» » » онлайн чтение - страница 2

Текст книги "Стрела"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 5 мая 2016, 19:40


Автор книги: Александр Рогинский


Жанр: Шпионские детективы, Детективы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Иногда Никонов ловил себя на мысли, что он гений, ведь так легко ему давались эти научные выкрутасы. Он со своей фирмой был похож на фокусника, который знает как обмануть зрителя и который на основе этих фокусов может придумать в изобилии новые, не вкладывая особенно никаких новшеств, а только соединяя достижения в других областях, о которых никто не знал.

У Никонова был особый дар приспосабливать все, что имелось в мире предметов, варьировать, сталкивать, соединять. Домой он никогда не вызывал сантехников, электриков, мастеров бытовой техники…Чинил сам, потому что знал технику назубок, как знал и множество технологий…

В свое время пытливый мальчик Альберт посещал детские технические кружки, мастерил корабли, космические станции, делал воздушные шары и детские игрушки, собирал приемники…

Он первым собрал простенький комп’ютер, теперь считался едва ли не асом в этой области знаний и техники. Так что, если у кого-то из его руководителей компьютер приходил в негодность, звали Никонова. И он не чурался и такой простенькой для себя работы. Пусть это и занижало его престиж, как руководителя, но прочно работало на имидж, оседало в сознании деловых людей, и они всегда вспоминали про него, когда его мастерство было необходимо.

Собственно, сейчас так же поступали и все ведущие компании-производители техники. Если раньше пытались создавать качественные долгосрочные проекты, то при изобилии электронной техники требовалась регулярная смена моделей, чтобы рынок не умер. Вот и навешивали какую-нибудь «фендиклюшку» и продукт считался новым с соответствующей высокой ценой.

И все были довольны. Лишь специалисты знали, что новое ничуть не лучше старого, а то и хуже, потому что рассчитано на более короткий срок работы.

Никонов одним из первых занял эту нишу, подобрал талантливых студентов, настроил их на работу, как настраивают фортепьяно перед концертом с помощью камертона, и начал действовать. В своем роде он тоже был шутом, потому что никаких особых революций в техническом прогрессе не совершал, а только шел за ним и подбирал крохи, из которых можно было сотворить некий фантом. Или, как называл его Никонов, «модерн».

Пикассо был прекрасным художником – реалистом, но для реалистов путь был закрыт, все написано и гораздо более гениальными художниками, оставалось создать фантом гения. И Пикассо его создал. «Модерн», как бы его ни называли затем многочисленные гиены – искусствоведы. И в этом деле он не был оригиналом. И до него многие понимали, что их сила в новых путях на старых фундаментах. Материя запрограммирована не только на умирание, но и на возрождение.

Девушка набрала ведро, с которого аппетитно падали прозрачные капли, оставляя глубокие воронки на посыпанной желтым песком дорожке, вскинула коромысло на плечи и, покачав бедрами гусыни, смешливо кося на скамейку, грациозно двинулась к кухне.

– Вот так и не иначе, – сказал удовлетворенно Асдеков, словно сам сотворил некое чудо. – Так вот, любезный, у нас с вами большущие проблемы в связи с гибелью самолета.

Как и ожидал Никонов, обед не был слишком изысканным: борщ с мозговой косточкой, белое вино и лосось с жареной картошкой.

После объедения мяса с косточки и высасывания костной жидкости Асдеков вытер тщательно руки и воззрился на Никонова, будто впервые его увидел.

– М-да, – пожевал губами Асдеков, – ситуация не из приятных. Американские друзья нам этого не простят.

Никонов, зная правила игры, молчал.

– Ведь что получается, – продолжал Асдеков. – Получается, что мы сбили самолет, тем самым показав нашим друзьям, что и у нас есть ультрасовременное оружие.

Ты, конечно, до этого не додумался, куда тебе с твоими куриными мозгами.

Асдеков бросил быстрый взгляд на Никонова. Начиналась его главная игра, в начале которой он всегда раздражал собеседника, чтобы выставить его на авансцену, где хорошо можно осмотреть соперника. Многие ловились на эту наживку, но Никонов знал, с кем имел дело.

