Читать книгу "Хороший доктор для плохой девочки"

9

Наскоро переодевшись и продезинфицировав всё, что только можно, я вбегаю в операционную, где на столе уже лежит Ира.

– Как хорошо, что ты успела, – еле шепчет она побледневшими губами, и я улыбаюсь ей, стараясь не показать, как я сама волнуюсь:

– Всё будет хорошо, не переживай. И у тебя будут отличные здоровые малыши.

Я смотрю на Руслана, который уже ввёл анестезиологический раствор, и он с серьёзным видом кивает мне:

– Всё готово.

И я делаю надрез скальпелем.

Всё будет хорошо, всё будет хорошо, – повторяю я себе.

Мои руки словно сами по себе выполняют чёткие выверенные движения, которые я делала до этого не раз.

Но только в те разы я не была так привязана к пациентке.

Нельзя было так привязываться!

Вижу малышей.

Выдыхаю. Живы. Осторожно достаю их и передаю медсестре, а сама начинаю аккуратно зашивать матку, потом ткани живота. Стежок за стежком. Бережно.

Как тонкую кружевную вышивку. Чтобы шрам был незаметным.

– Поздравляю, – шепчу я, когда медсестра кладёт малышей на лицо мамочке.

И я сдерживаюсь, чтобы не заплакать.

Нельзя показывать свои чувства.

И с первым криком младенцев, ещё таких слабеньких больше похожих на мяуканье котят, у меня начинает предательски щипать нос.

– Ну вот, всё хорошо, – успокаиваю я Иру. – Тебе надо отдохнуть. Ты справилась. Ты молодец.

Хотя я понимаю, что отдохнуть после всего произошедшего нужно мне.

И пока мою любимую пациентку отвозят в палату на реабилитацию, я захожу в бокс к новорожденным, где двумя крошечными свёртками лежат малыши: Яша и Никиша, как их назвала их мамочка.

Я незаметно прижимаю крошечную головки к своим щекам, вдыхая этот неповторимый аромат новорожденных лялек, и сердце переворачивается в моей груди от сознания, что у меня никогда не будет таких же.

Ну что же, значит моё предназначение просто помогать таким ангелочкам появляться на свет!

– Аделаида Семёновна, что вы здесь делаете?! – вдруг слышу я встревоженный голос у себя за спиной и вздрагиваю о неожиданности.

Вершинин.

И я поворачиваюсь к нему, демонстрируя свои «достижения» на сегодня.

– Уже?! Не успел, – разочарованно восклицает наш главврач, и начинает оправдываться передо мной. – Просто я уже выехал за город, когда поступил звонок, и я гнал так быстро, как только мог, – но я лишь показываю ему одними губами:

– Тшшш… Они спят, – и он замолкает.

И я вижу такую нежность в его взгляде, что у меня разрывается сердце от того, что мне осталось недолго вместе с ним работать.

– Ну что? Уже родила? – вдруг раздаётся голос Плошкиной, которая вдруг выныривает из неоткуда. Растрёпанная и запыхавшаяся.

И я понимаю, что они были вместе.

Она и мой врач. Поэтому и опоздали…

И горечь обиды накатывает на меня.

Но ничего, этот день позади, и всё закончилось хорошо. И завтра будет новая пища.

«Ну что, продолжим?» – моргает сообщение от Архипа на экране мобильного, но я так вымотана за сегодня, что у меня хватает сил только набрать ему в ответ: «Может быть в другой раз». И я снова еду домой. Одна.

Как всегда.

Впрочем, как и день до этого. Как и неделей раньше…

Лежу в своей одинокой постели и гляжу в потолок, не в силах уснуть от усталости. И тут твёрдая решимость начинает зреть во мне.

Была не была.

И чего я вообще боюсь? Перед кем мне оправдываться и отчитываться? И я набираю сообщение Архипу Бырбырову: «Приезжай в эту субботу в «Фестиваль-отель».

И, полностью удовлетворённая, наконец-то засыпаю.

А утром решаю пойти в магазин и наконец-то купить себе самое сногсшибательное, самое красивое платье на свете, чтобы поразить на ежегодном балу всех медиков наповал.

– Какие планы сегодня на вечер? – спрашивает меня Рус в обеденный перерыв, и я отвечаю, что всё-таки решилась ехать на день медика.

– Вот только платье осталось прикупить, – признаюсь я, и мой приятель с готовностью отвечает:

– Давай сходим вместе и выберем тебе что-нибудь потрясное. Хватит ходить, как монашка, – и я с удивлением смотрю на него:

– Думаешь, мне необходимо что-нибудь развратное?

– Конечно! Не в белом же халате ты пойдёшь! – и я соглашаюсь со своим мудрым другом.

Время уже восемь вечера, а я примеряю десятое платье на сегодня перед зеркалом в бутике.

– Слишком закрытое, – забраковывает его в очередной раз Руслан. – Ты же не на собрание кармелиток идёшь, – добавляет он. – Попробуй вот это, ярко-алое.

– Рус, но ты посмотри, оно же на девочку, – рассматриваю я легкомысленный фасон.

– Ну так и ты не мальчик. Сколько тебе лет, старушка? – фыркает мой друг в ответ. – Рано себя ещё хоронить, девонька, рано. Так что бери платье и вперёд, в примерочную!

И я послушно иду обратно, твёрдо решив про себя, что это моё последнее платье на сегодня.

Когда я выхожу к моему другу в новом платье, я не сразу понимаю, что в комнате воцарилась полная тишина. Все мужчины, которые пришли сюда с жёнами и девушками, молча уставились на меня, и я начинаю нервно огладывать себя: вдруг где-то дыра? Или я его неправильно надела?

Но мой верный друг отвечает:

– Берём. И точка.

– Руслан, но оно столько стоит, – рассматриваю я ценник. Как две мои зарплаты.

– Я плачу, – говорит, как отрезает, Рус. И я с удивлением смотрю на него. – Могу же я хоть раз сделать своей лучшей подруге подарок, – просто пожимает он плечами.

10

– Да откуда у тебя такие деньги? Ты же простой анестезиолог! Ты ведь не наркодилер! – смеюсь я. – В конце концов, я врач высшего разряда, могу и сама себе позволить такую покупку, – воинственно выпячиваю я вперёд грудь, и вижу, как все мужские головы в примерочной поворачиваются в мою сторону.

Точнее, в сторону моей груди.

А я ведь даже и думать забыла, что я, прежде всего, женщина!

Не медик, не акушер-гинеколог. А простая женщина.

Со своими страстями и слабостями.

И да, с грудью, в том числе.

Поэтому я ещё больше выпячиваю свою восхитительную упругую и немаленькую грудь третьего размера, которая у меня отчего то вечно прячется под белыми безликими халатами.

И которую, к слову сказать, на днях успел рассмотреть и оценить по достоинству сам Архип Бырбыров…

И даже поиграться с ней…

При одном только воспоминании о нежных и умелых руках поп-звезды яркий румянец заливает мои щёки, а внизу живота разгорается бешеное пламя.

Так, надо себя контролировать, Адочка.

Я здесь не для этого. А для того, чтобы выбрать себе самое сногсшибательное платье для дня медика, чтобы не оставить ни малейшего шанса ни для кого, и уж тем более для надутой безвкусной дуры-Плошкиной.

Поэтому я гордо выхожу на середину примерочной и придирчиво разглядываю себя в огромном зеркале.

Алое, как кровь, как пламя страсти, платье, обтягивает мою фигуру ровно там, где это надо, подчёркивая мою соблазнительную полную грудь с резко обрисовавшимися сосками, и скрывает то, что не нужно, хотя, стоит признаться, что в этом дорогущем платье любая фигура выглядела бы сногсшибательно.

Умеют же шить французы, – ещё раз вздыхаю я про себе, посмотрев на шестизначную цифру на ценнике.

А с другой стороны, куда мне тратить деньги? Материнство и детки мне явно не светят… Так что только на себя-любимую!

И тут я бормочу про себя, ещё раз задумчиво осматривая себя со всех сторон:

– Под это платье точно нужно новое бельё, – и по сдавленному кашлю какого-то мужчины понимаю, что я произнесла это вслух!

Ну что же, если считать всех присутствующих подопытными кроликами, то мой наряд точно прошёл все испытания и тесты!

Надо брать!

И я прошу девушку-консультанта:

– А будьте добры, подберите, пожалуйста, мне трусики с бюстгалтером под это платье, чашечка третьего размера, – и краем глаза замечаю, как один мужчина средних лет нервно прикрывает свою ширинку с эрекцией лежащим тут же на столике женским журналом.

В яблочко!

Интересно, стоит мне ещё над ними поиздеваться и выйти в общий зал в новых трусиках и прозрачном бюстье? Я же решила быть плохой девочкой.

Очень, очень плохой…

И я чувствую, как мне это начинает нравится.

Словно не кровь, а сладкое терпкое вино наконец-о потекло у меня по венам…

Но ладно. Не буду. А то придётся ещё отбиваться от их разъярённых жён и подруг.

Но мне кажется, что это платье определённо заколдовано: стоило мне его только надеть, и из зажатого строгого медика я превращаюсь в раскрепощённую и лёгкую женщину-вамп.

Роковую красотку.

Которая не жалеет никого и идёт по головам.

Так, надо скорее его снимать. Оставим эту роль на субботу!

– Ты точно отказываешься от моего скромного подарка? – ещё раз интересуется мой друг, и я уже начинаю опасаться, не влюбился ли он в меня!

Мы с Русланом дружим уже столько лет, что за это время люди бы уже успели сойтись и развестись, но наши отношения не способные испортить все эти дурацкие любовные разборки.

Мы выше этого всего.

– До дня рождения, вроде бы, ещё далеко, – рассуждаю я. – И новый год тоже нескоро… Так что не вижу поводов для такого аттракциона невиданной щедрости, – отвечаю я ему. – А если честно, я очень ценю твою поддержку! Но я прекрасно знаю, какая у тебя зарплата, не забывай, – подтруниваю я над Русом. – Вот когда наконец-то станешь зарабатывать больше, тогда я и отведу тебя в самый дорогой бутик, даже не сомневайся, – прижимаюсь я щекой к его руке.

Такой сильной, тёплой, и надёжной…

Как хорошо, что он у меня есть, – думаю я про себя.

И как странно, что у нас с ним никогда ничего не было… Но, подумаю об этом завтра…

И я беру в руки роскошный пакет из атласной бумаги, где среди шуршащих облаков лежит самое прекрасное платье на свете, в котором я буду самым красивым медиком на этом ежегодном балу!

Я с удовлетворением отмечаю про себя, какими завистливыми взглядами провожают Руса оставшиеся в примерочной мужчины.

Шалость удалась, как говорил Гарри Поттер.

И теперь я не могу дождаться, когда же наступит суббота. Потому что на бал я пригласила Архипа, и если он на самом деле меня хочет страстно и нежно, то он не пропустит это событие…

Ну а я не подкачаю: не думаю, что в таком изысканном наряде от кутюр буду выглядеть хуже всех этих светских красоток, с которыми он видится каждый день.

Одно я знаю точно и наверняка: я буду самым сексуальным врачом, которого он когда-либо встречал.

Дни пролетают как один: я стараюсь как можно реже сталкиваться с Вершининым. Он для меня списанный материал. Единственное, что мне не даёт покоя, так это то, что через пару дней мне придётся ложиться к нему в кресло.

Перед ним.

Голой и без трусов.

Раздвигать свои ноги перед его красивым докторским лицом. Хотя не я первая, не я последняя.

И в субботу на празднике я очень надеюсь, что у меня не будет недостатка в партнёрах. По крайней мере я очень предвкушаю появления Архипа, и мои щёки каждый раз вспыхивают румянцем от нескромных мыслей, которые копошатся у меня в голове.

От очень-очень нескромных, грязных и плохих мыслей…