Читать книгу "Драк(он) в моей власти, или Попаданка – повелительница драконов"

Глава 4

Арринар оказался самым немногословным гидом, с какими я только сталкивалась. Чаще всего объекты характеризовал одним-двумя словами и поглядывал с каким-то значением. Словно теперь что-то для нас – для него и для меня – изменилось.

Возможно, там был мужской интерес.

Но последнее, о чем мне хотелось бы сейчас думать – так это мужчины. После предательствам мужа, после того, как он бросил меня и ребенка… Ну нет… только не новые отношения.

Хотя, вполне возможно, я просто вообразила себе невесть что.

В голове крутилась сотня вопросов – от того, где взять одежду и прочие вещи до того, как мне будут платить. Надо ведь чем-то кормить Кима, и на что-то приобретать ну хотя бы самое необходимое.

Арринар рассказывал про территорию, пока мы ехали на «ломте зала», подлетая к распахнутым окнам или двигаясь внутри Академии.

– Общежитие, – он указал на пристройку с огромным куполом и округлыми этажами – каждый следующий больше предыдущего, словно эдакая перевернутая детская пирамидка.

– Тут нам дадут комнату? – уточнила я.

– Нет. Квартиру в два яруса. Увидите. Лекционные залы для факультета фамильяров, – мы спустились, проехали влево, перешли на кусок нового зала, проделали это еще несколько раз, и в итоге, оказались возле перехода-кишки из белого полупрозрачного материла.

Снаружи и под ногами виднелись пышные полисадники. А впереди… барражирующий в воздухе этаж. Нет, правда! У него не было ни фундамента, ничего даже похожего. Просто кусок здания будто «левитировал» во время йоги. Внутри господствовали уже знакомые голубые залы, только без «ломтиков», потому, что, видимо, сам корпус – «отдельный ломоть».

– Фамильяры, – перед нами распахнулась дверь высотой в три этажа и внутри обнаружились какие-то клетки, платформы, похожие на те, где сидят кошки, аквариумы и прочее.

И живности тут было-о-о…

Причем, самой причудливой и странной.

Даже моя фантазия местами уступала реальности.

Под потолком сидели на платформах с подушками крылатые… коты и лисы с шестью лапами и четырьмя, мини-дракончики, явно не оборотни, совы с шестью крыльями и… мотыльки на птичьих лапах, размером с голубя. Ниже ярусом прогуливались существа, смахивавшие на аистов, но с драконьими мордами. Бегали и суетились возле столбиков, к которым были привязаны их ошейники, зверушки вроде капибар и мини-медведей, существа, наподобие куниц, но с пестрым опереньем вместо шерсти. По стенам ползали ящерки самых разных видов и форм, с количеством ног от обычного до восьми.

В клетках сидели птицы самых невероятных расцветок и видов, напоминающие орлов, колибри, ласточек и так далее.

– Я должна всех знать и управляться со всеми? – испугалась я.

– Ну, во-первых, это не все фамильяры, а только звери…

– В смысле?

Арринар в своей фирменной манере оттянул меня на себя и открыл соседнюю дверь. Там стояли мечи, какие-то кортики, и даже косы…

– Они тоже живые? – поразилась я.

– Когда надо хозяину и еще могут менять форму, превращаясь в животных. Но тут находятся в анабиозе.

– Вы не ответили?

– На что? – удивился проректор.

– Я должна всех знать?

– Нет. Все они обладают схожими свойствами и почти одинаково разумны. Твоя задача научить каждого студента управляться со своим фамильяром.

– Э-э-э…

– Хрустальные нэнги могут приструнить любое существо. Тебе же останется лишь объяснить адептам стандартные приемы.

– Я пока даже себя приструнить не могу – от шока и удивления…

Я уже промолчала, что не смогла управиться с мужем, который не захотел прийти к нам. Хотя он не фамильяр – а просто козел… Какие уж тут любые живые и условно живые фамильяры! С простым козлом не справилась! Горько подумала я, но ничего не сказала.

