![](/books_files/covers/thumbs_240/smert-shpionam-voennaya-kontrrazvedka-smersh-v-gody-velikoy-otechestvennoy-voyny-61491.jpg)
Автор книги: Александр Север
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 14 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Операция могла начаться еще в конце 1941 года в районе Сенгилия (Поволжье), но из-за того, что первая диверсионная группа не имела рации, радиоигра началась только весною 1942 года.
В ноябре 1941 года в районе Сенгилия (Поволжье) с немецкого самолета была десантирована группа диверсантов. Все ее члены были завербованы в Орловском лагере военнопленных и должны были вывести из строя железнодорожный мост через реку Волга, цементный завод, а также проводить антисоветскую пропаганду среди местного населения. Пусть вас не удивляет последнее задание. Осенью 1941 года распространение пораженческих настроений порой действовало эффективнее диверсий. После выполнения задания агенты должны были мобилизоваться в Красную Армию, а после прибытия на передовую перейти линию фронта. Группа в полном составе сдалась чекистам.
Вторая группа была заброшена в тот же район в марте 1942 года. Она была укомплектована выпускниками рижской разведшколы. Основные задачи – организация диверсий на железной дороге и предприятиях ВПК. Для выполнения задания немцы экипировали диверсантов: пулеметом Дегтярева, тремя пистолетами, двумя винтовками, 10 гранатами, 20 кг тола, 120 м бикфордова шнура, 100 штуками капсюлей детонаторов, аппаратурой для прослушивания линий связи и 60 тысячами советских рублей. А самое ценное для чекистов – группа была радиофицирована. И через какое-то время началась радиоигра, подробности которой до сих пор остаются секретными.
Известно лишь, что осенью 1942 года чекистам удалось нейтрализовать еще две группы, которые немцы прислали в помощь второй. А последняя группа была десантирована в апреле 1944 года. После этого радиоигра была прекращена[166]166
Путь длиною в 85 лет. ГубЧК – УФСБ России по Ульяновской области. – Ульяновск. 2003. – С. 59.
[Закрыть].
Операция началась 12 марта 1942 года, когда в органы госбезопасности явился с повинной агент-радист Ястребов. На первом допросе он рассказал, что после окончания варшавской разведывательной школы был выброшен с самолета на парашюте на территорию Ивановской области.
Агент имел задание пробраться в город Иваново, осесть там на жительство по фиктивным документам и приступить к сбору сведений военного, экономического и политического характера, наблюдая за переброской войск к фронту по железной дороге, и добытые сведения передавать по радио.
Было принято решение привлечь его к участию в радиоигре. Первый сеанс связи с разведцентром был запланирован на 14 марта, но из-за технической неисправности передатчика устойчивого радиообмена удалось добиться лишь к середине апреля.
Единственный положительный результат игры – к Ястребову 19 сентября 1942 года явился агент-связник немецкой разведки Вепховский, которого задержали чекисты. После вручения груза он должен был возвратиться назад через линию фронта.
Однако продолжить радиоигру «Ястреб» не удалось. При передаче благодарственной радиограммы за оказанную помощь Ястребов допустил ошибку, перепутав условия на случай провала. После чего радиосвязь была прекращена[167]167
Тарасов Д. П. Большая игра. М., 1993. – С. 5–6.
[Закрыть].
Летом 1942 года в Елецком районе Орловской области в органы госбезопасности явился с повинной немецкий агент – бывший сержант Красной Армии. После серии допросов было решено использовать его для радиоигры с противником. Подробности этой операции продолжают оставаться секретными и в наши дни, известно лишь, что он передавал за линию фронта дезинформацию, которую готовили сотрудники разведотдела штаба Брянского фронта. Благодаря этому человеку удалось скрыть перемещение резервов Красной Армии в районе Верховья[168]168
На страже государственной безопасности. Органы ВЧК – КГБ – ФСБ на Орловщине. – Орел, 2007. – С. 32–33.
[Закрыть].
