Текст книги "Арт-директор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/art-direktor-134241.jpg)
Автор книги: Александр Польшин
Жанр: Жанр неизвестен
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Поздравляю, малыш, – я поднял бокал повыше. – Никогда в тебе не сомневался.
Элия засияла.
– Спасибо, милый! Наконец-то я свалю из этого гребанного города!
– Все это хорошо, – между делом заметил я, поставил стакан на столик, – но кто тогда будет радовать меня своей изящной фигурой?
– Ну-ну, не прибедняйся, плэйбойчик, – игриво воскликнула Элия. – Сомневаюсь, что ты будешь вообще меня вспоминать.
– Буду, – серьезно сказал я.
– Что ж, – многозначительно произнесла Элия, пересела ко мне на колени. – Надо добавить еще одно воспоминание.
– Какое же?..
Элия провела пальцем по моим губам, взяла мою руку в свою, опустила себе на бедра. Взглянула на меня томным взглядом и прошептала на ухо:
– Трахни меня как в последний раз.
Я едва заметно улыбнулся. Это было именно то, что я хотел услышать.
***
Меня разбудил звонок. Еще толком не проснувшись, я провел пальцем по экрану и хрипло произнес:
– Алло.
– Андрей, день добрый, меня зовут Юрий, – раздался на том конце провода бодрый мужской голос.
Я взглянул на телефон – и правда, уже день, почти час. Что ж, нам, работникам сферы ночных развлечений, можно не вставать ранним утром. Заинтриговало другое, а именно странный номер. Как минимум, не местный это точно.
– И вам день добрый, – буркнул я, присел на диван, протирая глаза.
– Нам вас посоветовали друзья из «Кингс Клаб», сказали, вы очень хороший арт-директор, и мы хотим предложить вам работу!
Я хмыкнул. С момента моей работы в «Кингс Клабе» прошло уже два года, и уходили меня оттуда не с трогательными объятиями. Как иначе, если люди не хотят работать и их нужно пинать, а управляющая сосет у владельца заведения и ему совершенно не нравится, когда какой-то пацан просит ее работать более обстоятельно? Тем более интересно, кто же оттуда мог меня посоветовать. Или это чей-то розыгрыш? Сашка, точно! Ох, и получит он у меня сегодня вечером…
– Что за работа?
– Мы открываем первый клуб в Кызыле, нам нужен опытный человек, который подскажет…
– Так, подождите. Кызыл – это что?
– Республика Тыва.
Нет, ну точно разыгрывают!
– Я могу выслать вам наше предложение на почту, если хотите, – продолжал настаивать собеседник.
– Окей, щас скину вам почту смской.
– Спасибо, буду ждать! Хорошего дня!
– Ага, – произнес я и отключил связь. Посмотрел на телефон и засмеялся.
Кызыл! Вот что-что, а находчивости Сашке не занимать! И ведь знает, что меня достала работа в пабе, что хочу чего-то нового, и выдумывает какие-то странные города. Хоть сейчас его бери в КВН. Не потеряется уж точно.
Я потянулся, глубоко вздохнул. Заметил на холодильнике стикер с каким-то строчками. Похоже, Элия. Она ушла рано утром, даже не помню, как закрыл за ней дверь. Помнил лишь что рассвет однозначно удался – мой шоколадный малыш умеет творить в постели чудеса. Я поднялся, подошел к холодильнику и хмыкнул.
Обычно девушки, особенно те, кто здесь в первый раз, оставляют после себя записки с номерами телефонов или страницами в социальных сетях. Не то, чтобы они надеялись на какое-то продолжение, просто приличия не позволяли уйти без лишних слов, хотя бы на бумаге. Некоторые писали целые эссе. Элия порадовала стихами. Никогда не думал, что девушка, умеющая делать горловой минет, может быть романтической особой.
Я смял стикер, мысленно пожелав ей удачи. По крайней мере, хоть кто-то вырвется из нашей захудалой провинции. Элия в столице не пропадет. С ее-то талантами. И стихотворением со словами «милый мой, не балуй, я всегда буду помнить твой…»
Звук смс застал меня с улыбкой. Я поднял телефон и вздохнул. «Юра с Кызыла» настойчив. «Ждем почту». Ждите-ждите. Так я и повелся на ваш розыгрыш.
