Читать книгу "Кровавая плата"

Настал черед Харпера фыркнуть.

– Меня проверили, – сухо ответил он ей.

А тем временем на лужайке одна из теней лежала, уткнувшись носом в грязь, и вспоминала. Запах здесь усиливался, смешиваясь с ароматом земли и крови, и стирал столетия.

Лондон, 1593-й. На троне уже какое-то время сидела Елизавета. Он был мертв уже пятьдесят семь лет. Он возвращался из театра, только что посмотрев премьеру «Ричарда III». В целом ему понравилось, хотя было ощущение, что драматург позволил себе ряд вольностей, изображая личность короля.

Из переулка, заваленного мусором, покачиваясь, вышел мужчина – худой, взъерошенный, сильно пьяный, но обладающий мрачной красотой. Вокруг него, словно некий личный туман, витал тот самый запах.

Генри уже напился крови у шлюхи позади театра, но, даже если бы этого не было, он не стал бы пить кровь у этого человека. Одного аромата было достаточно, чтобы он насторожился, а слегка маниакальный блеск в глазах только усиливал предостережение.

– Почтеннейше прошу прощения. – Голос принадлежал образованному мужчине, но язык у него заплетался, отчего разобрать слова было почти невозможно. – Но сегодня ночью я побывал в аду, и возвращение дается мне с небольшим трудом. – Он хихикнул и нетвердо поклонился Генри. – Кристофер Марлоу к вашим услугам, милорд. Не найдется ли у вас пары медяков на выпивку?

– Кристофер Марлоу, – мягко повторил Генри в ночь почти четыреста лет спустя после смерти того несчастного мужчины. Он перекатился на спину и уставился в облака, закрывавшие звезды. Хотя он прочел пьесу сразу после ее посмертной публикации в 1604 году, сегодня он впервые задался вопросом, насколько большую исследовательскую работу Марлоу проделал, прежде чем написал «Трагическую историю доктора Фауста».

* * *

– Вики, это Раджит. Прости, что звоню так поздно, эмм… сейчас 23:15 вечера понедельника. Полагаю, ты уже легла спать, но я решил, что ты захочешь знать результаты теста. Есть совпадение с образцами Иэна Рэддика и Терри Нил. Не знаю, что ты нашла, но надеюсь, это поможет.

Глава 5

«…Хотя полицейский департамент не сделал официального заявления на этот раз, судмедэксперты подтвердили, что пятая жертва, Марк Томпсон, также был обескровлен. Пожелавший остаться неизвестным житель из района Дон Миллз-роуд и Сент-Деннис-драйв клянется, что видел гигантскую летучую мышь, пролетевшую мимо его балкона за секунды до того, как было обнаружено тело».

– Господи ты боже.

Вики скомкала газету в плотный шарик и запустила им в дальнюю стену.

– Гигантские летучие мыши! Неудивительно, что он пожелал остаться неизвестным. Дерьмо!

Внезапный пронзительный звонок телефона заставил ее подскочить на десять сантиметров над стулом. Скривившись, Вики уже готова была наброситься на звонящего, но потом решила, что звонок может быть по работе, и соответствующе изменила реплику. Грозное «Чего вам?» редко впечатляло потенциальных клиентов.

– Частное детективное агентство, Вики Нельсон.

– Вы видели утреннюю газету?!

Голос принадлежад молодой девушке, и она не сразу его узнала.

– Простите, с кем я говорю?

– Это я, Корин Фергюс. Так вы видели утреннюю газету?

– Да, Корин, видела, но…

– Но это все доказывает, разве не так?

– Доказывает что?

Прижав трубку к плечу, Вики потянулась за кофе. У нее было предчувствие, что кофе ей понадобится.

– Что это дело рук вампиров. Есть свидетель. Кто-то его видел! – Голос Корин прозвучал победоносно.

Вики набрала в грудь воздуха.

– Гигантская летучая мышь может оказаться чем угодно, Корин. Мусорным пакетом, который сдуло ветром, тенью от самолета, постиранным бельем, упавшим с соседнего балкона.

– А еще это может быть гигантская летучая мышь. Вы ведь собираетесь поговорить с этим человеком?

