Читать книгу "Замуж за предателя"

Алекс Мара
Замуж за предателя

1

На вахте незнакомый молодой охранник. Это очень кстати, так будет легче проникнуть в здание неузнанной.

– Я к Реми Лучиано на пятнадцатый этаж, – объявляю уверенно.

Охранник хмурится, сверяется с экраном компьютера.

– Туда строго по записи, а не сегодня пометок нет. Вам назначено?

– Ещё как назначено! Без моего ведома и согласия меня назначили этому

Еле заставляю себя остановиться. Уж слишком я зла. О том, что отец выберет мне мужа, было известно всегда, таковы наши традиции. Но кто же знал, что папочка предложит мне в мужья этого бесстыжего пройдоху?! О Реми ходят самые отвратительные слухи, его любовницы названивают мне с угрозами, а теперь, в довершение всего, мне подкинули его ребёнка!

Охранник терпеливо ждёт завершения моей фразы. Не дождавшись, качает головой.

– Мне придётся позвонить и сообщить мистеру Лучиано о вашем приходе. Не гарантирую, что вас пустят.

– Звоните! Скажите папочке, что пришла его доченька. – Показываю на ребёнка, которого принесла с собой.

Видимо мой голос звучит слишком резко и с надрывом, потому что рука охранника непроизвольно касается пояса, где находится его оружие.

– Вам следует успокоиться, – предупреждает он.

Киваю, извиняюсь.

Я настолько взвинчена, что и правда почти кричу на ни в чём не повинного беднягу. Он сидит тут тихо и мирно, охраняет один из мафиозных небоскрёбов Лос-Анджелеса, а я вымещаю на нём моё раздражение.

– Вот смотрите, это ребёнок. Девочка. – Приподнимаю автокресло, в котором тихо посапывает симпатичная малышка. – А вот там её папочка. – Показываю пальцем вверх. – Мы пришли к нему в гости.

Охранник с сомнением смотрит на ребёнка, потом на экран компьютера. Не знает, что предпринять. Не иначе как предчувствует, что у моего вынужденного визита будут неприятные последствия.

Так и есть, но ему не за чем об этом знать.

Он ищет номер, долго печатает пароль в телефоне, и тогда я не выдерживаю.

Лифт открывается, выпуская пожилую пару, и я забегаю внутрь и нажимаю кнопку пятнадцатого этажа. Охранник кричит мне вслед, одновременно пытаясь что-то объяснить по телефону, но слишком поздно. Я уже на пути к мужчине, который является причиной моего гнева.

Выхожу из лифта, останавливаюсь у приоткрытых стеклянных дверей приёмной и подслушиваю. Надо понять, что он за человек такой, Реми Лучиано. Мы с ним лично не знакомы, но никакого позитива я не ощущаю.

– К вам пришли, – доносится женский голос из приёмной. Наверное, это секретарь Реми.

– Ну и что? В первый раз, что ли, пришли? Здесь вечно кто-то шляется. Я занят. Узнайте, кто это и что им надо, и разберитесь с этим! – отвечает раздражённый мужской голос наглеца, которого отец выбрал мне в мужья.

– Сказали, что пришла ваша дочь.

– Что за какая ещё дочь?!

– К вам пришла молодая женщина, и она велела передать следующее: «Скажите папочке, что пришла его доченька».

– Доченька? Мы о ней знаем? – Мужской голос звучит хрипло.

– Мы, – подчёркнуто отвечает женский голос, – не знаем о дочерях.

– Что за дьявольщина творится?

– Вам виднее, Реми.

Мне нравится надменный учительский тон его секретаря, она держится с приятным достоинством.

– Ничего и никого мне не виднее! – бесится он.

Прохожу через приёмную и врываюсь в кабинет с широкой улыбкой на лице.

– Не волнуйтесь, сейчас у вас будет возможность хорошенько её рассмотреть! Итак Представляю вам вашу дочь! – Ставлю автокресло на стул для посетителей и демонстративно потираю ладони друг о друга. – Моё дело сделано. Счастливого отцовства! – Направляюсь к выходу.

– А-та-та, не так быстро! – Мужчина резво выскакивает из-за стола и ловит меня у двери, перегораживая выход. – Это ещё что за шутка? Этот ребёнок не имеет ко мне никакого отношения, и ты не имеешь права оставлять этоздесь.

