Читать книгу "Путешествия в поисках смысла жизни. Истории тех, кто его нашел"

«Совсем необязательно становиться священником для нахождения своего Пути, – сказал Евгений, – у каждого он свой, но я тебе советую прочитать, а еще лучше – изучать Библию. Пойми, ты можешь узнать Истину только в священных писаниях, а также в книгах старцев и мудрецов, в описании их жизни; другие книги могут быть чем-то полезны, но в большинстве своем они – от ума».

Еще поговорив какое-то время, Евгений и Артур расстались. На прощание Евгений перекрестил его и сказал: «Бог даст, свидимся. Удачи тебе!»

Они попрощались.

(Позже Евгений попросился в приход, куда никто не хотел ехать, – в район с большой преступностью, находящийся в окружении многих тюрем и воинских частей, где он активно занимался служением, отстраивал церковь. Когда его жена была беременна пятым ребенком, на нее напали трое подвыпивших парней около их дома, ударили по голове и отобрали деньги и сумку. Услышав шум, Жека выскочил из дома и, увидев, что трое здоровых мужчин неторопливо уходят, крикнул старшей дочери: «Вызывай скорую!», а сам с дубиной бросился на обидчиков. Их главарь, достав нож, процедил сквозь зубы: «Ну что, поп, тоже хочешь? Это тебе не свечки в церкви продавать». Через минуту главарь с раздробленным черепом уже лежал на земле, второй от удара в живот корчился и орал: «Не по-божески это!» Третий, бросив в него камень, убежал. В итоге у его жены случился выкидыш, а Жека год не мог двигать правой рукой – камень попал в плечо. Позже он сказал своим прихожанам: «Господь дал мне урок – простить обидчиков».

Состоялся суд, но Евгения оправдали, хотя временно и отлучили от церкви. Однако Евгений не захотел потом туда возвращаться. Последний раз его видели в Москве.

У сбежавшего нападавшего были влиятельные родственники, которые выбили ему условный приговор, но он погиб через год на стройке при невыясненных обстоятельствах. Второй был признан инвалидом – ему тоже дали условный срок.

Все это мне рассказала женщина, родственница другого священника, знавшая отца Евгения, – она была у меня на консультации в 2011 году.)

Артуру не терпелось сесть, чтобы все прочитать. И действительно, эти записи полностью перевернули его жизнь. Письмо к сыну было очень трогательным и необычайно глубоким. В нем подразумевалось, что это последний контакт отца и сына.

Глава VII
Показатель настоящего воина

Электричка была полупустая, и как только Артур устроился поудобнее, жадно перечитал письмо, которое было бы полезно прочитать многим отцам и детям.

Дорогой Коленька, здравствуй. Я надеюсь, что тебе не придется читать это письмо, и многие вещи, которые в нем содержатся, я расскажу тебе сам. Но, к сожалению, моя интуиция подсказывает другое, и обстоятельства складываются так, что мы можем никогда уже больше и не увидеться. Может, я буду тяжело ранен, потому что нас вызывали в штаб батальона, где перед нами были поставлены очень серьезные задачи, которые подразумевают ожесточенные бои. И так как я – командир спецподразделения, мне придется быть в самом центре событий. Против нас направлены большие группы хорошо подготовленных и отлично вооруженных душманов из Пакистана. Поэтому я пишу тебе это письмо.

Ты мне очень дорог, я очень люблю твою маму и тебя. Вы и мои родители – самые близкие люди на свете. Мне бы очень хотелось вырастить тебя самому, но опасаюсь, что этого может не случиться. Я не знаю, одобришь ты мое решение или нет, но когда я был в отпуске, мне позвонил подполковник – преподаватель тактики из нашего училища, который предложил мне работу преподавателя в нашем военном училище. А это было моей мечтой.

Подполковник пообещал мне сначала отсрочку от возвращения в часть и позже – перевод в училище. Но я не хотел лгать и притворяться, что у меня есть некоторые проблемы из-за легкой контузии.

Второй причиной было то, что я не мог просто так уйти и бросить своих ребят, так как быстро найти замену мне там не смогли бы. Вместо меня пришлось бы проводить бои молодому лейтенанту, что, несомненно, привело бы к большим потерям. Я понял, что мой долг быть там, а дальше – как решат Свыше.

