Автор книги: Виктор Еремин
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
Падение семейства Ян
Китайская красавица Ян Гуйфэй
Легенда гласит, что в древности жили в Китае четыре великие красавицы, которые могли «затмить луну и посрамить цветы и [обладали] внешностью, способной рыбу заставить утонуть, а летящего гуся упасть». Красивейшей из четырёх, бесспорно, была Ян Юйхуань-гуйфэй. Ян – это фамильное имя «Тополь», Юйхуань – личное имя, переводится как «Нефритовое колечко», «гуйфэй» или «драгоценная наложница» – высший титул наложницы императора.
Династия Тан была основана в 618 г. военачальником Ли Юанем, и царствовала она по 907 г. Расцвет империи Тан пришёлся на правление шестого императора из этой династии Сюань-Цзуна (царствовал в 712–756 гг.). Его государство владычествовало «от песков пустыни Гоби до джунглей Вьетнама».
В империи Тан аристократия оказалась заменена чиновничеством, а потому государство очень скоро погрязло в океане мелких подлых интриг и взяточничества. Внешне всё выглядело весьма чинно, так, как нынче можно только мечтать. Именно в то время каждый китайский чиновник обязан был знать в совершенстве философское учение Конфуция и законы стихосложения! Только сдав государственный экзамен по двум этим предметам, можно было рассчитывать на получение должности. Утверждалось, что мудрость и поэзия имеют единое начало, разница между ними лишь в том, что мудрость воздействует на разум, а поэзия – на чувства. Они дополняют друг друга. Поэтому умение сочинять стихи рассматривалось как неотъемлемое достоинство чиновника.
Ну и что от этого? Империя Тан сгнила по вине чиновничьей подлости и жадности с таким же успехом, как и большинство государств мира. Разве что сгнила она быстрее, поскольку у её чиновников ум оказался более изощрённым и коварным, а совести у образованного человека обычно гораздо меньше, чем у безграмотного, поскольку образованный человек находит оправдание своей подлости и быстрее, и доказательнее.
Император Сюань-Цзун был Сыном Неба и возвышался над жёлтым морем подданных. При этом он целиком зависел от интриг чиновников его двора. Перед Сюань-Цзуном всегда был пример его предков.
Император Сюан-Цзун
Второй император династии Тан, звали его Тайцзун, взял к себе в гарем младшей наложницей тринадцатилетнюю девушку У Цзэтянь. В девицу влюбился наследник престола Гаоцзун. После кончины Тайцзуна всех его наложниц отправили в буддийский монастырь, обрили и приготовили к жизни там до конца их дней. Таков был закон. Но молодой император не пожелал расставаться с возлюбленной и на свою беду вернул её во дворец.
В течение последующих лет У Цзэтянь избавилась от всех соперниц из императорского гарема, а заодно и от императрицы – по приказу наложницы их «четвертовали и утопили в вине без суда и следствия». Вершиной могущества У Цзэтянь стало убийство дяди императора и истребление всего его клана. В 655 г. Тайцзун женился на наложнице, и со временем она родила ему четырёх сыновей и дочь. Император, будучи вопиюще безвольным человеком, полностью оказался во власти супруги и подкупленных ею чиновников. Такая ситуация продолжалась всё время правления Гаоцзуна – более двадцати лет!
Император умер в 683 г., и У Цзэтянь возвела на трон своего старшего сына Чжунцзуна, но когда заметила, что он полностью находится под каблуком у жены, прогнала обоих и сделала императором другого сына, Жуйцзуна. Тот шесть лет покорно исполнял волю матери. Китайская знать была этим возмущена и попыталась было восстать, но верные У Цзэтянь полководцы утопили восстание знати в крови.
К 690 г. Жуйцзун перестал устраивать мать, и она его свергла, а затем – неслыханное в китайской истории дело – провозгласила императором себя! Буддисты объявили У Цзэтянь воплощением бодхисатвы[6]6
Бодхисаттва – существо, которое приняло решение стать буддой для блага всего мира.
