Читать книгу "Не (твоя) невеста"

Глава 14

Через пару минут Константин выворачивает из глухого переулка и вклинивается в общий поток главной дороги. Я окончательно прихожу в себя, но стараюсь не крутить в голове произошедшее, чтобы не начать искать что-то острое в сумочке.

В третий раз провожу ладонями по юбке, которую давно расправила как следует, и слежу за поворотами.

– Я бы предпочла заранее знать, куда мы едем. – Поворачиваю голову и смотрю на Константина. – Это можно устроить?

– Мы останемся в центре.

Это радует. А минут через десять я понимаю, куда мы направляемся. Тем более отличной подсказкой становятся слова мужчины в нашу первую встречу. Те самые, что он хочет вернуть всё, что потерял его брат в этом городе. Рисковая и сложная цель, потому что прошло много лет и на лакомые места успели сесть другие хозяева. Но Константину как раз интересны вызов и хрустящее мужскими костяшками соперничество.

Он игрок. Это точно.

– Только не говори, что он уже твой. – Я устало выдыхаю, когда замечаю позолоченную табличку “закрыто на спецобслуживание”.

Она висит на высокой двойной двери пафосного ресторана, в котором бывший муж сделал мне предложение. Ресторан принадлежал ему, и у нас тогда было самое лучшее специальное обслуживание, которое дало молодой дурочке, то есть мне, испытать бурный культурный шок. К моменту свадьбы я уже привыкла к его широким замашкам, когда каждый сантиметр вокруг себя надо посыпать роскошью, и ничему не удивлялась.

– Я начал с мирных целей, – усмехается Константин и подруливает к служебной парковке.

– Мирных?

– Тех, что можно получить за крупный чек. Без борьбы.

Очень хочется спросить, какого черта тогда он крутится вокруг меня с первых дней. Но он явно ждет такого вопроса и явно заготовил достойный ответ, так что пусть обломается. Я открываю дверцу и молча выхожу на улицу. Оглядываю продолговатое здание с витражными стеклами и красивым крыльцом в минималистичном стиле. У нового хозяина вкус определенно лучше, чем у моего бывшего, который и из французского ресторана умудрялся слепить чайхану.

– Будешь переделывать? – Оглядываюсь к Константину, а он ладонью мне указывает на вход, пропуская даму, то есть меня, вперед.

– Нет, мне нравится. И мне сказали, место популярное, зачем отпугивать клиентов?

Внутри ни души. Помещение, поделенное на два больших зала, пустует, хотя из подсобок доносятся шорохи. Но ни официантов, ни посетителей.

– Я голодный, – признается мужчина. – Пойдем на кухню. Ты там бывала?

– Много раз. Этот ресторан я любила.

– А клуб? “Багиру”?

– Ненавидела.

Константин коротко смеется и ведет меня дальше. Я же вспоминаю, как раньше ходила по этим коридорам и надеялась со временем выучиться и стать управляющей ресторана. Так странно, как в прошлой жизни. А Константин – проводник в нее, появившийся из ниоткуда и преследующий непонятные цели.

Преследующий меня.

Я усмехаюсь своим мыслям и в который раз пытаюсь разгадать ребус, зачем ему проводить время со мной. Или обычный азарт? Новое волнующее развлечение в его богатую коллекцию?

На кухне находится персонал, которых Константин прогоняет, оставив лишь помощника повара, чтобы он подал пару блюд и тоже свалил. Мы говорим о ресторанном бизнесе, пока рядом крутится посторонний человек, но переходим к главному, когда остаемся наедине.

– Белое или красное? – спрашивает Константин, отлучившись к винной полке. – Красное, да? Не разочаровывай меня.

– Сладкое.

– Бьешь в самое сердце. – Он даже брезгливо кривится.

– Я не люблю вино, предпочитаю виски. Но я не хочу пить, потому что ты обещал торги.

– Торги? – Константин выуживает бутылку и подходит с ней к длинному металлическому столу, который помощник повара облагородил белой скатертью и даже вазочкой с цветами, как в главном зале. – Не припоминаю такого.