День, вернее, ночь сегодня обещала быть интересной. Во-первых, суббота, как-никак. Завтра никому не нужно на работу, а тем, кому необходимо, забивают на это одно большое окончание стиха Элии. Во-вторых, мне, наконец, удалось утащить успешную вечеринку из «Эрнесто» к себе в паб. А это, помимо пополнения толщины кошелька, обязательно принесет очередную порцию славы в городе. Еще бы, переманить тусовку из одного из самых крутых клубов города в недавно открывшийся небольшой бар!
Самое смешное, все получилось абсолютно случайно. Как-то в «Крыше», во время очередной попойки с Сашкой, я увидел Еву, модного дизайнера, первого, кто в нашем городе организовал «фрик-балет». Конечно, назвать фриками идиотов, наряжающихся в костюмы из рулонов туалетной бумаги, мусорных пакетов и новогодней мишуры могли только в нашем отсталом городе, однако это снискало бешеную популярность у обычных посетителей развлекательных заведений. Неудивительно – одним дебилам всегда хочется смотреть на других, пляшущих на всеобщем обозрении. Своя жизнь тогда кажется не такой уж серой и унылой.
В общем, мы разговорились, а пару бокалов шампанского и неотразимый шарм позволили мне сделать ей предложение, от которого Ева не смогла отказаться: никаких запретов на откровенные костюмы ее труппы и полный карт-бланш на проведение любой развлекательной программы. В «Эрнесто» излишне сильно заботились о цензуре, и Еву это безумно достало. Мне же было откровенно плевать на реакцию слабонервной публики. Главное деньги и хайп. А моральные устои… Пусть о них говорят бедные и забытые.
К тому же, Ева вполне недурна собой. И если до вечеринки тащить ее в постель не слишком разумно, то после… В общем, ночь обещает быть интересной.
Добираться до работы пешком или на метро показалось мне идеей фикс. Сказывалась усталость после плотских утех и изрядная порция виски. Я вызвал такси, налил себе остатки «Дьюарс» в бокал и в ожидании машины сел на подоконник, закурив.
Странно – ни одного звонка или сообщения от Яны. Неужели она и правда все поняла? Хотелось бы верить. Хорошая девочка. Глупая, но это все от молодости, отсутствия опыта. Конечно, ей хотелось, чтобы такой клубный мальчик, как я, в ее ласковых и заботливых руках превратился в домашнего мужчинку. Каждой женщине хочется перевоспитать своего суженного. Каждая верит, что именно у нее получится.
Наивные.
И ведь самое смешное, что стоит парню только превратиться в мистера безупречность, все начинает рушиться. Ведь только когда человек нам не то чтобы безразличен, но мы не возводим его в абсолют, каждый из нас ведет себя идеально. Странно звучит? Однако эффективно работает.
К примеру, вот есть у тебя девушка, с которой встречаешься ну так, для секса, или когда скучно, не с кем потусить, в кино сходить, пивка выпить. А она, скажем, заинтересована в тебе больше, поэтому сама первая и пишет, и звонит, и приглашает куда-либо. И от секса, разумеется, не отказывается. И ты вроде забиваешь на нее, часто не отвечаешь на сообщения и звонки, пропадаешь, трахаешь других баб, а она любит и хочет тебя все сильнее и сильнее. Спроси ее, почему – не ответит. Будет плакать, страдать, но любить. А все почему? Да потому что ты не паришься. Не забиваешь голову, что правильно, что нет, это слово можно говорить, а это нельзя, этот фильм ей не понравится, а тот наоборот, значит, пойдем на него…
Или другая ситуация: ты без ума от девушки. Она ангел, она подарок небес, она твоя половинка, твой идеал! Ты обвел дату вашего знакомства красным кружочком в календаре. С каждой зарплаты тратишь большую часть на подарки, культпоходы, цветы. Даешь ей на карманные расходы. Стараешься учитывать ее мнение, желания, капризы.
А она берет и трахает твоего приятеля, который свою-то девушку не уважает, и вообще козел, урод и непонятно, почему вы еще общаетесь.
