Читать книгу "Бывшие. Найду и присвою"

Татьяна Бэк
Бывшие. Найду и присвою

Глава

Я сидела на краю больничной койки, чувствуя, как сердце сжимается от боли и беспомощности. Аккуратно погладила светлые волосы сына, пытаясь скрыть слёзы. Его крошечные пальчики цеплялись за мою руку с такой силой, будто чувствовали мой страх и старались забрать часть этой ноши. Я улыбалась, но улыбка была натянутой, как тугая струна, и неестественной, словно у куклы Барби.

Врачи были немногословны – операция нужна срочно, иначе последствия будут необратимы. Где взять такую сумму? Деньги, которые я собрала, продав всё, что было и, заняв у знакомых , всё равно утекали, как песок сквозь пальцы на лечение. Страх за ребёнка разрывал мою душу на части.

– Мам, не волнуйся, всё будет хорошо! – произнёс Саша, слабо улыбаясь.

Пришлось вцепиться ногтями в ладони, чтобы не закричать. Это я должна его успокаивать и подбадривать.

– Я знаю, малыш! А теперь поспи, а мне пора бежать! – прошептала, поцеловав бледную щёчку, и выскочила из палаты, чтобы сын не увидел моих слёз.

Был лишь последний вариант. Мне не оставалось ничего, кроме как обратиться в благотворительный фонд, который финансировал операции для тяжелобольных детей. Я слышала, что фонд поддерживает некий влиятельный человек, отличающийся крутым нравом и тяжёлым характером, но у меня не было выбора. Именно поэтому я записалась на приём к этому «влиятельному человеку».

Кто бы знал, сколько кругов ада мне пришлось пройти, чтобы на него выйти. Говорят, что главный босс не любит публичность и старается оставаться инкогнито, но сейчас я была в такой ситуации, что могла пробить лбом стены, меня было ничем не остановить.

Цокая каблучками по полу шикарного офиса, испуганно поймала своё отражение в зеркале и попробовала расправить плечи. В тёмном закрытом платье и стареньких туфлях я казалась серой мышкой на фоне красавиц, курсировавших туда-сюда по коридорам, словно по подиуму.

– Вас ожидают! – не поздоровавшись, произнесла сногсшибательная секретарша, окинув меня надменным взглядом.

Когда-то я тоже была ухоженной фифочкой, думающей лишь о своей внешности, простых девичьих радостях. Сейчас в моей жизни не осталось времени и денег на постоянное посещение салонов красоты, солярии, массажи, реснички.

Когда я вошла в просторный стильный кабинет, холодные пальцы страха сжали моё сердце. Высокий мужчина стоял у окна, его широкие плечи и уверенная осанка были до боли знакомы. Сердце глухо стукнуло – это был он. Тот, от кого я бежала, мой бывший возлюбленный и... отец моего ребёнка.

Руслан Орлов, он же Орёл, мой первый мужчина, забравший моё сердце, невинность, подаривший мне ребёнка, о котором не знает и не узнает никогда. Возлюбленный, от которого я сбежала, не сказав о беременности, чтобы спасти себя и малыша от ужасного порочного мира, в котором был Рус.

Орлов обернулся, и его ледяной взгляд пронзил меня насквозь. Я застыла, не в силах отвести глаз. Такой же красивый, нет – ещё лучше: из очаровательного раздолбая Рус превратился в мощного, харизматичного и чертовски опасного мужчину, в глазах которого читался опыт и сила. Седина, появившаяся в висках и бороде, лишь добавляла бывшему загадочности и притягательности.

Его внимательный изучающий взгляд скользнул по моему лицу, которое тут же залилось краской, нагло и почти физически ощутимо окинул фигуру, задержавшись в районе груди.

– Камилла, – его низкий густой голос был холоден, но в нём я услышала едва уловимую боль. – Давно не виделись.

Слова застряли в горле. Я мечтала о встрече все эти годы, и боялась этого. Не было ни дня, чтобы не вспоминала о Русе. А когда на свет появился малыш, то видела в нём все черты Орлова, которые с каждым годом проступали всё явственнее.