– Следовательно, нам необходимо провести расследование, кто это сделал. Как ты думаешь для чего? Чтобы сдать его в милицию или СБУ? Отнюдь. Чтобы заработать приличный капитал и заодно показать Кузькину мать. Не сомневаюсь, что американцы уже забили тревогу, ведь у них такого оружия нет. А к такому положению они не привыкли. И как ты думаешь, кто же это запустил лучик в ясное небо?

Никонов, убаюканный монотонным голосом Асдекова, вздрогнул. Вопрос застал его врасплох.

– Не знаешь. Еще бы, куда тебе с твоими…

Асдеков оборвал речь и глубоко задумался. Глаза его уставились на отражающую настольную лампу серебряную ложку. И в таком созерцательном состоянии он просидел некоторое время. Никонов ждал.

– Я знаю, кто запустил луч. И позвал тебя сюда только для того, чтобы мы с тобой вдвоем, как проверенные друзья, которые никогда не подведут друг друга, составили представление, насколько сильны мы и насколько силен Он.

– Он?

– Савелий – это Он.

– Сын Александровны?

– Я его знаю с малых лет. Это вундеркинд. Помню, как он задвигал матушке своей, что не хочет учиться. А не хотел он учиться потому, что и без этого прекрасно решал задачки по математике, самостоятельно изучил физику, а затем начал заниматься лазерами.

Матушка ото слала его в Англию, где он завершил свое самообразование. Сейчас Савелий сидит на шее у Александровны; та делает все, что он только пожелает.

Никонов, конечно, слыхал о Савелии. Только ленивый не сплетничал о мажорике, которого безумно любила Илонова, царица лазерного мира. Одно время она навязывала Никонову в заместители своего отпрыска, но потом передумала.

– Пусть еще погуляет на свободе, – сказала, объясняя отмену своего решения.

– Трудно поверить, чтобы…

– А я говорю, что это Он, и нам следует педпринять срочные меры по локализации конфликта.

Никонов рассмеялся. Асдеков бывал потешным.

Все, что он сейчас говорил за ресторанным столом, обтекало Никонова и выносилось слабым сквозняком. Что хочет этот маленький самодержец, было понятным. Он хочет выцыганить большие деньги у Илоновой, шантажируя тем, что знает, кто запустил луч в самолет.

Этот же номер он провернет с американцами, продав им очередную идею. Такое уже было. Асдеков умел вертеться, любил деньги. Даже не так: он любил, когда их у него было больше, чем у других.

Однажды он сказал Никонову в этом же ресторане, что его мечта увидеть у своих ног деньги всего мира.

– Вот это зрелище: ты выходишь на лесную полянку, светит солнышко, а перед тобой бескрайнее поле денег. И ты точно знаешь, что больше ни у кого из живущих на этом шарике нет ни цента, все собрано здесь.

Глаза у Асдекова тогда горели хищным зеленым огнем.

Сейчас происходило нечто подобное.

– Что ты от меня хочешь? – не выдержал Никонов. – Я ни в какие коалиции против Илоновой вступать не намерен. Тем более, если речь касается ее любимого сыночка.

У Илоновой связи, а у нас с тобой одни разговоры.

– Ты не понял, – сказал Асдеков.

Он выпил вина, заел его салатом из помидоров, облизал влажные губы. Голос его стал бархатным, с сытыми трещинками.

– Я рассказываю тебе о том, что нам следует сделать, иначе нам хана. Кто захочет иметь дело со страной, в которой лазерами сбивают самолеты?

– Значит, ты уверен, что Луч послал Савелий по заданию мамы?

– Причем здесь мама. Кто будет рубить сук, на котором сидит. Стоп…Ты меня натолкнул на мысль. Точно, Савелий это сделал, чтобы заложить мамашу. Вот так сынок. Как я раньше не догадался.

– Что за чушь! – возмутился Никонов.