– Все получится, – как-то подозрительно слишком уверенно произнес Арринар.

– Летающие башни. С них начинаются поединки и обучения полету, – он указал на реющие в облаках башни, которые также, как и наш корпус, абсолютно ни на чем не стояли.

– У нас тут учатся драконы самых разных видов, – прокомментировал проректор, ткнув пальцем в окно, где группа студентов поочередно обращалась, и перед нами возникали василиски, драконы, типа китайских и даже лельдисы. Существа, похожие на помесь ящера с птицей, с перьями по всему телу и изящной драконьей мордой.

При этом, драконы были всех цветов радуги, плюс – бронзовые, золотые, серебряные, прозрачные, будто стеклянные и похожие на сгустки тумана.

– Дуэли, – в следующем окне мы увидели, как два ящера кружат друг вокруг друга, пикируют и пытаются атаковать. – Бывают и в человеческом облике, с магией.

Внизу, на земле, несколько студентов, реально, кто во что горазд – отшвыривали противников, пускали в них струи едва заметных субстанций, которые, в итоге, то обращались в лед, то – в огонь, а то – в едва различимые иглы. На них «отвечали» сгустками чего-то, видимо, вязкого, тоже огнем или водой…

И все это освещалось кристаллами, что барражировали в воздухе без опоры, иначе в зарождающихся сумерках мы вряд ли нормально что-то увидели бы.

Хотя… представлялось странным донельзя, что нам удавалось разглядеть такие детали с высоты примерно третьего этажа.

Впрочем, я решила, что это уже потом выясню и уточню. К тому же, я ведь теперь нэнги – оборотень, по сути. А у них обоняние и зрение должны быть значительно лучше, нежели у людей. Сын, который еще недавно купил контактные линзы, тоже, казалось, стал отлично видеть без них. Иногда аж глаза тер и ошарашенно оглядывал окружение.

– У нэнги боевой магии нет, но они способны любого дракона поставить на колени, просто не позволяя ему обращаться, – тем временем, сообщил Арринар, указывая на студентов под окнами.

Наконец, мы на куске пирога остановились внутри общежития. Складывалось ощущение, что между корпусами и зданиями тут редко ходят по земле, как обычные люди. Либо летают, либо передвигаются таким вот замысловатым способом.

Из холла уже знакомой конфигурации мы вошли в одну из дверей.

В центре просторного зала обнаружилась лестница, что пронзала апартаменты с первого этажа по второй. Отсюда можно было попасть в спальни с удобными кроватями и матрасами, которые подстраивались под тело, словно живые, в ванные, где было все, включая местный вариант джакузи, в нечто вроде кухни и гардеробной.

– Продукты! Еда!

В холодильнике обнаружились емкости, где хранились готовые блюда, причем он был забит до отказа, словно на семью из двадцати человек. Собственно продукты тут тоже лежали.

– Открываешь контейнер – все согревается, – лаконично сообщил Арринар.

Тем же макаром проректор продемонстрировал нам посуду в шкафчиках, нечто вроде духовки, плиты и – на посошок – странные ящики для сухого магического мытья, дезинфекции и стирки.

– А что нам стирать-то? – вздохнула я, так и не успев задать вопросы, которые столько времени занимали.

Вместо ответа Арринар распахнул шкаф под потолок в гардеробной.

И теперь уже мне нечего было сказать.

Там висели костюмы, вроде того, что на оказался на мне.

Одинаковые, зато много – штук двадцать! И все моего размера, что удивительно! Как будто меня тут заранее ждали! Знали, что именно я появлюсь!

Чудеса-а-а! Впрочем, это же магическая Академия! Чего еще я могу ожидать?

В другом шкафу нашлась похожая одежда для сына.

– Он пойдет на подготовительные курсы, а затем возьмем в вуз по упрощенной программе, как одаренного нэнги…

Добавил проректор.

– А-а-а… Зарплата? – тихо промямлила я, ожидая, что сейчас, как минимум, обругают. Еще работать не начала, а уже денег требую.

