Читать книгу "Хороший доктор для плохой девочки"

5

Выхожу из кабинета главврача ещё в большем смятении, чем заходила. Вот я нагородила! Как теперь выкручиваться?!

И уволиться не могу: полгода надо отработать, и документы какие-то нечистые на мне висят…

Откуда они вообще взялись?! Хотя, понятно, иногда на срочные роды бежишь, подмахиваешь, не глядя, что под нос суют… Но кто это мог сделать? Кто ещё имеет право закупать медикаменты?!

Таких людей у нас всего несколько на всю клинику. Но решающие подписи две: моя и Вершинина.

Разберусь с этим попозже.

Но в одном я точно не соврала: я на самом деле очень-очень хочу ребёнка… И я на самом деле не могу иметь детей…

Что я вообще натворила в восемнадцать лет?! Я была такая дура!

И вот теперь, спустя десять лет, я расхлёбываю последствия той самой страшной роковой ошибки…

Но ведь не одна я виновата была в этом… Где он сейчас, тот самый Андрей, который это сделал со мной?! Наверняка уже счастливо женился и воспитывает троих ребятишек, а я вот теперь живу одна, с кошкой и работой!

С которой даже не могу уволиться.

А теперь мне надо идти на приём к моему же боссу на седьмой день цикла… И когда же это?! Уже через неделю!

Мне же придётся ложиться перед ним в кресло. Как это вообще возможно?!

Так стоп, Аделаида, Ты же медик! Что здесь такого экстраординарного?! Ты что, отличаешься от шести миллиардов других женщин на Земле?!

Стелешь пелёнку и ложишься на кресло! Ноги – на железные подставки! Что тут такого?! Кресла у нас в клинике удобные, импортные.

Сама их, между прочим, заказывала и закупала.

Это всё понятно, но мой разум отказывается соглашаться с мыслью, что в этом кресле я буду лежать перед Вершининым… И он будет рассматривать меня там, между ног…

Вставлять расширитель…

Брать мазки.. А если понадобится УЗИ, то будет вставлять мне прямо во влагалище манипулу… Которая, конечно же, по форме практически идентична мужскому пенису…

От одной только этой мысли меня бросает в жар.

И даже сейчас у меня такое чувство, что мне между ног уже вставили эту самую чёртову манипулу!

Погруженная в свои мысли, иду по коридору в сторону нашей столовой, как вдруг врезаюсь во что-то твёрдое. Но мягкое. Надёжное. Пахнет антисептиком и крепким мужским бальзамом с нотками кедра.

Поднимаю глаза и улыбаюсь:

– Совсем заработалась?! Опять мир спасаешь? От бесплодия? – обхватывает меня за плечи мой коллега и хороший друг Руслан Морозов.

– Привет, Рус! Да ты же знаешь, как у нас вечно так много работы, – и я благодарна за его дружескую поддержку. – То экстренные роды, то кесарево: ни минутки покоя, – смеюсь я.

– Ну так я тебе подарю минутку покоя, – уже увлекает меня за собой Руслан, наш штатный анестезиолог, с которым мы повели не одну успешную операцию. Вообще не представляю, чтобы я без него делала в нашем сплошном женском гадючьем коллективе.

А так у меня есть хоть отдушина!

– Пойдём, перекусим, я угощаю, – сжимает он моё плечо, и тепло разливается по моему телу.

– Ну хорошо, так и быть, – смотрю я на часы. – Надеюсь, да эти полчаса никто не соберётся срочно рожать, – и иду за своим другом в столовую, где мы усаживаемся за дальний столик, чтобы посплетничать, совсем как две подружки.

– Ну что, как тебе новое повышение? – как бы невзначай закидываю я пробный камень в воду. Чтобы проверить реакцию Руслана.

– Мне так жаль, детка, – кладёт свою ладонь поверх моей Руслан и с теплотой смотрит мне в глаза, и у меня предательски начинает щипать в носу.

Потому что только сейчас я понимаю, как мне обидно. Как маленькой девочке, которой пообещали красивую игрушку за хорошие отметки и поведение, и она училась на отлично и очень хорошо себя вела, но кукла досталось другой!

