Текст книги "История Российская. Часть 4"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-rossiyskaya-chast-4-22644.jpg)
Автор книги: Василий Татищев
Жанр: Древнерусская литература, Классика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 21 (всего у книги 39 страниц)
Государь благочестивый прочел писание митрополитово, благодарно воспринял и вовнутри на скрижалях сердца своего написал, а грамоту велел прочитать брату своему князю Владимиру Андреевичу, а также и всем боярам и воеводам, да и все прочли, благоприятно сие восприняв. Государь же послал грамоту свою, а в грамоте пишет сие.
Послание от благоверного царя и великого государя Иоанна Васильевича всея Руси самодержца к митрополиту Макарию всея Руси от его царской руки. Преосвященному отцу нашему Макарию митрополиту всея Руси царь и великий князь Иоанн Васильевич всея Руси челом бьет. Писал ты, господин, к нам в своей грамоте, поучая нас отстать от грехов и утверждая по благочестию поборниками быть. И мы, господин, на твоем жаловании челом бьем, на пресвященных словах, а призывая всемилостивого Бога в помощь, положив упование на пречистую Богоматерь, и на великих чудотворцев, и на твои святые молитвы, и на утверждение, и с братом своим князем Владимиром Андреевичем, и с боярами, и со всем христианским воинством в путь трогаемся. А из Мурома идем в среду на пророка Ильи день. И тебе, господину своему и отцу, пастырю и ходатаю к Богу о душах наших, и всему православному собору много челом бьем, чтобы ты пожаловал, молил Бога, и пречистую его Богоматерь, и великих чудотворцев, чтоб не помянул Бог невежества грехов наших многих, и вашими бы святыми молитвами ослабление Бог даровал ведомым и неведомым согрешениям нашим, и устроил бы создатель путь нам мирным и немятежным, и врагов бы наших иноплеменных в покорение и во умирение привел, бедное же христианство, грехов ради наших страдающее у них в великих бедах, освободил и к себе возвратил, а царство бы наше, порученное Богом тебе и нам, во время шествия нашего и впредь покрыл благодатию своею от всех врагов, воюющих на благочестие, и соблюл невредимым, а нас бы всещедрый владыко оградил и укрепил благодатию своею, сподобил бы нас Бог возвратиться с избавлением христианским во свое отечество и видеть пречистый образ, и великих чудотворцев мощи, и твою святыню, и всех своих со всем своим воинством православных христиан в радость. А нас, государь, и с братом нашим Владимиром Андреевичем, и с боярами, и со всем воинством христианским, всех вместе, прости, и благослови, и молитвою поспешествуй, а мы тебе, господину и отцу своему, челом бьем.
О Шигалее и отпуске воевод. Государь воинов своих уряжал и рассматривал их орудия, да все готовы будут на брань, как по пророку сказано: приготовился и не смутился; и послал государь стольника своего Федора сына Ивана Умного за царем Шигалеем. И царь поехал к государю в Муром, и отпустил его государь в судах в Казань, а с ним послал воеводу князя Петра Андреевича Булгакова с товарищами да детей боярских и стрельцов многих. А рати всей велел перевозиться за реку Оку по многим перевозам.
О походе воеводском на черемису. Приехал к государю со Свияги от воевод боярина и воеводы князя Александра Борисовича Горбатого с товарищами Иван Вокщерин, а сказывал государю: бояре ходили на горных изменников, в большем полку боярин князь Семен Иванович Микулинский, а в передовом полку боярин и дворецкий Даниил Романович да Борис Салтыков, а в сторожевом полку боярин князь Петр Семенович Серебряный, и села горные воевали; а ертаулы воеводские с горными людьми бились, и от обоих пали, и потоптали горных людей; а на том бою убили князя Александра сына князя Дмитрия Жижемского; и горной стороны люди по Свияге реке вниз и по Волге воеводам добили челом, государю правду дали и к городу Свияжскому пошли и с женами и детьми.