Он не мог поверить в сказку, которую ему вдалбливал этот маленький император. Скорее, он хотел бы подсидеть императрицу, чтобы занять ее трон. Это надо же быть таким тщеславным и завистливым: жизнь поставить под гильотину, лишь бы другому было хуже.

– А не ты ли автор и исполнитель этой затеи? – вдруг спросил Никонов.

Асдеков чуть не поперхнулся вином, которое едва пригубил.

– Ты сумасшедший, как это я мог даже подумать о таком…Хотя, почему бы и нет. Глаза Асдекова повеселели, он откинулся на спинку стула и рассмеялся.

– У тебя такие же выкрученные мозги, как и у меня. Выкрученные, только в обратную сторону. Но это ведь сюжет.

Я прихожу к Савелу и, зная его отношение к матушке, и то, что он хочет завладеть ее богатствами и положением, рассказываю как бы между прочим сюжет фильма, который дает ему мысль раз и навсегда решить проблему.

Савел – парень не дурак, сразу ухватывается за нее. А я, видя это, после того, как он осуществляет свой коварный замысел, распускаю слухи, подкидывая идею о виновности Савела.

И все для того, чтобы самому занять кресло Илоновой. Потому и вызываю в ресторан своего лучшего друга.

Лучшего в распускании слухов и сплетен на этой земле нет, и все чистосердечно рассказываю ему. А Альбертик, так зовут сплетника, ставит в известность все общество.

Савела берут под стражу, против его матери (а кто же ему дал в руки самый современный лазер) возбуждается уголовное дело, которое никакие связи не спасут, потому что совершенное Савелом – акт терроризма, с которым воюет весь мир и в первую очередь Америка.

– Ловко, ловко. Значит, ты мне советуешь начать распускать слухи? И что я буду за это иметь?

– Все, что захочешь. Любых девочек, ты ведь это дело любишь, море денег…Что еще? Прекрасную фирму, рекламу…

– А ты станешь президентом ассоциации.

– А я стану президентом ассоциации.

– Прекрасно, только не понятно, как ты докажешь, что это сделал именно Савелий?

– Я думаю, нам следует нанять частного детектива, который бы начал слежку за мажориком. Наверняка мы получим интересную картину жизни этого ублюдка.

– Вот с этим я согласен, – сказал Никонов, вставая.

* * *

Если бы Глебу Крепову кто-нибудь сказал, что в тридцать пять лет он станет частным детективом, он бы долго смеялся. Читать детективы он любил, с удовольствием смотрел их по телевизору (правда, не все из-за их огромного количества). Но чтобы самому ловить бандитов, копаться в этой грязи?

Да и профессия у него была что надо – рекламист. Сидишь и выдумываешь всякий бред. И чем бредовей, тем лучше. Вот, к примеру, последний его образец: «памперсы – незабываемый момент в вашей жизни».

Под дурноватую музыку и жлобский голос диктора этот слоган займет достойное место на экранах и выцыганит из кошелька заказчика изрядную сумму.

Так продолжалось десять лет, которые после окончания юридического факультета университета и работы в городской газете Глеб провел в одной из крупнейших рекламных фирм страны.

В агентстве он был не первым, но и не последним. А иногда выдавал такое, что бывалые крючкотворы аплодировали. И платили прекрасно.

Однажды Глеб стал миллионером – выиграл в лотерею. И с ужасом обнаружил, что не знает, что делать с колоссальной суммой.

Проблему за него решили организаторы лотереи, смывшиеся с причитающимися ему миллионами в соседнюю страну.

Глеб даже обрадовался этому.

Глеб стал директором частого детективного агентства.

На первых порах работал один, но со временем пришлось брать помощников и завести секретаря. Оказалось, внешне улыбчивый и спокойный мир человеческих отношений наполнен изменами, подделыванием документов, промышленным шпионажем…

Все это Глеб видел в фильмах, сериалах, но не мог даже себе представить, что эти фильмы копируют реальную жизнь. В агентство приходили солидные обеспеченные мужчины и женщины, рассказывали мальчишескими и девичьими голосами, что их обманули.

