Текст книги "Ночь и воспоминания"

Ваан Терьян
Ночь и воспоминания

Ночь и воспоминания

РАСПУТЬЕ

 
Вот опять, как случалось не раз,
Я в угрюмом лесу на распутье.
Меркнет свет, и, исполненный жути,
Мрак повсюду, хоть выколи глаз.
 
 
Только вспыхнет и канет во тьму
Суета и никчемность былого.
Жизнь ведет меня, словно слепого
Поводырь, а куда – не пойму.
 
 
Ветер с каждой минутой лютей.
Лес шушукает тысячеусто.
Все на свете и чуждо и пусто.
Я пропал в лабиринте путей.
 
 
Я стою, как случалось не раз,
Безнадежно устав, на распутье.
Как мне хочется света и сути,
Как темно мне и горько сейчас…
 

ЗАБЫТЫЙ ПУТЬ

 
В дальнем замке нежная царица
Средь садов, цветов и светлых вод
По ночам не спит и днем томится
И меня, печальная, зовет,
В дальнем замке нежная царица.
 
 
А ведь было время колдовское —
Этот голос в сонме голосов
Понуждал меня порвать с тоскою
И смиренно кинуться на зов…
А ведь было время колдовское…
 
 
Опьяненный радостью нездешней,
Бросив отчий край, лелея страсть,
Обликом летел я всё поспешней,
Чтобы, задохнувшись, к ней припасть,
Опьяненный радостью нездешней.
 
 
Нынче этот путь успел забыться,
Только не идет из головы:
В дальнем замке нежная царица
Ждет меня, печальная. Увы,
Светлый этот путь успел забыться…
 

ОСЕНЬ

 
Сад обнажен в тумане,
Мгла у крыльца.
Горечь воспоминаний —
Песнь без конца.
 
 
Ветер скулит с надрывом —
Жизнь, мол, одна, —
И под дождем тоскливым
Даль холодна.
 
 
И одиноко взгляду
Ночью и днем.
Кто воскресит отраду
В сердце больном?
 
 
В этом приюте краха
И темноты
Кто воскресит из праха
Пламень мечты?
 

УЛИЧНАЯ ПЕСНЯ

 
Опять затянул, обессиля вконец,
Печальную песню бродячий певец.
Я так этой песней всегда дорожил,
Как будто я сам эту песню сложил,
Как будто я сам в этой песне скорблю,
Как будто тебе я пою, что люблю.
 

***

 
Эта ночь, когда памяти не превозмочь…
Радость канула прочь мимолетнее дыма —
Мимо, неизъяснимо и невозвратимо.
Грусть бездонна, бессонна – порочь не порочь.
 
 
Жизнь туманна и, в сущности, не начата —
Бесприютна, безрадостна и беспросветна.
То, о чем я мечтал, позабылось бесследно.
Грезы светлые суть суета и тщета.
 
 
Эти черные мысли в полуночный час,
Эта ночь, когда с памятью я неразделен…
Сны мои невозвратные – вешняя зелень, —
Как окликнуть мне вас, как оплакать мне вас?
 

***

 
Пианино звучит за стеною,
И мелодии нету грустней.
Словно, в сговоре тайном со мною,
Кто-то болью болеет моей.
 
 
По-осеннему грустно и длинно
День проходит на фоне дождя.
За стеною звучит пианино,
В сердце отзвук себе находя.
 

КОЛЫБЕЛЬНАЯ СЕБЕ

 
Ночь опустилась, и в дреме смертельной
Звуки утихли, померкли огни.
Воды слагают слова колыбельной:
– Сердце, усни!
 
 
Странник забылся во тьме беспредельной
К дому мечтая направить ступни.
Звезды слагают слова колыбельной:
– Сердце, усни!
 
 
Плачь, мое сердце, о жизни скудельной
Жаждавшей солнца, почившей в тени
Грезы, любовь и слова колыбельной
– Сердце, усни!
 

СУМЕРКИ

 
Там сеют золото сквозные облака,
И волны ласково рассказывают сказки,
И сердце жаждет слов, что пламенны, пока
Усталая душа о тихой молит ласке.
 
 
Звенит покой полей, и льет небесный свод
Неистощимый свет печали и молчанья.
В алмазном зеркале немотствующих вод
Сияют облаков живые очертанья.
 
 
И в сердце у меня, где только мгла одна,
Тоска так сладостна в своей тревоге знойной, —
Желаний там лампада зажжена…
Как небеса горят на глади вод спокойной!
 
