Читать книгу "Тайна тосканской ведьмы"

Глава 5.

Они возвращались домой длинной дорогой, чтобы посидеть в тишине и переварить случившееся.

Несколько раз за окном мелькнула вывеска: agriturismo Portinari. Ферма, принимающая гостей, процветала, иначе не смогла бы позволить себе столько рекламы. Когда перед глазами возникла очередная, на этот раз яркая, от руки написанная вывеска: «Всего один километр до агритуризмо Портинари! Не забудьте заехать на лучший в Италии яблочный пирог! У нас есть пирог!» Саша и Лапо рассмеялись и повернули на указатель.

Старые ворота широко распахнулись к подъездной дороге и сразу показалось простое, одноэтажное каменное строение с вывеской «дегустации». Саша и Лапо открыли застекленную дверь и оказались в помещении, полном полок, забитых джемами, печеньем, бутылками с оливковым маслом и банками с яблочным и лимонным соком. Здесь были даже бутылочки с лимончелло. Сашин рот непроизвольно наполнился слюной. Как же захотелось немедленно получить кусочек пирога и рюмочку лимончелло!

Дверь распахнулась и в зал вкатилась маленькая, еле достающая Саше до подбородка, полненькая и кудрявая женщина лет семидесяти.

– Ciao, ciao, ciao! – пропела синьора мелодичным голосом. – Надеюсь, я не заставила вас ждать! Столько дел, столько дел! Какой занятый день!

Девушка с трудом представляла, откуда берется «столько дел» в такой тишине и пустоте, интересно, что поет синьора летом, в сезон?

Женщина выглядела так мило и уютно, что оба Орсини улыбнулись во весь рот.

– Я синьора Портинари. Добро пожаловать на ферму Портинари, где выращивают лучшие яблоки и лимоны в Тоскане!

– Ух ты. – Сказала Саша.

– Ух ты. – сказал Лапо. – По-моему яблоки выращивают в Альто Адидже, а лимоны на Гарде и на юге!

– В том-то и дело! – Подмигнула ему женщина. – В Тоскане мы единственные. Когда туристам надоедает оливковое масло и кьянти, они видят нашу вывеску и заезжают, чтобы попробовать что-то неожиданное и свежее. Это всегда работает!

Саша блаженно улыбалась. Как же она любила эту сторону своей тосканской жизни: тишину, холмы, оливы и виноградники, простую деревенскую жизнь. Плечи расслабились и мысли о событиях этого дня растаяли, словно ничего и не произошло.

– Что я могу предложить вам сегодня? – продолжала синьора Портинари.– О, я знаю! Горячий пончик с бокалом яблочного сидра! Только из печи, а вот и моя племянница с корзиной!

Саша и Лапо ошарашенно переглянулись. Сидр? Пончики? В Тоскане?

Девушка-подросток, которую синьора разглядела в окно и энергично замахала, вошла и поставила на стойку плетеную корзину, накрытую белой льняной тканью, откуда еще шел пар.

– Но откуда вы узнали…

– Нет-нет, синьора, конечно я не знала о вашем приезде, но через полчаса в Сан Джиминьяно поедет туристический автобус, гид предупредила, что они заедут к нам на дегустацию. Берите скорее, иначе все пончики разметут в две секунды!

Аромат был таким, что Саша не стала дожидаться следующего предложения, откинула ткань, столкнувшись рукой с мужем.

– Погодите-погодите! – Синьора легонько стукнула их по рукам. – Обожжетесь!

Она взяла пончик салфеткой, передала его Саше и тут же достала второй, для Лапо.

– За счет заведения, принц Якопо.

– Откуда вы…

Синьора расплылась в счастливой улыбке, она снова удивила гостей.

– Такие персоны, как вы, не замечают простых фермеров на ярмарках. А мы видим все и знаем всех. Разве наше вино сравнится с вашим! Вот поэтому мы делаем лимончелло и его разбирают все туристические магазинчики. Туристы хотят покупать то, что является для них символом: кьянти, лимончелло, не задумываясь, в каком регионе находятся. А иначе им не были бы заполнены все лавки!

Саша подула на пончик, откусила большой кусок, закрыла глаза, блаженно пробуя теплое сладкое тесто с оттенком сладких яблок и корицы.

– Мускатный орех? – Поинтересовался Лапо.

– Именно, bravo, principe!

– Не могу сказать, что я любитель пончиков, но эти готов есть каждый день. – Польстил Лапо, а Саша искренне призналась, что это лучший пончик в ее жизни.

– Синьора из Неаполя?

