Читать книгу "Не пара для майора"

Глава 8. Это подарок

МИЛАНА

Тишина давит и оглушает. Понимаю, что Волков не оставил меня одну, если бы мне грозила хоть малейшая опасность. И тут, в его доме со мной точно ничего не случится.

Главное, не выходить в интернет и не пользоваться своим телефоном.

И не сойти с ума от ожидания.

Теперь, когда он рассказал мне о том, что пережила Марта, мне по-настоящему страшно. Яр в бронежилете не на встречу с друзьями сорвался, прихватив с собой два пистолета. Значит, все очень серьезно.

Чертова интуиция вопит не своим голосом, что его внезапный отъезд связан со мной.

Понимаю, что еще немного и я точно начну сходить с ума.

Яр четко дал понять, что вернется поздно. И сейчас я готова все отдать просто за то, чтоб он вернулся. Желательно, без повреждений. Хотя… воспоминания о количестве пулевых и ножевых шрамов на коже, спокойствия мне точно не добавляют.

Нахожу пульт от огромной плазмы в полстены и отрешенно перелистываю каналы в поисках региональных новостей.

Что я хочу увидеть?

А может быть, что я боюсь увидеть?

Яр служит в отряде спецназа, в «Кордоне» и по долгу своей службы постоянно мотается по горячим точкам за пределами нашей страны. Все, что связано с «Кордоном», строго засекречено. Мне известно очень немного, так… скорее обрывочная информация, которую удавалось выяснить у отца.

Вряд ли о заварухе с участием бойцов из «Кордона» сейчас будут рассказывать в региональных сводках происшествий. Внешняя разведка практически никогда не попадает в новостные сводки. Тем более, в региональные.

Вырубаю плазму и совершенно расстроенная иду на кухню.

Надеюсь, Яр не будет слишком возмущаться из–за того, что я решила похозяйничать.

Открываю холодильник и быстро прикидываю, что можно приготовить.

Быстро разделываю куриное филе, обжариваю грибы и смешиваю с овощами. Надеюсь, за самодеятельность не влетит, и вливаю в суп сливки с большим количеством тертого сыра.

Грибной суп с курочкой и сыром пахнет аппетитно и к нему тут же добавляется миска овощного салата и целая сковородка жареной картошки. Понимаю, что это все нервы – пока я была занята готовкой, мне было чуточку спокойней.

Мысли не мчались по кругу, как загнанные пони.

Стрелка часов постепенно ползет к полуночи. Всего какая-то пара часов, и наступит мой день рождения.

За окном – непроглядная тьма.

Остро выхватываю напряженным слухом каждый звук, но все без толку. Погасив на кухне свет, оставляю только подсветку вытяжки и приоткрываю окно.

Может так я скорее услышу звук автомобильного движка…

Снова наваливается липкий, поглощающий меня страх.

В верхнем ящике тумбочки лежит кнопочный телефон, по которому я могу связаться с Захаром, Сарматом и Шаманом.

Мотаю головой, отгоняя от себя мысли о необходимости звонить по этому телефону. У отца такой тоже есть. Я не знаю, чьи номера там. Но в случае необходимости, я должна была бы звонить по такому же точно, кнопочному…

Закутываюсь плотнее в рубашку Яра и неслышно выхожу на неосвещенную веранду. Промозглая февральская сырость впивается в мои плечи, но я не ухожу в дом. Какое-то время пытаюсь прислушаться к звукам вокруг.

Дом Яра находится в небольшом тупике и за забором сразу начинается густая поросль орешника. Ветер в кронах шумит так, что толком ничего не расслышать. И сразу накатывает четкое, недоброе ощущение близкой опасности.

Обхватываю себя за плечи и не оборачиваясь, отступаю обратно в дом. Мне страшно повернуться спиной к темноте.

Кажется, что за мной кто-то наблюдает из глубины двора.

Влетаю в дом и спиной наваливаюсь на входную дверь, вслушиваясь в спасительный щелчок дверного замка. Моментально пропитываюсь теплом дома и с шумом выдыхаю после своей экстремальной вылазки.

А если бы во дворе кто-то притаился? Так нелепо погибнуть всего за пару часов до своего девятнадцатого дня рождения.

– Спать, – говорю сама себе и вздрагиваю от звуков собственного голоса, – пока не натворила чего-то похуже. Спать.

Включать свет в доме отчего-то страшно, но засыпать в полной темноте – это пугает еще больше.

Заваливаюсь на огромную постель и стягиваю с себя джинсы, оставаясь в одной рубашке Яра. Не хочу её снимать.

Она – мой бронежилет от всего.

Меня все еще потряхивает после ночной вылазки в темный двор. Закручиваюсь в одеяло и пытаюсь заснуть. Но сна – ни в одном глазу.

Постепенно проваливаюсь в сонный морок и уже почти отключаюсь, когда слышу за окном лязг открывающихся ролл–ворот и характерный звук движка внедорожника Яра.

Пулей вылетаю из спальни и опрометью, в одной рубашке, мчусь по темному дому к входной двери. На пороге показывается Яр и в прихожей вспыхивает свет.

– Яр, – бросаюсь ему на шею и всхлипываю носом в холодную, жесткую ткань стропы бронежилета.

Сильные руки подхватывают меня, как пушинку.

– Миланка, девочка моя…

Яр несет меня на руках, включая свет в каждый комнате.