– Здравствуй, Руслан, я не знала, что ты руководишь фондом…– выдавила наконец, и мой голос задрожал, но я заставила себя закончить. – Мне нужна помощь.

Хозяин кабинета подошёл ближе, и запах мускуса и пряностей вскружил голову, как и раньше. Аромат Руса всегда сводил меня с ума, лишал воли, пьянил, как крепкий алкоголь. Я сжала пальцы на ручке сумки, чтобы не выдать дрожь, и уставилась в окно, чтобы не встречаться взглядом с бывшим.

– Говори! – резко бросил он, словно хлестнул наотмашь.

Я здесь лишь ради сына! И никуда не уйду, пока не получу то, за чем пришла! Любой ценой, чего бы мне это ни стоило.

– Саше, моему сыну нужна операция. Я... не могу позволить себе её оплатить! – выдохнула разом.

Глаза Руса сузились, изучая меня с ледяным спокойствием.

– И ты решила прийти ко мне? – холодно бросил он.

Я кивнула, чувствуя, как щёки вновь заливает румянец стыда. Рус резко выдохнул, словно пытаясь понять, почему решилась на этот шаг. Он отошёл в сторону и начал мерить кабинет широкими шагами, в которых сквозила грация настоящего хищника.

Наконец, он замер на месте и резко обернулся ко мне, но теперь его взгляд стал обжигающим, а внутри расширенных зрачков полыхало адское пламя, в котором плясали демоны.

– Я помогу, – его голос стал низким и твёрдым. – Но взамен... ты станешь моей любовницей. На месяц.

Внутри всё похолодело, словно покрываясь ледяным панцирем, но одновременно ощутила острую вспышку желания. Голос бывшего проникал под кожу, а в глазах пылал тот самый огонь, который когда-то заставлял меня терять голову.

– Решай, Камилла. У тебя нет времени.

Глава

Я стояла перед Русом, как загнанная в угол дикая кошка. Внутри меня всё кричало: протестовало, требовало уйти, спастись от этого безумия, но ноги словно приросли к полу. Месяц. Его любовница. Я знала, что он не забыл, не простил – это был его способ наказать меня за побег, унизить, сломать. Но у меня не было выбора. Ради сына я готова на всё.

– Хорошо, – мой голос дрожал, но я заставила себя выпрямиться и встретить его пристальный взгляд. – Я согласна.

Чёрные непроницаемые глаза вспыхнули триумфом, но бывший не выказал ни тени радости. Только уголки губ дрогнули в призрачной усмешке. Орлов шагнул ко мне, и я инстинктивно отступила, но натолкнулась спиной на стену. Его сильное раскалённое тело почти касалось моего, и я ощущала исходящее от него тепло. Сердце колотилось в груди, дыхание стало сбивчивым.

– Не уходи от меня, Камила, – тихо произнёс он, и в его голосе звучали угрожающие нотки. – Ты даже не представляешь, как долго я мечтал о твоем возвращении.

Он поднял руку и медленно провёл пальцем по моей щеке. Я вздрогнула от этого прикосновения, такого нежного и пугающего одновременно. Властная сильная рука опустилась на моё плечо, а затем скользнула вниз, очерчивая линию ключицы. Тепло разлилось по телу, пробуждая воспоминания о тех ночах, когда он касался меня так же осторожно, будто боялся спугнуть.

– Ты помнишь, как я тебя любил? – его голос стал хриплым, и я не смогла сдержать тихий вздох. – Помнишь, как ты просила не останавливаться?

Щёки вспыхнули алым пламенем, и я опустила глаза, стыдясь того, как моё тело предательски откликалось на его слова. Он наклонился ближе, его губы едва коснулись мочки уха.

– Я до сих пор чувствую вкус твоей кожи, – прошептал он, заставляя мурашки пробежать по спине.

