Текст книги "Книга примет"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kniga-primet-68646.jpg)
Автор книги: Александр Морок
Жанр: Дом и Семья: прочее, Дом и Семья
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
II
ПОКРОЙ ЗЕМЛЮ СНЕЖКОМ, А МЕНЯ ЖЕНИШКОМ…
ПРИМЕТЫ ИЗ ЖИЗНИ НАРОДА
Вступление в брак в жизни каждого человека событие важное и радостное. Оно означает начало существования семьи – основного, первичного звена любого общества. Это также основание маленького личного хозяйства – первичного звена всей экономики. И недаром церковное венчание включает возложение на головы новобрачных венцов, подобий царских корон. Оно символизирует то, что семья – это маленькое царство в земном смысле и маленькая церковь в смысле духовном.
C рождением ребенка гармоничность и полнота маленького государства увеличивается. Совершенная супружеская пара породит и совершенного ребенка, она и дальше будет развиваться по законам совершенства.
Человеческий индивидуализм, себялюбие создают в браке особые трудности. Преодолеть их можно только усилиями обоих супругов. Оба должны ежедневно созидать Брак, борясь с суетными ежедневными страстями, подтачивающими его духовное основание – любовь. Праздничная радость первого дня должна продлиться на всю жизнь.
Однако ни мужчина, ни тем более женщина не должны иметь в браке друг над другом абсолютной власти. Насилие над волей другого, хотя бы и во имя любви, убивает саму любовь, отсюда следует, что не всегда надо смиренно подчиняться такому насилию, раз в нем кроется опасность для самого дорогого.
Брачному обряду в древности предшествовало обручение, которое было актом гражданским и совершалось согласно местным обычаям и установлениям. Обручение совершалось торжественно, в присутствии многих свидетелей, которые скрепляли брачный договор. Последний представлял собой официальный документ, определявший имущественные и правовые взаимоотношения супругов.
Обручение сопровождалось обрядом соединения рук жениха и невесты, кроме того, жених дарил невесте кольцо из железа, серебра или золота – в зависимости от своей состоятельности. Климент, епископ Александрийский, говорит: «Мужчина должен дать женщине золотое кольцо не для внешнего украшения ее, но для того, чтобы положить печать на хозяйство, которое с тех пор переходит в ее распоряжение и поручается ее заботам».
Выражение «положить печать» объясняется тем, что в те времена кольцо (перстень), а точнее вправленный в него камень с вырезанной эмблемой, служило одновременно и печатью, которой помечалась собственность владельца и скреплялись деловые бумаги. Христиане вырезали на своих перстнях печати с изображением рыбы, якоря, птицы и других христианских символов.
В IV веке вошли в употребление брачные венцы, возлагаемые на головы брачующихся. На Западе им соответствовали брачные покровы. Сначала это были венки из цветов, позже их стали изготовлять из металла, придавая им форму царской короны. Они знаменуют победу над страстями и напоминают о царском достоинстве первой человеческой четы – Адама и Евы, которым Господь отдал во владение все земное: «…и наполняйте землю, и владейте ею…».
Кольца, которыми будут обручаться брачующиеся, во время литургии находятся на правой стороне святого престола вблизи друг друга: слева – золотое, справа – серебряное. Диакон, следуя за священником, выносит их на специальном подносе. Священник, приблизившись к новоневестным с двумя зажженными свечами, трижды благословляет их иерейским благословением и вручает им свечи.
Свет – это знак радости, огонь дает тепло, поэтому возжженные свечи означают радость встречи двух любящих людей. Одновременно это символ их чистоты и целомудрия.
Свечи не даются, если оба новобрачных вступают в брак во второй (третий) раз. В одной евангельской притче говорится о том, что девственницы выходили навстречу Жениху с возжженными светильниками. Полагается, чтобы свечи горели на протяжении всего последования таинства Брака, поэтому они должны быть достаточно большого размера.
ГАДАНИЕ: ПРАВДА ИЛИ СУЕВЕРИЕ?
Чтобы узнать свою судьбу в замужестве, девушки гадали. В народе издавна считали самым благоприятным временем для гаданий Святки (время между Рождеством и Крещением). Святочные гадания происходили обычно в полночь или на заре.
