Читать книгу "Между нами"

– А, знаешь, это даже хорошо, что ты не торопишься объяснить свою тупую подставу. – Багдасаров сладко растянул губы в улыбке.

– Знаешь, что скажу, Юр? – прищурился на это Трофим. – Этот разговор у нас уже был и не раз, и ты с важным видом хвастался, что всё ещё сечёшь ситуацию, да ещё искренне верил, будто по-прежнему что-то контролируешь. Только я вот тебе скажу: ты всё же оглох, ослеп и безгранично отупел! – сказал друг, как выплюнул. А потом совершенно беспомощно, так ему не свойственно, обвёл рукой пространство, явно имея в виду что-то глобальное. – И весь этот фарс ударит по тебе очень больно. Сомневаюсь, что сможешь устоять на ногах. Попомни моё слово! – тряхнул он толстым указательным пальцем, а Багдасаров бесцеремонно кивнул. Ему было плевать.

Задержавшись с Трофимом наедине всего на несколько секунд, Влада бросила в него насмешливый взгляд.

– Раздавлю! – Услышала она угрозу, на которую легкомысленно усмехнулась и с издёвкой шепнула:

– Ничего не выйдет!

– Это ещё почему? – озадачился толстяк, потерявший всю способность к сопротивлению.

Влада только пожала плечиками и вызывающе прикусила нижнюю губу. Боль прострелила от подбородка до макушки, но поморщиться она себе просто не позволила.

– А ты так ничего и не понял? Посмотри на Багдасарова и усвой, наконец: я предпочитаю «сверху»! – самым наглым образом заявила она, подмигнула и рассмеялась, когда Трофим сжал кулаки и сделал решительный шаг. Он ей проиграл. И лучше было бы запомнить эту невыгодную позицию. Лучше для него.

Глава 5

Всё было предельно честно.

Я не думала о тебе,

когда приняла решение уйти.

Но о себе я не думала тоже!

Покинув курилку, отдышаться не пришлось. Стоящий неподалёку Багдасаров выглядел, как одна сплошная интрига. Понятно, что своей вызывающей выходкой Влада здорово вытянула некрасивую ситуацию, но едва ли это вот прямо полностью реабилитировало её в глазах жениха. Багдасаров мог продолжить словесно пинать непокорную девчонку. И в чём-то Влада даже готова была его понять. Мужское самолюбие в принципе та ещё шкатулка с секретом, а она со всей дури швырнула эту шкатулку об пол и для верности притоптала ножкой.

И вот сейчас Юра смотрел… нет, не на неё. Он смотрел в потолок, глубоко запрокинув голову, спрятав ладони в карманах брюк и мерно раскачиваясь вперёд-назад, будто в поиске равновесия.

– Сколько же в тебе талантов, красавица? – глухо уточнил он.

Так и не сумев разгадать мужской настрой, Влада сделала несмелый шаг.

– Ровно столько же, сколько и дури, – проронила она на выдохе и приблизилась ещё. – Тебя ждёт много открытий, Багдасаров. Ты готов к ним?

Он улыбнулся. Лениво и до невозможного широко. А потом склонил голову так, чтобы видеть свою малышку. Но Влада не спешила ответить тем же и всё ещё мялась в неприятном неведении.

– Я никогда не слышал, чтобы ты пела. У тебя очень красивый голос. – Прозвучала неожиданная похвала, и Влада смутилась. Принимать одобрение она так и не научилась. – Это открытие оказалось приятным. Каким будет следующее?

– Сегодня я умудрилась накосячить на много месяцев вперёд. Подозреваю, в ближайшем будущем придётся сидеть тихо и не отсвечивать.

Взгляд Багдасарова заострился, а нижняя челюсть тут же потяжелела, выдавая непривычную угловатость. Он подошёл, остановившись от Влады в одном шаге, и будто нехотя протянул руку, чтобы коснуться острого подбородка.

– Я не могу изменить сегодняшнее утро, – как-то вынужденно признался Юра, в точности повторяя её недавние слова. Так и не коснувшись, он удержал кончики пальцев в жалком сантиметре от её лица. Правда, смотрел до того упрямо, что у Влады заныла и челюсть, и висок, и даже язык во рту стал ватным и непослушным. – И мне жаль.

