Читать книгу "Узы Белого Лотоса"

– Да вы достали! – завопила Сун Цин. – С вами просто невозможно заниматься! Чего вы орете?

– Сестра, сыграй с нами, – попросил Сун Чан, наклонившись, чтобы видеть сестру за сидевшим рядом Мао Линем.

Сун Цин вздохнула, обхватив обеими руками учебник по анатомии.

– Ладно. Раз Мао Янлин нужно идти, сыграю. Но только один раз! – сразу предупредила она.

– Все, на этот раз я точно выиграю! – похрустев пальцами, сказал Мао Линь. – Поехали!

Цай Ян откинулся на подушку у стены, наблюдая за друзьями. Или, точнее сказать, своей семьей. Да, у него действительно была большая семья, и он очень любил в ней каждого. Судьба была несправедлива к нему, отобрав у него родителей, но она же сделала ему такой неожиданный подарок, который назывался «Белый Лотос». Его окружали люди, ради которых он готов был сделать все.

Но только не поддаться Мао Линю в игре в маджонг!

– Будем играть, пока не выиграешь, – пообещал он, помогая перемешивать кости.

– Я не смогу играть целую неделю, мальчики, у меня экзамены на носу, – фыркнула Сун Цин.

– Ах ты! – прошипел Мао Линь, с остервенением набирая себе свою часть костей из общей кучи. – Да я вам еще покажу!

Цай Ян решил, что недели-то Мао Линю точно хватит, чтобы выиграть. У них впереди еще много времени.

Никто в тот вечер и подумать не мог, что это был последний раз, когда они вот так собирались вместе на чердаке этого дома.

Глава 6. Зарево

 
Behind every door
Is a fall, a fall and
No one’s here to sleep.
 

♬ Naughty Boy feat. Bastille – No One’s Here To Sleep

В воздухе пахло пионами. Они пышно расцвели будто во всех парках и скверах разом, наполнив город сладким праздничным благоуханием. Стояла теплая погода, и люди в выходные с удовольствием прогуливались, устраивали пикники на траве и наслаждались уличной едой. Это был самый обычный день, но настроение у всех было приподнятым. Даже Сун Цин отложила свои пугающе огромные учебники, чтобы отдохнуть и развеяться.

– Пошли на «Камикадзе»? – предложила она, и Мао Линь, смяв губами большой кусок сахарной ваты, хмуро посмотрел на наворачивающие круги перекладины с кабинами, в одной из которых на самом верху верещали люди.

– Ну уж нет, спасибо, – сказал он. – Если я туда полезу, тебе придется стать врачом досрочно.

Сун Цин фыркнула, откинув тугую косу с плеча за спину.

– Зачем? Если тебя укачает и начнет тошнить, ты же вполне справишься без меня?

Мао Линь надул губы и помял в пальцах воздушную вату, которую только что оторвал от огромного облака в другой руке. Карусель как раз остановилась, и оттуда, шатаясь, выползали позеленевшие люди. Только дети, казалось, чувствовали себя прекрасно: скакали и смеялись после того, как их около десяти минут крутило и вертело, как в барабане стиральной машины.

Цай Ян со смехом положил руку Мао Линю на плечи.

– Я знаю, что тебе нужно! – с уверенностью сказал он и ткнул указательным пальцем в детскую карусель с лошадками. – Выбирай вон ту, розовую! Она выглядит так же угрожающе, как ты.

Мао Линь со всей силы пихнул его локтем в бок, заставив охнуть и отпустить его.

– Сейчас отведу тебя на выставку собак, она здесь рядом! – пригрозил он и схватил Цай Яна за запястье, сделав вид, что действительно собирается оттащить его туда.

Цай Ян тут же ухватился свободной рукой за мирно стоявшего рядом Сун Чана, который от неожиданности чуть не упал на него.

– Сун Чан, спаси-спаси, он с ума сошел! – завопил он.

Сун Чан пошатался, как деревце на ветру, но все же устоял на ногах. В свои тринадцать он был почти одного роста с Цай Яном, но таким худеньким, что Сун Цин все время советовала ему носить с собой в сумке кирпичи, чтобы его ненароком не унесло ветром.

– Не ори! – стукнула Цай Яна по плечу Сун Цин. – Тебя весь парк слышит.