– Это? Речь идёт о ребёнке! Твоём ребёнке! Уж ко мне эта малышка точно не имеет никакого отношения. Роды – событие запоминающееся, а я не страдаю провалами в памяти.

Реми надвигается на меня, не на шутку злой. На скулах красные пятна, на щеках ходят желваки. Ишь ты, какой грозный!

Однако меня так просто не запугаешь, не в той семье родилась. Уже пуганая и не раз, и не два. Пусть злится сколько хочет! Избалованный, развратный мужик!

Хорош, конечно, гад. Вблизи даже лучше, чем на фотографиях. Но мне такой даром не нужен, с его-то загулами и заблудами. Папе скажу, что посмотрела на выбранного им жениха и глубоко разочаровалась.

Реми склоняется ко мне. Рост у него внушительный, вид угрожающий, но где наша не пропадала. Если не разобраться с ним прямо сейчас, то проблем будет немерено. Мне необходимо поставить точку в наших отношениях, чтобы никогда больше не видеть этого мужчину.

– Ко мне этот ребёнок тоже не имеет никакого отношения, – говорит он, сверкая глазами. – Я никогда не оставляю следы моего пребывания в женщине.

Как завернул-то! Как будто он эти «следы» в земле закапывает!

– Да неужели? Я принесла тебе доказательство обратного, и, если ты не перестанешь вопить во всю глотку, это доказательство проснётся и заплачет.

2

Секретарь спешно выходит из кабинета, прикрывая за собой дверь. Мудрая женщина. На её месте я бы тоже сбежала как можно дальше. И уволилась бы заодно.

Угол рта Реми приподнимается в улыбке. Наглой. Вообще каждый его жест, каждое слово именно такие – наглые. Знаменитый адвокат, настолько же знаменитый ловелас, всеобщий любимчик, он излучает уверенность в себе из каждой поры. Считает себя неотразимым и всесильным.

– Послушай, детка

Уже за одну «детку» я готова настучать ему по голове.

– Я тебе не детка!

– Хорошо. Послушай, малышка или милашка или котёнок или что ты ещё предпочитаешь Могу и по имени тебя назвать, если скажешь, как тебя зовут, только заранее извиняюсь: имя твоё я впоследствии не запомню.

– Ну ты даёшь

– Я даю? Во-первых, это ты явно кому-то даёшь, раз родила вот это. – Показывает на ребёнка. – Но этоне от меня. Если судить по твоей наглости, то мы с тобой когда-то переспали, и ты тщетно надеешься на продолжение. Извини, я не заинтересован.

Ну, он и бесстыжий мужлан! Слов нет!

Пока я офигеваю от его наглости, он продолжает.

– Не знаю, где ты взяла это существо, и от кого ты его её родила, но со мной у тебя ничего не выйдет. Ты хоть знаешь, кто я?! Наверняка знаешь, раз нашла меня в офисе, поэтому должна понимать, что я умею защищаться от таких прохиндеек, как ты. Закон на моей стороне.

Закон на его стороне?! Вот это он загнул! Или он говорит о законах мафии?

Смотрю на него и неожиданно улыбаюсь. Как же хорошо, что у меня появилась возможность увидеть его таким, какой он есть на самом деле. Без прикрас. А то, если бы нас познакомили официально, он бы строил из себя невесть что. Сыграл бы роль любимца высшего общества, окрутил бы меня, обманул, соблазнил Не зря же у него слава самого сладкоголосого и умелого из игроков в бизнесе, в зале суда и во всём остальном, включая личную жизнь.

А теперь я вижу его во всей красе и уже не ошибусь.

– Да, я знаю, кто ты. Ты Реми Лучиано – адвокат, который, безусловно, умеет себя защитить. А ещё говорят, что ты правая рукаДона Леоне, короля мафии, но – Изображаю задумчивость и постукиваю пальчиком по губам. – Я всё никак не могу понять, что это означает. Что мужчины делают правой рукой? Может, что-то интимное?..

Если судить по выражению его лица, Реми Лучиано, знаменитый адвокат и бесстыжий мафиози, собирается меня убить. Однако не успевает, потому что в кабинет врывается целый отряд охраны, чтобы защитить правую руку Дона Леоне от маленькой меня. И от спящей малышки заодно. Не иначе как секретарь позаботилась о защите босса и велела охране очистить офис от настырных девиц, детей приносящих.

Меня окружает вооружённая охрана. Реми поднимает руку, собираясь им что-то приказать, однако не успевает.