При этом ни слова о том, что сами обманывали точно такими же способами. А документальные подтверждения измен нужны были для законного отсечения в свою пользу имущества и банковских счетов.

Естственно, Глеб читал про сбитый в аэропорту самолет. На борту лайнера находился один из его заказчиков, технический директор фирмы «Тритон» Корнелий Еровенко, за чьей женой вот уже месяц Игорь Рассухин, помощник Глеба, вел денное и нощное наблюдение. Материал был готов, свидетельских видео – фото, аудиоматериалов, других документов, подтверждающих измену и обкрадывание любимого мужа, накопилось достаточно. И вот, пожалуйста: заказчик погибает. Хорошо еще, что он сделал стопроцентную предоплату.

Когда Глебу утром в понедельник позвонил ученый Альберт Никонов, ему не надо было долго рассказывать о случившемся.

– Так вы согласны взяться за это дело? – спросил Никонов.

– Я согласен. Но для окончательного решения нужно встретиться.

Глеб сидел и думал, под каким соусом взять этот заказ. Дело-то чисто милицейское, уголовное…

Если заказ придет через управление по борьбе с организованной преступностью, тогда агентство сможет заключить субподрядный договор и начать расследование.

Но браться выполнить заказ напрямую не позволял Устав, закон. Детективное агентство по Уставу имело право заниматься массой других вопросов, связанных с частной жизнью, промышленным шпионажем, выявлением засланных информаторов…

Был еще один вопрос, который волновал Глеба – фантастичность преступления. Ученый что-то говорил о Луче, которым якобы был сбит самолет. Но как такое может быть в наше время? Да и откуда взялся в бедной Украине мощный Луч, способный разрушить лайнер? К тому же в Украине до сих пор не совершалось крупных технических террористических актов. Это что же – новая эра открывается?

И еще – почему к нему обратились ученые, а не родственники пострадавших?

Глеб готовился к встрече. Важно было знать, кто тот, кто будет тебе платить деньги и спрашивать результат.

Достать нужную информацию не представляло труда.

Биография Никонова была любопытной. Про рождение и детский период все как у всех, а вот, начиная с подросткового возраста, Никонов становится интересной личностью: экстерном сдает школьные экзамены и поступает в политехнический институт, который также заканчивает экстерном.

В 20 лет это уже молодой образованный инженер, занимающийся вычислительной техникой, компьютерами и…лазерами. И фирму он организовывает по продаже и сервису электронного оборудования.

Никонов пришел в точно назначенное время. Глебу он сразу понравился. Чувствовалась за медленными уверенными движениями человеческая индивидуальность.

– Я бы начал свой рассказ с научной проблемы: мог ли лазер сбить самолет, – сказал Никонов, едва сев в предложенное кресло. – Извините, я коротко на нашем языке.

Сегодня существуют мощные лазеры, когерентность луча которых позволяет сфокусировать его в точку, практически совпадающую по размеру с дифракционным пределом, который для видимого спектра составляет всего несколько сотен нанометров. К примеру, лазер на алюмо-иттриевом гранате с неодимовым легированием в режиме удвоения частоты работает на длине волны 532 нм и при мощности всего 10 Ватт позволяет достичь энергий порядка нескольких мегаватт на квадратный сантиметр. Хорошо сфокусированный луч позволяет достичь громадной плотности излучения, достаточной для резки, плавления и даже испарения самых тугоплавких материалов. Так что вполне наш лазер мог стать убийцей.

Но тот, кто решился на такое убийство, должен был понимать, что совершить его в наше время, это объявить лазер вне закона.

Кто теперь захочет летать самолетами, если их так легко можно сбить?

– Вы хотите сказать, что кому-то хочется, чтобы исследования, проводимые учеными с этой техникой, были запрещены?

– В общем, – да. Но это ведь надо быть полным кретином, чтобы даже додуматься до такого. Это все равно, что дать террористам в руки атомную бомбу.