Прозвучало это скорее как утверждение. И, хотя Вики старалась намеренно не думать о том, чтобы попытаться найти в лабиринте домов и таунхаусов вокруг Сент-Деннис-драйв пожелавший остаться неизвестным источник, разговор с «этим человеком», по логике, должен был стать следующим шагом. Она уверила Корин, что все сделает, обещала позвонить, как только будут результаты, и повесила трубку.

– Все равно что искать иголку в стоге сена.

Но ничего не поделаешь: свидетель мог помочь продвинуться в расследовании.

Она допила кофе и сверилась с часами. Ей хотелось кое-что проверить, прежде чем она отправится на поиски. 08:43. Она чуть не опоздала, но Брендон еще должен быть за своим столом.

Так и получилось.

После обмена любезностями – формальными, по крайней мере, с одной стороны – Вики плавно перешла к вопросу, по которому звонила.

– Мы оба знаем, что ты не все рассказал журналистам.

– Так и есть, Виктория. – Судмедэксперт не стал притворяться, что не понял ее. – Но, как тебе прекрасно известно, я не сумею поделиться этой информацией и с тобой. Увы, но ты больше не полицейский.

– Меня наняли работать по этому делу.

В двух словах она пересказала визит Корин, умолчав о том, что юная особа верит в сверхъестественную природу убийцы, и об их последнем телефонном разговоре.

– Тебя наняли как частное лицо, Виктория, и в этом статусе у тебя не больше прав на эту информацию, чем у любого другого гражданина.

Вики подавила вздох и прикинула, как лучше подступиться к проблеме. Когда Брендон Синг хотел отказать, он говорил «нет» напрямую, без всяких там экивоков. А затем вешал трубку. Но пока он продолжал разговор, его еще можно было переубедить.

– Послушай, Брендон, ты знаешь мой послужной. Ты знаешь, что у меня есть хорошие шансы раскрыть это преступление. И ты хочешь, чтобы оно было раскрыто. Мои шансы возрастают, если я владею полной информацией.

– Согласен, но это попахивает самоуправством.

– Самоуправством? Поверь мне, Брендон, я не собираюсь облачаться в глупый костюм и скакать по округе, дабы обезопасить город для приличных людей. – Она нарисовала символ летучей мыши в блокноте, затем быстро скомкала листок и выбросила. Учитывая обстоятельства, летучая мышь была не самым подходящим мотивом. – Я лишь провожу расследование, ничего больше. Клянусь, что передам всю информацию убойному отделу.

– Я тебе верю, Виктория.

Он сделал паузу, и Вики, ерзая от нетерпения, тоже умолкла.

– По городу разгуливает убийца такого масштаба. Я должна участвовать в расследовании, пусть даже и на второстепенных ролях.

– Высоко себя оцениваешь.

Она услышала улыбку в его интонациях и знала, что ее уловка сработала. Доктор Брендон Синг верил в то, что необходимо использовать все доступные ресурсы, и пускай лично он предпочитал не столь интуитивный подход, каким пользовалась она, судмедэксперт вынужден был признать, что победоносная Нельсон являлась ценным ресурсом. Если она была высокого мнения о себе, то небезосновательно.

– Хорошо, – наконец произнес он еще более напыщенным тоном, чем раньше, чтобы компенсировать свою оплошность. – Но практически все было в газетах, не знаю, как остальное тебе поможет. – Он набрал в грудь воздуха, и казалось, что даже посторонние шумы на том конце провода смолкли. – Во всех ранах, за исключением первого случая, мы обнаружили субстанцию, очень похожую на слюну…

– Очень похожую на слюну? – вставила Вики. – Как что-то может быть очень похожим на слюну?

– «Что-то» не может. Но это вещество походило. Более того, у всех трупов, включая тело молодого Рэддика, отсутствовала передняя стенка горла.

– Это я уже знаю.

– Ясно. – На миг Вики испугалась, что Брендон обидится из-за того, что она прервала его речь, но тот продолжил: – Последнее, что утаили от прессы, касается третьего тела – крупного мужчины Деверна Джонса. Он сжимал в руке фрагмент тонкой мембраны.