– Три “да” на три “нет”.

– Ты собралась торговаться?

– Нет, выполнять всё беспрекословно. – Качаю головой и отодвигаю свой бокал в сторону, потому что Константин уже на него целится горлышком. – Я не хочу, спасибо.

– Давай запишем первое “нет”? Я не имею права предлагать тебе вино.

– Сухое. – Я иронично кривлюсь и всем видом показываю, что его уловка не пройдет. – Нет, Констант, на вино я не согласна во всех смыслах.

Я говорю расслабленно и с веселыми подтрунивающими нотками, хотя прекрасно помню, какую сцену он устроил мне в машине. И что мы вообще торгуемся на мой счет. Но лучше так, в режиме легкой беседы, чем жестким катком под руль.

– Ты задумалась, – неожиданно произносит мужчина. – Что-то мне подсказывает, что ты злопамятная, Лис.

– Как-нибудь проверим. – Я смотрю в его глубокие опасные глаза и вижу, как от моих слов там вспыхивают искорки наглого предвкушения.

– Я придумал первое “да”. Я имею право знать правду о твоем женихе. Всё, что между вами происходит.

– Нет…

– Но я не имею права рассказывать ему о нас. – Мужчина проводит пальцем по ножке бокала и подмигивает мне. – Как обмен? Равноценный?

Глава 15

Я бы не назвала такой обмен равноценным, но привлекательное зерно в нем есть, и я задумываюсь. Отодвигаюсь от стола, чтобы получше рассмотреть по-мужски красивое лицо Константина, и кручу в голове напрашивающиеся мысли, что он достойный соперник.

Мужчина легонько усмехается, реагируя на мои мысли как на прозвучавшую реплику, и разворачивается корпусом ко мне. Он широко расставляет ноги и смотрит теплой морской волной, что может быть ласковой, а может ударить штормом через мгновение.

Смотря куда подует ветер.

– И? – не выдерживает он.

– Зачем тебе знать, что происходит между мной и женихом?

– Любопытство? – Константин пожимает плечами, будто это я должна выбрать достойный довод для него. – Стремление контролировать?

– Или дело в том, что ты деловой человек. Бизнесмен многое отдаст за инсайд.

– Думаешь, ты для меня бизнес?

– Тебе нужен мой ночной клуб?

Константин коротко смеется, обжигая пространство искорками своего превосходства. И мне становится чертовски интересно, как давно он добрался до последних этажей небоскребов. Каждый его жест успел пропитаться расслабленностью сильного и вальяжностью большого босса. Он совершенно спокоен, как может быть спокоен только человек, который знает, что его невозможно застать врасплох. Он найдет выход из любой ситуации и без титанических усилий и проклятий.

– Другие “да” будут хуже, Лис, – предупреждает мужчина и делает несколько тягучих глотков из бокала. – Соглашайся, пока я даю такую возможность.

Следом он поднимается на ноги и нависает надо мной, вынуждая прижаться к столу. Крепкая ладонь устремляется ко мне и зависает в паре сантиметров от лица, хотя я все равно чувствую тепло, исходящее от нее.

– Я имею право дотрагиваться до тебя, когда захочу.

– Это действительно хуже.

– Но не имею права раздевать тебя. Без твоего разрешения, – уточняет он с улыбкой. – Если ты попросишь, я буду рад.

– Ты разочаровываешь меня, Констант. Мне казалось, ты будешь оригинальнее, а у нас началась дурацкая игра на раздевание.

– Когда мужчина чертовски хочет, ему трудно быть оригинальным. Все мысли заняты другим.

Он облокачивается на стол и наклоняется, оставаясь надо мной, но переставая возвышаться всей высотой своего роста.

– Скажи “да”, малышка, хватит издеваться надо мной.

– Так это я? – У меня аж перехватывает горло от возмущения. – Черт, а я надеялась себя записать в жертвы.

– И третье. Я имею право целовать тебя.

