Текст книги "Призраки мрачного Петербурга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prizraki-mrachnogo-peterburga-155589.jpg)
Автор книги: Юлия Андреева
Жанр: Историческая литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Петр-герой
Ужели вы не любовались
На сфинксов фивскую чету?
Ужели вы не целовались
На Поцелуевом мосту?
Ужели белой ночью в мае
Вы не бродили у Невы?
Я ничего не понимаю!
Мой Боже, как несчастны вы!..
Николай Агнивцев
И вот еще более поздняя легенда о Петре I защитнике. Когда после победы во Второй мировой войне Медного всадника освобождали от защитных лесов и мешков с песком, в которые его упрятали, дабы защитить от снарядов, на груди самодержца обнаружилась звезда Героя СССР, которую кто-то мелом нарисовал на его бронзовом мундире.
Второй визит Петра к Павлу
Во дворце не все свечи потушены,
Три свечи светят в гроб золотой:
В нем лежит император задушенный!
Со святыми его упокой!
Николай Агнивцев
Прошло время, умерла Екатерина II, и на ее место заступил Павел I. И вот Петр Великий снова посетил Павла с единственной целью – предупредить правнука: «дни его малы и конец их близок».
Встреча произошла в стенах наспех построенного Михайловского замка, при этом Павел видел темную тень Петра, но прекрасно понимал, с кем имеет дело.
В результате пророчество сбылось. Заговорщики убили государя в его же спальне.
Не ангел и не черт
Тень призрака волнует сны мои.
О’Санчес
Отчего же Петр I предстает перед нами то в роли жестокого убийцы, то, точно божий воин, защищающим свой любимый город? Почему он точно двоится? Или, может быть, на самом деле было два Петра, и от нас это скрывают?
Дело в том, что в сознании народа Петр-реформатор, Петр-кормчий, ведущий корабль-Россию к неизведанным берегам, Петр, прорубающий окно в Европу (на прорубание двери у него явно не хватило терпения), – этот одетый в иноземный кафтан безбородый царь был бесконечно чужд своему народу. Своим подданным монарх нового типа казался чуждым до такой степени, что однажды появился весьма живучий слух, будто бы «царя подменили».
Кто подменил? Шведы, немцы и датчане, к которым он по неизвестной причине благоволил. Когда совершается преступление, следователи ищут, кому это было прежде всего выгодно; если допустить, что царя Петра подменили, такая подмена была выгодна именно Европе, которая получила в результате сего масштабного заговора огромную выгоду.
А действительно, для чего бы это русскому самодержцу понадобилось создавать европейский город? Наши, русские, тоже красивые и весьма удобные. Почему, отринув титул царя, сохраняемый за династией со времен самого Ивана Грозного[59]59
Иван IV Васильевич, прозванный Грозным, по прямому имени Тит и Смарагд, в постриге Иона (25 августа (3 сентября) 1530, село Коломенское под Москвой – 18 (28) марта 1584, Москва) – великий князь Московский и всея Руси с 1533 года, первый царь всея Руси.
[Закрыть], он взял чуждый нашим землям титул императора? Кстати, за это его как раз и прозвали антихристом, так как император воспринимался первым после Бога, а в православной традиции эту роль на себя брал глава церкви.
Когда произошла возможная подмена? Д. С. Мережковский[60]60
Дмитрий Сергеевич Мережковский (2 (14) августа 1865, Санкт-Петербург – 9 декабря 1941, Париж) – русский писатель, поэт, литературный критик, переводчик, историк, религиозный философ, общественный деятель. Муж поэтессы Зинаиды Гиппиус.
[Закрыть] в своей работе «Антихрист» отмечает полное изменение внешности, характера и психики у царя Петра I после его возвращения из «земель немецких», куда он инкогнито поехал на две недели с Великим посольством, а вернулся только через два года. Мы ничего не знаем об этих двух годах, которые самодержец провел в Европе. Известно, что с Петром Алексеевичем туда отправились всего 20 человек под предводительством А. Д. Меншикова. Но, когда царь вернулся домой, русскую свиту полностью заменили голландцы, включая Лефорта. Из первоначального состава остался один лишь Александр Меншиков.