[Закрыть] чакравартина[7]7
Чакравартин – идеальный правитель, царствование которого возвращает мир из хаоса беззакония на высшую ступень порядка.
[Закрыть], единственной защитницей империи Тан.
Но вот пришла старость. Женщина-император не доверяла никому в своём окружении, потому вернула Чжунцзуна и назначила его наследником престола. После чего ударилась в дикий разврат с двумя молоденькими хорошенькими братьями-аристократами Чжан.
Вскоре ослабевшая умом У Цзэтянь окончательно потеряла бдительность. В феврале 705 г. произошёл дворцовый переворот, столицу захватили высшие сановники. Чжанов казнили, а императрицу отправили умирать в загородное поместье. Императором вновь был провозглашён Чжунцзун.
Стало ещё хуже, теперь даже времена У Цзэтянь вспоминали как счастливые. Император всю жизнь был под башмаком жены по имени Вэй, а она оказалась ещё большей злодейкой, чем её свекровь. Вся власть в стране сосредоточилась в её руках. «Коррупция при ней достигла исключительного размаха, роскошь требовала денег, и поэтому продавалось вся и всё: слуги, их дети, дворянские звания, дворцовые должности и т. п. На все ответственные посты назначались только родственники императрицы». Вскоре Вэй отравила мужа-императора, но несколько лет держала его смерть в тайне, пока не достиг пятнадцатилетия её сын от другого мужчины. Юношу провозгласили императором, а Вэй – регентшей при нём.
В 710 г. вновь произошёл государственный переворот. Власть в стране захватила дочь У Цзэтянь – принцесса Тайпинь. В один день был вырезан весь род Вэй, включая маленьких детей. На престол возвели Жуйцзуна. Но к тому времени он уже окончательно спился, поскольку не выдержал долгие годы ежедневного ожидания неминуемой смерти. Через два года правления Жуйцзун добровольно отрёкся от престола в пользу своего сына Сюань-Цзуна.
Ян Гуйфэй учит попугая повторять сутры. Роспись погребения династии Ляо. XII в.
Сюань-Цзун был человеком искушённым в дворцовых интригах. Достаточно уже того, что в детстве его неоднократно пыталась убить У Цзэтянь, но всякий раз мальчика спасала любившая его как мать тётушка-принцесса Тайпинь. Да и в уме молодому императору нельзя было отказать: одной из главных акций, осуществлённых Сюань-Цзуном в начале правления, стало введение первых в истории человечества бумажных денег. В империи Тан шло бурное экономическое развитие, процветали торговля и города. В одной столице империи городе Чанъань поживало тогда более миллиона человек. Никогда более в истории человечества, за исключением сталинской эпохи СССР, не был столь высоко поднят престиж учёных, писателей, зодчих, художников и музыкантов.
С возрастом Сюань-Цзун устал от повседневных забот. Отдыхать он предпочитал в своем гареме, где проживали более тысячи девушек. Но ни одна из них не устраивала императора.
Летом 739 г. придворный евнух Гао Лиши, сопровождавший императора по садам гарема, зазвал его в дворцовую купальню. Там Сюань-Цзун впервые увидел девятнадцатилетнюю жену принца Ли Мэя, сына императора, по имени Ян Юйхуань. Он видел невестку и раньше, но в пышных одеждах, и не обращал на девицу внимания. И не удивительно – у императора было 27 сыновей, и все женатые.
Эта встреча оказалось интригой, затеянной хитрым евнухом, который намеревался с помощью Ян укрепить своё положение при дворе. Задуманное удалось ему сполна. Император влюбился в невестку с первого взгляда и на всю жизнь. Это уже потом он узнал, что девушка была не только красавицей – она писала стихи, отлично играла на многих музыкальных инструментах, прекрасно пела…
Видимо, Гао Лиши надоумил Ян постричься в монастырь – такова была в те времена единственная возможность получить развод. Принц Мэй дал согласие. Женщина стала монахиней, правда, всего на несколько дней. Пятидесятипятилетний Сюань-Цзун срочно призвал её к себе. Целых пять лет Ян оставалась монахиней, но жила в покоях императора. Затем принц Мэй женился, и тогда красавице присвоили титул «гуйфэй». Ян-гуйфэй стала первой женщиной Китая, самой прославленной за всю историю этой страны.