Идея пойти в воскресенье в парк аттракционов принадлежала Мао Янлин, и все ее активно поддерживали, пока не пришло время самих аттракционов. Сун Чана укачало после первой же карусели, и он уже час пытался вернуть себе нормальный цвет лица. Сун Цин посоветовала ему съесть что-нибудь сладкое, чтобы перестало мутить, но пока это на пользу не пошло. Цай Ян с Мао Линем после похода в тир больше спорили друг с другом, чем катались, потому что Цай Ян опять выиграл. Ему торжественно вручили большую плюшевую черепаху, которая выглядела скорее устрашающе, чем мило. Точнее, милой ее считала только Мао Янлин – ей Цай Ян ее и подарил.

– Я хочу пойти на американские горки, – сказала она, пытаясь обхватить это плюшевое чудовище одной рукой. – Кто со мной?

– Я ем, – лениво отозвался Мао Линь, продолжая поглощать сладкую вату.

– Ты боишься, – хлопнув его по плечу, сказала Сун Цин. – Я пойду!

– Ничего я не боюсь! – даже подпрыгнув на месте от возмущения, закричал Мао Линь. – Вот доем и пойду!

Одну из самых высоких американских горок, неподалеку от которой они стояли, как раз запустили, и оттуда уже слышался вопль людей. Сун Чан сглотнул и побледнел еще сильнее.

– Класс! – сказал Цай Ян. – Девушки, я пойду с вами! Мао Линь, а ты держи! – Он выхватил у Мао Янлин черепаху и пихнул ее Мао Линю, который так опешил от этой наглости, что замер с огромной плюшевой игрушкой в одной руке и неровным облаком сладкой ваты – в другой.

Сун Цин рассмеялась, но потом улыбка на ее лице сменилась беспокойством. Она подошла к Сун Чану и приложила ладонь к его лбу.

– А-Чан? Тебе все еще нехорошо? – спросила она.

Сун Чан помотал головой.

– Нет, сестра, ты иди, все в порядке.

Сун Цин нахмурилась и поджала губы, потом посмотрела на Цай Яна.

– Идите, я побуду с А-Чаном. Тем более это прекрасная возможность для Мао Линя все-таки покататься. Дай сюда, – с этими словами она выхватила из руки Мао Линя палочку с ватой, а затем и черепаху. – Теперь у тебя нет оправданий.

Мао Линь гордо вскинул голову и отряхнул ладони.

– Вот и прекрасно. Счастливо оставаться.

– Кусты вон там, – мотнула головой в сторону аккуратных клумб и фигурно подстриженных кустарников Сун Цин.

Мао Линь вскинул бровь.

– Чего?

– Это если тебя будет тошнить, когда спустишься.

Сун Цин мило улыбнулась, выглядывая из-за черепахи. Мао Линь сжал руки в кулаки, так что Цай Ян поспешил вмешаться.

– Пошли, Мао Линь, уже сажают на второй старт.

Они втроем направились к аттракциону. Мао Янлин села позади брата и Цай Яна, потому что те, разумеется, выбрали места впереди всего состава.

– Ты много ваты съел? – с опаской спросил Мао Линя Цай Ян, пока сотрудник парка проверял крепления и ремни. – Не попади в меня, если вдруг чего.

Мао Линь больно ударил его кулаком в плечо, но промолчал и почти сразу вцепился в поручень перед собой. Цай Ян рассмеялся и решил больше его не подкалывать. Он повернул голову, чтобы посмотреть на брата и сестру Сун внизу. Сун Чан, встретив его взгляд, помахал ему. Сун Цин демонстративно поедала сладкую вату Мао Линя, перехватив черепаху одной рукой так крепко, что она по форме стала напоминать песочные часы с четырьмя лапками.

Состав медленно тронулся, и Мао Линь скрипнул пальцами по поручням. Цай Ян усмехнулся и заложил руки за голову.

– Расслабься, Мао Линь.

– Я и не напрягаюсь! – рявкнул тот.

Пока они медленно поднимались на первый высокий пик, Цай Ян увлеченно крутил головой, осматриваясь по сторонам. Парк, залитый солнечным светом, выглядел с высоты очень красиво. Он попытался еще раз выхватить взглядом ждавших внизу Сун Цин и Сун Чана. Когда увидел их, хотел помахать снова, но только нахмурился, заметив, что к ним подошли трое. Это их знакомые?

В этот момент состав резко покатился с горы, и сзади послышался восхищенный возглас Мао Янлин. Ее брат упорно молчал, но Цай Ян почти физически ощущал исходящую от него панику, в которой он, конечно, никогда не признается. Сам Цай Ян высоты не боялся. Было в этом кратковременном ощущении свободного падения что-то особенное.