Я его перебиваю.

– Если вы ко мне прикоснётесь, мой отец обрубит вам руки. – Это получается весомо, громко и достаточно убедительно, чтобы мужчины замерли. Руки хоть и парный орган, но важный в быту, никому не хочется их терять.

Охранники смотрят на босса, ждут его указаний.

Реми вопросительно изгибает бровь, намекая, что сейчас самое время хоть чем-то подкрепить эту угрозу.

Теперь уже притворяться не обязательно. Пришло время поставить точку.

– Меня зовут Виола Верди. Я младшая дочь

Продолжения не нужно. Если судить по побледневшему лицу Реми, он и так всё понял. В нашем кругу имя Верди имеет почти такой же вес, что и имя самого Дона Леоне. Мой отец – консильери Дона, его ценный советник, а я поздний и горячо любимый папочкин ребёнок.

Никто не посмеет обидеть Виолу Верди.

Реми даёт знак охране, и они пятятся из кабинета. В ужасе.

– Значит, пришла меня навестить? Познакомиться захотелось? – спрашивает Реми сухо.

Складываю руки на груди. Посмотрим, какую стратегию он выберет, чтобы попытаться меня очаровать. А он должен попытаться это сделать. Его отец, как и многие другие мафиозные папаши, уже давно пытаются подкупить или уговорить моего отца, надеясь заполучить меня в жены для своих сыновей. Я – последняя незамужняя дочь великого советника, как никак. Да и знаменита не только из-за папы. Я закончила элитную женскую академию и стала лучшей её выпускницей, так называемой жемчужиной синдиката. Другими словами, я идеальная невеста: хорошо и правильно обученная, уважающая традиции и семейные ценности, и при этом дочь советника Дона Леоне.

Плюс к тому, на моё приданое можно купить небольшую страну.

3

Мне повезло с родителями.

У меня ласковая и любящая мама, да и отец без ума от позднего подарка судьбы, как он меня называет. С моими старшими братьями и сёстрами он был очень строг, а мне позволяет почти всё, о чём прошу. К его большому разочарованию, я захотела уехать подальше от синдиката. Жила с подругой в Канаде, там училась и работала. И только недавно отец настойчиво мне напомнил, что семья есть семья – истина, которую я впитала с молоком матери. Я дочь синдиката, и этим всё сказано. Пришла пора выполнить мой долг – это значит выйти замуж и влиться обратно в синдикат. Я знала, что рано или поздно это случится, и была готова. Но Реми Лучиано?! Нет. Ни за что.

Отец повёл себя с несвойственной ему мягкостью. Показал мне списки возможных женихов и разрешил высказать моё мнение. Однако намекнул, что ни один из кандидатов не сравнится с Реми, и что сам Дон Леоне очень ему благоволит. Правая рука и всё такое. Дескать Реми очень умён и талантлив и далеко пойдёт.

Пусть Реми идет очень далеко, как можно дальше, но только без меня. Могу вот прямо сейчас его послать.

– Где ты это нашла? – Реми косится на ребёнка в люльке.

– Взяла напрокат.

Откуда берутся такие мужики? И кому он такой нужен? Не мне, это точно.

– Отнеси обратно, откуда взяла! – Он не играет и не притворяется. Уж точно не пытается меня очаровать. Показывает свой настоящий, раздражённый, избалованный характер. В нём нет совершенно ничего привлекательного. Что и требовалось доказать.

Всем этим потенциальным женихам, которые дерутся за мою руку, совершенно на меня наплевать. Им хочется выслужиться и приблизиться к Дону Леоне, вот и весь интерес.

– Сам отнесёшь ребёнка куда положено!

Реми равнодушно поводит плечом.

– Сдам в бюро находок.

– Это была не находка, а доставка. На дом. Мне домой принесли твоего ребёнка, потому что ты, дескать, мой жених, и поэтому мне придётся отвечать за твои деяния. Там в сумке вместе с детскими вещами есть письмо. Надеюсь, что его мать предоставила тебе достаточно объяснений. Она кричала с таким сильным акцентом, что я мало что поняла. Однако было очевидно, что ты её обманул. У неё звучное имя. Амалия, Камелия, Азалия – что-то в этом роде. Сам с ней разбирайся.

Реми морщится, словно у него болит зуб. Ага, вспомнил о забытой любовнице.

– На этом мы распрощаемся, Реми Лучиано. Было бы приятно никогда тебя не знать, но что поделаешь. Твой отец рассказал нам с папой душераздирающую сказку о твоих чувствах ко мне, не хватало только сонетов. Любовь до гроба, верность на вечность, другие женщины для себя не существуют. Тебе нужна только я, ты дико страдаешь. И только срочная женитьба и моё приданое могут тебя спасти. Твой отец хорошо сочиняет.

– Он был женат пять раз, – усмехается Реми.

– Сказывается опыт. Увы, он забыл рассказать эту сказку тебе, и ты не в курсе, что любишь меня, не замечаешь других женщин и умрёшь, если мы срочно не поженимся. Твой отец наговорил нам с папой всякой ерунды, а ты даже не узнал свою возлюбленную при встрече.

– Я бы тебя узнал, но за твоими жуткими очками не видно лица! – Реми пытается меня поддеть, и я, увы, поддаюсь.

– Да что ты понимаешь в моде?! Это мои любимые очки, а ты На тебе костюм позапрошлого века!

– Позапрошлого века?! Да это – Он тоже ведётся на мою критику, но тут же замолкает.

Да что уж критиковать друг друга Поздно. Лучше просто попрощаться. Сейчас я как никогда рада, что отец дал мне шанс выбрать жениха. Пусть не любого, а из предложенных, но я благодарна за каждую каплю свободы. Уважаю традиции и семейные связи, но и хочу быть счастливой.

Подхожу к двери. Реми не пытается меня остановить.

– Еще одна просьба. Будь добр, поговори со своим отцом как можно скорее и скажи ему, пусть прекратит сватовство. Вам ничего не светит. Думаю, ты и сам понимаешь, что мы друг другу противопоказаны. Чем скорее в обществе узнают, что мы с тобой не планируем пожениться, тем лучше. Тогда, надеюсь, мне перестанут приносить твоих детей, чтобы я их воспитывала. А ещё твои девицы перестанут убивать меня завистливыми взглядами и говорить гадости, когда я появляюсь в обществе. И перестанут мне звонить с угрозами. Если ты не решишь эту проблему в срочном порядке, то я начну действовать. Раз люди считают, что ты мой жених, то я расскажу им про тебя много интересного. Мно-о-ого любоп-ы-ы-ытного. Поверь, тебе это не понравится.

– Угрожаешь? – Реми смотрит на меня с исследовательским интересом, как на необычную букашку.

– Нет, прощаюсь.

С этими словами я выхожу из офиса Реми Лучиано, чтобы никогда его больше не видеть.

4

Благие намерения ни к чему хорошему не приводят.

Ведь я могла отнести ребёнка в отделение полиции, и тогда в городе узнали бы о внебрачном ребёнке великого Реми Лучиано и о том, что он беспорядочно разбрасывает своё семя по всему Лос-Анджелесу. А я, чудо какая хорошая девочка, отнесла ребёнка к нему на работу. Позаботилась о репутации великого адвоката. Ладно, сознаюсь, мне хотелось на него посмотреть. Всё-таки, самый выгодный жених в папином списке. Таких лучше оценивать лицом к лицу или, выражаясь точнее, лицом к наглой физиономии.

Оценила. Больше ничего не надо. Прощай, Реми Лучиано!

К счастью, кандидатов на почётный пост моего жениха предостаточно.

Я живу в одной из принадлежащих отцу квартир в центре Лос-Анджелеса. Стеклянный небоскрёб нависает над улицей, отражая толпы пешеходов, жарящихся на нагретом солнцем тротуаре. Уже который день не продохнуть, не спрятаться от нещадного солнца. Хочу обратно в Канаду. В горах свежий воздух, тихо, безлюдно

Увы, пришлось вернуться, и этот человеческий муравейник снова стал моим домом.

Выбираю скромное хлопковое платье и босоножки на низком каблуке. Через два часа у меня собеседование в университетской больнице, а до этого ещё надо успеть перекусить.

Я медсестра, и первый вопрос кандидатам в мои мужья будет касаться моей работы. Те, кто потребует, чтобы я сидела дома и была покорной женой, будут уволены из списка.

Конечно, некоторые кандидаты покинули мой список ещё до этой важной проверки, вследствие другой уважительной причины, четырёхкилограммовой и симпатичной. Ну а также вследствие неслыханной наглости самого кандидата.

Фыркнув, собираю сумочку в дорогу, когда раздаётся стук в дверь.

На пороге стоит уволенный кандидат собственной персоной. С автокреслом в руке.

В изумлении смотрю на ребёнка.

– Неужели она до сих пор спит?!

– Ну – Реми приподнимает люльку и с сомнением смотрит на малышку. – В машине она вроде как собиралась проснуться.

– А потом увидела папочку и упала в обморок?

– Ха-ха!

Скалясь, проталкивается в мою квартиру.

– Эй, ты куда? Как адвокат, ты должен знать правила и не нарушать границы чужой собственности. Мне вызвать полицию?

Как ни в чём не бывало он ставит автокресло на журнальный столик и плюхается на диван.

– Мне надо выпить.

– Найди бар, при котором есть ясли.

– Посидишь с ребенком, пока я схожу выпью? – Улыбается во всё лицо. Нахал.

– Если ты попытаешься оставить мне своего ребенка, то я отнесу её в полицию и расскажу всё, что знаю.

– Договорились!

Поднимается и уходит, но я перегораживаю ему путь.

– Э, нет! Я не собираюсь возиться с твоим ребёнком. Сам разбирайся с полицией и со своими любовницами. Мне пора. У меня скоро собеседование.

– Ах да, я слышал, ты медсестра. Увы, тебе придётся завязать с этим очаровательным хобби. Моя жена не будет лапать чужих голых мужчин.

В последних двух фразах такая массивная доля хамской провокации, что отреагировать на неё – значит унизить себя. Поэтому я позволяю себе только самый крохотный выпад.

– Уверен, что твоей будущей жене будет достаточно тебя?

– Ещё как уверен!

Мы стоим в тесном коридоре около выхода из квартиры. Реми склоняется ко мне, обнажает два десятка белоснежных зубов в крокодильей улыбке.

– Моей женой будешь ты и только ты. Это я гарантирую. И тебе никто, кроме меня, больше не понадобится. – Подталкивает меня к стене, наклоняется для поцелуя

И получает коленом в пах.

Пользуясь тем, что он согнут пополам и воет от боли, выталкиваю его в коридор, быстро приношу автокресло с ребенком и ставлю ему под нос.

Заперев дверь, ухожу на собеседование.

И не таких отваживали!

5

Собеседование проходит удачно.

Кажется, меня примут на работу.

Мне нравится работать в приёмном покое. Некоторым больным сразу удаётся помочь, и они с благодарностью возвращаются домой. С другими сложнее, их приходится госпитализировать. Я люблю помогать людям, успокаивать, слушать, внушать доверие. Получаю большое удовлетворение от работы, да и острые ощущения люблю, а в приёмном покое неотложные ситуации нередки.

Выхожу после собеседования на залитую солнцем улицу.

Чёрт возьми

А вот таких острых ощущений мне даром не надо.

Реми Лучиано сидит на бортике у входа в больницу. Пиджак сброшен, галстука нет, рукава рубашки закатаны. Наслаждается солнцепёком, как будто у него в жизни нет никаких забот. И работы тоже нет.

Демонстративно не обращаю на него внимание и прохожу мимо. Снова спорить с Реми я не собираюсь. Между нами уже всё понятно, больше обсуждать нечего.

Внезапно раздаётся жуткий стон. Даже, скорее, рёв, будто ранили льва. Люди оборачиваются, бросаются на помощь к Реми, конечно. Кто ещё станет так реветь без уважительной на то причины, как не самый противный мужчина в городе?

Вот же, поганец!

Реми так и сидит на бортике, но теперь изображает из себя невесть что и вопит от якобы сильнейшей боли. Держится за пах и при этом смотрит на меня.

– Медсестра! Медсестра! – воет жалобно. – С тех пор, как я вас увидел, я заболел.

Окружающие смотрят на меня, потом на бесстыжего «пациента» и, посмеиваясь, расходятся.

– У тебя нет ни стыда, ни совести. Ты хоть осознаёшь, что это общественное место?! – негодую.

– Это больница. Нам, болезным, здесь всё прощается.

– Ты на всю голову болезный, Реми. Убери руки от оттуда. Веди себя прилично!

– Если я буду вести себя прилично, ты выйдешь за меня замуж?

– Нет.

– Тогда на фиг мне стараться? – Снова хватается за пах и начинает стонать.

– Куда ты дел ребёнка?

– Сдал в бюро находок.

– Что-о-о?!

– Да не ори ты так, с ребёнком всё в порядке. А вот мне нужна твоя помощь. Самому мне не справиться с таким напряжением в паху. Оно возникло после твоего появления в моей жизни, поэтому, как честная женщина, ты обязана мне помочь.

Нервно осматриваюсь, но, к счастью, рядом никого нет, и нас не слышат. До чего же распущенный тип! И как он заполучил такую высокую должность при Доне?

И при этом на его лице ухмылка до ушей. Ему нравится выводить меня из равновесия.

– Ты можешь по-человечески сказать, куда ты дел ребёнка? Я чувствую себя ответственной за её судьбу.

– Если бы ты чувствовала себя ответственной, то не бросила бы её в гостинице и не искалечила бы меня ударом в наших будущих детей. – Заметив мой нарастающий гнев, Реми поднимает руки. – Ладно-ладно! Ребёнком занимаются соответствующие инстанции.

– Какие?

– Полиция, соц службы Почему ты на меня так таращишься? Куда ещё я должен был обратиться? Я законопослушный гражданин, и моя полиция меня бережёт.

– Законопослушный? Ну ты шутник! Это какие законы ты уважаешь, интересно?

– Только те, которые создаю сам. И если мне подкидывают чужого ребёнка, а в данном случае это именно так, то я не собираюсь это терпеть. – Реми поднимается, берёт меня под локоть и тянет за собой. – Пойдём, здесь неподалёку есть очаровательный ресторан. Французская кухня. Перекусим, и ты расскажешь, как прошло твоё бесполезное собеседование, а я опишу всё, что собираюсь сделать с тобой во время нашей брачной ночи. Скоро ты станешь счастливой женщиной, Виола Верди. Моейсчастливой женщиной.

Знаю, что он нарочно меня провоцирует в надежде вызвать реакцию. Я выиграла во время нашей прошлой встречи, и это кажется ему недопустимым. А ещё Реми раздражает тот факт, что самая выгодная невеста синдиката – сильная и независимая женщина. Ему нужна теневая жена, ничем ему не мешающая. Без намёка на собственное мнение и с повышенным терпением. Такие, как он, привыкли к бессловесной покорности оплачиваемых женщин, к выполнению всех их причуд. Я не виню богатых мужчин нашего круга за такое поведение. Виню только женщин. Если бы не было тех, кто с радостью терпит хамское отношение ради пачки баксов и брендовой шмотки, то и мужчины не позволяли бы себе такое отношение. Вот так. Непопулярное мнение, но моё.

Послушно иду за Реми, так как нам по пути. Но как только мы доходим до проезжей части, я выворачиваюсь из его хватки, толкаю его в какой-то непомерно колючий куст и запрыгиваю в первое попавшееся такси.

Водитель открывает рот, чтобы возмутиться, но я прерываю его быстрым.

– Я Виола Верди.

Дальше ничего объяснять не надо. Водитель защёлкивает замки дверей, и через пару секунд мы уже вливаемся в поток машин. Я смотрю вперёд, не обращая внимания на Реми, который бежит рядом с машиной, тщетно дёргая мою запертую дверь и стряхивая с себя колючки.

– Добро пожаловать обратно в Лос-Анджелес, мисс Верди. Вам здесь рады, – говорит водитель. Вопреки его словам, его голос подрагивает. Не иначе как он узнал Реми и теперь боится застрять между двух огней.

– Спасибо – Смотрю на его удостоверение в рамке и называю его по имени. – Я скажу папе, что вы спасли меня от неприятностей.

Водитель тут же расслабляется. Профузно благодарит и предлагает свои услуги на постоянной основе. Говорит, что подвезёт меня в любое время дня и ночи, и я ему верю. Ещё бы, ведь у папы немалая власть в транспортных компаниях Лос-Анджелеса. Имена нашей семьи знают все таксисты, работающие в центре.

– Мисс Верди У меня нет права об этом спрашивать, но, если позволите, то Та неприятность, от которой я вас увёз, – это случайно не Реми Лучиано?

– Не волнуйтесь, он не узнает, кто вы такой.

– Я волнуюсь не за себя, а за вас, мисс. Реми Лучиано никогда не проигрывает. На вашем месте я бы пожаловался вашему отцу и попросил защиты от Реми.

Мне не нужны ни услуги, ни советы. Я и так собираюсь держаться как можно дальше от Реми Лучиано и сообщу об этом отцу при первой же возможности.