи на госпиталь, в котором лежат раненые, изломанные, искалеченные, ничего не могущие сделать с собой, беспомощные, которых надо только жалеть, ласкать, лечить, перевязывать.
А где же воины Христовы, где их искать, кто они? Мы должны быть этими воинами. Надо скорей залечивать свои раны и идти опять в бой. Аминь.
Крестовоздвиженский храм, 28 мая 1984 года
Всенощное бдение под Вознесение Господне
Представим себе, что в магазин, где продается двухсоттомник Всемирной литературы, придет китаец. Он увидит: стоят совершенно одинаковые книги, двести штук, и подумает: «На что люди такие деньги тратят?» Но если он придет второй и третий раз, то заметит, что книги эти чем-то друг от друга отличаются: одна желтенькая, другая красненькая, третья синенькая, четвертая беленькая. А в следующий раз он откроет том и увидит в нем буквы; возьмет другой том – и тут буквы, ничего не понятно. В десятый раз кроме букв найдет еще и картиночки. Смотришь, а в каждой книжке, оказывается, картинки разные. Потом он выучит русский язык, начнет читать – и выяснит, что не только картинки разные, а даже книжки все написаны совершенно про разное.
Так и с храмом: человек первый раз пришел – служба, второй – то же самое, в пятый раз пришел – уже начинает смутно какую-то разницу видеть: тогда батюшка был в красненьком, а сегодня в беленьком. В десятый раз он замечает: прежде что-то пели поспокойней, а сейчас вроде как поторапливаются; то все с цветочками стояли, а сегодня со свечками – уже отличие. Потом подумает: а может, мне вникнуть в это дело и, чтобы понимать, что тут творится, выучить язык?
Вот так каждая наша служба – внешне, на первый взгляд кажется, что все одно и то же, на самом же деле ни одной одинаковой нет. Каждая служба точно, один в один повторяется больше чем через пятьсот лет – таков круг православного богослужения, великого индиктиона. Но чтобы в это вникнуть, нужно пройти путь от китайца до образованного русского человека. И неплохо бы нам научиться в наше богослужение вникать, потому что оно есть отражение реальных событий. Мы поем: "Днесь благодать Святаго Духа нас собра…", "Днесь спасения нашего главизна…" То есть каждый праздник – это не только воспоминание: вот, мол, две тысячи лет назад Христос вознесся на небо, и мы это торжествуем. Нет, Вознесение Господа вечно. И мы через богослужение приобщаемся к этому событию.
Кто книжки когда-нибудь читал, знает, что читатель как бы погружается в мир, который изображен в книге, и перед ним возникают некие образы. Он совершенно не замечает самого процесса чтения: как буквы складываются в слова, слова – в предложения и так далее. Перед ним несутся картины, образы. Если писатель добропорядочный человек да плюс одарен талантом, то, погружаясь в эту книгу, в мир, который он создал своим талантом и воображением, мы приобретаем некую пользу. Если же мы читаем книгу, написанную нехорошим человеком, живущим неблагочестиво (особенно опасно, если он неблагочестив да плюс к тому еще талантлив), то мир, который он создал, – грязный, черный, и, переносясь в него своим воображением, мы пачкаем душу.
Созерцая богослужение, мы также в него погружаемся умом, переносимся в Иудею, в Иерусалим, в то место, где вознесся Господь, на гору Елеонскую, мысленно присутствуем при вознесении Господнем, созерцаем его. Поэтому Церковь настаивает на том, чтобы все благочестивые христиане непременно посещали все главные богослужения – чтобы умом созерцать эти вечные вещи, чтобы Христос для нас был не чем-то книжным, абстрактным, а мы бы реально ощутили Его присутствие. Все наше православное богослужение есть реальное участие в жизни Христа. Господь сказал: "Я с вами во все дни до скончания века". И в результате участия в богослужении (конечно, умного – не просто, по поверхности скользя, глядеть только, какого у кого цвета носки, а смотреть вглубь) перед нами будет открываться духовное созерцание, мы будем присутствовать и на горе Фавор, и в Вифлееме; и на Тайной вечере Господней будем присутствовать постоянно – участвовать во всех главных событиях Христовой жизни, которые Церковь назвала двунадесятыми праздниками.