Когда они снова замедлились, он попытался обернуться, чтобы увидеть, ушли ли знакомые Сун Цин и Сун Чана. Нет, они так и стояли втроем рядом с ними. С высоты невозможно было рассмотреть лица, но Сун Цин казалась раздраженной. А еще сахарная вата перекочевала к Сун Чану, в то время как его сестра активно жестикулировала свободной рукой. Да что у них там происходит?

Аттракцион набирал обороты, и на такой скорости с постоянными взлетами и виражами уже больше ничего нельзя было рассмотреть. Мао Линь один раз на особо высоком пике, на котором они на мгновение зависли, словно на острие иглы, что-то тихо пикнул рядом, но Цай Ян решил посмеяться над ним позже. В тот момент это было бы слишком жестоко.

Когда скорость наконец совсем снизилась, Мао Линь выглядел не краше Сун Чана. Цай Ян похлопал его по руке, которой тот все еще крепко держался за поручень.

– Все-все, мы уже останавливаемся. Правда было здорово?

Мао Линь перевел на него злой взгляд, но снова ничего не сказал. Похоже, ему было хуже, чем Цай Ян думал.

Когда они уже почти затормозили, Цай Ян увидел то, что заставило его едва ли не выскочить из своего сиденья на ходу. Один из парней, которые подошли к брату и сестре Сун, крепко держал Сун Цин за запястье. Девушка явно пыталась вырвать руку и что-то говорила. Ее лицо было злым. Губы Сун Чана, стоявшего рядом с ней, тоже шевелились, но из-за расстояния и ветра невозможно было понять, о чем был их разговор. Но он явно шел на повышенных тонах. Приятели этого незнакомого парня смеялись.

– Что там происходит? – послышался сзади голос Мао Янлин.

– Не знаю, – ответил Цай Ян, мечтая лишь о том, чтобы поднялась верхняя конструкция, удерживающая его на месте. Когда это случилось, он молниеносно отстегнул страховочный ремень и вскочил, самым первым покидая территорию аттракциона.

– Отвали, я никуда не пойду! – услышал он слова Сун Цин, когда подобрался ближе.

– Что, так и будешь проводить время в компании беспризорников? – продолжая держать ее за руку, спрашивал незнакомец. Цай Ян наконец смог его рассмотреть. На вид он был примерно ровесником Сун Цин. Неужели они вместе учатся? И что ему надо?

– П-пожалуйста, отпусти мою сестру, – тихо попросил Сун Чан, но эта сволочь только рассмеялась над его словами.

Цай Ян почувствовал, как в нем закипает ярость. Это был прекрасный день, который они проводили все вместе, какого черта кому-то понадобилось лезть?

Он не стал обходить, чтобы выйти через основной вход, а просто перемахнул через заграждение и рванул к ним.

– А ну отпусти! – крикнул он и, приблизившись, дернул Сун Цин на себя.

От неожиданности удерживавший ее парень разжал пальцы, ослабив хватку, и развернулся к Цай Яну. Он был чуть выше, и Цай Ян зло посмотрел на него снизу вверх.

– Что это тут у нас? Приютские спешат на помощь? – наклонив голову набок, спросил он, и двое его друзей, стоявшие у него за спиной, засмеялись. – Не вмешивайся во взрослые дела!

– Цай Ян, идем, – тихо сказала Сун Цин, взяв свободной рукой Цай Яна за локоть. Второй она так и продолжала держать эту дурацкую черепаху.

– Не так быстро, красавица. А как же колесо обозрения? Я тебя приглашаю, с высоты просто прекрасный вид на город. – Парень снова потянулся к ней, и Сун Цин подалась назад, чтобы он не схватил ее за руку.

– Отвали, У Хай! – сказала она.

Цай Ян сделал шаг в сторону, загораживая ее.

– Она не пойдет.

Незнакомец скривил тонкие губы и сморщил нос, который занимал на его лице почти все место, из-за чего его глаза казались совсем маленькими. Вся его внешность была крайне отталкивающей. Цай Ян заметил, как один из его приятелей, который перестал смеяться самым первым, вздохнул и закатил глаза.

– А это не ты решаешь, ясно? – ткнув Цай Яна пальцем в грудь, сказал У Хай. – Отойди, пока я не взял тебя с собой и не скинул с этого чертова колеса.