– Ты чего в потемках сидела?

– Боялась. Мне стало страшно и я не хотела привлекать внимание включенным светом.

Теплая и одновременно жесткая усмешка прилетает мгновенно.

– Будь это хоть немного опасно, я бы не оставил тебя одну.

Яр не дает мне ответить и обрушивает на мои губы горячую волну поцелуев. Его язык вталкивается в мой рот и я теряю контроль над своими эмоциями. Мне хочется еще и еще, чтоб эти поцелуи не заканчивались…

Сладкие, горячие, порочные.

– Я очень боялась, – выдыхаю ему в губы и снова ныряю в безумные поцелуи.

– Все хорошо, я рядом, – шепчет Яр, но я безошибочно улавливаю в его голосе едва заметное напряжение.

Вносит меня в спальню и включает небольшой ночник, обволакивающий комнату уютным полумраком.

Даю ему возможность снять бронежилет и от увиденного с моих губ непроизвольно срывается резкий вскрик.

– Яр… – задыхаюсь от ужаса и неотрывно смотрю на характерные повреждения бронежилета. Такие я уже видела. Две небольшие дырки на защитной пластине со вздыбленными краями и рваная ткань, из которой торчат белесые нитки.

Даже боюсь дать ход своей догадке, но Яр качает головой и ухмыляется.

– Все нормально, Миланка, броник свое отработал. Все же обошлось.

Сглатываю сухой воздух и пытаюсь протолкнуть непослушный комок, царапающий горло. Я почти уверена в том, что внезапный отъезд Яра напрямую связан со мной…

Цепенею от накатывающей паники. Молча наблюдаю, как он снимает бронежилет и с облегчением выдыхаю. Рубашка не порвана, бронежилет и в самом деле отработал качественно.

– Это ведь очень больно… – едва касаясь, провожу ладонью по ткани рубашки, в проекции попадания пуль.

– Пустяк, – улыбается Яр и обжигает меня откровенно-возбужденным взглядом.

Тысяча вопросов мешается в моей голове, но задать их я не успеваю.

Он подхватывает меня и укладывает на постель, продолжая обжигать поцелуями. Мои губы пылают от жадных, развязно-порочных поцелуев Яра. Выстанываю ему в губы, не в силах сдержать откровенное удовольствие.

Обхватываю его шею, словно пытаюсь удержать в своих объятьях и боюсь, что сейчас это наваждение исчезнет. Пьяно шалею от наплыва эмоций, когда Яр стягивает с меня рубашку, инстинктивно пытаюсь прикрыть грудь руками.

Он моментально перехватывает мои ладони.

Разводит мои руки в стороны и наши пальцы переплетаются. Я перед ним, полностью раскрытая...

– Нет, Милана, не прячься. Я хочу на тебя смотреть.

Голодным, обалдевшим взглядом Яр мажет по моей груди. Мне дико стыдно и очень приятно. Так сладко, что мысли совершенно путаются. Я безумно хочу принадлежать только ему, но страх сейчас сковывает особенно сильно.

Из одежды на мне сейчас только шелковые стринги, промокшие насквозь.

Яр быстро избавляется от рубашки и брюк-карго. Мы целуемся и я отчетливо понимаю, что сейчас уже нет пути назад.

Чуть толкаясь бедрами вперед, Яр упирается в низ живота горячей эрекцией, которую я ощущаю сквозь ткань его боксеров.

Мне стыдно и любопытно одновременно… И непривычно сладко во всем теле, которое сейчас словно не принадлежит мне. Теряя остатки контроля, выгибаюсь ему навстречу и не могу сдержать стонов наслаждения.

Хочется просить его, чтоб он не останавливался.

Чтоб еще сильнее вжал меня в себя. Сильнее, еще сильнее...

Так нравится ощущать его горячий, звериный напор.

И да, меня до одури заводит его разгоряченно-бесстыдный взгляд. Рассматриваю его тело и балдею от стальных кубиков мышц пресса. Провожу ладонями по идеально-накачанным плечам и ловлю взгляд Яра.

Возбужденный. Мужской.

Ладонями разводит мои бедра и я сжимаю их, инстинктивно сопротивляясь.

Задыхаюсь от волнения и на секунду зажмуриваю глаза, чтоб набраться храбрости и признаться. Мысленно готова к тому, что сейчас на моем признании все и закончится. Скорее всего, он догадывается и всё понимает, но сказать все равно надо.

– Яр… я должна тебе кое-что сказать.

– Да, – хрипло бормочет Яр и продолжает ласкать ладонями мою грудь.

Адекватно подобрать слова не получается, сейчас во мне все подчинено лишь одному. Основному инстинкту, затмевающему все остальное.

– У меня еще не было мужчин. И если вдруг ... это проблема, то лучше сейчас все прекратить.

Мои слова тонут в поцелуях.

Ненасытно-развратных, но очень нежных и горячих.

На миг он отрывается от моих губ и плотно упирается эрекцией в низ живота. Его пальцы ложатся на треугольничек стрингов, вскальзывая под насквозь промокшую ткань.

Тонкий шелк трусиков не может защитить меня от сладостно-обжигающей ласки Яра. Распластанная под ним, я сейчас чувствую себя в полной власти возбужденного зверя.

– Девочка… это не проблема, это – подарок.

Глава 9.