Читать книгу "Vita Aetrn."

II

– Ну ладно, осваивайтесь. – сказала Варя и вышла из кабинета.

Игорь подвел меня к дальнему столу, на котором даже не стояло ни компьютера, ни ноутбука, и пододвинул мне стул. Я присел.

– На ближайший час займу тебя вот чем, смотри, – проговорил он, открыв первый ящик тумбочки.

В ящике лежало пять толстых папок.

– Доставай.

Я вынул их все и положил перед собой.

– Это разные регламенты. По работе с одним, вторым, третьим. Есть даже регламент по составлению регламентов. Все надо будет внимательно прочитать. Возможно, по результатам даже проведу тестирование. Как закончишь – подходи ко мне.

– Хорошо, понял.

Игорь поковылял к своему рабочему месту. Оказалось, он еще и прихрамывал, что окончательно создавало образ не работника современной корпорации, а какого-то средневекового монаха-отшельника. Я повернулся, чтобы посмотреть, где он сидит и заодно повнимательней оглядел наш кабинет. Кроме меня и Игоря здесь находились еще три человека. Очень худая молодая девушка, мужчина лет за сорок, в очках и с большой залысиной, и парень лет около тридцати, у которого, раскачиваясь, висела серьга в форме креста в ухе. Он, чавкая, жевал жвачку. Я понял, что очень скоро это начнет меня раздражать. Атмосфера здесь разительно отличалась от того, что я видел ранее. Мне вдруг показалось, что я вообще нахожусь в другом времени и пространстве – конец 1980-х или середина 1990-х, оставленное без бюджета НИИ с учеными, которые регулярно пьют. В общем, примерно в той обстановке, о которой мне часто рассказывал отец. Он вовремя понял, что с его знаниями и навыками надо уходить в бизнес, в котором в результате и преуспел.

Я перевел взгляд на материалы, с которыми предстояло ознакомиться. Первые четыре папки выглядели стандартно, а вот последняя меня поразила. Это была бумажная папка с надписью «Дело» на обложке, вся потрепанная и перевязанная шнурком. Ладно, оставим ее напоследок.

Чтение, конечно, предстояло тяжелое. Это я понял уже с первой страницы.

«Регламент работы химика-лаборанта 1. Требования безопасности и СИЗ 1.1. Все сотрудники обязаны использовать средства индивидуальной защиты (СИЗ) в лаборатории: Лабораторный халат (из негорючего материала); Защитные очки/маска; Перчатки, устойчивые к химическим реагентам; Закрытая обувь. 1.2. При работе с летучими, токсичными или едкими веществами дополнительно использовать респиратор или противогаз. 1.3. Запрещено принимать пищу, пить воду, хранить личные вещи в зонах проведения экспериментов. 2. Работа с химическими реактивами 2.1. Перед использованием реактивов проверить: Соответствие этикетки содержимому; Наличие паспорта безопасности (SDS); Срок годности. 2.2. Хранить вещества согласно классу опасности: Легковоспламеняющиеся – в огнестойких шкафах; Токсичные – в герметичных контейнерах; Окислители и восстановители – раздельно. 2.3. Запрещено смешивать несовместимые реагенты (напр., кислоты с органическими растворителями) без предварительного расчета рисков.»

Я сразу пролистал в конец. Таких вот пунктов было почти двести, а спать мне захотелось уже после первого. В кабинете было тихо, единственным появляющимся звуком был периодический стук пальцев по клавиатуре. Растворившись в бюрократических формулировках регламента, я в какой-то момент потерял счет времени. Когда у меня зазвонил телефон, я с удивлением обнаружил, что прошло уже больше часа с моего прихода. Звонила Варя.

– Артем, извини, пожалуйста. Мы же забыли тебе пропуск передать. Можешь к нам забежать?

Если бы она знала, как я обрадовался этому предложению. Сидеть здесь было тяжело даже чисто физически.

– Да, конечно, – попытался скрыть радость в голосе.

Я положил трубку и обратился к Игорю, сказав, что мне надо отойти. Тот просто махнул рукой, после чего я быстрым шагом покинул кабинет. Практически пробежал страшный недостроенный коридор, нажал на кнопку, навалился на тяжелую стальную дверь – и вот снова настоящая «Вита». Блестящий кафельный пол, приветливые лица, кабинеты со стеклянными стенами. Лифт стоял на моем этаже, момент – и я уже на двенадцатом. Пропетлял коридором – и оказался в уже знакомом кабинете. Варя из своего угла громко сказала: «К Алие!», я прошел и сел за стул, стоявший у ее стола.

– Снова здравствуйте.

– И вам Артем, снова здравствуйте, – она улыбнулась. – Так, так, так.

Алия открыла верхний ящик своей тумбочки и принялась там что-то искать. Я опять подумал о том, что она похожа на Шахерезаду.

– Вот, держите, ваш пропуск. Работает на все двери до тридцать четвертого этажа включительно. Только в нашем корпусе. Но в другие, я так понимаю, вам пока и не надо будет ходить.

Она протянула руку, и рукав ее водолазки поднялся, обнажив запястье. В этот раз я решил обратить внимание на милое тату с дельфинчиком.

– У вас красивое тату.

– Я очень люблю этих животных, они удивительные. Даже сама не знаю, почему. – она точно заметила, что у меня даже выражение лица изменилось.

Из угла снова прикрикнула Варя: «Зайди к Рошпину, распишись за пропуск». Я кивнул, поблагодарил всех и направился в службу безопасности. Рошпин сидел и записывал что-то в толстенный блокнот.

– Здравствуйте, мне сказали расписаться за пропуск, – я вдруг понял, что забыл, как его зовут.

Он медленно поднял голову и посмотрел на меня. Лицо у него было красным и одутловатым, редкие рыжеватые усы и маленькие голубые глаза смотрелись жалко и нелепо. Я сразу подумал о том, что, возможно, на этом лице таким образом отпечатались годы злоупотребления алкоголем.

– Борис Васильевич, – он протянул мне руку.

– Артем, – какое все-таки крепкое у него рукопожатие.

Я никак не мог понять, сколько ему лет. Борис Васильевич относился к типу людей, возраст которых просто невозможно определить – навскидку ему можно было дать от сорока пяти до шестидесяти пяти.

– Так, вот здесь у меня в журнале распишись за пропуск, да. Подожди, а ты у нас разве инструктаж по экономической безопасности не прошел?

– Вроде бы нет, – я подписался и вернул ему журнал.

– Что это значит? Инструктаж можно или пройти, или не пройти, – он как будто рассердился, однако голос был как и прежде безэмоциональным.

– Просто, видите, начал читать, у меня там очень много регламентов и инструкций. Может, среди них и есть ваш, про безопасность.

– Нет, этот вам должны озвучить. Можете сейчас зайти, на шестой этаж. Кабинет шестисотый тридцать два.

Он так и сказал, «шестисотый». Я поблагодарил его и вышел, направившись к лифту. Перспектива побыть еще немного в этой, так сказать, парадной части корпуса, а не идти по кирпичному коридору к Игорю и компании, подняла мне настроение.

Подходя к двери с табличкой «632» я задумался о том, почему Борис Васильевич так странно произнес это число. Сквозь стеклянную дверь я увидел, что в кабинете кто-то сидит. Не став стучаться, открыл и прошел внутрь. В небольшой комнате, которую надвое делил стоящий в центре стол, были пара мужчин. Я придвинул стул и подсел к ним. Мужчины разгребали груды бумаг. Подумав, что они заговорят со мной, когда закончат, я решил их не отвлекать. Секунд через двадцать они оторвались от своих бумаг и оба посмотрели на меня. Молчание и эти прикованные ко мне взгляды начинали становиться все более нелепыми.

– Здравствуйте, меня зовут Артем, – я понял, что надо уже заговорить.

– Я Андрей.

– Я Дмитрий.

Оба развернулись и начали внимательно смотреть на меня. Стало еще хуже.

– Приятно познакомиться, – звучало глупо, но промолчать не удавалось.

– Взаимно.

– Взаимно.

Я ждал, что они заговорят об экономической безопасности, но они продолжали все так же молчать и пристально оглядывать меня. «Что за черт?», – подумалось мне.

– Я пришел сюда для инструктажа по экономической безопасности корпорации.

Мужчины закивали, и в комнате опять повисла тишина. Я подумал, что, возможно, мне надо было взять ручку и листок, чтобы записать какую-то информацию.

– Послушайте, у меня пока ни ежедневника, ни блокнота. Могу зафиксировать ваши тезисы, если надо, просто в телефоне, – я достал телефон из кармана, чтобы наглядно показать им, что готов к инструктажу.

– Простите, а говорить должны мы?

– Ну я, во всяком случае, ничего нового или ценного вам рассказать не смогу.

Они переглянулись. Тут заговорил другой.

– Это какая-то проверка?

– Не могу вам сказать, – откровенно говоря, я не понял, о чем он.

– Хорошо. Если нужен мой взгляд на экономическую безопасность корпорации, то я начал бы с того, что…

Он, задумавшись, замолчал, как вдруг хлопнула дверь. В комнату быстрым шагом прошел высокий мужчина с выдвинутой вперед челюстью и веселым, но проницательным взглядом.

– Коллеги, приветствую. Меня зовут Константин Дзержинский. Предвосхищая вопросы – нет, не родственник. Просто однофамилец. Я руководитель отдела внутренней экономической безопасности нашей корпорации. Здесь я для того, чтобы прочитать вам инструктаж и подписать пару бумажек, – он говорил очень быстро. – Вы у нас три новобранца, да? Стажер Артем, химфак, по возрасту, видимо, вы.

Дзержинский посмотрел на меня исподлобья, я в ответ кивнул.

– Андрей, коммерческий менеджер, – один из двух поднял руку. – И вы очевидно Дмитрий, в маркетинг. Тут уж вариантов не остается.

Все прояснилось, и никто из нас троих не смог сдержать смеха. Дзержинский удивленно нас оглядел. «Какой же я идиот. Как можно было не понять, что они тоже пришли на инструктаж в качестве слушателей, – думал я. – С другой стороны, они не лучше». Мы извинились, и Константин начал инструктаж.

– Итак. Сегодня я хочу поговорить о теме, которая касается каждого из нас, независимо от отдела или должности. Речь об экономической безопасности нашей корпорации – фундамент, на котором держится не только стабильность, но и будущие успехи. Но что это? Кто может мне сказать?

– Видимо, комплекс мер по обеспечению, – начал было один из моих визави, но Дзержинский прервал его.

– Это просто словарные определения. Давайте пойдем другим путем. Образным. Представьте, что наша корпорация – это корабль в океане. Так вот, при таком раскладе экономическая безопасность является не только прочным корпусом, но и радаром, который заранее предупреждает об айсбергах, и командой, готовой оперативно реагировать на любые угрозы. Одна ошибка, одно упущение – все.

Он резко ударил ладонью по столу. Я даже вздрогнул.

– Нас накроет волнами, которые пойдут от конкурентов, мошенников или кризисов. Вначале наше движение замедлится, а затем мы и вовсе можем пойти ко дну.

По мере того, как Константин говорил, он распалялся все больше и больше. Стоило признать, что у него был природный актерский дар. Впрочем, через еще несколько предложений, полных метафор и сравнений, он перешел к содержательной части. И тут динамика настолько просела, что я ощутил – глаза начинают закрываться сами собой. «Технологии защиты», «кибербезопасность», «шифрование данных», «культура ответственности», «юридическая чистота» – все эти слова и словосочетания после яркого драматического начала несли лишь смертную скуку. Наконец, Дзержинский, очевидно, подошел к финалу своего инструктажа.

– Коллеги, экономическая безопасность – это задача не одного или двух подразделений. Это наша общая миссия. Знаете, в основе наших человеческих отношений лежит доверие. Оно же должно лежать и в основе нашей корпоративной этики. Давайте укреплять его вместе, чтобы «Вита» продолжала задавать тренды в отраслях присутствия. Причем не только в нашей стране, но и во всем мире. И помните: ваш индивидуальный вклад в деле корпоративного доверия – это кирпичик в стене, которая защищает наш общий успех.

На каком-то подсознательном уровне я ждал, что он сейчас скажет: «Так выпьем же за доверие!». Но Дзержинский просто протянул нам бумаги, в которых надо было расписаться. После этого он звонко пожелал нам удачного дня и удалился.

– Забавно мы, конечно, не разобрались, – улыбнулся обоим я и, получив смешки в ответ, пошел в свой кабинет.

Когда я двигался по вычищенным до блеска, с красивой отделкой, коридорам, то ловил себя на ощущении, что мне здесь по-настоящему нравится. И по-настоящему хочется здесь работать. Люди, которых я встречал, в большинстве своем были приятными. Одно только смущало – необходимость возвращаться в дальний кабинет к непосредственному руководителю Игорю. Снова этот кирпичный блок с проводами, деревянная старенькая дверь и этот не самый приятный голос.