Цай Ян не успел ответить, потому что к ним подбежал Мао Линь. Мао Янлин быстро шла следом, но пока не могла догнать брата.

– Что случилось?

– Ничего, они уже уходят, – сказала Сун Цин и отступила к Сун Чану, приобняв его за плечи. – Идем, А-Чан.

– А сироты все прибывают и прибывают, – усмехнулся У Хай, смерив Мао Линя презрительным взглядом.

Мао Линь сжал руки в кулаки. Его до этого бледное лицо стало покрываться красными пятнами. Так всегда случалось, когда он начинал выходить из себя.

– Я не сирота! – выпалил он.

У Хай посмотрел на своих дружков, и они втроем снова захохотали. Он перестал смеяться первым и прищурился.

– Скоро станешь, если не отойдешь отсюда!

Подошедшая Мао Янлин явно слышала эти его слова, потому что замерла и удивленно посмотрела на У Хая. Заметив ее, тот расплылся в улыбке.

– Ого! И что все-таки такие красивые девушки делают в компании малолеток?

– Кто это? – изумленно спросила Мао Янлин, посмотрев на Сун Цин.

Та поморщилась, покрепче притиснув к боку Сун Чана.

– Мы учились в одной школе. Пока У Хая не исключили за драку, – ледяным тоном произнесла она.

– Славные были времена, не так ли, А-Цин? – продолжил выделываться У Хай. – Все еще собираешься стать врачом? Я был бы не против попасть к тебе на прием.

Сун Цин язвительно скривила губы.

Цай Ян вдруг рассмеялся, согнувшись пополам. У Хай недоуменно хмыкнул, а потом раздраженно спросил:

– Что смешного?

– Ничего-ничего, – махнул рукой Цай Ян, продолжая смеяться. – Просто, думаю, после этих твоих слов Сун Цин будет рада выучиться на патологоанатома.

За спиной У Хая кто-то сдавленно хрюкнул, но, когда тот резко обернулся, его дружки сразу сделали серьезные лица.

– Вздумал шутить надо мной? Ты вообще кто? – заорал он, посмотрев снова на Цай Яна.

– Цай Ян, – представился Цай Ян.

У Хай кивнул, выпятив губы.

– Ну-ну, Цай Ян, я запомнил.

– Ты запиши, а то у тебя очень плохая память, – посоветовал Цай Ян серьезным тоном.

– Это еще почему? – взвился У Хай.

– Потому что тебе не один раз сказали отвалить, а ты по-прежнему здесь.

Лицо У Хая начало багроветь.

– Ты! Да кто тебе разрешил так со мной разговаривать?! Я старше тебя!

Цай Ян вскинул брови и пожал плечами.

– И что? Я должен уважать тебя только потому, что ты родился раньше меня? Ума за эти годы ты все равно не набрался.

– Цай Ян, – тихо позвала Сун Цин.

– Заткнись! – ткнул в нее пальцем У Хай.

Мао Линь нахмурился и скрестил руки на груди.

– Чего ты разорался? И ты как с девушкой разговариваешь, умник?

У Хай улыбнулся, оскалив зубы.

– Откуда малолетке, да еще и приютскому, знать, как правильно разговаривать с девочками? С тобой поди, кроме мамочки, ни одна женщина еще не общалась.

– А с тобой? – не дав Мао Линю ответить, спросил Цай Ян. – С тобой, похоже, и мама не разговаривала, раз ничему не научила.

У Хай снова повернул голову набок, как голубь. Его глаза покраснели от плохо сдерживаемой злости. Цай Ян упрямо вскинул подбородок, спокойно встречая его взгляд.

– Как и с тобой. Ведь у тебя ее и не было, – сделав шаг к нему, сказал У Хай.

Цай Ян и сам не успел понять, когда это случилось. Осознал, что происходит, лишь когда разбил костяшки кулака о зубы этого ублюдка, но даже боли не почувствовал.

– Цай Ян!

– А-Сяо!

Голоса Сун Цин и Мао Янлин прозвучали как через толстый слой ваты. В ушах пульсировала кровь. Злость была такая, что накрыла сверху, как удушливая волна. У Хай схватился за челюсть, постоял с пару мгновений, а потом бросился на Цай Яна. Тот не дал повалить себя на землю, а вовремя отступил, сразу перехватывая его руку, как его научил старший сосед Лин Тао.

– Отпусти, ублюдок! – завопил У Хай, рухнув на колени. – Отпусти немедленно! Я тебе все тридцать три зуба выбью!