Я такой вариант исключаю. Есть другой: некий сумасшедший, или погибающий от скуки человек, нашел забаву, острые ощущения. На основе лазеров ведь делаются уже и игрушки.

А если этот олух царя небесного имеет доступ к серьезным научным разработкам и кое-что смыслит в лазерном деле, то, сами понимаете, для него игрушка эта очень привлекательна. Может быть, он сразу и не хотел сбивать самолет, а хотел лишь потренироваться. Здесь я должен сделать небольшое отступление в область психологии.

Вы, наверное, и сами заметили, как (особенно в последнее время) изменился человек. Практически 70 процентов людей, быстро обогатившихся и получаемых солидные проценты «за просто так», постепенно становятся виртуальными.

Действительность воспринимается упрощенно. Вспомните дело Лозинского, который охотился на людей. Ему уже скучно убивать животных, захотелось чего-нибуь с перчиком. Вы думаете, он моральный урод?

В человеческом понимании – да. Но в виртуальном – простой охотник. Для него никакой разницы нет между кабаном и человеком. Если и остаются последние сомнения, то азарт их глушит.

Так почему бы, спрашивается, не нашелся такой виртуальный человек, у которого есть доступ к новейшей технике, чтобы позабавиться и подстрелить уже не утку, а самолет. У нас есть на подозрении такой человек. Более того, мой научный партнер Николай Павлович Асдеков, уверен, что это сын президента ассоциации «Новые лазеры» Веры Александровны Илоновой, Савелий Рощин. Его действия нас и интересуют.

Я думаю, ваше агентство отлично справится с этой работой. Мне рассказывали, что вы хорошо понимаете технику и профессионально судите о науке. Никонов замолчал, положил руки на стол и начал внимательно смотреть на Глеба.

– Что ж, – сказал Глеб. – Дело весьма и весьма…деликатное. Как я понимаю, вы не хотите бросить тень на вашего президента и сделать так, чтобы информация пришла со стороны, скажем, из газеты, верно?

– Вы действительно профессионал, – усмехнулся Никонов. – Высказанное вами – позиция моего друга и партнера Асдекова. Но я придерживаюсь других принципов.

Нашу принцессу давно пора скинуть с трона, много она чего наделала такого, но это уже другой разговор. А то, что касается сына, это еще тот фрукт.

Ему все позволено, мать его лаборатории отдает лучших заказчиков, а истинно профессиональные фирмы едва дышат от недофинансирования. И вполне вероятно, что пальба Лучом – его рук дело. Знаете, как у иных богатеев: скука заморила, ничто уже от этой болезни не спасает.

– Я вас правильно понял, материал следует собирать обо всем семействе?

– Вы меня правильно поняли. Преступники должны быть наказаны. Представляете, что будет, если каждый, кому ни вздумается, начнет пользоваться мощными лазерами в своих интересах? Игрушка весьма опасна.

– Но пока ваша информация на уровне предположений, ни одного доказательства преступной деятельности этого новоявленного инженера Гарина нет, как я понимаю?

– Почему же, кое-что есть. Но не у меня. Видите ли, в газете был опубликован материал с весьма удачными фотографиями. По спектру след, оставленный Лучем, напоминает спектр следа лазера на алюмо-иттриевом гранате с неодимовым легированием. Вам это ни о чем не говорит, а для нас, специалистов, это грозное предупреждение. Я ведь вам уже рассказывал о возможностях этой группы лазеров.

– Понятно. Мне надо подумать.

– О цене?

– И о цене. Мы ведь не благотворительная организация. Но главное – как подобраться к вашей принцессе.

– Это уже ваши заботы. Моя задача – добыть деньги. Через несколько дней мы снова встретимся и обсудим финансовую сторону дела.

* * *

Ася сидела перед Яниным и строила ему глазки. Янин хмуро смотрел на нее и жевал сигарету. Он давно уже бросал курить и теперь находился на стадии жевания-отвыкания.

