Книга: Конструирование языков: От эсперанто до дотракийского - Александр Пиперски

Особый плюс книги в языковых задачках к каждой теме. На практике сразу ясен тот вывод, который автор сделал в самом конце. Хотите придумать язык? Супер! Развлекайтесь! То есть это игра для ума, но точно не способ создать некий общий символический ряд, который сблизит всех людей. Вот вам целый список искусственных языков разной степени продвинутости и разработанности, и видно, что затея пустая.

Самый успешный вариант - иврит - и то лишь потому что это естественный язык, просто изначально книжный, подзабытый, потом восстановленный. Кстати, как всегда у евреев совершенно удивительным способом - за минимальный срок и буквально с одного младенца в народ. Невероятный потенциал у народа. Задачки на иврите были самыми интересными и логичными.

Еще мне понравился музыкальный язык с названиями нот - я не уверена, что на нем возможно говорить, но как кодировки для квестов - суперидея, унесла в закрома ;)

Из артлангов (вымышленные языки для фэнтези миров), конечно, прослезилась над синдарин и квенья - мы ж их даже учить пытались в юности. С интересом прочитала про звездный язык Хлебникова (помню, в школе проходили, но, видать, мимо), про язык, который придумал Гавел (то, что он еще и писатель, так же стало новостью). Узнала, где говорят на дотракийском и клингонском.

В целом увлечение людей искусственными языками (именно тех, что для общения, с правилами грамматики, письменностью и так далее) мне кажется странным. Не очень понимаю цель. Выкроить некие простейшие конструкции, чтобы можно было общаться на не родном каждому человеку языке. Мол, это приведет к единению. Ой ли... По-моему просто добавляется еще один повод для ненависти и отличий. Собственно, баталии приверженцев разных ИЯ тому свидетельство. Особенно умилили склоки разных ветвей эсперанто. Уж объединились так объединились.

Не лучше ли заниматься содержанием известных языков, чем выдумывать новый язык с целью свести текстовые единицы в нём к минимуму. Никаких смыслов, кроме конкретики, кроме практического физического смысла. Что-то вроде языка животных - по делу и для продолжения рода. Это не откат в развитии?

Автор приводит примеры переводов стихов на разные ИЯ. И получается вместо "ветер свищет" - "ветер дует", например. Чувствуется же, что это совсем разные глаголы и смыслы! Зачем же этот перевод и эти языки? Только поиграть со словами. Искусственный язык стремится к практичности, краткости, простоте (ага, особенно 96 падежей в ифкуиле впечатлили!) - это язык не для стихов. Для стихов есть русский, японский, французский и так далее. Потому что натуральные языки избыточны, многословны, богаты смыслом, чувством и опытом. К чему их упрощать-то и заменять на узкое "мама мочить водой окно".

Языковая сложность выгодна. Мне кажется, эту мысль автор пытается продвинуть от первой до последней главы - и всё, что он рассказывает (с любовью к языку!), подводит именно к тому, что хорошо, когда языков много, когда они богаты и широки, когда у них есть носители, когда эти носители смешиваются и смешивая языки, развивают их, изменяют, улучшают. А стишок

Овладевши языком общенья, Хорошо друг друга понимая, Будут жить народы, без сомненья, Как семья единая земная.

большая утопия.

Отметила еще в книге заметки о произношении русскими звука Т с легким переходом к Ц. Очень заметно, когда на чешском пытаешься вякать, сразу вычисляют русскоязычного. Так же как по одинаковому произношению А и О в некоторых словах. Про ударение в глаголе "звонить" - похохотала. Не очень поняла, что за звук в слове дрожжи изменился со временем. Дрожи - дрожжы? Меня больше интересует, куда девается Д в московском произношении "дожди". В аудиокнигах очень раздражает)))

Читала книгу без спешки и, думаю, еще к ней вернусь. Хотя бы за ссылками на книги про теории влияния языка на мышление.

Книга написана человеком, который более десятка лет занимается организацией олимпиад по лингвистике для школьников. Текст показывает, что объяснять сложные вещи просто автор умеет. Структура книги очень чёткая: шесть глав — шесть областей лингвоконструирования, по 3–8 примеров на каждую главу. Всё между собой увязано. Например, примитивы Вежбицкой [стр. 207, семантические примитивы — это универсальные нетолкуемые единицы, которые являются врождёнными для всех, кто говорит на человеческом языке], а их 55, составляют Естественный семантический метаязык, который очень похож на язык токипона (гл. 1). В Предисловии есть список литературы для дальнейшего чтения, а в Примечаниях ссылки на 108 источников.

Для какого возраста? Маркировка 0+, но это несерьёзно. Для взрослых, конечно. Но я бы сказала, что продвинутые и интересующиеся лингвистикой дети 10+ вполне разберутся. Если не во всём тексте, то в большинстве разделов — их можно читать независимо. Если же исходить не из содержания, а из шрифтового оформления (ОСТ 29.127–2002), то 15+.

Издание. На высоком уровне: бумага белая, печать чёткая, типографика и вёрстка очень хорошие, опечаток не замечено, обложка приятная и стильная. Эта книга из тех, которые читать следует именно на бумаге.