– Bravo, principe! – Снова расплылась фермерша. – Вы правильно угадали, кто еще может делать лимончелло и печь zeppole napoletane, неаполитанские пончики! Сорок лет назад я вышла замуж за тосканца, но так и осталась неаполитанкой!

– А корица и яблоки?

– Туристы любят привычный вкус. И что может быть лучше в холодное время года, чем корица и яблоки! Но это наши яблоки, не покупные, у нас великолепный яблочный сад, мы выращиваем разные сорта и даже побеждали на конкурсах! Можете в это поверить? Тосканские яблоки! – женщина сияла от удовольствия. – Ну конечно, у нас есть стая несушек, несколько коз и пара свиней.

При слове «стая» Саша представила себе куриный клин, улетающий на юг. Нет, от этой синьоры она бы не улетела, даже будучи курицей!

– Я подарю вам несколько наших особенных яблок. Они прекрасно сохранились с лета. И вы испечете потрясающий пирог, principessa! Вы же умеете печь яблочный пирог? С карамелью!

Саша, всегда вздрагивающая от смешного слова «принчипесса», кивнула. Она ни за что бы не призналась этой женщине, что на кухне-царство экономки Бернадетты. В конце концов, почему бы принцессе не печь яблочные пироги! С карамелью.

– Мы удачно заблудились, свернув на незнакомую дорогу, – сказала Саша.

– О, дорогая, я не верю, что можно заблудиться. Мы всегда оказываемся там. где нам и положено!

Лапо уложил в машину тщательно упакованный пирог, целый пакет яблок, и еще один, промасленный пакет с пончиками.

– Съешьте их по дороге! Остывшие, они потеряют вкус. И нет, я не приму ваши деньги. Просто приезжайте на осенний праздник урожая в Сан Джиминьяно и обязательно найдите наш стенд. Это будет честь для нас и… визит принцев Орсини привлечет к нам покупателей! – Она в очередной раз подмигнула.

– Бизнес леди! – Восхитилась в машине Саше.

– Неаполитанка! – резюмировал Лапо.

***

Когда они добрались до дома, было уже поздно. Бернадетта оставила еду в духовке, осталось разогреть.

Пока Саша разогрела, разложила по тарелкам и принесла ужин в маленькую гостиную, Лапо разжег огонь в камине. Настольные лампы придавали комнате золотистое сияние, а пледы, наброшенные на кресла, довершали уютную картину.

Как же полюбила Саша старое поместье, ставшее для них с Лапо домом! Двери в их кухню были всегда открыты, там копошилась Бернадетта, туда приходил старик Симоне, показать найденные трюфели и поделиться ими с хозяином, забегала его жена, синьора Луиза. Бернадетта не допускала чужих пирогов и джемов в доме, где властвовала безраздельно и Луизе оставалось лишь сплетничать о событиях в деревне. В кухню часто заходили работники с виноградника, обсуждали с Лапо насущные проблемы, пили кофе. Здесь, в поместье, он был не принцем, а одним из них, таким же работником на своей земле.

Но сегодня было уже поздно и очень тихо, дрова в камине приятно потрескивали.

– Я расстегну пуговицу на джинсах,– сказала Саша. – После пончиков в машине, а теперь запеканки с бараниной, большими ломтями хлеба и салата предстоял еще и яблочно-карамельный пирог синьоры Портинари. Для него уже не было места, но как не попробовать!

В Лапо же все влезало прекрасно.

– Я удивлен, что ты молчишь, даже не хочешь обсудить сегодняшние события. Это радует!

– Зря радуешься. Я как раз думаю о взломе дома Гвидоне Пикколоджоне. Почему домработница не сказала о нем? Это странно!

– Ну, наверное шок от тела работодателя вытеснил воспоминания. А может, она и не знала. Он же был скрытным, она сама сказала.

– А еще я думаю… почему это всегда случается со мной? Я занялась историей платья, а в итоге снова наткнулась на труп.

– Судьба!

– Я серьезно! Я собираюсь… решить историческую головоломку и вдруг оказываюсь в центре расследования убийства.

– В которое тебе запретили вмешиваться, если не забыла. Может, это твое предназначение в жизни?

– Натыкаться на трупы?

– Находить решения загадок. Даже если это загадка с убийством. Ты и меня в это втравила, вот только у меня есть свои дела и придется тебе немного умерить пыл. Потому что одно дело-документы, а другое – твои поездки к убийцам в гости. Без меня ты больше никуда не поедешь, без обид! Или ты все же откажешься от загадки платья? Хороший момент, кстати, все поймут, я уже говорил.

– Ты же знаешь, что я очень хочу узнать историю платья ведьмы.

– Я знаю. – Лапо подошел и чмокнул жену в щеку. – Так какие планы?

– Поговорить с сестрой Гвидоне. Она может знать о платье. И о женщине в жизни брата.

– Это на самом деле интересно, разгадать тайну, которой пятьсот лет. И если всплывет что-то подозрительное, связанное с Гвидоне, ты передашь это полиции. Все, как ты любишь.

– Ты слишком хорошо меня знаешь, Якопо Джанлодовико Грегорио Доменико Орсини, принц Салерно и Таранто, герцог Гравина, маркиз Нерони-Гаэтани, граф Нола, синьор ди Монте Арджентарио, дель Джильо. Мы женаты меньше года, а уже никакой тайны.

– Ты запомнила?

– Нет, еще десять титулов я не помню.

– Я сам их не помню. – Засмеялся Лапо. – И не переживай, ты настолько непредсказуема, что это всегда держит в тонусе!

Глава 6.

Инспектор позвонил следующим утром. Этой ночью в окно советника Торрини бросили камень с приложенной запиской: «не выпендривайся, иначе будешь следующим».

Бедная Каролина… Там, на вечере, она была в ужасе. Но значит ли это, что стрельба и убийство Гвидоне не связаны?

В этот день музей истории криминалистики был закрыт для посетителей, а значит, можно спокойно поговорить с директором. Саша вызвала такси и отправилась в Сан Джиминьяно.

Вчерашняя мрачная погода и черные тучи, словно специально создавшие антураж для убийства, сменились теплым солнышком, холмы зеленели, в лощинах лежал туман. Еще два-три месяца и зелень исчезнет, выгорит на жарком солнце. Но пока холмы долины Эльза представали во всей красе, переливались как бархат, сияли как шелк всеми оттенками зеленого, от изумруда до нежного яблока и малахита.

Директор работал за своим столом на тонком серебристом ноутбуке. Поблагодарил сотрудницу, сопроводившую Сашу и встал поприветствовать гостью.

– Добро пожаловать, принцесса. Какое трагическое событие, не правда ли? Кофе?

– Нет, спасибо.

– Как ужасно, найти тело Гвидоне… но я надеюсь… это не повлияет на ваше согласие проследить историю платья?

– Не повлияет. Но скажите… вчера на вечере я видела, как вы спорили с синьором Пикколоджоне. Наверное, вы переживаете, что ваш последний разговор был таким… эмоциональным?

– Спорили? Ах, вон вы о чем… Гвидоне говорил о том, чтобы составить завещание и включить в него наш музей. Жаль, не успел.

– Но мне показалось, вы ссорились.

– Сундук. Я хотел, чтобы сундук, в котором обнаружено платье, также попал на выставку. Но Гвидоне был категорически против. Не могу понять почему, мне не удалось его уговорить.

– Вы близко знали синьора?

– Его никто не знал близко. Скрытный, очень скрытный! Но я рад, очень рад, что вы от нас не отказались. Так чем я могу помочь?

– Для начала немного справочной информации. Деревня Лари исчезла, как я поняла, где-то в начале двадцатого века. Нет ли ее случайно на старых картах?

– Конечно есть. – Директор вышел, вернулся со старой картой в рамке и ткнул пальцем: – Вот. Прямо здесь. Слева, по соседству от valle del diavolo.

– Что-нибудь там осталось?

– Соседняя деревня. Там рассказывают легенду, что в штормовые ночи слышат колокол исчезнувшей Лари. И еще…– он понизил голос, – говорят, что там на лугу бродит дух Костанцы. На самом деле ее, якобы, повесили именно там, в Сан Миниато лишь вынесли приговор.

– А жители деревни? Возможно, там остались ее родственники? В Тоскане люди знают свою родословную на тысячу лет назад, уж ведьму не упустили бы.

– Никто не знает, откуда взялась Костанца. Лари– это последнее место ее… деятельности, если позволите так назвать. Возможно, какие-то сведения есть в протоколах инквизиции. Но протоколы закрыты для публики, а фильм– чистая фантазия. Книги написаны на основе краткой информации, которая раньше публиковалась. Тоже никакой достоверности.

– Призрачные колокола. Интересно! А где находятся протоколы? В архиве?

– Конечно, но не в государственном. Они в архиве Ватикана и лишь церковь решает, что и когда публиковать. Даже историкам доступ закрыт. Потомки известных семей имеют право дважды в год знакомиться с документами в архиве Ватикана, но это касается лишь собственной семьи. Хотя вы знаете это лучше меня.