С испугом ждала прикосновения, поцелуя, но он не сделал этого – просто стоял рядом, мучая меня своей близостью. Я ненавидела себя за это желание, за предательство собственного тела.

– Я пришлю за вами завтра, – голос стал твёрже, словно он вернул себе контроль. – Соберите вещи. Вы будете жить у меня. Ты и твой сын. Ему обеспечат лучший уход!

– Что? Нет... я не могу... – слова застряли в горле, когда он поднял мою руку и легонько поцеловал тыльную сторону ладони, задержавшись на мгновение.

Но затем цепкие пальцы стиснули моё запястье до хруста, и я тихо вскрикнула.

– Ты уже сделала выбор. Ты моя. Я позабочусь о мальчике, но ты будешь выполнять все мои условия.

Холодок пробежал по спине от его слов, и ощутила одновременно страх и волнение. Этот мужчина был не тем, кого я когда-то любила. Он изменился, стал жёстче, опаснее... но именно это притягивало меня с невыносимой силой. Я ненавидела себя за это, но сердце продолжало бешено колотиться от его взгляда.

– До завтра, Камилла.

Стало понятно, что аудиенция закончена, и на негнущихся ногах направилась к выходу, надеясь лишь не упасть от накатившей слабости. Даже не помню, как оказалась наконец-то на улице и вдохнула свежий, прохладный воздух, слова Руса всё ещё эхом звучали в голове: «Ты моя!»

Глава

Стоя у окна, пыталась собрать разбитые мысли воедино. Там, за тонким стеклом, покрытом дождевыми каплями, стемнело, холодный ветер срывал листья с деревьев, словно повторяя мою внутреннюю бурю. Нужно была подготовиться к завтрашнему дню, но в душе всё протестовало, не позволяя принять условия бывшего. Его низкий гипнотический голос не хотел уходить из моей головы: «Ты моя».

Рядом спокойно дышал мой сын, уснувший после долгого дня тревог. Тихо опустившись на колени рядом с его кроваткой, нежно прижала его маленькую ручку к своей щеке. Он – мой свет, моя жизнь. Ради него готова переступить через свою гордость и покориться мужчине, который когда-то был моей слабостью.

Ночь тянулась мучительно долго. Я лежала, прислушиваясь к тишине, но мысли не давали покоя. Вспомнились глаза Орлова – холодные, оценивающие, полные скрытой злости и... желания. Это желание пугало и притягивало одновременно. Я ненавидела себя за то, что моё тело предательски отзывалось на каждое воспоминание о нём. Теперь точно знала, что он хочет меня, но в этот раз это было иначе – не страстно и нежно, а властно, жёстко, как наказание за бегство.

Когда рассвет коснулся окон, неслышно встала, собрала наши с сыном вещи. Сердце глухо стучало в груди, когда раздался стук в дверь. На пороге стоял его человек – высокий, хмурый, с непроницаемым лицом.

– Господин велел отвезти вас, – ровно произнёс он.

Я кивнула, сжав руку сына. Поездка казалась бесконечной. Внутри всё дрожало от неизвестности. Как Рус примет нас? Будет ли жестоким? Изо всех сил я пыталась подавить страх, но мысли тянулись к тому, что ждёт меня в его доме. Лишь присутствие сына придавало мне сил и заставляло не попросить развернуть авто.

Особняк, к которому нас привезли, был величественным и холодным, как и его хозяин. Здесь не было тепла и уюта, лишь ровные рубленые линии, неприступные стены, не хватало только колючей проволоки по периметру.

Тяжёлые массивные двери дома распахнулись, и покорно ступила на мраморные плиты холла, удерживая за руку заробевшего Сашу. Он крутил головой по сторонам, приоткрыв рот от восхищения и удивления. Да и я была поражена не меньше. Внутри дом казался ещё грандиознее, наверное, здесь можно в футбол играть.

Чувствуя, как замирает сердце, огляделась, пытаясь отыскать Руслана. Он ждал на верхней лестничной площадке – тёмный силуэт на фоне яркого света. Его взгляд был хищным, обжигающим и непроницаемым. Невозможно было даже представить, о чём сейчас думал мой бывший.

