Текст книги "Опаленные войной"

– Метров десять.

– Охренеть – не встать! И ты мне ничего не сказал?

– Дак… Привыкли уже…

– Ничего себе у вас привычки…

Он что-то еще ворчал под нос, осматривая все вокруг. Вытащил из какой-то ямы простреленный одноразовый гранатомет, матерно помянув некоторый невнимательных товарищей, еще что-то поднял с земли.

– М-де… Ну, что я тебе скажу… Сваливать надобно из блиндажа! Трогать эту хреновину крайне небезопасно, а если рвануть ее прямо здесь… Вам там, хоть и под землей, а прилететь может. Та же взрывная волна приласкает – будь здоров!

– Прямо сейчас сваливаем?

– Нет. Ежели она до сих пор не жахнула, то есть шанс, что и до утра доживет. Куда мы все, на ночь-то глядя, потопаем. Это мы, без ночников, хрен тут чего рассмотрим, а дрон, собака, сверху все прекрасно разберет! Да и не видно будет его по темноте-то… вовремя не заныкаемся.

Боец прикинул – пока сборы, то да се… и впрямь уже темнеть станет. Опять же – на позицию ночью выходить надо. Если из блиндажа – так тут все тропки безопасные помечены. А если из «тыловых» укрытий… то совсем другая песня будет!

– Ладно, Немцу скажем, там и посмотрим…

Но многоопытный замкомвзвода тоже принял решение оставаться пока на прежнем месте.

Ночная смена приготовилась выходить на посты, а трое оставшихся в блиндаже бойцов стали готовиться ко сну. Ну, как готовиться… ботинки сняли, бронник, каску, да и в спальник – вот и вся подготовка! Автомат под бок, патронник проверить – и можно спать.

– Слышь, Сергеич… А этот вот… ну, чей там рюкзак рванул, он кто был, как ты думаешь?

Молчание.

– Дык… Сапер был, скорее всего. Обычный-то боец не стал бы за спиной столько взрывчатки таскать. Оно ему надо?

– А чей, как ты думаешь?

– Да… кто ж теперь-то разберет? Бои там, почитай, уж месяца полтора, как прошли. Очевидцев тех событий тут хрен отыщешь. От тела ничего толком и не осталось, за форму вообще молчу…

Мирон поежился.

– Как подумаю, что вот так может выйти… Чтобы, вообще, на хрен, все в пыль размолотило… Так-то хоть опознают, да похоронят по-человечески… Безбашенные вы тут люди, кто такой работой занимается!

– Не хуже, да и не лучше прочих, – ответил сапер. – На себя-то самого посмотри – можно подумать, аж две башни на плечах таскаешь!

– Не скажи! У нас-то все проще, да понятнее! А вы постоянно всяческие гадости для нашего брата изобретаете!

– А вы тут, стало быть, все прямые, как телеграфный столб? Жизнь такая… без хитрости долго не проживешь!

– Слышь, мужики! – подал голос Немец. – Хорош базлать попусту! Завтра день будет, вот и натреплетесь!

Разговоры затихли.

Поутру, когда еще не совсем развиднелось, и дроны противника не могли что-либо конкретно рассмотреть, обитатели блиндажа переместились в другое укромное место. Не столь, возможно, и «комфортное», но надежно укрытое.

А парочка «чистильщиков» (как их окрестил Немец) потопала к вчерашнему обнаруженному «подарку».

Пошарив по окрестностям, старый сапер собрал там изрядную кучу всевозможных неприятных вещей. Еще один простреленный гранатомет, парочку противопехоток – и чуть не десяток «лепестков, которые он подобрал около разбившегося дрона. Тех, хотя они и не были установлены должным образом (и скорее всего, попросту не встали на боевой взвод), оставлять валяться просто на траве было бы крайне неразумно. Ну и всякие там выстрелы к гранатометам… этих и вовсе уже никто не считал – больше десятка их было точно! Понятное дело, что неведомо по какой причине брошенный (и пролежавший под открытом небом около двух месяцев…) боеприпас никто, в здравом уме и твердой памяти, использовать не станет. Мало ли что…

Куча всяческой гадости получилась изрядная.

Благо, что в воронку от тяжелого снаряда все это поместилось вполне себе нормально – даже возможный разлет осколков был тут крайне маловероятен.

Оставалось дело за противотанковой миной – взрывать ее на месте было слишком опасно, а трогать…

– Так, Мирон, давай-ка вон туда сныкайся! Вон в ту яму!

– А…

– Пулей!