– Мембраны?

– Да.

– Как крыло летучей мыши?

– На удивление похоже, да.

Настал черед Вики глубоко дышать. Что-то очень похожее на слюну и крыло летучей мыши.

– Теперь понимаю, почему вы не сообщили газетчикам.

* * *

Челлучи повесил трубку и потянулся за газетой. Он не мог определиться, было ли ему легче просить прощения, потому что Вики не было в квартире, или труднее, поскольку пришлось разговаривать с чертовым автоотчетчиком. Как бы то ни было, он свое дело сделал – следующий ход за ней.

Мгновением позже Дейв Грэм едва успел спасти свой кофе, когда его напарник хлопнул газетой по его столу.

– Ты видел это дерьмо? – спросил Челлучи.

– Эммм… про гигантскую летучую мышь?

– К черту мышь! Эти засранцы нашли свидетеля и даже не потрудились сообщить нам!

– Но мы собирались на Сент-Деннис сегодня утром…

– Да. – Челлучи пожал плечами и накинул куртку, после чего уставился на Дейва со своего места. – Но сперва мы поедем в редакцию. Свидетель способен изменить ход дела, и я не собираюсь спускать в унитаз время, если они знают имя.

– Имя того, кто видит гигантских летучих мышей, – пробормотал Дейв, но все же надел свое пальто и последовал за напарником в коридор. – Ты действительно считаешь, что это может быть вампир? – поинтересовался он, нагнав Челлучи.

Тот даже не замедлил шага.

– Даже не начинай, – рыкнул он.

– Кто там?

– Полиция, мистер Бован. Нам надо поговорить с вами.

Челлучи держал полицейский значок на уровне дверного глазка и ждал. Спустя какое-то время он услышал, как гремит цепочка, щелкают два, нет, три замка. Он отступил назад и встал рядом с напарником, когда дверь медленно приоткрылась.

Пожилой мужчина посмотрел на них слезящимися глазами.

– Вы – сержант уголовной полиции Майкл Челлучи?

– Да, но…

Со своим зрением старик не мог прочесть его имя и фамилию на удостоверении.

– Она сказала, что вы, скорее всего, заявитесь сегодня утром. – Он шире открыл дверь и отступил, пропуская их внутрь. – Проходите, проходите.

Полицейские обменялись удивленными взглядами и вошли в квартиру. Пока пожилой мужчина закрывал замки, Челлучи осмотрелся. Одна стена, окна и дверь на балкон были завешаны тяжелыми одеялами, прикрепленными кнопками, повсюду горел свет. На кофейном столике лежала Библия, а рядом с ней стоял стакан, от которого разило скотчем. Что бы там старик ни увидел, это заставило его организовать баррикады и искать хоть какого-то успокоения.

Дейв осторожно присел на просевший диван.

– Кто сообщил вам о том, что мы придем сегодня утром, мистер Бован?

– Молодая женщина, она только что ушла. Если честно, я удивлен, что вы не столкнулись с ней на парковке. Очень милая девушка, очень дружелюбная.

– А у этой милой, дружелюбной девушки есть имя? – спросил Челлучи сквозь стиснутые зубы.

Пожилой мужчина сумел выдать хриплый смешок.

– Она сказала, что вы именно так и отреагируете.

Качая головой, он взял визитку с кухонного стола и положил ее на ладонь Челлучи. Глядя напарнику через плечо, Дейв едва успел прочесть имя, прежде чем Челлучи сжал руку в кулак.

– Что еще вам сказала мисс Нельсон?

– О, она была очень заинтересована в том, чтобы я сотрудничал с вами, джентльмены. Чтобы я рассказал вам все, что сообщил ей. Конечно, я и не думал поступать иначе, хотя не знаю, как тут может помочь полиция. Скорее уж, это работка для экзорциста или, может, свяще… – Зевок, едва не разорвавший его лицо напополам, прервал поток слов. – Простите, но мне не удалось нормально поспать прошлой ночью. Могу я предложить вам чашечку чая? Чайник еще горячий.