– Поднимайся, – коротко приказал он.

Словно под гипнозом медленно поднялась, держа за руку сына, и остановилась перед Русом, который не переставал смотреть мне в глаза, вытягивая из меня душу, силы и возможность сопротивляться. Когда-то он шутил, что его бабка была цыганкой и ему передался дар гипноза. А вот мужчина передо мной шутить не умел…

Орлов опустил глаза, разглядывая Сашу. Сквозь длинные чёрные ресницы было не разобрать выражения, но по волевому лицу вдруг пробежала дрожь: губы плотно сжались, попробовали изогнуться в улыбке, но затем вокруг них залегла тень, делая Руса ещё старше и отстранённее.

– Здравствуй, Саша, меня зовут Руслан! – хрипло произнёс бывший, садясь на корточки перед сыном.

Как же они похожи, сейчас это было видно особенно сильно: те же тёмные глаза, упрямая линия подбородка, нос с небольшой горбинкой, та же улыбка… Хотя не уверена, что нынешний Орлов вообще умеет улыбаться.

– А теперь пойдёшь с этой тётей, она покажет тебе твою новую комнату, там тебя ждут игрушки, книжки и много интересного! – продолжил бывший, забирая ладошку сына из моей руки и передавая седоволосой женщине в халате медсестры.

– Иди с тётей, малыш, всё будет хорошо! – заставила себя улыбнуться я и нежно поцеловала сына в макушку. – Я приду позже, когда будет можно.

– Ма, а мне нравится новая больница, здесь не так, как в старых! – довольно произнёс Саша и послушно пошёл за медсестрой, а моё сердце болезненно сжалось, когда смотрела ему вслед.

– Не переживай! С ним всё будет в порядке, здесь у него будет лучший уход и лечение из всех! Не то, что в богадельнях, по которым ты таскала парня! – сказал Орлов тихо, не сводя глаз удаляющегося Саши, доверчиво сжимающего руку медсестры. – Теперь займёмся тобой.

Рус подошёл ближе, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Его пальцы скользнули по моей щеке, задержались на шее, вызывая дрожь. Я судорожно втянула воздух, чувствуя, как его руки легли мне на талию, притягивая ближе.

– Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента, – прошептал он, склонившись к моему уху. – Теперь ты принадлежишь мне. Полностью.

Его поцелуй был жёстким, властным, полным гнева и страсти. Он не давал мне отступить, прижимая к себе крепче. Мои пальцы непроизвольно впились в его плечи, и вдруг ощутила, как огонь желания разливается по телу. Я точно знала, что это опасная игра, но он не оставил мне выбора. Он собирался забрать всё, что ему принадлежит.

– Теперь ты действительно моя, – прошептал он с усмешкой, целуя меня снова, глубже, требовательнее. – И я не позволю тебе уйти опять. Или позволю, когда наиграюсь.

Руки дрожали, когда он, наконец, отстранился, оставив на моих губах горьковатый привкус его поцелуя. Взгляд был холодным, как зимний лед, но в глазах пылало что-то дикое и необузданное. Я едва дышала, осознавая, что попала в ловушку, которую сама же и расставила.

– Ты слишком долго от меня бежала, Камилла, – голос бывшего звучал приглушённо, но каждая нота будто резала кожу. – Думала, что я забуду? Смирюсь?

Опустив глаза, покорно молчала, не находя слов, которые могли бы смягчить его ярость. Рус медленно провёл пальцами по моему подбородку, а затем сжал его с силой, заставляя поднять голову.

– Я не простил тебя. Ни на секунду! – прорычал он.

Его дыхание обжигало шею, и пришлось закусить губу, чтобы не выдать дрожь. Я чувствовала, как внутри все сжимается от страха и желания. Сильные руки легли на мои бедра, жёстко притянули к себе, заставляя прижаться всем телом к его груди.

