112 000 произведений, 32 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Турнир в Блезуа"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 24 марта 2014, 01:11


Автор книги: Генри Олди


Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Турнир в Блезуа

Из архива «Сопредельного Вестника», выпуски V–VI за Год Сизого Грифона, рубрика «Светская хроника». Опубликовано под псевдонимом «Этьен Хурделица» (предположительно Агафон Красавец) в адаптированном для юношества варианте. Финал «Турнира…», сожженный автором и не предназначенный к публикации, был восстановлен Горацием Цукром, мэтром-верстальером II категории, по остаточным творческим дуновениям. Сигнальные экземпляры переданы Гувальду Мотлоху, верховному архивариусу Надзора Семерых, для очной ставки.
I

– Дядько Сил! Эй, дядько! Лупоглазка опять в болоте тонет!

Колдун Сильвестр Фитюк нехотя оторвался от важного занятия – минутой раньше он клал заплату на прохудившуюся полу кафтана – и хмуро воззрился на запыхавшегося белобрысого Фильку.

– В Выпейной Пади небось? За Куликовым Пойлом? – уточнил он на всякий случай, хотя никаких других болот в округе отродясь не водилось.

Тем не менее замечание достигло цели: Филька преданно закивал, заглядывая в рот наставнику. «Вот что значит – настоящий колдун! Сразу догадался!..» – трехвершковыми рунами было написано на конопатой физиономии ученика.

– Ага! Это она нарочно!

Филька состоял при колдуне больше года и уже умел готовить зелья от запора и похмелья. Еще он ловко снимал случайный «вырви-сглаз» при помощи заговоренной кисточки из хвоста пятнистого злобарика. Зимой Фитюк начал знакомить ученика с основами гадания на бобах и на бараньей лопатке. Однако к немногим серьезным заклятьям, которыми владел сам, мальца пока не подпускал.

И, похоже, зря. Тащись теперь на болото, твори «тяни-швыряй», чары трудные, с побочными эффектами, выволакивай стерву Лупоглазку из трясины, где она тонет с завидным постоянством… Прав Филька: нарочно она это делает. Не иначе летать понравилось. Вот сейчас бы послал ученика, а сам остался дома. Мало ли у старого колдуна дел по хозяйству?

Вздохнув, Фитюк спрятал иглу с нитками в кошель, где хранил всякую мелкую, но нужную дребедень, накинул на плечи кафтан с недозаплатанной дырой и вразвалочку направился к дому.

– Ты куда, дядько Сил?! А Лупоглазка?!

Фитюк не ответил, скрывшись в сенях. Филька остался на дворе, приплясывая от нетерпения. Вскоре колдун вновь возник в дверях, обутый в бахилы с высокими голенищами, купленные прошлой осенью на ярмарке. Пачкать дорогую обувку вонючей грязью не хотелось, но отдирать пиявок-прилипал, расплодившихся в Выпейной Пади сверх меры, хотелось еще меньше. Да и наступить босой ногой на болотную гадюку – удовольствие сомнительное.

А ведьма-порченица Меланфия полученное от бабки «змеиное слово» держала в секрете, отказываясь сообщить его даже в обмен на одно из семи наследных заклятий рода Фитюков.

– Пошли, что ли?

Ученик с радостью припустил вперед, предвкушая грядущее зрелище.

Колдун степенно двинулся следом, для солидности опираясь на узловатый посох самого что ни на есть чародейского вида. Посох Фитюк самолично вырезал из сухой груши, отполировал, покрыл таинственными, но совершенно бессмысленными знаками, украсил на конце фигуркой яростного несвезлоха, а затем «вычернил» настоем из орехов, дубовой коры и ягод дружинника. Получилось внушительно, даже учитывая, что никакой магической силой посох не обладал. К счастью, клиенты и вредная конкурентка Меланфия об этом не догадывались.

Белобрысый же Филька уважал посох пуще грома небесного. Гром когда еще грянет, а посох всегда под рукой.

Свернув с пыльного проселка, они пересекли заросшее сочным разнотравьем Куликово Пойло, обходя бочажки с темной, смоляной водой. Из-под ног то и дело вспархивали кулички, перепелки и голенастые пигалицы. Последние, прежде чем взлететь, норовили исклевать путникам щиколотки. Колдуна спасали сапоги, а Фильку – увертливость и подобранная по дороге хворостина, которой ученик с успехом отмахивался от наглых пернатых.

В стороне, у края Пойла, весело стучали топоры и молотки, визжали пилы: малокатахрезцы с вражинцами сообща отстраивали мельницу, сгоревшую в прошлом году, надеясь поспеть к сбору урожая. Со стропил, рискуя свалиться, Фитюку приветственно махал рукой Олекса Шиш, мельников кум, пьяница и буян.

Колдун махнул в ответ: Вечный Странник, елки-метелки, в помощь!