– Ты чего-то как будто задержался? А, Артем? – прозвучало с вызовом. Хотя, возможно, мне просто показалось.

– Да помимо пропуска меня отправили слушать инструктаж по экономической безопасности.

– Понятно, – невыразительные глаза забегали то вправо, то влево. – Слушай, а кто там сейчас?

– Дзержинский. Константин вроде бы, – я действительно успел забыть имя.

– До сих пор он? – Игорь удивился. – У него же сейчас еще и музей, если это вообще можно назвать таким громким словом. Что там, все спектакли свои играет?

Я замялся и не понимал, как в такой ситуации корректно ответить. С одной стороны, не хотелось перечить новому руководителю, с другой стороны – подтверждать его сарказм в сторону коллеги.

– Могу сказать, что было очень интересно.

– Ладно, у нас здесь свой инструктаж продолжается. Садись, читай дальше регламенты.

Я уже было пошел к своему месту, как раздался громкий хлопок. Игорь ударил себя ладонью по лбу.

– Извини, представить-то я тебя совсем забыл. И вообще тебе же встречи надо для начала провести.

Коллеги, до этого сидевшие неподвижно, все разом повернулись в мою сторону. Оказалось, что молодую худую девушку зовут Света, а работает она оператором базы данных. Когда Игорь представлял ее, Света чуть опустила голову и сразу же отвела глаза. Мужчина с залысиной, Ваня, оказался химиком-аналитиком, а парня с серьгой в форме креста звали Леша. Чем он конкретно занимается, я так и не понял. То ли специалист по валидации, то ли менеджер клинических испытаний. Впрочем, я решил не переспрашивать, всем помахал рукой, улыбнулся и прошел к своему месту.

– Сегодня тебе с каждым из будущих, точнее, настоящих коллег надо будет провести установочную получасовую встречу. Подумай, что можешь спросить и до обеда успей переговорить с каждым.

Я кивнул и погрузился в дальнейшее чтение регламента.

Борис

– Боря, е-мое, держи его крепче, он вырвется же, – Стас громко выругался.

Боря перенес всю тяжесть своего тела на левое колено, под которым находилось начало шейного отдела позвоночника Юрика. Тот был очередным коммерсантом, которому пришлось отвечать за необдуманно брошенные слова. Пару месяцев назад Юрик, владевший несколькими точками по продаже одежды, выпивал со своей крышей – местным авторитетом Сиплым, на которого периодически и подрабатывала бригада Стаса. Когда в ход пошла уже третья бутылка, Юрик горделиво заявил, что ему придут три мебельные стенки из Италии. «Одну себе установлю, вторую родителям. А с третьей не знаю, что делать. Продать, что ли?» – спрашивал он, пытаясь сфокусироваться на лице Сиплого. В ходе короткого диалога было решено, что коммерсант по-дружески просто подарит третью стенку авторитету. В знак настоящего человеческого уважения. Однако на следующий день Юрик протрезвел, и вместе с опьянением пропало желание отдавать стенку просто так. Он решил больше не поднимать эту тему, надеясь, что Сиплый об обещании забудет. Стенки приехали через полтора месяца, а еще через неделю раздался звонок. Телефон запищал уже поздним вечером.

– Здравствуй, Юрик, – коммерсант вздрогнул от знакомого голоса. Это был Сиплый.

– И тебе здравствуй.

– Слушай, вспомнил я тут давеча разговор наш с тобой за стеночки. Как там, приехали? Красивые?

Юрик замялся. Надо было врать, но врать было страшно.

– Да я и сам их пока не видел, – все три на самом деле стояли в еще необжитой комнате его новой квартиры.

– Как же так? Что там, на таможне проблемы?

– Ну чего-то такое, да. С итальянцами пытались связаться, мы же напрямую с ними, и тоже ничего.

– Странно.

– Пока вот, в общем, не знаю.

Сиплый сказал, чтобы Юрик в случае чего сообщал, и повесил трубку. Еще тогда коммерсант подумал, что зря соврал, а сейчас, находясь непонятно где, с тремя суровыми персонажами, был и вовсе в этом уверен. Уверенность достигла абсолюта, когда неизвестный мужчина поставил ему, лежащему лицом в пол, свое колено на шею. Этим утром три мужика довольно атлетичной комплекции засунули Юрика в машину и увезли в хрущевку на окраине города.

