Текст книги "Начальник службы безопасности. Продолжение"

Надо было видеть лицо Германа в этот момент. Он, по-моему, уже представлял себе, что завтра же его начнут таскать по милициям и прокуратурам, заставят вставлять бедолаге зубы и все такое… Пришлось срочно его успокаивать.

Я громко, чтобы все слышали, сказал Толику:

– Вот видишь, что бывает, когда человек не понимает, что воровать нехорошо? Дважды тебя по-хорошему предупреждали, что не надо воровать, не надо… А ты продолжал свое, а платили за недостачи все. Тебе же объясняли, что у всех семьи, дети, а ты забил на это… Вот и получил. В результате потерял работу и два зуба. И, я тебе скажу, еще очень легко отделался. Я предлагал Герману Гариевичу тебя в назидание остальным посадить самым официальным образом. Ведь так все было? – обратился я к Герману.

Тот закивал головой:

– Так, и было, предлагал.

– Но Герман Гариевич, добрая душа, пожалел тебя, засранца, и решил в тюрьму тебя не сажать. Поэтому скажи ему спасибо за все при всех, забирай свои манатки со склада и вали домой. А захочешь пожаловаться куда, помни, что посадить тебя никогда не поздно, сколько и чего ты украл в актах зафиксировано. Да и свидетелей теперь уже полно, все подтвердят. Так что вперед, на выход.

Толик, кивнув, забрал свои тряпки и ушел. А все складские, внимательно слушавшие меня, загомонили:

– А что, правильно. Сколько можно его предупреждать? А мы за этого козла еще и платили всегда.

Ну и славно, все всё поняли правильно. Да и Герман заметно успокоился.

Пару раз на склад приходила жена Толика, скандалила. Требовала денег на протезирование зубов, за моральный ущерб… Но никто с ней не хотел разговаривать и что-либо обсуждать. Походила-походила, да и успокоилась.

После этого инцидента на складе у Германа довольно долго не происходило каких-либо недостач по злому умыслу, а если и были, то в результате ошибок и, как правило, потом все находилось.

7

Так время и шло, день за днем, месяц за месяцем… Конечно, без нервов не обходилось никогда. То какой-нибудь торговый представитель проворуется, а их у нас на обеих развозках только в городе девяносто было, а еще сколько в областных филиалах и регионах. То клиент пропадет, не заплатив, и мы его ищем. То машина с товаром в результате какого-нибудь рейда по оптовым рынкам оказывалась в отделе милиции «до выяснения» непонятно чего, и приходилось мчаться туда вызволять и водителя, и машину. Много чего было. Не было одного – спокойной жизни. Причем частенько и ночью.

Вот и в этот раз вскочил в час ночи от звонка мобильника, лежавшего на тумбочке у кровати. Схватил с предчувствием, что все, поспал, называется, придется одеваться и мчаться куда-то. Наверняка что-то случилось. Что на работе в милиции ночные звонки не к добру были, что здесь. И точно, в трубке крик нашего юриста Игоря:

– Юр, приезжай скорее, на меня наехали черные, трое, помощь нужна!

Так, если уж этот 190-сантиметровый и 100-килограммовый человек так кричит в трубку, значит, дела у него действительно не очень… Хотя, Игорек-то, человек сугубо штатский, мирный и всегда старавшийся избегать конфликтных ситуаций, мог и преувеличить уровень, так сказать, опасности…

А надо сказать, что с Игорем у меня сложились не только рабочие, но и дружеские отношения. Хороший был человек, правильный. Поэтому из постели я вскочил сразу же – на друга «наехали».

Но только через пару минут расспросов удалось понять, что лично на него никто не «наезжал», а наехали на его машину, в прямом смысле этого слова.

То есть речь шла о банальном ДТП. Но так как это было первое подобное происшествие в жизни Игоря и в «жигулях», стукнувших его «Тойоту» оказалось целых трое здоровенных уроженцев Абхазии, то вполне понятно, что человек, так скажем, несколько задергался и стал мне названивать. Ну, а кому еще? Ведь в нашей фирме именно меня считали представителем закона и защитником на все случаи жизни.