Последнее прозвучало твёрдо и совершенно обречённо. Понятное дело: на такой день у Багдасарова были совершенно другие планы. И что Влада могла на это ответить? Что ей тоже жаль? А даже если и так, какой смысл проговаривать очевидное? Только бы получить лишние баллы в зачёт? Влада к такому не привыкла!

– Нужно вернуться в зал… – пробормотала она вместо того, чтобы очередной раз признать ошибки.

На это её «нужно» Багдасаров только ухмыльнулся. Нет, он не хотел отпускать её к гостям. Остаться вдвоём казалось куда заманчивее. Даже при условии, что они будут вот так же стоять друг напротив друга, не имея возможности коснуться. Не имея на это сил!

– Ты могла бы разыграть эту историю по-другому, – прищурился Юра, пытаясь что-то для себя понять. Что-то такое, что до этого утаилось, а вот Влада удивилась замечанию и уверенно вскинулась:

– Я выхожу замуж один раз. Никто не испортит этот день! – возмутилась она.

Багдасаров посмотрел снисходительно и вызывающе хмыкнул:

– Похвальное рвение!

– Не думаю, что есть какие-то слова… – излишне громко начала Влада, но возбуждение быстро стухло, осталось только глухое раздражение на саму себя.

Пришлось заламывать пальцы. Ну, точно как дурочке! И Влада поторопилась разомкнуть ладони, пожала плечами.

– Да и что такое слова… А впрочем, мне нечего скрывать. Всё было предельно честно. Я не думала о тебе, когда приняла решение уйти. Но о себе я не думала тоже!

– Мне стоит принять это к сведению?

– Стоит! – Чувствуя, как глаза наполняются слезами, воскликнула Влада. – Сестра для меня важнее. Она роднее! И никто не изменит этого!

– Я не пытаюсь соревноваться за твоё внимание и точно не заставляю делать выбор. Любовь к сестре и… чувства к мужчине – это разные истории, – мягко, с усталым вздохом пояснил Багдасаров и таки вытащил ладони из карманов брюк. Он был готов вернуться к гостям.

Влада торопливо вскинула подбородок и подхватила жениха под руку. Своим «выступлением» она умудрилась высоко задрать планку. Своим выступлением она предъявила на Багдасарова определённые права. И этим правам придётся соответствовать.

Шумное веселье продолжилось. Улыбаться пришлось в два раза больше. Танцевать в два раза чаще. Ну а смотреть на мужа и осознавать себя частью чего-то целого… никаких неудобств это уже не приносило. Гаяне поглядывала в сторону молодых одобрительно, бабушка Ани с умилением. Родители Багдасарова покинули праздник, не прощаясь, но, кажется, никто, кроме Влады, этого даже не заметил.

Часы успели отбить полночь, когда пришло время и им с Багдасаровым оставить застолье. Последний аккорд выжал молодых без остатка и, оказавшись в салоне авто, у них не возникло желания что-то обсуждать. Юра закрыл глаза и откинул голову на подголовник, Влада смотрела строго перед собой, но очевидно абстрагировалась от происходящего. Она была где-то далеко, на недосягаемой высоте. Сознанию там нравилось, оно перетекало из одной формы в другую, не особо контролируя положение в пространстве.

Вернуться в реал заставила колкая, едкая мысль. Влада шумно вздохнула, напряглась и воровато глянула на… мужа. Прошло несколько секунд, и её взгляд стал тяжёлым и твёрдым, он призывал откликнуться. Багдасаров просто не мог этого не почувствовать, а когда открыл глаза, вдруг подумалось, что ждал. Её претензии, разумеется! Той самой, которую Влада за собственным волнением как-то упустила.

– Ты, правда, спал с ней? – Прозвучал в тишине салона далеко не робкий вопрос. Смысла отнекиваться не было, и Юра отрешённо кивнул.

– Да.

– Почему?

– Потому что идиот, – ровно среагировал он, и Владе пришлось согласно кивнуть. Правда, с чем она там соглашалась, сказать наверняка было нельзя.

