Книга: Лощина - Агата Кристи

Заметила, что Агата Кристи любила "закрытые изнутри" двери. Поэтому в каждой книге, когда есть такая, начинаешь невольно продумывать, как же в этот раз преступнику удалось закрыть дверь изнутри, каким-то образом улетучиться из комнаты с телом и при этом не оставить после себя ни единого следа. В "Рождестве ..." способ был позатейливее, что повеселило. Самым непонятным осталось то, зачем убийце понадобилось устраивать такой кавардак, шуметь и привлекать внимание? Зачем раскидывать столько тяжелой мебели, которая абсолютно никак не стыковывалась с методом убийства слабого и почти немощного старика. Ну, вам читать.

Лощина

Ух, ну и запутали меня эти многоугольники! Впору было перечитывать начало, чтобы понять кто с кем и почему. Неразумное поведение доктора Джона, жена, которая ему полностью подчинена, как раба, пребывавшая в полной уверенности, что "муж идеален", а вот она вечная растяпа и никак не может ему угодить; у мужа – давняя любовь (не мог забыть 15 лет!), плюс любовница-скульптор, а у любовницы – давний друг, по уши в нее влюблённый (тоже почти всю свою жизнь); ещё достопочтенная чета Энкейтл, где жена явно не в адеквате и слуги, покрывающие хозяев.... Короче, тот еще клубок.

Почти половину книги любимый мной Пуаро отсутствовал, а Агата тем временем тщательно описывала всех действующих персонажей. Вот тут и надо было начинать разбираться. Но фишка  в том, что до появления Пуаро даже непонятно было с чем и с кем, собс-но разбираться (а потом подозревать).

Усатого в кои-то веки его пригласили в знатное семейство на уикенд, и надо же, - он прибыл именно в момент убийства (ну или за пару минут до того). Жертва еще была жива и умерла на глазах сыщика, сказав единственное слово, вернее – имя. У Пуаро возникло ощущение, что всё происходящее нереально, будто спектакль, в котором действующие лица похожи на кукол, а единственный живой участник умер, оставаясь при этом живее всех живых. Уф, как-то так. Попробуйте и вы теперь разобраться.

Как обычно, интересные характеры и психологизм дополняют, а иногда и затмевают детективную интригу. Здесь автор обращается к исследованию внутреннего мира гениальных людей – ученых (как убитый) или художников (как его слишком хорошая знакомая, скульптор Генриетта) и, кажется, делает неприятный вывод: выдающиеся деятели слишком не от мира сего, слишком холодны с близкими и весь свой пыл направляют на Дело жизни – поиск лекарства от редкой болезни или создание шедевров. При этом и особой любви к своему призванию у них нет – просто неизбежное и непреодолимое притяжение. Изучает автор и так называемых беспомощных женщин, якобы ни на что не способных без окружающих (как заторможенная жена убитого со сказочным именем Герда), и слепо преданных своему кумиру людей (она же). Покажет нам Агата Кристи и несколько выбивающуюся из современности аристократию. Сверхэксцентричная хозяйка коттеджа, ставшего местом убийства, пугает своей парадоксальной логикой самого Пуаро. (У этой королевы абсурда есть преданные слуги, которые сделают все, чтобы проблемы хозяев не становились предметом внимания посторонних, и затравят неопытную девушку, которая просто рассказала полиции то, что видела.) Ее далекий родственник, ставший наследником фамильного имения, с трудом может определиться с тем, кого он любит и как ему жить дальше, и понятия не имеет о том, что многие знакомые ему девушки работают вовсе не из прихоти, а по необходимости. Славная Мидж вызывает наибольшую симпатию среди всех гостей: она не позволяет себе садиться на шею родственникам и знакомым, тяжело работает, понимает «правила игры», достаточно ценит себя, чтобы отказаться выйти замуж за человека, который не любит ее, и достаточно любит его, чтобы приложить все силы и даже больше ради его спасения.

Роман и грустный (показывает, что происходит с простым человеком, утратившим веру в своего героя, идола), и дающий надежду (два хороших человека, которые чуть было не умерли, все-таки остаются в живых). Он и развивает мотивы, встречавшиеся в других романах, и добавляет к ним что-то новое: тема неотмирности и жестокости творческих людей была в романе   Мэри Вестмакотт - "Хлеб великанов" ( 1930 г.), а некоторые элементы развития романтической линии чем-то похожи на любовный сюжет в  «Персте указующем» ( Агата Кристи - "Одним пальцем" 1942 г.); сам роман «Лощина» написан в 1946 г.)