Когда оба полицейских отказались, мужчина уселся в потертое кресло и с ожиданием посмотрел сначала на одного, потом на другого детектива.

– Вы предпочитаете задавать вопросы или хотите, чтобы я все рассказал сначала своими словами?

«Начните сначала и расскажите своими словами». Челлучи тысячу раз слышал, как Вики дает подобную инструкцию, и не сомневался, что сейчас старичок повторяет за ней. Его гнев испарился и сменился неохотным одобрением того, как она умела работать со свидетелями. В каком бы настроении Вики ни застала мистера Бована, она прекрасно подготовила его к их приходу.

– Рассказывайте своими словами. Если понадобится, мы зададим вопросы.

– Хорошо. – Мистер Бован потер руки, явно наслаждаясь второй за утро аудиторией, несмотря на тот испуг, что он пережил прошлой ночью. – Все случилось после полуночи, я точно знаю, потому что в полночь я, как обычно, выключил телевизор. Ну, я собирался ложиться, так что выключил свет, а потом решил: выйду-ка я на балкон и посмотрю, что творится вокруг здания, так, на всякий случай. Иногда, – он подался вперед, чтобы поведать информацию, – дети безобразничают в кустах.

Дейв с пониманием закивал, а Челлучи скрыл улыбку. Без сомнения, мистер Бован проводил много времени на балконе, проверяя окрестности… и соседей. Безмолвным свидетелем тому был чехол для бинокля, лежавший на полу рядом с креслом.

Прошлой ночью он едва ступил на балкон, как тут же понял: что-то неладно.

– Все дело было в запахе. Воняло тухлыми яйцами, только гораздо хуже. А затем появилось оно – гигантское и жутко уродливое, пролетело так близко, что я мог протянуть руку и коснуться, – ну это если бы я был совсем ку-ку, как считает моя дочь. Размах крыльев был метра два – два с половиной, – он сделал паузу для пущего эффекта. – Гигантская летучая мышь. Носферату. Вампир. Найдете его крипту, джентльмены, и найдете убийцу.

– Можете описать создание?

– Если вы о том, смогу ли я узнать его в ряду свидетелей на опознании, то нет. Сказать по правде, оно пролетело так быстро, что я различил только очертания. Но вот что я вам скажу, – он посерьезнел, и в голосе послышались нотки ужаса, – у этого существа были глаза, каких я прежде не видывал и надеюсь, с божьей милостью, никогда больше не увидеть. Они были желтые и холодные, и я знал: посмотри они на меня, недолго мне осталось. Чистое зло, господа, не разбавленное, вроде того, которому поддаются люди, а настоящее – холодное, безжалостное, идущее от самого Сатаны. Я, конечно, уже немолод, мы со смертью на короткой ноге в последние годы, меня уже ничто не пугает, но вот от этого – от этого у меня все поджилки тряслись, прости господи. – Он шумно сглотнул и посмотрел им по очереди в глаза. – Можете мне верить или не верить – тот журналист не поверил, когда я спустился посмотреть, зачем все эти мигалки и сирены, – но я-то знаю, что я видел и что я почувствовал.

Хотя Челлучи очень хотелось принять сторону репортера, описавшего мистера Бована как забавного старого пердуна, он был не в состоянии проигнорировать то, что увидел мужчина. И то, что он почувствовал. От его интонаций и выражения лица у Челлучи волосы вставали дыбом, и пускай интеллект сопротивлялся, инстинкты трепетали и готовы были поверить.

Он бы с удовольствием обсудил это с Вики, но не собирался давать ей повод для радости.

* * *

«Боже, я ненавижу автоответчики». Последовавший за этим тяжелый преувеличенный вздох оказался записан со всем раздражением. «Хорошо. Я бы тоже отреагировал таким образом. Возможно, был бы такой же занозой в заднице. Итак, я прав, ты права, мы оба правы, давай начнем сначала». Несколько мгновений пленка шипела, а фоновый шум – два низких рокочущих голоса, споривших о чем-то, стаккато старой пишущей машинки, постоянно звонящие телефоны – стал громче. Затем снова прозвучал голос Челлучи, в нем появились едва заметные стальные нотки, чтобы показать: он действительно имел в виду то, о чем говорил. «И перестань выведывать у моего напарника засекреченную информацию. Он – хороший человек, не то чтобы ты понимала, что это такое, но у него из-за тебя пульс подскакивает». Он повесил трубку, даже не попрощавшись.