Выяснив, что в настоящий момент нашего юриста не бьют, не запугивают, не угрожают, я слегка и сам успокоился и его успокоил.

Уточнив, что он находится в ГАИ на Обводном канале, я пообещал как можно скорее приехать со своими помощниками, так сказать, для моральной поддержки, да и для прояснения вопроса о компенсации или ремонта поврежденного крыла и всего прочего. Уж я-то знал, что у наших соседей из ближнего, да и дальнего зарубежья на их автомобили зачастую не бывает страховки. И тогда вопрос возмещения ущерба надо решать сразу же, на месте и желательно с большой группой поддержки. А иначе никак. Будешь ремонтироваться за свой счет. Где их, злодеев, потом искать? Регистрация у них частенько была «липовая», а машина по доверенности, и это в лучшем случае. А, ведь бывало, что гости нашего города вовсю рассекали на авто, списанных в утиль с госномерами выбракованных машин.

По пути позвонил Василию, своему помощнику, который проживал во Фрунзенском районе, и Роману, еще одному сотруднику, который жил ближе всех к Обводному, и дал команду подтягиваться к ГАИ. Решил, что люди лишними не будут, мало ли что. Слава богу, мои ребята лишних вопросов не задавали – надо ночью в ГАИ ехать, значит, надо. Вообще что один в органах служил, что второй. А других я к себе в команду и не брал.

В начале работы в этой фирме шел на поводу нашей кадровички – соглашался взять к себе в службу то одного, понравившегося ей парня, то второго… Но долго никто не проработал. Один проворовался, второй только рожи страшные корчить мог, а сам дебил дебилом оказался. Вот и договорился я с хозяином компании, что раз люди у меня работать в отделе будут, то и подбирать их буду исключительно я, а кадровичка только оформлять, а не своё мнение высказывать. Естественно, наша Елена Анатольевна, начальник отдела кадров, ещё одну заметочку по поводу меня себе в голове сделала не в мою пользу, но против шефа не пошла, согласилась. А куда бы она делась?

Так, у меня и появился сначала Роман, бывший участковый инспектор и бывший депутат муниципального совета, а потом и Василий – бывший опер убойного отдела одного из наших городских РУВД.

Вот каждый раз, глядя на него, думал, до чего же наше государство не ценит своих сотрудников. Ведь парень молодой, здоровый, очень крепкий, с высшим образование, любящий свою работу и работавший хорошо, был вынужден уйти из органов только из-за того, что на оперскую зарплату не мог обеспечить нормальную жизнь своей семье. И только поэтому! А заниматься вымогательствами, брать взятки или как-то подобным образом делать деньги, чтобы жену одеть-обуть и прокормить, не стал. В результате оказался на работе в моем отделе, потому что платили у нас в полтора раза больше, чем старлею отдела по раскрытию убийств. Представляете? Вот этого никогда не понимал, пока сам в милиции работал, да и потом понять не мог. Кому в нашем государстве выгодно, чтобы честные ребята из милиции уходили, а взяточники, вымогатели, лентяи и тому подобные служили? Ведь честный человек левых денег на службе иметь не может, а на зарплату не прожить… Парадокс.

Ну да ладно, пока ехал, опять о наболевшем думал. А у ГАИ уже рядом с «Тойотой» нашего юриста увидел «Ниву» Ромы и девятку Василия. Нормально, все в сборе.

По смеху и шуткам, доносящимся от нашей небольшой кучки, понял, что дела у Игоря не так плохи, как ему показалось вначале, сразу после аварии. Так и оказалось.

Что он делал на Обводном канале в час ночи, спрашивать не стал – человек неженатый, свободный. А вот как его долбанули отечественные «жигули» на безлюдном перекрестке, спросил. Это ж надо было умудриться поймать в нашем городе «жигули», которые уже считаются если не раритетно-эксклюзивной, то крайне редкой техникой. Да еще и в час ночи.