– Их тридцать два, дебил, – сказала Сун Цин. – Цай Ян. – Она отпустила брата и подошла ближе. – Цай Ян.

На плечо легла ладонь, и Цай Ян отвел взгляд от продолжавшего скулить У Хая. Сун Цин улыбнулась ему.

– Идем. Он того не стоит. Отпусти его.

Дружки У Хая стояли на месте и не двигались. Цай Яну вообще показалось, что им была неинтересна эта затея с самого начала. Он только сейчас начал замечать, что происходит вокруг. Вернулись звуки. Смех и вопли с каруселей. Там, где они стояли, людей было не очень много – все по большей части толпились у входов на аттракционы и касс. Однако даже те, кто проходил мимо, только бросали на них полные любопытства взгляды, но не приближались.

– А-Сяо.

Услышав голос Мао Янлин, Цай Ян посмотрел на нее. Мао Линь стоял рядом с сестрой. Сун Чан, казалось, вообще не дышал, во все глаза глядя на него.

Цай Ян прикрыл глаза, чтобы окончательно успокоиться, и только потом разжал пальцы. У Хай тут же вскочил, потирая руку. Цай Ян прекрасно знал, как сильно она у него теперь болела – сам не раз испытывал на себе захваты Лин Тао, пока не научился правильно их делать.

– Ты… Ты! – задыхаясь и тыкая в него пальцем, завопил У Хай. – Я этого так просто не оставлю! Я тебя запомнил!

Цай Ян демонстративно поклонился.

– Я польщен. Идем, – повернувшись к Сун Цин, сказал он.

– А вы что стояли?! Какого черта никто опять не помог мне? – разорался У Хай на своих друзей. Те что-то отвечали, но Цай Ян их уже не слышал, потому что они все вместе двинулись к выходу из парка. Настроения кататься дальше не было.

– Ужасные ребята, – сказала Мао Янлин, передернув плечами.

Мао Линь просто молча кивнул. Сун Цин обняла покрепче черепаху, которую так и несла, будто сроднившись с ней.

Почувствовав, как кто-то робко прикоснулся к запястью, Цай Ян повернул голову, чтобы увидеть мягкую улыбку Сун Чана.

– Спасибо, – сказал он.

Цай Ян покачал головой и положил руку ему на плечи.

– Черт с ними. Есть хочешь, Сун Чан? Пойдем куда-нибудь перекусим. Умираю с голоду.

* * *

Вечером Цай Ян рисовал, устроившись в комнате на подоконнике, пока Мао Янлин готовила десерт, чтобы порадовать всех после ужина. Они с Мао Линем решили остаться в эту ночь в приюте «Белый Лотос», так как у директора Мао были дела и они с доктором Сун собрались подольше поработать. Госпожа Мин уже ушла домой. Сун Цин и Сун Чану тоже разрешили остаться до утра. Они планировали поиграть в маджонг, но так устали, что выбрали просто поболтать, попить чай и съесть чего-нибудь вкусного. Даже Ван Чин согласился присоединиться к ним, наконец оторвавшись от своих книжек.

– Что рисуешь, Цай-гэгэ? – спросил он, осторожно заглянув в скетчбук.

Цай Ян развернул его к нему.

– Красиво! А это флейта?

– Ага. Увидел в одной из книжек, запомнил, решил нарисовать по памяти, – постучав себя карандашом по лбу, сказал Цай Ян. – Только руки сложно рисовать, тем более в таком положении.

Ван Чин еще раз посмотрел на набросок девушки, держащей поперечную флейту, а потом – на свои руки, разведя пальцы в стороны.

– Хочешь, я тебе попозирую? Чтобы ты наглядно видел пальцы. – Он поставил руки так, будто держит флейту.

– Ого! – улыбнулся Цай Ян. – Откуда ты знаешь, как держать флейту?

– Прочитал, – усмехнулся Ван Чин. – Я перечитал все книги в нашей библиотеке, и одна как раз была про традиционные музыкальные инструменты. Тренироваться было не на чем, но я так, силой воображения. – Он в замешательстве покрутился на месте, а потом радостно улыбнулся. – О! Можем вместо флейты использовать линейку.

Цай Ян рассмеялся и кивнул.

– Давай. Очень выручишь, А-Чин!

Они даже не заметили, как пролетело время. Ван Чин рассказывал, что хочет поступать на факультет литературы, пока Цай Ян рисовал, поглядывая на его руки. На вопрос, куда хочет поступать он сам, только пожал плечами. Он пока не знал, к чему у него лежит душа. Ему было одинаково легко на всех предметах, но больше нравилось плавать, рисовать, есть десерты Мао Янлин и подтрунивать над ее братом. Из всех этих занятий вряд ли можно было построить карьеру.

– Посмотрим, – говорил он. – Как будет время поступать, выберу что-нибудь.

– Можешь себе позволить, – кивал Ван Чин. – С такими-то оценками.

– Оценки – чушь собачья. Главное, что у тебя в голове остается.

Цай Ян почти закончил рисунок, когда в комнату зашел Мао Линь и сказал, что сестра зовет на кухню. Все их разговоры, конечно же, сводились к происшествию в парке. Сун Цин рассказала, что У Хай нередко доставал ее, пока еще учился в той же школе. Его выгнали за устроенную им же потасовку, в которой он к тому же проиграл. Они просидели на кухне допоздна, пока к ним не постучался доктор Сун и не попросил расходиться – кабинет директора Мао находился не так далеко, а ночью по этим коридорам звук распространялся очень хорошо. Наверняка они мешали взрослым работать.

Вернувшись с Ван Чином в их комнату, Цай Ян почти сразу заснул, чтобы посреди ночи распахнуть глаза от шума в коридоре. Было непонятно, что происходит, так что он вылез из постели и приоткрыл дверь. В нос сразу ударил неприятный запах гари. Он успел сделать только один шаг, когда ему в плечо врезался один из соседей по этажу.

– Что случилось? – спросил у него Цай Ян.

– Не знаю! Директор Мао будит всех и просит выйти на улицу.

– А-Сяо!

Цай Ян обернулся и увидел Мао Янлин, которая быстро бежала по коридору в одной лишь ночной рубашке и тонкой кофте, накинутой сверху.

– А-Сяо, срочно выходи на улицу!

– Что стряслось? – снова спросил Цай Ян. Он никогда не видел Мао Янлин такой напуганной.

– У нас пожар в левом крыле! Почти все сгорело. Нужно быстрее уходить!

В левом крыле, которое было пристройкой к основному зданию, никто не жил. Там находилось только несколько классов, где иногда проходили подготовительные занятия у тех, кто еще не ходил в школу, и складские помещения. Неудивительно, что если ночью там случилось возгорание, это заметили так поздно.

– Где Мао Линь? – спросил Цай Ян.

– Внизу. Скорее, идем! – ответила Мао Янлин, хватая Цай Яна за запястье.

Цай Ян повернул голову, чтобы заглянуть в комнату. Все ребята слышали их разговор и уже тоже собирались выходить. Не было видно только Ван Чина.

– Где Ван Чин? – крикнул Цай Ян остальным мальчикам.

– Наверное, вышел и уже внизу! Пошли!

Группой они все спустились по лестнице, и только тогда Цай Ян увидел пламя, которое пожирало уводивший на кухню коридор. Та часть корпуса была ближе всего к пристройке, а значит, огонь уже перекинулся на основную часть здания. Многие дети кашляли, потому что запах гари становился все гуще с каждой минутой. Из коридора валил черный дым.

– Дети, не толкайтесь! – крикнула Мао Янлин. – Осторожно спускайтесь и выходите на улицу!

Цай Ян увидел Мао Линя, который стоял босиком и в одних домашних штанах у открытой входной двери. На улице уже находились некоторые воспитанники. Все были в чем попало, потому что их просто подняли из постелей посреди ночи. Маленькие дети плакали. Мао Янлин подхватила одну из младших девочек на руки и прижала к себе, пока они все вместе пробирались к двери.

– Ох, что же это, – тихо сказала она, крепче обнимая кашляющую малышку.

– Пожарных вызвали? – спросил Цай Ян, оборачиваясь, чтобы проверить, не нужна ли кому-нибудь помощь. Глаза начало щипать.

– Папа вызвал. Повезло, что они с доктором Сун не спали, – отозвалась Мао Янлин. – Вот так, все будет хорошо, – сказала она девочке.

– На третьем никого не осталось?

– Нет, – ответил за сестру Мао Линь, дождавшийся их у порога. – Я проверил.

Кивнув, Цай Ян вышел вместе со всеми на улицу. Снаружи дымом пахло так же сильно – из-за ветра эти черные клубы от левого крыла сносило прямо на основное здание и территорию приюта. Собравшиеся перед входом воспитанники кашляли и закрывали ладонями рты и носы.