Он становится ближе, и в какой-то момент я верю, что он собирается сделать это прямо сейчас. Я не отодвигаюсь, с интересом и покалывающим внутренним волнением наблюдая, как далеко его заведет ужасная самоуверенность, но, к счастью, оказываюсь права. Он останавливается сам и касается меня лишь жадным и пьяным от желания взглядом. Мужчина очерчивает им контур моих губ и вновь улыбается. То ли с загадкой, то ли с предвкушением.

– Но, – напоминаю я, желая услышать последнюю часть сделки.

– Хочешь предложить сама? Мне интересно услышать твой вариант.

– Не хочу. Я не буду придумывать варианты на свой счет за тебя. Это все равно что подбирать ценник.

– Чертов ребус. – Он смотрит с прищуром и сгущает взгляд до вязкой смолы. – Не понимаю, как ты стала его женой. Ты слишком гордая и сложная, Лис, а он не любил женские головоломки.

– Он любил меня, вот и весь секрет.

По-своему, но любил.

– А ты его любила?

– Я вышла за него замуж. – Я не понимаю, к чему его вопрос, потому что кольцо его брата, которое я пусть недолго, но носила на безымянном пальце, говорит за меня. – Антон умел очаровывать женщин. Да, он был резким и вспыльчивым, но со мной никогда не позволял себе лишнего. Я много раз видела, как он разговаривает с другими людьми, и не узнавала его: как будто другой человек… Со мной он был шелковым.

Я откровенно сочиняю. Бывший муж был таким несколько раз, и каждый из них стоило отлить в бронзе, чтобы не забыть и не забить другими воспоминаниями, где случалась его фирменная резкость и вспыльчивость. Но я всегда хвалю своего бывшего другим мужчинам, чтобы думали, что я привыкла к самому лучшему обращению.

С Константином, впрочем, этот фокус бесполезен. Но привычка сильнее.

– Хорошо, пусть так, – кивает мужчина, хотя в глазах ни капли доверия. – Тебе еще интересно “но”?

– Это ты отвлекся, а не я.

– Я имею право целовать тебя, но не имею права брать.

– Брать?

– Трахать.

Пошли пункты поинтереснее, в общем.

– А ты все-таки способен на такое? Насильно?

– Можем проверить опытным путем. Я иногда постфактум узнаю, на что способен. Но у меня сложные отношения с ограничениями, я не привык отказывать себе в своих желаниях. Я беру то, что выбрал.

– А можно маленькое уточнение? В прошлом пункте ты предлагал не раздевать меня, разве это не исключает возможность? Или ты начнешь поджидать меня в душе?

– Я не собирался раздевать тебя в машине.

О.

Отлично.

Значит, мы говорим о таком сексе.

– “Я беру то, что выбрал”, – я повторяю недавнюю фразу и имитирую его резковатые интонации. – Ты неприкрыто угрожаешь, давишь, напоминаешь, как хотел трахнуть меня в рот в своей машине… Приятно, конечно, что мы сидим в ресторане и перед нами бутылка вина, почти что романтик, но суть я улавливаю. И я согласна на твои условия, потому что все равно решаешь ты.

Пока во всяком случае.

– Отлично. – Он кивает и никак не реагирует на мою речь, как в пустоту ушло. – И мне пришла на ум еще одна сделка.

– А ты можешь притормозить?

– Ты сказала, что любила этот ресторан и ненавидела “Багиру”. Я готов поменяться, малышка. Хоть сегодня.

Глава 16

Ресторан стоит в три раза дороже моего клуба, и поэтому я смотрю на Константина с откровенным недоверием.

– Поменяться? – Я не прячу свое удивление и подтягиваю бутылку вина к себе.

Поворачиваю ее к себе этикеткой и проверяю крепость, за что получаю веселый смех мужчины, который оценил шутку.

– Я и трезвый щедрый, – отзывается он с усмешкой и наконец вспоминает, что шел на кухню поесть.

Он переключается на тарелки и заодно дает мне время обдумать предложение, о котором, вообще-то, опасно думать. Я всегда мечтала о своем ресторане, для меня это как выйти на новый уровень и занять почетное место среди респектабельных бизнесменов. Я переросла свой клуб, хотя и полюбила “Багиру”, как родного ребенка, которого воспитала и поставила на ноги. Но сделки с Константином – непредсказуемая вещь, как всегда и бывает с людьми, которые намного сильнее и влиятельнее тебя.