О строении в полках. Государь же о сем Богу хвалу воздал, что без великой крови Бог победу показал, и во умиление придя, приказал государь в своем полку воеводам боярину князю Владимиру Ивановичу, Ивану Васильевичу, да установят порядок в полку в его царском, каждой сотне бранных детей боярских голову устроят из детей великих отцов, изящных молодцев и искусных ратному делу, для большего дела супротивного и для разных посылок, да каждый сын боярский своего полка голову знает и приблизится к делу, да всяк вооружается на брань, а об ином не смущается. Воеводы же по государеву наказу устроили так, выбрав детей великих отцов и стольников государевых, которые могут содержать ратное дело, и детей боярских после них расписали. А также и по всем полкам воеводам государь посылал, да так же в полках урядят, да не будет смущения в полках, и к делу приступили.
Отпуск ертаульский. И отпустил государь наперед себя в ертаулах июля 15 князя Юрия Ивановича Шемякина да князя Феодора Ивановича Троекурова, а с ними детей боярских; и посошных людей за ними послал, а велел на речках и на ржавцах (ручьях) мосты мостить.
О царском походе из Мурома. Июля 20 в среду на Ильи день пришел государь в церковь Рождества пречистой и великих чудотворцев, и молебны с великими слезами много часов совершал, и призвал всесильного Бога на помощь, и пречистую его Богоматерь, и великих чудотворцев, а также святых своих сродников, также и молитвы преосвященного архиерея митрополита Макария и всего преосвященного православного собора, и всего народа христианского молитвы, и в настоящий путь государь тронулся, пошел за Оку реку на Саканский лес. А за собою государь велел идти левой руке, да сторожевому полку, да князя Владимирова Андреевича боярину и воеводе с людьми князю Юрию Андреевичу Пенинскому-Оболенскому. И в тот день государь ночевал на лесу на реке Велетме и от города без половины 30 верст; а второй стан был на Шилекше, а третий под Саканским городищем, а четвертый на Поле на Ирже, а пятый на Авше речке, а шестой на Кевсе, а седьмой на озере Икше, а восьмой на озере, не дойдя до Пьяны реки. И оттуда государь Полем пошел. И тут к государю пришел из Городка Аксеит Черевсеев со всеми городецкими князями, и мурзами, и татарами, а шел сеит на Монсыров угол; и государь велел ему идти с ертаулами вместе. И на Пьяне велел государь мосты соделать многие и перешел. А девятый стан на Дубровке озере, а десятый стан на речке Медянке, а одиннадцатый стан на речке Мяни августа в 1 день; и тут государь на воде стоял, и воду святили. Двенадцатый стан на Алаторе реке; и тут пришел к государю Еникей князь темниковский со всеми темниковскими татарами и мордвою; а на Алаторе сделаны до прихода государя три моста. Тринадцатый стан на реке Большом Саре; и тут послали к государю бояре и воеводы его князь Иван Мстиславский с товарищами, что они пришли вверх той ж реки Сары, дал Бог, здоровы, как государь и велел им придти. И велел им государь идти прямо к Суре реке и перевозиться выше себя, чтобы не было тесноты людям, а к себе им велел быть за Сурою рекою на полях. Четырнадцатый стан был на реке Суре под Баранчеевым городищем; и на реке Суре соделаны были многие мосты.
И тут государя встретили горные люди. И пришел государь на Суру реку под Баранчеевым городищем. И тут государя встретили со Свияги от воевод Никита Трофимович да Роман Пивов, а с ними горной стороны люди Янтуду мурза, да Бускей, да Кудабердей с товарищами, а сказали государю, что ходили бояре князь Петр Иванович Шуйский да Даниил Романович с товарищами на остальных горных людей, и горные люди все государю добили челом и приложились к Свияжскому городу. И государь о сем похвалу Богу воздал, который благодать свою являет, язычников устрашает; и горных людей есть звал да, удоволив их словом, пожаловал, вины им отдал и отпустил в Свияжский город, а велел на реках мосты мостить и тесные места чистить по дороге. А к воеводам государь послал Ваську Тетерина, а велел им себя встретить за два дня от Свияжского города вверх по Свияге.