Саша представления не имела о таких правилах, но согласно кивнула и поинтересовалась с видом знатока:

– А какие-то приходские записи?

Директор закинул ногу на ногу. – Они исчезли вместе с деревней. Поверьте, я сразу же это проверил – хотя они могут и скрываться, незамеченные, в чьей-то библиотеке. Такие вещи здесь случались не редко. Люди в маленьких деревнях были не так бережны с записями, как следовало бы. Вы знаете, что такое бывает, иногда прошлое мертво. Даже в Тоскане.

– Я хотела бы увидеть коллекцию вещей, которые синьор Пикколоджоне пожертвовал вместе с платьем. Они могут быть полезны.

– Конечно. Я распоряжусь. – Директор снял трубку и отдал распоряжение. – держите меня в курсе.

Музейное хранилище располагалось на втором этаже, большое, хорошо освещенное помещение с металлическими полками от пола до потолка, где хранились предметы, которые в настоящее время не выставлялись.

Аличе, на сей раз не в золотом платье, а в обычных джинсах и свитере, проводила Сашу к столу, где уже лежало несколько предметов: какие-то брошки, красивый старинный сосуд для вина, резная деревянная шкатулка и картина без рамки, совсем маленькая.

– Но зачем вам все эти предметы?

– Раз они найдены вместе, может быть связь.

– О, я понимаю. Мы называем это синхронностью. Еще вот это кольцо. – Аличе положила на стол золотое кольцо, выпуклое, с темно-синим сапфиром, обрамленным двумя ограненными алмазами.

Кольцо было интересным, но определенно не сокровищем. Большая часть золота стерлась. Камни не самого лучшего качества, это понимала даже Саша.

– Оправа необычная,– сказала Аличе. – Камни вмонтированы в золото. Это называется молотковая оправа. В большинстве колец используются зубцы, чтобы подпереть драгоценный камень, позволяя свету преломляться. В молотковой оправе драгоценные камни вбиты в саму полосу. Чистота и минимализм. Привлекательный дизайн, почти современный по ощущениям.

– Но что общего у этих предметов с платьем ведьмы?

– Может быть, и ничего,– в хранилище вошел директор Савини.

– Синьор Пикколомини сказал нам, что нашел рукописную записку, прикрепленную к платью. Я все думала, почему вы мне ее не показали.

– А, это. – Савини смутился. – Я не показал, потому что она бесполезна – подделка. Она должна была выглядеть как старинная, но на самом деле совсем недавняя.

– Откуда вы знаете?

– Ну, мы же специалисты! Она слишком хороша. Фальсификаторы перестарались, чтобы выглядело идеально. Аличе… синьорина Феррари определила это сразу же. А вскоре нас посетила известный историк из Болоньи и, собственно, хватило беглого взгляда.

– Она у вас?

– Я ее не сохранил. Это же очевидная подделка.

– Вы помните, что там было написано?

– Там было написано: «Платье принадлежало Костанце да Лари, ведьме.»

***

Выйдя из музея, Саша присела на камни колодца, созданного в 1287 году, но до сих пор наполненного водой и давшего имя одной из самых красивых площадей Сан Джиминьяно.

Хотя главной площадью городка считалась соборная – пьяцца дель Дуомо, именно здесь толпились многочисленные туристы. Но в марте их было не много, солнце нагрело старые камни и девушка наслаждалась редкими спокойными минутами в одной из главных туристических достопримечательностей Тосканы.

Хотя городок Колле валь д’Эльза казался Саше интереснее Сан Джиминьяно, судьба распорядилась так, что все туристические группы стекались именно сюда. Жители Колле жалели об отсутствии финансовых потоков, но больше радовались, что их старинные улицы не вытаптывают миллионы ног. Подумать только, статистика сообщала, что ежегодно в Сан Джиминьяно, где живет чуть больше семи тысяч человек, приезжает два с половиной миллиона туристов!

Среди старинных дворцов и арок на площадь выходил фасад торре дель дьяволо. Если такие имена давали даже башням, какие претензии к ведьмам?

На самом деле башня не имела ничего общего с князем тьмы. Башня дворца Кортези – одна из четырнадцати сохранившихся в Сан Джиминьяно. Несколько столетий назад владелец дворца вернулся из дальних краев и удивился, ему показалось, что башня выросла с тех пор, как он покинул свой дом. А кому еще могли приписать такое действо в Средние века? Конечно, дьяволу.