– Траты на ведение хозяйства и питание покрывает вуз, всем необходимым обеспечивает. В конце каждого месяца вам на виртуальные счета начисляются средства. Стандартно – по пятьсот рублей.

– Пятьсот чего? – я аж глаза выкатила. – Э-э-э…

– Наша планета когда-то давно отпочковалась от вашей, как отражение или вроде того. Случился какой-то сдвиг измерений, – очень спокойно и буднично, как о дожде осенью пояснил Арринар. – У вас же есть легенды о драконах? И нэнги на Земле тоже есть.

– Нэнги? На Земле? – я аж повысила голос.

– Да. Просто люди не знают про мир оборотней.

* Про расу нэнги на Земле можно почитать в цикле «верберы» (тут нужна ссылка!!!)

_________________________________________________

– А пятьсот рублей по местным меркам это много или мало?

– Сложно сказать, – Арринар закатил глаза и развел руки. – На жизнь вполне хватает. Но вам тратиться на продукты, обслуживание механизма для сухой стирки-чистки не требуется. На одежду… Ну, если захотите разнообразия…

– Ага? Хватит на то, чтобы разнообразить свою жизнь походом в магазин, как в музей? – съехидничала я.

Арринар усмехнулся и ответил:

– Платьев на двадцать хватит.

– А коммуналка?

– Комму-что? Комму жралка? – проректор вскинул бровь, словно я произнесла непереводимое ругательство, и отчасти я его понимала. Без мата об этой статье расходов говорить сложно. Да и коммужралка денег звучит тоже правдоподобно, очень в тему, стоит признать.

Арринар слегка подался вперед, будто предполагал, что я намеренно задерживаю его, затягивая разговор несущественными вопросами. Для меня же вопрос, на который я тратила пятую часть бюджета и, если не дай бог, не оплатила точно – день в день –начинались звонки с угрозами и предупреждениями о пени, несущественным никак не ощущался.

– Ну оплата за свет, воду… газ…

– Газ? – Арринар удивился, как неандерталец, у которого спросили – где расположена стартовая площадка для взлета ракеты или породистый кот, от которого ждут, что тот будет, реально, ловить мышей.

– Ну на чем вы еду готовите?

– А-а-а… Магическое пламя, поддерживающее огонь?

– Наверное…

– Это оплачивает Академия. Я уже говорил – преподаватели находятся на полном вузовском обеспечении.

– Где ж вы были раньше, драконофамильярные предложения? Во всех смыслах слова!– пошутила я.

Арринар вскинул бровь, усмехнулся, и, прежде, чем я успела спросить что-то еще, вышел вон, оставив нас разбираться самим.

Мда… Ну очень конкретный мужчина.

Времени даром не теряет, лишних слов не говорит…

Настоящий начальник.

Я нервно хихикнула и огляделась вокруг заново.

Что ж… у меня три недели.

Но стоит начать осваиваться побыстрее. Потому что в фамильярах я разбираюсь еще меньше, нежели в драконах и нэнги…

Отбросим нервы и страдания по бывшему мужу… Уже бывшему, пора привыкать.

Надо устраиваться.

Другого выхода нет. Если мне нельзя отсюда уйти, следовательно, я должна тут освоиться.

Не можешь изменить мир – измени себя!

Я на эмоциях шлепнула по лестнице и… вокруг нее начала проворачиваться комната.

Ким вскрикнул и подбежал.

Мы так и стояли, пока помещение не прокрутилось вокруг лестницы, как вокруг своей оси ровно на сто восемьдесят градусов.

– Это вообще как? – ошарашенно спросил сын.

– Не знаю, – оторопев, ответила я.

– А что ты нажала?

– Да я просто шлепнула… а-а-а…

На нижних балясинах лестницы, аккуратно на уровне глаз, и чуть выше моих плеч, располагались эдакие рычажки, похожие на элементы декора. Сами балясины напоминали аляповатые синие стебли цветов с листьями. И вот рычажки как раз были в виде дополнительных листьев, которых на других балясинах не было.