Все дело в нас самих. Когда человек важен, мы сдуваем пылинки, перестаем быть собой, играем роль, которая бы ему понравилась. Угождаем. Ублажаем. С другой стороны, когда человек как-то побоку, мы не напрягаемся, творим что хотим – и надо же, девочка сама за нами бегает! Вроде бы какой-то абсурд, парадокс, нонсенс!
И в то же время это жизнь.
Таковы ее правила. Переписать нельзя. Нарушить – можно. Но от этого ты не станешь счастливее, не взойдет на пьедестал. Только приняв законы игры, ты в силах победить. Иначе никак.
Уже в такси я думал, что мне пока можно об этом не сильно волноваться. А что, всего двадцать пять лет, карьера в стадии интенсивного развития, нужно идти на взлет. И пока можно быть плохим парнем и не задумываться, что будет, когда я найду ту самую единственную, ради которой захочется стать хорошим. Порой кажется, это время никогда не наступит…
Такси высадило меня прямо у входа в это замечательное, веселое, позитивное – для гостей – место под названием «Техас Паб». Согласен, нейминг не ахти какой. Работая здесь с самого открытия, с ноября, когда молодой семье из пьющего и незнающего меры бывшего менеджера по рекламе и его жене, молодой маме-фитоняшке этот бизнес подарил богатый тесть, я с каждым днем все больше убеждался, что пора валить. Самого, кстати, обладателя возможности арендовать немаленькое помещение почти в центре города, никто никогда не видел. Ему было все равно, что там творит его доченька с муженьком. А зря. Увидел бы он, во что превратились солидные вложения, думаю, новый зять был бы неизбежен. А может, и новая дочь тоже.
Спускаясь в подвал, где прятался паб, я постоянно думал: как нормальный человек может ходить в такое убогое заведение? Конечно, не работая в этой сфере, и в голову бы не приходили такие мысли. Однако зная, какая жуткая атмосфера царит на кухне, где повара знают всю местную фауну лично и даже дают им имена, я бы никогда не посоветовал друзьям и приятелям посещать «Техас Паб». И тем не менее, уже открывая тяжелую входную дверь, я автоматом отсылал через «айфон» кучу приглашений почти всем, кого знал. По крайней мере, мне за это платят.
– Я ждал тебя еще час назад!
Этот украинский акцент никогда ни с чем не спутаешь. Высокий, с короткими рыжими волосами, тощей фигурой и очень своеобразной походкой (отчего гости не раз спрашивали у меня насчет его ориентации), администратор по имени Сергей ждал меня у стойки бара. Взгляд укоризненный, вид усталый, рубашка все та же, фиолетовая, приталенная, застиранная. Тридцать лет, приехал с родины одесситов и сала еще год назад, еще известных печальных событий. Сергей был суровым и обязательным администратором. А еще моим единственным приятелем во всем это бедламе.
– Вряд ли пропустил что-то интересное, – улыбнулся я, пожал ему руку, присел рядом.
– Это чучело опять взяло бутылку с бара, заперлось в кабинете и играет в свой покер! – очень эмоционально проговорил Сергей.
Под «чучелом» он подразумевал одного из владельцев паба, Женю, того самого бывшего менеджера, в один момент ставшего руководителем. Разумеется, не имея никакого опыта в открытии подобных заведений, но обладая завышенным чувством собственного величия, «чучело» стало наводить поистине хаотичные порядки. А когда поняло, что не очень-то выходит, гостей все меньше и меньше, как и выручки, решил найти крайнего в виде меня, был интеллектуально послан нахер и запил. Причем продукцию, выставленную на продажу. Обоснование великолепно: «Раз посетители не пьют, хоть я бухану, что, зря столько вкладывал в это место!» То, что единственное, что он вложил в «Техас Паб», был член в дочь истинного владельца, «чучело» нисколько не смущало.
– И он опять не выплатил зарплату, – все сетовал Сергей, – хотя обещал!
– Разве это в первый раз? – Я похлопал его по плечу. – И что повара, официанты?
– А что они могут? Покрыли его трехэтажным матом в курилке и дальше работать!