Я хотел рассказать тебе, что, когда я был еще ребенком, я начал задумываться о смысле существования и понял, что наша жизнь довольно коротка и все материальные вещи, которые мы копим, могут закончиться или исчезнуть. Позднее, в Афгане, я в этом убедился на практике (жизнь скоротечна, все бренно, в любой момент мы можем умереть, стать калекой). Все временно. И у меня к тебе большая просьба: мне очень хочется, чтобы ты стал Человеком с большой буквы, состоялся как личность. Ложась спать в конце прожитого дня, пусть тебе не будет стыдно или неловко ни за какие свои поступки, совершенные в течение дня.

В нашей жизни важно иметь высокие моральные принципы и жить, не предавая их. Быть честным, благородным, в том числе с деньгами. Во многом человек проверяется по тому, как он относится к деньгам: если он жаден, завистлив, презрительно относится к тем, у кого меньше денег, готов предать ради денег, то этот подход примитивен и такой человек никогда не будет счастлив. Ты не представляешь, как противно видеть солдат, ворующих чеки (конвертируемые рубли, позволяющие делать покупки иностранных товаров в спецмагазинах бывшего СССР. – Прим. Р. Б.) у тех, кто делит с ними одну казарму и с кем он вместе ходит на боевые задания.

– Совершая какой-нибудь поступок, всегда представляй своего учителя или мать – смог бы ты его совершить в их присутствии. Никогда никого не обманывай, ибо обман порождается страхом. Ничего не бойся: в любой момент мы в этом мире можем что-то потерять, что-то может случиться, но наше внутреннее состояние – это то, что будет с нами всегда. Лучше жить беднее и проще, чем умирать с нечистой совестью.

Старайся как можно больше читать литературу, которая служит возвышению сознания, его очищению и которая обучает. Не трать времени на «пустую» литературу и уж тем более на ту, которая отупляет.

Когда ты пойдешь в школу, мне бы очень хотелось, чтобы ты хорошо учился, но самое главное – чтобы ты был высокоморальным и нравственным. Физика, математика и иные предметы со временем забываются, как бы хорошо ты их ни учил. Самое главное, чему мы можем научиться, – это порядочности и нравственности, поэтому всегда старайся быть таким. Качества твоего характера – это главное твое богатство. Цельная личность не зависит от похвал, от отношения окружающих людей, хотя и умеет слышать объективную критику.

Еще очень тебя прошу – никогда не кури и не пей алкогольных напитков. Я тоже пробовал в юности алкоголь, но поверь, это дрянь, даже пиво, в котором нет ничего полезного, и употребление этих напитков не превращает тебя во взрослого. Знай, что это, скорее, признаки слабого человека: неумение отказаться в компании от рюмки или употребление алкоголя ради того, чтобы показать себя героем или «крутым». Ибо ничто так не разрушает организм, психику, как спиртное, курение и уж тем более наркотики. На самом деле с психологической стороны, наоборот, если подросток, да и взрослый, имеет вредные привычки – это говорит о его слабости.

Многие говорят, что нужно пить, чтобы снять напряжение. Не знаю, верно ли это, ведь напряжение, которое мы испытываем тут, в Афганистане, наверняка одно из самых сильных, которое можно только представить, но я никогда здесь не пил алкоголя, и это дважды спасло мне жизнь. Я не думаю, что выгляжу хуже или напряженней, чем те, кто снимает стресс таким способом… Заметил также, что чем больше употребляет спиртное прапорщик или офицер, тем больше у него проблем с психикой и со здоровьем по возвращении в Союз.

Трое моих бывших одноклассников уже спились, хотя им нет еще и тридцати лет. Шаг к деградации начинается с маленькой рюмки и одной сигареты. Спиртное совершенно не украшает мужчину и уж тем более женщину.

Мне бы очень хотелось, чтобы ты нашел в жизни свое призвание и работал в соответствии со своим предназначением. Я пошел в военное училище, потому что в детстве любил играть в войну, но также и потому, что у меня не было возможности жить в другом городе и учиться – безденежье тому виной, а военное училище обеспечивало воспитанников всем. Я надеюсь, что, когда ты вырастешь, общество изменится и для тебя не будет закрыт доступ к желаемому образованию. И самое главное – ты должен делать то, к чему у тебя лежит душа, что тебе хочется делать больше всего, а не идти туда, где престижнее или можно больше заработать. И очень важно, чтобы твоя деятельность приносила благо миру, окружающим людям («велик тот, кто служит»), в противном случае ты почувствуешь бесцельность жизни. А бесцельная жизнь – это самое страшное.