О пришествии к государю воевод. И перешел государь Суру реку; и тут на полях пришли к государю справа воеводы его государевы боярин и воевода князь Иван Федорович Мстиславский с товарищами. И государь послал, велел передовому полку пред своим полком за ертаулами пойти, а правой руке велел идти направо у себя, а большему полку велел идти назади своего полка, а левой руке велел государь идти у своего царского полка на левой стороне. Пятнадцатый стан на речке Кивате; тут царь государь благочестивый дневал на боголепное Преображение Господа нашего Иисуса Христа; и в тот день государь причастился неизреченных тайн Христовых, а также князь Владимир Андреевич. И сподобился государь благодати Святого Духа, и вооружился благочестием на нечестивые, и радостною надеждою благодати Христовой шествовал путь свой. Шестнадцатый стан на Якле, 17 стан на Чивлы; и тут государя встретили многие люди, а били челом о своем отступлении; сказывают, страхом от государя отступили, что их воевали казанцы. И государь их пожаловал, проступки их простил, и есть звал, и удовлетворил едою и питием, отпустил их по их селам, сказав им готовым быть с собою, государем, на Казань; они же обещались государю служить. 18 стан на Карле, 19 стан на Буле, 20 стан на Бее.
И когда государь пошел со стану, тут его, государя, встретили со Свияги воеводы государевы. А шли воеводы на 3 полка: в полку воеводы и бояре, которые с весны на Свиягу пришли, боярин и воевода князь Александр Борисович Горбатый, да боярин и дворецкий Даниил Романович Юрьев, да воевода Борис Иванович Салтыков; да годовавшие воеводы со Свияги боярин и воевода Семен Иванович Микулинский, да боярин князь Петр Семенович Серебряный, да окольничий Феодор Григориевич Адашев, да воевода князь Федор Борисович Ромодановский, а с ним дети боярские все, которые с теми воеводами были; а в третьем полку многие горные, князи, мурзы, казаки, черемиса и чуваши. И государь бояр жаловал, звал к руке и о здравии спрашивал и за службу жалованными словами, так же и всех детей боярских; и была государеву всему воинству радость несказанная. Государь, узрев многих людей, трудящихся за благочестие, их увещевал многими жалованными словами и впредь за благочестие поборниками быть повелевал. Люди же все радовались и Бога прославляли, что даровал им такого государя благочестивого, и благоразумного, и долготерпеливого к согрешающим, храброго в бранях и твердого заступника христианству, такую нужду принимающего за благочестие и такую долготу пути шествующего, ибо Бог ему поспешествовал. И много радостных слез о царевом пришествии и у верных было. И горных людей также привечал, есть звал, и множество у государя ели в шатрах и на поле, дети боярские и горные люди. 21 стан на поле Итякове, а с Итякова государь пошел к Свияжскому городу.
И пришел государь в Свияжский город августа в 13 день в субботу, и встретили его государевы бояре, которые в городе были, князь Петр Иванович Шуйский да Семен Константинович Заболоцкий с товарищами, и дети боярские, стрельцы и все люди. Православные же христиане возрадовались радостью несказанною, видя государя пришедшим здравым со многорастоянного пути, и встречали государя в градных воротах с крестами. И пришел в церковь Рождества пречистой, и воздал благодарные молитвы, что сподобила его, царя, образ свой в новопресвященном граде и месте видеть. А также приходил к чудотворному образу чудотворца Сергия и просил помощи и избавления христианству от язычных. И пели дьяки многолетие государю, а князь Владимир Андреевич и все князи и бояре поздравили государю в богодарованной ему вотчине и в новопресвященном месте. И пошел государь на луг, и стал в шатрах на лугах под Свияжским градом. И повелел у себя быть Шигалею, и советовался государь с князем Владимиром Андреевичем, и с царем Шигалеем, и с боярами, и воеводами, как ему своим делом промышлять. А постановил государь идти к городу Казани, не мешкая, а к ним послать грамоты: похотят без крови государю бить челом, и государь их пожалует. Государь ж наш смирение показывал, ибо ведал, что Господь гордым противится, а смиренным благодать дает, и велел царю Шигалею от себя послать царю Едигеру-Магмету грамоты, поскольку от его роду есть, чтобы ему в том