– Мыши плакали, но жрали кактус…
– Что?
– Ничего, – подмигнул я. – Как у нас подготовка к вечеринке, надеюсь, без срывов?
– Андрюша, обижаешь! – развел руками Сергей. – Я тебя когда-нибудь подводил?
– Сегодня не самое удачное время начинать.
– И я о том же! – Он слез с барного стула, направился в сторону подсобных помещений. – Хочу кофе, не могу! Тебе сделать?
– Нет, спасибо, уже накатил с утра.
– Оно и заметно, – усмехнулся Сергей и скрылся.
Я смотрел ему вслед и не мог сдержать улыбку. Как же люблю эту сумасшедшую сферу! Будучи моложе и неопытнее, казалось, что можно очень многое изменить и привнести! Даже только придя работать сюда, в паб, я брался не только за свою работу, а еще просчитывал издержи заведения, да что там – закупкой продукции в бар тоже занимался я! И что в итоге? Пришло «чучело» Женя, отодвинуло худой волосатой рукой суженную и начало предлагать «гениальные» идеи!
«А давайте откроем дни шансона, ведь есть куча людей, которые его слушают, а это бывшие заключенные, у них много денег?»
Приходилось отвечать, что «не факт, что у них и правда будет хороший средний чек, да и если мы пустим сюда шансон, обычная публика сразу развернется и больше никогда не придет, потому что сарафанное радио…»
«Ладно-ладно, а если не тратить деньги на продукты, а пришли гости, заказали, я схожу в супермаркет, он через дорогу, куплю, принесу и все готово!»
«Эм, ну поварам нужно сделать заготовки, иначе на блюда будет уходить такое количество времени, что человек устанет ждать и больше не придет сюда…»
«Хорошо, понял! А если я со своими друзьями из рекламного агентства вырежу огромные буквы и мы повесим их на входе, облепим светодиодной лентой и они будут светить день и ночь! Народ увидит и пойдет к нам, никакой рекламы больше не нужно!»
На подобные предложения, которыми Женя сыпал почти ежечасно, хотелось ответить только одно.
«А что, если ты заткнешь хайло и пойдешь со своими предложениями куда подальше, например, поближе к жопе и не будешь мешать работать людям, которые разбираются в этом в разы больше тебя?!»
Разумеется, это лишь фантазии. Я молчал, Сергей, который все понимал, молчал. Умные бармены и официанты, приходившие на работу и все это слышавшие, тоже предпочитали ничего не говорить. Улыбались, кивали, а потом продавали «налево», точнее, себе в карман и на следующую смену просто не выходили. И ищи их теперь, ведь официального трудоустройства нет, а Женя принимал на работу исходя из критериев «руки-ноги есть и отлично».
Впрочем, меня его скудный ум радовал. В конце концов, зарплата у арт-директора невысокая, и хоть удавалось вкрадчиво объяснять, что задерживать выплаты человеку, которые организует мероприятия и приводит гостей, несколько не комильфо, рано или поздно это случится. Поэтому еще несколько месяцев назад я разработал прибыльную схему, при которой порой в моих карманах денег было больше, чем по итогам рабочего дня в кассе паба. И не знал об этом никто.
В схемы я не посвящал даже Сергея. Да, он хороший человек, мне его несколько жаль, что ему «посчастливилось» устроиться на работу именно в это заведение. Да, пару раз мы вместе с одним весьма ушлым барменом продавали водку гостям, не пробивая чеки, и расходились довольные друг другом. Однако говорить администратору о том, что его месячный заработок, который он не видел уже пару месяцев, бывает, я уношу за один вечер, однозначно не стоило. Мало ли, в депрессию впадет. Или на уши «чучелу» присядет. Береженого бережет Бог, чуть-чуть минздрав и в большей степени собственная осторожность.
А изъем денег у населения проходил очень гладко. Что делать заведению, куда просто так не ходит народ? Вот ты повесил вывеску, написал на двери «открыто», график работы, рассказал о себе друзьям и новостным сайтам, сидишь такой, ждешь и думаешь: «Щас повалит!» И тут – не валит. И даже не катится. Ты подходишь к арт-директору, насупиваешь брови и спрашиваешь: «Эй, чувак, за что я тебе бабки плачу?» И он такой – а в данном случае, я – говорит: «Есть идея!»