Вики ухмыльнулась автоответчику. Майк Челлучи не умел извиняться, точно так же, как и она. Для него подобное извинение считалось вежливым. И, очевидно, он записал его прежде, чем поговорил с мистером Бованом и выяснил, что она добралась до свидетеля первой. Любое сообщение, оставленное после, прозвучало бы совсем в другом тоне.

Найти пожелавший остаться неизвестным источник, на которого ссылалась газета, оказалось на удивление легко. Первый же человек, к которому она обратилась, заявил: «Вам к мистеру Бовану. Если здесь кто-то что-то и замечает, то это он. Вечно сует нос не в свое дело». После этого мужчина мотнул головой в сторону дома номер двадцать пять по Сент-Деннис с такой силой, что его ирокез упал ему на глаза.

Что же до увиденного мистером Бованом… Хотя Вики совсем не хотелось этого признавать, но она начинала думать, что Корин могла оказаться не столь уж ненормальной в своих предположениях.

Вики гадала, стоит ли звонить Челлучи. Они могли бы обменяться впечатлениями о мистере Боване и его близком контакте.

– Нет уж.

Она покачала головой. Лучше сперва дать ему время остыть. Пока Вики разворачивала только что купленную карту Торонто на кухонном столе, она решила, что позвонит ему позже. Сейчас предстояло поработать.

Легко было забыть о том, насколько Торонто огромен. По мере разрастания город поглощал маленькие местечки и останавливаться, судя по всему, не собирался. Центральная часть, образ которой хранился у всех в памяти, представляла собой лишь малую толику.

Вики обвела станцию «Эглинтон-Уэст» красным, еще один круг она нарисовала там, где примерно располагалось здание «Сигманз» на Сент-Клэр-Уэст, а затем пометила строительную площадку на Симингтон-авеню, где погиб Деверн Джонс. Нахмурившись, она провела прямую линию, соединявшую все три точки. Делая скидку на небольшие неточности в местоположении второго и третьего убийств, линия пересекала все три круга и вела с юго-запада на северо-восток через город.

Две новые смерти не имели никакой связи с первыми тремя, но, похоже, строили свою линию.

Но это было еще не все.

– Нельзя быть настолько тупым, – пробормотала Вики, роясь в ящике в поисках линейки.

Первые две смерти произошли практически на том же расстоянии друг от друга, что четвертая и пятая. Математических стандартов уравнение не выдерживало, но и простым совпадением их не назовешь.

– Нельзя быть настолько тупым, – повторила она снова, похлопывая линейкой по ладони. Вторая линия вела с северо-запада на юго-восток и, по расчетам, должна была закончиться где-то в районе между Вудбайн и Мортимер. Вики готова была поставить на что угодно, что между полуночью и рассветом там обнаружат шестое тело.

Линии пересекались к западу от Йоркского университета.

– «Х» обозначает место. – Вики поправила очки на носу, нахмурилась и поправила их снова. Слишком легко. Тут должна быть какая-то хитрость.

– Хорошо… – Она швырнула линейку на карту и принялась загибать пальцы. – Вариант первый: убийца хочет, чтобы его нашли. Вариант второй: убийца не хуже меня умеет рисовать прямые на карте, специально создал последовательность, которая ничего не значит, и теперь сидит себе в Скарборо[5]5
  В данном случае имеется в виду район Торонто.


[Закрыть] и лопается от смеха, потешаясь над полицией, попавшейся на уловку. – В данном случае между ней и полицией не было никакой разницы. – Вариант третий. – Она наполовину согнула третий палец, как будто у нее имелся ответ. – Мы охотимся на вампира, в то время как вампир охотится на нас, и черт его знает, как эти вампиры думают.

Челлучи тоже был в состоянии чертить прямые на карте, но она все равно потянулась к телефону. Временами очевидные вещи ускользали от него. На удивление, он оказался на месте. Зато его реакция была абсолютно предсказуема.