Наиболее распространенными были традиционные способы гаданий. К примеру, бросали обувь за ворота дома. В какую сторону будет обращен носок упавшего башмака, в ту сторону девушка уйдет замуж. Слушали тишину на улице или в доме: откуда послышится шум (стук, скрип, лай собаки, пение петуха) – в той стороне живет будущий муж.
Сжигали на тарелке бумагу и напряженно смотрели на тень, образованную пеплом: очертание в виде здания означало венчание, в виде сугроба – смерть.
Выходили на улицу, брали горсть снега или льдинку, приносили в дом; после того как образуется вода, рассматривали, какой в ней сор. Если в воде окажется волос, то жених будет из духовного звания, а если соломинка, щепка или прутик – то из какого-либо светского сословия. По цвету волоса определяли, будет ли жених блондином, брюнетом или шатеном. Приносили в дом петуха, ставили перед ним две чашечки (одну с зерном, другую с водой) и следили за поведением птицы. Если петух начинал махать крыльями, бегать из угла в угол и квохтать, то, значит, и характер у жениха будет шумный и беспокойный. В зависимости от того, начинал ли петух сначала клевать зерно или пить воду, определяли – будет ли жених богатый или бедный, пьяница или трезвенник.
В стакане теплой воды распускали белок одного сырого яйца и гадали по образованным им рисункам. Силуэт церкви предвещал скорую свадьбу. Фигура, отражающая корабль с парусами, предвещала: замужней женщине – скорое прибытие мужа, девушке – замужество на чужой стороне. Если белок опускался на дно стакана, это угрожало опасным бедствием, смертью, пожаром, вечной незамужней жизнью.
Или: гадающая девушка должна была накануне праздника испечь небольшой ржаной хлеб и «обделить», т.е. измять и отрепать пучок льна. Вечером хлеб и лен относился гадающею в овин и ставился на колосники (положенные горизонтально жерди, на которые ставят для просушки снопы хлеба) со словами: «Мой суженый, мой милый, приходи сегодня в ригу на работу, насмотрися, из окошка покажися». Потом девушка должна была дожидаться появления суженого, стоя посреди гумна. Он должен был показаться в окне, в которое бросают снопы в овине; говорить с ним ничего не надо было.
Когда ударяли к заутрене, то хлеб и лен нужно было взять обратно домой и хранить. Обыкновенно же гадающие девушки трусили оставаться ночью в пустом овине и, положив хлеб и лен на колосники, уходили домой спать; когда же раздавался благовест к заутрене, то хлеб и лен уносился домой. Такой хлеб и лен имели чудодейственную силу привораживать сердца. Если девушка хотела приворожить парня, то она должна была дать ему съесть кусочек хлеба и положить в карман нитку из вороженного льна, при условии, чтобы тот ничего не будет подозревать, иначе ворожба не подействует.
Или делали так: клали ночью руку в овинное окно, и если никто не тронет, то в девках сидеть; если голой рукой погладит, за бедным быть; мохнатою – за богатым.
Завязывали лошади глаза, девка садилась на нее: если пойдет за ворота, быть замужем.
Слушали на распутье, на перекрестке: колокольчик – к замужеству, колокол – к смерти.
Слушали разговоры под окнами и по разговору заключали о замужестве и о судьбе своей.
Слушали на гумне: дружный стукоток – идти в большую семью; один молотит – за одинокого.
Первый кусок от ужина клала девка под подушку, приглашая суженого, и он являлся во сне.
Выдергивали полено в поленнице: гладкое – бедный жених, неровное – богатый.
Если петух на гадании глядел в зеркало, это означало, что жених будет щеголем.
Делали с вечера из воска стадо лебедей по числу девиц. Лебедку окрашивали румянами, а лебедя оставляли белым. Гадальщицы выбирали для себя лебедя с лебедкою, опускали в чашку с водой и накрывали платком. Перед тем, как ложиться спать, смотрели, как плавает лебедь с лебедкою? Если плавали вместе, то замужняя жизнь будет согласная; если разошлись порознь, то будет вражда.