И начинает забивать самые доходные дни в этом бизнесе, пятницу и субботу, так называемыми завлеченными мероприятия. Рэп-концерт местной банды придурков, которые решили, что они «Баста», зачитают пару строк со сцены и все телки пойдут с ними ибаста. Отчетное мероприятие танцевальной школы, где руководители ставят отвратительные номера как детским, так и взрослым группам, зовут родителей этих деток, их друзей и друзей их друзей и показывают тем самым, что деньги за абонемент идут не в карман и на новые шмотки от «Love Republic», а на обучение искусству танца. Вечеринки любителей таких современных стилей, как trap и edm, ведь это сейчас модно, это играет в Европе, а значит, пришла пора просвещать провинцию! На такие тусовки обычно приходят дети от четырнадцати, и всем плевать, ведь они пьют чуть ли не больше, чем взрослые от восемнадцати. Правда, бухают они перед клубом, одну баночку «Ягуара» на четверых, но кому какое дело…
Ты начинаешь видеть, что гостей раз за разом все больше и больше, идет какое-то движение, и выручка – святая выручка! – растет. И не замечаешь простых вещей: все эти люди приходят только на конкретное мероприятие и на следующий день не возвращаются. Нет, было дело, кто-то приходил, но это в основном те, кто под синей водой оставили сумочки, телефоны и другие предметы быта и гардероба в пабе.
Арт-директор тем временем расписывает график таких вечеринок на месяцы вперед. С легкостью. Без проблем. С гордой улыбкой и взглядом в стиле «ну, отрабатываю свою зарплату или нет?». А делает он это так непринужденно в силу одной простой и привлекательной для всех организаторов причине: нет никакой арендной платы за помещение.
И в то время как другие клубы и заведения за прайм-тайм пятничных и субботних вечером просят хорошие суммы, арт-директор «Техас Паб» говорит: ребята, какие деньги! Просто каждый из ваших гостей или участников заплатит небольшую сумму на входе, которая и пойдет нашему пабу!
Разумеется, до бухгалтерии эти купюры (в редких случаях, и монеты) не доходили. Так как касса входа расположена чуть дальше самого заведения, я садил за нее своего человека, говоря «чучелу», мол, это девочка от организаторов. Сборщицу денег пришлось выбирать с умом. В итоге подсчитывать количество гостей и складывать деньги в конверты стала Маша, милая, маленькая, темноволосая студентка третьего курса медицинского университета. Она влюбилась в меня еще когда я проводил день первокурсника для ее факультета, была слишком глупой, чтобы разобраться, что к чему и не задавала лишних вопросов. Только смотрела блестящими глазами и ждала, когда же ОН обратит на нее внимание. ОН же решил, что это только испортит рабочие отношения, особенно если учесть количество девушек, вкусивших ЕГО ласку в соседнем кабинете – в том числе, и во время смен Маши. И все-таки ОН периодически радует ее и обязательным гонораром в пятьстот рублей, и легким флиртом. С мыслями о том, что когда придется покинуть это заведение, ОН обязательно не упустит возможность наполнить Машу хорошими воспоминаниями.
Конечно, я придумал пару правил, чтобы не поймали за руку. Во-первых, организатор все финансовые моменты обсуждает со мной. В тот момент, когда он внезапно оказывается рядом с «чучелом», и Женя решает козырнуть, мол, это мой паб, я сразу же оказываюсь рядом, нахожу какую-то причину, чтобы отвести организатора в сторону и минимизирую риск ненужных разговоров. Во-вторых, Машу я отпускаю домой еще во время мероприятия – поток людей зачастую сходит на нет уже в самом начале, а в конце, когда «чучело» морщит лицо от маленькой выручки бара и хочет узнать, сколько же было сделано на входе, говорю, мол, а устроители тусовки уже уехали. И в-третьих, нужно всегда чувствовать меру. Это значит не делать высокую стоимость билета для участников или гостей. А если по организатору видно, что идиот и может что-то ляпнуть, предлагать делить вход пополам, обязательно с присказкой, типа это только между нами, я все подмучу, ты главное молчок и народа побольше подтяни.
В конце концов, не так уж и редко я заканчиваю выходные с толстой пачкой купюр и за зарплатой иду уже как ленивый кот. Но иду. Не то чтобы она мне была сильно нужна, однако лишних денег не бывает, а вызывать подозрения не хочется. Поэтому стою, смотрю, как Женя глубоко вздыхает, говоря что-то про выручку, и тихо ною о том, что надо платить за квартиру (обязательно в этом месяце отчего-то резко подняли оплату), купить еду щенку (голодает, бедный, неделю кормлю его перловкой), вылечить больной зуб (перед этим дни напролет хожу и ною, ой, как болит, не могу думать, как еще больше народа привлечь)… И так далее.
Такая вот она, работа арт-директора в «Техас Пабе». Не то чтобы я жалуюсь. Но и не хвастаюсь. Денег хватает. Хочется вызова, по-настоящему интересных проектов, ночного клуба с бешеной энергетикой, а не унылого бара вблизи от центра! Хоть в этот безумный Кызыл езжай, ей богу…
– Какой серьезный арт-директор, белиссимо!
Я и не заметил, как в бар вошла организатор сегодняшней вечеринки с эпатажным (или дебильным) названием «Сучие фрики» Ева Ильярова.
– Привет, Ева, – улыбнулся я, вышел ей навстречу, поцеловал в щеку.
Достаточно высокая и статная, чтобы протирать каблуками подиум, Ева в очередной раз удивила внешним видом. Яркие лабутены, говорящие о том, что группа «Ленинград» все же не зря их высмеяла в своем уже бессмертном хите, розовые легинсы (и охерительных штанах, да-да), черная майка-алкашка, на ней стразами выложено слово «fuck», меховая (и это в мае!) накидка. А чего стоит макияж с прической! Яркая фиолетовая помада, тени под глазами похожи на настоящие синяки, темно-русые волосы уложены в две косички, как у школьниц хентая. Смотришь на такую красоту и думаешь, что хочется больше – трахнуть или дать по лицу. К сожалению, ни тот, ни другой вариант не подходит. По крайней мере, пока что.
– Ты чего так рано? – невозмутимо поинтересовался я.
– А я всегда заранее прихожу, пупсик, – игриво ответила Ева, присела за стойку бара, закурила. – Щас девчонки подойдут, там визажисты, Костик с костюмами приедет. Ночью все будет «вау», вот увидишь!
Я осмотрелся, Сергей еще не вернулся, в проходе от кассы до бара никого, шагов тоже не слышно, сказал негромко:
– Не забудь, все финансовые вопросы между нами, милая…
Ева фыркнула, посмотрела на меня таким взглядом, будто я только что обвинил ее в какой-то глупости.
– Я не первый год в этом бизнесе, зайчик. Мне такие вещи говорить это ай-яй-яй как наивно!
Где только учат таким выражением, подумал я, но вслух сказал другое:
– Ну, мне простительно, я еще совсем юный в этом бизнесе, по сравнению с тобой.
– Юный, это да! – удовлетворенно кивнула Ева. Внезапно огляделась, недовольно сморщила личико: – А где пепельницы, дорогой?
– Вообще-то у нас не курят… – проговорил я, вставая, налил в стакан немного воды из-под крана, поставил на стойку.
Ева довольно стряхнула пепел в стакан, улыбнулась:
– Мне можно курить, я же хорошая девочка.
– Очень хорошая, – подтвердил я.
– И ты хороший! И не глупый! И это классно! Тебе бы только другое место работы, и все ничего.
– А говорила, тебе нравится мой паб, – фальшиво расстроился я.
– Нравится, нравится, ты не подумай плохого! – Ева кинула остаток сигареты в стакан, отодвинула его в сторону небрежным жестом. – Из-за тебя же нравится, дурной! В «Эрнесто» эта уродливая арт-директорша, тупая, как пробка! Хорошо эту небритую тварь уволили недавно, мне предлагали вернуться, но хрен им, если я решила, то решила, я не флюгер какой-то…
– И кого же взяли на ее место? – прищурился я.