– Не учи ученого, Вики.

– То есть я могу предположить, что лучшие полицейские Торонто сегодня соберутся между Мортимер и Вудбайн?

– Ты можешь предполагать все, что твоей душе угодно, мне никогда не удавалось тебя остановить. Но если ты думаешь, будто ты со своим детективным наборчиком Нэнси Дрю собираешься появиться в округе, то подумай как следует.

– И что ты сделаешь? Арестуешь меня?

Да как он смел указывать ей?!

– Да, если потребуется. – Тон его голоса заявлял, что именно так он и поступит. – Ты больше не служишь в полиции, по ночам ты практически слепая – ты скорее окажешься трупом, а не героем.

– Нечего изображать из себя мою няньку, Челлучи!

– Тогда веди себя как взрослая и останься дома!

Они швырнули трубки практически одновременно. Он знал, что она приедет на место, а она знала, что он знает. Более того, Вики не сомневалась, что, если их пути пересекутся, он посадит ее под замок по сфабрикованному обвинению ради ее собственной безопасности. Будучи предупрежден, он попытался бы арестовать ее прямо сейчас, если бы знал, что это сойдет ему с рук.

Майк был прав. Ночью она практически ничего не видела.

Но полиция охотилась за человеком, а Вики уже не верила, что все эти смерти – дело рук человека. Слепая или нет, если она окажется на месте, то может уравнять шансы.

Чем заняться до темноты? Возможно, тем, что делают детективы, – разузнать, о чем говорят на улицах.

– По крайней мере, он не накричал на мистера Бована, – пробормотала она, надевая пальто.

– Йоу, Виктория, давненько не виделись.

– Да, несколько месяцев. Как поживаешь, Тони?

Тони пожал худыми плечами, одетыми в джинсовую куртку.

– Да все в порядке.

– Ты чист?

Он посмотрел на нее искоса своими бледно-голубыми глазами.

– Слышал, ты больше не полицейский. Я перед тобой не отчитываюсь.

Вики в свою очередь пожала плечами.

– Нет, не отчитываешься.

Какое-то время они молча брели, пробираясь через толпу, что сновала вдоль Янг-стрит. Когда они остановились на светофоре на Уэлсли, Тони вздохнул.

– Ну хорошо, я чист. Довольна теперь? Собираешься докапываться до меня или оставишь в покое?

Она широко улыбнулась.

– А разве когда-нибудь бывает легко?

– Точно не с тобой. Послушай, – он махнул в сторону ресторана на углу, не столь модного, как его конкуренты. – Если ты собираешься отнять у меня время, можешь хотя бы накормить меня ланчем.

Она купила ему ланч, но отказалась покупать пиво, которое он хотел, затем расспросила его о настроениях на улицах.

– Касательно чего? – уточнил Тони, отправляя полную вилку пюре в рот. – Секс? Наркотики? Рок-н-ролл?

– О том, кто охотится по ночам.

Он вскинул руку в лучших традициях киностудии «Хаммер Филмс».

– А, ты о вампирах.

Вики отхлебнула едва теплого кофе, поразилась тому, как она могла пить эту баланду все годы работы в полиции, и подождала. Тони был ее лучшим соглядатаем на улицах. Доносчиком его не назовешь, скорее барометром: он подключался к настроениям на улицах и, хотя никогда не называл конкретных имен, всегда указывал ей в правильном направлении. Ему стукнуло девятнадцать. Когда она впервые привлекла его к сотрудничеству, ему было пятнадцать.

– Атмосфера на улицах… – Он методично намазывал последнюю булочку толстым слоем масла. – Атмосфера на улицах говорит о том, что газеты правы.

– Вампир?

Он уставился на нее из-под густых ресниц.

– Убийца не человек, вот что говорят на улицах. Высасывает кровь, верно? Вампир – подходящее название. Полицейские его не поймают, так как ищут человека. – Он широко улыбнулся. – Копы у нас в городе и яйца выеденного не стоят. Не то что раньше.