Далее несколько мыслей на тему....

Поскольку я ни разу не лингвист и даже не гуманитарий, то для меня информация в большинстве новая. Ну да, я знала о волапюке, а эсперанто даже когда-то начинала учить. И знала, что литературные языки некоторых стран — Норвегии, Германии, Словакии сформировались не естественным путём, а созданы лингвистами. Но самое интересное в этой книге для меня не столько сведения о языках, сколько новые идеи. Чем только люди не занимаются! Например язык токипона (2011–2014 гг.), содержащий всего 120 слов создан с целью «научить людей разлагать мысли на базовые составные части и благодаря этому мыслить более философски и глубже понимать мир» [стр. 51]. Приведённый пример (в переводе на русский) впечатляет [стр. 52]:

А. Эйнштейн: Важнейший вопрос, которым мы можем задаться: дружественна или враждебна к нам вселенная, в которой мы живём? Токипона: надо знать номер один li это всё li хорошо или плохо? [li– частица, отделяющая группу подлежащего от группы сказуемого] Выучить, что ли? На 96 падежей и 7 тонов ифкуиля, который обещает увеличение скорости мышления в 5–6 раз, меня точно не хватит. Хотя приверженцы сего языка и перевод грамматики в России имеются.

А мой знакомый музыкант весьма заинтересовался языком сольресоль . И подтвердил мою догадку, что у музыкантов есть отдельные фразы, которыми можно кое-что сказать в адрес кое-кого.

Автор анализирует попытки создать искусственные языки общения. Каждый из них интересен своими особенностями и у каждого есть свои недостатки. Впрочем, это же относится и к естественным языкам. Скорее всего усиленная критика искусственных языков происходит уже от самого факта их искусственности. Даже самые неказистые естественные языки не придет в голову критиковать ни одному серьезному лингвисту, ведь они все эволюционный продукт и тем уникальны.

Пиперски касается и темы восстановленных языков, например, Иврита. И эта тема стыка естественного и искусственного очень интересна, взять тот же Турецкий (про который, правда, в книге ни слова).

Читать было интересно. Мне понравился кусок про рассказ Вацлава Гавела, не знал, что он был литератором.

Мне понравилось все, начиная со структуры, и заканчивая подачей материала. Александр Пиперски охватывает много искусственных языков. И если о некоторых, вроде волапюка или эсперанто, еще можно легко услышать или встретить в других книгах, то вот про токи пона, ложбан, сольресоль или ифкуиль я услышала впервые. Почти к каждому языку прилагается практический материал, показывающий принципы их работы, на котором можно потренироваться. По моему, это гениальная придумка.

Но не только о разных вспомогательных и искусственных языках пишет автор, но и о роли лингвистики в реконструировании языков вроде праиндоевропейского.

И хотя многие созданные языки не получили своего распространения и пришли в забвение, все же есть примеры успеха. На эсперанто говорят довольно много людей, а еще иврит был возрожден и стал даже государственным живым языком. Если же вы сами хотите создать искусственный язык, то тоже стоит почитать эту книгу, чтобы избежать ошибок тех, кто сгинул во мраке десятилетий.

Нужно сказать, что до прочтения книги я скорее относилась к стану тех, кто считал искусственные языки (в том смысле, в котором их понимает автор) не то чтобы блажью, но чем-то, что не несет в себе никакого практического приложения. И автору удалось поменять мое отношение к ним, несмотря на то что я до сих пор считаю искусственно сконструированные языки избыточным делом. И это, пожалуй, главная ценность книги.

В книге я получила ровно то, что мне пообещали: сплав между некой концептуальной теорией и набором интересных фактов. Я люблю почитать нонфикшн, не претендующий на глубину, поэтому никаких претензий в этом плане у меня не возникло, тем более автор кажется приятной персоной, не лишенной чувства юмора.

Н. Гумилёв

В своём исследовании — довольно лаконичном, но, тем не менее, представляющем интерес для всех любителей языковых чудес — автор затрагивает не только достижения официальной науки (а история создания языков достаточно богата на события и личности), но и частные литературные случаи: от сложных и проработанных систем профессора Толкина до идеи поэта, выраженной в нескольких строках.

Подразделяя искусственные языки на логические и философские, автор объясняет разницу между конлангами (constructed languages) и энджлангами (engineered languages), а также приводит примеры международных вспомогательных языков аукслангов (auxiliary languages) и художественных артлангов (artcistic languages).

Находится место и семиотике при рассмотрении "универсального языка", и краткому "справочнику грамматики" в главе про эсперанто.

В целом, каждый раздел чётко структурирован, примеры доступны, а в конце приведён список источников, поскольку, как верно отмечает сам автор, "рассказы о языках написаны с разной степенью подробности" и самостоятельный поиск доступен ныне каждому.

Шесть глав этой книги — это шесть прогулок в разные области лингвоконструирования. Искусственные языки бывают очень разными: некоторые из них изобретаются, чтобы познать мир, некоторые — чтобы изменить человеческое мышление, некоторые — чтобы облегчить общение между людьми, а некоторые — просто для удовольствия.