– А ещё почему? – прошептала она, совершенно теряясь в охвативших эмоциях. Что-то внутри клинило, и вдруг показалось, что услышать от Багдасарова «нет» было бы не так страшно, даже если бы он очевидно соврал.

– Потому что жить в постоянном напряге непросто, и меня сорвало, – признался Юра, не пытаясь как-то сбросить с себя вину. И в этом они были предельно похожи.

Оставалось только подчеркнуть очевидное, что Влада и сделала:

– Ты выбрал для этого срыва не лучший момент.

– Точно! – развеселился он и порывисто взъерошил волосы, посмотрел на Владу прямо, с давлением. – Но обычно именно так и срывает! – заметил Багдасаров, явно напоминая, что и она для побега выбрала «идеальный» момент.

Влада пожала плечами и опустила взгляд в пол.

– Я не собиралась уходить. Уже давно не собиралась. Но он сказал, что знает, где Эль, и выбора не осталось.

– Я уже понял, – выдохнул Багдасаров. Видимо, объяснения всё же оказались лишними.

– Ты не обязан меня прощать. Но понять можешь! Ведь можешь?..

Влада сжала кулак, а Багдасаров накрыл его своей ладонью. Впитать его спокойствие просто пришлось! Невозможного нет. А впереди только светлое будущее. Уж он-то расстарается. Вот прямо с этой ночи и приступит.

«Ещё и брачная ночь!» – запоздало ужаснулась Влада незавидной перспективе и едва не застонала в голос. Но на её подпрыгивания Юра не среагировал. Он в себе уверен. Ну а ей остаётся только довериться, что само по себе звучит страшно. Вот только бояться не хватило сил, и Влада приняла здравое решение, что это можно отложить. Совсем ненадолго. Сколько там понадобится времени, чтобы доехать до дома?..

Проснулась Влада далеко не сразу. Никаких домов – Багдасаров уже нёс её на руках по светлому коридору гостиницы. Когда она завозилась, Юра только едва уловимо улыбнулся и прижал крепче. Разве он не простит ей такую мелочь?

Задавать вопросы не хотелось, а вот… принять свою слабость… Позволить себе быть вот такой… чуточку наивной, совершенно неопытной… В общем, вместо того, чтобы потребовать свободы, Влада притёрлась щекой к его широкой груди и от души насладилась биением мощного сердца. Не мешало бы добавить чуточку флирта, наполнить лёгкие пьянящим удовольствием, но отчего-то Влада медлила. Кого она хочет обмануть?.. Было по-прежнему страшно. Не до дрожи, конечно, и уж точно не до подкашивающихся ног, но скорая близость неприятно отрезвляла.

Тот секс, который она видела, о котором знала, был, безусловно, в кайф. Участвовать не приходилось, но визуально ничего, кроме отвращения, животный процесс не вызывал. То, что всё это время происходило между ними с Юрой, секс не напоминало и отдалённо. То, что было у них, вызывало волнительный трепет. Но сама по себе привязка к временному промежутку, к конкретной дате… Чёртова подпись в ЗАГСе вовсе не сделала их ближе! Поэтому нужно было просто решиться. Просто заставить себя сделать этот шаг. Далеко не первый, к слову. И уж точно не последний.

Коридор, которому, казалось, не было конца, остался позади совершенно неожиданно. Не отпуская Владу, Багдасаров справился с электронным замком, и роскошно оформленная дверь буквально отсекла реальность. Юра поцеловал Владу в кончик носа, поставил на пол в самом центре огромной комнаты. Кровати поблизости не было, что, определённо, добавило спокойствия. Влада осмотрелась, растёрла вдруг озябшие плечи и стрельнула в Багдасарова взглядом: «Что дальше?»

Номер был украшен белыми цветами и невесомым тюлем. Под ногами приятно сминался пушистый ковёр, и Влада позволила себе слабость: сбросила туфли, которые ещё час назад казались удобными, а сейчас вдруг сдавили ступни, будто деревянные колодки! Она блаженно улыбнулась. Ну и Багдасаров не душил своим близким присутствием. Стянув пиджак и галстук, он отступил к столику, на котором скучали без внимания фрукты, сыр, шампанское.