Мережковский утверждает, что прибывший после двухлетней командировки царь отчего-то плохо говорил по-русски, не узнавал своих знакомых и родственников.
Утверждается, что, по воспоминаниям современников, Петр I разительно изменился после возвращения из Великого посольства. В доказательство подмены приводятся сохранившиеся портреты царя до и после возвращения из путешествия. На портрете Петра до поездки в Европу у него было удлиненное лицо, вьющиеся волосы и большая бородавка под левым глазом. На портретах вернувшегося царя мы видим круглое лицо, прямые волосы, мало этого, куда-то делась бородавка. Считается, что царь до поездки был плотного телосложения и выше среднего роста, но все же не двухметровым гигантом. Вернувшийся Петр был худощав, обладал очень узкими плечами, а его рост составлял 2 метра 4 сантиметра. Если учесть, что в поездку отправлялся 28-летний мужчина, кажется странным, что за два года он так вырос. Обычно люди растут лет до двадцати.
По мнению придворных медикусов, после возвращения царь оказался болен тропической лихорадкой в хронической форме – болезнью, которой можно заразиться только в южных водах, да и то побывав в джунглях, в то время как путь Великого посольства проходил северным морским путем. Мало этого, в дошедших до наших дней документах Великого посольства не упоминается о том, что урядник Петр Михайлов (под этим именем царь отправился с посольством) заболел лихорадкой.
Впрочем, медикусы тех лет могли и ошибиться в диагнозе, поставленном самодержцу. Не могли ошибиться военные моряки, утверждающие, что во время морских сражений Петр демонстрировал опыт абордажного боя, имеющий специфические особенности, освоить которые возможно только опытным путем. В России означенные морские сражения с участием русского царя могли происходить только после Великого посольства, так как до этого Петр не принимал участия даже в потешных морских боях. Россия не имела выходов к морям, за исключением Белого моря, на котором Петр I бывал нечасто.
До поездки в Европу царь отличался похвальной набожностью, по возвращении же он практически не соблюдал посты, не любил посещать церковь, насмехался над духовенством, начал гонения на староверов и закрыл ряд монастырей.
Есть мнение, будто бы Петр за эти два роковых года забыл все науки и предметы, то есть решительно все, что обязан был знать образованный молодой человек из хорошей семьи. Но зато теперь он умел работать на токарном станке и обладал другими малополезными царю навыками.
Узнав, что царя подменили, его сестра Софья[61]61
Софья Алексеевна (17 (27) сентября 1657 – 3 (14) июля 1704) – царевна, дочь царя Алексея Михайловича, в 1682–1689 годах регент при младших братьях Петре и Иване.
[Закрыть] подняла стрельцов, желая скинуть самозванца. Но не для того заговорщики заменяли царя, чтобы так легко отдавать власть в богатейшей стране: стрелецкий бунт был жестоко подавлен, Софью повесили на Спасских воротах Кремля.
Официальная история рассказывает, что сестра Петра I царевна Софья после неудачной попытки захвата власти была пострижена в монахини под именем Сусанна и умерла 3 (14) июля 1704 года. Похоронена в Смоленском соборе Новодевичьего монастыря в Москве. Но в старообрядческом скиту Шарпан находится захоронение схимницы Прасковьи, которую монахи отчего-то называют «царицына могила», она расположена в окружении 12 безымянных могил. Староверы считают эту Прасковью царевной Софьей, якобы бежавшей из монастыря с 12 стрельцами.
Так было или иначе, а быть может, Мережковский прав, и Софья героически погибла во время стрелецкого бунта, а какая-то другая женщина под видом царевны была пострижена в монахини.
Сразу после этого новый Петр сослал в монастырь свою законную супругу Евдокию Лопухину, которую до Великого посольства любил и с которой всегда переписывался, находясь в отъезде. Считается, что Петр даже не повидался с ней и не объяснил причин развода. Неудивительно: уж кто-кто, а супруга сумела бы вывести лже-Петра на чистую воду.