Увидев меня, Игорь совсем успокоился, так как знал, что у меня обычно получалось взыскивать деньги с должников, тем или иным способом. Выяснив у нашего доблестного юриста, что он действительно в ДТП не виноват от слова «совсем», повеселел и я. Ведь получить деньги всегда легче с виновного, чем с невиноватого в ДТП, хотя… имелся и опыт, так скажем, и других вариантов. Ну, было, чего тут скрывать.

А тут, выяснив, что противная, не от слова «противно», а от слова «противоположно», сторона находится где-то у кабинета дежурного сотрудника ГАИ, я отправился туда с целью порешать вопрос компенсации ущерба, нанесенного машине нашего пострадавшего.

Войдя в здание ГАИ, я понял, почему Игорь так задергался, столкнувшись и в прямом, и в переносном смысле слова с этими товарищами. Потому что с виду эти люди товарищами нам ну никак не являлись.

Я увидел троих мужиков лет под сорок, все под метр девяносто ростом и весом под сотню килограммов с четырехдневной как минимум щетиной на лицах. Очень грубые черты их лиц довольно темного цвета не оставляли никаких шансов предположить, что это европейцы. Ну, ни малейшего… Так, теперь и вопли Игоря, что на него «наехали черные», тоже стали легко объяснимыми. Я на его месте еще не так бы заорал.

Ребята реально выглядели действительно угрожающе: очень угрюмые, здоровенные, злые какие-то. И, действительно, черные – не черные, но темные лицом точно. Наверное, там у себя на родине очень много загорали или работали исключительно на свежем воздухе, или… много времени провели в окопах. Они, окопы эти, ведь тоже сверху от солнца не прикрыты, по своему афганскому опыту знаю. А эти хлопцы сказали, что родом из Абхазии… Вот и ответ.

Ну, это их дело, в конце концов, где они загорали, а мне сейчас интересно, как они расплачиваться будут. А решать вопрос с ремонтом машины надо только положительно, потому что если иначе, как на меня будет смотреть хозяин нашей компании Боков Игорь Юрьевич, если начальник целой службы безопасности не смог защитить, так скажем, начальника юридического отдела при ДТП с какими-то мигрантами.

Поздоровавшись с виновниками ДТП, я, долго не думая, для предотвращения малейших попыток съехать с положительного для нас решения вопроса, сразу ткнул им в нос свое милицейское удостоверение в раскрытом виде, где черным по белому было написано «старший инспектор по особым поручениям, майор милиции» и проставлено несколько красных печатей и штампов разного размера. Сто процентов, что эти люди подобных удостоверений никогда не видели. Да и где бы видели, ведь подобных, дай бог, всего пара-тройка сотен на весь регион имеется, а с такой должностью не более десятка на ГУВД.

И точно, ребятишки сразу вид свой угрожающий куда-то подрастеряли, стали смирненькими и спокойненькими и все, что я им говорил, слушали внимательно, ни разу не перебив. А я ничего особенного им и не сказал. Всего-то, что наехали они своей машиной на очень уважаемого в городе юриста, что, в случае отказа немедленной компенсации ему за ДТП, серьезнейшие неприятности последуют прямо сейчас и что я хочу здесь же выслушать их предложения по решению вопроса с ремонтом машины, которое полностью удовлетворит невинно пострадавшего.

Слава богу, владельцы «жигулей» оказались людьми здравомыслящими, да еще и, к нашему счастью, владельцами небольшой мастерской по ремонту машин. Представляете, как нам повезло? Ни слова не говоря против, сразу предложили за пару дней починить машину и покрасить так, что место удара не видно будет вовсе.

Выслушав их предложение еще раз уже на улице, Игорь, недолго думая, согласился. Забрав через какое-то время документы у ребят гаишников, мы на пяти машинах, целой кавалькадой покатили в мастерскую. Ехали минут десять, недалеко оказалась. Посмотрели на оборудование внутри, согласились, что ремонт должен нас устроить – станки, наборы ключей, различные приспособления внушали надежду, что ремонт будет сделан достойно. Оставили машину, забрали Игоря и повезли его домой.