От левого крыла и правда почти ничего не осталось – пламя облизывало окна, на которых уже не было стекол. Даже с их места было видно, насколько оно высокое.

В следующее мгновение все вздрогнули, кто-то коротко вскрикнул – крыша пристройки с треском провалилась, подняв в ночное небо новую порцию едкого дыма и рыжие искры. По основному корпусу пожар разгорался с огромной скоростью – крыша из-за ветра загорелась уже и там.

– Янлин! А-Линь! – послышался громкий голос.

К ним со стороны ворот быстрым шагом направлялась Госпожа Мин. Цай Ян впервые видел ее с распущенными волосами – она, похоже, тоже спала дома, когда узнала, что приют горит, так что успела только одеться и прибежать сюда.

– Мама, мы здесь! – крикнула Мао Янлин.

Лицо Госпожи Мин расслабилось, когда она увидела обоих своих детей. Она поспешила к ним.

– Где отец?

– Я здесь! – сказал Мао Тайхуа, спускаясь по ступеням с крыльца. За его спиной Цай Ян увидел, что огонь полыхает уже в главном зале! – Дети, целы? – спросил он, оглядев их.

Мао Линь кивнул, неотрывно глядя на пожар. Цай Яну показалось, что он вообще не до конца осознает, что происходит.

В руку до боли крепко вцепились, и Цай Ян вздрогнул, поворачивая голову. Сбоку стояла Сун Цин, которую трясло с головы до ног.

– Цай Ян! – произнесла она дрожащими губами. На ней были только футболка и шорты, и она переступала с ноги на ногу то ли от холода, то ли от волнения. – Цай Ян, ты не видел А-Чана?

– Его нет? – спросил Цай Ян, начав озираться по сторонам.

Сун Цин разжала пальцы, убрав их с его руки, и закрыла рот ладонью, потом опустила ее и крикнула:

– А-Чан! Братик, где ты? Боже, я думала, он уже здесь! Куда он мог деться?!

– За воротами смотрела? – спросил Цай Ян.

Сун Цин кивнула.

– Да. Его там нет!

– Мы его найдем, – пообещал Цай Ян.

Но это оказалось не так просто. В приюте «Белый Лотос» жило не так много воспитанников, но в такой суматохе было сложно разобраться. Как они ни звали Сун Чана, его нигде не было. К поискам присоединился Мао Линь, который даже выбежал за ворота и проверил городскую улицу, где уже собрались зеваки, вышедшие из соседних домов.

Все было тщетно.

– А-Чан! – до хрипоты кричала Сун Цин, которая металась по территории, не останавливаясь ни на секунду. – А-Чан!

Пламя стало очень хорошо слышно. Оно трещало и пожирало здание, как оголодавший монстр. От едкого черного дыма слезились глаза. Госпожа Мин стала выводить детей на главную улицу прочь с территории, чтобы никто не пострадал, если что-то начнет падать или рушиться. Пожарные должны были приехать с минуты на минуту.

– Папа! – закричала Сун Цин, перестав звать брата. – Папа, где ты?

Цай Ян только сейчас понял, что доктора Сун он тоже не видел с самого начала.

Оставался только один вариант, и, чтобы его проверить, нужно было действовать как можно скорее. Лестницу через распахнутую входную дверь уже было едва видно из-за задымления.

– Я поищу внутри, – сказал он. – Будь здесь. Я его найду.

– Я пойду с тобой! – закричала Сун Цин.

– Нет, оставайся! – попросил Цай Ян. – Что, если Сун Чан где-то здесь?

Поняв, что Сун Цин так просто не убедить, а времени мало, он, увидев Мао Линя, пихнул девушку к нему.

– Держи ее!

– Придурок, ты с ума сошел?! – закричал Мао Линь, но Цай Ян уже повернулся к зданию и бросился к входной двери.

– Цай Ян! – прозвучало вслед разными голосами, но останавливаться было нельзя.

Было ли ему страшно? Да, было. Вспомнились слова Мао Янлин о том, что бояться – это нормально, но сейчас не имело смысла думать о страхе, потому что ему нужно было найти Сун Чана. Что, если он споткнулся и упал или не смог найти дорогу в этом дыму? Где он может быть?

Цай Ян, пригнувшись и стараясь вдыхать как можно реже, пробрался через основной зал в правую часть здания. Левая полыхала так, что за пламенем невозможно было ничего разглядеть. Скорее всего, там ничего и не осталось. Прежде чем продолжить поиски, Цай Ян завернул в ванную комнату для воспитателей и, порвав футболку, смочил клочок ткани водой, чтобы прикрыть лицо. Умывшись и намочив волосы, он снова вышел в коридор.

Куда мог пойти Сун Чан, если не на улицу? Может, в кабинет отца?

К нему Цай Ян и направился. К счастью, чем дальше он уходил от горящего зала, тем легче становилось дышать. Он найдет его, и они вместе выбегут на улицу. Все будет хорошо. Мысленно досчитав до десяти и обратно, Цай Ян сглотнул, чувствуя, как дерет сухое горло.

– Сун Чан! – крикнул он. – Сун Чан!

Он звал и звал его, пока не услышал что-то. Цай Ян остановился. Ему показалось или…

– Цай Ян!

– Сун Чан! Я здесь!

Он выбрал правильное направление! Голос доносился из медкабинета. Цай Ян побежал туда, распахнул дверь и замер, увидев Сун Чана, который сидел на полу рядом с доктором Суном. Тот был без сознания.

Цай Ян бросился к ним, захлопнув дверь, чтобы в кабинет не шел дым.

– Сун Чан! Что с ним?

– Я не знаю, – всхлипнув, сказал Сун Чан. – Я ночевал здесь, и папа прибежал меня разбудить, а потом вдруг упал! Он не просыпается!

Цай Ян сел на колени и опустил взгляд на доктора Суна, потом наклонился, прижал ухо к его груди. Сердце билось. Кажется, он просто потерял сознание, надышавшись дымом.

– Ты сам целый? – выпрямившись, спросил он.

Сун Чан поморщился и кивнул на свою вытянутую ногу.

– Когда папа падал, я хотел подхватить его, но не удержал. Кажется, я подвернул ногу.

Цай Ян прикрыл глаза. Нужно успокоиться. Что делать? Что ему делать?

Он снял очки с доктора Суна и похлопал его по щекам, но реакции не было. Так, это медкабинет. Должны быть какие-то лекарства. Цай Ян вскочил на ноги и бросился к шкафчику, но, потянув за ручки, понял, что он закрыт на ключ.

– Черт! – Цай Ян ударил по дверцам обеими руками.

Он не поднимет взрослого мужчину, даже если очень постарается.

Неожиданно дверь в медкабинет распахнулась и внутрь вбежал директор Мао.

– Цай Ян! – закричал он. – Почему вы здесь?!

– Директор Мао! – позвал Сун Чан. – Помогите! Папа без сознания!

Директор Мао сел на пол перед доктором Суном, потряс его за плечи.

– Сун Ли! Сун Ли, очнись!

В этот момент послышался жуткий грохот и звон разбитого стекла. Казалось, что содрогнулись даже стены. Сун Чан коротко вскрикнул. Цай Ян вернулся к нему и сел рядом.

– Так, – произнес директор Мао. – Здесь нельзя оставаться. Цай Ян, немедленно выводи Сун Чана на улицу!

– Что? А как же доктор Сун и вы? – запротестовал Цай Ян.

– Я его вынесу. Но мне нужно, чтобы вы пошли вперед, я не смогу следить и за вами, – сказав это, директор Мао взял руку доктора Суна и забросил ее на свою шею. – Цай Ян! Живо на улицу! Оба!

Сердце заколотилось еще быстрее. Цай Ян почувствовал, что ему становится сложно дышать. Дым, проникавший в кабинет, стал гуще и темнее. Он едва сдержал кашель.

– Я помогу вам.

Директор Мао поднял на него строгий взгляд.

– Цай Сяошэн! Это мой дом, и я здесь решаю, кто и что будет делать. – Он отпустил запястье доктора Суна, подтянув его к себе второй рукой, а свободной взял Цай Яна за плечо, заглянув в глаза. – И я прошу тебя увести Сун Чана и быть на улице. Немедленно! – приказал он.

Сун Чан закашлялся. Цай Ян зажмурился на мгновение, пытаясь привести мысли в порядок, и послушался. Он поднялся и помог встать на ноги Сун Чану. Тот не мог нормально опираться на левую ногу, но, держась за плечи Цай Яна, стоял ровно.

– Идите! – поторопил их директор Мао и занялся доктором Суном.

Цай Ян отдал Сун Чану смоченную водой ткань. Она была еще влажной.