В районе железнодорожной станции Рузаевка 30 сентября 1942 года с самолета на парашютах было выброшено трое агентов – выпускников Брайтенфуртской разведшколы (располагалась в 20 км от Вены) Федоров, Баранов и Бравин с рацией, револьверами и документами. Они должны были пробраться в Свердловск и выяснить организацию службы ПВО Свердловска, число аэродромов, типы и количество базирующихся там самолетов, летный состав, наличие американской и английской авиации, местонахождение и профиль работы вновь построенных и эвакуированных из западных областей заводов, наименования и места дислокации воинских частей вновь формирующихся войск, условия работы железнодорожного транспорта.
Агенты добровольно сдались чекистам транспортного отдела НКВД станции Рузаевка и были отправлены в Москву, где освобождены из-под стражи с прекращением дела. Тогда же они были привлечены к начавшейся радиоигре, направлены в Свердловск, где и были легализованы. Была установлена 10 ноября 1942 года связь с Веной и из Генштаба РККА пошла «деза» о штабе Уральского военного округа, эвакуированной в Свердловск академии ВВС им. Жуковского и т. д. Игра продолжалась до конца 1943 года и была прекращена из-за утраты интереса немцев[169]169
Тарасов Д. П. Большая игра. – М., 1997. – С. 110–111.
[Закрыть].
Одновременно с тремя агентами, участвовавшими в описанной выше игре, в районе станции Рузаевка был сброшен и сразу же арестован еще один агент – Сальский с рацией, питающейся от сети, а не от батарей. У него было похожее задание, только в качестве места оседания ему предстояло выбрать один из трех крупных сибирских городов: Красноярск, Омск или Новосибирск.
Дав откровенные показания, Сальский был включен в радиоигру и регулярно передавал дезинформацию о промышленных объектах оборонного значения и железнодорожном транспорте, а также сообщил о вербовке двух местных жителей.
Военные чекисты решили вызвать курьера. После многомесячных переговоров агент-курьер был сброшен 24 января 1944 года с самолета на парашюте в районе станции Занозная Московско-Киевской железной дороги. Бывший командир взвода Дмитрий Соколов явился с повинной к чекистам и рассказал о задании – он должен был пробраться до Новосибирска и встретиться с Сальским, затем он должен был вернуться к немцам. Поведение Соколова во время встречи «втемную» с Сальским вызвало к нему доверие чекистов. Но отправить Соколова к немцам не получилось из-за оплошности сотрудников транспортного отдела НКГБ Московско-Киевской железной дороги, отправивших, несмотря на предупреждение, сразу же сдавшегося агента в тюрьму, где его остригли наголо, и в таком виде отправить его к немцам было затруднительно. В дальнейшем от имени Соколова и Сальского передавалась дезинформация. Но побудить немцев организовать радиоточку на Северном Урале не удалось, и радиоигра закончилась в конце 1944 года[170]170
Тарасов Д. Большая игра. – М., 1997. – С.114–116.
[Закрыть].
Радиоигра была начата в марте 1942 года в городе Ярославле от имени трех немецких агентов, выброшенных немцами на территории Бровичевского района Ленинградской области. Группа должна была проникнуть в Ярославль с целью получения данных о численности, наименовании и дислокации воинских частей гарнизона, их обеспечении вооружением и боеприпасами, о наличии промышленных предприятий и выпускаемой ими продукции, о прохождении воинских частей в сторону фронта, а также о количестве и наименовании вооружения, поступающего из США и Англии.
Поскольку показания агентов по многим вопросам были противоречивы и вызывали сомнения, радиоигра была начата спустя 20 суток после их выброски. Задержка в установлении связи была объявлена противнику якобы неудачным приземлением и подбором удобного местожительства. Несмотря на задержку, оперативное мероприятие развивалось успешно и продлилось до 11 января 1943 года[171]171
Тарасов Д. Большая игра. – М., 1993. – С. 6–7.
[Закрыть].
В сентябре 1942 года на территории Борисоглебского района Ярославской области с немецкого самолета с парашютами были выброшены два агента: Карл и Дубель. Оба почти сразу же после приземления явились с повинной. С октября 1942 года по апрель 1943 года с их участием проводилась радиоигра[172]172
Верой и правдой. ФСБ. Страницы истории. – Ярославль. 2001. – С. 326–327.
[Закрыть].
В ночь на 27 сентября 1942 года в районе деревни Долшино Рязанской области были сброшены два выпускника Брайтенфуртской разведшколы под Веной (в марте 1943 года она была реорганизована в самостоятельный учебный центр, специализировавшийся на подготовке специалистов по советской авиационной промышленности (1-я группа «Техника авиации») и советских ВВС и ПВО (2-я группа «Авиация»). Агенты Кедров и Сагайдачный имели задание:
«создать базу для разведывательной работы в городе Уральске или Сарапуле с предварительным заездом Кедрова в Москву для сбора сведений о работе авиапромышленности;
установить заводы авиационной промышленности и предприятия, связанные с выпуском самолетов, выяснить типы самолетов и авиамоторов, создаваемых этими предприятиями;
собирать сведения о формировании и дислокации частей Советской Армии и аэродромов, о передвижении воинских грузов по железным и шоссейным дорогам;
выяснять количество и типы вооружений, прибывающих из США и Англии;
выявлять политико-моральное состояние личного состава частей Советской Армии и населения»[173]173
Тарасов Д. П. Большая игра. – М., 1997. – С.107.
[Закрыть].
Агенты добровольно сдались рязанским чекистам и согласились участвовать в радиоигре, проводившейся контрразведкой НКВД, а с апреля 1943 года – 3-м отделом «Смерш». Игра продолжалась до взятия советскими войсками Вены в апреле 1945 года, когда разведцентр прекратил свое существование. Хотя за это время был огромный объем дезинформации, но не удалось вызвать курьеров или нового радиста (по «легенде» агентов мобилизовали в армию, и они оказались в разных городах)[174]174
Там же. – С.106–109.
[Закрыть].
Радиоигра началась 12 октября 1942 года на территории Тамбовской области. Группа немецких агентов должна была организовать серию диверсий на железных дорогах и оборонных предприятиях, вести среди местного населения антисоветскую агитацию от имени «Боевого союза русских националистов». К марту 1944 года по радиоигре было арестовано два парашютиста противника[175]175
Сообщение ГУКР «Смерш» НКО СССР в ГКО о перевербовке немецких агентов, заброшенных в тыловые районы СССР для проведения подрывной работы и использования их в оперативных играх с противником. 23 марта 1944 года // Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Т. V. Кн. 1. Вперед на запад (1 января – 30 июня 1944 года). – М., 2007. – С. 252–254.
[Закрыть].
Операция была проведена органами военной контрразведки Особого Грозненского оборонительного района в 1942 году. В ней участвовало двое агентов германской разведки: Исмаил Наргисович Моллаев и Николай Григорьевич Ковалев. Игра продлилась недолго. Район, из которого якобы велась передача, внезапно был занят немецкими войсками[176]176
Гуськов А. М. Под грифом правды. Исповедь военного контрразведчика. Люди. Факты. Спецоперации. – М., 2004. – С. 79–83.
[Закрыть].
Проводилась органами военной контрразведки Закавказского фронта в течение двух лет. За это время было арестовано 30 агентов противника, задержаны тонны оружия, взрывчатки, боеприпасов, сброшенных немцами с самолетов. Между тем руководители немецкой разведки регулярно докладывали Адольфу Гитлеру об «успешной работе» своих агентов и присылали им радиосообщения о награждении их немецкими орденами[177]177
Мы помним своих героев // Красная Звезда, 2003 год. 18 апреля.
[Закрыть].
Эта игра началась весной 1943 года в районе города Волоколамска. Группа Костылева была сброшена с самолета на парашютах и захвачена чекистами.
Радиосвязь была установлена на третий день после выброски и пленения группы. Игра продолжалась до декабря 1944 года. Из немецкого разведцентра прибыли 4 курьера, двое из них перевербовывались советскими контрразведчиками[178]178
Телицын В. Л. «Смерш» операции и исполнители. – Смоленск, 2000. – С. 384
[Закрыть].
14 мая 1943 года чекистами был задержан немецкий агент – выпускник варшавской разведшколы. Участвовал в проводимой военными контрразведчиками радиоигре. Жил в Ярославле[179]179
Верой и правдой. ФСБ. Страницы истории. – Ярославль, 2001. – С. 327.
[Закрыть].
Тройное название радиогры связано с тем, что в «Смерше» она именовалась «Борисов»[180]180
Телицын В. Л. «Смерш»: операции и исполнители. – Смоленск, 2000. – С. 89—108.
[Закрыть], а в воспоминаниях сотрудников НКВД (которые ее начали) как «Бумеранг» и «Находка» (под таким названием у «Смерша» проходила своя радиоигра – о ней рассказано выше). Эта радиоигра началась в феврале 1943 года. В Егорьевском районе Подмосковья были арестованы выброшенные на парашютах (с заданием следить за движением военных эшелонов на Московско-Рязанской железной дороге) окончившие Борисовскую школу абвера Антонов и Нилов.
Агент Нилов сразу же был включен в радиоигру, в немецкий разведцентр было сообщено о его знакомстве с диспетчером одной из станций на Московско-Рязанской железной дороге, от которого и шла «информация», подготовленная в Генштабе РККА. Немцы оценили работу своего агента, наградив его медалью «За храбрость», о чем и было сообщено во время радиосеанса.
Для обеспечения агентов документами, деньгами, батареями для рации и продуктами был заброшен немцами агент Семенов, сразу же задержанный чекистами. Посылка с рацией, сброшенная на отдельном парашюте, сразу не была найдена, что и было использовано военными чекистами как предлог для вызова другого курьера.
Однако немцы потребовали возвращения Семенова. Пришлось легендировать его «гибель» при переходе линии фронта путем передачи в открытый радиоэфир радиограммы штаба 33-й армии.
Следующим немецким курьером оказался преподаватель Борисовской разведшколы «Меншиков», выброшенный в Калужской области и добровольно сдавшийся бойцам 11-й армии. Это чуть было не стоило ему жизни, а радиоигре – провала, так как руководители армейского «Смерша», получив от Меншикова показания об ожидавших его агентах, выехали в Томилино для ареста Антонова и Нилова. Заехав по дороге в Люберецкий горотдел НКГБ, они встретились там с оперативниками 3-го отдела ГУКР «Смерш», ожидавшими доставки арестованного Меншикова. В итоге начальник «Смерша» 11-й армии получил «втык» от Абакумова.
Меншиков же, привезший батарею, деньги, документы и экипировку, все откровенно рассказал и был привлечен к операции. Его освободили из тюрьмы и поселили в гостинице. Ему была устроена встреча на конспиративной квартире с радистом Ниловым, причем обоих использовали «в темную», каждый был уверен, что перед ним немецкий агент. Затем Меншиков был переброшен обратно к немцам и продолжил работу в разведшколе, уже на «Смерш».
Нилов с санкции Абакумова был переведен из тюрьмы на явочную квартиру. В дальнейшем с ним не обошлось без эксцессов. Пользуясь свободой передвижения по Москве, он гулял по столице.
Одна из таких «экскурсий» чуть не закончилась трагически. Его сбил автомобиль, и в бессознательном состоянии его доставили в военный госпиталь. Там его и обнаружили военные чекисты после недели поисков. Агента уже собирались объявлять во всесоюзный розыск.
В дальнейшем перед абвером, с целью вызова нового курьера, была легендирована «смерть» Нилова от болезни. К операции был привлечен его напарник Антонов, переведенный из тюрьмы на явочную квартиру.
Эти меры дали эффект. В сентябре 1944 года был направлен абвером курьер Матвеев, бывший власовец, сразу же арестованный чекистами. Вскоре Антонов получил предложение разведцентра поехать в Вильнюс для наблюдения за передвижением эшелонов с частями Красной Армии.
Смершевцы использовали это как предлог для вызова (по радиосвязи из Вильнюса) из разведцентра агента-литовца, знающего местные условия. Задачей в данном случае было раскрыть оставленное немцами при отступлении подполье. В итоге 25 октября в Гродненской области был захвачен при приземлении немецкий агент Климович, вместе с батареями для рации, документами и т. п. В конце 1944 года игра, принесшая такие великолепные результаты, была закончена[181]181
Тарасов Д. П. Большая игра. – М., 1997. – С.168–183.
[Закрыть].
В феврале 1943 года во время перехода линии фронта на участке обороны 8-й Гвардейской дивизии в засаду попала группа из трех немецких агентов. Они должны были пробраться в город Торопец и собрать там сведения о военном гарнизоне и его вооружении; установить характер грузов, прибывающих на местную железнодорожную станцию; выяснить, производится ли переброска воинских частей по дорогам, ведущим к городам Холм и Великие Луки. Через две недели агенты должны были вернуться обратно.
Изъятую радиостанцию включили в радиоигру, которая велась Особым отделом Калининского фронта с 9 по 20 февраля. За это время было передано шесть радиограмм, содержащих дезинформационные сообщения о продвижении через станцию Торопец частей Красной Армии и воинских грузов. Игру закончили из-за «возвращения» агентов обратно.
КарелияВ радиоиграх использовались агенты не только германской, но и финской разведок. В качестве примера – операция, проведенная карельскими чекистами в феврале-марте 1943 года. Все началось 9 февраля, когда были задержаны два агента.
На первом допросе они рассказали начальнику отдела контрразведки А. Кузнецову и начальнику радиоцентра А. Анисимову, что согласно директиве начальника Петрозаводской разведшколы они должны были: «Разведать движение на дороге Вытегра – Пудож – Повенец, притащить хорошего пленного. Сведения добывать от встречных, которых затем ликвидировать. Возвращаться спустя неделю через Бесов Нос».
Выяснив задачи группы, район ее действия, расписание работы рации, время передачи и содержание первой радиограммы, контрразведчики немедленно проинформировали 2-е Управление НКВД СССР, которое приняло решение начать радиоигру с финнами.
16 января передана первая радиограмма: «Приземлились благополучно. 7 утром наткнулись на двух охотников, все схоронили и удрали на север глубоко в лес.
15 разыскали рацию. Скажите, что делать».
Передача прошла хорошо, финны прием подтвердили и 17 января передали: «Если вас преследуют, возвращайтесь обратно. Если нет, то начинайте выполнять задание».
Москва не торопится с высылкой материалов по радиоигре. Вот и приходится местным чекистам самим придумывать дезинформацию. Передаются радиограммы о передвижении корреспондентов на юг к Пудожу, о разведке деревни Сарозеро, состоянии дороги на Повенец, просьба прислать продукты, которые финский самолет сбрасывает 23 января 1943 года.
По легенде разведчики переместили шалаш в окрестности деревни Давыдова Гора южнее Пудожа и приняли решение: радиограммы ежедневно не передавать, «экономить» питание рации.
Москва 27 января наконец-то предлагает передать финнам радиограмму следующего содержания:
«Находимся в 30 км от Пудожа. На Повенец прошло до 2 рот красноармейцев в зимней форме. Идут по 4–6 автомашин с грузом».
Очередная телеграмма содержала «нейтральный» текст:
«Условия наблюдения трудные. В Пудож не идем, в его районе патрули. В городе сильный гарнизон, какие войска – выясняем».
А 30 января финнам переданы две очередные радиограммы о дислокации в деревне Авдеево штаба воинской части, о наличии в Пудоже стрелкового полка, о движении на Повенец большого числа автомашин с красноармейцами, лыжников и легковушек.
На все переданные радиограммы было получено подтверждение о приеме, в ответной радиограмме подбадривают, ждут возвращения.
Ответную радиограмму финны передали 2 февраля. Ее текст звучал так: «Уточните: какие войска и сколько их в Пудоже. После этого возвращайтесь, как было указано». Ответа они так и не получили. Москва уже приняла решение о прекращении игры в связи с завершением дезинформационных мероприятий. По определенным причинам от перевербовки разведчиков и их обратной заброске отказались[182]182
Авдеев С. Радиоигру завершаем // Северный курьер. 1999 год. 8 мая. № 102 (23399).
[Закрыть].
Эта история, имевшая негативные последствия для организаторов радиоигр, началась в ночь с 18 на 19 апреля 1943 года, когда на территории Клетского района Сталинградской области был сброшен с самолета на парашюте агент немецкой разведки, бывший лейтенант Красной Армии некто Орлов. После приземления он сам явился с повинной в органы советской власти и сдал коротковолновый радиопередатчик, оружие, деньги и фиктивные документы. В процессе следствия агент вел себя искренне: подробно рассказал о полученном им задании, о варшавской школе германской разведки и известных ему агентах, передал шифр и код, рассказал об условном пароле на случай провала.
В связи с этим было решено привлечь Орлова к работе на радиостанции под диктовку советской контрразведки. Согласно разработанной легенде, он познакомился с машинисткой штаба резервной армии, от которой узнавал секретные сведения по интересующей немецкую разведку тематике.
Для проведения операции было принято решение освободить его из-под стражи и поселить вместе с двумя сотрудниками УНКВД по Сталинградской области на специально подобранной квартире. Ее адрес агент сообщил в Центр – ожидалось прибытие курьера. Гость должен доставить деньги, документы и батареи для радиостанции.
Агент-связник, бывший майор Красной Армии Амозин, был арестован 20 июля, на третий день после приземления. После окончания предварительного следствия и выяснения всех обстоятельств было решено сообщить противнику о прибытии курьера, но одновременно указать, что визитер оказался нечестным и часть денег присвоил себе.
28 июля противнику была передана следующая радиограмма:
«Прибыл Амозин, привез батареи и 8 тысяч рублей, а я, как мне известно, должен был получить 10 тысяч. В беседе выяснилось, что Амозин хочет поехать домой. Рассказывая о себе, он упомянул, что был большим командиром в Советской Армии и жаловался на теперешнее свое положение. Как мне теперь с ним держаться? Благодарю за внимание».
Операция по задержанию курьера прошла успешно. А вот на следующей день исчез сам Орлов. Прошло несколько дней, и чекисты получили от него письмо, доставленное по городской почте:
«Вот, наконец, ушел от вас, господин начальник. Как вы себя чувствуете? Сейчас, когда вы читаете мое письмо, я в составе передовых частей германской армии двигаюсь к городу, в который мы скоро войдем победным маршем. Желаю благополучно унести ноги. Орлов».
Легко представить, что ощутил начальник отдела контрразведки, прочитав это послание. В ходе расследования было установлено, что сбежал Орлов по причине своей мнительности и впечатлительности. Во время его пребывания в Сталинграде военная обстановка, мягко говоря, складывалась для советских войск неблагоприятно. Линия фронта стремительно приближалась к городу, что отрицательно влияло на малодушных и неустойчивых, к которым относился и Орлов. Неблагоприятный фактор – наличие двух чекистов, которые постоянно находились рядом. Он опасался, что при опасности захвата Сталинграда противником его уничтожат как опасного свидетеля.
Как удалось выяснить после окончания войны, Орлов скрыл от немцев явку с повинной и участие в радиоигре. Согласно его версии причиной провала стал Амозин, а телеграмму 28 июля он передал под контролем чекистов. Через пару дней, воспользовавшись благоприятной возможностью, он сбежал. Немецкие разведчики поверили его объяснению и направили в одну из разведывательных школ в качестве инструктора[183]183
Тарасов Д. П. Большая игра. – М., 1993. – С. 9—10.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?