Естественно, еще в ГАИ мне ребята-гаишники на ксероксе сделали копии паспортов «злодеев». Но я был уверен, что машину починят, как надо, и отдадут спокойно. Не идиоты же они, им тут жить и жить. Ведь, как я понял, в Абхазии им всем делать сейчас нечего. Да и после нормального разговора все мы поняли, что ребята нам попались, в общем-то, нормальные – и повоевали, и натерпелись всякого… А в нашем городе наконец устроились довольно неплохо, живут, работают и терять им все это никак не хочется. Так что за Игоря я больше не волновался.

И точно, уже на третий день после происшествия Игорь прикатил на работу на своей «Тойоте». Мы все подошли посмотреть работу умельцев из Абхазии и отметили, что ничего не видно – где кузов ударили, где ремонтировали… Красота. Умеют же люди работать, когда захотят.

А вечером в кабинете службы безопасности мы обмывали Игорешкину машину его же коньяком. Конечно, грубейшее нарушение трудовой дисциплины, но… Не обмыть нельзя, а вдруг снова в аварию попадет. А так какая-никакая, а гарантия. Я имею в виду, что соблюдение данной традиции – это гарантия. В любом гараже вам мужики подтвердят.

8

А через пару дней прямо с утра секретарь Бокова по телефону сообщила «радостную» весть: шеф собирает у себя на совещание весь совет директоров нашей далеко не маленькой «Группы Компаний „НОРД“». Что за срочность такая, ведь обычно за день предупреждают? Вот чует мое сердце, не к добру это собрание, печенкой чую, что именно моей службе хлопот прибавится. Еще работая в милиции, такие вещи предвидеть научился.

Ну, сами посудите, кому решать возникающие проблемы в нашей фирме в первую очередь? Юридическому отделу? Нет. Они все делают тихо, спокойно, не торопясь… Финансовой службе? Тоже нет, там все на квартал вперед расписано и распланировано. Компьютерный отдел бывает и на ночь остается, если серверы падают, но это случается совсем нечасто, и сейчас я уже знал бы об этом. Склад, транспортный отдел?.. Ну какие у них могут быть глобальные проблемы, достойные внимания совета директоров? Остается только моя служба. У нас голова болеть будет, рубль за сто даю…

И точно, на совещании речь зашла о том, что эксклюзивность продаж сигарет JTI подразумевает то, что именно вышеуказанная фабрика с нашей помощью должна определять ценовую политику на выпускаемые ею сигареты по всему северо-западу нашей необъятной страны. Но, как заявили нашему уважаемому Игорю Юрьевичу представители владельцев – товарищей из далекой Японии, сигареты именно из нашего города и в немалом количестве продаются в города северо-запада дешевле установленного лимита. Да-да, именно дешевле, как ни странно. И что интересно, продаются не нами.

В связи с этим руководство JTI потребовало от нашего начальника, владельца фирмы, выяснить, кто продает, куда не положено, их сигареты и почему по цене ниже, чем мы, имеющие эксклюзивный контракт, а, следовательно, и самые выгодные условия во всех смыслах. Ну не может кто-то, покупая сигареты у нас, продавать их дальше себе в убыток! Ну не бывает так! С таким бизнесом на табачном рынке долго не продержишься.

Вот на совещании Боков и попросил всех высказать свои предположения, как такое могло произойти, кто в городе торгует по цене ниже нашей, почему и как с этим бороться?

Установить, кто бы это мог быть, оказалось совсем несложно. Все знали, что самые большие объемы товара у нас вывозила фирма Наташи Бабич с оптового рынка «Салова 52». Названия своих фирм та меняла так часто, что я не успевал их запомнить. Но стоило кому-нибудь в городе произнести ее фамилию, как любой, даже самый мелкий торговец сигаретами сразу начинал уважительно кивать: «Знаю-знаю такую…» Причем что русские, что азербайджанцы.