Солнце припекало, и он жалел, что не прихватил соломенный брыль. Вернуться? Нет, поздно. Считай, пришли.

– Ой, да где ж вы пропадали?! Что ж так долго?! Ой, Лупоглазочку-бедняжку, считай, напрочь засосало! Одна голова торчит! Ой, что ж это деется, что за напасть такая?! Никак сглазили, выродки, мою красавицу…

Не обращая внимания на стрекот известной на всю округу шалавы Яньки Хулебяки, хозяйки строптивой Лупоглазки, колдун двинулся по ненадежной гати в глубь болота.

Ученику он знаком велел оставаться на месте.

– Стойте! Именем короля!

Оборачиваясь, Фитюк оступился на склизком горбыле и едва не шлепнулся в грязь. Выругался, глядя из-под ладони: солнце слепило глаза. Нижняя Мама, откуда гроза на нашу лысину?

Через Пойло, бухая казенными, не по размеру, сапожищами, к ним торопился гонец. Над зеленой шляпой полоскался по ветру линялый вымпел с гербом Блезуа. Кроме шляпы и сапог, гонец был облачен в расстегнутую пажескую курточку на голое тело и холщовые штаны с пузырями на коленях.

«Жарко сегодня!» – ясно говорил его наряд.

На краю болота гонец остановился, пыхтя от усердия.

– Чего тебе? – сварливо поинтересовался Фитюк.

– Его величество!.. Король!.. король Серджио…

– Ну?

– Велел!

– Да рожай быстрей, что ты телишься!

– Велел, чтобы колдун Сильвестр Фитюк немедля явился в замок. Вот!

Гонец стащил шляпу, попытался отереть рукавом пот со лба, но оцарапался галуном и, зашипев, вытер чело ладонью.

– С чего бы это мне такая честь, елки-метелки? Не видишь, я делом занят?

– Делом он занят! – немедленно образовалась рядом Янька, пылая праведным гневом. – Понял, скакун драный?! Не слушай его, Сильвеструшка, спасай мою ласточку!

Гонец обернулся к Яньке, намереваясь дать дерзкой достойную отповедь. Увы, взгляд его сразу прилип к двум тугим округлостям, бесстыдно выпиравшим сквозь тонкую ткань Янькиного сарафана. В итоге гонец издал горлом невнятный сиплый звук, судорожно сглотнул и облизнулся.

– Спасать? – выдавил он наконец. – Кого это вы на болоте спасаете? Пиявку?

– Лупоглазку. В пятый раз уже, – встрял в разговор конопатый ученик Филька.

– Корова, что ли?

– Эх, если б корова… – вздохнул колдун. – Ладно, а я-то королю зачем понадобился?

– Его величество зовет вас на пир! – ухмыльнулся гонец.

Колдуну ухмылка гонца не понравилась. Сроду Серджио Романтик не делил пиры с Сильвестром Фитюком. Однако отказать августейшей особе никак нельзя. Надо идти. Фитюк скреб грязным ногтем щеку, делая вид, что размышляет. Хорошо бы и Фильку с собой взять. А что? Колдун явился со своим учеником. На пир мальца, конечно, не пустят, зато на кухне наверняка покормят. Пусть королевских харчей отведает. Когда еще такой случай представится?

И на обеде сэкономим.

– Благодарствую за приглашение. Беги обратно, скажи: колдун следом будет. Вот Лупоглазку вызволю – и приду.

– Ой, Сильвестрик! Ой, родненький! Ой, спасибо! – бросилась Фитюку на шею Янька.

И, не стесняясь зрителей, жарко зашептала на ухо:

– А я в долгу не останусь! Ты вечером как, незанятый? Отдохнувший?

Сильвестр Фитюк довольно усмехнулся, глядя, с какой завистью пялится на него гонец.

– Вечером я, пожалуй, сыт, пьян и нос в табаке. Чай, не в корчму, к королю зван. Ты заходи, потолкуем. А ты, Филька, домой беги. Рубаху чистую надень и обуйся. На пир идем, елки-метелки!

Обалдевший от свалившегося на него счастья Филька пискнул, кивнул так рьяно, что едва голова не оторвалась, и припустил со всех ног по Куликовому Пойлу. А колдун опять двинулся по гати, осторожно щупая посохом дорогу. Ну, где тут эта злосчастная Лупоглазка?

«Верно говорят: сапоги надеть – к дороге, аль случится что», – думал Сильвестр Фитюк.

II

– Сильвестр Фитюк из Малой Катахрезы!

Агафон Красавец, по скудости лейб-бюджета совмещавший обязанности барда и мажордома, ударил посохом об пол. Посох скользнул острым концом по плитке из ложного мрамора и больно ушиб лодыжку Фитюка.

– Чтоб тебя, ирода! – тихо, но внятно пожелал колдун барду.

Несуеверный, но опытный Агафон на всякий случай сделал знак от сглаза, и Фитюку пришлось второй раз уворачиваться от кровожадного посоха. Впрочем, нет худа без добра: собравшиеся за столом восприняли это как церемонный поклон и зааплодировали.

– Рады, искренне рады!

Их королевское величество Серджио Романтик после третьего бокала кларета приходил в наилучшее расположение духа, утверждая, что мир создан для юных душой. А сейчас нос короля цветом напоминал закат над Кузькиным Лугом, свидетельствуя по меньшей мере о пятом бокале.

Рядом с королем благосклонно улыбалась его августейшая супруга, надев в честь пира второй из своих «выходных» чепцов, с золоченой сеткой и лентами. По непроверенным слухам, чепец сильно молодил Терезу Блезуа. На головном уборе, доставшемся королеве в наследство от бабушки Лукреции, лежало заклятье миловидности, наложенное чуть ли не самим Нихоном Седовласцем в память о знойных ночах юности.

С годами заклятье выветрилось, а чепец остался.

Помимо королевской четы, за столом присутствовали их высочество принцесса Мария-Анна с мужем, рыцарем Арчибальдом Тюхпеном, Потрошителем Драконов, и барон фон Кайзеринг, случайно проезжавший утром мимо замка. Барон всегда случайно проезжал там, где намечалась попойка или драка.

Драки он уважал без повода, а попойки – на дармовщинку.

Подслеповато щурясь, Фитюк не сразу разглядел незнакомого молодца, разряженного в пух и прах по столичной моде. Молодец втерся между бароном и принцессой, умудряясь вести светскую беседу сразу на два фронта.

– Агафон, проведи гостя!

– Стоять! – грозно велел колдун оживившемуся барду, видя, что Агафон берет посох наперевес. – Не извольте, елки-метелки, беспокоиться…

Присев на лавку – кресла полагались только коронованным особам, – он придвинул поближе тарель с куропатками, маринованными в уксусном меду. Надо быстрее урвать кусок, пока не выгнали. Знаем мы эти высочайшие приглашения…

В углу скулили любимые борзые Серджио Романтика, тщетно ожидая подачки.

– Так вот, ваше очаровательное высочество, я и говорю Кольрауну: «Милейший Просперо! Душевно признателен, но в этом деле я не нуждаюсь в помощи! Сами посудите: мелкий демонишко, даже без статуса…» А он мне: «Полно скромничать, дружище Тиль! Как же без статуса, если реестр Клазуевича-Ряшки ясно гласит…»

– Вы дружны с самим Просперо Кольрауном? – ахнула принцесса, теснее прижимаясь к собеседнику. – Боевым магом трона? О, мэтр, это так пикантно…

Синие глаза ее высочества лучились восторгом.

Нечасто в Блезуа появлялись такие гости.

– Не стану хвалиться, ваше прелестное…

– О нет, сударь! Хвалитесь! Умоляю вас, хвалитесь! Если бы вы знали, как скучна жизнь принцесс в провинции…

– Да уж! – не пойми к чему добавил барон фон Кайзеринг, обгладывая баранью ногу.

– Ну, если вы настаиваете!.. В сущности, мы с боевым магом накоротке: я его зову Альрауном, по-свойски, а он меня…

– А он вас, сударик, и вовсе, должно быть, не зовет, – не сдержался Фитюк. – Вы сами небось, елки-метелки, приходите. Без спросу.

Задним числом колдун укорил себя за длинный язык. Точно выгонят. Взашей. И поесть как следует не дадут. Но очень уж бахвал-фертик пришелся Фитюку не по сердцу. Милейший, значит, Просперо. Полно, значит, скромничать. Накоротке они.

А принцесса и уши развесила, дурища.

Колдун ухватил жирный шмат кулебяки с тресковыми мозгами, надеясь, если таки выгонят, унести добычу с собой. Хорошо бы Филька не зевал на кухне – все экономия средств. Тащись к этим величествам, ноги по жаре бей…

Обиду на Серджио Романтика колдун таил давно. Еще с тех пор, когда его вызвали удостоверять девичество Марии-Анны, вырванной из лап злобного дракона, и в последний момент отказали в доступе к телу. В прошлый раз приезжий скопец-«пицилист» обскакал, и сейчас, видать, тоже сопляк из столицы на кривой объедет.

Нет пророка в своем отечестве, елки-метелки.

Одни пороки.

– О, наставник! – Молодец словно только сейчас заметил нового человека за столом. – Приветствую вас, высокочтимый учитель! Вы чудесно сохранились! Лейб-малефактор Серафим Нексус говаривал мне в приватной беседе, что глушь обладает дивными консервирующими свойствами…

– Вы знакомы с ле

...

конец ознакомительного фрагмента

Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".
Страницы книги >> 1

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю

Рекомендации