В жизни необходимо иметь цель. Самая важная цель, к которой мы должны прийти, – это безусловная любовь к Богу – любовь без условий. Наша задача – научиться любить так, как дитя любит свою мать, и мать – свое дитя. Человек жив по-настоящему только тогда, когда он любит. Но ты должен быть достойным любви, не все умеют по-настоящему любить. Помни это. Только большому, чистому сердцу дается большая и чистая любовь. Не забывай это – береги свое сердце от зависти, жадности, агрессии и других тяжелых пороков.

Береги мать и прости меня, если я что-то сделал не так в своей жизни. Но я все-таки надеюсь, что тебе не придется читать эти строки, и я сам все тебе расскажу. Очень люблю тебя и целую. Бог даст – свидимся.

Твой папа, капитан Пархомин

На других страницах были цитаты из Библии и записи Пархомина. Артур прочитал их все, надолго задумался… Он был потрясен.

Слово от автора

В 2005 году я проводил семинары по восточной психологии в Канаде, и у меня на лекции был один очень высокий молодой парень лет 18–19. Приятный, интеллигентный, его очень интересовала тема семинаров. Он узнал, что я в прошлом был офицером ВДВ и, как его отец, служил на юге СССР. Он говорил с легким акцентом, хотя и сказал, что он русский и православный, но самое интересное – его фамилия была Пархомин.

Мы разговорились с ним после семинара, и я понял, что это сын того незабываемого и прославленного капитана Пархомина. Я рассказал ему, что знаком с его отцом заочно. Он позвонил матери, и мы пообщались с ней по мобильному телефону.

На следующий день она пришла (красивая, спокойная, с едва заметной грустью в глазах) и рассказала свою историю: после извещения о смерти мужа они жили очень тяжело в течение двух лет. Через три года, где-то в начале 1991 года, им позвонил некий Саша и представился близким другом ее погибшего мужа. Он спросил, как они живут, и, поняв, что едва выживают, предложил уехать из страны.

Расспросы о ее родственниках и предках привели к идее перебраться в Израиль – ее бабушка оказалась еврейкой по национальности. Они решились уехать. Он перечислил им деньги на несколько месяцев и помог с оформлением документов. В Израиле их встретили знакомые этого Саши и помогли обустроиться.

Они поселились в городе Холоне, недалеко от Тель-Авива. Через какое-то время тот же мужской голос позвонил им и, узнав, что они живут бедно и у сына нет возможности учиться на хороших курсах, и что не прижились они в этой стране, предложил им уехать в Канаду. Прожив год в Израиле, они улетели в Канаду.

Этот голос постоянно их сопровождал, подсказывая, что делать. Он оплатил работу хороших адвокатов, и семья осталась жить в Канаде, получив хорошее финансовое обеспечение. Вначале они прожили четыре года в Монреале, затем перебрались в Торонто. Голос этого человека по-прежнему их сопровождал, подсказывал, что делать, и несколько раз передавал привет от тех, кто служил с ее мужем. Однажды она спросила: «Вы так уверенно даете указания, наверное, в Афгане командовали моим мужем?» На что он ответил: «Нет, мы были его подчиненными…»

Сын Пархомина вырос высоконравственным, благочестивым человеком, его интересовали вопросы предназначения человека, и как раз для этого он пришел на мой тренинг. Он свободно говорит на русском, французском и английском языках, а также с сильным акцентом на иврите.

Когда мать дала прочитать письмо отца десятилетнему сыну, он долго плакал, а наутро пообещал матери, что ей никогда не будет стыдно за него и он ей будет всячески помогать, а когда он умрет и встретится с папой, то тот будет им гордиться. Фото отца всегда висело над его кроватью.

Вдова Пархомина показала все записи, которые он вел с последнего курса военного училища, и разрешила их законспектировать и напечатать. Среди них содержались запи-си о древневосточном воинском искусстве – в первую очередь, о важности философии. Ведь настоящий воин – это его дух и мировоззрение, поэтому философскому пониманию мира уделялось большое внимание, а развитие внешних воинских навыков было хоть и важно, но второстепенно.