И хотя мне уже двадцать семь, моя маленькая внутренняя девочка никуда не делась! Кто вообще решил, что дети в нас с возрастом обязательно куда-то исчезают?! Нет, они так и продолжают жить в тёмных чуланах нашей души, куда мы их постоянно запираем, и только вечно им выговариваем: «Не ной! Не бойся! Не проси»!

А внешне строим из себя железобетонных взрослых, пока глубоко внутри нас рыдают маленькие обиженные детки.

Вот и сейчас я беру всю свою волю в кулак, и как можно более равнодушным тоном отвечаю своему приятелю:

– Ничего особенного. Ты же сам понимаешь, сколько там нервов. Пусть Плошкина впахивает, если ей так хочется. А мне пора подумать о себе.

– Молодец! Так держать! – одобрительно восклицает Руслан, отпивая свой кофе. – Конечно, надо подумать о себе. Кстати, ты идёшь на День медика?

– День медика? Какой День медика? – не сразу вспоминаю я.

Я ведь как обычно заработалась, и у меня совершенно вылетело из головы, что у нас планируется ежегодный бал врачей, который будет проходить в «Фестиваль-отеле»!

– Ну сколько можно пропускать это мероприятие? – мягко журит меня Руслан, поглаживая мою руку своей тёплой ладонью. – В конце концов, надо же иногда и отдыхать? Поехали, Ада? – смотрит он на меня своими преданными щенячьими глазами, и я не могу ему сопротивляться:

– Ну хорошо, я подумаю. А когда он вообще будет-то?

– Совсем заработалась, крошка? – смеётся Рус. – Третье воскресенье июня.

– Так осталась всего неделя! – доходит до меня. – Сегодня понедельник, значит…

– Значит уже в эту субботу я заезжаю за тобой с утра пораньше, чтобы отвезти тебя в «Фестиваль-отель», – подытоживает Рус. – Договорились?

– Да, договорились, – киваю я.

Договориться договорились, но мне совершенно нечего надеть!

6

– Арбатова, срочно в приёмное отделение! – прибегает за мной Ниночка, наша дежурная медсестра.

– Что случилось? Кто-то рожает?! – сразу начинаю перебирать я в уме все возможные варианты.

Неужели у Ирочки начались схватки?! Так рано?! Хоть бы не это!

– Да нет, никто не рожает, там просто такой… Пациент, – рапортует запыхавшаяся Нина.

– Успокойся, всё нормально, – даю я время ей отдышаться. – Может быть ты имела в виду «пациентка», – подсказываю я ей.

– Да нет же! Пациент! Я же сказала! Игорь Олегович срочно просил вас прийти. Он без вас не справляется!

Ах, ну да, конечно! Я ведь совсем забыла, что все сложные пациенты – это мой конёк.

А я им как бесплатная психологическая помощь в пакете. Два в одном.

И психа ненормального успокою, и недовольного формой носа ребёнка отца утешу, и вот, с каким-то очередным ненормальным, по всей видимости, без меня никак.

Ну понятно, зачем я так нужна своего дорогому доктору. Самому лучшему.

– А пусть Плошкину позовут, – злорадно отзываюсь я. – Она ведь у нас завотделением, вот пусть и работает со сложными пациентами.

– Да вы не понимаете, Аделаида Семёновна, все уже там. И Плошкина, и Вершинин. Только вас вот дожидаются.

– Да что это за консилиум такой?! – становится уже самой интересно мне, и я спешу по коридору в приёмное, где обычно мы встречаем наших важных клиентов.

И когда я захожу в наш роскошный, отделанный по последней медицинской моде, кабинет, то у меня у самой чуть глаза на лоб не лезут, потому что в золотом парчовым кресле сидит, развалившись, сам Архип Бырбыров – звезда отечественной эстрады. Золотой голос России.