– Да пока ничего, – пожала плечами Ева. – Я не знаю, ищут щас новую кровь…
Она что-то еще говорила, но я уже не слушал.
«Эрнесто»! Золотое место нашего города. Бар-клуб с выступлением живых коллективом вечером и танцами под лучшие танцевальные хиты ночью, он мне всегда очень нравился. Ему уже четыре года, а люди как ходили, так и ходят. Во многом благодаря удачному месту – самый центр, напротив знаменитый на всю страну Оперный театр, чуть дальше гостиница «Hilton», между ними уютный сквер. Про «Эрнесто» не ходили легенды, это не «Дягилев» местного пошиба, но вырваться из плена среднего пласта клубов и баров мне хотелось уже очень давно.
Правда, с моим резюме туда вряд ли возьмут, тут же подумал я. Город у нас хоть и миллионный, но маленький, слухи расползаются быстро, и вряд ли кому-то захочется взять на работу мальчика, который не лижет жопу начальству и умеет хорошенько обмануть, если ему не платят зарплату. Правда, сомневаюсь, что в «Эрнесто», где за ночь проходит более пятисот человек, есть проблемы с деньгами…
– Эй, дарлин, ты где? – насмешливо спросила Ева, вызволяя меня из приятных, но бессмысленных мечтаний.
– Тут, милая, просто не могу тобой налюбоваться, – кокетливо улыбнулся я.
Ева даже не покраснела, с ее-то внешностью каждый второй при встрече говорит и не такие слова, лишь бы узнать, что у нее под юбкой. Или легинсами. Или любыми другими «охерительными штанами». Без разницы.
– А это, как я понимаю, подошла организаторша, – раздался хриплый голос и на свет вышел высокий, худой Женя, то самое «чучело». Старая зеленая футболка с надписью «Nike» растянута почти до колен, черные джинсы наверняка давным-давно не виделись с утюгом, а про одетые на носки шлепки и говорить не хочется.
– Она самая, – ответил я, тотчас подорвался с места, подошел к нему. – Жень, тут кое-что нужно обсудить, пойдем, есть пара идей…
– Идеи это хорошо, – кивнуло «чучело», разом забыв про Еву. – Щас я только вискарь возьму, гости сегодняшние же по водочке больше, да?
Я заметил излишне красноречивый взгляд Евы, подмигнул ей украдкой, а сам невозмутимо произнес:
– Да, конечно…
– Ну и отлично, – сказал Женя, схватил с полки бутылку «Лоусенса» и зашагал вглубь подсобных помещений. Окликнул меня: – Так что за идеи?
Пришлось что-то придумывать на ходу, благо смекалка меня еще никогда не подводила. Вдоволь насловоблудив, я заметил удовлетворение на лице Жени, то ли от моих слов, то ли от уже выпитого стакана виски, и оставил его наедине с алкоголем, ноутбуком и закрытой дверью.
Вернувшись в зал, я заметил, что понемногу стал подходить персонал. Лениво и откровенно нехотя переодеваясь, официанты натирали столы, о чем-то достаточно громко переговариваясь, бармен выставлял бутылки на стойку. Заметив отсутствие одной, он ярко выругался, но ничего не спросил. Привык мальчишка. Я только усмехнулся. И как такое заведение еще живет, как сюда люди ходят, деньги оставляют, пьют что-то, едят? Ах да, я же здесь работаю. Что ж, сам себя не похвалишь, никто не похвалит.
Ева уже переместилась в гримерную, приехали ее «фриковые» девочки и мальчики, над ними корпел смазливый паренек, поправляя то одну прическу, то другую. Сережа пил кофе за дальним столиком, лицо невозмутимое, глаза печальные, напиток, судя по всему, растворимый. Ну, тут по крайней мере нет войны. На самом деле, всем глубоко плевать, что Сережа украинец, и никто никакой холивар по этому поводу не разводит. И, что интересно, никто ничего не спрашивает про то, как оно, «там». Всем плевать. Здесь свои проблемы, прыгающий, как ужаленный в жопу кабан, курс рубля и другие прелести провинциальной жизни.