поверил, от государя нашего не остерегался, поехал из города к государю нашему, государь его пожалует. И царь благочестивый посылал грамоты к Кулшерифу молне и ко всей земле Казанской, чтобы государю били челом, а кто лихое дело начал, и землю возмутил, и на государя и на бояр его лихое дело возвели, за тех бы не стояли, и государь их пожалует. И отпустил государь тезика казанского августа в 15 день. Августа в 16 день велел государь перевозиться за реку против Свияжского города, а ставиться на лугах на казанской стороне, ертаулам и передовому полку, правой руке, большему полку. И августа в 18 день в четверток пришел государь в соборную церковь Рождества пречистой, и, молебны пев, припадал к образу пречистой и к чудотворному образу Сергия чудотворца со многими слезами, и молясь много времени, тайно молитвы воссылая тому единственному сведущему, и благословился от протопопа и от всего священного чину, которые тут пребывали. И поехал государь за Волгу реку, а сторожевому полку и левой руке приказал перевозиться выше себя, а царя Шигалея отпустил в судах на Гостин остров. А также с нарядом государь отпустил в судах боярина своего Михаила Яковлевича и дьяка своего Ивана Выродкова, и башни и тарасы рубленые велел привести, которые приготовлены, чтобы против Казани поставить. И тут государь дневал, и ждал, когда все полки переправятся; и посылал на Казань реку, а велел многие мосты мостить, ибо было тогда время дождливое и воды в реках велики.
Пошел государь за Казань реку того ж месяца 20 в субботу. И тут прислал царь Едигер-Махмет к царю Шигалею с грамотою полоняника, а писал гордые и скверные слова, веру православную и царя благочестивого поносил и укорял, а также и Шигалея хулил и себя на брань готовым возвещал. Царь же благочестивый, слыша поношение от нечестивых на веру христианскую, у Бога милости просил, а сам за веру страдать старался. И стал на Терень-узяке, полки же все стали по Цареву лугу и вниз по Волге. И повелел государь наряд из судов вынимать и устраивать, как ему идти к городу. В воскресенье и в понедельник государь тут стоял, и тут приехал к государю служить Камай мурза, князя Усеина сын, а с ним 7 казаков. А сказывал государю, что их было поехало человек с 200 к государю служить и, сведав, казанцы остальных переловили. А про Казань государю сказал: в городе царь Едигер-Махмет советом злым с казанцами утвердились, а государю бить челом не хотят; а единомышленники его Кулшериф молна, да и кады, да Зейнеш князь ногайский, да изменники государевы Чапкун князь, тот аталык у него, да Ислам князь, Аликей Нарыков, Кебек князь тюменский, Дербыш князь, те все землю на лихо наводят; и запасы многие в граде; «а совет их: послали на Арскую засеку твоих же государевых изменников Япанчу князя, да Чупкунова племянника Шунак мурзу, да арского князя Явуша, а велел к засеке всех людей собрать, которые не в городе, и приходить на государевых людей и за засеку бы воинских людей на Арское не пропустить». И Камая мурзу государь пожаловал с товарищами великим своим жалованием.
Призвал государь к себе брата своего князя Владимира Андреевича, и царя Шигалея, и бояр, и воевод и сказал про Камаев приезд и что Камай государю сказал. И советовался государь, как пойти к городу, и постановил: стать самому государю и князю Владимиру Андреевичу на Цареве луге близко Отучевой мечети, а царю Шигалею за Булаком под кладбищем, а идти государю в большем полку; а на Арском стать большему полку, да передовому, да князя Владимира Андреевича боярину и воеводе князю Юрию; а правой руке за Казанью рекою да казакам с ними многим; а сторожевому полку на устье Булака, а левой руке выше его. И приказал государь дворовым воеводам и во все полки послать велел, чтобы во всей рати приготовили на 10 человек по топору, да всяк человек на тын приготовил, да обступив, даст Бог, город крепко приступать будут турами и тынами. Да приказывал государь всем боярам, и воеводам, и головам, и детям боярским, и во все полки: без его царского веления и в полках без воеводского веления никто бы не ездил ругаться к городу, до тех пор, пока время не приспеет. И завещал государь сие великим словом грозным, да не станут дерзить, до тех пор пока не утвердят крепости около града.