Эта дама как явление на табачном рынке нашего города, да, я думаю, и не только, было уникальное. Когда я впервые услышал о ней, ей было уже за сорок. И насколько я знаю, она всегда продавала сигареты.

Приехав в наш город из Белоруссии, Наталья начинала свою трудовую деятельность с Апраксина двора – мелкооптового рынка в самом центре города. Стояла на улице и с лотка продавала сигареты поблочно. Каждый день, без выходных, в снег и дождь, жару и холод… Ни отойти никуда, ни поесть толком, ни в туалет сходить нормально…

Потом ее позвали работать в одну из крупнейших оптовых фирм города в отдел продаж, и там она доросла до директора филиала. После распада той компании в результате прихода в наш город москвичей, Наталья на контейнерном рынке «Салова 52» сняла в аренду тысячеметровый ангар и сама стала торговать сигаретами оптом.

Надо было видеть этот ангар: на въезде в торговую зону «Салова 52» с Софийской улицы несколько сбоку слева стоял ржавый железный ангар без туалета и отопления. Внутри справа были втиснуты два небольших вагончика, где и располагалась Наташа с парой девчонок, работающих на компьютерах. Здесь выбивали накладные, принимали деньги, вели переговоры с клиентами, обедали и прочая-прочая…

Клиенты, впервые попавшие в вагончик, почти никогда не могли определить, кто же здесь генеральный директор и одновременно хозяин фирмы. Да и никто бы не определил, ведь генеральный директор, она же и владелец бизнеса, сидела за древнейшим раздолбанным компьютером и наравне со своими работницами печатала накладные, принимала деньги, ругалась с клиентами по поводу цен, из-за просрочек платежей… Одним словом, совершенно ничем не выделялась среди своих работников. Ничем, даже одеждой. Ее клиенты шутили, что шубе Наташи уже точно третий десяток лет пошел, а для нее «все, как новая». И даже в туалет она бегала наравне со своими грузчиками-узбеками за ангар, чтобы не платить денег в платном на рынке. И я не исключаю, что это не от скупости, а чтобы времени зря не терять. И ела на своем рабочем месте тот же «Доширак», что и они. Хотя… Может, на бережливости и экономии уже и помешалась слегка, кто знает.

Разговаривая с Имраном, с котором я сдружился, общаясь по работе на этом же рынке, узнал, что Наташа Бабич среди азербайджанцев пользуется небывалым авторитетом именно за ее работоспособность. Ведь она «пашет» на рынке уже больше двадцати лет, почти без выходных, и все делала сама: и выбивала накладные, и отпускала товар, и собирала деньги с должников, и с различными органами решала проблемы… Столько лет… И лишь совсем недавно в ее фирме появился помощник – Жора Каратьян. Тут ей уже стало полегче. Он взял на себя часть забот. Но и потом я частенько видел Наталью в контейнерах табачников и на «Салова 52» и на Южном рынке. Сама лично решала вопросы сбора денег, отсрочек платежей и прочее.

Имран всегда, рассказывая про Бабич, понизив голос, утверждал: «Это очень богатая женщина, очень». И я всегда смеялся над ним при этом. Ну, посудите сами: эта «очень богатая женщина» ездит на работу на общественном транспорте, носит из года в год одно и то же пальто, сама работает и за менеджера, и за кассира, а частенько и грузчиком, сама ходит по контейнерам вышибать долги у азербайджанцев (несколько раз наблюдал лично), питается непонятно чем, вернее, очень даже понятно – китайской лапшой… Нет, богатые люди так себя не ведут. Хотя… В истории человечества бывали всякие случаи.

Так вот, на совещании всплыла весьма интересная для меня информация, что, оказывается, именно Наташа Бабич выбирает у нас самые большие объемы сигарет! И никого до этого дня это не настораживало.