– Что ж, спасибо большое. – Она наблюдала за тем, как он подчищает все на тарелке, затем спросила: – Тони, ты веришь в вампиров?

Он вытащил из-под рубашки крохотное распятие.

– Я верю в то, что нужно оставаться в живых.

Когда они вышли из ресторана, Вики подняла ворот пальто и спросила, не требуются ли ему деньги. Она не могла помочь ему обрести дом – он не принимал помощи, потому она давала ему то, что он готов был взять. Челлучи называл это чувством вины белого среднего класса. Вики пропускала такие комментарии мимо ушей, хотя понимала, что, скорее всего, Майк прав.

– Не-а. – Тони убрал со лба прядь светло-каштановых волос. – Мне хватает налички.

– Торгуешь телом?

– А что? Арестовать меня ты не можешь, хочешь нанять?

– Скорее отшлепать. Ты слышал об эпидемии?

Он отошел на безопасное расстояние.

– Эй, я осторожен. Я же сказал, – всего на миг он выглядел гораздо старше, чем был на самом деле, – я верю в то, что нужно оставаться в живых.

– Вики, мне плевать, что там наговорил твой уличный гуру и что за настроения в округе, – вампиров не существует, ты сошла с ума.

Вики отодвинула трубку от уха до того, как Майк на другом конце с силой швырнул свою. Качая головой, она аккуратно водрузила трубку на место. Ну что ж, она ему сказала, вопреки здравому смыслу и прекрасно зная, как он отреагирует. Что бы ни случилось сегодня ночью, ее совесть была чиста.

– Не то чтобы я верю в вампиров, – заметила она пустой квартире, откидываясь в офисном кресле. – Но я считаю, что нужно широко мыслить.

Уже про себя она мрачно добавила, что согласна с Тони и тоже верит в то, что нужно оставаться в живых. Рядом с офисным креслом стояла объемистая сумка с покупками.

В 23:48 Вики сошла на Мортимер-авеню с автобуса, движущегося по Вудбайн в северном направлении. Она ненадолго прислонилась к витрине небольшого садоводческого магазина на углу, чтобы глаза привыкли к темноте. При свете уличного фонаря зрение работало нормально. Но в нескольких метрах от нее, где два круга света создавали двойные тени, она бы не стала доверять своим глазам. Вдали от главной улицы станет еще хуже. Она выудила из сумки фонарик, на всякий случай держа его наготове.

Вдалеке, сквозь тени, она различила сигнал светофора, работающий в своем крошечном спектре, и решила перейти улицу. Причин на то не было: существо могло появиться как в восточной, так и в западной части Вудбайн – но ей это показалось логичным. Она всегда предпочитала движение ожиданию.

«Терриз Милк Март» на северной стороне Мортимер-авеню, похоже, был открыт – единственное ярко освещенное здание во всей округе, – так что Вики прошествовала к нему.

Я могу задать пару вопросов. Купить чипсов. Разузнать… ЧЕРТ! В магазине двое полицейских из убойного отдела беседовали с угрюмым подростком, который мог быть только продавцом. Глаза вдруг заслезились от яркого флуоресцентного света, и Вики сбежала по шести ступенькам вниз гораздо быстрее, чем поднялась наверх. Она приметила машину без опознавательных знаков к югу, на другой стороне Мортимер-авеню, на парковке «Брюерз Ритэйл», – всегда можно рассчитывать на то, что администрация осветит кусочек асфальта почти в полночь, – и сменила направление, не сомневаясь, что Челлучи отдал своим людям инструкции на ее счет.

Если она правильно помнила, дома, выстроившиеся по обе стороны улицы, были небольшими, практически идентичными двухэтажками на одну семью. И не подумаешь, что подобный район привлечет вампира. На самом деле она и не рассчитывала, что вампир заявится непосредственно на Вудбайн: улица была слишком хорошо освещена, на ней всегда было много народу, а следовательно, и слишком много потенциальных свидетелей. Она бы поставила деньги на одну из более тихих жилых улочек на периферии.