Я попыталась вырваться, но Орлов только сильнее сжал меня в своих объятиях. Его пальцы скользнули вдоль моей спины, и я чувствовала, как кожа горит под его прикосновением. Грубо и требовательно, он изучал моё тело, словно проверяя, насколько я всё ещё податлива его воле.

– Ты боишься меня? – усмехнулся он, заметив, как я прикусила губу, чтобы не застонать от его близости.

– Нет, – прошептала, это было ложью. Я боялась его, ужасалась, что он разбудит во мне старые чувства – те, от которых пыталась сбежать.

– Ты принадлежишь мне, Камила. И я заставлю тебя вспомнить, как это – быть моей.

С этими словами Рус вновь впился в мои губы. Поцелуй был почти болезненным, но я не могла сопротивляться. Я ощущала, как всё внутри сжимается от грубой властности. Мужские руки скользили по моему телу, как когда-то – уверенные, сильные, не допускающие отказа. Я знала, что он больше не допустит слабости, что его жёсткость – отражение той боли, которую я ему причинила.

– Ты не сбежишь снова, – прошептал он,целуя меня с неистовством, которое оставляло меня без воздуха. – А теперь располагайся, этот дом станет твоей тюрьмой на месяц. Тебе запрещено покидать его пределы.

Горячие ладони крепко обхватили мои бёдра, смяли ягодицы, оставляя синяки. Рус притянул меня к себе так, что я ощутила его силу и желание. Каменный член внушительных размеров упёрся в районе пупка, сбивая и без того рваное дыхание. Я знала, что сейчас произойдёт, одновременно желала и страшилась этого.

Бывший хотел доказать мне, что я всё ещё принадлежу ему. И несмотря на всю гордость, боль и страх, я понимала – сопротивляться бесполезно. Он был бурей, неукротимой стихией, и я могла лишь покориться этой силе, растворяясь в его безумной страсти.

Глава

– Тебе нужно отдохнуть и привести себя в порядок, Камилла! – вдруг удивительно спокойно произнёс Рус, отстраняясь, хотя только что упирался в меня каменным стояком и дышал, словно загнанный зверь.

Да и я сама с трудом могла унять зашкаливающий пульс и невольно потянулась за бывшим, когда он сделал шаг назад. Орлов криво ухмыльнулся, заметив моё движение.

– Руслан, я хочу к сыну! – произнесла, злясь на себя.

Что я за мать такая, если теряю голову при виде мужика, позабыв о ребёнке. Хотя мысли о Сашеньке не исчезали даже в объятиях Орлова, ребёнок всегда в моём сердце, и здесь я оказалась только ради того, чтобы спасти его.

Лицо Руса потемнело, словно на него набежала, лишь глаза вспыхнули ярче.

– Ты увидишь его позже, когда разрешу. Считай, что здесь действительно больница, причём лучшая в городе, поэтому есть часы приёма и то по разрешению главврача. Угадай, кто здесь главврач?

– Это мой сын! Пусти меня к нему! – прошипела разъярённой кошкой, готовой вцепиться когтями.

Бывший посмотрел на меня как-то странно. Слишком много эмоций в тяжёлом прожигающем взгляде, не разобрать, столько всего намешано.

– Приведи себя в порядок, Камилла, ты устало выглядишь! Через час тебе привезут одежду и косметику, а пока прими ванну и отдохни! Поговорим с тобой вечером за ужином.

С этими словами Орлов развернулся и вышел из комнаты с таким видом, что вовремя прикусила язык, зная, – сейчас действительно лучше замолчать. Рядом с этим мужчиной, которого, оказывается, плохо знаю, мне стало по-настоящему страшно.

После того как он оставил меня одну в этой огромной роскошной комнате, я ещё долго стояла, не в силах прийти в себя. Его поцелуи, его прикосновения – всё это было слишком. Слишком много боли, слишком много страсти. Я прижала ладони к горящим щекам и попыталась унять дрожь, но моё тело всё ещё помнило его руки на себе.