Над ним стоят, склонившись чуть ли не в почтительном реверансе, наша накачанная Плошкина и строгий элегантный Вершинин, а Бырбыров, сияя всей своей ослепительной мужской красотой и красноречием, вещает на всю комнату, и даже у меня начинает всё внутри вибрировать от его грудного волшебного голоса:

– Послушайте, я пришёл в вашу клинику, потому что мне вас рекомендовали! Очень хорошо рекомендовали! Птичкиным сделали двойню? Сделали, – начинает загибать он пальцы на своей ухоженной красивой руке. – Каскову сделали дочку? Сделали, – удовлетворённо продолжает Архип. – Даже Аните сделали! А ей, между прочим, уже пятьдесят пять, – с победным видом заключает он. – Вот, юбилей недавно в Кремлёвском дворце отмечали. Так позвольте узнать, чем же я так сильно вам не угодил? Что, рожей не вышел? – капризно кривит он свой восхитительный божественный рот.

Как будто не знает, что всем он вышел. Всем хорош. И даже сейчас у меня перехватывает дыхание от его неземной красоты. Такой манящей. Притягательной. Мужской и порочной.

Так и хочется упасть в его объятия и ещё раз послушать его хит, который он поёт только для меня: «Ты моя богиня, кошка, будь всегда моею, крошка…»

– Ну так что скажете, а? – прерывает мои влажные сладкие мечты голос Вершинина.

– Простите, я не расслышала, – мгновенно заливаюсь я краской до самых корней волос.

Как непрофессионально. Надеюсь, никто не заметил, как я утонула в своих мечтах.

– Архип Бырбыров спросил вас, Аделаида Семёновна, почему мы не можем сделать ему ребёнка, – смотрит на меня в упор мой главврач.

Видимо, ожидает от меня разумного ответа. И я, конечно же, беру инициативу в свои руки:

– Конечно же можем, Архип, не переживайте! – лучезарно улыбаюсь я и присаживаюсь рядом с ним на диванчик.

И до меня доносится аромат полыни и лаванды, который исходит от моего кумира.

– Кто вам сказал, что у вас не будет детей?! – кладу я свою руку на его ладонь. Пытаюсь успокоить его, как обиженного ребёнка.

Первое правило психологии: разговаривай с пациентом на его уровне. А сейчас уровень Архипа – это как раз тот самый обиженный мальчик.

– Они, – капризно тычет своим пальчиком в сторону врачей Бырбыров, и поворачивается ко мне. – Ну вот скажите, за что они так со мной?! Чем я хуже Каскова?!

– Ну конечно ничем, а даже намного-намного лучше, – придвигаюсь я ещё на пару сантиметров ближе к обиженной поп-звезде. – Почему вы так решили? – оборачиваюсь я к своим коллегам, словно хочу сказать им: зачем вы обидели маленького мальчика!

– Потому что у меня, видите ли, нет жены, партнёрши, девушки, – с раздражением выкрикивает Архип. – Вы себе такое представляете?! – и я осторожно отвечаю:

– Так. Я поняла. Вы хотите ребёнка, но у вас нет женщины, которая бы его вам родила, правильно?!

– Вот именно! Какое-то ущемление прав одиноких мужчин! – восклицает Бырбыров и хватает меня за запястья. – Но я вижу, что вы единственный адекватный здесь специалист. Скажите, что вы мне сможете помочь! – умоляюще смотрит она мне в глаза.

Прямо в душу.

И я не могу сказать ему «нет». Особенно когда самый прекрасный и желанный мужчина нашей эстрады сидит в трёх сантиметрах от меня и умоляет о помощи.

– Ну конечно, – сглатываю я. – Мы обязательно вам поможем. Поищем в нашей картотеке женщин, которые готовы выносить вашего ребёнка, такая услуга у нас есть… – начинаю соображать я, как лучше это всё организовать.

– Зачем мне ваша картотека. Вы меня не поняли, – перебивает меня Бырбыров. – Вот вы, вы, – ещё раз повторяет он, когда я с недоверием смотрю на него. – Вы конкретно сможете родить мне ребёнка? Вы врач, вы красивы, – начинает перечислять он, и я вспыхиваю от его слов. Сам Бырбыров считает меня красивой!

А ведь он просто купается в красотках ежедневно!

– Вот вы и сделайте мне ребёнка, – торжествующе заключает он, и я в недоумении смотрю на своих коллег, которые стоят с разинутыми ртами.