А что, для отдела сбыта это очень даже хорошо – помогает план выполнять. У финансистов тоже никаких вопросов к ней не возникало, платила всегда вовремя, без задержек. И никто не задумался ни разу, а куда, собственно, она такую прорву сигарет девает. Ведь в городе работает несколько крупных оптовых фирм, которые даже имеют свою развозку, и то объемы продаж у них намного скромнее, чем у Наташи. А у нее только ржавая «Газель» в наличии, и всё. И на склад такое количество коробов не сложить, ангар-то всего один. Да и то сказать, тот склад наполнить и сидеть на сигаретах – глупо. Заморозить несколько десятков миллионов рублей? Для чего, зачем? Надо же зарабатывать.

Вот тут все и задумались, а куда же эта мадам девает такое дикое количество сигарет? Ведь что самое смешное? Бабич берет у нас самое большое количество коробов в городе, но это, на самом деле, еще не весь продаваемый ею объем. Для ассортимента ей надо дополнительно закупать не меньше товара производства «Филипп Морис», БАТ, «Нево», Калининградской фабрики и еще нескольких мелких производителей типа Погарской фабрики. Не стоит забывать и о спичках и зажигалках, а это тоже товар недешевый.

Вот так прикинешь оборот Натальи в денежном эквиваленте, и голова кругом идет – может быть и прав Имран, утверждая, что она очень богатая женщина. Даже для торгашей-азербайджанцев.

Но это всё домыслы и догадки, а пока, как я и предполагал, служба безопасности фирмы в моем лице получила задание выяснить, куда же Бабич продает такое дикое количество сигарет. На всё про всё нам давалась неделя, по истечении которой Боков ждал меня с докладом. Так что в свой кабинет я вернулся, мягко скажем, озадаченным.

В кабинете службы безопасности меня уже дожидались мои сотрудники, Роман и Василий. Они тоже чувствовали, что срочно собранный совет директоров для нашей службы сулит только лишние хлопоты. Так я им и сказал:

– Озадачили нас по самое не могу. Сейчас наливаем себе кофе, и все поближе к моему столу. Я расскажу, чего от нас хотят, а вы изложите свои предложения, как нам помочь фирме.

Ребята выслушали меня, и Василий сразу же:

– А чего тут думать, своей развозки у Бабич нет, значит, клиенты сами к ней ездят. Отследим приезжающие машины и по госномерам определим, куда, ну, в какие регионы, уходит товар. По маркам автомашин прикинем объем. А клиентов городских мы, слава богу, в лицо почти всех знаем. Как знаем, примерно сколько каждый продает. Так что, ничего сложного.

– Сложного-то ничего, но проблема в том, что не только мы большинство табачников в городе знаем, но и они нас. Поэтому о том, что мы Наташу «пасём», ей доложат в первый же день, – подал голос Рома.

– Ведь возле ее ангара и спрятаться-то негде. Это только простым обывателям кажется, что на оптовом рынке постоянно толкучка и хаос, а на самом деле, стоит появиться постороннему человеку, следящему за кем-то или чем-то, как азербайджанцы его сразу срисуют и, естественно, насторожатся. И информация о чужаках, как круги по воде, сразу же по всему рынку расходится. Ведь нет на Салова торгаша, который бы не опасался внимания любых правоохранительных органов. Ну нету и все! И предупредить об опасности спешат друг друга все и каждый.

– Да… И наши машины всем известны. Особо не спрячешься, – согласился я, – но делать нечего, за нас работать никто не будет, надо пробовать. Не получится, будем искать другие пути для получения информации. А пока, Вася и Рома, прямо сейчас отправляетесь на Салова и несколько раз продефилируете помедленнее мимо Наташиного ангара, посмотрите, что за машины там грузятся. Маловероятно, что вот так сразу увидите что-то интересное, поздновато уже по времени, приезжающие издалека стараются с самого утра затариться, но мало ли… А я пока со своими знакомыми азербайджанцами пообщаюсь, может, что полезное узнаю. Тоже нелишним будет.