На Холборн-авеню без особой на то причины она повернула на запад. Фонари здесь стояли дальше друг от друга, и Вики спешила от одного островка зрения к другому, полагаясь на бюрократов и городских планировщиков в том, чтобы под ногами оказался тротуар. В какой-то момент она поскользнулась на грязи, сумка слетела с плеча и ударила жесткими углами по коленям. Свет фонарика выхватил небольшую строительную площадку, на которой поднимался остов хилого домика. Наверняка прежде здесь был боковой дворик. Существо уже убивало в подобных условиях, но почему-то Вики знала, что это не повторится снова. Она двинулась дальше.

От внезапного воя сирен сердце зашлось у нее в груди. Вики обернулась, держа фонарик на манер оружия. Позади на углу пожарная машина с ревом выехала со станции и повернула на север Вудбайн. Визжали шины.

– Нервишки пошаливают, а, Вики? – пробормотала она себе под нос, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться. В ушах пульсировала кровь, от пота перчатки приклеились к рукам. Все еще дрожа, она двинулась к следующему фонарному столбу и оперлась о него спиной.

Круг света практически доходил до дома, но все же не позволял разглядеть здание. Часть лужайки, которую она могла видеть, выглядела вполне ухоженной, несмотря на весеннюю грязь, вдоль одного края были высажены розы, подстриженные, дабы пережить зиму. Вики знала, что это рабочий район, а глядя на газон, готова была поспорить, что большинство семей были итальянцами или португальцами, поскольку в обеих культурах земля играла важную роль и о ней заботились. В таком случае большинство домов будет украшено иконами святых, Мадонны и самого Христа.

Она гадала, насколько иконы сумеют защитить от убийцы.

В конце улицы показались два золотых круга фар медленно движущейся машины. Вики они казались глазами огромного змея, поскольку темнота скрадывала сам автомобиль, оставляя лишь свет. Но ей и не требовалось видеть машину целиком, чтобы знать – это полиция. Только копы во время наблюдения двигались с одной и той же скоростью. Она сама много раз так делала и теперь не могла ошибиться. Борясь с желанием укрыться, она развернулась и уверенно прошествовала по дорожке к дому, роясь в сумочке в поиске воображаемых ключей.

Позади нее, урча двигателем, проехала машина.

Вики вернулась на тротуар, сомневаясь, что удача еще долго будет сопутствовать ей. Челлучи должен был наводнить район своими людьми. Рано или поздно она наткнется на кого-то знакомого, возможно, на самого Челлучи, и ее совсем не прельщало объяснять им, почему она бродит по территории, на которой полиция проводит облаву.

Вики двинулась дальше по Холборн, выстраивая свои аргументы. Я думала, вам не помешает лишняя пара глаз. Как, впрочем, и ей. Я сомневалась, что вы готовы к схватке с вампиром. Верно, но к этому заявлению отнесутся как к крысам в вытрезвителе. У вас нет права держать меня в стороне. Только вот они/он имели на это право. Для этого существовали законы, запрещающие самоубийство.

Так какого черта я здесь делаю? Насколько это глупее, чем поступок на станции метро, когда я в одиночку бросилась бороться бог знает с чем? Тьма сгущалась вокруг нее, ожидая ответа. Что я пытаюсь доказать?

Что, несмотря ни на что, я все еще могу быть нормально функционирующим членом общества? Она фыркнула. С другой стороны, с некоторым количеством нормально функционирующих членов общества я вряд ли встречусь сегодня.

Безмолвный допрос вернулся к вопросу о том, что она пыталась доказать, и Вики решила не продолжать дальше. Ситуация и без того была тяжелой, не стоило еще и углубляться в интроспекцию.

На углу Вудмаунт она остановилась. Тройная линия фонарей убегала вдаль: две уходили в стороны, и одна исчезала впереди. Она видела лишь подвешенные золотые шары. Словно ищейка, принюхивающаяся к запаху, Вики вдохнула холодный ночной воздух. Но она чуяла лишь запах земли, сырости и плесени, появившийся с окончанием зимы. Обычно он ей нравился. Но сегодня напоминал о могилах, отчего Вики плотнее запахнула куртку, борясь с внезапно подступившим холодом. Вдалеке шумели машины, а еще дальше лаяла собака.