Ученые оценивают роль любимой наложницы Сюань-Цзуна по-разному. Одни считают её «безвольной игрушкой в руках придворных клик»; другие – «коварной интриганкой, принёсшей государство в жертву своим амбициям». Как бы там ни было, но все провинциальные родственники гуйфэй заняли посты при дворе, а сёстры стали фрейлинами и вышли замуж за принцев.
Первым министром империи Тан назначили брата фаворитки Ян Гочжуна – взяточника, жулика и бездельника. Как результат, казна богатейшего государства быстро опустела, а сундуки семейства Ян разбухали от богатств.
Конечно, находились недовольные, они жаловались императору на всевластие семейства Ян, но Сюань-Цзун ничего не хотел слушать. Конечно, он был разумный человек и, наученный горьким опытом своих предшественников, пару раз пытался поговорить с Ян-гуйфэй, чтобы урезонила своё огромное семейство, но всякий раз обиженная фаворитка собирала вещи и уезжала прочь из дворца. Поскольку император не мог и дня без неё обходиться, женщину возвращали мольбами и новыми дарами её семейству. А были такими дарами новые доходные должности и субсидии. Жалобщиков же обычно бросали в тюрьму, где до смерти морили голодом.
К концу царствования Сюань-Цзуна семейство Ян ненавидел весь Китай, от обитателей богатейших дворцов, до бедняков в полуразвалившихся хижинах.
Условная гробница Ян Гуйфэй близ того месте, где предположительно погибли она и её родственники
В это время китайцам приходилось много воевать с кочевыми племенами на северных границах империи. Должность главнокомандующего северной армией Ян-гуйфэй выхлопотала генералу Ань Лушаню, тюрку по происхождению, который подкупил женщину богатейшими подношениями и умилительными восхвалениями.
В 755 г. Ань Лушань самовольно заключил мир с кочевниками и повернул армию на столицу. Генерал издал манифест, в котором обвинил императора в предательстве и недееспособности. Особое место в документе было отведено обличению Ян-гуйфэй и её семейства.
Победоносная армия Ань Лушаня занимала город за городом, поместье за поместьем. Император оставил оборонять столицу девятому сыну Ли Хэну, а сам бежал со всем двором на юг. Да не тут-то было! Возмутилась императорская гвардия, и 15 июля 756 г. начался бунт против семейства Ян. Первым делом убили министра Ян Гочжуна и его родичей. Затем потребовали выдачи главной виновницы трагедии империи – «колдуньи» Ян-гуйфэй.
Сюань-Цзун вызвал евнуха Гао Лиши, дал ему шёлковый шнурок и приказал задушить фаворитку. Труп несчастной вынесли к бунтовщикам и объявили, что женщина покончила с собою. На этом бунт прекратился.
Престарелый Сюань-Цзун так и не смог оправиться после гибели Ян-гуйфэй. Он отрёкся от престола в пользу сына Су-Цзуна и, будучи пленником собственного отпрыска, оставшиеся ему годы провёл в слезах и тоске по возлюбленной. Могилу красавицы разорили сразу после её смерти, да так, что и следа не смогли найти.
Мятеж Ань Лушаня подавили. За время смуты погибло несколько миллионов человек.
Прошло время, худшее забылось, и Ян-гуйфэй стараниями поэтов, писателей и художников превратилась в бессмертную фею светлой чистой любви и красоты. В Китае даже установлены фаворитке императора памятники. Возле Сиани воздвигнута гробница Ян-гуйфэй, куда ритуально приходят пары и дают клятву влюблённых в вечной верности.