Нельзя позволить себе поддаться этой слабости. Мой сын был где-то в этом доме, среди чужих людей, а я... я снова оказалась во власти человека, которого когда-то любила. Мне не удавалось избавиться от чувства беспомощности и униженности. Но разве я не знала, на что соглашалась?

Взглянув в зеркало в полный рост, поняла, что действительно выгляжу усталой и какой-то жалкой: растрёпанные волосы, безумные глаза, вокруг которых залегли глубокие тени. Рус был прав, действительно нужно немного отдохнуть. Сейчас мой ребёнок в лучших условиях из всех, что могла позволить.

С трудом, переставляя ноги, отправилась в ванную комнату и минут тридцать отмокала в огромном джакузи, находясь в каком-то странном полузабытьи, казалось, я просто перестала существовать: ни мыслей, ни ощущений, ни желаний. Абсолютное ничто, ноль, и самое удивительное, что это было прекрасно, ведь я так устала…

Когда наконец вышла из ванной комнаты, посвежевшая и обновлённая, то невольно вздрогнула, – часть спальни была заставлена пакетами и коробками из магазинов нижнего белья, люксовой одежды и парфюмерии. От такого обилия даже закружилась голова. Такое ощущение, что я попала на новогоднюю ёлку в сказке для взрослых девочек. Но как Русу удалось доставить это так быстро? Словно он готовился к моему появлению...

Дрожащими руками я взяла с кровати невесомое шёлковое платье в пол с глубоким декольте и провокационным разрезом. На нём лежала записка, написанная ровным почерком Руса с таким нажимом, что бумага была продавлена. «Наденешь на ужин. Без белья».

Орлов вернулся спустя несколько часов. Я сидела у окна, притянув колени к груди, и едва услышала его шаги. Он вошёл уверенно, не стучась, как будто я действительно была его собственностью.

Он окинул меня внимательным изучающим взглядом и довольно хмыкнул. Да, это время я потратила с пользой, нанеся макияж, сделав причёску и облачившись в это откровенное платье. Пора понять, что для него я лишь вещь, но вещь дорогая, а значит, должна быть красивой. Не стоит тешить себя глупыми фантазиями и мечтать о чём-то. Я ушла от Орлова, а такого он никогда не простит.

– Ты ещё не привыкла к новому дому? – усмехнулся бывший, присаживаясь напротив. Его глаза хищно блестели в полумраке комнаты.

– Где мой сын? – голос сорвался, и я прокляла свою слабость.

– С ним всё в порядке, – отозвался он спокойно. – Я позабочусь о нём, как и обещал.

– Зачем ты делаешь это? – воскликнула я, больше не сдерживаясь. – Ты хочешь наказать меня? Унижать?

Он нахмурился, его лицо стало жёстким, но в глазах мелькнуло что-то похожее на боль.

– Я хочу, чтобы ты поняла – от меня не уходят без последствий. Я слишком долго искал тебя, Камилла. Ты должна ответить за то, что бросила меня.

Я хотела возразить, но он наклонился ближе, заставляя замолчать своим тяжёлым взглядом.

– Я не собираюсь быть добрым. Ты сама это выбрала, когда ушла. Теперь я возьму всё, что мне принадлежит.

Его рука вновь легла на моё лицо, но на этот раз прикосновение было почти нежным. Я не понимала этой игры – он одновременно хотел наказать меня и... защитить? Я ощутила нарастающее напряжение, когда Рус провел пальцами по моей скуле, опустился к губам, очерчивая их контур.

– Я не могу забыть ту ночь, когда ты сбежала, – прошептал он. – Я думал, что найду тебя сразу. Но ты исчезла. Как тень.

Его голос был низким, почти ранимым, и я почувствовала, как сердце сжалось от тоски по тем временам, когда между нами была только любовь, а не эта разрушительная страсть. Но не успела ответить – он снова завладел моими губами, и на этот раз в поцелуе не было жестокости – только напор и желание доказать свое право на меня.