Книга: Югана - Александр Шелудяков

О том, что это будет фантастика, меня никто не предупреждал. А следовало бы. Причем это не просто фантастика, а совершенно мозговыносящий коктейль из криптоистории, утопии, исторического фэнтези и мистики, и все это под адским соусом, на который пошел целый букет антинаучных теорий. Короче, середина восьмидесятых годов прошлого века(когда была написана книга) во всей своей цветущей красе, из которой в итоге вызрели разные кашпировские и фоменки.

Действие второй части происходит примерно в 1970 году, то есть отстоит от первой на 16 лет, а начинается оно с появления известного читателю по первой книге следователя Тарханова, который расследует исчезновение артельной поварихи и связь этого события с промыслом "черных археологов", разоряющих древние могильники. Собственно вокруг истории этих захоронений и вьется криптоисторическая часть произведения, а это как минимум половина книги. Согласно автору четыре тысячи лет назад Сибирь населяли кволи-газары - "племя, родственное троянцам, древним скифам и позднейшим славянам". К тому же там жили юги - потомки антов и, само собой, Племя Кедра, которое в этой книге автор наделил, наконец, многотысячелетней историей и мифологией, чтоб им тоже обидно не было.

Зато задача с рецензией упростилась. Общего у второй книги с первой, кроме имен нескольких героев, да одного из мест действия, практически нет. Это совершенно разные произведения, где имена героев можно и нужно считать совпадением, настолько разительные метаморфозы последние претерпели по воле автора.

Как минимум трое из известных нам по первой книге персонажей приобрели теперь способность читать "с листа", то есть с бивня мамонта тамговое письмо четырехтысячелетней давности и бегло переводить его на русский язык.

Все - поголовно все - герои ТЕПЕРЬ знают свою родословную на сотни лет в глубины веков. Один ведет свой род от сподвижника Степана Разина, другой от соратника Ермака, третий от Золотой Девы хантов Сорни-Ань. Перунцы так вообще помнят, как их предки в 988 году из Новгорода бежали от угрозы христианизации. Но круче всех парусный цыган, для пращуров которого исход из Новгорода вместе с перунцами - новейшая история, а до этого они уже немало постранствовали по свету, и он все это знает и помнит.

Ах да, я еще не рассказал, кто такие перунцы. Неожиданно не так далеко от поселка, где разворачивается действие обеих книг, всплыл Кайтёс - существующий уже без малого тысячу лет городок "перунцев" - потомков новгородцев-язычников, пришедших сюда под предводителством Умбарса в 988 году. Придя в Сибирь они породнились эдесь с кволи-газарами. Это мы уже добрались до утопической части повествования и в этой линии прекрасно всё. Само их поселение представляет из себя эдакую помесь из "Улья Хельстрома", "Белого братства" и израильского киббуца. Поклоняются они Перуну и Дажбогу, а правит там князь, которого избирает вече. Про наличие там советской власти в книге нет ни слова. Жители куют мечи и даже изготавливают огнестрельное оружие(уже смешно?). По случаю свадьбы они устраивают реконструкторские игрища - полсотни трактористов и прочих работяг одевают на себя кольчуги, шеломы и препоясываются мечами. Представление честной публике минимально одетой невесты прилагается.

Главный у них - Перун Владимирович, который экспериментирует с растениями ради достижения долголетия. Ему уже за сотню лет, но его отец с дедом жили до ста сорока. Еще у них есть медицинский центр, занимающийся омоложением. Надо понимать оснащенный по последнему слову - с морскими ваннами и душем из молочной сыворотки. Времена скитников-раскольников закончились, наступили времена санаторных язычников. Попавшую туда из другого поселка бабку, пока она плескалась во всех этих сказочных котлах, лишают старой одежды, которую сжигают, и выдают ей новую - "костюмчик дорогой, на подметках туфелек иностранные слова". Да еще купальник выдают с биркой, на которой знающие люди прочитали, что он "изготовлен во Франции для очень богатых женщин". На этом чудеса не заканчиваются, ибо выясняется, что в местных магазинах продавцов нет, каждый может брать бесплатно, что хочет и сколько хочет. Уже знакомая нам бабка тут же объедается изюмом до судорог, еле ее откачали. Что тут скажешь - "халява, плиз". Дальше больше, после нескольких сеансов омоложения данной престарелой особы ее поседевшим волосам возвращается исходный цвет, да и вообще к ней много чего возвращается. Вот теперь и замуж можно. Жениху правда восемьдесят, но это самый расцвет сил. Причем он то как раз не омолаживается.

Но поселение язычников-долгожителей это еще не все чудеса. Некоторые герои романа с помощью пчелиного молочка побеждают репродуктивную изоляцию, скрещивая соболей и куниц. Тут уж академик Лысенко бы обзавидовался, хотя школа явно его.

Лично мне больше всего в книге понравилась та линия, где ищут нефть. Наверное потому, что я в этом мало что смыслю. Возможно геологов она тоже в состоянии довести до инфаркта, как все остальные линии - биологов, историков и этнографов, но стопроцентной уверенности у меня в этом нет.

Справедливости ради, нужно сказать, что начало и концовка романа "Югана" более-менее годные, да и в середине кое-где проглядывает старый авторский стиль повествования, но нигде он даже близко не поднимается до высот первой книги. И вообще, многие удачные авторские находки оттуда принимают здесь какие-то гротескно-гипертрофированные самопародийные формы.

Я специально не называю никаких имен, чтобы не портить образы героев с такими же именами из первой книги, вдруг кто ее читать будет, ведь та книга того стоит. А вот насчет продолжения советую десять раз подумать. Зато рецензируемую книгу легко можно читать, как самостоятельное произведение, более того скорее всего так и нужно делать. Вообще мое мнение, если на нее навесить ярлык "постмодернизм", то она сойдет за то, что издается сейчас.

Тем не менее метаморфоза поразительная. Шикарнейшая первая книга, совершенно заслуженно изданная в "Роман-газете" полуторамиллионным тиражом, и лютейший трэш из смеси Пелевина и Алексея Иванова в одном флаконе с настойкой из мухоморов - причем из тех времен, когда про Пелевина с Ивановым еще никто и слыхом не слыхивал, в ее продолжении. А прошло то всего каких-то восемь лет.

На почетном месте, чуть возвышенной сцене клуба, за длинным столом, накрытым скатертью красного бархата, сидел старший князь Перун Владимирович Заболотников

Это сногсшибательней, чем этруски и атланты Владимира Щербакова, это круче, чем тавроскифский князь Ахилл Юрия Никитина.

Боюсь даже думать, о чем может быть третья книга с залихватским названием "Эскадрилья Юганы". Не могу исключить, что герои там полетят в космос. Все задатки к этому есть уже во второй книге. Трое братьев-близнецов Волнорезовых хотят стать космонавтами, души умерших из Племени Кедра, оказывается, уходят на планету Кун-Ми, а позывные Юрия Гагарина «Земля! Я – Кедр!» как бы намекают... Наверное к лучшему, что эта последняя часть так и осталось неопубликованной...