Аль-Хаджжадж и его полководцы
Начало VIII в. время великих завоевательных походов арабов и широкого распространения ислама. Завоевания шли и в Африке, и в Европе (на Пиренейском полуострове), и в Средней Азии, и в Индии.
Владычествовали над арабами халифы из династии Омейядов. Сами они не могли возглавлять все походы, потому опирались на верных полководцев. Особым фанатизмом выделялся среди них могущественный Абу Мухаммад аль-Хаджжадж[8]8
Хаджжадж (араб.) – костолом.
[Закрыть], губернатор в Хиджазе[9]9
Хиджаз – почти вся западная часть современной Саудовской Аравии.
[Закрыть] и в Ираке.
Надо сказать, что арабские племена тогда делились на кейситов и кальбитов.
Кейситы[10]10
Это деление сохраняется и в наши дни. Кейситы сегодня называются аднанидами или мударитами. Особую группу бедуинов составляют противники кейситов – яманиты. Родоначальником племени кейситов был Кейса, а яманитов – Яман.
[Закрыть] – это группа племён, изначально живших в Центральной и Северной Аравии. Выходцы из кейситов считали себя благородными, высшей кастой среди арабов. Из этих племён происходила династия Омейядов, относился к кейситам и Хаджжадж. Главным своим отличием кейситы полагали жизнь по законам бедуинов – кочевников пустыни. Кейситы настаивали на том, что все завоёванные арабами неарабские народы являются их рабами.
Иначе полагали кальбиты[11]11
Кальбиты сегодня называются кахтанитами или араб аль-ариба. Этим племенам принадлежат главные места мусульманского хаджа – территории Мекки и Медины.
[Закрыть]. Эти племена были из Южной Аравии. Их вожди стремились к созданию единого мусульманского общества и принимали единоверцев из любых народов равными себе. Они считали возможным пользоваться достижениями культуры других народов, даже вступать с инородцами в брак.
Халифы Омейяды, хотя и были из кейситов, в большинстве своём предпочитали опираться на кальбитов. Им нужен был единый мусульманский халифат. При этом кальбиты и кейситы враждовали между собой, и порой дело доходило до смертоубийства.
Исламские воины
В первые годы правления династии Омейядов произошла вторая фитна (680–692 гг.) – ожесточённая междоусобная война за престол халифа. Государство фактически распалось на несколько мелких образований. Законным халифам пришлось собирать его заново. Для этого в столицу государства в Дамаск были призваны люди, особо проявившие себя в первые дни противостояния врагам. Тогда-то и появился при дворе халифа Абд аль-Малика безродный кейсит из городка Таиф что близ Мекки по имени Абу Мухаммад аль-Хаджжадж бин Юсуф аль-Такафи.
Отец его был или каменотёсом, или подрабатывал на стойках – точно не известно. Сыновей своих (а их было двое[12]12
Брата полководца звали Касим бин Юсуф.
[Закрыть]) он сумел выучить, а потому аль-Хаджжадж начинал трудиться как учитель. В двадцать лет он оказался участником фитны на стороне Омейядов и проявил себя в важнейших сражениях мужественным и хитрым бойцом. Это позволило молодому человеку явиться в Дамаск ко двору молодого халифа Абд аль-Малика и записаться в охранный отряд, выполнявший функции современной полиции. Халиф как раз собирался в поход на взбунтовавшуюся знать Ирака. Неожиданно в отряде вспыхнул мятеж, спровоцированный иракскими лазутчиками. Опытный боец, аль-Хаджжадж возглавил усмирение смутьянов. Сделал он это быстро и толково, чем очень понравился аль-Малику. Халиф без долгих раздумий поставил безродного кейсита во главе боевого отряда. Так начались карьера выдающегося полководца и его дружба с халифом.
Главной задачей аль-Хаджжаджа стало подавление внутриарабских бунтов. Молодой человек справлялся с поручениями быстро и без смущения – он никогда не считался со знатностью врагов и их близостью к сановникам аль-Малика, для устрашения бунтовщиков конфисковывал имущество у их семей, казнил равно и рабов, и знать. Не удивительно, что уже в самом начале службы у халифа аль-Хаджжадж нажил себе много врагов, особенно среди кейситов. То ли в знак презрения к своим врагам, то ли в знак своего бескорыстия и преданности Аллаху, военачальник всю жизнь носил простой чёрный плащ и простую чёрную чалму. Его даже прозвали «чёрным ангелом».
Ненависть знати не помешала аль-Хаджжаджу стать главным полководцем халифов. За великие заслуги в отвоевании Мекки в конце 692 г. халиф назначил его наместником Хиджаза, что означало поручение восстановить Мекку и Каабу, пострадавшие в междоусобной войне. Когда эта работа была с успехом выполнена, в 694 г. халиф возвёл своего любимца на самый высокий пост в государстве Омейядов – аль-Хаджжадж стал наместником Ирака. В эту область входили не только земли нынешнего Ирака, но ещё и земли Персии и Хорасана, т. е. весь Восток страны. Наместнику Ирака надлежало не только управлять порученными ему территориями, он же отвечал за дальнейшее расширение границ халифата и за исламизацию иноверцев соседних стран.
К 697 г. усилиями аль-Хаджжаджа единство халифата было полностью восстановлено, так что встал вопрос о продолжении захватнических походов.
Аль-Хаджжаджу арабы обязаны выдвижением из безродных двух выдающихся полководцев своего времени.
Первым был Кутейба ибн Муслим. Опасаясь своих личных врагов из знати, аль-Хаджжадж в 704 г. предложил халифу этого худородного тридцатишестилетнего кейсида на пост наместника важнейшей области халифата – Хорасана (Восточного Ирана) и не ошибся. В дальнейшем Кутейба организовал и возглавил великий десятилетний поход (704–714 гг.) в Среднюю Азию, благодаря которому население огромной территории Мавераннахра было навечно исламизировано и стало истинным оплотом мирового мусульманства. Мавераннахром[13]13
В Мавераннахр входили: большая часть Узбекистана, Западный Таджикистан, Западный Кыргызстан, Восточный Туркменистан, Южный Казахстан.
[Закрыть] (Заречьем) назывались земли за правым берегом Амударьи, там процветали такие прославленные центры Восточного мира, как Самарканд, Бухара, Хива, Ферганская долина и др.
А вот второго полководца можно без преувеличения назвать чудом. Младший брат аль-Хаджжаджа Касим бин Юсуф никогда не уезжал из родных мест. В Таифе он женился, в Таифе в 693 г. у него родился сына. Мальчика назвали Мухаммад ибн Касим. Отец умер рано, года два воспитанием сына занималась мать. Но затем Мухаммада забрал к себе дядя аль-Хаджжадж, который и обучил племянника нехитрой военной науке. Можно сказать, что полководец собственными руками взрастил великого полководца.
В 705 г. умер халиф аль-Малик. Он ещё при жизни определил порядок престолонаследия. Его сыновья – старший аль-Валид и младший Сулейман – были объявлены соправителями. Поначалу престол переходил к аль-Валиду, после смерти которого халифом должен был стать Сулейман, а не старший сын аль-Валида. Могущественным защитником прав аль-Валида выступил наместник Ирака аль-Хаджжадж.
Аль-Валид I спокойно принял власть и царствовал десять лет. Положение во власти осложнялось лишь тем, что халиф аль-Валид, как и отец, продолжил опираться прежде всего на племена кейситов, а наследник Сулейман всё более и более тяготел к вождям племён кальбитов. Но первую скрипку при дворе всё равно играл фанатичный жестокий кейсит аль-Хаджжадж.