Своего брата Ивана V[62]62
Иоанн (Иван) V Алексеевич (27 августа (6 сентября) 1666, Москва – 29 января (8 февраля) 1696, там же) – русский царь в 1682–1696, из династии Романовых. Сын царя Алексея Михайловича Тишайшего и царицы Марии Ильиничны, урожденной Милославской. Отец Анны Иоанновны, Императрицы Всероссийской.
[Закрыть] и «своих» маленьких детей Александра, Наталью и Лаврентия лже-Петр умертвил сразу: зачем двойнику чужие дети? Что же до Алексея, исчезновение наследника было бы более чем подозрительно. Его пока пришлось оставить.
Историк Сергей Салль считает, что самозванец был высокопоставленным масоном-голландцем и родственником короля Голландии и Великобритании Вильгельма Оранского[63]63
Вильгельм III, принц Оранский, или Виллем ван Оранье-Нассау (4 ноября 1650, Гаага – 8 марта 1702, Лондон) – правитель Нидерландов с 28 июня 1672 года, король Англии (под именем Вильгельм III) с 13 февраля 1689 года и король Шотландии (под именем Вильгельм II) с 11 апреля 1689 года.
[Закрыть]. Считается, что настоящее имя самозванца было Исаак (по одной из версий, его звали Исаак Андре). Он мог быть родом из Швеции или из Дании, по вероисповедованию лютеранин. Профессия – моряк; во всяком случае, Исаак Андре, будем его так называть, участвовал во многих морских сражениях южных морей.
Но если Исаак Андре сделался русским царем Петром I, куда же, скажите на милость, делся подлинный Петр?
Историк Евгений Байда утверждает, что настоящий Петр был заточен в Бастилии и что именно он был известным узником, вошедшим в историю под именем Железная Маска. В списках узников Железная Маска значился под именем Marchiel, Петр отправился в Великое посольство под фамилией Михайлов. Железная Маска был высокого роста, держался с царственным достоинством, и с ним обращались достаточно хорошо. Другой историк, Глеб Носовский[64]64
Глеб Владимирович Носовский (26 января 1958, Москва) – советский и российский математик. Известен главным образом как соавтор книг А. Т. Фоменко по «Новой хронологии» – теории, квалифицируемой научным сообществом либо как псевдонаука, либо как литературный жанр.
[Закрыть], утверждает, что настоящий Петр был похищен и через некоторое время убит. Есть вариант, что Петр Алексеевич был схвачен иезуитами и заточен в шведскую крепость, откуда он передал письмо королю Швеции Карлу XII[65]65
Карл XII (17 (27) июня 1682, Тре-Крунур, Швеция – 30 ноября (11 декабря) 1718, Фредриксхальд, Норвегия) – король Швеции в 1697–1718 годах, полководец, потративший большую часть своего правления на продолжительные войны в Европе.
[Закрыть], чтобы тот вызволил его из плена. Оказавшись на свободе, Петр, воспользовавшись поддержкой Карла, выступил против самозванца, но шведская армия была разбита под Полтавой русскими войсками. В результате Петр I был вновь схвачен и заточен теперь уже в Бастилии, где он впоследствии и умер. По этой версии, заговорщики сохраняли Петру жизнь, надеясь использовать его в своих целях.
Что же касается наследника российского престола Алексея, самозванец ликвидировал последнего после попытки того освободить из Бастилии своего настоящего отца.
В заключение скажем, что Петр I действовал настолько сурово и подчас жестоко, так быстро пожелал перестроить огромную страну по западному образцу, что нет ничего удивительного в том, что его считали самозванцем. С другой стороны, Петр дал возможность людям подниматься по служебной лестнице: отличившийся солдат получал офицерский чин и мог заработать себе и дворянство, и земли; это было более чем привлекательно. То есть для кого-то Петр – антихрист и кара господня, для кого-то – отец родной. Поэтому и призраки у него разные – Петр-защитник и Петр-убийца.
Предсказание о гибели Санкт-Петербурга
Десятки различных примет
Разносят тревожные вести:
Дворцы и каналы на месте,
А прежнего города нет.