Парень свалился в указанное место и перевел дух. Что там старый задумал-то? Шашку на мину он сам бы положил уже… научился… дело-то нехитрое!

Звук шагов, в яму, не торопясь, спустился сапер.

– Курим… минута у нас точно есть, я шнур длинный отрезал.

– А мина?

– Отнес я ее ко всем прочим бякам…

Боец чуть на месте не подскочил!

– Сдурел?! Она же жахнуть могла в любой момент!

– Ну, три-то секунды у меня в любом раскладе имелось… Нырнул бы куда ни то…

Мирон просто рот открыл, представив себе, как тот тащил на руках мину с несработавшим взрывателем.

– Ты, старый, больше таких фокусов не выкидывай! Хрен бы с ним, с блиндажом, новый бы соорудили… тут и подошвы не уцелели бы!

– Да, забей! Обошлось же… Закуривай, я ж вижу, что тебе невтерпеж.

Докурить Мирон не успел – тяжело ухнуло, удар – даже и на таком расстоянии, толкнул по ногам. Сработало!

– Могу себе представить – какая там яма сейчас образовалась!

В воздухе донеслось надрывное жужжание моторов – дроны противника спешили разведать место столь сильного взрыва.

Бойцы торопливо развернули маскировочную накидку, под которую тотчас же и забрались – теперь с воздуха хрен чего рассмотрят.

Так прятаться пришлось около часа – назойливые дроны висели в воздухе, сменяя друг друга. Все же взрыв получился очень неслабым, и противник резонно проявил к этому факту самый пристальный интерес. Но… и в этот раз им не повезло…

А дальше – дальше все пошло по-накатанному. Топаем по тропке, смотрим под ноги и по сторонам, ищем всяческую опасную гадость.

Находим, маркируем, закладываем заряды…

В ход пошла взрывчатка, которую добыли из разобранных противотанковых мин – она ничем не хуже любой другой. Все запасы, которые с собою притащил сапер, уже закончились. Он даже рискнул – и разобрал боевые части парочки упавших и невзорвавшихся при этом дронов. Появилось около килограмма пластического взрывчатого вещества – тоже, кто понимает, неплохой запас.

Вечер…

Устраиваемся на уже обжитых местах, шипит горелка, разогревая консервы. Утром смена – придут новые, и уходят в тыл двое из присутствующих. Бормочет рация, подтверждая ротацию.

Спать!

А над головою снова слышно жужжание моторов – очередные дроны с обеих сторон выходят на ночную охоту.

Странное дело – смена на ротацию пришла быстрее – почти на час!

Все объяснилось просто – по тропе прошли достаточно легко (если так вообще можно сказать…), не приходилось постоянно смотреть под ноги. Да и то сказать – следы работы «очумелой» парочки были хорошо заметны! По ним-то и шли…

Немец довольно крякает – ему сейчас вести ребят в обратном направлении, и это хорошая новость!

Быстрые сборы – и трое бойцов скрываются в темноте. Пока не рассвело, им надо успеть миновать опасный участок – дальше будет проще. И немного спокойнее. Пусть и весьма относительный – но, все же, тыл!

А парочке взрывников снова выходить на работу…

И опять смотрим под ноги и по сторонам. Те же самые «колокольчики» и на кустах висеть свободно могут. Да и рядом с тропою тоже всякие неприятные штуки попадаются – и не все они безопасны.

– Ну, вот… – сапер пододвинул Мирону коробку. – Тут все тебе сложил. Приду на место, организую вам сюда посылочку. Все, что надо – сделаем.

Он уходил налегке – все свои запасы (увы, уже немногочисленные) оставлял здесь. Война продолжалась, и с воздуха постоянно прилетали все новые и новые опасные «подарки». Тропу теперь надо чистить постоянно, ибо те, кто потом по ней пойдут, должны быть в безопасности. А чистить – теперь есть кому, Мирон уже более-менее поднатаскался в этом деле.

– Бывай!

Сергеич поднялся и закинул за спину изрядно отощавший рюкзак. На улице уже нетерпеливо притоптывали ногами уходящие, сегодня их вел Боцман.

Боец тоже встал и вышел наружу, провожая уходящих.

Им в тыл, смогут помыться и отоспаться. Наконец-то заснуть, не прислушиваясь к жужжанию моторов в воздухе. И спать – спокойно, не дергаясь и не нащупывая рядом лежащий автомат.

А мы – мы останемся здесь.

Выходить в поиск, прочищая дорогу для тех, кто придет нам на смену. Пусть они пройдут этот путь, не озираясь и не ища постоянно под ногами дремлющую смерть.