Вот несколько цитат:

● Ты можешь победить врага, только если ты его любишь безусловно.

● Главная победа – это победа над собственной ленью, алчностью, гневом и страстью.

● Настоящая жизнь и победа возможны, только если мы живем в настоящем моменте, здесь и сейчас.

● Жизнь – это игра, кто-то играет роль твоего врага, кто-то – друга, ты сам играешь много ролей. Не вживайся в них, они временны и иллюзорны.

● Настоящий воин и правитель – тот, кто не имеет привязанностей в этом мире, кто ради исполнения своего долга готов умереть в любой момент, оставив без сожаления все привязанности.

● Благородство, бесстрашие и малословие – это показатель настоящего воина.

Оказалось, что Пархомин занимался карате и другими видами единоборств, ездил по библиотекам и искал книги по истории и философии.

* * *

Записи из Библии, которые были найдены в дневнике Пархомина, ниже даются полностью с указанием первоисточника.

«Если я говорю языками человеческими или ангельскими, а любви не имею, то я медь звенящая… Если я имею дар пророчества и знаю все тайны и имею всякое познание и всю веру так, что могу и горы переставлять, а не имею любви, то я – ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы» (1 Кор. 13:1–3).

«Если вы намереваетесь совершить дела благотворения или любви, – делайте их со щедрым сердцем. И ни одно ваше действие да не будет исходить из надежды на прибыль и торговый расчет» (Жизнь Святого Иссы, 9–12, 13, 16).

«Не о себе только каждый заботься, но о других» (Филипп. 2:4–5).

«Заповедь новую даю вам: да любите друг друга! Как я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга» (Ин. 13:34).

«Более… всего имейте усердную любовь друг к другу, потому что любовь покрывает множество грехов» (1 Петра 4:8).

«Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит?» (1 Ин. 4:20).

«Возлюбленные! Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4:7–8).

«Любовь да будет непритворна! Отвращайтесь зла, прилепляйтесь к добру!

Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью!..» (Рим. 12:9–10).

«Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог – в нем» (1 Ин. 4:16).

«Не оставайтесь должными никому ничем, кроме… любви…» (Рим. 13:8).

«Любовь долго терпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине, все собою покрывает, всегда сохраняет веру и во всем доверяет (Богу), все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут…» (1 Кор. 13:1–8).

«Возлюбленные! Если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга… Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас» (1 Ин. 4:11–12).

«…Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас…» (Мф. 5:44).

«…Если вы любите (только) любящих вас, какая вам награда?..» (Мф. 5:46).

«…Если в своем сердце вы имеете горькую зависть и сварливость (вместо любви), то не хвалитесь и не лгите на истину: это не есть мудрость, нисходящая свыше, но («мудрость»)…бесовская…» (Иак. 3:13–15).

«…Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме» (1 Ин. 2:9).

«…Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:39).

«Люби брата твоего, как душу твою. Охраняй его, как зеницу ока твоего» (Евангелие от Фомы, 30).

«Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего.

А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных.

Ибо, если вы будете любить любящих вас, какая вам награда?» (Матф. 43:46).

Глава VIII
Библейский заплыв

Следующие четыре года прошли для Артура довольно бурно и насыщенно, но он почти не вел дневников. Основные события этих лет были таковы…

Буквально через пару недель после разговора с Евгением Артур ехал на дачу на вечерней электричке, и к нему подсел интеллигентного вида, с приятными манерами мужчина. В руках у него была Библия. Он спросил, знает ли Артур, что это за книга. Артур ответил, что очень хочет ее прочесть. Мужчина спросил, откуда такой интерес к Библии, и Артур коротко рассказал о встрече с Евгением. Тогда мужчина подарил ему эту книгу.

Мужчина не очень обрадовался тому, что Артур также планирует серьезно изучать православие. Он рассказал, что сам был православным и сильно разочаровался в этом веровании, и посоветовал Артуру учиться на чужих ошибках, а не на своих. Он привел много цитат из Библии о том, что православие идет совсем не тем путем, не так трактует Библию. Стал говорить, что среди православных священников есть офицеры КГБ, что это бизнес-структура, которая всегда послушна правительству. «У нас проводятся встречи, библейские занятия, недалеко от вашей дачи, – сказал мужчина, – если хотите – приходите». Артур посетил занятия в ближайшее же воскресенье, и ему там очень понравилось. Приятные, духовные люди его очень тепло встретили. Среди них было несколько военных, которые тоже воевали в Афгане.