– Выпьешь? – Раздалось, когда Влада раздумывала, будет ли уместно опуститься на ковёр, чтобы пригладить белоснежный ворс ещё и руками.

Она вздрогнула, будто пойманная с поличным, и решительно отказалась. Вино Багдасаров всё же открыл и наполнил два бокала. Один из них предложил ей, но желания утопить волнение в лёгком алкоголе у Влады так и не возникло. Покрутив высокую ножку в пальцах, она снова покачала головой и, так как сил подойти к столику в себе не нашла, поставила бокал прямо на пол.

– Я в душ? – практически шёпотом спросила Влада, совершенно не ожидая, что голос окажется сдавлен бурлящим в крови напряжением.

Багдасаров ненадолго задумался. Им, определённо, было что обсудить. Наверно, он мог успокоить Владу даже взглядом, но почему-то снова не стал. Только растёр свой подбородок ладонью и решительно стиснул зубы.

– Здесь две ванные комнаты. Тебе будет удобнее в той, что в спальне, – предположил он и, перехватив Владу за ладошку, уверенно двинулся вперёд.

То, как она глазеет на огромную кровать, Юра предпочёл не замечать. И как прожигает ему взглядом затылок – тоже. И совсем не смутился предложить помощь, когда яркий искусственный свет ванной комнаты буквально ослепил. В чём он там хотел помочь, Влада и не подозревала, а потому торопливо отказалась и мысленно выдохнула, когда Юра уступчиво кивнул. Он вышел, прикрыв за собой дверь, а Влада так и застыла перед огромным зеркалом. Она хотела разглядеть в нём себя и, вот так штука… не находила!

Блестящие глаза и яркие губы бессовестно перетягивали внимание. Тяжёлый макияж надёжно скрыл и нежное личико и, собственно, горящие огнём щёки. Ну а грудь оказалась вызывающе утянута в узкий корсет платья. Присутствие Багдасарова в непосредственной близости напрягало, но остаться наедине с собой стало и вовсе ошибкой. Влада запаниковала! Вполне натурально, между прочим. Ей не хватало воздуха и будто бы давили стены. Ну а тот самый яркий свет, который сделал мир вокруг неприятно реальным… он бил наотмашь какой-то вызывающей правдой.

В абсолютной прострации Влада сделала несколько шагов к роскошному зеркалу в тяжёлой раме. Зеркало сыграло злую шутку и сейчас отразило вовсе не Владу, а какую-то испуганную девчонку. И она, эта девчонка, совершенно не вписывалась в богатый, яркий интерьер за спиной. Происходящее показалось сущей глупостью, абсурдом. Ну… какая из неё жена?! Влада едва не расплакалась от этого осознания.

Сделав ещё шаг, она грузно повисла руками на широкой мраморной тумбе умывальника. Поморщиться от стянутости в разбитых ладошках вышло непроизвольно, но Влада тут же отмахнулась от этих ощущений. Хотелось рассмотреть себя пристальнее. Хотелось понять… Разве она стоит того, чтобы уважаемый человек шёл не то что против течения, а против себя самого! Багдасаров, определённо, рассорился с головой…

Бледная, испуганная и абсолютно уязвимая! Никакой макияж не мог этого исправить. Влада запуталась. Она уже давно не чувствовала той уверенности, что пинала её к вершине мира прежде. Как только исчезла необходимость сопротивляться, жизнь будто потеряла смысл. Жизнь потеряла смысл, а Влада лишилась, казалось бы, единственного достоинства: своей силы. И вот теперь нелепо тряслась, не представляя, что же делать дальше.

Небрежно мазнув по левой щеке пальцами, она с мысленным стоном закрыла глаза. Под слоем макияжа проступил уродливый синяк, а уголок глаза украшали некрасивые «потёкшие» сосуды.

С лёгкой папочкиной руки Багдасаров видел её разной. Керим раздавал оплеухи с особым удовольствием, а отсиживаться после на квартире лучшего друга Влада не считала зазорным. И прежде все эти разноцветные прелести на лице её не заморачивали. Это Юра болезненно морщился и скрипел зубами, Влада же находила его реакцию забавной. Но только не сегодня! Сегодня это стало серьёзным ударом по самолюбию.