Гадающие девушки садились у окон, выговаривая каждая: «Суженый-ряженый, проезжай мимо окна». Та девушка, которая слышала поезд с криком, со свистом, то предрекала себе жизнь веселую и хорошую; а когда поезд был тихий, то это предрекало замужнюю жизнь в бедности.
Брали наперсток соли, наперсток воды, смешивали и ели. Ложась спать, девушка говорила: «Кто мой суженый, кто мой ряженый, тот пить мне подаст». Суженый являлся во сне и подавал пить.
Клали под подушку гребенку, говоря: «Суженый, ряженый! Причеши мне голову». Суженый являлся во сне и причесывал голову.
Подвешивали на ночь в сарае гребень: жених ночью расчесывался, и его узнавали по масти оставшихся волос.
Собирались девушки, брали луковицы, ставили их в стакан с водой. И та девушка, луковица которой прорастала быстрее, первая выходит замуж.
Приведенные в качестве конкретных примеров гадания имели вполне определенную смысловую направленность. Все они в символической форме должны были рассказать девушке о ее будущем женихе.
Такой же характер имели и некоторые другие гадания, совершаемые девушками на Покров день (28 октября по старому стилю) и на день Параскевы (24 ноября по старому стилю). Эти праздники входили в состав тех специфических женских и девичьих праздников, которые издавна отмечались русскими в течение октября—декабря и должны были, как известно, покровительствовать женским работам, рождению детей, а также устройству браков. Возможно поэтому, девушки, перед тем как начать гадания, обращались к «празднику», произнося быстрым шепотом три раза кряду такие слова: «Параскева-матушка, выдай меня замуж поскорее, расскажи про замужество». Или: «Покров-батюшка, покажи моего суженого и покрой мою голову».
В эти дни девушки чаще всего гадали по зеркальцу, колечку, птичьему перышку, а также по разграфленному листу бумаги, где были написаны самые различные изречения о замужестве.
К гадальщицам нередко ходили и просватанные родителями девушки, чтобы узнать, хорош или плох тот, за кого ее отдают, но делалось это в большой тайне от семьи.
В весенне-летнее время в городах обычно появлялось много бродячих музыкантов, шарманщиков, фокусников. Часто можно было увидеть шарманщика с прирученной морской свинкой или попугаем, которые умели вытаскивать из коробки билетики со «счастьем». Любопытно, что эти билетики часто оказывались напечатанными типографским способом. Текст билетиков состоял из пословиц, поговорок, притчей, изречений, наставлений как народного, так и книжного содержания. Основной их темой были любовь, дружба, замужество, счастье, богатство, терпение и т.п. Такие «продавцы счастья», как их называли горожане, особенно удачно промышляли в праздничные и ярмарочные дни среди девушек из простонародья, которые обычно покупали по нескольку билетиков. Однако более трех раз кряду не гадали, так как считалось, что все последующие гадания будут «пустыми».
СВАТОВСТВО
Для успешного завершения сватовства было принято выполнять ряд обрядовых действий и предосторожностей, связанных, главным образом, с древней верой в приметы. Суеверное отношение народа к некоторым дням недели и числам нашло отражение в свадебных традициях. Например, считалось, что в среду и пятницу не следует затевать какие-либо свадебные дела, в том числе сватовство, так как эти дни неблагоприятны для брака. Следили и за тем, чтобы сватовство, как и день свадьбы, не приходилось на 13-е число. В то же время такие нечетные числа, как 3, 5, 7, 9, в сватовстве и в свадьбе играли определенную обрядовую роль, считаясь счастливыми. Сватать, как правило, отправлялись после захода солнца (по-видимому, во избежание сглаза). После ухода сватов кто-либо из домашних (обычно женщины) связывал все ухваты вместе для удачи в деле.
В народе верили и в некоторые другие приметы. Например, тот, кто шел в дом со сватовством, старался по дороге ни с кем не встречаться и не разговаривать. Подойдя к дому, он сначала незаметно прикасался рукой или плечом к дверному косяку и лишь потом стучал в дверь. Получив приглашение войти в дом, входил, крестился на образа и только после этого приступал к разговору. Примечательно и то, что пришедшие со сватовством во время разговора старались незаметно для окружающих дотронуться до ножки стола, за которым обычно велась беседа. Войдя в дом, сначала вели разговор на посторонние темы и лишь после этого переходили к сватовству в известной у всех русских иносказательной форме: «Ищем телочку (овечку), не заблудилась ли», «хотим купить телочку», «у вас товар, у нас купец», «у вас куличка, у нас охотник» и т.д. Как в городе, так и в деревне существовал обычай во время сватовства садиться непременно под «матицу» (закладное бревно, опорную балку), чтобы дело прочнее «связалось».