– И мы, и Сиплый точно знаем, что стенки до тебя доехали. Врать нехорошо, но дважды врать – совсем из ряда вон. Разрешить ситуацию можно плохим способом.

Боря почувствовал, как Стас слегка подтолкнул его. Он все тут же понял – и Борино колено, будто гидравлический пресс, начало медленно вдавливать шею коммерсанта в пыльный линолеум. Юрик начал хрипеть и задыхаться.

– Или хорошим способом.

Колено Бори в момент приподнялось. «Что может быть лучше, чем просто дышать», – подумал коммерсант.

Уже через два часа Стас, Дима и Боря выгружали мебельную стенку у двухэтажного кирпичного дома Сиплого. Стас и Дима не считались членами группировки – их привлекали только на какие-то мелкие дела. Боря так и вовсе был еще дальше от этого всего, от случая к случая оказывая помощь Стасу, которого знал с самого детства. Они вместе ходили на дзюдо. Потом Боря ушел в армию и после того, как отслужил, устроился на работу в милицию. Стас же все это время продолжал обитать в околокриминальных кругах. Когда Союз окончательно перестал существовать, Боря ушел из милиции и начал подрабатывать, где мог. Частный извоз, мелкие заказы по бытовым поломкам, дела со Стасом.

С троицей рассчитались, и теперь они, довольные, сидели в машине.

– Ну что, в баньку? – весело предложил Стас.

– Меня до дома довезите, – отозвался Боря.

Он не любил эту езду по баням. С какого-то момента там всегда появлялись проститутки. А Боря с ними не мог. Один раз даже попытался попробовать, но при первом же прикосновении почувствовал брезгливость и отторжение, ощутив, что предает свою настоящую любовь, которую нашел еще в детстве. С десятого класса он встречался с Аней, из параллельного класса «Б». А после армии женился на ней – она, как полагается, его дождалась. Они были вместе уже почти пятнадцать лет, но Боря никогда не то, что не заглядывался на других женщин, но даже и не думал о них. При этом, его сложно было назвать романтиком, просто все само собой сложилось так. «Так как надо», – думал Боря.

– Ой, ну ты как всегда брат, – с долей сарказма сказал Стас, – ну хозяин-барин.

Они высадили его у подъезда. На этот раз Боря смотрел на обшарпанную железную дверь радостно и уверенно. Свернутые наличные в кармане пробуждали желание как можно скорее оказаться дома и порадовать жену. Аня, конечно, никогда не жаловалась, но чувствовалось, что частый недостаток денег и полное отсутствие стабильности угнетает ее с каждым новым годом совместной жизни все больше. Боря забежал на третий этаж и постучался в дверь. Аня открыла и тут же поспешила в сторону кухни.

– Извини, у меня тут горит все.

– Ничего-ничего, – Боря разулся, повесил верхнюю одежду и тоже пошел на кухню.

Он вытащил из кармана деньги и положил их на стол. Когда Аня повернулась, он удивился реакции – никакой радости на ее лице не появилось.

– В чем дело? – спросил Боря, пытаясь приобнять жену.

Аня выключила газ и села за стол. Он сел напротив.

– Боря, я тебя очень люблю. И ты, конечно, молодец. Но эти деньги, вот откуда они?

– Ну как.

– Только не ври, пожалуйста. Я никогда тебе не врала.

– Да, в общем, немного Стасу там помог.

– Опять, да? – появилось ощущение, что она вот-вот заплачет.

– Послушай, стой.

– Нет, Боря, стоять я не буду. Послушай меня ты. Я устала от этого – что деньги, если они и появляются, то непонятно вообще откуда. От этого криминала. От крови, которую я отстирываю с твоих футболок. Мне страшно за тебя и мне страшно за себя. На дворе уже совсем скоро новое тысячелетие. Все это – твои Стасы, разборки, драки или что вы там делаете – это уходит.

Аня говорила чуть истерично, взахлеб, но не срываясь на крик. Боря не знал, что ответить, его глаза блуждали по тесной кухне и старым, местами в жирных пятнах, обоям.

– В нормальных больших городах уже нету никаких бандитов, разборок. Что вот ты сегодня делал? У кого-то деньги вымогал? Боря, ты мой муж, я тебя очень люблю. Ты сильный, умный и добрый. Я знаю, что мы достойны большего, и у нас все получится. Но нам надо уехать из нашей деревни.