А ещё как по заказу вернулась боль. Она заставляла левую половину лица пылать. Ну и пальцы тут же задрожали. От жалости к себе, надо так понимать! Да, она стала жалкой, слабой и какой-то беспомощной! «Давай, ещё и расплачься!» – будто подначивая саму себя, злобно процедила Влада, смяв и швырнув в умывальник попавшуюся под руку салфетку.

Увидеть за своей спиной Багдасарова она не ожидала точно, а потому буквально оцепенела. Юра успел принять душ и переодеться – волосы были влажными, а строгий праздничный костюм он заменил мягкими брюками и свежей белоснежной сорочкой, которая давала какой-то вычурный контраст со смуглой кожей. Сорочка была просто накинута на плечи и свободно расходилась на груди. Наверняка Багдасаров надел её, только бы не смущать молодую жену. Чтобы его… понятное предложение не выглядело таким вызывающим, а подача опасной.

– Я долго? – испуганно выдала Влада, отчего-то схватившись за корсет платья.

Вот только вместо того, чтобы изображать попытку от него избавиться, Влада вцепилась в жёсткий лиф и неосознанно потянула его вверх. Багдасаров… тот, что смотрел на неё из зеркального отражения, тоже был будто из другого мира. Из мира роскоши и удовольствий. Такой весь из себя совершенный! Эта мысль почему-то напугала больше всех предыдущих, но разозлиться на Юру за это не вышло.

– Я… сейчас… – Проблеяла Влада, только бы избавиться от настойчивого внимания. Только бы не чувствовать чужое присутствие за спиной. Но Юра никуда не ушёл, и делать из того, что есть, то самое «я сейчас» пришлось в присутствии благодарных зрителей.

Влада несколько раз торопливо дёрнула платье, пытаясь его то ли расстегнуть, то ли перекрутить, а, может, и вовсе разорвать. Она довольно быстро выдохлась, но на чистом упрямстве продолжила воевать с дурацким корсетом. Да, платье снова стало дурацким! И расплакаться захотелось с неимоверной силой, потому что Влада понятия не имела, как избавиться от этой ненавистной роскоши. На примерках свадебный наряд снимали портные. Бережно и кропотливо они в четыре руки расстёгивали сотни крошечных невидимых крючков. От неё требовалось только глубже вдохнуть и резко выдохнуть. Но сейчас дыхание не поддавалось контролю, а непослушные пальцы только бесцельно шарили по бокам, не находя ни единой зацепки!

– Я помогу, – выдал Багдасаров, криво улыбнувшись.

Совершенно легко и на зависть свободно Юра сделал несколько шагов, чтобы в итоге стать вплотную к её спине. Вот только вместо того, чтобы с энтузиазмом удариться в поиски тех самых злосчастных крючков, он невесомо провёл кончиками пальцев по оголённым плечам.

– Всё хорошо, – с внушением шепнул, склонившись над головой Влады.

В честь праздника её волосы были уложены виртуозно небрежной волной. Как истинный шедевр, причёска казалась незамысловатой и простой. Мастер не один час колдовала над ней, чтобы добиться той самой изящной небрежности. И вот сейчас взгляд Багдасарова зацепился как раз за её голову. «Начать» с волос ему показалось неплохой идеей, и первая шпилька с жемчужной вершиной оказалась сначала в мужских руках, а затем была брошена прямо в умывальник. От резкого царапающего звука Влада вздрогнула, но под гипнотическим взглядом притихла, затаилась.

– Когда я впервые увидел тебя, приближаться не показалось хорошей идеей, – вдруг проговорил Багдасаров, глядя прямо в глаза.

Он не улыбался, не заигрывал и совершенно точно не планировал всех этих разговоров. Может, именно оттого его голос показался каким-то сухим и колючим.

– Будто вылитая из чистого золота, ты кружилась на танцполе и слепила всех вокруг. Наблюдать издалека – идеальный вариант. Так я решил, – мягко улыбнулся он, а затем нашёл взглядом другую жемчужную шпильку и так же ловко вытащил её, чтобы тут же бросить к первой. – Ты манила этим дорогим блеском, этим светом, бьющим изнутри. Ты им околдовывала. А затем ломала всех, кто рискнул тебя присвоить. Внутренний свет в эти моменты вспыхивал, как молния, как стихия. Ты вся была такой же необузданной, дикой.