Особенно Вершинин, с тайным удовлетворением отмечаю я про себя.

7

Сегодня был просто какой-то сумасшедший день: если не знать, то можно подумать, что я работаю в дурдоме, а вовсе не в одном из лучших перинатальных центров города, а то и страны.

Слава Богу, что хотя бы никто не начал экстренно рожать!

Я выхожу из ворот нашей клиники, размышляя над предложением своего главврача. Он, конечно же, доктор от Бога, но он, к сожалению, не волшебник. А просто смертный.

И если мне уже поставили этот страшный диагноз несколько лет назад, то не думаю, что спустя какое-то время всё прошло. Как показывает мой врачебный опыт, проблемы, если их не лечить, только усугубляются.

Правда, многие проблемы от головы, и я вспоминаю сегодняшний визит эксцентричного Архипа Бырбыров.

Я бы ни за что не поверила, если бы ещё вчера мне кто-нибудь рассказал, что секс-символ предложит мне не только переспать с ним, но ещё и сделать ему ребёнка! Хотя, задумываюсь я, провести ночь со своим кумиром я бы, скорее всего, не отказалась…

Но он ждёт от меня большего. Чего я не смогу ему дать. Чего вообще никому не могу дать…

Я бреду по тёмной аллее, как вдруг передо мной резко тормозит чёрная тонированная машина, и я останавливаюсь, как вкопанная. Что мне делать? Бежать?! Но это будет выглядеть как-то странно, мало ли зачем она затормозила… А из неё уже выходит огромный, как шкаф, мордоворот, и взяв меня за локоток, словно зажав в стальные тиски, осторожно, но очень настойчиво ведёт к автомобилю.

– Куда вы меня ведёте?! Отпустите!

– Успокойтесь, Аделаида Семёновна, – тихим басом отвечает мне мордоворот. – Всё в порядке, не бойтесь. Вас никто не тронет, просто кое-кто желает поговорить с вами лично, – и аккуратно, даже не дав мне опомниться, запихивает меня в машину.

Дверца захлопывается, и я не сразу вижу, кто сидит рядом, но зато узнаю этот чарующий, ни с кем не сравнимый голос:

– Аделаида Семёновна, простите, что пришлось вас вот так вот приглашать к разговору. Но я в отчаянии. Вы – моя последняя надежда, – и пленительные глаза Архипа с мольбой смотрят на меня. – Поехали, – командует он, и дорогое авто начинает свой путь, мягко покачивая нас в своём трюме, как огромный корабль на волнах.

– Мне очень лестно ваше предложение, – начинаю я. – Но поймите, есть определённые правила, протоколы. Я просто физически не смогу быть матерью для вашего ребёнка! Для этого существуют определённые процедуры, понимаете?

Я разворачиваюсь к нему лицом и начинаю объяснять на пальцах то, что объясняла уже сотни раз нашим дорогим и именитым пацинетам.

– Мы сможем подобрать вам подходящую суррогатную мать. Она даже не будет знать, кто отец, это всё строго конфиденциально.

– Но кто, кто откажется от собственного ребёнка?! – заламывая руки, восклицает Архип. – Какая мать пойдёт на это?!

– Женщина в стеснённых обстоятельствах. Бывают разные жизненные ситуации, знаете ли, – убеждаю я его.

Хотя если честно, согласна, что торговать собственным ребёнком более чем странно. Но ведь благодаря таким женщинам сотни семей, которые действительно мечтают о ребёнке, наконец-то могут его завести!

– А я не хочу женщину в стеснённых жизненных обстоятельствах, – вдруг прерывает меня Архип, подвигаясь ко мне.

И я невольно чувствую пряный аромат его тела.

Такой соблазнительный и терпкий.

Сглатываю. И чувствую, как у меня снова начинают предательски намокать ладони.

– Я хочу ребёнка от такой как вы: умной и красивой женщины. Успешной… С медицинским образованием, – уже тихо бормочет он мне на ушко, и меня обдаёт его горячим дыханием…

Он словно заговаривает меня. Моё тело расслабляется, я плыву на жарких волнах. И я не могу сопротивляться этому голосу.

И кто меня в этом обвинит?! Большая половина страны не может сопротивляться этому голосу!

– Почему бы нам не попробовать? – обхватывает он мою талию одной рукой, притягивает к себе, а второй уже скользит в вырез моей блузки, нежно сжимает мою грудь, и я невольно вскрикиваю от сладкого желания, вдруг ожившего во мне живым тёплым огоньком…

Мой мозг начинает туманиться от этого сладкого дурмана. И в голове уже мелькает мысль: а не послать ли к чёрту всех и вся, и не принять ли такое заманчивое предложение Архипа…

К тому же, у меня так давно никого не было, что иногда стоит сделать себе маленький подарочек?

А Архип, между тем, манит меня, соблазняет:

– Ты только посмотри, как он хочет тебя… – и кладёт мою ладонь на свою ширинку, в которой я чувствую, как уже готов к подвигам и постельным сражениям его маленький боец…

Глажу его, стискиваю легонько, и отмечаю по себя, что не такой уж он и маленький… А очень даже большой. По крайней мере, больше стандартного размера…

И слышу прерывистый стон звезды. Которая сейчас плавится в моих ладонях беззащитной снежинкой.

– О да, детка, будь с ним нежной… Но твёрдой, – бормочет он мне на ухо свои заклинания, и я уже начинаю своими пальчиками расстёгивать тугую натянутую ширинку, чтобы выпустить наружу горячего зверя…

Стоп. Профессионал во мне не спит. Его просто так не совратить с пути истинного!

И я отстраняюсь, произнося чуть ли не со слезами в голосе:

– Архип, поймите, я не смогу родить вам ребёнка. Я бесплодна.

8

– Бесплодна? Тю, – тянет он. – С чего ты взяла, детка?

– Что значит с чего?! – смотрю я на Архипа.

Он что, сумасшедший?!

– Потому что я медик! – начинаю я.

– Ну и что. Это ещё ни о чём не говорит, медики часто ошибаются, – продолжает прижимать меня к себе Бырбыров, и меня снова окатывает горячей волной неконтролируемого желания.

Я ведь ещё и просто женщина. А не просто хладнокровный доктор без души и сердца.

Так хочется хоть раз побыть плохой девочкой…

Расслабиться, ни о чём не думать…

– Вон, Ариэль Шац тоже ставили такой диагноз, – продолжает сладко напевать мне в ушко Архип, – и ничего, родила, совсем недавно. Мальчика, —и его губы ползут от моей шее ниже, прикасаются к оголённой коже моей груди, и обхватывают моё сосок.

Я больше не в состоянии выносить эту сладкую пытку!

Буду плохой, буду плохой, – только и вертится у меня в голове, а Архип продолжает напевать птицей Сирин:

– Иногда просто надо попробовать с настоящим мужчиной… Страстным, умелым… У тебя был такой? – и его ладони уже уверенно задирают подол моей юбки, заползают под него хитрым змеем-искусителем, длинные нежные пальцы пробираются к моим шёлковым трусикам, которые уже все насквозь промокли от неконтролируемого бешеного желания…

И я вспоминаю всех своих немногочисленных мужчин.

И понимаю, что будь хоть один из них так же похож на Архипа… Хотя бы чуть-чуть… Или на Вершинина…

Так. Стоп!

Какой к чёрту Вершинин?!

Как он вообще посмел влезть в мои мысли в такой ответственный момент?! Такой сладкий…

Моя ладонь скользит по оголённому члену звезды, и я чувствую, как он делается всё твёрже и больше. Это просто невероятно…

Я понимаю, что я хочу это член… Архипа…

Хочу, чтобы он сжал до боли мои груди, придавил меня всей тяжестью своего красивого накачанного тела, и вошёл в меня… Нежно и страстно одновременно…

Я вскрикиваю от наслаждения, и Архип уже хрипло шепчет мне:

– Едем ко мне, детка… Ты не пожалеешь…

О да, я не пожалею, теперь я это знаю наверняка.

И я отвечаю, уже сама сгорая в огне желания:

– Да…

Наши языки сплетаются в страстном поцелуе, я, уже нисколько не смущаясь, ласкаю божественный член Архипа, который рвётся в бой, а машина мчит нас на бешеной скорости в космос… Точнее, в резиденцию Архипа.