Янину нравилось, как Ася строила ему глазки. Женщину Бог создал определенно для этого.

– У тебя красивые глаза, – сказал Янин, – но скверный характер. Зачем ты из этого Горина сделала факира. Стравила академиков. Они ведь старые. Их смерть будет на твоей совести.

– Ты же этого хотел. Академики дерутся, тираж растет. Да к тому же, я написала всю правду, а Шапошников кого-то покрывает, утверждая, что именно молния тарабахнула самолет. У нас в стране завелись террористы, разве это не понятно? И мы первыми выстрелили, я только пользу принесла любимой газете.

– Ты мне тут петарды не пускай в глаза, кто доказал, что это лазерный Луч? То, что говорит Горин, еще не значит, что это так и есть. Конечно, очень интересная версия, а ты представляешь, какую мы кашу заварили. Мне звонили из коррпункта «Вашингтон пост», итальянцы эсэмэску прислали… У меня горит земля под ногами, а ты рассуждаешь, как дилетантка со своим Гориным.

– Слушай, Игорь, я сердиться начну. Ты меня послал на задание, вырвал интервью из рук и сразу пустил на первую полосу, да еще и разворот отдал. Красиво получилось, особенно коллаж хорош. Большое спасибо! В результате я получаю выговор, и теперь все стрелы и стрелки переводятся на меня. Я слабая женщина, а ты…

– Ладно, слабая женщина. Посмотрим, что будет дальше.

– Не хотела тебе говорить, – понизила голос Ася, – но у меня есть еще одна конфетка для тебя.

– Мне сладостей много нельзя…

– Есть сведения из достоверного источника, что стрелу послал сынок президента ассоциации Илоновой. Знаешь такую? Мы с ней несколько месяцев назад беседовали, ты еще хвалил меня за удачную кандидатуру.

– Чтобы я тебя хвалил, не помню, а тетку эту помню – интересная особа.

– Сын этой интересной особы и грохнул самолет. Предположительно из-за слишком скучной жизни. Все у него есть, даже две яхты, вот и захотелось человеку поохотиться на живых людей.

Янин даже в кресле привстал. Глаза его хищно блеснули, щеки поджались к глазам и сразу из волос вылезли красные маленькие уши, которые главный редактор тщательно скрывал из-за неприличного размера и цвета (в любое время года и дня они были ярко красными).

– Ася, ты меня до сумы доведешь.

– Но ты же клюнул, что не видишь?

– Это было бы здорово, если бы было правдой. Хватит нам пока одной туфты.

Ася встала, оправила брюки, уперлась руками в стол и приблизила лицо к лицу Янина.

– На всех оперативках ты только и талдычишь – пишите интересные материалы, чтобы читатель бежал к киоску, как чемпион по стометровке. Даже, помнится, сказал историческую фразу, что, ежели ничего нет в окружающем пространстве, то это должно быть в голове. На все, значит, согласен. А я ему авторитетные сплетни передаю, из которых конфетку можно сделать, и что же? Нутро согласно, а язык бормочет что-то невнятное.

– Слушай, где это ты так с редактором научилась разговаривать?

– У редактора и научилась. Значит, сделаем так: я собираю на эту тему материал с одним детективом, а потом посвящаю тебя во все перипетии.

Янин тяжело опустился в кресло и впервые улыбнулся.

– Ох, Ася, приударил бы я за тобой, да печень мешает. Из тебя неплохая гончая получилась.

– Ты меня не оскорбляй, а лучше зарплату повысь, а то стыдно по магазинам ходить.

– Сначало дело, потом зарплата. Получится – повышу.

Ася не хотела рассказывать Янину о звонке Глеба Крепова, давнего ее знакомого. Следовало сначала во всем хорошенько разобраться. Но не удержалась, очень уж унылым сидел Янин, сразу видно: ничего давненько жареного не ел, если не считать интервью с Гориным.