– А давай попробуем еще? – подмигнул сын, входя в азарт.

У меня на душе все еще кошки скребли и так хотелось отвлечься от предательства мужа, что…

Мы с сыном принялись дергать за рычажки, и… комната вращалась вокруг лестницы то в одну сторону, то – в другую, то – на девяноста градусов, а то на сто восемьдесят…

– Мда… Теперь фразеологизм «отмотать комнату»приобретает иное звучание, – издал смешок Ким.

– Ага… Я такая прихожу домой «А, ну-ка, иди сюда!» Жму на рычаг, и тебя ко мне просто выносит…

– А я такой: «Уйди, старушка, я в печали». Жму на другой рычаг и уезжаю.

– Тут нужно повесить расписание. Поезд до кухни отправляется в двенадцать ноль-ноль по местному времени. Поезд до спальни отправляется в шестнадцать ноль-ноль. Просьба занять места согласно билетам.

Мы хохотали до колик в животе – видимо, так выходил стресс. А когда почудилось, что на нас кто-то смотрит, неожиданно выяснилось, что вернулся Арринар и наблюдает за всем так, словно у него на глазах тираннозавр поймал зубами мелкого ящера, отнес к пруду и подарил ему красивый цветочек.

– Кстати, а как мы будем время определять? На минуточку, мне же преподавать, и, наверное, тут есть расписание? – уточнила я, как ни в чем ни бывало. Словно только что не баловалась с лестницей и прокручиванием комнаты, как дитя малое.

– Вот именно за этим я и пришел, – кивнул проректор и протянул нам браслеты, похожие на украшения, в центре которых были часы.

Но на этом чудеса не закончились.

– Вот тут устройства связи, – Арринар нажал на синеватый камушек, и оттуда выскочило изображение чего-то вроде… сенсорного экрана?!!

Теперь уже я смотрела на проректора, словно шла себе, шла и вдруг обнаружила птеродактиля, который в балетной пачке читает лекцию по ядерной физике.

– Ну мы же имеем некоторое отношение к Земле и к России, – усмехнулся проректор, и… подмигнул. Я прямо-таки дар речи утратила. До этого Арринар вел себя отстраненно, хотя временами казалось, что он питает ко мне какой-то свой интерес. Теперь же неожиданно проявил дружелюбие…

А эти драконы странные ребята.

– Да. Там есть возможность посмотреть расписание вуза, связаться со мной и с ректором, но это уже в крайнем случае. Глава Академии все же очень занят. Там же и виртуальные банки, и прочее. Кстати, у нас нет соревнования на самые быстрые повороты квартиры… Поэтому можно не тренироваться.

Окончательно ошарашив меня внезапным приступом чувства юмора, проректор снова ушел по-английски…

И хорошо. Часы показывали семь вечера… Даже странно, что ректор все еще на работе. Впрочем, наше отделение вуза, если верить местному – магическому аналогу сети – располагалось во множестве измерений сразу. Отсюда и ездящие куски залов и прочее. Вполне возможно, в мире, где находится ректор, пока день…

В общем, мы с сыном еще покумекали, немного осмотрели квартиру заново и отправились отдыхать.

Первым делом я пошла в ванну и долго рассматривала себя в зеркало.

После того, как сын сказал про мое омолаживание, я то и дело пыталась уловить отражения в окнах Академии, лакированной мебели и окнах. Но поняла лишь, что стала более изящно и эффектно сложенной. Попка была как орешки, талия тонкая-тонкая…

Здесь же, я подошла к большому серебристому стеклу на стене и долго любовалась собой.

Правда.

Ради этого стоило начать жить и преподавать заново.

Личико двадцатилетней, от силы, было таким милым, таким нежным. Огромные темные глаза казались бездонными и периодически странно мерцали голубоватыми всполохами, видимо, из-за второй ипостаси. Треугольный овал лица венчали высокие скулы и красивые щеки, нос стал будто чуть меньше, немного более округлый, но аккуратный.

Из каштановых волос пропала вся седина.

Я реально превратилась в красотку. Может поэтому проректор так среагировал?

Банально я ему приглянулась, как женщина? Девушка? Драконица? Для спаривания?

Я усмехнулась своим мыслям, вытерлась, и отправилась в спальню.

Поскольку пижамой меня не снабдили, я взяла старую, еще Земную, уже очищенную в агрегате для сухой стирки, надела и с наслаждением распласталась на кровати, раскинув руки и ноги в стороны в позе «звезда».

Ладно…

Утро вечера мудренее…

Не все так плохо.

Есть плюсы.

Муж меня бросил, зато я стала моложе и красивей.

Сын со мной, а остальное… переживем...

Глава 5

Проснувшись, я не сразу поняла – где нахожусь. Голубоватые стены с фиолетовыми росчерками… с потолка светят кристаллы… Похожие на куски кварца.

За окнами…

Вчера я особо туда не смотрела – как-то не до подобного, если пошла ночью в ванную, а вышла в чужой мир. Да еще на тебя сразу свалилась новость о том, что мужу ты не особо нужна. Не настолько, чтобы отправиться следом.

Сегодня же я обнаружила высоченные деревья, похожие на дубы, только с более резными листьями, и хвойные, вроде пихты и сосны одновременно и далекие клумбы с причудливыми цветами. Они то напоминали птиц с пестиком-клювом и лепестками-крылышками, то бабочек, то каких-то зверей, что показывают язык пестиком из-под косматых челок лепестков. Некоторые только-только еще раскрывались, источая медовые ароматы.

Я потянулась и снова подумала, что все не так уж и плохо. Я могла бы остаться без сына, если бы Ким захотел дальше жить с папой.

Я не одна!

Зрение и обоняние однозначно улучшились.

Зарплата, если верить, Арринару, тоже. Раньше я не могла на месячный доход купить столько платьев.

Есть полное содержание.

Есть загадочные способности нэнги.

В конце-то концов, я даже летать научусь!

Стало легче, будто глыба с груди свалилась.

Я потянулась еще раз, встала и быстро совершила утренний моцион, надев свежее.

Конечно же, униформу, пока другого не предполагалось.

Мы с Кимом решили на сегодня не заморачиваться и взяли омлеты с овощами из холодильника. Реально – они нагрелись и оказались, как едва со сковородки.

Следующим этапом я планировала отправить сына на подготовительные курсы, о которых говорил Арринар. Но он так умильно просил, так сводил бровки домиком, умоляя дать пару дней обвыкнуться, что я сдалась. Дети могут из нас вить веревки, это факт. И ничего не попишешь.

В общем, я отправилась на свой факультет, чтобы поизучать фамильяры.

Однако стоило войти в уже знакомое помещение, как меня встретили Арринар и новый дракон, одетый в местную униформу преподавательского штата Академии. Вокруг суетились василиски, в комбинезонах, похожих на рабочие. По-моему, не меньше десятка.

– А вот и она! – провозгласил Арринар, указывая на меня так, словно только меня тут и ждали. – Это ваша новая преподавательница Эйвена Хрустальная.

Я поняла, что меня так назвали в честь хрустальной нэнги.

Эйвена… пусть будет Эйвена. В новый мир с новым именем.

Почему именно с таким, я спрашивать пока что не стала – и так голова пухла от обилия новой невиданной информации.

– Это декан факультета фамильяров – Варен Наниз, – указал Арринар на довольно-таки узкокостного, видимо, как и все василиски, оборотня-ящера, с пронзительным взглядом почти черных глаз и длинной иссиня-черной косой ниже пояса.

– Я-а-а… Очень рад. Это большая честь…

Варен почему-то был просто в восторге от моего появления и даже немного богоговел.

Кхм… Странно. Надо бы выяснить.

Складывалось ощущение, что все вокруг знают обо мне что-то, о чем я сама даже и не подозреваю. Это напрягало и вызывало живой интерес, а самое главное – отвлекало от предательства мужа, которое все еще кололо где-то в груди.

– Это наши фамильярники, – указал на женщин и мужчин в комбинезонах Варен.

Я ожидала, что мне их представят, но декан только добавил:

– Если захотите, познакомитесь сами. Они помогают ухаживать за зверьем.

– А-а-а… Другие преподаватели? – вскинула я бровь.

Декан демонстративно посмотрел на свой браслет, он же часы, он же компьютер, и ответил:

– Уже десять утра. Преподаватели на занятиях. Но вы можете найти информацию про них в виртуальной книге нашего отделения… А у вас есть три недели, чтобы освоиться с предметом и собственными способностями. К сожалению, вы единственная у нас нэнги, поэтому придется самой учиться летать и применять дар…

Странно, но Арринар сегодня опять не выглядел строгим, холодным начальником, как вчера – он чуть улыбался, кивал, и всем своим видом давал понять, что мне тут рады.

Поразительно, удивительно, но ничего не поделаешь.

Потом разберусь в метаморфозах проректора.

По поводу виртуальной книги, я уже поняла – речь про нечто вроде сайта, где были представлены и факультеты, и преподаватели, и все остальное. Но про другие отделения вуза там не писалось ни слова. Вполне возможно, там использовались какие-то иные технологии, магия и все остальное.

Ладно.

Разберусь.

Где наша не пропадала?

Я ощутила азарт и какое-то вдохновение.

И, засучив рукава, принялась за работу.

***

Следующие несколько дней сын привыкал к местным подготовительным курсам, которые мы вместе нашли в ближайшем корпусе. А я проводила ревизию фамильяров, тщетно пытаясь понять – как я могу с ними взаимодействовать. Параллельно читала теорию. Впрочем, ничего особого там не было. Как найти своего фамильяра и общий язык с разным видом зверья, у кого какой магический потенциал, каковы правила ухода за каждым из странных существ. В Академии этими вопросами занимался спецперсонал – лаборанты и фамильярники. Что-то вроде ветеринаров и дрессировщиков одновременно. Все спутники-животные имели развитый интеллект и даже могли общаться с владельцем. Каждый требовал собственного подхода.

Однако… В целом, если ты читал лекции про несколько теорий строения ядра, совершенно разных, однако используемых каждая для своих целей, то даже науку про фамильяров освоишь легко.

Но… оставалось одно «но».

Жирное и неприятное.

Я должна была разобраться со своими способностями и даром взаимодействовать со зверушками. Причем, в максимально короткое время.

Поэтому пропадала на факультете сутками напролет.

Местных фамильяров студентам не «выдавали» – они использовались, как пособия – собственных учащиеся покупали где-то на рынке. Однако преподаватели вполне могли найти магического спутника именно тут.

Самыми удивительными казались мне мермарны и граттисы. Первые смахивали на мотыльков и воронов одновременно. Они цеплялись когтями за потолок и стены, имели перепончатые крылья, формой напоминающие крылья бабочек, тело и клюв ворона. Чувствовали ложь и иногда предсказывали неприятности резким криком.

Граттисы – мне казалось, название как-то связано с гравитацией. Потому, что миниатюрные зверьки, вроде летучих мышей, имели лапки, которые могли каменеть так, что не оторвать от пола, либо же, наоборот, как вакуумными присосками прилипать к стенам и потолку.

Учитывая, что вузовские зверьки воспринимались как бы «общинными», телепатировали они со всеми, и со мной, в том числе. Впрочем, реального диалога такое общение не предполагало. Животные посылали картинки, обрывки слов, фраз, и нужно было понять, что и как. Именно поэтому каждый владелец лучше всего коммуницировал именно со своим фамильяром и даже вузовских воспринимал плохо. У каждого зверька был свой язык и свои «картинки» для передачи той или иной информации.

Однако какого-то особого дара управлять животными или драконами я в себе так и не открыла.

Периодически вспоминалось, как однажды маленький Ким попросил поймать ему бабочку. А мне было жалко бедное насекомое, так что я попыталась убедить его сесть мне на руку. Не знаю откуда взялась подобная мысль, но бабочка, в итоге, все же послушалась, чем удивила и меня, и сынишку.

Однажды мы отправились в зоопарк, где некоторые животные просто гуляли в вольерах.

Я увидела чудесного совика – беленького, пушистого, хотела его погладить и вдруг – вжух – он оказался у меня на плече.

Потом еще дрессировщик от души поражался, как так могло выйти, ведь сова доверяет только ему.

Время от времени у себя дома я обнаруживала котов, которые сидели рядом или под ногами…

Но, если что-то такое я и умела, даже делала, то неосознанно. А намеренно у меня не выходило ничего, кроме обычного общения с фамильярами, которому наши же лекции и учили. Правда, осваивала я его в рекордные сроки. Фамильярники поражались, как легко и быстро мне удавалось то, на что другие тратили годы.

Я проводила в зверинце большую часть времени и лишь иногда ходила поглазеть на турниры драконов вместе с сыном.

Также, как и в первый день в Академии – издалека, сверху, с куска пирога.

Управлять подобными замысловатыми перемещениями оказалось проще простого – при помощи все того же браслета. Настраиваешь его на взаимодействие со зданием и дальше силой мысли задаешь параметры движения.

Нужно лишь четко формулировать куда и как ехать.

Давать однозначные приказы.

Не колебаться.

А то один раз я так и повисла между этажами в полном недоумении и оцепенении.

Откуда ни возьмись появился Арринар, подлетел драконом, оделся, спиной ко мне и помог. Объяснил и, едва мы достигли твердой поверхности, ретировался без лишних слов.

Странно, но всегда, когда мне было что-то неясно, страшно или требовалась помощь, проректор словно материализовался из ниоткуда. Он будто следил за мной по камерам вуза или вроде того. Я понятия не имела – как тут это все организовывается. Пока не дошли руки почитать в «виртуальной книге отделения», которая оказалась с сюрпризами. Изображения там вытаскивались наружу в виде трехмерных фигур и пейзажей, что тебя окружали почти как реальные.

С коллегами я практически пока не пересекалась, но отношение ко мне было самое разное. Одни радушно приветствовали, другие смотрели с сомнением – мол, она ведь даже не настоящий дракон, третьи пытались проявить дружелюбие, но за ним, как за красивым фасадом, отчетливо ощущалось желание понять – чего от меня ожидать. Четвертые видели во мне выскочку, от которой только одни беды.

А вот фамильярники ко мне сразу же потеплели – помогали и неизменно поддерживали.

Я кропотливо пробовала на зверушках все, что предлагалось в умных трактатах и лекциях, чтобы потом демонстрировать при обучении.

Периодически возникало ощущение, что за мной следят.

Причем, не проректор – этот появлялся открыто, если собирался пообщаться, позвать пообедать или что-то еще. Вообще Арринар казался до предела прямым и простым. Приходил и говорил: «Пошли в кафешку».

Все. Ни тебе вопроса, ни тебе уточнения, ни малейшего сомнения, что я могу отказаться.

Но меня пока все устраивало. Общалась напрямую я, в основном, лишь с Арринаром. Даже Варен крайне редко появлялся на горизонте и максимум официально дружелюбно приветствовал. Чаи с коллегами я не распивала, как в прежнем вузе, еще на Земле, потому что мне выделили отдельный кабинет. А приглашать кого-то запросто на перекус, я пока была не готова.

Освоиться бы.

Понять, что тут и как.

Кому можно доверять, а кого следует избегать.

С каждым днем мне все больше чудилось, что призвали меня сюда неспроста и кому-то это нравится, а кому-то – буквально поперек горла. Кто-то, реально, рад, а кто-то отчаянно хочет избавиться от неожиданной нэнги. И есть еще те, что присматривались с таким видом, с каким в ювелирном магазине присматриваются члены банды грабителей перед тем, как совершить налет.

