Текст книги "Зарубежный филиал, или Искусство жить в Израиле. Часть 3"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zarubezhnyy-filial-ili-iskusstvo-zhit-v-izraile-chast-3-243833.jpg)
Автор книги: Яков Канявский
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Почти сразу же имена всех причастных к убийству были установлены, и Израиль потребовал от ПА их выдачи. Однако Ясир Арафат отказался и предоставил им убежище в своей резиденции Муката. В Палестинской автономии они были объявлены героями. Шарон утверждал, что убийцы будут либо доставлены в Израиль для суда, либо заочно приговорены к смерти и ликвидированы.
Однако под давлением международной общественности Шарон принял план навязанной ему американцами сделки: убийцы будут судиться палестинскими властями по законам ПА, а следить за выполнением приговора будут представители США и Великобритании. В результате пять человек, причастных к убийству Зеэви, были приговорены к пожизненному заключению с отбыванием срока в Иерихонской тюрьме. Американские и английские тюремщики должны были наблюдать за условиями их содержания.
На самом деле заключённые пользовались полной свободой передвижения. Они могли на целый день уходить в город и только на ночь возвращаться в свои комфортно обставленные камеры. Без всяких ограничений им предоставлялись свидания с жёнами и друзьями. Со временем американские и английские тюремщики почувствовали угрозу своей безопасности и стали собираться покинуть тюрьму.
В Израиле понимали, что, как только иностранные надзиратели покинут тюрьму, убийцы будут освобождены и переправлены в одну из арабских стран. Но, с другой стороны, когда американцы и англичане нарушат обязательства, у Израиля окажутся развязанными руки.
С помощью специальных электронных средств слежения за Иерихонской тюрьмой было установлено круглосуточное наблюдение. В 9:45 в мартовский вторник аппаратура слежения засекла, как из ворот тюрьмы на огромной скорости выехали два джипа с англичанами и американцами. Счёт пошёл на секунды. Из трёх имеющихся ворот во двор тюрьмы стали въезжать бронированные джипы и БМП ЦАХАЛ. Все подходы к тюрьме были заблокированы израильскими танками. Вокруг первого круга блокады был создан второй: израильская бронетехника заняла все подступы к Иерихону, и ни один человек не мог незамеченным ни войти, ни выйти из города.
В тюремном дворе из громкоговорителя, установленного на одном из джипов, раздался призыв к убийцам Зеэва выйти из камер и сдаться израильской армии. Однако террористы вместе с 30 заключёнными, членами НФОП и «Исламского джихада», забаррикадировались в одном из зданий тюрьмы и немедленно связались с представителями палестинской и зарубежной прессы.
Одновременно была установлена связь с лидером политического крыла ХАМАС Халедом Машалем. Тот выступил по радио с обращением ко всем жителям Иерихона выйти на улицы и оказать вооружённое сопротивление израильским оккупантам. Иерихонцы вышли на улицы, но, увидев там танки, БМП и решительные лица израильских солдат, поспешили разойтись по домам.
О том, что происходит внутри тюрьмы, постоянно докладывалось начальнику Центрального округа генералу Наве и министру обороны Шаулю Мофазу. Для усиления давления на заключённых танки начали стрелять холостыми снарядами поверх стен тюрьмы, над крышами появились боевые вертолёты. Один из армейских бульдозеров легко проломил тюремную стену.
И тогда из дверей тюрьмы показались люди. Но это были женщины и дети, пришедшие на свидание со своими близкими. Солдаты ЦАХАЛ дали им возможность покинуть здание тюрьмы и успокоили, что им ничего не угрожает. Затем вышли десятки заключённых и палестинских полицейских, охранявших учреждение. Но те, из-за кого была затеяна эта операция, сидели за стенами тюрьмы и вели непрерывные беседы по сотовым телефонам с журналистами и палестинскими политиками.
Наконец в 17:30 три бульдозера ЦАХАЛ начали расшатывать стены тюремного здания, в котором находились террористы. Часть этого здания обвалилась. Когда убийцы Зеэва поняли, что могут быть погребены заживо под обломками, они вместе с присоединившимися к ним узниками стали выходить наружу, жмурясь от направленных на них прожекторов. В 18:59 командованию было доложено об окончании операции.
На этот раз никаких претензий к Израилю не было. Все комментаторы отмечали, что израильская армия действовала в Иерихоне чрезвычайно грамотно, с соблюдением всех правил международных конвенций, не допуская жертв среди мирного населения. Повторного суда над убийцами решили не проводить, так как приговор им уже был вынесен. Теперь израильтянам нужно сделать всё, чтобы убийцы действительно не вышли из израильской тюрьмы до конца своих дней.
Палестинские террористические организации заявили, что отомстят Израилю, и клялись «залить Израиль кровью». Они пригрозили даже обстрелять Тель-Авив ракетами типа «Град». Иорданским разведслужбам иногда удавалось арестовывать контрабандистов, поставлявших из Сирии вооружение и боеприпасы подразделениям ХАМАС, базирующимся на территории Иордании. Солдаты израильской армии и спецподразделений почти ежедневно предотвращали готовящиеся теракты.
Но удавалось это не всегда. За несколько часов до открытия первого заседания кнессета 17-го созыва у дверей модного ресторанчика «Рош Хаир» прогремел взрыв. По рассказам свидетелей, молодой араб вышел из голубой «мицубиши» и несколько раз прошёлся по улице. Наконец он выбрал заведение «Рош Хаир», где толпилось немало народа. Охранник ресторанчика заподозрил неладное и до того, как тот подошёл вплотную, потребовал от юноши снять куртку. Тот сделал движение рукой, и грянул взрыв. Во взрывчатку были заложены осколки стекла, шурупы, куски арматуры. И это разлетелось вокруг, поражая людей. Часть погибли сразу, другим требовалась квалифицированная врачебная помощь. Среди погибших были и охранник «Рош Хаира» Биньямин Хафута, остановивший террориста, и Филипп Белхасан, прикрывший своим телом сына и дочь.
В больницах «Ихилов», «Вольфсон» и «Тель ха-Шарон» толпился народ, ища среди пострадавших своих близких. Три араба из голубой «мицубиши», доставившие террориста, были арестованы. Ответственность за этот теракт взяла на себя организация «Исламский джихад», однако было понятно, что планирование осуществлялось из Дамаска. А из Газы продолжали лететь «Кассамы» на территорию Израиля. ЦАХАЛ отвечает артиллерийским огнём. Но израильские правозащитные организации подали коллективный иск в БАГАЦ с требованием запретить израильской армии наносить удары по террористам, обстреливающим израильские территории, если существует опасность, что будут жертвы среди мирного населения.
– Какой-то дурдом. Почему тогда они и палестинцам не предъявляют те же требования? Ведь палестинцы стреляют именно по мирным объектам. Как же тогда вообще бороться с террором?
– В том-то и дело, что наши левые придерживаются двойных стандартов и к палестинцам относятся лучше, чем к своим. Вот тебе, для наглядности, такое газетное сообщение: «Ракета “Кассам”, запущенная боевиками из сектора Газа утром в минувшее воскресенье, пробив крышу школы в Сдероте, попала в учебный класс. Так как в это время в школе шла молитва и все классы были пусты, никто из детей не пострадал, но самому зданию школы причинён серьёзный ущерб. Незадолго до этого из сектора Газа по территории Израиля было выпущено три ракеты. Одна из них упала рядом с перекрёстком Габим. Две женщины, находившиеся недалеко от места падения снаряда, были госпитализированы в шоковом состоянии. Две другие ракеты разорвались на открытой местности в окрестностях посёлков Мифласим и Нир-Ам». И никакие правозащитники по поводу этого инцидента не возмущаются.
А обстрелы такие производятся ежедневно. Причём стреляют не только из Газы. Бывает, что на севере стреляют с территории Ливана и даже с позиций международных миротворческих сил. Так чем тебе не война? Но где ты видел, чтобы во время войны противника жалели больше, чем себя, в какой стране? Такое можно увидеть только у нас. Где ты увидишь, чтобы подразделения противника размещались на твоей территории? А у нас – пожалуйста!
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что теперь в самом центре Иерусалима в двухэтажном здании разместились руководители «Танзима», военизированного подразделения ФАТХ, которым до своего ареста командовал Маруан Баргути. Здание это принадлежит греческой ортодоксальной церкви. Она сдала дом в аренду видному деятелю «Танзима» Имаду Уваду, а тот намерен разместить там администрацию своей банды. И даже когда суд постановил, что «Танзим» должен покинуть это здание, армия и полиция не торопятся выполнять решение суда.
Ты представляешь, каких бед может натворить такая террористическая организация, находящаяся прямо в столице? Тут и так не знаешь, от кого можно чего ожидать. К примеру, женщина 57 лет Фатма Омар аль-Наджар, мать девяти детей и бабушка тридцати внуков, привела в действие закреплённое на теле взрывное устройство рядом с армейским подразделением. И вся родня гордится её поступком. Что уж тогда говорить о молодёжи!
Даже многие арабские девчонки мечтают стать шахидками. Таким забивают головы с малых лет. Нелегко приходится тем государственным служащим, которым по работе приходится посещать Восточный Иерусалим. Арабские подростки могут их там забросать камнями. Муниципальным инспекторам предложено записаться на курсы самообороны. Водителям опасно стало подвозить кого-либо по дороге, потому что подсевший путник может оказаться террористом. Людей, просто стоящих на остановке, могут обстрелять из проезжающей машины. Тут все эти правозащитники молчат. Но стоит армии совершить какую-нибудь ошибку, как они вместе со СМИ поднимают крик.
– А что, такие ошибки бывают?
– К сожалению, да. На памяти – история похищения солдата Нахшона Ваксмана. 10 октября 1994 года его похитил террорист Мохаммед Дейф, за которым длительное время охотился «Шабак». Со своими сообщниками он увёз похищенного на территорию ПА, там пленника спрятали и предъявили Израилю ультиматум через Красный Крест. В ультиматуме говорилось, что в обмен на Нахшона Ваксмана Израиль должен освободить из израильской тюрьмы духовного лидера ХАМАС шейха Ахмеда Ясина. Если это условие не будет выполнено до 20:00 14 октября, то Ваксман будет казнён.
В «Шабак» никто не сомневался, что Дейф выполнит своё обещание. В то же время Ицхак Рабин дал ясно понять, что об освобождении Ясина не может быть и речи. Поскольку похищение осуществлял ХАМАС, то даже Ясиру Арафату и руководителю его службы безопасности Мохаммеду Дахлану не было известно точное местонахождение Вакс-мана. В «Шабак» понимали, что похитителям нужна была машина и что на собственной никто «светиться» не будет. Значит, машину надо было украсть или взять в аренду. Начали проверять, кто и для чего в последние недели арендовал машины.
В успех этого поиска мало кто верил, однако вскоре обнаружили, что услугами одной из фирм по аренде в Восточном Иерусалиме пользовался активист ХАМАС торговец Джихад Ярмур. Через некоторое время «Шабак» удалось получить информацию о том, с кем Ярмур общался в последние дни, а также в ночь с четверга на пятницу. За четырнадцать часов до истечения срока ультиматума в Генштабе началось очередное совещание по проблеме Нахшона Ваксмана.
Ситуация складывалась дерьмовая. Ицхак Рабин курил одну сигарету за другой. Вдруг в комнату заглянул секретарь начальника Генштаба Эхуда Барака и сообщил, что начальника «Шабак» Карми Гилона срочно просят к телефону. Через минуту Гилон вернулся и сообщил, что Ваксмана прячут в одном из домов в деревне Бир-Набалла. Надо было ехать в эту деревню и готовить операцию по спасению парня.
Рассмотрев в бинокль этот объект, израильтяне поняли всю сложность задачи. Дом стоял на холме, на отшибе, и из его окон отлично просматривалась вся местность. Толстые стены из камня превращали его в настоящую крепость, войти в него можно было, только взорвав дверь. Обычно для такого штурма на полигоне строили макет и на нём отрабатывали все действия подразделения. На это требовалось не менее суток. В данном случае такого запаса времени не было.
На совещании в Генштабе был принят план разведки Генштаба, и ей поручили проведение операции. Непосредственно руководил операцией Шауль Мофаз. В 18:00 наблюдавшим за домом повезло: к нему подъехала машина, привёзшая ужин террористам. На обратном пути машину задержали.
Допросив водителя, уточнили план дома и комнату, в которой держали Ваксмана. Узнали также и то, что израильский солдат жив и здоров. Срок ультиматума террористов подходил к концу.
Надо было проводить операцию, но начиналась суббота. Во всех синагогах Израиля в те часы шли специальные молитвы за спасение нашего солдата. Несмотря на субботу, Ицхак Рабин подписал приказ о начале операции. Она началась за несколько минут до истечения срока ультиматума. Однако массивная дверь дома выдержала первый взрыв. Через несколько секунд дверь всё-таки была взорвана. Но этих секунд террористам хватило, чтобы заколоть ножом своего пленника и встретить автоматным огнём ворвавшихся израильских солдат. Все террористы были убиты, но и израильтяне потеряли Нахшона Ваксмана и капитана Нира Пораза, командовавшего этим штурмом. В воскресенье утром все израильские газеты вышли с кричащими заголовками, обвинявшими ЦАХАЛ в провале операции. Некоторые считали, что причина провала в том, что проводили штурм в субботу.
– Но ведь истекал срок ультиматума!
– Да, но террористы тоже были людьми верующими. Может быть, нужно было вступить с ними в переговоры и привести убедительный довод, что Тора запрещает нам решать такие вопросы в субботу. А пока бы шли переговоры, можно было бы и макет построить, и учения провести.
– А об удачных операциях СМИ так же много пишут?
– Ну что ты! Всего несколько строчек хроники. Ты их читаешь в каждой газете. Но за этими скупыми строчками стоит часто огромный труд многих людей. В своё время, например, много сил и времени потратил «Шабак» на поимку Ихье Айяша по кличке Инженер. Он родился в деревне недалеко от Калькилии, окончил университет и мог вести спокойную и безбедную жизнь. Обладая хорошей харизмой и ораторским мастерством, он мог стать легальным палестинским политиком в свите Арафата.
Но выбрал подпольную террористическую деятельность. Он был большим мастером по изготовлению «поясов шахидов». В поле зрения «Шабак» попал в 1991 году. Через год это был уже известный террорист, чью фотографию раздавали солдатам ЦАХАЛ. Все террористы-смертники вербовались людьми Айяша, один теракт следовал за другим, а поймать Айяша не удавалось.
С осени 1994 года, когда количество терактов возросло, премьер-министр Ицхак Рабин каждое совещание по вопросам безопасности начинал с вопроса о том, что делается для ареста или ликвидации Айяша. В «Шабак» для этого была создана специальная группа. Ей было уже известно об Айяше всё: где учился, когда и где познакомился с будущей женой и даже сколько гостей было у него на свадьбе. Он не мог уже появиться в своём доме и в доме матери. День он проводил на конспиративных квартирах, а ночевал в какой-нибудь роще или заброшенном подвале.
На всей территории Иудеи и Самарии население оказывало Айяшу активную помощь, что затрудняло его арест. Айяш, как и Дейф, никому не доверял и сводил к минимуму число людей, знавших о его местонахождении. Как и Дейф, он обладал развитой интуицией, позволявшей ему избегать расставленных ловушек. Он стал живой легендой для палестинцев.
В 1995 году Айяш сумел перебраться в Газу, которая после Норвежских соглашений находилась под полным контролем Арафата. И хотя Норвежские соглашения включали в себя пункт о том, что созданная Палестинская автономия обязана выдавать Израилю особо опасных преступников, никто на практике этого не делал, потому что, если бы Арафат действительно начал выдавать «героев палестинского народа», он не прожил бы и трёх дней.
В Газе Айяш чувствовал себя свободно и продолжал посылать в Израиль одного террориста-смертника за другим. К осени 1995 года число жертв терактов, организованных Айяшем, достигло 54 человек убитыми и 530 ранеными. Как-то осенью того же года руководителю «Шабак» Карми Ги-лону сообщили, что жена Айяша собирается вместе с сыном перебраться в деревню Бейт-Лахия, расположенную в Газе.
И тут Гилона осенило. Он дал команду не чинить семье Айяша никаких препятствий и установить за ней круглосуточное наблюдение, задействовав всю агентурную сеть и авиацию. В это время для «Шабак» настали чёрные дни. 5 ноября 1995 года был убит Ицхак Рабин, за безопасность которого отвечала служба. Её сотрудники были подавлены случившимся, в коридорах офиса стояла мёртвая тишина.
Спустя ровно два месяца после этой трагедии Ихье Айяш завтракал в доме своего близкого родственника, где провёл ночь со своей женой. Он захотел позвонить и попросил родственника принести сотовый телефон. В это время раздался звонок. «Это Ихье Айяш?» – спросил кто-то. Тот не успел ответить, как раздался взрыв. Заряд в телефоне был рассчитан так, что снёс Айяшу череп, больше никто не пострадал. Когда жена Айяша, схватив на руки сына, выбежала на улицу, то увидела барражировавший в небе израильский самолёт.
В 9:00 утром Гилон прибыл в министерство обороны, где находился на совещании и. о. премьер-министра Шимон Перес. Гилон вызвал с совещания военного секретаря и сообщил ему о взрыве в деревне Бейт-Лахин. Перес прервал совещание и вызвал к себе Гилона для выяснения подробностей. Результаты взрыва тогда не были известны. После мучительных ожиданий к полудню было получено подтверждение, что Айяш мёртв. Спустя сутки Карми Гилон подал в отставку, так как считал, что после убийства Ицхака Рабина не имеет права занимать этот пост, но должен был довести до конца охоту на Айяша. Теперь в школах автономии изучают биографию Айяша как национального героя.
– Послушай, но ведь в апреле того же года подобным образом российские спецслужбы ликвидировали чеченского лидера Джохара Дудаева…
– Да, именно в этот период между Израилем и Россией начался активный обмен опытом борьбы с террором. И в то же время Россия постоянно поддерживает палестинцев. И чему тут удивляться, если наши левые тоже их поддерживают. В СМИ террористов уже даже не называют врагами, а придумывают для этого более обтекаемые названия. А израильтян затюкали так, что те даже боятся применять средства самообороны.
Как-то на отдыхающих в Галилее израильтян напали арабы деревни Умм-эль-Фахма. Многие были на лошадях. В руках у них были железные прутья и флаги Палестины. Они устроили отдыхающим настоящий погром. У некоторых туристов было оружие, но они побоялись его применять, зная, как у нас на это смотрят суды и полиция. А та приехала тогда, когда многие израильтяне уже были избиты, а их дети – смертельно напуганы.
Непонятно, зачем тогда вообще выдаётся оружие, если применять его нельзя. И при этом, согласно опросам, около 74 % израильских арабов считают, что Израиль по отношению к ним проявляет насилие. Как будто это израильтяне изготавливают пояса шахидов и засылают террористов-смертников на территорию Палестинской автономии.
Кстати, в последнее время ХАМАС для совершения терактов использует женщин. С одной стороны, их считают достаточно подготовленными для совершения теракта. А когда они попадают в тюрьму, то становятся нежными и кроткими созданиями, заслуживающими досрочного освобождения. Некоторых молодых женщин приходится вербовать, другие сами связываются с представителями террористических организаций и выражают готовность стать шахидками. После тюрьмы многие арабские женщины перестают заниматься политикой. Но некоторые признаются, что своих детей отговаривать от террористической деятельности не станут.
– Со мной был случай, когда я мог стать жертвой такого нежного создания. Как-то я был по делам в Тель-Авиве с приятелем. Перед обратной дорогой зашли перекусить в одно из кафе на Центральном автовокзале. На другой день читаю в газете о предотвращении теракта. Молодая палестинка была доставлена сообщниками в Тель-Авив и должна была с сумкой, начинённой взрывчаткой, зайти в здание Центрального автовокзала и произвести взрыв. Но когда до входа в здание оставалось несколько метров, она увидела охранников, и у неё сдали нервы. Она бросила сумку и побежала. Но охранники сумели её поймать. Это произошло в то самое время, когда мы находились в этом здании. После прочтения этой информации, сам понимаешь, ощущение было не из приятных. Но скажи, пожалуйста, Израиль предпринимает какие-нибудь ответные действия?
– Предпринимает, когда руки какого-либо террориста залиты израильской кровью, а арестовать его не удаётся. Тогда может быть принято решение о его ликвидации. Например, в своё время много вреда причинил Израилю второе лицо в ООП Абу Джихад. Он был организатором многих терактов на территории страны. Последний из его терактов был осуществлён 7 марта 1988 года. Ночью три боевика ФАТХ пересекли израильскую границу и устроили засаду на дороге, ведущей в Беэр-Шеву.
Неожиданно для них самих им удалось захватить рейсовый автобус, перевозивший сотрудников ядерного центра в Димоне, самого секретного и наиболее охраняемого объекта в Израиле. Подходы и дорога к Димоне были тут же перекрыты. Автобус остановили и начали вести переговоры с террористами, до подхода элитного спецподразделения ЯМАМ. Террористы были уничтожены, но успели расстрелять трёх сотрудников ядерного центра.
Когда стало известно, что теракт был организован Абу Джихадом, Ицхак Шамир сказал на совещании: «Прикончите его. Это единственный язык, который они понимают». Операция осложнялась тем, что штаб ООП в то время находился в Тунисе, куда был вынужденно перенесён из Ливана с августа 1982 года. Чтобы контролировать ситуацию, «Моссад» сконцентрировал свою разведывательную деятельность в этом районе. В столице Туниса были открыты отделения различных европейских компаний, являвшихся офисами «Моссада».
Это была разветвлённая, глубоко законспирированная разведывательная сеть, включавшая в себя финансово-промышленную базу, законспирированные склады с оружием и спецтехникой, съёмные дома и квартиры. Было установлено, что Абу Джихад проживает вместе со своей семьёй в двадцати километрах севернее столицы. Его двухэтажная вилла, находящаяся в одном из престижных районов, обнесена высоким забором. На вилле жили, кроме Абу Джихада, его жена, дочь, маленький сын и три телохранителя.
Группе спецназа было приказано провести ликвидацию Абу Джихада так, чтобы никто из членов семьи не пострадал. Был выяснен точный план дома, построена его точная модель и отработаны детали операции. Остальное уже было делом техники…
Более простой была операция по ликвидации лидера «Палестинского исламского джихада» шейха Фатхи Шкаки. С самого создания организации члены её отличались непримиримостью и крайней жестокостью. Организация не стремилась стать массовым движением, а действовала небольшими группами, осуществляющими «священный джихад».
Она состояла на полном обеспечении Ирана, имела контакты с «Хизбаллой» и «Аль-Каидой». Шейх Фатхи Шкаки осуществлял руководство террористическими актами из Дамаска. Однако иногда ему приходилось по фальшивым паспортам выезжать в другие арабские страны для деловых контактов. В конце октября 1995 года он возвращался из Ливии после встречи с Муаммаром аль-Каддафи. В Мальте он сошёл на берег и остановился в гостинице «Дипломат» под именем ливийского бизнесмена Ибрагима аль-Шаувиша.
Он планировал задержаться на острове не более суток и затем отправиться через Рим в Сирию. В то же утро около 11 часов к гостинице подъехал мотоцикл с двумя молодыми седоками. Они оставили транспорт в стороне и стали скромно ожидать кого-то у входа в вестибюль. Они видели, когда туда прибыл ливийский бизнесмен…
Около часа дня шейх вышел из гостиницы за покупками. В то же время один из парней прошёл к мотоциклу. Второй парень приблизился к шейху, окликнул его по имени и, выхватив пистолет с глушителем, пять раз выстрелил ему в голову. Тут же мотоциклисты скрылись на своём железном коне в неизвестном направлении. В течение часа их уже не было на острове.
После смерти шейха Фатхи Шкаки активность организации снизилась. Тому было две причины. Преемник Фатхи Шкаки не обладал теми же организаторскими способностями, что покойный шейх. Имеет значение и тот факт, что основные денежные вливания в организацию шли из иранских источников. Деньги эти в сумме около 400 тысяч долларов в месяц поступали на личные счета шейха Фатхи Шкаки в европейских банках. После смерти шейха никто не смог воспользоваться этими деньгами, так как не сохранилось информации об этих счетах.
– Но ведь это процесс бесконечный. Одних террористов и их лидеров убивают, а им на смену приходят другие. В своё время теракты организовывал лидер ХАМАС шейх Ясин. Его арестовывали, держали в тюрьме, потом выпустили, но террор не прекращался. Наконец было принято решение о его ликвидации. Весь мир облетели телевизионные кадры, когда в результате ювелирного попадания ракеты от шейха Ясина остался только один ботинок. А ХАМАС стал активнее и продолжает набирать силу. И идёт по одной и той же схеме. Палестинцы и «Хизбалла» нападают на жителей Израиля. Защищая своих граждан, Израиль наносит ответный удар. И тут на него обрушивается град обвинений в «бойне» и «непропорциональных действиях». Получается, что противнику даже выгодно устраивать подобные провокации.
– А что прикажешь делать, молчать? Наши сограждане гибнут в терактах, а мы не должны отвечать? Кто же их будет защищать? Хотел бы я видеть страну, которая не будет предпринимать никаких действий, когда на её территорию падают ракеты и снаряды. И враги тогда совсем почувствуют свою безнаказанность и усилят террор.
Такая ситуация была на границе с Сирией до 1967 года. Тогда сирийские солдаты могли упражняться в стрельбе по живым мишеням с Голанских высот. После Шестидневной войны они такой возможности лишились, и на границе стало тише. Вот это было правильное решение. И пусть потом сколько угодно кричат о «непропорциональных действиях». И кто вообще определил, какие действия считаются пропорциональными, а какие нет? Если тебя ударили ножом, то ты, если сохранил силы, можешь в ответ тоже ударить только один раз? Никак нет! Это надо рассматривать как покушение на твою жизнь. И ты в ответ можешь лишить жизни противника. А если будешь проявлять излишнее милосердие, то в следующий раз противник ударит точнее и лишит жизни тебя. Поэтому ответные действия должны быть такими, чтобы у врага отпало желание нападать снова. Надо учитывать восточную ментальность. Здесь уважают только силу, слабых же презирают и издеваются над ними.
– Тогда почему правительство Израиля не предпринимает таких мер? Тем более что действия, допустим, ХАМАС подпадают под определение геноцида по отношению к евреям. Один из пунктов Конвенции ООН от 1948 года определяет геноцид как «убийство представителей определённой этнической группы или нанесение им телесных либо ментальных повреждений».
– Во-первых, потому, что постоянно приходится оглядываться на международное общественное мнение. Мусульманские СМИ обрушивают на Израиль поток лживых обвинений, и в глазах мирового общественного мнения он выглядит оккупантом, терроризирующим несчастное мирное население. В то же время опрос показывает, что около 70 % арабов отрицают право Израиля на существование в качестве демократического сионистского государства. Наше государство проигрывает информационную войну.
Стране нужны сильные лидеры, которые бы действовали, руководствуясь государственной необходимостью, и не оглядывались на то, «что станет говорить княгиня Марья Алексевна». Но и тогда, когда премьер-министр хочет сделать решительный шаг, наши левые и правозащитные организации буквально повисают у него на руках. Причём эти правозащитники всё время отстаивают только права палестинцев. А пока мы спорим между собой, противник усиливается и действует более агрессивно. Теперь ФАТХ считается относительно более умеренной организацией, чем ХАМАС и «Аль-Каида». Мне в связи с нашим разговором вспомнился Меир Кахане.
– Это тот лидер Лиги защиты евреев, о котором столько писали в Советском Союзе, называли бандитом и другими нелестными эпитетами?
– Да, коммунисты его ненавидели и писали о нём всякую чушь. Только никакой он не бандит. И во всех проводимых им мероприятиях не было ни одного убитого. Многие нынешние репатрианты и не догадываются, что возможность репатриироваться они получили в значительной мере благодаря усилиям равва Кахане. Приехав из Америки, Кахане организовал в Израиле партию «Ках», которая быстро набирала влияние в обществе. На предстоящих выборах ей прочили не менее 10–12 мест в кнессете. И тогда политики испугались конкуренции. Его обливали грязью, ему угрожали. В 1988 году его противники сумели не допустить баллотироваться самого Кахане и его партию на выборах. А ведь он был последовательным сторонником национального государства евреев. В его «Послании к арабам, проживающим в Эрец-Исраэль» 1979 года есть такие строки:
«…5. По закону Торы мы предлагаем вам статус “Гер тошав” (иностранного жителя) в Стране, если вы пожелаете здесь остаться, и пользоваться религиозными, культурными, социальными и экономическими, но не политическими правами. Если вы не желаете признать суверенитет еврейского народа, мы примем меры для вашего перемещения в ваши собственные страны, с тем чтобы оба народа могли жить отдельно и в мире.
6. Мы призываем вас помочь прекратить нападения. Или мы сами положим этому конец.
7. После каждого взрыва бомб террористами мы обеспечим изгнание определённого числа арабов».
– Но, может быть, такие действия выглядят не очень демократично?
– Да? Вот если бы обливавшие его грязью коммунисты поступали так же «недемократично», то не было бы в СССР многомиллионных жертв, а все несогласные имели бы возможность спокойно уехать.
– Пожалуй, ты прав. Только неизвестно, сколько бы тогда в стране осталось.
– Вот и израильские левые не хотели его понять. Ангажированные израильские СМИ постоянно обливали его грязью и рисовали устрашающий образ раввина-фашиста. В конце концов в 1990 году он был убит арабским бандитом. Но и на этом левые не успокоились. Свои гонения они перенесли на его сына Биньямина Зеэва. В 2000 году террористы убили и его.
– Да, пока Израиль, США, Египет, ПА ведут различные переговоры, нашим силовым структурам бороться с террором приходится постоянно. Много хлопот доставляют окрестности Иерусалима. Происшествия случаются чуть ли не ежедневно. То террорист ударил ножом местного жителя, выгуливавшего собаку. То выявлен заговор, целью которого был подрыв синагоги. Совершается это палестинцами, нелегально проникающими на нашу территорию.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?