– Юрий Викторович, а может, вам стоит в УБЭП ГУВД съездить? Ведь вы же там агентом в табачном отделе числитесь у опера Олега? Может, у него какая интересная информация по Бабич есть? – это уже Василий рацпредложение подкинул.

– Вась, во-первых, не суди всех оперов по себе. А в главковском табачном отделе, если судить по Олегу, им оперской работой заниматься некогда. Они ищут, где денег срубить по-легкому. Вся информация о табачном рынке в городе у них, по-моему, от нас и таких, как мы.

А во-вторых, Олег от меня сейчас прячется, потому что не хочет занятые у Игоря Юрьевича деньги отдавать. Так что, никакой информации там не получить.

– Понятно, – вздохнул Василий, – дожили, опера бегают от своих же агентов. Куда мир катится?

Мне на этот вопрос оставалось только руками развести.

Быстренько допив кофе, мы метнулись по машинам: я в свою БМВ, а ребята в служебную «Ниву». Все-таки время уже обеденное, а ехать далеко, на Салова. По нашим пробкам это совсем не рядом.

Приехав на рынок, я, не спеша, пошел по рядам, заходя в табачные контейнеры. Никто такому обходу не удивлялся, потому что это было в порядке вещей – все нам были должны, и ничего необычного в том, что начальник службы безопасности навещает должника своей фирмы, не было. Да и знал я этих людей уже не один год, поэтому приезжая на «Салова 52», заходил к ним частенько, чтобы только поздороваться да переброситься парой слов.

Вот и сейчас, если видел, что хозяин контейнера не занят с клиентом, соглашался и чаю выпить, а предлагали всегда – восточное гостеприимство, и поболтать о том о сем. В процессе старался перевести разговор на Наташу Бабич. Кто охотно, кто не очень, но, так или иначе, информацию давали все.

Ни для кого не было секретом, что азербайджанцам, – а табачным бизнесом на уровне среднего опта в нашем городе традиционно занимаются именно они, – чтобы выжить на рынке, приходилось вертеться изо всех сил. Не имея крупных оборотных капиталов, надо было умудриться кредитоваться одновременно в нескольких крупных оптовых фирмах, которые, естественно, являлись между собой прямыми конкурентами. И главное, жизненно важно было, чтобы информация об этом никуда не ушла.

В результате несколько крупных табачных компаний в списках своих эксклюзивных контрагентов держали одних и тех же клиентов, годами свято веря, что те затариваются только у них, а на самом деле ребята доили сразу нескольких коров и в ус не дули. Взяв товар в одной фирме, продавали дальше, а расплачивались деньгами за проданный несколько ранее товар другой фирмы-конкурента, и так по кругу…

Конечно, спустя годы многие руководители крупных оптовых фирм, кто раньше, кто позже, поняли, что все эти восточные заверения в преданности и вечной любви в бизнесе не стоят ровным счетом ничего, но все продолжали делать вид, что рынок города и области поделен как положено и всё идёт как надо.

Это было необходимо для докладов выше, непосредственным хозяевам фабрик-производителей сигарет: американцам, англичанам и японцам, которые были уверены, что в России, как и в Европе, им удалось создать более или менее упорядоченную систему продаж сигарет и каждый занимает определённую заслуженную нишу на рынке. Ну, а наши русские руководители в их компаниях, наверное, просто не хотели их расстраивать – пусть себе думают, как им нравится, лишь бы деньги платили. Русским ведь как – покупают и хорошо, а есть порядок на рынке, нет его, какая разница. Подумаешь, сигареты из Санкт-Петербурга фурами уходят в Ростов или Краснодар. Ну и что? Нам же надо здесь план выполнять. А что нельзя так вроде бы, так мы ж тихонько продаем, никому не говорим. А в тех городах пусть уже у местных голова болит, как теперь план выполнять.