Третья шпилька ударила о выбеленный мрамор.

– А вот я тебя присвоить не хотел. Стихия не умеет подчиняться. Но у меня был шанс с тобой подружиться, и эта мысль стала навязчивой идеей.

Сразу две жемчужные шпильки ударились о мрамор, а светлые волосы опали, почувствовав свободу. Багдасаров наклонился глубже, чтобы носом подтолкнуть один непослушный локон, а заодно жадно втянуть в себя запах. Тот, что уже давно сводил с ума.

Юра смял её волосы ладонью, заставляя… всё же заставляя подчиниться, и откинуть голову на мощное плечо. Влада уступила, судорожно вздохнула, а ловкие пальцы тут же прошлись по бокам, нащупывая те самые крючки. Все, до единого – она даже не сомневалась. Но платье тоже не признавало силы. Оно упрямилось, точно как и его хозяйка. Багдасаров только улыбнулся этому факту. Будто пьяно, будто под кайфом.

– Оно точно снимается? – уже несдержанно рассмеялся он, на что Влада только бестолково пожала плечами.

Глава 6

Достаточным оказалось просто расплакаться,

а она вздумала тягаться с Багдасаровым в упрямстве.

Влада понятия не имела, что там происходило с платьем. Ей бы с собой разобраться. Но разбираться не хотелось совершенно. Хотелось, чтобы Багдасаров просто всё решил! Она ведь имеет право потребовать это от него?.. Вот потому и толкнулась затылком в плечо. Уверенно и нагло. Юра снова огладил утянутые в узкий корсет бока. Огладил размеренно, неторопливо. Он склонился, чтобы осмотреть хитрые замки, за что-то потянул, беззвучно чертыхнулся, недовольно пожевал губами и… выдал виноватую улыбку. К такому фокусу взрослый и опытный Багдасаров оказался не готов! Вот только Влада не приняла этих взглядов. Когда борешься за результат, сами попытки ничего не стоят! И вот на это понимание у Юры хватило и опыта, и «взрослости». В карих глазах вспыхнул азарт. Не смешливый, как обычно, а чуточку обжигающий и злой.

Юра дёрнул один ящик тумбы умывальника, другой, третий. Но ничего полезного там быть не могло. Кто же в номер для новобрачных решится спрятать ножницы или нож? Если только пронести контрабандой… Взгляды встретились в зеркальном отражении, они скрестились, они навострили крючки, чтобы забросить их глубже, зацепиться надёжней и натянуть напряжение до предела. Так, чтобы больше не соскочить.

– Твой клинок… – Раздался шёпот, который творил с Владой почти то же самое, что и грозный шторм с маленькой спасательной шлюпкой. Сопротивляться бесполезно. Если только покориться. Но Влада упрямо молчала.

Багдасаров огладил её плечи снова. В этот раз настойчиво, с давлением. В этот раз по-мужски уверенно и властно. А затем опустился на одно колено, чтобы смять шёлковый шлейф платья, чтобы нетерпеливо коснуться узких лодыжек, провести ладонью вверх, к плотно сомкнутым коленкам, а затем по внутренней поверхности бедра. Там, где таилось достаточно грубое крепление. Но свой клинок Влада не готова была доверить никому, и Багдасарову пришлось вскинуть взгляд, прищуриться, сделать внушение.

– Я всего лишь хочу помочь с платьем, – тихо напомнил он.

«Так себе предложение» – получил Юра молчаливый укор. «Ну а платье так себе преграда для мужского желания» – мысленно напомнила Влада уже самой себе. Расслабиться пришлось совсем чуть-чуть, чтобы мужские пальцы… слишком горячие, слишком настойчивые… пробрались выше и отстегнули крепление. Щелчок прозвучал, как выстрел. Громко и сокрушительно. Влада невольно задрожала, а Юра в этот момент поднялся и надежно перехватил её поперёк живота. «Рядом с ним бояться нечего» – буквально заставляя себя поверить в это, мысленно повторила Влада. И запрокинуть голову к его плечу, чтобы потом поймать взгляд… не тот, что в зеркале, а настоящий… это показалось правильным.

Юра внушал спокойствие. И настолько мощной была эта волна, исходящая от него, что Влада не сдержалась, прикрыла глаза и отпустила на свободу одинокую слезинку. Багдасаров подхватил её губами, и Влада буквально заставила себя улыбнуться.

– Давай уже что-то решим с платьем. Не уверен, что ты в нём можешь нормально дышать, – хохотнул Юра и притёрся к её щеке колючим подбородком.

Влада подалась вперёд, чтобы было удобнее создать натяжение в узком корсете. Она следила за Багдасаровым в отражении, но всё равно вздрогнула, когда раздался тихий треск плотного шёлка. Юра действовал решительно и смешливо подмигнул, когда Влада вздумала в напряжении кусать губы. Вандализм над шедевром швейного искусства приносил ему определённую порцию нездорового удовольствия. И только когда ткань, наконец, ослабла и… реально удалось вздохнуть, тогда Влада тоже уловила этот кайф и буквально рассмеялась от облегчения.

– Багдасаров, ты мой герой! – Окунаясь во вскипевшую эйфорию с головой, сдавленно прошептала она. Смех только-только отпустил, и дыхания не хватило.

Вышло будто взволновано, но Влада и не подумала исправиться. В конце концов, что она такого сказала? «И вдруг ей тоже можно чувствовать себя раскованно?..» Будто желая получить подтверждение догадке, она заглянула в потемневшие глаза Багдасарова. Едва ли он мог ей сегодня что-то запретить. Влада осмелела и решительно вскинула подбородок, примеряя новую, пока незнакомую роль. «И отпустить корсет тоже можно?» Тот самый корсет, в который Влада вцепилась, как в спасательный круг. Кажется, её муж совсем не против. В конце концов, у неё есть бельё! А потому, когда Юра потянул за бегунок потайной молнии, ослабляя ещё и юбку, Влада просто разжала пальцы.

Увы, платье не упало так эффектно, как хотелось, только едва накренилось, скорее, затягивая интригу. Если, конечно, можно было назвать интригой то, что в принципе было надето на женское тело под пристальным вниманием жениха. Но взгляд Багдасарова говорил о том, что ему… интересно. Да, то, что закручивалось в его глазах мутными плотными клубами, можно назвать именно так. Интерес.

Движимый той самой зарождающейся эмоцией, Юра коснулся её обнажённой спины и развёл обрывки корсета в стороны. Подчиняясь его силе, платье послушно опало, и вернулась уязвимость, которую Влада уловила, только войдя в ванную комнату. Потому что искусно сплетённое кружево белья больше показывало, чем скрывало. Но смотрел Багдасаров так, что сомнение становилось едва уловимым.

– Это тоже нужно расстегнуть, – выдала Влада, в принципе не привыкшая к тому, когда что-то сковывает.

Её весьма скромная грудь позволяла отказаться от белья вовсе. Спортивный топ стал вполне интересным решением, но в принципе можно и без него. Сегодня как раз тот случай. Да и восставшие от внезапной прохлады соски вызывающе прозрачный бюстик совсем не скрывал. Только дразнил! А дразнить было плохой идеей.

Багдасаров заинтересованно выгнул бровь, будто удивлённый, что ему сегодня обломится кусочек удовольствия. Но повторять дважды не пришлось. С этой застёжкой он справился на удивление ловко. Одной рукой. А другой как-то собственнически огладил плоский живот.

Чтобы поцеловать открытые плечи, Юре пришлось очень постараться – существенная разница в росте заставила изогнуться. «Ничего, в постели будет удобнее» – припомнила Влада дурацкую шутку однокурсниц. А впрочем, самого Юру такие мелочи не смущали вовсе, потому горячие губы сначала коснулись одного плечика, затем другого, а после и вовсе проложили дорожку по выпирающим шейным позвонкам вверх, к самому затылку. Дрожь в её теле больше не была напускной, но точно не стала предвкушающей. Было… непонятно. А потом внезапной пульсацией о себе напомнила разбитая щека – Влада умудрилась её прикусить!