Обычай садиться при сватовстве под «матицу» так же, как и прикосновение к деревянным предметам (дверной косяк, ножка стола), отмечен у многих народов, и, очевидно, истоки его надо искать в языческих верованиях, архаических представлениях, связанных с жилищем, с хранителями домашнего очага. В случае отказа сваты закрывали дверь спиной. Считалось, что это помешает девушке в дальнейшем выйти замуж.
ОБЕРЕГИ, СВЯЗАННЫЕ С РИТУАЛОМ БРАКОСОЧЕТАНИЯ
Для предохранения от порчи при выходе из дома невесты, в одних местах молодых переводили через зажженную на пороге лучину, в других – горящие пучки соломы клали на пути молодых от венца к дому жениха (на дороге, в воротах и на пороге дома).
Дружка обходил свадебный поезд с иконой и кропил его святой водой. Иногда дружка, обходя свадебный поезд, в качестве предохранительной меры от злых духов щелкал кнутом или стрелял в воздух из ружья.
Свадебные кортежи, только уже из украшенных легковых автомобилей, повсеместно сохраняются и в наше время. Как и прежде, в ЗАГС или в церковь жених и невеста едут в разных машинах, а обратно – в одной. Подавая звуковые сигналы клаксоном, участники свадебного поезда иногда и не задумываются, что это пережиток древней предохранительной магии и прежде клаксон заменяло щелканье кнутом.
От дома невесты свадебный поезд отправлялся в церковь. Церковный обряд органично вошел в сценарии народного ритуала, с ним были связаны разнообразные приметы и суеверные действия. Священное назначение венчания соединять молодую пару «вечно-навечно», по мнению суеверных крестьян, придавало ему магическую силу фиксировать все происходящее с женихом и невестой, и тем самым определенным образом влиять на всю их последующую жизнь:
Кто из молодоженов первым наступит на ковер в зале ЗАГСа, тот и будет главой семьи.
Хозяина дома определяют и по тому, кто первым переступит через порог дома.
Встречая молодых из ЗАГСа, свекровь со свекром подносят им хлеб-соль (пирог со стоящей на нем солонкой), каждый из молодоженов должен откусить кусок пирога, не дотрагиваясь до него руками. Кто откусит больший кусок, тот и будет главой семьи.
Обычай перегораживания дороги свадебному поезду существовал повсеместно, но в одних регионах эти действия совершались до, а в других – после венца. В-третьих же – свадебный поезд можно было остановить в любое время: «Сколько деревень проедут – столько перепоев». Для остановки поезда клали жердь или палку, но достаточно было положить любой предмет – хоть шапку. Проезд без выкупа не только был бесчестьем для жениха, но и считался приметой несчастья.
ОБЕРЕГ НЕВЕСТЫ
При входе после венчания в церкви в дом мужа молодая, для того, чтобы главенствовать над другими женщинами в доме, должна сказать: «Первая, другая, я иду третья! Все вон, мне одной дом».
ОБЕРЕГ ЖЕНИХА
Когда молодой идет в дом невесты на жительство, то, вступая в дом после венчания, должен произнести следующие слова, глядя в потолок: «Я иду, зверь лапист и горд, горластый, волк зубастый; я есть волк, а вы есть овцы мои».
СВАДЕБНЫЕ ПРИМЕТЫ
Перед отправлением в церковь на венчание невеста, желающая, чтобы ее сестры поскорее вышли замуж, должна потянуть за скатерть, которой покрыт стол.