Воспользовавшись доверием и уважением со стороны халифа, аль-Хаджжадж стал назначать на ключевые должности в халифате верных ему людей. Дело дошло до того, что в 708 г. наместником Персии был направлен его пятнадцатилетний племянник Мухаммад ибн Касим. Предполагалось, что управлять мальчик будет с помощью письменных указаний дяди. Но случилось так, что едва Мухаммад прибыл в свою резиденцию в Ширазе, как взбунтовались местные курдские племена. Возглавив небольшой ширазский гарнизон, молодой человек действовал столь решительно и умело, что со смутой было покончено в считанные дни. Это событие сняло все вопросы о возрасте и открыло Мухаммаду прямой путь к высшим военным должностям.
В 710 г. правитель Цейлона[14]14
Цейлон – ныне Шри-Ланка.
[Закрыть] отправил аль-Хаджжаджу корабль, на котором находились несколько мусульманских девушек, потерявших своих отцов, занимавшихся на острове торговлей. Корабль вёз также богатые подарки для халифа и наместника. У берегов Индии на путников напали пираты из Дебала, порта на берегу индийского Синда. Сокровища они похитили, команду и пассажиров увели в рабство. Одной девушке удалось сбежать из плена и передать на родину письмо с мольбой о спасении. Письмо это передали наместнику Ирака.
Синдские пираты издавна считались главной угрозой арабскому мореходству в Аравийском море. Прочитав мольбу девушки о спасении, аль-Хаджжадж решил, что пришло время кончать с индусскими разбойниками. Для начала он обратился с посланием к правителю Синда радже Дахиру, где потребовал вернуть арабских пленников, возместить нанесённый ущерб и покарать злодеев. Раджа ответил, что пираты ему не подвластны и за их грабежи он ответственности не несёт.
Тогда аль-Хаджжадж отправил в Синд небольшой карательный отряд, потом ещё один. Оба раза экспедиции окончились разгромом арабских войск. Это уже был отличный повод начать большую войну.
В 711 г. в поход на Индию отправилась шеститысячная арабская армия во главе с восемнадцатилетним полководцем Мухаммадом ибн Касимом. Накануне состоялась его свадьба с дочерью аль-Хаджжаджа, так что в поход молодой человек отправился в ранге зятя наместника Ирака.
Первым делом арабы осадили Дебал. С собою они привезли катапульту, подучившую название «Невеста». Обслуживали её пятьсот человек, а глыбы, которые она метала, более походили на огромные куски скал. От одного выстрела катапульты рухнула башня храма Будды, на котором развевалось знамя гарнизона. Это событие столь подорвало моральный дух защитников города, что той же ночью раджа Дахир бежал прочь, а бойцы сдались на милость победителя. Мухаммад ибн Касим не пожелал праздновать лёгкую победу: оставив небольшой отряд разбираться с пиратами, он спешно пустился в погоню за раджой.
Вскоре арабы вышли к городу Нирун[15]15
Нирун – современный Хайдарабад в Пакистане.
[Закрыть], переправились через Инд, и в июне 712 г. близ Равара состоялось генеральное сражение пятитысячного арабского войска с пятидесятитысячным воинством индусов. Раджа Дахир командовал сражением верхом на боевом слоне. Удача сопутствовала ему, пока арабские лучники не поразили слона стрелой с подожжённым хлопком. Перепуганное огнём животное бросилось в реку и чуть не погубило раджу. Дахир спасся, но только для того, чтобы рухнуть поражённым стрелой в самое сердце. Потеряв полководца, индусы бежали с поля боя.
Получив сообщение о гибели супруга, старшая жена Дахира созвала своих служанок, и женщины по индийскому обычаю покончили с собою самосожжением. Зато вторая жена раджи по имени Рани Лади и две его дочери предпочли жизнь и сдались в плен Мухаммаду ибн Касиму. Полководец тогда же женился на Рани Лади, а дочерей раджи отправил как трофей халифу аль-Валиду.
* * *
Пока армия Мухаммада ибн Касима сражалась в Северной Индии, а войско Кутейба ибн Муслима покоряло Среднюю Азию, в Дамаске назревали грозные события. Примерно с 712 г. у сорокапятилетнего халифа Аль-Валида стали периодически повторяться глубокие обмороки. Он неожиданно падал без чувств – где угодно и когда угодно. Определить причину болезни врачам не удалось. А вот задуматься о том, кому передать власть, халифу пришло время.
Впрочем, более всех озаботился этим наместник Ирака аль-Хаджжадж. Ведь Сулейман и кальбиты представляли для него прямую угрозу. По совету ли наместника или по собственной воле, но аль-Валид задумал отменить решение отца и назначить своим наследником собственного старшего сына. Открыто противиться халифу никто не смел, поскольку из-за его спины выглядывали могущественный аль-Хаджжадж и его полководцы с лучшими армиями мира. Не известно, как бы развернулись дальнейшие события, но 9 июня 714 г. неожиданно умер наместник Абу Мухаммад аль-Хаджжадж бин Юсуф аль-Такафи. Почему так случилось, не известно, но исследователи версию отравления в данном случае единогласно отрицают.
Неожиданная смерть его главного защитника парализовала волю халифа. Он смирился со своей неудачей и в феврале 715 г. умер, оставив престол младшему брату. Потомки аль-Валида более никогда не претендовали на власть в халифате.
* * *
Мухаммад ибн Касим продолжал покорять Индию. Если какие-то города оказывали сопротивление, арабы истребляли всё взрослое население, а детей продавали в рабство. С теми, кто сдавался на милость победителя, обращались благородно. Говорят, что таким методом кнута и пряника Мухаммад мог бы покорить всю Индию, поскольку население радже искренне ненавидело. Но судьба предначертала молодому завоевателю иной путь.
Вместе с известием о кончине халифа Абд аль-Малика полководец получил отставку. Новый халиф Сулейман ибн Абдул-Малик обвинил Мухаммада в излишней жестокости и в предательстве. Якобы доставленные в Дамаск дочери синдского раджи рассказали, будто молодой человек зверски изнасиловал их, а потом в насмешку отправил порченных красавиц в дар халифу. Терпеть подобное оскорбление Сулейман не собирался.
Мухаммада ибн Касима арестовали, заковали в цепи и вывезли в иракский город Васит. Там его до смерти запытали в тюремной башне, добиваясь признания в похищении сокровищ синдского раджи.
Но есть и другой рассказ. Будто в наказание за оскорбление халифа завоевателя Индии раздели догола, вымазали нефтью и, зашив в свежую бычью шкуру, оправили по жаре в Дамаск. В дороге шкура высыхала, превращаясь в стальной уменьшающийся футляр. Умирал Мухаммад долго и мучительно. Когда Сулейману сообщили о гибели полководца, тот разыграл сцену раскаяния, обвинил дочерей раджи в клевете на великого юношу и повелел замуровать их живьём в крепостной стене.
Большая мечеть Омейядов в Дамаске
Халиф Сулейман ибн Абдул-Малик смещал по одному ставленников аль-Хаджжаджа и расправлялся с ними. Недосягаемым для него оставался лишь великий полководец Кутейба ибн Муслим. На радость Сулейману полководец переоценил свою популярность в народе. Кутейба решил не дожидаться, когда за ним придут, и в 715 г. попытался поднять восстание. Однако мало кто согласился последовать за бунтовщиком – верная армия предпочла в этой сваре нейтралитет. С полководцем остались только пять его братьев и четверо сыновей, да ещё небольшая кучка арабских воинов-соплеменников. Значительно превосходившие их численно враги, которые состояли преимущественно из кальбитов, сперва расстреляли восставших из луков, а когда оставшиеся в живых скрылись в палатке, обрушили её и копьями добили шевелившихся под пологом. Кутейбе отрезали голову и отправили её в дар повелителю.
Так верные слуги халифа Сулеймана расправились с теми, кто силой оружия распространили ислам на огромные просторы Азии. Этим убийством закончились великие завоевательные походы арабов и арабский этап исламизации Азиатского континента. Полководцам аль-Хаджжаджа не повезло: Халиф Сулейман ибн Абдул-Малик правил всего неполных два года и умер так, будто Аллах покарал его за предательство веры.