Сегодня мы торжествуем одно из этих двенадцати важнейших событий в жизни Христа. Вот вознесся Христос на небо – ну вроде нам-то какая от этого польза? Наоборот, нам бы вроде лучше, если бы Он с нами пребывал, среди нас ходил. На самом деле в этом есть колоссальный догматический смысл. Христос был одновременно и Бог, и человек; и тем, что Он восшел на небо и воссел одесную (по правую руку) Бога Отца, Он вознес плоть нашу человеческую. И эта вот грешная человеческая наша плоть пребывает превыше ангелов, херувимов и серафимов и восседает на небесном престоле. Христос для этого и пришел на землю, чтобы нас так высоко вознести. Поэтому если мы будем причастны Христу, если мы будем причастны Его жизни, если в нас будет Его свет, если мы со Христом в нашей жизни соединимся навек, то и мы будем частью этого тела Христова. А тело Христово – это Церковь, и насколько мы причастны Церкви, настолько и вознесемся на небо.
Вот такой колоссальный по своей глубине смысл открывается нам в сегодняшнем богослужении. Поэтому будем всегда усердны в посещении наших православных праздников, будем стараться в них углубляться, просить у Бога помощи, чтоб Господь очистил ум наш, будем внимательно слушать, чт%о поется и читается. И надо нам стараться каждое слово сознавать; молиться Богу, чтобы Господь книги какие-то послал; у кого есть молитвенник, заранее посмотреть, какой тропарь праздника поется; все подготовить, чтобы служба для нас стала живым ощущением, живым общением с Богом. Тогда богослужение не будет тягостным, наоборот, нам захочется, чтобы оно никогда не кончалось.
Прежде, когда богослужение было для народа более понятным, люди русские стояли в храме часами. Один дьякон, араб, из Антиохийской церкви, в XVII веке был в Москве на службе, которую совершал патриарх Никон, и видел, как русские молятся. Он пишет: мы в три часа дня в храм вошли и только в десятом вышли; и холодно, и сыро, и пол чугунный, а весь народ стоит и молится, и царь вместе с ним; а потом еще патриарх на целый час проповедь закатил. Мы уже, говорит, все падали, а русские стоят. Отчего? Потому что каждое слово богослужения доходило до ума, и люди молились не ногами, а умом.
Когда человек молится умом, он от этого получает великую радость. Вот празднуем мы Преображение Господне – что это значит? Это значит, что мы умом возносимся на гору Фавор; вместе с Петром, Иаковом, Иоанном созерцаем Моисея и Илию, которые беседуют со Христом; и Петр восклицает: "Господи, хорошо нам зде быть!" Конечно, неужели захочется уходить с горы Фавор, неужели захочется уйти с Вознесения? Душа торжествует, видит, как Господь возносится – не глазами телесными видит, а глазами ума нашего, то есть души, потому что душа наша умная. Ум не в мозгу находится – в мозгу интеллект, – а ум находится в душе, это орудие души. Бог есть Слово, Логос Божественный, и человек, созданный по образу Божию, есть малый логос, малое слово. Поэтому человек через слово становится существом умным. Вот возьми младенчика, только рожденного, и помести его в какую-то среду, где он не услышит слова человеческого, – этот младенчик никогда не сделается человеком, он станет животным, потому что у него не будет слова. Вот как важно слово в развитии нашей души. Поэтому нам надо стараться развивать в себе понимание слова Божия, которое открывается нам в богослужении.
Будем же благодарить Бога, что Господь не отвергает нас, а дает нам возможность участвовать в богослужении. И будем стараться пребывать здесь не как китайцы там или малайцы – мы все-таки русские люди, это ж наше все родное, кровное. Нужно нам стараться возвращаться в отчий дом, не лениться, вспоминать, как наши предки молились. Конечно, на первый раз кажется немножко трудно – славянский язык, какие-то необычные речевые обороты. Но это на первый раз только, а потом, немножко если напрячься, если дать своей голове, сердцу своему потрудиться, у нас будет все совершенно по-другому. Только надо постоянно в этом направлении трудиться. Не просто стоять зевать, о чем-то мечтать, а именно в каждое слово стараться вслушиваться. Ведь все равно устанешь, все равно ноги болят, так что трудись, трудись, чтоб и ум твой тоже трудился, назидался. И тогда будет от этого великая польза и великая радость. И богослужение для нас превратится в истинное торжество души нашей. Аминь.
Крестовоздвиженский храм, 30 мая 1984 года, вечер
Отдание праздника Пасхи
Христос воскресе!
Господь сказал: "Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света". И в другом месте: "Се, Аз с вами есмь во вся дни до скончания века". Он с нами пребывает – с теми, кто принадлежит к Церкви. Господь принес огонь на землю, свет, и Он страдал, чтобы этот свет разгорелся в сердцах людей. А сказанное Господом "доколе свет с вами" означает, что можно так жить, что света с нами не будет. Человек сам из своей души изгоняет свет, и тогда тьма заполняет все его существование. Почему же один пытается войти в свет, а другой, наоборот, его в себе гасит? Потому что он не верует настолько, чтобы идти путем Христовым.
А что значит "будете сынами света"? Можно быть сыном какого-то существа, и свет – это есть Сам Бог. Если мы будем веровать в свет и по нему жить, мы будем сынами света, то есть сынами Бога. Если мы будем исполнять заповеди Христовы, то станем наследниками Бога, Его сыновьями, то есть сделаемся уже Богу не чужими, а сродниками. И это наше сродство осуществляется через Иисуса Христа. Человек становится со Христом одним телом. А Тело Христово – это есть Святая Церковь. Когда человек причастен Телу Христову, причастен Церкви, он причастен Сыну Божию, он срастворяется с Ним и тем самым усыновляется Отцу, становится сыном Божиим.
Далее в Евангелии сказано: "Столько чудес сотворил Он перед ними, и они не веровали в Него, да сбудется слово Исаии пророка: Господи! кто поверил слышанному от нас? и кому открылась мышца Господня? Потому не могли они веровать, что, как еще сказал Исаия, народ сей ослепил глаза свои и окаменил сердце свое, да не видят глазами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их. Сие сказал Исаия, когда видел славу Его и говорил о Нем". Впрочем, в Евангелии повествуется, что многие из начальников "уверовали в Него; но ради фарисеев не исповедывали, чтобы не быть отлученными от синагоги, ибо возлюбили больше славу человеческую, нежели славу Божию".
Какие возникают препятствия на пути человека к тому, чтобы ему стать сыном света? Во-первых, окаменение собственного сердца, ослепление душевных глаз и глухота духовная. Почему это бывает? Потому что человек вместо того, чтобы творить заповеди Божии, творит беззаконие. Господь дал нам вполне определенные заповеди, поскольку мы потеряли в сердце своем свидетельство об истине и нам понадобился теперь закон: вот это делай, вот это не делай. Вот так поступай – будешь блажен; а вот это не делай, потому что будешь смертен. Сами мы не понимаем, что нам делать, как нам быть. И надо нам учиться этому, потому что, пытаясь исполнять заповедь Божию, даже не понимая ее, мы постепенно как бы промываем свои глаза и очищаем свои уши для того, чтобы нам слышать слово Божие и видеть свет, исходящий от Пресвятой Троицы. Очищение нашего сердца и возможность его принять свет зависит от нашего покаяния, то есть исправления жизни по заповедям.
Есть и другое препятствие: многие веруют, но людей боятся. Вот как некоторые начальники иудейские уверовали, но в то же время не хотели и от синагоги быть отлученными. Они думали, что если вольются в Церковь Божию, то, значит, молва будет распускаться, а иудеи в большинстве своем ненавидели Христа, ненавидели нарождающуюся Церковь. Так же и у нас многие в Бога-то веруют, все признают, а в церковь ходить боятся: вроде все некогда, да что люди подумают. То есть что о нем люди скажут, для человека важнее того, что о нем скажет Церковь. Не угодить Богу человек не боится, а боится не угодить людям, и получается, что человекоугодие заменяет ему истинное богопочитание.
"Иисус же возгласил и сказал (то есть Он не просто повествовал, а это был возглас души Его): верующий в Меня не в Меня верует, но в Пославшего Меня. И видящий Меня видит Пославшего Меня. Я свет пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме. И если кто услышит Мои слова и не поверит, Я не сужу его, ибо Я пришел не судить мир, но спасти мир". Первое пришествие Христово совершено было Им для того, чтобы спасти людей. И во всеуслышание Господь заявил, что каждый, кто соединится со Христом через Святую Церковь, будет Сыном Божиим и наследует Царство Божие и вечное блаженство. Но это благовествование, эту благую весть, оказывается, нужно еще услышать, причем услышать ушами души.