Изменения в настрое Юра уловил мгновенно. Напрягся, заглянул в ставшие влажными глаза, но Влада только отрицательно качнула головой: всё в порядке, можно продолжать! И, ох, как ему это не понравилось…

– Я всё ещё не претендую, – довольно резко проговорил он, но застилающий голову туман, возможно, отголоски выпитого ещё на вечере шампанского не позволили провести чёткую параллель, и Влада непонимающе нахмурилась.

– Что?

– Я хочу, чтобы ты немного расслабилась. Этого более чем достаточно. Жертвы – уже перебор. К тому же, мы договаривались не торопиться, помнишь?

Влада покачала головой. Ни о каких договорах она не знала!

– Прости… – выдавила из себя секундой позже, когда пришло понимание: её утренняя выходка сломала то, что совершенно точно зародилось между ними вчера ночью. Как и доверие. Как и контакт. Осталось разве что желание. Одностороннее и весьма примитивное.

Влада против воли зажмурилась – теперь её нагота выглядела ещё и пошло! Но вот мочки уха коснулись настойчивые губы, и снова пришлось «включиться» в игру. Кто сказал, что Юра имел в виду под словами «не будем торопиться» секс в целом? Любить он её сегодня вряд ли захочет, а вот трахнуть – вполне.

– Мне нужно в душ… – опомнилась Влада, когда настойчивые ладони огладили бока, когда они будто случайно тронули набухшие, крупные, практически вишнёвые соски, когда они неожиданно скользнули вниз и весьма провокационно задели резинку прозрачных трусиков.

Отпускать её Багдасаров не хотел. Влада так сходу и не уловила, но он будто не желал терять контакт. И… нет… в его планах никакого душа не было. По крайней мере, не сейчас. Чтобы сделать несколько шагов и всё же врубить воду, его напряжённые ладони пришлось расцепить буквально силой. Ну а потом… чулки, голая задница с полоской кружева между ягодиц… в общем, лучше бы она не отходила!

Только ощутив, как спину окатила волна прохлады, Влада поняла, что Багдасаров своим близким присутствием создавал самый настоящий щит. От её собственных загонов, само собой! А сейчас она почувствовала себя до унизительного глупо. Ещё глупее показалось прикрыться или, не дай бог, оглянуться, чтобы поймать плотоядный взгляд. А Юра смотрел именно так. Даже когда она была в его руках, смотрел! Так, что уж говорить теперь?..

Войти под воду, в чём есть, Влада не могла, как не могла и стянуть с себя дурацкое бельё! Любое движение казалось неловким, вызывающим, неправильным! Снова подступили слёзы, ведь она так и стояла, застывшая, словно истукан! Так, что ни вперёд, ни назад. Казалось, стояла целую вечность, в реале же не успела досчитать и до трёх, как Багдасаров перехватил под живот, поднял её над полом и тихо рассмеялся в шею.

– Раздеть невесту – эротическая мечта любого мужчины, – пояснил он и поторопился предупредить: – У тебя был шанс сделать всё самой. Теперь без обид.

Какие уж тут обиды! Хотя Багдасаров едва ли догадался, что Влада выдохнула с облегчением. И, к слову, сделала это напрасно! Скоропалительные выводы всегда были её маленьким грехом. Вот и сейчас коварная задумка стала понятна, только когда Юра поставил Владу к себе лицом и опустился на колени. Как он вообще умудрился это сделать и не уронить мужское достоинство, которое перевешивало любые другие порывы?! А вот сумел. И сейчас смотрел на неё снизу вверх. Казалось бы, просто смотрел, но всё внутри воспламенялось. От возмущения и от очередного проигрыша. Потому что именно из этой позы Юра протянул руки, чтобы стянуть её трусики.

Только в момент, когда кружево под мужским напором скользнуло ниже, Влада поняла, какую сумасшедшую защиту оно давало. А вот теперь не даёт! Вот только Багдасаров, будто специально вёл бельё вниз медленно, неторопливо. И, нет, он вовсе не издевался. Он реально кайфовал, реально облизывался, реально шалел от подступающего удовольствия. Но смотрел только в глаза. Всё остальное ему было будто неинтересно.