Мне уже плевать на предрассудки и на «а что подумают люди»: люди могут думать всё, что им заблагорассудится! Потому что я проведу сегодня восхитительную ночь со своим кумиром.

Потому что я так захотела.

Мы поднимаемся на лифте в огромные апартаменты Архипа Бырбырова, запрятанные в старинном особняке девятнадцатого века, и едва открыв дверь своей квартиры, Архип срывает с меня блузку. А я стягиваю с него футболку.

Нежно целую его грудь. Мощную, покрытую густой шерстью. Мужественную.

Всё, как и должно быть у настоящего мужчины… Расстёгиваю нетерпеливыми пальчиками его ширинку, стягиваю штаны, и падаю перед ним на колени.

Мне просто безумно хочется прикоснуться к его напряжённому глянцевому члену своими губами… Я плотно обхватываю ими блестящую идеально круглую головку и чувствую на языке вкус солёного моря. И ещё – необузданного желания…

– О, детка, ты просто чудо, продолжай, – слышу я сдержанный стон, и мужские руки зарываются в мои густые волосы на затылке, подталкивают меня всё ближе и ближе, и я чувствую член Архипа у себя в глотке.

Задыхаюсь, захлёбываюсь…

– Нет, так не пойдёт, – вдруг сдавленно вскрикивает он и буквально вздёргивает меня вверх.

Целует крепко в губы, и у меня снова кружится голова от желания.

– Пойдём в спальню, детка, – страстно шепчет мне Архип и, крепко взяв за руку, ведёт куда-то за собой вверх по винтовой лестнице, пока мы не оказываемся в просторной спальне с гигантской кроватью в центре.

Интересно, много ли здесь побывало до меня фанаток? – проносится у меня в голове дурацкая мысль, но я сразу же отбрасываю её в сторону.

Какая разница? Да хоть миллион!

Сегодня только мой день и моя ночь…

Архип укладывает меня на кровать и стягивает с меня юбку, и только я предвкушаю, как он сейчас войдёт меня, но он на спешит. Опускается ниже, ниже, целует сначала мой один сосок, потом второй, нежно покусывая его, спускается ниже по животу, к пупку, и я чувствую кончик его языка на коже, но н продолжает своё восхитительное путешествие, и вот уже его голова у меня между бёдер, – а его губы целуют мои губы там, а его язык уже скользит юркой нежной змейкой в мою тугую дырочку, и я вся дрожу и постанываю от волн удовольствия, плещущихся у меня внизу живота.

– Какая вкусная киска, – бормочет звезда, и я чувствую, что я сейчас испытаю оргазм, которого давно не испытывала.

Мои бёдра сами движутся навстречу его нежным ловким пальцам, губам, языку, и я уже готова утонуть с головой в океане, как вдруг раздаётся звонок.

– Не обращай внимания, киска, – слышу я голос Архипа.

Но я не могу.

Это звонит мой рабочий телефон. И это мелодия, настроенная на рабочие звонки.

– Прости, мне нужно ответить, – отталкиваю я ничего не понимающего растерянного Архипа, а сама ищу свой телефон.

– Это может подождать, детка, разве не так? – обиженно отвечает мне Архип, но я, увидев, кто мне звонит, жёстко отвечаю:

– Нет, Архип. Это не сможет подождать.

Беру трубку, и слышу взволнованный голос:

– У Иры преждевременные роды!

Чёрт! Только этого не хватало! И я уже натягиваю на себя юбку и несусь по лестнице кубарем вниз, подбирая свою блузку и бюстгалтер…

– Но детка, куда ты? – слышу я обиженный голос звезды, и я, уже открывая дверь, выбегаю на лестницу:

– Просто Архип, только не в этот раз!

И уже сидя в такси я начинаю истерично смеяться: первый раз в жизни мне выпал такой шанс, и даже его я не смогла использовать! Какая же из меня плохая девочка?

И чувствую, как пропиталась насквозь запахом и парфюмом Архипа моя строгая рабочая блузка…