Августа 20 пошел государь к городу Казани с Терень-узяка, урядил полки к городу, а велел идти ертаулу князю Юрию Шемякину да князь Феодору Троекурову, а с ним стрельцы и казаки пешие пред полками; также пред всеми полками головы стрелецкие, а с ними их сотские, всякий своей сотней идет, и атаманы с сотскими и казаками, разделяясь по чину; а также передовому полку и большему полку, царю Шигалею и воеводам на Арское поле вверх Булака у Кубана озера, а правой руке велел ниже города за Казань реку, а левой руке и сторожевому полку стать против города за Булаком. А сам государь пошел за большим полком, а за собою велел идти наряду, и сторожевому полку, и левой руке. И когда государь вышел на луг против города, велел государь хоругви христианские развернуть, сиречь знамена, на которых образ Господа нашего Иисуса Христа нерукотворенный написан был и на верх водружен животворящий крест, который был у прародителя его, государя нашего, достохвального князя Дмитрия на Дону, и велел начать молебны. А сам государь и князь Владимир Андреевич и все бояре и воеводы сошли с коней. И начали молебны петь пречистому образу Спасову и честному кресту на исхождение ратным.
Речь царская к князю Владимиру. Царь благочестивый, взирая на знамя, на котором был образ создателев и животворящий крест, непрестанно молитвы воссылал. По окончании же молебнов призвал государь к себе князя Владимира Андреевича, и бояр своих, и воевод, и всех воинов, которые с ним в полку, и начал говорить умильно: «Приспело, князь Владимир Андреевич и все бояре и воеводы, время нашему подвигу что за благочестие поборствовать. Постарайтесь, пожалуйста, единодушно пострадать за благочестие, и за святую церковь, и за нашу православную веру христианскую, призывая милосердого Бога на помощь, и, не сомневаясь нисколько, за единородную нашу братию православных христиан, которые напрасно, в плену будучи многие годы, зло страдают от безбожных сил казанцев. Воспомянем Христово слово: нет ничего больше, чем душу свою положить за друзей своих. Припадем чистыми сердцами к создателю нашему Христу, попросим у него избавления бедным христианам, да нас не предаст в руки врагам нашим, и не обрадуются враги наши погибели нашей. Да и нам послужите, сколько вам Бог поможет, не пощадите голов своих за благочестие, ибо не есть сие смерть, но жизнь; если ныне не умрем, всяко умрем, и от сих безбожных как впредь пребудем? Я же сам с вами на сие пришел, лучше себе здесь избрал умереть, нежели жить и видеть за грехи мои Христа хулимого и порученных мне от Бога христиан зло мучимыми от безбожных казанцев. А если уж нам милосердый Бог милость свою пошлет, видя нашу неотложную веру, поборником будучи по благодати, подаст помощь, как его воля, и я вас рад жаловать великим жалованием, своею любовью, и всех вас недостающим восполнить и всякое пожаловать, сколько милосердый Бог поможет. А кому от нас случится пострадать, и я рад жен их и детей до скончания века жаловать».
Ответ царю. Князь же Владимир Андреевич, и все бояре, и воеводы единомышленно государю отвечали со слезами и многим плачем: «Видим тебя, государя, твердым во истинном законе и за православие не щадя себя и нас на то утверждающим, должны мы все единодушно помереть от безбожных сих агарян. Дерзай, царь, не на иное же ты пришел, да сбудется на тебе, государе нашем, Христово слово: всякий просящий получает, и стучащему отворят». Слышал же благочестивый государь, что не различно отвечают, но единомышленно с ним стремятся за благочестие пострадать, и вспомнил, что единомышленных Господь вселяет в дом свой, и воззрев на создателев образ, сказал, что все слышали: «О владыко, во твое имя движемся и мы. Ты, владыко, поспособствуй нам силою крестною и укрепи нас силою честного креста и благодатию Святого Духа». На много же часов прослезились все полки, видели образ Христов и помощи просили. И пришел к отцу своему духовному Андрею протопопу, и благословил его протопоп крестом животворящим, и говорил ему: «Дерзай, слуга Божий, ибо тот победит врагов, кто есть человеколюбец, ибо человеколюбив владыко наш Христос». И крестом его ограждал, царь же крестом благословился, а на врагов ополчился. Повелел же государь всем полкам крестом ограждаться, забрался на аргамака (рослую лошадь), и радовались весьма с государем духовною радостью все его воины, избрав лучше смерть, нежели жизнь тленную, желая венчаться за Христа, и охрабрившись все благодатию Святого Духа. И урядив полки, поехал прямо к городу, и пришли ертаулы государевы к Казани выше Булака у Кабана озера, и вылезли казанцы из города и пришли навстречу государевым полкам. Государева ж заповедь такая была: без повеления да никто не дерзнет на бой. И казанцы, приехав, начали стрелять на полк, а стрельцы государя нашего из пищалей на них стреляют. И казанцы конные на пеших стрельцов приехали, и князю Юрию Ивановичу Шемякину и князю Федору велел из полку своего детям боярским пособить стрельцам. И сразились обои, русь и татары, и Бог был в помощь, православные погнали казанцев к самым воротам градским и тут татар побили, а иных поранили. И татары съехали к городу, и отослали всех детей боярских в полк. Государевы ж все сохранены Богом были, немногие ранены из них; из иных же полков ни один человек не поехал неповеленно. И все видевшие удивлялись царскому порядку и повелению. Царь же Шигалей и воеводы пришли к Булаку и стали на Арском поле, куда повелел государь.
Приход царский к Казани. Государь же приехал на прежде оговоренное место, где его царскому стану быть, во вторник 23, повелел церкви поставить полотняные, одну архистратига Михаила, вторую Екатерины Христовой мученицы, третью преподобного отца Сергия чудотворца, к нему же каждый день государь ходил; и потом повелел ставить шатры свои царские. И устроив стан, сошел государь с коня, и пришел к чудотворцу Сергию, и молебны совершив, в шатер вошел свой и приказывал воеводам, да хранят с опасением порученное им от государя; и все полки стали по царскому повелению. На следующий день в среду повелел государь сторожевому полку воеводам боярину князю Василию Семеновичу Серебряному да воеводе Семену Васильевичу Шереметьеву да левой руке воеводам князю Дмитрию Ивановичу Микулинскому да Дмитрию Михайловичу Плещееву туры ставить по Булаку вверх от Казани реки. И пришли воеводы против пятницы в ночи и туры поставили, дал Бог, без бою здорово. И стрельцы по воеводскому повелению на другой стороне Булака, к городу, закопались во рвы и не дали из города татарам вылезать. И была баня каменная, Даирова называемая, под городскою стеною, и в бане стали казаки воеводскою посылкою, и пушки к турам, которым у тех туров надлежало быть, привезли.
Ертаулов бой с казанцами. Того же месяца 25 дня в четверг повелел государь за Казань идти ертаулам с верха Казани с Саарского поля, а правой руке ниже Казани за Казань же реку, и стать против города. И вылазки делали на ертаулов из Казани города многие люди казанские, и бились стрелами обе стороны многое время, и сражали те у обоих, и пособил ертаулам, передовому полку, другой воевода князь Дмитрий Иванович Хилков с детьми боярскими, и, Бог православным способствовал, потоптали казанцев по самый город, иных из них убили, а многих уязвили, православные же Богом сохраненны были; ранен же был воевода князь Юрий Иванович.
И в среду вечера была буря великая. В тот же день была буря великая, что шатры царские по многим полкам упали, а на Волге в остроге многие суда поразбило, царские запасы и всего воинства. И о сем была скорбь в людях. Государь же посылал и велел из Свияжского города многие запасы привезти, и недостающее повелевали давать. А к Москве государь посылал и велел к себе спешить со многою казною и запасами многими, и зазимовать хотели тут.