Ничего нового, вздохнул я. Оно и к лучшему, наверное – все знакомо, предсказуемо, понятно. Мне как-то похер, что скрывать. Главное побольше купюр в кошельке, желательно с пейзажами Калининграда, и меньше проблем и волнений.
***
– Люди сегодня какие-то другие, – заметила Маша, складывая очередные деньги в специальную папочку.
– Какие? – спросил я, наблюдая за тем, как поток гостей медленно иссякает.
– Ну, их не пугает сумма за вход.
Я усмехнулся. Моя голубоглазая воздыхательница подметила верно. Обычно триста рублей за входной билет я ставлю редко, для современной молодежи нашей провинции эта сумма кусается, а для организаторов может стать краеугольным камнем отказа от мероприятия. Сто рублей самый оптимал, немного, но зато не проблемно. Сегодня я решил шикануть – и не прогадал.
Двери для гостей открыли чуть меньше часа назад, а их уже больше сотни, и они идут и идут. Да-да, больше ста человек. По триста рублей. И весь доход мне в портмоне. Привлекательная сумма, ага. Большую часть я уже присвоил – частая инкассация в таком деле вещь чрезвычайно важная. Во-первых, стимулирует кассира, чтобы не прикарманила пару соточек себе. Не то чтобы я сомневался в Маше или мне было жалко – на самом деле нет, она умница, сегодня заплачу ей двойной оклад, заслужила. Просто так спокойней. И это, как раз, во-вторых: когда деньги греют карман, становится уже все равно на возможные форс-мажоры. На крайний случай, я всегда сумею выкрутиться. Благо язык у меня разработан не только оральными ласками.
– Душновато уже, Андрюш, – подошел Сережа, запаханный, но довольный.
– Ну извини, мы в подвале, окон у нас нет, – назидательно произнес я.
– Да знаю, так просто, поныть, – отмахнулся Сережа, посмотрел на Машу. – Ну как там у них по кассе, все хорошо?
Маша испуганно посмотрела на меня, я быстро ответил:
– Более чем.
– Ну и славно. Значит, еще не раз к нам придут. Пьют и кушают они неплохо, может, удастся на зарплату насобирать сегодня.
– Ты знаешь мое мнение… – осторожно начал я.
– Знаю, но не могу я так! – поморщился Сережа. – Один раз смог, ситуация тяжелая была, но два раз не могу! Работать честно надо, и все получится. Выдаст Жека деньги, куда денется…
– Ну-ну, – скривился я.
Сережа ничего не ответил, лишь вздохнул и отправился обратно в зал. Я подмигнул Маше и двинулся следом.
Внутри и правда было жарковато. Все столики заняты, барная стойка тоже. Официанты не то что не успевали выносить заказы, они не успевали их принимать. Бармен не особо куда-то спешил, работал размеренно, стараясь не замечать гостей с недовольными лицами и протянутыми купюрами. Будь это мое заведение, он давно бы уже получил по шее, однако я здесь всего лишь арт-директор. Моя задача привести народ и сделать интересную программу, а все остальное удел управляющего. То есть «чучела». То есть сразу понятно, что так будет всегда.
Ну, по крайней мере, на меня тут никто не давит волшебными, по мнению учредителей, словами «средний чек». А то бывает, что народ есть, его много, всем весело, но не пьют и виноват в этом арт-директор. Мол, привел не тех людей, ну что за бедный контингент… Я всегда поражался такой логике. И это еще не говоря про знаменитую присказку про нашу работу, которую владельцы любят очень сильно: «Народ есть, ну как-то сам пошел, народа нет, виноват арт-директор».
Задача любого толкового креативного менеджера сделать так, чтобы о продукте а) узнали, б) захотели попробовать. Очень многие почему-то считают, что здесь есть и в) попробовали и им понравилось. Что касается развлекательной программы, спору нет. Однако увеселительные питейные заведения настолько специфическая сфера бизнеса, что даже если человеку будет нравиться музыка, его будет устраивать ведущий, танцовщицы, номера, но официант долго несет счет, или хамит, или алкоголь какой-то не тот, или суп принесли холодным – ноги этого человека в данном месте больше не будет. Так далеко не всегда, но, увы, излишне часто.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?