Но сынка президента «Новых лазеров» под рубрику «жареное» вряд ли поставишь. Это, скорее, вызов научному миру, а также правоохранительным органам: куда, мол, смотрите, у вас под боком террористы завелись, а вы тараканов гоняете…

Янин и дня прожить без жареного не может. Журналистика нынче такая: кто посвежей да поострей блюдо приготовит, тот и в дамках. Допускалась и фантазия, но не безудержная, и даже откровенное вранье попадало на клавиатуру компьютера. Умело соврешь, никто не станет проверять. Правда, смотря на какую тему. Гибель самолета – тут вранье исключается, слишком серьезный случай.

Молнию массы еще поймут, а вот если лазерным лучом сбили самолет, то это ЧП для нации.

Что в советское время выносили на первые полосы газет. Ударный труд и достижения. Рассказывали о хороших и умелых людях. Все поганенькое (и с отбором) давали на третьей или на четвертой полосах.

Нынче все наоборот: все поганенькое красуется на первой полосе, а про ударный труд и вообще молчок: поля сами убираются, металл нам поставляют вулканы. Зато убийства, террор – за милое дело. Это читатель слопает в первую очередь. Янин и лепил свою газету по этому принципу.

Отличалось «Поговорим» от остальных изданий лишь тем, что журналисты брали шире, привлекали к комментариям ученых, крупных специалистов и платили им за их интеллектуальную собственность, в то время как другие жадничали и брали материал из интернета. У Янина было несколько «налетчиков», как он их называл. Ася входила в первую пятерку: она раскапывала эксклюзивный материал – всегда острый и неожиданный.

Нюх у Аси был на свежатинку исключительный, никто в редакции, да и в других изданиях, по этой части не мог с ней сравниться. Ее материалы перепечатывали, озвучивали по радио, просили написать сценарий для телевидения. Тайком (об этом прекрасно знал Янин) она подрабатывала, вот почему главный редактор и не повышал ей зарплату: работаешь на сторону, пожалуйста, но денег дополнительных не проси, свобода дорого стоит, я ее тебе дал.

Была еще одна причина не выделять Асю – коллектив. Каждый из журналистов боролся в одиночку, но старые традиции еще жили. И одна из них гласила: в коллективе не должно быть «обласканных» и изгоев, иначе это не коллектив.

Янин делал все, чтобы сотрудники больше общались: устраивались выезды на полянки, собирались в редакции. Но все эти усилия были напрасны: время ставило свои условия. И главное из них – зарплата.

Требуя повышения зарплаты, Ася напоминала, что она и эти материалы обязательно выгодно продаст, и чтобы потом Янин не делал круглых глаз.

Ася давно ушла бы в более оплачиваемую газету или журнал, но боялась, что не уживется с хозяином. С Яниным у нее отношения сложились, могла себе позволить разговаривать с ним на равных, ей было интересно креативничать. За это и любила свою работу.

Даже в постели с мужчиной придумывала темы и считала секс удачным, если тема утром выкристаллизировалась и обретала зримые черты. Первый, перед кем свою идею прокатывала, часто был ее постельный партнер.

Довольно смеялась: вот какую интимную жизнь себе устроила. Потому Ася и замуж не торопилась: дети, магазины, поликлиники и больницы – подождут. А она еще полетает в свободных небесах.

А вот потом, когда налетается и объестся профессией, сядет на гнездо, станет настоящей матерью и хозяйкой и никогда не изменит мужу, с которым они будут обсуждать в постели все насущные проблемы, и будут жить долго и счастливо.

Такие перспективы придавали новые силы и оправдывали жизнь, которую Ася вела. Рассказ Крепова ей смутно что-то напомнил.

Этой ночью, вскочив и выйдя на залитый лунным светом балкон в чем мать родила (Ася всегда спала голой), ощутила гудящую тоску. В мозгах были включены на полную мощь прожекторы, шарившие по завалам памяти, ища ответ на слабый сигнал, поданный Креповым.

Ася стояла на балконе, смотрела на луну и вдруг вспомнила, что год назад делала материал с кандидатом технических наук Николаем Ребровым.