Приходили и бывшие наркоманы, алкоголики, которые тоже уверовали в Христа и благодаря этому излечились. Это было одно из протестантских течений. Он втянулся и стал регулярно ходить на занятия по возвращении в Москву, а также активно помогал в благотворительных проектах, в основном разгружал пищевые посылки и ящики с Библиями.

Примерно через год приезжие американские проповедники пригласили его в проповедническое турне по России. Они говорили о спасении людей, что в России сейчас такое время, что необходимо помочь многим людям по-настоящему уверовать в Христа. Он ездил по городам России, помогал американским проповедникам с переводом и решал организационные вопросы. Иногда сам читал лекции, и ему это очень нравилось.

Их церковь получала в те годы много благотворительной помощи. Ее делили, но ему практически ничего не доставалось, – в основном потому, что он и не просил, да к тому же и не имел семьи. Были и такие, кто приходил в церковь с надеждой уехать в США или с желаниями что-то получить от нее, но ему ничего не было нужно, он знал, что пришел сюда не за материальным.

Он постоянно изучал Библию, много молился и ездил по городам, читал лекции, призывал уверовать в Христа. Иногда их группы подвергали гонению и обвиняли в сектантстве.

Вскоре ему предложили поехать в Америку учиться и стать пастором. Он с радостью отправился в путь. Мыслей же остаться там у него совершенно не было. Артуру нравилось там жить и учиться, но его несколько шокировал тот факт, что многие прихожане и местные члены церкви как-то формально относились ко всем процедурам и обучению, не было ощущения, что сердца их горят. Да и на самом курсе они изучали не столько саму Библию, сколько то, как убеждать других, как правильно собирать пожертвования, как руководить приходом. К тому же он побыстрее хотел вернуться на Родину еще и потому, что скучал по одной прихожанке из их прихода – девушке по имени Настя, чья семья недавно перебралась из Казахстана в Москву.

Вернувшись в Россию, он активно продолжил свое служение – через полгода ему обещали сан пастора. Он все больше влюблялся в Настю и понял – она его тоже полюбила, более того, он нравился ее родителям, что было важно в их церкви для организации свадьбы, о которой уже поговаривали как о скором событии. Ему казалось, что жизнь его просто прекрасна. Да и как могло быть иначе, если он служил Иисусу, а тот его защищал от всех напастей. Каждый день он получал подтверждения, что проповедует те принципы, на основе которых жил сам. Ничто не предвещало дальнейших событий, которые полностью изменили его жизнь и представления о ней.

* * *

Артура пригласили посетить несколько городов в Восточной Сибири с молодежной группой с проповеднической целью. Это были небольшие городки, где жили искренние и простые люди, которые встречали их достаточно тепло. Артур был старшим, и, к его большой радости, в группе была и Настя. Кроме лекций и раздачи Библий, они давали концерты, пели песни на христианскую тематику.

Один парень ему запомнился особенно. Он стал прихожанином их церкви и пообещал делать все, что от него зависит. Он рассказал, что был водителем в армии, в Афганистане, видел много смертей и сам чуть не погиб, но то, что творится в России, ужасает его еще больше: спиваются целыми деревнями, многие подростки курят и употребляют наркотики, нация стремительно деградирует и исчезает, а многие православные священники и сами пьют и почти ничего не делают для того, чтобы остановить этот ужас. «Вы хоть не пьете, не курите и не употребляете наркотики», – говорил он.

Когда они закончили свое проповедническое двухнедельное турне, их пригласили на круиз по красивой реке в тех местах. Это был большой прогулочный катер, который в последние годы из-за отсутствия туристов почти не использовался. Была ненастная, ветреная погода, но капитан подбадривал: «Ничего, не переживайте». На борту было несколько семей, которые взяли билеты, узнав, что намечается однодневный круиз.

Настроение у всех было хорошее, виды и правда были потрясающие. Группа Артура села на задней палубе, они начали петь христианские песни, обсуждать библейские сюжеты, делиться наиболее яркими впечатлениями последних дней. Накрапывал небольшой дождь, усиливался ветер, солнце уже клонилось к закату.

Вдруг, когда они были на середине реки, у них заглох мотор, капитан начал ругаться. Проходящий мимо матрос заметил, что судно старое и его давно никто не проверял. Течение реки было сильным, и их несло все дальше и дальше. Вскоре появился небольшой городок, в котором они намеревались остановиться, но они проплыли мимо.

Ситуация ухудшилась еще и тем, что они попали в череду сплавляемых бревен, капитан дал команду повернуть вправо, к ближайшему берегу. Мотор, один раз обнадеживающе зарычав на несколько минут, заглох окончательно. Примерно минут через пять на корабле отключилось и электричество. А когда корабль вдруг сел на мель в 50–70 метрах от берега, всем стало понятно, что положение более чем опасное. Судно все больше заваливалось на правый борт и стало тонуть. Вода была очень холодной, несмотря на июнь, – не больше 15 градусов.

Капитан раздал несколько спасательных кругов и сказал людям, чтобы они плыли на берег сами. Кто-то оторвал несколько досок от скамеек. Настя, любимая Артура, совсем не умела плавать. Артур взял одно из бревен, окружавших их тонущее судно, и велел ей держаться за него, а сам подстраховывал ее и толкал вперед.

Капитан стоял на палубе и в рупор отдавал команды и советы отплывающим людям, активно произнося слова, которые обычно не используются на службе в церкви. У него был достаточно сильный и громкий голос. Когда большинство покинуло корабль, в него попало несколько бревен, и он стал сильно заваливаться на корму. Многие оставшиеся на нем люди попадали в воду. Вода была ужасно холодной, все тело сводило.

Артур довольно быстро помог Насте доплыть до берега и попросил ее держаться подальше от реки. Сам же снова бросился в воду и стал помогать другим людям, пока, как ему показалось, не вышли все пострадавшие. После того как до берега добрался и сам капитан, Артур, шатаясь, вышел на берег и упал. Все его тело болело, он задыхался, и его знобило от сильного холода.

Вдруг он увидел спасателей, приехавших на грузовике: оказалось, капитан успел послать сигнал SOS. Они успокаивали людей, поили горячим чаем, а мужчинам предлагали спирт «для согреву» и обещали, что за ними вот-вот приедут машины. Они подошли к Артуру и предложили глотнуть немного спирта. Артур отказался: «Нет, не нужно».

Спасатели раздавали старые бушлаты, одеяла, полотенца. Спасенные быстро вытирались и закутывались в одеяла, страх потихоньку сменялся огромной радостью, что они уже на берегу и успевают на завтрашний вечерний поезд в Москву. Их стали сажать в машину. Подъехала еще одна, затем приехал милиционер, пообещавший во всем разобраться и найти виновных. Подойдя к Артуру, он сказал: «Ты молодец, ты герой, спас нескольких человек. Мы хотим разобраться, провести расследование, не испортил ли кто-то специально мотор и не было ли кражи». Попросил никого не отлучаться, когда их привезут в школу.

Две женщины сообщили, что у них пропали деньги, которые у них были с собой. Водитель второй машины прокричал: «Все садитесь в машину: вас привезут в школу – там отогреетесь». Вдруг Артур вспомнил, что на корабле оставалось двое детей, которые не умели плавать. Их тетушка просила матроса вывести их на причал и отвести к родителям в городке, в который они прибудут. Артур вспомнил, что, когда он бросался в воду вначале, он слышал чей-то плач. Меньше всего ему хотелось лезть в воду, где вероятность найти детей была почти нулевой, но в машинах их не было, а матрос, который должен был их опекать, сам чуть не утонул, ударившись головой при резком падении с судна. Протрезвевший капитан еле дышал. Он поскользнулся, свалился в воду и поплыл к берегу, решив, что людьми займутся спасатели; а спасатели решили, что все на берегу: все сказали, что их близкие на месте.

Артур интуитивно чувствовал, что дети все еще на корабле. Конечно, он мог выполнить указание и поехать со всеми в школу. Его бы назвали героем – ведь он вел себя правильно, а так непонятно было, как могут истолковать его исчезновение, особенно если он не найдется. Уж не убежал ли он от милиционера? – могут и так решить.

Он стоял в темноте, чуть поодаль от второй машины. Люди в первой машине и милицейский газик уже уехали, оставался только водитель – пожилой, грузный, нездорового вида мужчина, – те же, кто только что вышел из воды, едва ли могли ему помочь. И вот на его глазах вторая машина быстро уезжала. Артур, испытывая колоссальный страх, подобрал спасательный круг и пошел к воде. Он автоматически прочитал молитву и потом от сердца произнес: «Бог, раз Ты меня сюда привел, значит, мой долг сейчас попытаться спасти этих детей; я сделаю все, чтобы их спасти, и если суждено мне погибнуть, то прими эту жертву как скромную попытку служить Тебе». И в этот момент его охватила какая-то эйфория, какое-то необычайное блаженство; ощущение единства со всем и какое-то внутреннее спокойствие разлилось по его телу. Это дало вдруг огромные силы, четкое видение, что нужно делать, и полное присутствие в настоящем моменте.

* * *

У него было похожее чувство два месяца назад во время прогулки, когда он признавался Насте в любви. Это было искреннее чувство, которое шло от сердца и вдохновляло на служение Христу. И Настя призналась ему в своем взаимном чувстве. Артур шел и молился, говоря: «Господь, мне от нее ничего не нужно, я просто хочу сделать ее счастливой, я столько молился, столько соблюдал аскезу, столько старался служить Тебе… Возьми, пожалуйста, все плоды деятельности моей для нее, и если нужно будет пожертвовать своей жизнью ради нее, то я готов». И тогда он неожиданно испытал идущее от сердца огромное блаженство и ощущение единения со всем миром. Эти два духовных переживания были очень похожи.

* * *

Артур бесстрашно поплыл, толкая круг перед собой. Течением его вынесло прямо к кораблю. Когда Артур подплыл ближе, он увидел, что корабль уже частично раздроблен и почти полностью погрузился в воду, но передняя корма была высоко над водой, и именно там он слышал плач, когда покидал корабль. Артур забрался на корабль. Он пошел на звук и почувствовал, что из его ноги сочится кровь, – похоже, он поранил ее о куски железа и дерева, торчащие из воды.

Он забрался на корму и обнаружил двух братьев 10 и 12 лет. Артур изумленно спросил их, почему они там остались. Дети перестали плакать и затараторили: они не думали, что их все здесь оставят, а плавают они плохо. Артур привязал детей за пояс веревками к кругу, потом проводами и веревками связал три бревна и велел ребятам забраться на этот плот и держаться как можно крепче. Сам же он помещался на нем только наполовину.

Светила полная луна и освещала все вокруг. Когда они вошли в воду и оттолкнулись от корабля, их быстро вынесло на середину реки, где было сильное течение. Артур, к сожалению, был неспособен плыть к берегу с таким грузом. Он изо всех сил пытался держать детей. Вдруг он почувствовал сильнейший удар в поясницу. Несколько плывших по реке бревен очень сильно ударили его, жуткая боль разошлась по всему телу, и ему даже показалось, что оторвало ноги.

Вдруг Артур увидел рядом, метрах в десяти, деревья и берег. Он крикнул детям, чтобы они держались за круг и гребли к берегу. У него не осталось никаких сил, но, максимально собравшись, он забрался на плот. Берег казался все дальше, и он уже был не в состоянии туда плыть. В полубессознательном состоянии он продолжил свое путешествие. Ему казалось, что прошла целая вечность.

Когда начало светать, Артура прибило к песчаному пляжу. На одних руках он выбрался на берег, прополз пару метров по песку, оставляя кровавый след, и потерял сознание. Как ему рассказали позднее, его нашли дачники, которые пришли утром купаться на речку. Он лежал с окровавленными ногами и поясницей, синий от холода, едва дышавший. Его быстро отвезли в районную больницу, приняв за отдыхающего, который, как часто бывает, пошел купаться пьяным и попал под сплавляемые бревна.

* * *

Артур очнулся в больнице. Он был обессилен, и все, что помнил, – это то, что лежит в палате и вокруг него ходят врачи. Прошло два дня, врачи спрашивали, как его фамилия, имя, отчество, откуда он, есть ли паспорт. Артур не мог говорить, только отрицательно качал головой, мол, нет паспорта, утерян. На вопрос, есть ли родственники, он также отрицательно мотал головой. Ему меньше всего хотелось, чтобы его мать или Настя увидели его в таком состоянии. «Сирота, что ли?» Он утвердительно кивнул. «На тебя кто-то напал?» Он покачал головой. «Пошел ночью купаться и попал на бревна?» – «Да».