При общении с нашими детьми мы часто замечаем: говоришь ему: "Ваня, не ходи туда!" – а он все равно идет. Значит ли это, что он глухой? Нет, не значит. А почему же он пошел? Потому что ушами-то тела он услышал, чт%о ему мама сказала, а ушами сердца своего не принял это повеление. Вот так и Господь к нам обращается через Свои заповеди: "Васенька, не делай этого. Петенька, не пей. Наденька, не ругайся". Не завидуй, не прелюбодействуй, не кради, не мучь другого, чти отца и мать – это заповеди Ветхого Завета. А заповеди Нового Завета: будь смирен, кроток, люби врагов своих. Господь к этому нас призывает, и ушами-то мы слышим, но не принимает Его слова наше сердце. Вот Господь говорит: "Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем". Человек это услышал, выходит из храма, а у него какие-то тяжелые обстоятельства дома или кто-то на него напал. И вместо того, чтобы смириться, он начинает огрызаться, на обидящего набрасываться; затевается какая-то свара, ругань. Значит, телом-то, ушами телесными, он слышал, а ушами души – нет.
Это происходит от того, что нету в сердце покаяния, нет ощущения своей греховности. Поэтому можно в храме стоять и год, и два, и сорок лет, и пятьдесят, и шестьдесят – и ни на каплю, ни на йоту к Богу не приблизиться. Можно попусту класть поклоны, можно на сотни рублей свечей покупать, и все это окажется как мертвому припарки – до тех пор, пока не будет в сердце покаяния, пока не будет в сердце сокрушения о ежедневно содеянных грехах. Тогда глаза души и уши души раскроются; тогда мы услышим Господа; тогда слова Евангелия, заповеди Божии проникнут в наше сердце. В противном случае можно, конечно, заставить человека в храме себя прилично вести. Например, сказать: будешь еще разговаривать – выйдешь отсюда. Ну, на полчаса он замолчит, а потом немножко забудется – опять начнет разговаривать. Почему так? почему нет благоговейного поведения? Потому что человек не понимает, что он находится не на складе, и не в хранилище зерна, и не еще где-то, а он находится в храме Божием, где присутствует Господь наш Иисус Христос; где присутствуют все силы небесные и устрашаются; где Матерь Божия и все угодники Божии стоят со страхом и трепетом… А человек деньги считает, он чего-то суетится, кого-то толкает, разговаривает. Сердце грубое, не чувствует, где человек пребывает.
В таком огрублении сердца можно пребывать десятилетиями, и ничего не произойдет. Не проникает свет сквозь эту корку, которая окаменила сердце, – и душа поэтому впотьмах. Вроде и службу знаю, и "Отче наш" выучил, и Евангелие много раз читал, и все в порядке, но не воспринимает сердце. Поэтому недоступен такому человеку Бог, и не может быть он Им усыновлен, потому что телом он принадлежит Богу, а душой своей не Богу принадлежит, а чему-то еще. Наше тело умрет и останется на земле, а именно душа должна пойти к Богу. Но душа, которая покрыта каменной коростой, не может к Богу взойти, потому что этот камень ее тянет на дно, в преисподнюю. Поэтому невозможно ей внити в Царствие Божие.
Царствие Божие есть Царство света. Возьмем деревянный ящик, выкрасим внутри черной краской и забьем. Что будет в нем? Темнота. И этот ящик, полный темноты, принесем в светлую комнату и раскроем. Мы увидим, что там никакой темноты уже нет, ящик полон света. Значит, темнота исчезла. Вот почему не может темная душа в Царствие Божие войти – потому что ей придется там исчезнуть. Поэтому прежде, чем войти в Царствие Божие, нужно душу свою наполнить светом. Свет сродни свету. Поэтому если мы станем сынами света, то и внидем в Царствие Божие.
Господь пришел не судить нас, а спасти. Он хочет всем нам даровать свет, научить нас вот этой светлой жизни, чтобы мы жили не впотьмах. И нужно постоянно трудиться над своей душой, постоянно возделывать, постоянно, кусочек за кусочком, от этого камня откалывать, чтоб пробить хотя бы маленькую брешь в толстой стене наших грехов, через которую свет сможет проникнуть в наше сердце – маленький сначала лучик. А когда свет воссиял, уже легче, уже мы видим, и можно это окошко расширять. А потом, может быть, мы совсем, по милости Божией, ту темницу, в которой заключена наша душа, разрушим. Поэтому каждый день, каждый час нам нужно стараться бороться со своим грехом. В противном случае наша жизнь пройдет бесполезно, наше хождение в храм окажется бесполезным, и все, что мы совершаем на земле, будет бесполезно. Аминь.
Крестовоздвиженский храм, 30 мая 1984 года
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?