– Ладно, – Константин с легкой улыбкой смотрит на мое сосредоточенное лицо, – забирай ресторан просто так. И, чтобы тебе было спокойно, пришли своих юристов, проведем сделку через них.

– На нем огромный долг?

Он вновь смеется и откидывает салфетку на стол.

– Нет, малышка. Никакой подоплеки в моем предложении нет. Я мужчина, а мужчины любят дарить подарки. Особенно привлекательным женщинам.

– Я все же откажусь, Константин.

– Да?

– Меня больше интересует наша сделка…

– А что с ней? Мы обсудили срок – две недели, сейчас обсудили детали, всё решено.

Ясность, конечно, радует, и больше всего мне нравится, что есть временные рамки, эти самые две недели. Хотя уже осталось двенадцать дней, если быть точной. Это даже странно, что он стал ограничивать себя, хотя сам же сказал, что не привык это делать. Я гоню в шею ненужные ассоциации, но все же иногда добавляю к нему воспоминания о моем муже, пытаясь угадать, чего ждать дальше. Все-таки Константин его брат – судя по внешности, старший.

– Почему он никогда не упоминал о тебе? – Ловлю удивленный взгляд мужчины и уточняю: – Твой брат. Мой муж.

– Он мое имя вообще боялся вслух произносить, – он сперва отшучивается, но через секунду начинает говорить серьезнее: – Я не хочу об этом.

Точка.

Жирная. Четкая. Она отчетливо слышится в его резковатом тоне.

– Давай лучше поговорим об Алексее. Я навел справки, и оказалось, он довольно известный человек в городе. В деловых кругах.

Я киваю.

– У него сеть автосалонов и доля в дилерской мастерской. Парень отлично зарабатывает, для своих лет так вовсе не прилично.

Константин говорит о нем свысока. И мне даже кажется, что проступает банальная мужская ревность.

Он меня уже присвоил? Так быстро?

– Почему ты не носишь его кольцо? – Мужчина протягивает ладонь и обхватывает мое запястье, разворачивая его к себе. – Только мое, другого нет.

– Как сниму твое, так его надену.

– А-а-а, – Константин изображает высшую степень озарения и продолжает держать мою руку, будто хочет хотя бы браслет из своих крепких пальцев на меня примерить. – Значит, ждешь, когда я исчезну из твоей жизни?

– Осталось двенадцать дней. Я отсчитываю.

– Тут сюрпризов не будет, Лис. Я не задержусь, если ты не захочешь.

Мы покидаем ресторан вскоре, и Константин неожиданно сворачивает в другую сторону парковки, минуя свой внедорожник. Он набирает сообщение в сотовом, и через пару минут появляется охранник, который протягивает ему ключи от черного седана. Немецкое авто тоже стоит в первом ряду на служебных местах и, видно, играет роль корпоративного такси.

– Ты больше раза на одной машине не катаешься? – иронично кривлюсь, когда сажусь рядом с ним.

По кожаному салону гуляет приятный аромат с морскими нотками, а все панельки сверкают заводской новизной. Не удивлюсь, если машину только-только пригнали с конвейера и на ее счетчике тикают первые километры.

– М-м? – Константин не понимает, о чем я, и хмурится, а потом оглядывается через плечо и находит взглядом свой внедорожник. – Я подумал, тебе будет неприятно в него садиться.

Неприятно? Отлично. У Константина безумно интересный порог заботливого отношения. Кое-где он срабатывает, а кое-где позволяет творить хамские вещи и даже не чувствовать угрызений совести. Как беспорядочные вспышки. То подонок, то джентльмен.

Или порядок есть? Я его просто пока не улавливаю?

– Себя-то я поменять не могу, – добавляет он. – А машину запросто.

Константин высаживает меня там, где я прошу, и уезжает. Я же заканчиваю дела в офисе и звоню лучшей подруге, которая такая сучка, что укатила в медовый месяц на Бали.

– Лис! – Настя отвечает после третьего гудка и первым делом показывает большую люстру номера, но потом наклоняет телефон как надо и демонстрирует свое счастливое загорелое лицо.

Сучка. Как есть.

– Ты такая довольная, что меня тошнит.

– А ты такая добрая, что я соскучилась. – Подруга кривится, но долго не выдерживает и начинает опять улыбаться лучезарной улыбкой залюбленной женщины. – Владик ушел договариваться насчет катера, вчера всю ночь рассказывал мне об острове тут неподалеку, где самые красивые закаты.

– Вы по ночам разговариваете? Да, быстро вы к разводу движетесь…

– Мы всё успеваем! Черт, Лис, я так соскучилась по твоим шуточкам! Пришли мне парочку голосовыми, я буду медитировать.

– А можно без шуток, а просто брань?

– Это у меня есть! Когда я просила тебя мою машину перегнать, ты мне много всего записала.

– А, твой катафалк… Помню.

Мы болтаем ни о чем еще минут двадцать. Я не посвящаю Настю в свою проблему по имени Константин, потому что она, во-первых, не критична – пока, во всяком случае, – а во-вторых, зачем портить лучшей подруге медовый месяц? Она же накрутит себя и начнет переживать или даже сорвется назад, на родину. У нас такая дружба – настоящая и взаимоспасительная.

И потом здесь есть Леша. Если кого и придется назначать на роль спасителя, то его.

Но пока я хочу побороться сама. И я открываю письмо от своего знакомого, которого попросила разузнать о Константине.

На третьем абзаце у меня вырывается хлесткое словечко. В тексте значится, что на него было совершенно покушение. Нераскрытое. В тот же день, когда мой муж поймал целую обойму.

Глава 17

Это странно и нехорошо. Я не люблю такие совпадения, а еще больше мне не нравится, что самый скверный день из моего прошлого вдруг напоминает о себе. Просится назад, в мое настоящее… Хотя я надеялась, что перевернула эту страничку раз и навсегда.

Я просматриваю досье целиком и убеждаюсь, что правильно посчитала состояние Константина. Он богат, успешен, украшен недвижимостью, как новогодняя елка шариками, и даже держит частный самолет в ангаре.

Чтоб его!

Мне жалко мою овчарку, когда у питбуля оказываются заточенные напильником зубы. Порвет же…

Я откладываю дела до утра и возвращаюсь в свою квартиру. В укромное место, где на входе стоит надежная дверь и можно закрыться от непрошеных гостей и их оригинальных сделок. Конечно, в моем клубе тоже стоят двери и ведь охранники толпятся, а толку никакого! Но в квартиру все-таки попасть сложнее, и должна же быть у человека совесть хоть в зачаточном состоянии?

Сразу же направляюсь в ванную и зажигаю свечки, выбрав те, что с тропическим запахом. Разговор с подругой навевает мысли о теплом море и пляжах с белым песком. На заднем фоне было слышно, как размеренно набегают волны, и теперь перед глазами стоит райская картинка, которую я очень давно не видела собственными глазами. Никак не вырвусь: то дела, то проблемы.

То Константин.

Может быть, пора подгонять Лешу? С его призрачным кольцом. Оно есть и одновременно отсутствует, а вот огромное кольцо Константина тут как тут. Я резковато снимаю его с пальца и забрасываю на стеклянную полочку. Смотрю, как оно лениво покачивается и играет драгоценными гранями. Чертовски красивое, глупо отрицать, ничего изысканнее мне в жизни не дарили, хотя были мужчины, которые старались.

Мне почти тридцать, и я не провела их в монастыре. Но я неплохо обожглась на первом муже и так долго открещивалась от одной мысли, что сама не заметила, как образ прожженной стервы прицепился намертво. Мне в нем уютно и удобно, а еще безопасно, как в толстом бронежилете, от которого со свистом отскакивают пули мужских уловок, но наедине с собой ничего изображать не хочется.

А хочется того, кто узнает, какая ты самом на деле. Кому можно открыться и довериться, не боясь получить в ответ разочарованный взгляд или же укол в незащищенное место.

Черт, я и правда разучилась доверять. Мужчинам особенно.

Я вспоминаю о Леше и понимаю, что с ним мне легче всего. Я знаю, что он бывает разным и что он из той же породы, что Константин и мой бывший муж, только еще не заматерел и не набрался всех скверных привычек небожителей, но, может, он и не станет таким? Может, я удержу его или он сам не захочет играть со мной в изощренные игры?

Он же может оказаться нормальным? Без сюрпризов и фокусов. Нормальные мужики же существуют?

Усталость…

Всё из-за нее. Качели Константина так вымотали меня, что мне хочется найти баланс хоть где-то и почувствовать твердую землю под ногами. Я привыкла опираться только на себя, но Константин слишком сильный. И иногда пугающий. Он позволил себе гадкую вещь в машине, и я на мгновение поверила, что он доведет дело до конца. Я не успела ответить себе, что тогда буду делать, биться или кусаться, но от возмущения потемнело в глазах.

Даже сейчас полыхает чистая злость. Если он думает, что я забываю такие вещи, то он сильно ошибается! А ресторан он хотел записать в отступные? “Прошу прощения за предоставленное неудобство”, так?

Я погружаюсь в воду с пеной с головой и запрещаю себе думать о подонке в идеальном черном костюме до завтрашнего утра. Вообще, с размышлениями пора брать тайм-аут.

Нужен отдых. Сон. Успокоенные нервы.

И да. Разговор.

Когда я уже заворачиваюсь в махровый халат, решаю позвонить Леше. У него мелодичный, низкий голос, который умеет убаюкивать.

– Вечерний звонок? – он начинает с наигранного удивления. – Мы все-таки пара.

– Да, милый.

Я вхожу в спальню и безо всякого изящества падаю на кровать, подтягиваю сразу две подушки и прикрываю глаза.

– Сразу предупреждаю, могу уснуть в любой момент. Я уже легла и обложилась подушками.

– Ты дома? А я застрял в офисе, принесли кучу бумаг, от которых я прятался две недели.

– Значит, я тебя отвлекаю.

– Именно, крошка. От неприятного на прекрасное. Так что отвлекай дальше, не останавливайся.

Я так ярко представляю его лицо и его любимые гримасы. Буквально знаю, с какой мимикой он произносит каждое слово, и это немного пугает. И еще его двусмысленное “не останавливайся”!

– Я приняла ванну и подумала, что хочу заснуть под твой голос.

– Черт, я так хорош в постели? – Он нагловато усмехается, и слышно, как поскрипывает стул, на который он откидывается. – Скучаешь, да?

Откидывается с видом победителя, готова спорить.

– Ты плох в телефонных разговорах. Причем непоправимо, Алексей.

– Не ври мне, – он раскатывает фразу на языке, добавляя хриплых ноток, и у меня идут мурашки, это его чертова коронка. – Если бы я был плох хоть в чем-то, ты бы меня отшила без раздумий. В ту же секунду, как скривила свой красивый носик.

– Знаешь, я иногда балуюсь благотворительностью.

– О… Отлично, Лис, ты язвочка даже после расслабляющей ванны. Или это был контрастный душ?

– Для острых ощущений у меня есть парень.

– Комплимент после шпильки. Ты в своем стиле, крошка.

Комплимент после шпильки.

Ресторан после требования минета.

Черт…

Мы с Константином два сапога пара.

– Ты устал? Я тоже знаю твой голос, малыш, и прекрасно слышу, когда ты вымотался.

– Есть немного, – он замолкает, а потом шумно выдыхает. – Контракт слетает, а юристы задерживают сроки… Черт, кого я обманываю? Мне на это плевать, я вспоминаю тебя и то, что мы делали. В грязных деталях…

– Не сомневаюсь.

– Переключаюсь только на поиск грузовых компаний. Вот на этом еще могу сконцентрироваться, остальное мимо.

– Нашел компанию?

– Нашел. Все рабочие с высшим образованием и ужасно мягкими руками. Ничего не поцарапают.

– Хорошо.

– Хорошо?

– Пришли их завтра.