Когда невесту уже снарядят совершенно всем необходимым приданым, то родители невесты в те же сундуки, где положено ее главное имущество, кладут во все уголки сундуков сушеного хлеба. Хлеб этот режется от целого каравая и всегда бывает ржаной, черный; режет его мать невесты мелкими частями, каждую часть непременно с корочкой, а не один мякиш; все это засушивается в печи утром в день сговора. Сухарики мать же кладет в углы сундуков, а отец кладет деньги: медные, старинные или полтинники. Все это очень строго должно сохраниться невестою и после замужества до самой ее смерти, а если у нее будут дети, то эти деньги она должна класть своим дочерям или дарить из рода в род внучатам, племянникам и т.д. Сухарики должны храниться в чистоте; во время какой-либо болезни, печали, скуки она может их поесть немного, соблюдая большую нравственную и телесную чистоту.
Исстари водилось, что невестин брат или другой мальчик должен в продолжение девичника укладывать жениховы подарки на дому у жениха, который привозит их невесте, мальчик же должен обуть невесту под венец, подвязать ей подвязку и продать жениху косу ее, молодая в знак покорности, разувает молодого, у которого в сапогах плеть и деньги, ударив жену слегка, он ее награждает.
У крестьян новобрачных укладывают не в жилой избе, а в пустой клети или другом месте, стелют постель из снопов и кладут именно 21 сноп, дарят младенца на зубок, дарят и родильницу, подкладывая тайком деньги под подушку.
Если венец для облегчения не надевают на голову невесты, то народ считает такой брак недействительным, незаконным, предсказывающий беду, если же над головой уронят венец, то и подавно.
При обручении молодые должны преломить лавровую ветку надвое. Пока каждый из них сохраняет половину этой ветки, их любовь не будет омрачена невзгодами.
Не к добру, если невеста сама переступает порог своего нового дома. Жених должен перенести ее через порог.
Один стежок, добавленный к свадебному наряду невесты, перед тем как она покинет церковь, принесет ей удачу.
Если кот чихнет с утра накануне свадьбы, невеста будет счастлива в замужестве.
После того как жених надел невесте обручальное кольцо, ей нельзя брать в руки пустую коробочку из-под колец. Обычно ее берет себе подруга невесты, желающая скорее выйти замуж, т.к. существует поверье, что та девушка, которая возьмет коробочку из-под обручальных колец, выйдет замуж следующей.
ДНИ, КОГДА НЕ СОВЕРШАЕТСЯ БРАКОВЕНЧАНИЕ:
1) Вторник.
2) Четверг.
3) Суббота.
4) Великий пост (семь недель до Пасхи)
5) Петров пост (второй понедельник после Троицы – 2 июля).
6) Успенский пост (4 – 27 августа).
7) Рождественский пост (28 ноября – января).
8) Святки (7 – 20 января).
9) Сырная седмица (одна неделя до начала Великого поста).
10) Пасхальная неделя (Светлая седмица).
11) 4 февраля (канун Сретения Господня).
12) 6 апреля (канун Благовещения Пресвятой Богородицы).
13) Канун Вознесения Господня (39-й день после Пасхи).
14) Канун дня Святой Троицы (49-й день после Пасхи).
15) День Святой Троицы.
16) 10 сентября (канун и день Усекновения главы Иоанна Предтечи).
17) 20 сентября (канун Рождества Пресвятой Богородицы).
18) 26, 27 сентября (канун и день Воздвижения Креста Господня).
19) 3 октября (канун Покрова Пресвятой Богородицы).
ЛЮБОВНЫЕ ЗАГОВОРЫ
Как произносить заговоры
В старину рано утром натощак выходили в открытое поле, умывались утренней росой или ключевой водой, кланялись до земли на все четыре стороны света, поворачивались лицом на восток к восходящему солнцу, крестились и произносили специальную молитву, а затем заговорные слова.
Заговор лучше всего произносить на утренней заре, можно в помещении, желательно у открытого окна, выходящего на восток. Если расположение дома не отвечает этим требованиям, то человек, произносящий заговор, должен смотреть на восток, а помещение, в котором он находится, – проветриваться.
Сотворяя заговор днем, нужно всегда стоять лицом к солнцу. Слова необходимо произносить громко (если вы одни) или тихо, шепотом, но обязательно проникновенно, с чувством, внятно, не спеша, не комкая слов и не запинаясь.