Иногда, ощутив на себе чей-то любопытствующий взгляд, я резко выглядывала из-за клетки, из-за угла или перегородки в фамильярной – той самой комнате, где содержались тысячи разных существ. Однако ни разу никого не застала.

Несколько раз чудилось, что в подобный момент за окном слышалось хлопанье крыльев.

Но стоило мне лишь подскочить, как я видела только ясное небо – чистое, до такой степени, что аж синь сосала глаза, и студентов внизу. Кто-то отдыхал в двориках, кто-то – тренировался, а кто-то и обжимался в кустах.

Все как обычно.

Учащиеся относились ко мне еще интересней, чем местные преподаватели.

Одни смотрели с очевидной опаской, другие же – с откровенным вызовом.

Я не понимала ни того, ни другого, но по части привести в чувство даже самых отпетых прогульщиков и хулиганов в своем вузе имела черный пояс, и не переживала.

А зря…

Впрочем, пока мне было совершенно не до того, чтобы изучать отношение студентов.

Оставалось не так много времени до начала моих лекций и практик.

Прочитать теорию и показать все наглядно я уже вполне себе могла на хорошую четверочку по своим меркам.

Но способности нэнги не открывались.

Как ни пыталась в нашей с Кимом квартире – чтобы не позориться на публику – летать, ничего не получалось. Я и так и сяк представляла себя легче воздуха, как расправляются крылья, как вокруг появляется силуэт ящера. Но все тщетно. Мне не удавалось ни вызывать аурного дракона, ни хотя бы начать слегка левитировать.

Я начинала немного даже паниковать, особенно, когда оставалась всего неделя до начала занятий.

Все чаще думалось – а, что, если я какая-то бракованная нэнги, в принципе, не способная перекидываться? Но ведь в первый день, в день попаданства, силуэт ящера вокруг проявлялся! И я очень хорошо его чувствовала, как некую защиту от внешних проблем и неприятностей, как некую страховку от того, что предстоит в новом мире!

Местная сеть тоже не помогала. Там было полно советов по обучению маленьких драконов полету, планированию и всему остальному. Но для начала нужно было хотя бы получить крылья… и уже тогда разбираться, как ими пользоваться на практике.

Время летело так, словно подгоняло, откровенно собиралось поторопить.

Преподаватели иной раз что-то обсуждали, но, завидев меня, замолкали и смотрели очень странно, даже немного недоверчиво-опасливо.

Ощущение слежки, как будто периодически за мной подсматривают, только усиливалось.

И мне так и не удалось его расшифровать.

Один только Арринар казался предсказуемым и читаемым во всем этом безумии.

Хотя не совсем – то, как он меня курировал, казалось непонятным и немного пугающим временами. Как-то раз, например, я едва не вывалилась из окна на «куске пирога» – слегка промахнулась с заданием, и часть зала перемещалась уж слишком стремительно. Оказывается, и скорость процесса я регулировала.

И вот меня мощно толкнуло вперед, я чуть не вывалилась из окна, потому что кусок здания посчитал «приехали» и убрал невидимые барьеры, когда меня на лету поймал Арринар. Причем, уже после «спасения», проректор продолжал обнимать, крепко прижимать и молчать. Так мы простояли несколько минут, и дракон странно втягивал ноздрями воздух возле моих волос…

– Что вы делаете? – робко спросила я, наконец, когда устала от ситуации и начала нервничать из-за непонятного поведения начальства.

Арринар рывком отстранился, отшатнулся, превратился в дракона и улетел, как всегда поступал, когда происходящее выглядело странным. Следующие два дня здоровался таким тоном, что, казалось, воздух между нами аж хрустит от льдистого крошева. Смотрел так, будто я – насекомое, которому позволено сидеть у него на руке, но не особо-то следует обольщаться на счет хорошего к себе отношения.

Затем – «отошел» и через три дня традиционно, как ни в чем ни бывало, пригласил «вместе завтра пообедать».

С этого-то все и началось…

Кто бы знал, чем все закончится…