Царь рассматривает места градские. А сам государь ездил не со многими людьми вокруг града, каждый день и ночь рассматривая, по коим местам крепости делать. И в пяток того ж месяца 26 дня повелел государь крепости делать против Царевых ворот, и Арских, и Аталыковых, и Тюменских. И повелел из большего полка другому воеводе слуге князю Ивану Михайловичу Воротынскому со своим полком сойти с коней и идти пешими к городу и туры катить, старшему воеводе боярину князю Ивану Федоровичу со своим полком быть на конях. А из своего полка государь посылал головы на конях выборные с детьми боярскими, а велел государь от того беречь: вылезут люди конные на князя Михаила, и князю Ивану делать, сколько Бог поможет. Да из своего государь полка послал детей боярских, выбрав дородных и искусных ратному обычаю, а им разделил боярских людей, и всякому сыну боярскому по сто человек, и велел им быть у князя Михаила пешим.
О поставлении туров у Казани. В тот же день в вечернюю годину по государеву наказу пошел князь Михаил к городу, по государеву наказу устроив людей: наперед велел идти к городу стрелецким головам Ивану Черемисинову, Григорию Желобову, Федору Дурасову, Дьяку Ржевскому с их всеми стрельцами, да атаманам казачьим многим с казаками, да головам с боярскими людьми, и туры велел покатить на место оговоренное, а сам с детьми боярскими пошел пешим за ними.
И когда пошли к городу, и казанцы вылезли многие люди, конные и пешие, и обои, христианские и татарские люди, бились крепко долгое время, и из пушек по граду и по воротам беспрестанно стреляли, и стрельцы из пищалей, а также и с города из пушек и из пищалей стреляли. И была сеча великая и преужасная, от бою пушечного, и от пищального грому, и от гласов и воплей и кричания от обоих войск, и от треска оружия и не было слышно друг другу говоримого, было словно гром великий и блистание от множества огня пушечного, и пищального стреляния, и дымного курения. И Бог помог православным, одолели язычников, и множество побили татар, и град сбили их, и мосты градские завалены стали мертвыми. И стали головы стрелецкие по рву града, и стреляли из пищалей и из улуков. И князь Михаил Иванович утвердил туры и землею насыпал за пятьдесят сажен от города, от реки Булака и по ворота, против всего города с приступных мест, и велел головам всех людей отвести к турам, и пред турами велел стрельцам и казакам закопаться во рвы. Из города же вылазки делали, сражаясь, до полуночи приходили к турам и сражались, за руки хватаясь. И Божиим поспешеством побивали язычников православные и во град вбивали их. А также и всю ночь бились беспрестанно, приходили к турам и бились, и за руки хватались, ни мало сна не дозволяя, и с Божиею помощию прибивали язычников. Государь же благочестивый беспрестанно велел в церквах молебны совершать и посылал ежечасно бояр своих, да утверждаются и не ослабевают, сражаясь. И Божиею помощию на том бою побили множество казанцев, убили князя Ислама Нарыкова, Бакшанду Брунцова и Сянчелея богатыря, и многих князей и мурз побили. Православные же по Божией благодати немногие пали, от выборных голов с боярскими людьми сын боярский Левонтий Борисов сын Шушерин, а многие были ранены да Божиею благодатию восставали; и о сем государь благодарение Богу воздавал и впредь делами распространял.
Наряд больший к городу прикатили. И в субботу 26 дня августа повелел государь боярину своему Михаилу Яковлевичу Морозову наряд больший прикатить к турам. И посылал государь окольничего своего Петра Васильевича Морозова, и велел у тех же туров быть, которые князь Михаил ставит. И боярин Михаил Яковлевич прикатили наряд и устроили, как ему быть по местам. И начали беспрестанно по граду бить боем стенобитным и верхними пушками огненными, побивали многих людей из наряду. А также и стрельцы пред турами в закопах, не давая на стенах людям быть, из ворот вылезать, многих побивали.