Перед любым заговором необходимо произнести следующую молитву: «Николай, угодник Божий, помощник Божий. Ты и в поле, ты и в доме, и в пути, и в дороге, на небесах и на земле: заступись и сохрани от всякого зла».
Не следует забывать, что осторожного обращения требуют не только заговорные слова, но и простая обиходная речь, которую также необходимо контролировать. До сих пор живо поверье у всех индоевропейских народов, что слова доброго пожелания и приветствия (здравицы) призывают счастье, здоровье, успех в делах тому, кому они сказаны, и, наконец, слова проклятия или злого пожелания влекут за собой гибель, болезни и всевозможные несчастья.
По народному убеждению, выговоренное проклятие семь лет носится в воздухе и в каждое мгновенье может обрушиться на того, кому оно адресовано. Злое слово, неосторожно сказанное человеком, даже и не помышляющим, чтобы оно сбылось, – никогда не останется без последствий.
ЗАГОВОР НА ЛЮБОВЬ ДЕВИЦЫ
Наговаривается на хлеб, вино и прочее, что дается привораживаемому, также на его следы.
«Встану я, раб Божий (имярек), и пойду из избы в двери, из дверей в ворота, в чистое поле, под восток, под восточную сторону. Навстречу мне семь братьев, семь ветров буйных. „Откуда вы, семь братьев, семь ветров буйных, идете? Куда пошли?“ „Пошли мы в чистые поля, в широкие раздолья сушить травы скошеные, леса порубленные, земли вспаханные“. „Падите вы, семь ветров буйных, соберите тоски тоскучие со вдов, сирот и маленьких ребят, со всего света белого, понесите к красной девице (имярек) в ретивое сердце; просеките булатным топором ретивое ее сердце, посадите в него тоску тоскучую, сухоту сухотучую, в ее кровь горячую, в печень, в суставы, в семьдесят семь жил, единую жилу становую; чтобы красная девица (имярек) тосковала и горевала по (имярек) о сне суточном в двадцать четыре часа, едой бы не заедала, питьем она не запивала, в гульбе бы она не загуливала, и во сне бы она не засыпывала, в теплой паруше калиновым щелоком не смывала. Шелковым веником не спаривала, пошла, слезно плакала, и казался бы ей (имя рек) милее отца и матери, милее всего роду-племени, милее всего под луной Господней, скатного жемчугу, платья цветного, золотой казны“. Будьте вы, мои слова, крепки и лепки, крепче камня и булата. Ключ моим словам в небесной высоте, а замок в морской глубине, на рыбе на ките; и никому эту кит-рыбу не добыть, и замок не отпереть, кроме меня (имя рек). А кто эту кит-рыбу добудет и замок мой отопрет, да будет яко древо, палимое молниею».
На море на Океане, на острове Буяне живут три брата, три ветра, один северный, другой восточный, третий западный. Навейте, нанесите вы, ветры, печаль, сухоту рабе (имя рек), чтобы она без раба (имя рек), дня не дневала, часа не часовала. Слово мое крепко.
НАПУСТИТЬ ТОСКУ НА ПАРНЯ
Пойти в баню, после паренья, стать на тот веник, которым парились, и говорить:
«Выйду из парной бани, стану своим белым бумажным телом на шелков веник: дуну и плюну в четыре ветра буйных. Попрошу из чиста поля четырех братьев, – четыре птицы востроносы и долгоносы, окованы носы. Лети из чистого поля белый кречет, неси белый кречет вострый нож и востро копье; садись белый кречет рабу Божию (имярек) на белы груди, на ретиво сердце. Режь же его белы груди тем же вострым ножом, коли же его ретиво сердце тем же вострым копьем; вынимай из его ретива сердца, из черной печени и изо всей крови горячей его тоску и кручину. Полети, белый кречет, понеси, белый кречет, всю тоску и кручину, на воду не опусти, на землю не урони, на стуже не позноби, на ветре не посуши, на солнце не повянь; донеси всю тоску кручину, всю сухоту, чахоту и юноту велику до раба божия (имярек), где бы его завидеть, где бы его заслышать, хошь бы в чистом поле, хошь бы при расстанье великом, хошь бы при путях-дорогах, хошь бы в парной бане, хошь бы в светлой светлице, хошь бы за столами дубовыми, хошь бы за скатертями перчатными, хошь бы за кушаньями сахарными, хошь при мягкой постели, при высоком изголовьи, хошь при крепком сну. Садись, белый кречет, рабу Божию (имярек) на белы груди, на ретиво сердце, режь его жилы в груди тем же острым ножом, коли его ретиво сердце тем же острым копьем, клади в его белы груди, в ретиво сердце, в кровь кипучую всю тоску кручину, всю сухоту, всю чахоту, всю юноту великую, во всю его силу могучую, в грудь и спину, в плоть его, в семьдесят семь жил, в станову его жилу, в семьдесят семь суставов, в становой его сустав, вовсю буйну голову, в лицо его белое, в брови черные, в уста сахарные, во всю его красоту молодецкую. Раб Божий (имярек) по мне рабе Божией (имярек) чах бы чахотой, сох сухотой, вял вянотой в день по солнцу, в ночь по месяцу, на певцу, на полну и на ветху, в перекрой месяцу во все меженые дни, в утренни и в вечерни зори, во всякой час и минуту. Как Май месяц мается, так бы раб Божий (имярек) за рабой Божией (имярек) ходил и маялся. Не мог бы ее ходить и переходить, никоим словом обходить, век по веки, и раб Божий (имя рек) по рабе Божией (имярек) не мог бы ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на певцу, ни на полну, ни на ветху, ни на перекрой месяца, во все межны дни. Как Май месяц мается, так же бы раб Божий (имярек) за рабой Божией (имярек) ходил и маялся, и не мог бы он ее никоим словом ходить и переходить, и не мог бы без ее ни пить, ни есть, ни жить, ни быть. Эти мои наговорны слова, катары договорены, катары переговорены, катары позади остались, берите мои слова вострей вострого ножа, вострей копья, вострей сабли, ярой ключевой воды. И этим моим наговорным словам заключенные слова в ключ и замок, ключ щуке, замок в зубы, щука в море. Ныне и присно и во веки веков, аминь».
СНЯТЬ ТОСКУ
Нужно взять в какую-либо посудину воды из трех ручьев. Наливают ее ковшом, перекрестившись прежде всего три раза. Зачерпывают воду по теченью, считая ковши так: не раз, не два, не три… не девять… (всего 27 ковшей, т. е. три раза по 9-ти). Нужно стараться брать столько воды в ковшик, чтобы в эти 27 раз наполнить ровно половину посудины. Если же кажется больше или меньше, то выливается вон, наотмашь говоря: тьфу ты, окаянная сила! Если же налилось как раз до половины, то становятся на развязанный веник и обливаются этой водой, произнося следующие слова:
«Стану я млада на шелков веник белым телом, белой грудью, черными бровями, ясными очами, ретивым сердцем, слабыми мыслями, попрошу я серого зайку: прибежал бы ко мне серый заюшко, снял бы с меня тоску-кручину, печаль, и понес бы он ее в чистое поле и спустил бы ее по буйному ветру, разнесло бы ее по разным городам и вложил бы ее рабу Божию (имярек), об ком я млада кручинно тоскую».
ОТВОРОТЫ
Стану, не благословясь, пойду, не перекрестясь, из избы не дверьми, из двора не воротами, собачьими дырами, тараканьими тропами, не в чистое поле и не в восточную сторону, а в темный лес. В темном лесе есть Черное море, а в Черном море есть плавает Черт да Чертуха, Доданной да Водянуха, в одно место хребтами, порозно лицами; думы не думают, совету не советуют, блуду не творят и блюдных речей не говорят. Черт идет горой, а Водяной идет водой, и в одно место сходятся, и берут в руки ручное помаханье, они бьются, дерутся, царапаются на смерть. И так бы раб Божий каждый день и каждый час бился, дрался с рабой (имярек) Божией каждый день, каждый час и каждую минуту – во веки веков, повеки, отныне и вовеки.
НА РАЗЛУЧЕНИЕ
Зайду я во широкий двор во высокий дом, запашу я (имярек) отстуду велику, отстудился бы раб Божий (имярек) от рабы Божьей (имярек), чтобы он был ей не на глаза ни днем, ни ночью, ни утром, ни вечером; чтобы он в покой, она из покоя, он бы на улицу, она бы с улицы; так бы она ему казалась, как люта медведица. И в каком бы она ни была платье, хошь в цветном, хошь в держаном, все бы он не мог ее терпеть, и кажинный бы раз не сносил бы с ее зубов своих кулаков. Хошь бы ладно она делала, а ему бы все казалось не по мыслям. Пошел бы он на улицу, разогнал бы грусть тоску кручину с чужими людьми, и пошел бы он домой и повалился бы на место, и есть у него подушка, ночна подружка, и разогнал бы он с ней грусть-тоску.
Говорят на воду или в хлеб с солью, три раза.
ЗАГОВОР НА ЛЮБОВЬ
Исполнена есть земля дивности. Как на море, на Окиане, на острове Буяне, есть бел-горюч камень Алатырь, на том камне устроена огнепалимая баня, в той бане лежит разжигаемая доска, на той доске тридцать три тоски. Мечутся тоски, кидаются и бросаются тоски из стены в стену, из угла в угол, от пола до потолка, оттуда через все пути и дороги и перепутья, воздухом и аером. Мечитесь, тоски, киньтесь, тоски, и бросьте, тоски, в буйную голову (имя), в тыл, в лико, в ясные очи, в сахарные уста, в ретивое сердце, в ее ум и разум, в волю и хотение, во все ее тело белое и во всю ее кровь горячую, и во все ее кости, и во все составы: в 70 суставов, полусуставов и подсуставов. И во все ее жилы: в 70 жил, полужил, поджилков. Чтобы (имя) тосковала, горевала, плакала бы и рыдала во всяк день, во всякое время, нигде бы побыть не могла, как рыба без воды. Кидалась бы, бросалась бы из окошка в окошко, из дверей в двери, из ворот в ворота, на все пути и дороги и перепутья с трепетом, тужением, плачем и рыданием, зело спешно шла бы и бежала и пробыть без (имя) не едины минуты не могла. Думала б об нем не задумала, спала б не заспала, ела б не заела, пила бы не запила и не боялась бы ничего; чтоб он ей казался милее свету белого, милее солнца пресветлого, милее луны прекрасныя, милее всех и даже милее сна своего, по всякое время: на молоду, под полы, на перекрое и на исходе месяца. Сие слово есть утверждение и укрепление, им же утверждается и укрепляется и замыкается. Аще ли кто от человек, кроме меня, покусится отмыкать страх сей, то буди, яко червь в свище ореховом. И ничем, ни аером, ни воздухом, ни бурею, ни водою дело сие не отмыкается.
ЗАГОВОР НА ЛЮБОВЬ
Как раб Божий (имя) любит рабу Божию (имя); так чтобы и раба Божия (имя) не могла без него ни жить, ни пить, ни есть, а любила и почитала его лучше отца и матери, ясного месяца и красного ясна солнышка. Отныне до века. Аминь.
НАГОВОР НА СОГЛАСИЕ РОДИТЕЛЕЙ НЕВЕСТЫ
Когда сваху посылают засватать избранную невесту и сомневаются в получении согласия родителей, только тогда используют этот наговор.
«Встану я (имя) на утренней заре, на солноходе красного солнца и пойду из дверей в двери, из ворот в вороты, на восточную сторону, в чистое поле, где гуляет буйный ветер. Пойду я поближе, поклонюсь пониже и скажу: гой еси, буйный ветер, пособи и помоги мне (имя) закон получить от сего дома и взять кого я хочу, и у того бы человека (имя) ум и разум отступился и на все четыре стороны расшибся, а ко мне бы (имя) приступился и ум-разум домашних судьбы наипаче, кого хочу получить; и перевалились бы и отошли бы ко мне (имя) все ея мысли, и охоты, и забавы, и все бы их вниз по воде унесло, а на меня (имя) принесло. Ключ в море, язык в роте. Тому слову нету края и конца, от злага человека вреда, беды и напасти, а кто бы на меня и на нее подумал недоброе и замыслил, у того человека ничего бы не последовало и заперло бы ключами, и замками, и восковыми печатями запечатало».
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?