 
О сладостная боль в сознании моем,
В бездонном мире ты одна подобна чуду,
Любовь твоя горит и светится во всем,
Безумная тоска безмолвствует повсюду.
 

ОДИНОЧЕСТВО

 
Унылые проходят дни, унылые слагая песни,
И этой муке искони ты, одиночество, наперсник.
 
 
Иллюзии минувших лет, наивной юности картины…
Их не вернешь, их нет как нет, они вовек невозвратимы.
 
 
И горечь эту не избыть душе, отчаяньем объятой.
С каким же сердцем мне любить и петь, как я певал когда-то?
 
 
Какой надеждою унять тоску, призвать какое чудо?
Кого молить? Кому пенять? И счастья ожидать откуда?
 
 
И да минет меня тщета воспоминаний и химеры.
Объемли душу, немота и одиночество без меры!
 

УСТАЛОСТЬ

 
Я путник, заблудившийся в ночи.
Душа устала с грезами прощаться.
И покорилась – сколько ни кричи,
До будущего все не докричаться.
 
 
Дорога бесконечна и крута,
И нет возврата, и уходят годы.
Моя душа – она как сирота,
Ей на роду написаны невзгоды.
 
 
Утрачены навек – их не вернуть —
Сочувствие, и ласка, и отрада.
Она устала. Дайте ей уснуть.
Уснуть. Ей больше ничего не надо.
 

ЧУЖЕЗЕМКЕ

 
Горькой горечью песни полны,
Неизбывную грусть выражая
Из какой ты пришла стороны
В нашу даль, бесконечно чужая?
 
 
Прозябая в потемках, к любви
Я стремился и солнцу, однако
Злые, страшные ласки твои
Беспросветной кромешного мрака.
 
 
«Уходи!» – я кричу и кляну
Облик твой, ненавистный и милый.
Кто же ты? Отчего я в плену
Этой темной и дьявольской силы?..
 
 
Горькой горечью песни полны,
Неизбывную грусть выражая.
Из какой ты пришла стороны
В нашу даль, бесконечно чужая?
 

ОСЕННЯЯ НОЧЬ

 
Я не знаю, откуда ко мне
Дотянулись смычок и струна.
Плачет скрипка в ночной тишине,
Не меня ли жалеет она?
 
 
Безнадежная песня, как ночь,
Как осенняя ночь за окном.
Плачет скрипка, как будто помочь
Мне отчаялась в горе моем.
 
 
Как мелодия эта грустна,
Скорбь глубокая слышится в ней.
Я не знаю, откуда она,
Вечных мук безысходной, больней.
 
 
Так с душою моей срослась,
Так окрасила ночи и дни,
Словно вместе со мной родилась.
Плач и скорбь мне достались одни.
 
 
Ах, куда ни направлюсь – печаль.
Где бы мне разминуться с тоской?
И в какую отправиться даль,
Чтобы радость найти и покой?
 

ЖЕЛАНЬЕ СТАТЬ НЕЗРЯЧИМ

 
Теперь я знаю: ты была такой,
Как все вокруг. Но, ослепленный верой.
Я сам придумал образ колдовской
Взамен души твоей пустой и серой,
 
 
Я сам вдохнул красивую печаль
В твой взгляд бесцветный, непричастный тайне,
В никчемной жизни обнаружил даль
И озарил огнем твоих мечтаний.
 
 
Теперь я знаю: ты – как все вокруг.
Как все вокруг. И не было иного.
Какое это счастье, милый друг, —
Забыть про всё и стать незрячим снова.
 

***

 
От гвалта людского сбегу наудачу,
В тоске безысходной своей одинок,
Увижу поникший, увядший венок
И мертвые розы оплачу.
 
 
Суровой судьбы я не переиначу.
В осеннюю непогодь на огонек
В пустынное поле пойду, одинок,
И мертвые грезы оплачу.
 
 
Ушедшей любви возместить недостачу
Нельзя, обойди я хоть сотню дорог.
«Как холодно в мире! О, как я продрог!» —
Подумаю я и заплачу…
 

***

 
Ночная тишина
В душе и во вселенной.
Ни суетного сна,
Ни мысли дерзновенной.
 
 
Сколь холодно и сколь
Промозгло в мирозданье!
Мучительны, как боль,
Мои воспоминанья.
 
 
По улицам кружа
Бессонно, неустанно,
Я чу

...

конец ознакомительного фрагмента