Так и жили, что на региональном уровне, что на местном – как дурили хозяев фабрик-производителей, так и сейчас дурим. Не знаю, может, хоть сейчас до них дошло, как на самом деле обстоят дела? Ну, не навести порядок в России такой, как в Европе! Кто только не пытался. И где они, а где порядок!

Вот и азербайджанцы, рассказывая про Наташу, мне клялись, что товар берут только у нас, а вот соседи договор не соблюдают. А их соседи, в свою очередь, говорили то же самое о своих соседях… И получалось, что и на этом рынке, и на Южном Бибик, как и мы, тарила практически все табачные контейнеры, да еще и с отсрочкой платежа. Самое странное, как мне удалось выяснить, Наташа частенько давала при этом цену ниже нашей! Как?! Как это возможно?! Продавать сигареты дешевле, чем брать у нас. Она что, с ума сошла и торгует себе в убыток? Лично у меня такая торговля в голове не укладывалась.

Но удивляло меня не только это, а ещё и то, что торговцев-азербайджанцев такой способ ведения бизнеса Наташи нисколечко не удивлял. Все упорно мне вдалбливали, что «моя фирма в основном торгует по безналу, а Бабич за нал», и многозначительно покачивали при этом головами, хитро улыбаясь. Я прямо чувствовал, что они что-то знают такое, что до меня не доходит, но напрямую не говорят, думая, что эта тонкость мне точно известна. Ну а я, чтобы окончательно не выглядеть идиотом в их глазах, тоже многозначительно кивал и соглашался:

– Да уж, вот эта Наташа, со всех имеет. А с виду и не скажешь. Хитра зараза…

Но при этом я уже окончательно ничего не понимал.

Так, пообщавшись с десятком владельцев табачных контейнеров, с больной головой я поехал обратно к нам, на Старо-Петергофский. Очень хотелось поговорить с нашим финансовым гением Борисом Петровичем Гурченко, чтобы прояснить для себя, что же имели в виду азербайджанцы, толкуя мне о разнице в торговле сигаретами по безналу и за нал. Вот чувствовал я, что разница есть, и она-то и является главным секретом финансовой устойчивости Наташи Бабич.

Приехав в офис, сразу же пошел на второй этаж к Борису Петровичу. Человеком тот был компанейским, простым, дружелюбным и нос не перед кем не задирающим, несмотря на свою высокую должность и весьма высокое, так скажем, материальное благополучие.

Услышав, что у меня появился ряд вопросов по деятельности Натальи Бабич, он, надо отдать должное, сразу согласился выслушать и помочь разобраться в непонятных для меня моментах финансового плана. Налив нам кофе из стоявшей у него же в кабинете кофеварки, он спокойно слушал меня до того момента, как я дошел до продаж товара Натальей по «минусовой» цене. А когда я попросил растолковать мне, глупому, какой ей резон отдавать своим клиентам сигареты, как я понял, в огромных объемах, по цене ниже, чем берет у нас, Борис Петрович, оглянувшись, внезапно предложил продолжить пить кофе внизу, в нашей большой столовой.

Надо сказать, перестраивая склады бывшей царской таможни под современные офисы, владелец этих самых складов, он же и хозяин, и генеральный директор нашей компании «НОРД» Боков Игорь Юрьевич, в великой мудрости своей распорядился на первом этаже обустроить для сотрудников помещение так называемой столовой, где каждый мог принести свою, взятую из дома еду и в спокойной обстановке под легкую музыку отобедать за длинным общим столом.

Бегать в обеденное время по кафешкам вокруг метро «Нарвская», конечно, можно было бы, но дать гарантии, что тебя там не траванут и ты пару дней, вместо того чтобы работать, не будешь сидеть на горшке в нашем офисном туалете, никто не мог. Тем более что на Салова такие случаи были. Да и цены в кафе были довольно кусачие… А со своей едой точно не отравишься и точно не разоришься.

Вот Игорь Юрьевич и распорядился выделить такое место, чтобы сотрудники не превращали свои кабинеты в едальни в обеденное время. Довольно мудро, по-моему, правда?