А. Городницкий
Практически сразу же после того, как город был заложен, появились первые предсказания о его грядущей гибели. Видно, чем-то не угодил новый северный Парадиз современникам. Чем же? Странными белыми ночами? Но кого этим можно удивить или напугать? Финны, а также люди, живущие севернее Питера, прекрасно знают, что такое белые ночи и северное сияние. Для них эти явления – что-то само собой разумеющееся. Длительной зимней темнотой? Безусловно, неприятное время, но ко всему можно привыкнуть. Стало быть, странным он был и остается для пришлых южан.
В Петербурге неплохой климат, не болезненный и не гнилой. Кстати, каналов в нем меньше, чем в Венеции, а ведь Венецию никто не называет гиблым местом, погода меняется не чаще, чем в капризном Париже. В Петербурге климат комфортный для человеческой жизни. В нем не больше дождей и туманов, чем в Таллине и Риге, и меньше, чем в знаменитом своей классической непогодой Лондоне.
На сегодняшний день назвать город мрачным и суровым могут только люди, ни разу не бывавшие на его берегах и не имеющие доступа к интернету. Питер окрашен теплыми, приятными цветами, архитектура домов, особенно в его исторической части, достойна того, чтобы буквально по каждой улице водили экскурсии.
Быть может, внушает суеверный страх миф, будто бы город построен на непригодном для жизни месте, проще говоря, болоте? Но Петербург построен отнюдь не на пустом финском болоте. Еще до того, как Петр произнес историческое «городу быть», здесь располагались шведские города-крепости: сначала Ландскруна, а затем, на ее же месте, Ниеншанц. Кроме того, разрастающийся город постепенно включил в себя не менее 42 деревень и городов, среди которых были и насчитывающие до 8 тысяч населения. Согласитесь, трудно назвать болотом деревни с домами и хозяйствами, с огородами, садами, посевными угодьями и пастбищами для выпаса скота. Никто не назовет так и хорошо укрепленную крепость с крепостной стеной и рвом.
Разумеется, Петербург стоит не на бесплодных землях. «Нева удобряет и орошает землю в своей пойме. Почвы в Петербурге плодоносны, здесь всегда жило много крестьян»[66]66
Буровский А. М. Петербург – по ту сторону.
[Закрыть].
На сегодняшний день вокруг Санкт-Петербурга количество болот никак не больше, чем вокруг Москвы или Новгорода.
Для чего же мы до сих пор продолжаем говорить о бескрайних болотах? Быть может, чтобы показать, какими неимоверными трудами стоило осушить эти места, дабы хотя бы начать строительство. Кстати, Петербург не построен на костях несчастных невольников. Начиная с 1703-го и по 1717 год его строили «даточные люди» (то есть люди, которым за работу выдавали плату) в три, а потом в две смены. Смены продолжалась с 1 апреля по 1 июля и с 1 июля по 1 октября. То есть люди приходили, трудились четыре месяца, после чего забирали жалование и отправлялись к своим семьям. Никого не загоняли на работу кнутами, кормили тоже прилично. Смертность, конечно, была, но такого, чтобы десятки тысяч вдоль дороги… Разумеется, нет.
После 1717 года «…строили его исключительно вольнонаемные, оброчные крестьяне… и… беглые. В Петербурге их принимали и давали им работу»[67]67
Буровский А. М. Петербург – по ту сторону.
[Закрыть]. Таким образом, Петербург уже в самом начале своего существования сделался городом свободы.
Тем не менее не только мало знающие о Санкт-Петербурге приезжие, а многие экскурсоводы, рассказывая о строительстве Петербурга, продолжают утверждать, будто город построен на костях. Мол, хоронили возле дорог, а потом на месте старых дорог ставили дома.
К слову, в Петербурге все время, что я его знаю, а это с самого рождения, постоянно и повсеместно что-то роют. Меняют трубы, устраняют скрытые неполадки, но при этом не было ни одного сообщения, что строители наткнулись на кости своих предшественников.
В Петербурге нет ужасов, которыми привыкли «завлекать» к себе другие европейские города, у нас нет ничего напоминающего знаменитую чешскую костницу, германский музей расчлененных трупов или итальянский музей скелетов. Тем не менее город принято изображать зловещим. Почему? Дело в том, что ужасы Санкт-Петербурга – часть его фольклорной и литературной традиции, у истоков которой стояли такие корифеи, как Пушкин, Дельвиг[68]68
Барон Антон Антонович Дельвиг (6 (17) августа 1798, Москва – 14 (26) января 1831, Санкт-Петербург) – русский поэт, издатель.
[Закрыть], Гоголь и Достоевский. В XVIII веке особое место в литературе занял полный жути святочный рассказ, а за ним появились первые, созданные гением писателей и поэтов, петербургские ужастики.
И вот уже всплывают старинные пророчества. То вынырнувшая из какой-то канавы кикимора прокричит скрипучим голосом: «Городу быть пусту!». То герои Мережковского устроят эль шкандаль на ровном месте: «Попомни меня! – воскликнула Марья пророчески. – Питербурх не долго за нами будет. Быть ему пусту! <…> Быть пусту, быть пусту! К черту в болото провалится! Как вырос, так и сгинет, гриб поганый. И места его не найдут, окаянного!».
Относительно кикиморы отнюдь не шутка: в протоколах Тайной канцелярии сохранились допросы дьякона Троицкой церкви, который эту самую страхолюдину узрел и произнесенные ей слова слышал. Кстати, в Канцелярию он загремел после того, как отказался кричать «многая лета» новой царице Екатерине I. М. И. Семевский относит к 1722 году слухи о зловещих знамениях в Петербургском Троицком соборе: снова кто-то крикнул знаменитое: «Петербургу быть пусту!», и клич был подхвачен. Волнения, возникшие сначала среди духовенства, быстро охватили весь город, в частности, дьякон от Троицы, который первым разнес слух о грозящем запустении Петербурга, был осужден на три года каторги[69]69
Семевский М. И. Слово и дело: 1700–1725. СПб., 1886. С. 95.
[Закрыть].
«Старики сказывают, – на Петербургской стороне, у Троицы, ольха росла высокая, и такая тут вода была, лет за десять до построения города, что ольху с верхушкою залило, и было тогда прорицание: как вторая-де вода такая же будет, то Санкт-Петербургу конец, и месту сему быть пусту. А государь император Петр Алексеевич, как сведали о том, ольху срубить велели, а людей прорицающих казнить без милости. Но только слово то истинно, по Писанию: не увидеша, дондеже прииде вода и взят вся…»[70]70
Мережковский Д. С. Александр I.
[Закрыть]
Возможно, действительно стояло когда-то громадное дерево у Троицкой пристани. Ольха ли это была, береза, ива или сосна? Различные легенды называют дерево, как кому больше нравится. Сему дереву традиционно поклонялись живущие в этих местах карелы. Очень может быть, язычники часто поклоняются деревьям, тем более старым, с изогнутыми стволами. «Часто в качестве такого дерева фигурирует сосна с причудливо искривленной вершиной, росшая на берегу Невы примерно там, где сейчас находится Петроградская набережная. На дереве сами собой зажигались огоньки святого Эльма – электрические разряды в виде светящихся пучков. Огоньки вспыхивали именно на такой высоте, до которой должна была подняться вода при приближающемся наводнении, и жрецы предсказывали бедствие»[71]71
Буровский А. М. Петербург – по ту сторону.
[Закрыть]. Есть вариант, что на дереве появлялись не просто огоньки, а свечи. И вот однажды к этому почитаемому язычниками дереву подошел Петр с солдатами и приказал срубить его – ибо сие дерево есть идол. Достаточно обычный поступок: христиане традиционно уничтожали языческие капища.
Как только топор коснулся ствола, огоньки или свечи мгновенно погасли. Испугавшись происходящего, царь отступил. Прошло несколько лет, и в 1720 году в Петербурге вдруг неведомо откуда появился старец, который проповедовал, что скоро начнется наводнение и вода поднимется до отметки, оставленной петровым топором. То есть это наказание за попытку уничтожить чужую святыню.
Перепуганные жители якобы начали собирать манатки и перебираться в другие города, дабы избежать нового потопа. В реальности никакого массового ухода людей из города никогда не было. Да и кто бы позволил?
«…Вблизи Кронверка на пустынном месте росла огромная ива, возрастом много старше Петербурга, – пишет Наум Синдаловский[72]72
Синдаловский Н. Легенды и мифы Санкт-Петербурга.
Наум Александрович Синдаловский (род. 1935, Ленинград) – российский писатель-историк.
[Закрыть]. – Под ней в первые годы существования города какой-то пришлый старец – босой, седобородый, с всклокоченными волосами – проповедовал, что в ближайшее время Господь разгневается и потопит Петербург… подымутся волны морские выше этой ивы и поглотят столицу Антихриста».
Пророк назначил день и час наводнения. Петр, узнав про эти речи, велел приковать старца железной цепью к иве, которую должно было залить при наводнении. Предсказанный день и час наступил, а наводнения не было. В назидание обывателям старца публично наказали батогами под той же ивой, а затем изгнали из Петербурга.
Другой вариант окончания этой истории – царь срубает дерево, а на образовавшемся пне солдаты порют пророка плетьми, дабы не смущал народ.
Болото
Я не тот, кого мысли о смерти гнетут,
Сомневаюсь, чтоб там было хуже, чем тут.
Эту жизнь я вернуть своевременно должен,
Ну а там вместо времени – вечность дадут.
Омар Хайям
Возьмем уже разобранную нами ранее версию «Питер стоит на болоте». Но что такое болото? Кочки, лягушки, клюква, трясина. Если принять термин «болото» как иносказательный образ, получается интересный смысл. Болото – это не земля и одновременно с тем не вода. А что? Нечто. Не рай и не ад, странная субстанция, которая может в любой момент провалиться и проглотить город со всеми его красотами. «Царь-Антихрист, построит он город на негодном месте, и простоит сей град триста лет и три года и сгинет в три дня». Знаменитое несбывшееся пророчество приписывается Квиринусу Кульману[73]73
Квирин(ус) Кульман (25 февраля 1651, Бреслау (ныне Вроцлав) – 4 октября 1689, Москва) – немецкий мистик, писатель и поэт.
[Закрыть], закончившему свою жизнь в горящем срубе на Красной площади вместе со всеми своими письменными трудами, а также с другом и покровителем, богатым купцом Конрадом Нордерманом, по указу царей-соправителей Петра I и Ивана V. Впрочем, если все труды этого мистика и философа были сожжены, отчего же сохранилось это пророчество? Может, запомнилось, а может, знаменитая Канцелярия тайных дел сохранила в своих протоколах.
Еще одно предсказание о гибели города принадлежит царице Евдокии Лопухиной, сказавшей перед насильственной отправкой ее в монастырь: «Месту сему быть пусту!». Об этом предсказании мы узнаем из показаний ее сына царевича Алексея под следствием (от 8 февраля 1718 года).
Четвертый Рим
Ни страны, ни погоста
Не хочу выбирать.
На Васильевский остров
Я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
Я впотьмах не найду,
Между выцветших линий
На асфальт упаду.
И душа, неустанно
Поспешая во тьму,
Промелькнет над мостами
В петроградском дыму,
И апрельская морось,
Под затылок снежок,
И услышу я голос:
– До свиданья, дружок.
Иосиф Бродский(из стихотворения «Стансы»)
«Два Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти», – произнес псковский старец Филофей, имея в виду Санкт-Петербург. Спросите, какая связь, ну, решил царь сделать себе европейский город, так причем здесь Рим? Почему не Париж? Не Берлин? Не Вена?
Все дело в названии: город посвящен святому Петру, который не только апостол, а первый епископ Рима. Рим – по праву город святого Петра, стало быть, Санкт-Петербург – крепость святого Петра – четвертый Рим – кощунство!
Кощунство против бога, и бог рано или поздно разберется с ним. Как? Но ведь другие пророчество как под копирку сулят Питеру смерть от воды. Стало быть, четвертый Рим погибнет от наводнения.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?