Текст книги "Нам нового начальника назначили"

Нам нового начальника назначили
История Государства Российского от револиции до наших дней
Валерий Дручинин

В наш новый век стремительный поспешный

Хочу России трудный славный путь

В стихе чуть ироничном и неспешном

Рестроспективой приоткрыть чуть-чуть.

© Валерий Дручинин, 2014

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Часть первая – революционно – ситуационная

 
Узнать из книг Россию только можем.
Никто не покрестивши рта не ест,
И царь был всем помазанником божьим,
Да батюшка родной, ну вот те крест.
 
 
Но появилась молодость с апломбами,
Которой не указ ни Бог, ни бес,
И вот уже с заряженными бомбами
Один к царю бежит наперерез.
 
 
Охранка царская не «вяжет веников»,
Словила и Ульянова СашА.
Тогда, не заведя еще наследников,
Он в жизни не успел той ни шиша.
 
 
Не избежать греха здесь страшно смертного.
Какой на то тебя спододил бес?
Ведь ты хотел убить царя, презренного,
А сам своею шеей в петлю влез.
 
 
А младший братик сильно разобиделся
На то, что Алексашку царь сгубил.
В глубоком сне Владимиру привиделся
Немецкий тот кибуц (кооператив).
 
 
Вы все же прилетели тут не с Марса?
И понимаете о ком треплюсь я всем.
Конечно же о Карле том о Марксе,
О Фридрихе о том, об Энгельсе.
 
 
Приехал в Питер человечек маленький,
И быстро как-то в душу к нам проник,
Хоть лысый он и на слова картавенький,
А ловко так залез на броневик.
 
 
И рассказал нам всем аж до поллюции
Про «Капитал» от Маркса, что жесток,
А также мировую революцию
К своей он речи за уши привлек.
 
 
Солдатушки на фронте, кровью алою
Газетки поливали, прочитав,
И ветер революций поддержали,
ПротИв буржуазии там восстав.
 

Часть вторая – революционно -романтическая

 
Все похватали вдруг винтовки, ружья,
Да к Зимнему, да с криками: «Ура!»
Дворцовую нам осветить тьму нужно бы?
И подсветила залпом АврорА.
 
 
Патруль бродил по Питеру с винтовками,
И был суров приказ, таков удел.
Пропал буржуй под пулями неловкий.
Кто не уплыл в Констанцию, расстрел.
 
 
Мы все воспряли, радоваться начали,
Земля – крестьянам, мир– народам. Да?
И сразу продотряды озадачили
Зерно свозить в большие города.
 
 
Все было временем так обусловлено.
Ильич Владимир на слова речист,
И рядом с ним совсем не многословный
Дзержинский Феликс – главный наш чексит.
 
 
Вся власть Советам! – мы там на… кумачили,
И мир – народам, фермерам – цветы,
Но перемен больших не обозначили:
Пахали ведь на стройках, как скоты.
 
 
Не ожидали мы такого гадства.
Хоть был наш вождь почти вечно живой,
Но все – свободу, равенство и братство,
Похоже, в мавзолей унес с собой.
 

Часть третья – суровая репрессионная

 
На сцену вышел гордый и усатый,
Уверен в правоте своей, плечист,
И видно, что не лысый – волосатый,
Попыхивает трубкой и молчит.
 
 
В строках мне этих право не до смеха.
Смеяться страшно было в те года.
Украл два колоска и вдаль уехал
Без права переписки навсегда.
 
 
И всякий скандалист в стране умолк, ну
Ведь пИсать против ветра – злой удел.
Он каждого, кто подсидеть мог, кокнул,
И до смерти генсеком просидел.
 
 
Народный был большой кредит доверия.
Со всей страною к коммунизму шел,
Но умер Сталин, а товарищ Берия
Свои в подвале девять грамм нашел.
 
 
И по иронии такой российской
В истории проклюнулся циклизм:
Сменяет волосатого в ней лысый
На верном на пути в тот коммунизм.
 

Часть четвертая – оттепельная

 
И мы открыто возмущаться начали,
Почувствовали оттепель, и в ночь
Нам нового начальника назначили,
Чтоб показал нам как бетон толочь.
 
 
Заслуга велика Хрущева точная
В том, что Карибский кризис одолел.
Ведь не одна Европа лишь восточная,
Тут целый мир на воздух бы взлетел.
 
 
Хрущёв до коммунизма время вымерил,
Стал кукурузу «ридной мамой» звать.
Художникам сказал:«Вы все тут – пидоры!»
И стал туфлей об стол в ООН стучать.
 
 
Но что сказать, веселый был начальник вот,
Но что-то не сложилось у Кремля.
Вот пленум, голосуют, и на сцене тот,
Кто в очередь записан у руля.
 
 
А мы, хихикнув, промолчали, начали
Всё анекдоты слушать про него.
Нам нового начальника назначили.
Пока о нем не знали ничего.
 

Часть пятая – застойно-застольная дефицитная

 
Текло в стране советов все по– прежнему,
Не далеко, не долго утекло.
Все стали жить вдруг по заветам Брежнева,
На кухне обсуждать дела его.
 
 
Отремонтировать бы консерваторию,
Не двигать лишь кровати, а сменить, но
Стали подправлять страны историю,
Толпу героев новых в ней плодить.
 
 
Пошли рассказы и молва былинная
Про земли малые, большие то ж
Про то, как ветродуи все целинные
Остановил он, защищая рожь.
 
 
А мы читали, да смеялись в тряпочку,
Сморкнув в платок, чихая невзначай,
Вокруг все озирались, чтобы «папочка»
Не причинил психушкою печаль.
 
 
Работали конечно не для галочки,
Но главною валютой лишь былИ
Копченая колбаска в виде палочки,
Бутылка водки, ну и «Жигули».
 
 
Теперь историки зовут застойными
Те годы, где броватый управлял.
Да не застойные они, скорей застольные,
Где каждый пил и друга похмелял.
 
 
Все новости по «Голосу Америки»
Под вой глушилок прямо из «Спидол»,
И бьется в Чили Корвалан в истерике.
По 

...

конец ознакомительного фрагмента