Новый день.

Еще один из многих…

Не спи, Семеныч!

Александр Конторович

– Семеныч… – прохрипел динамик радиостанции. – Ты как там?

Пауза…

– Держимся.

– Движухи там у тебя нет?

– Притихли пока… думают, небось…

– Было б чем! – хохотнул абонент.

Приподнявшись над бруствером, Петр осмотрел поле боя.

Высокий холм с каменистыми склонами наискось был в этом месте прорезан дорогой. Правый край холма сползал в реку, и объехать его с этой стороны было совершенно невозможно.

Левый же край как-то сразу переходил в относительно неглубокую балку. И все бы ничего, но края балки были достаточно обрывистыми, и никакая техника тут пройти не могла просто по определению. Оставалась только дорога – по ней-то можно было передвигаться достаточно просто. Еще в давние времена ее расширили, подрезав склоны холма, и укрепили, заасфальтировав на всем протяжении. И это было правильно! Ибо стекавшие во время дождей со склонов бурные потоки воды, запросто размыли бы любое грунтовое или щебеночное полотно.

Но сейчас прямо у поворота нехотя чадил дымным пламенем бронетранспортер. Вывернувшись оттуда на полном ходу, он почти тотчас же, получил гранату из «Мухи» прямо в лобешник. А вторая прилетела чуть позже – сверху, под углом. Самодельные противокумулятивные решетки, которые массово наваривали на броню солдаты ВСУ, в данном случае помогли мало – машина остановилась и загорелась.

Повыскакивавшие наружу уцелевшие десантники далеко не ушли – пулемет Петра ударил по ним сбоку. Так что последний десантник успел отбежать от машины всего на пару десятков метров – да там и остался.

Из-за поворота огрызнулись огнем, ударила заполошно автоматическая пушка… но желающих испытать судьбу пока не нашлось.

Здесь не было специально оборудованной позиции. Ополчение заняло холм всего пару-тройку часов назад. Никто и не ожидал тут прорыва противника и никак к этому заранее не приготовился. Просто так получилось, что бронированный кулак ВСУ внезапно пошел совсем не в том направлении, как это ожидалось в штабе. Какой черт заставил их свернуть в сторону – непонятно.

Но теперь под удар ротной тактической группы попадал поселок Светлое. И вся беда была в том, что там, помимо госпиталя не имелось вообще никаких воинских частей. Медиков было прикрывать некому.

А никаких сомнений в том, что с ними сотворят вояки под желто-голубым флагом – не имелось ни у кого. Порядка восьмидесяти неходячих ранбольных – самостоятельно уйти они попросту не могли. И эвакуировать их уже не успевали – первая машина могла подойти к поселку не ранее чем через пару часов. А бронегруппа ВСУ дошла бы до него менее чем за двадцать минут.

– Дело обстоит так, оглоеды… – лейтенант Семерченко обвел взглядом стоящих перед ним бойцов. – Госпиталь прикрывать некому. Никаких сил, кроме нас с вами, поблизости нет. Пока еще держится блокпост на переезде, но это только вопрос времени. Надолго их не хватит – там всего десяток бойцов, пара граников и одно старое противотанковое ружье. Полчаса – это максимум, насколько их хватит.

Он наклонился к карте.

– Единственная позиция, которую с ходу не смогут проломить укры – вот тут!

Карандаш оставил метку на бумаге.

– Этот холм можно преодолеть только по дороге – никаких вариантов объезда попросту не имеется. Пешком, разумеется, можно обойти… но вот полезут ли они из-под брони… Вопрос!

Снова отметки на карте.

– Я, Скиф и Огородник – занимаем позиции вот тут. Михай, Червонец и Коляда – здесь. Берем дорогу под перекрестный обстрел. Мы ударим первыми, к РПГ у нас пяток гранат есть. Как только они развернутся в нашу сторону – работает вторая группа. Задача – выиграть побольше времени для Семеныча. Надеюсь, вы сможете напихать на холме своих подарков… так, чтобы никому мало не показалось!

Пожилой сапер кивнул.

– Да уж, постараемся…

– Хочу, чтобы все понимали – местность на наших позициях открытая. Убежать – точно не выйдет. Всем все ясно?

Второе отделение саперного взвода оказалось тут проездом – забарахлил мотор на грузовике. Пока то да се… так вот и дождались незваных гостей. Воздушная разведка ополчения (этим гордым именем именовался один-единственный беспилотник, купленный на Али-экспресс) тем временем сообщила о прорыве украинской бронегруппы.

– Бронетранспортеры, БМП и БМД – всего порядка десятка единиц. Десант на броне и шесть грузовиков с пехотой. Пушек на прицепе не наблюдаю, – срывающимся от возбуждения голосом прокричал в радиостанцию наблюдатель. – Идут на Светлое!

– Как долго еще можешь их держать?

– Минут десять еще… Потом надо аккумуляторы менять. Пока туда-сюда долетит… Аккумы-то у меня еще есть!

Слабое утешение.

Надежда была на Семеныча. Отделение возвращалось со складов, где бойцы постарались затариться всяким полезным добром. Не сказать, чтобы это получилось совсем уж по полной мере – но некоторое количество мин прихватить все же удалось.

А главное – хмурый бородатый парень-инструктор передал лично Семенычу.

– Смотри… – присел он на корточки перед разложенным на земле добром. – Пульт управления – долбит на полторы версты гарантированно. Десяток приемных устройств – в защищенном варианте. От каждого можно проложить проводную линию – метров на двадцать-тридцать. Практически на любом проводе – кроме полевки, разумеется. Там сигнал может не пройти, не «тапик» все-таки…

Его сотоварищ – неразговорчивый черноволосый мужик с проседью в волосах, кивнул.

– Там, в сумке, триста метров обычного провода – из обычной компьютерной сети надергали. В данном случае – вещь почти оптимальная. Провод тонкий, легкий – для этого дела – в самый раз. Если приемник камнями прикрыть – так взрывом и не заденет. Только антенну над землей надо обязательно приподнять – чтобы сигнал гарантированно проходил.

Вот на это и решили сделать основную ставку.

Всех запасов вооружения, что удалось наскоро накопать в поселке, не хватило бы и на двадцать минут боя. РПГ-7 с пятком гранат, четыре «Мухи» – это против десятка единиц брони? Не смешно…

А вот расставить в узком месте мины, да еще и на радиоуправлении – это был шанс!

Мин, в принципе, хватало, этим добром запаслись основательно. Слава богу, на этот раз на складе оказалось хоть что-то полезное!

И оставшаяся четверка – Петр, Семеныч, Худой и Крашенинников – в поте лица долбили каменистую землю.

Отступив от поворота, прямо на дороге поставили сразу четыре противотанковые – чтобы надежно закупорить проезд, исключив хоть какую-то возможность прорыва бронетехники.

Выше, на склонах, Семеныч установил несколько «озимых» – это могло стать крайне неприятным сюрпризом хоть для кого. Ну и просто в кюветы наскоро понабросали обычных ПМН. Почти не маскируя – так… травой забросали, да в паре мест песочком присыпали «Прощай моя нога», при всей своей невысокой мощности, могла запросто отбить охоту ползать и бегать по всяким там канавкам и ямкам. Уж чего-чего, а изобретать всяческие сюрпризы сапер умел!

Осмотрелись.

Ну…

Вроде бы все правильно…

– Я бы еще и вон там, – кивнул Семеныч, – ниже у дороги чего-нибудь присандалил. Ежели мы их тут тормознем, то вот у этого поворота техника и встанет. Площадка там удобная…

– Так противотанковых-то больше нет! – пожал плечами Худой.

– И чо? «Озимые» есть – их и поставь. На этот самый пульт и воткнем – тот еще сюрприз может выйти!

Выпрыгивающая мина ОЗМ-72 и в самом деле могла причинить немалый урон десанту. Да и грузовикам прилетело бы основательно.

– Старый дело говорит! – кивнул Крашенинников. – Давай, показывай, чего там куда подключать…

Нагрузившись минами, Худой и Крашенинников бодро потопали вниз.

– «Горка», тут Скиф!

– Тута мы! – схватил рацию Петр.

– Готовьтесь там… У нас финиш. Командир и Огородник – двухсотые. Вторая группа… там, похоже, тоже абзац. С той стороны никто уже и не стреляет. К РПГ одна граната осталась.

– М-м-мать…

– Две коробки мы все же зажгли! Ну и десанту наваляли – мало не показалось! Прощайте там! Лихом не поминайте!

– Скиф!

Рация молчала.

– М-м-да… – покачал головою Семеныч. – Ладно, я наверх – оттуда обзор получше.

Через пятнадцать минут снизу прибежал Худой.

– Заканчиваем!

– Граник возьми, да вон там себе позицию оборудуй! – указал Петр. – Как кто из-за поворота выйдет – хреначь!