В тот же день послал государь своего окольничего Ивана Михайловича Воронцова места смотреть, где стоять большему полку. А в то время вылезал из Крымских ворот Карамыш улан, Кадайга уланов сын, те же ему ворота были доверены, желая добыть языка близ князь полка Ивана Мстиславского, когда полк же не собран был. И поспешил князь Иван Федорович прийти на них, и побили их, Карамыша улана живого поймали; самого же князя Ивана уязвили двумя стрелами, прочие же все здравы были христиане. И князь Иван Феодорович Карамыш улана послал к государю царю и великому князю, царь же велел его крепко пытать. И сказывал Карамыш, что люди в пятницу многие побиты, а царь казанский Едигер-Махмет и вся земля Казанская на смерть в городе затворились и не желают государю бить челом, Бог же ожесточил сердца их, как и фараоново, да прославится имя его святое в нас.
И в воскресенье 28 августа пришли с лесу многие люди казанцы на Арское поле, и напали внезапно на передовой полк, и поставленного голову на сторожах от лесу Третьяка Лашакова убили. Воевода же князь Дмитрий Иванович Хилков поспешил прийти на них, ибо на станы его пришли, и храбрствовали мужественно на них, крепко сражаясь с ними, а также приспел боярин князь Иван Иванович Пронский, помалу из большего полка приспел боярин князь Иван Федорович Мстиславский и боярин князя Владимира Андреевича князь Юрий Оболенский. Государя воеводы известили, и государь вскоре повелел дворовым воеводам головы послать, и сам государь хотел поспешить к своему делу. А оные бились, и потоптали воеводы татар, иные по лесу разошлись, а иных живых поймали, мурзу Шабалатова сына княжьего с товарищами; и на том бою от обоих пали и многие были ранены. Языки же государю сказывали, что приходили Япанча князь да Евуш князь из острога от Арска, и мысль их во все места приходить к полка царским, чтобы пакости сотворять. И в понедельник августа 29 повелел государь правой руке, боярину князю Петру Михайловичу Щенятеву да князю Андрею Курбскому, да ертаулам, князю Юрию Ивановичу Пронскому да князю Федору Ивановичу Троекурову, за Казанью по берегу Казани реки против города туры ставить. И выполнили воеводы по государеву наказу по вышесказанному, стрелецкого голову Ивана Ершова со стрельцами и многих атаманов наперед послали, и стали стрельцы и казаки по берегу, и закопались во рвы; из города же стреляли из пушек, и из пищалей, и из улуков. Воеводы же туры поставили мужественно, и землею укрепили, и сами под турами стали, по государеву повелению, правая рука, а ертаулы пошли на Арское поле. Татары же с лесу выехали на поле Арское конные многие и пешие и стали близко лесу, а иные в лесу. Государь же повелел своим полкам остерегаясь стоять, а с ними не биться, и заповедали ни одному человеку не ехать на напрасную смерть. Полки же, больший полк и передовой полк, старшие воеводы и князя Владимира Андреевича боярин князь Юрий Оболенский, и головы с людьми полка царского стояли весь день. И государь велел в тот день туры ставить с Арского поля против города, а послал от себя боярина князя Дмитрия Федоровича Палецкого да Алексея Адашева, да других воевод переднего полка и ертаулов, да с князем Дмитрием послал своего полка головы многие с боярскими людьми, стрелецкого голову Якова Бундова. И поставили туры из бульших туров, что князь Михаил ставил, по Казань реку против Кабацких ворот, и Елбугиных ворот, да и Сбойливых ворот, и у Елбугиных ворот было без бою: казанцы не вылезали, только была стрельба с города из пушек, и из пищалей, и из улуков, а стрельцы и боярские люди на них стреляли. А где нельзя оказалось турам быть, государь, пересмотрев место, повелел дьяку своему Ивану Выродкову промежду туров тын ставить. И оградил государь град Казанский крепостями своими, ни в город, ни из города весть не пройдет. И приказал государь своему боярину Михаилу Яковлевичу Морозову вокруг всего города наряд поставить и бить беспрестанно по городу.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.