Потом у нее с ним был короткий роман, парень влюбился и все звал в жены. И, может быть, она согласилась, если бы не мамаша. Как только Ася увидела ее – с жадными красными глазами, неряшливую и склочную (по голосу), – сразу погасила замужний пыл и отставила кандидата.

Но материал успела сделать.

Ребров занимался проблемой воздействия технического прогресса на психику человека и животный мир. В частности, рассказал о том, что детские игры, вычитанные в книгах фантастические истории, увиденные и поразившие фильмы – все, что, так или иначе сильно воздействовало на неокрепшую психику, – в дальнейшей жизни человек пытается реализовать с помощью достижений технического прогресса.

Материал назывался «Под прицелом гиперболоида Гарина» и начинался так (начало своих материалов Ася хорошо помнила):

«Гипербола» в переводе с греческого означает перевес, преувеличение. То есть то, чего на самом деле нет, но что мы хотим выразить более сильными эмоциями. Мы преувеличиваем часто, чтобы подавить психику слушателя, читателя, оппонента. И подавляем. Не отсюда ли и войны (ведь сила – тоже подавление), многие болезни.

Вот краткое содержание романа Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина»:

1925 год. Профессор Манцев изобретает оружие небывалой разрушительной силы – гиперболоид, наносящий страшные удары лучом. Инженер Гарин крадет этот прототип современной лазерной пушки и решает использовать для безумной идеи – стать правителем мира, не догадываясь, что последствия будут опасными и для него самого. За Гариным и опасным изобретением Манцева начинается настоящая охота…

Как утверждал Оскар Уайльд, «человек может поверить в невозможное, но никогда не поверит в неправдоподобное». После выхода романа Толстого обвиняли в неумной фантазии. Многие авторитетные ученые утверждали, что изобретение такого луча невозможно.

Толстой оказался провидцем. Потребовалось несколько десятков лет, чтобы лазер стал реальностью. Попади он сегодня в руки ученых-бандитов, человечеству несдобровать…»

Статья имела резонанс. Стол Аси был завален письмами, ее блог переполнен комментариями.

Одно письмо ее страшно разозлило и насторожило. Написавший благодарил автора статьи: «Вы подсказали мне замечательную идею – чем заниматься. Профессия у меня интересная, я физик, кандидат наук, но мне до смерти надоели эти ступени роста молодого ученого.

Мне хочется, чтобы обо мне говорил мир уже сегодня. И даже не обо мне, а о том, что я делаю. И теперь я знаю, как этого добиться. Представляете, как красиво будет смотреться падающий самолет, сбитый гиперболоидом Гарина, а по-нашему – лазером. Лазер находится в моей лаборатории, мне стоит только увеличить его мощность, и я стану властелином мира…»

– Очередной сумасшедший, – отмахнулся тогда Янин на предложение Аси продолжить тему и встретиться с автором письма. И вот теперь мы имеем сбитый лазером самолет. Правда, это еще доказать надо.

Женское тело заколебалось в холодном лунном свете от тихого смеха. Ася чувствовала себя ведьмой, готовой сорваться с места и взмыть в небеса. Она на секунду также стала властелином мира. Но тут же ее шатануло от такого восторга.

Как же она сразу не вспомнила это письмо?

Немедленно надо найти автора и продолжить в том же духе. Сенсационный материал!

Янин заткнется в тряпочку: газета оказалась первой, предугадала последовательность; имеется письмо с конкретным адресом. Ася едва дождалась утра и, быстро приведя себя в порядок и позавтракав, выбежала из дома. Решила ехать автобусом, чтобы немного успокоиться. Она сейчас была похожа на охотничью собаку, взявшую след.

Как назло, Янина на месте не было. Секретарь сказала, что он на пару часов задержится, зубы пошел лечить.

У Аси от огорчения у самой зубы едва не заболели. Она закрылась в своем кабинете в одно окно и с небольшим компьютерным столом и двумя стульями без спинок (чтобы не засиживались), достала мобилку.

Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".
Страницы книги >> Предыдущая | 1 2

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации