Текст книги "Куратор. Однажды, 5 500 лет назад…"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kurator-odnazhdy-5-500-let-nazad-255554.jpg)
Автор книги: Александр Соболев
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Валера, наконец, взял трубку. Я ему обрисовал ситуацию. Передал телефон Федору. Сторож, стосковавшись по общению, продолжил саморекламу в трубку Валере: он никуда не уходит. Круглые сутки находится в вагончике у шлагбаума. Бабе Маше надо было помочь. Кто его осудит? А раз приехал кто-то без его ведома, так Федор с утра прошел и нашел. Хорошо, что это ваш знакомый, буду знать. А то, что ж мне полицию вызывать? Не хочется. Вызовешь, потом одни проблемы. А если вызов ложный, могут и штраф выписать, а оно ему надо? Лучше во всем самостоятельно разобраться. В поселке никого больше нет. На выходные приезжали пару человек. А сегодня среда. Никого нет. Нет. Ага. Спасибо, и вам того же. А мне болеть нельзя, я ж на посту. Ежели захвораю, лечусь народными средствами – ромашкой и медом. Ага, и вам спасибочки. Привет жене, теще и деткам. Приезжайте, жду, всегда рад…
– Связь оборвалась, наверное, – Федор протянул мне телефон.
– Вы сказали, что в поселке никого нет?
– Так и есть. Только вот вы. Больше ни души.
– А как же Наталья Алексеевна Керн?
– Кто такая?
– Одна очень красивая женщина. Живет в бежевом доме через участок, – я махнул правой рукой, указывая направление.
– Никого там нет.
– Я вчера ночью был у нее в гостях.
– Неужто еще кто-то вчера приехал? Ай-яй-яй. Я ж не заметил. Пойду проверю, – Федор развернулся и пошел неспешной походкой на участок к Наташе.
Мне стало неудобно, что я наябедничал, и последовал за Федором. Легко догнал сторожа.
– Этот дом – Тимофея Сергеевича Звягинцева, большого ученого.
– Вы всех дачников знаете по имени-отчеству?
– А как же иначе? Работа такая. Так вот он умер полгода назад. До-олго болел. В апреле это было. В мае, когда никто на приехал на большие праздники, я сам позвонил, а мне сказали – помер. Вот такие дела. С тех пор никто на дачу не ездит. Продавать участок детки пока не решились. Но ездить сюда и копаться в грядках не хотят. Такая вот молодежь современная. Им не до клубники.
Мы подошли к забору. Калитка закрыта на большой навесной замок снаружи. Я встал на мысочки, заглянул за забор – участок, сильно заросший бурьяном, видно, что летом его никто не обкашивал и не обхаживал. Клянусь, вчера участок не выглядел заброшенным. На крыльце не было следов гирлянд и мишуры. На сильно провисших бельевых веревках постельное белье не висело.
– Нет тут никого, – Федор недоверчиво посмотрел на меня.
– Я вижу.
Неужели приснилось? Где Наташа? Ведь сон был таким явным. Не может быть.
– А кем был хозяин дачи?
– Ученым. Психологом. Книжки умные писал. Мне все время нравоучения читал. Говорит: Не пей вина, Федор. А я же непьющий, вообще. Ни-ни. Не люблю я ее, горькую. Дурной от нее становлюсь. Лучше по лесам поброжу. Книжки почитаю, столярничать люблю. Столько дел на свете хороших. А если люди начинают пьянствовать, то всем делам конец. Пиши пропало.
– Вы не пьете?
– Ни капли. А вот вы похоже того? – Федор показал жестом на подбородок, – Энтого? Да? Бросайте, пока не поздно.
– Я-то? – смутил меня сторож, – бывает, но не так что бы сильно. Для снятия напряжения. Вчера странный день выдался. Вот я и принял немножко. Чутка лишнего, похоже.
– Ладно, дело ваше. Пойду я. Делов у меня выше крыши. Бывайте.
Федор протянул сухую жилистую руку. Потряс пару раз для порядка мою. Козырнул, и зашагал в сторону сторожки. Я постоял немного у Наташиной калитки. Огляделся. Ничего не выдавало вчерашнего веселия. Значит, это сон. Может, оно и к лучшему. Не будет томлений и напрасных переживаний, разбитых сердец и сцен ревности с вернувшимся мужем.
Я посмотрел на небо с редкими облаками. Мелкие птички чирикали и кружились над кронами деревьев. Скоро на юг? Или здесь зимуете? Никогда не интересовался орнитологией. Что за глупые вопросы? Какая разница? Махнул рукой и поплелся домой. Вытянул руки вперед, кисти не дрожали. Вообще, я чувствовал себя вполне нормально. Выспался, губительного похмелья не было. Голова не трещала, сушняка не ощущалось. Побриться, помыться и можно выходить на работу, – подумал я. А что? Деньги зарабатывать кто-то должен в нашей семье. Кто кота кормить будет? Лейтенант полиции? Помощи от нашего государства не дождешься, даже в страшной ситуации, как угроза человеческой жизни. Спасение утопающего – дело рук самого утопающего. Буду карабкаться. Может, и выживу.
Я вернулся домой с намерением действовать, поехать на работу, подзарабатывать деньжат… Но не поехал. Зная за собой сверхспособность забывать ночной сон через пару часов, решил переложить события сегодняшней ночи на бумагу. Ноутбук я, естественно, оставил в квартире. Не до того было. Будем писать по старинке: бумага, ручка или карандаш… Я нашел у Валеры в серванте наполовину исписанные тетради в клеточку, огрызок карандаша, и принялся за работу.
Записывая ночные приключения на бумагу, еще раз поймал себя на мысли, что сон слишком натуралистичен. Слишком тонка была грань между реальностью и воображением. Не сойти бы с ума, подумалось мне. Влюблюсь в девушку из снов, и пропаду. С нетерпением стану ждать ночей, жить в виртуальной реальности, дарить цветы, возможно, заведу семью и детей. Стану во снах великим писателем или выдающимся политическим деятелем. Ведь красивой женщине нужен выдающийся мужчина. На меньшее, она не согласна. Я ее знаю. Тогда мне нужно стать круче ее бывшего мужа, видного ученого. Мои книги станут продаваться по всему миру. Мы с Наташей будем проводить время на балах и официальных приемах. Записная книжка в моем телефоне пополнится такими фамилиями, как Трамп, Куросава, Кончаловский и, конечно же, Сергей Безруков.
Потом, чуть позже, я обязательно встречу Наташу в обычной жизни. Что такая женщина существует в реальном мире, я не сомневался. И моя воображаемая жизнь сольется с обычной? Фантазер. Я записал сон, перечитал. Получалось неплохо, но не хватало развития и финала. К чему этот сон? Что последует дальше? Как сложится совместная жизнь Наташи и главного героя? Вернется ли муж? Что сделает рогоносец со счастливой в его отсутствии женой?
Я посмотрел на часы – половина двенадцатого. Самое гиблое время для таксиста: утренний час пик прошел, на работу или учебу пассажиры приехали. Можно часами ждать нового заказа. Таксистов в Москве пруд пруди. Жирные и денежные клиенты сидят по теплым офисам, на улицу носа не кажут. Лучше переждать. Самое время почитать рукописи. Я поудобнее устроился на диване…
Глава 13
России пришлось продать Аляску и уйти с территории Американского континента. Но, извините, я забегаю слишком далеко вперед. При помощи падающих с небес знаний и технологий, Западная цивилизация стремительно развивалась. Мы отставали. Я еще раз слетал на Ахорн, и попытался внедрить общие для всех правила кураторской деятельности на Земле. Но толстозобые академики ответили, что не надо завидовать и копировать методы Снарка. Надо вырабатывать собственные оригинальные подходы в работе с человечеством. Им, видите ли, интересно сравнить, как будут функционировать и сосуществовать две модели общества.
– Они же нас уничтожат! – вышел я из себя и накричал на заслуженных мужей, – как можно противостоять пулемёту с саблей?!
– Человек разумный найдет способ против любой напасти. В вашем распоряжении ум, смекалка, находчивость, – академики как будто издевались надо мной.
– Я хочу вооружить Россию, Китай и Индию танками, подводными лодками и самолетами!
– Нельзя.
– Почему?
– Потому что Снарк был первым. Вам нельзя. У вас другой путь.
– Западники нас уничтожат!
– Не уничтожат. Снарк умный, талантливый и расчетливый ученый. Вам лучше дружить, а не воевать. Подумайте над этой мыслью, Керн!
– Я только об этом и думаю! – разговор окончился ничем.
В тот день я напился. Видный ученый, но не дальновидный руководитель миссии на Земле вернулся в родительский дом, еле стоя на ногах. Отец строго посмотрел на пропащего сына. Это твое воспитание, – буркнул он матери, и удалился на веранду читать старые газеты, потому что в новых ничего интересного не пишут. Самое занимательное и значительное давно сделано, а сейчас только деградируют и переливают из пустого в порожнее. В мире падение нравов и продажа национальных интересов. Как ты прав, папа, – сквозь пьяную шелуху в мозгах, согласился я с отцом.
– Я проигрываю, мама! Что мне делать? – пошатываясь на кухонной табуретке, обратился я к единственному человеку, которому интересен в любом состоянии.
– Но ты же еще не проиграл?
– Почти.
– Почти – еще не приговор.
– У меня нет шансов.
– Шансы есть всегда. Главное – не сдаваться.
– Но тупые академики перекрыли любые возможности. В Америку соваться нельзя, технологии раздавать нельзя. Что делать?
– Укради.
– Что? – я на минутку вынырнул из пьяного дурмана, и посмотрел на мать четкими глазами.
– Укради технологии. Или купи. Не можешь дать, научи добывать честными или не очень честными способами.
– Ты ли это мама? Ты всегда учила, быть честным, умным и справедливым.
– А сейчас ты вырос, сынок, – мама погладила меня по коротко стриженным волосам, – жизнь сложнее простых и понятных правил. Запомни: победителей не судят. К тому же, твоя репутация настолько кристально чистая, что не помешало бы ее немного подмочить. Заметь, исключительно, чтобы добавить тебе человеческих качеств и привлекательности. Ты – ужасный зануда и порою напоминаешь свод библейских заповедей. Так нельзя сынок. Позволь себе немного слабостей. Ты напился сейчас, и это плохо. Но ты же живой человек, и это хорошо.
– Странно. А отец? Отец меня осуждает?
– Отец тобою гордится. Он всегда тебя поддержит, чтобы ни случилось. Знай это. Мы с папой знаем, что у тебя душа болит. Значит, еще не все потеряно. Надо пробовать. Один раз, второй, третий. Пока не надоест или не достигнешь поставленной цели.
Я задумался. Перелез на диван и прилег калачиком, и через минуту заснул на родительской кухне. Спасибо, мама, за совет. Проснувшись рано с утра, я уже знал, что делать. Сам учил людей быть умными, предприимчивыми, смекалистыми, но сознательно ограничивал себя и норовил добиваться намеченных целей честными, порядочными, но заранее предсказуемыми поступками. Так дальше не пойдет. Меняем тактику.
Я вернулся в ЦИЛ, окрылённый новыми идеями. Признаться, не всем сотрудникам они пришлись по вкусу. Долгие годы мы прививали идеи равенства, свободы и братства. Воровать, хитрить и жульничать в нашей среде было не в чести. Но что поделаешь? Не мы такие, жизнь такая. Деваться некуда. Мы подкинули русскому царю Петру идею создания тайной полиции, в ведении которой будет поиск и приобретение новейших знаний и технологий.
Царь Петр самолично съездил в Европу, познакомился с передовыми достижениями тамошней «науки». Он покупал не только секреты, но и профессиональных людей. Тысячи иностранцев потянулись в Россию на постоянное место жительства. Петр умел убеждать людей, умел выстраивать отношения. В кратчайшие сроки вывел государство Российское на принципиально новый уровень.
Однако, мы в который раз не учли влияние Снарка. Практически вся объединённая Европа в лице шведского короля Карла Двенадцатого вероломно напала на обновляющуюся Русь. Страна вынужденно втянулась в многолетнюю войну. Но, вероятно, мировая общественность не ожидала подобной прыти от русского народа, и мы выиграли. Опять. Вопреки всем!
Странно, но война пошла по пользу обществу. На высшие должности в стране вышли талантливые и деятельные люди. Подобное случалось в дальнейшем не раз. Мы задумались: как поддерживать среди людей подобный энергетический тонус долгие годы? Как сделать, чтобы общество применяло лучшие качества не только во время наибольшей опасности, а всегда, в любой ситуации, в повседневной жизни? Решение мы тогда не нашли. Наши светлые головы-ученые разъясняли, что человеческая психика не выдержит постоянного напряжения, за серьезной мобилизацией необходим период релаксации и расслабления. Иначе – смерть от перенапряжения. Жизнь в постоянном стрессе – это плохо.
Петр построил флот, переформатировал армию и организовал производство вооружения. Стремительно развивались промышленность и сельское хозяйство. Прибывшие из-за границы иностранцы, обучали русских людей новых знаниям и ремеслам. Какое-то время ситуация развивалась с лишком позитивно. Почти.
Царь Петр молод и энергичен. Планов – громадье. Но кому-то он не нравился. Здоровый и полный сил император скоропостижно скончался от обычной простуды. Мы не смогли ничего доказать, но я и мои товарищи не без оснований предполагали, что без людей Снарка не обошлось. Представляю, какой пир закатил Снарк, получив новости из Петербурга.
К тому времени, мы уже не были желторотыми птенцами. Мы оперились. На смену Петру Великому, пришла целая плеяда молодых и перспективных правителей: Анна, Екатерина, Павел, Александр Первый. К сожалению, нас не оставляли в покое. Восемнадцатое столетие прошло в бесконечных войнах.
Глава 14
Я отложил рукопись, подошел к окну, сдвинул занавеску вправо. Барсик терся вокруг ног. За окном стоял по-осеннему свежий солнечный день. Воздух чистый и прозрачный. Очертания горизонта нереально четкие. Казалось, можно рассмотреть миллиметровые веточки на плакучей березе и ее малюсенькие почечки. Окружающий мир простой, понятный и объяснимый.
Что же тогда творится с людьми? Что же с нами не так? Почему внутри человеческих взаимоотношений так сложно? Почему мы воюем за непонятные идеалы? Почему не можем жить в любви, дружбе и уважении? Почему готовы перегрызть глотки и предать родных из-за тридцати серебряников? К чему эта гонка и соперничество? Без нее мы закисаем? Без вечной борьбы пропадаем?
Глупо как-то получается. Мы бьемся о бетонную стену познания всю сознательную жизнь. Какие-то неведомые инопланетяне растягивают человечество на два лагеря. Люди по отдельности умрут через семьдесят или восемьдесят лет, если повезет своей смерть. Для каждого конкретного человека история закончится. Планета Земля продолжит слепой и бесперспективный полет по не просчитанной траектории во Вселенной. Люди перегрызут друг другу вены и сухожилия, наблюдатели с планеты Ахорн запишут результаты исследований в тетрадки и формуляры. Составят графики, сдадут отчеты в архив. Смысл земного человечества – это статистические данные в компьютерах инопланетян? Причем, понятно, что человеческая жизнь отдельного человека не значит ровным счетом ничего.
Как будто это и так не понятно?! Тоже мне открытие!
Наверное, на Ахорне люди живут полноценной и счастливой жизнью. Инопланетные исследователи проработали все возможные негативные сценарии на Земле – ядерную бомбу, вирусы, цунами, землетрясения. Сделали выводы, скорректировали собственное поведение. Живут припеваючи, а земляне отдуваются за их безмятежное существование. Что вы еще не отработали? Метеоритную атаку? Или уже было? Инопланетное нашествие? Кислородное голодание? Нашествие зомби или мутантов?
Неприятно осознавать себя подопытным кроликом. Интересно, за мной сейчас кто-нибудь наблюдает? Я показал средний палец небесам. Вот мой ответ за поруганную свободу выбора, за Вторую Мировую, за Нагасаки и Хиросиму, за испанку и птичий грипп!
С другой стороны, если бы не они, нас не было. Если принять версию Керна за истину, конечно. Я налил себе чай. Барсику сыпанул сухого корма. Наверное, лучше поблагодарить добрых и любознательных инопланетян за жизнь, за возможность дышать, думать, сочинять, разговаривать, любить. Любовь – это особенно приятно. Кто-то же додумался сделать занятия сексом приятными? Представляете себе картину: сидят два лаборанта в замызганных серых халатах и спорят:
– Ничего не получится, я тебе говорю!
– Почему?
– В прошлом месяце вся пробная партия умерла от ожирения. Не хотели размножаться. Ленились. Только ели и спали. Ели и спали.
– Самкам косметику давали?
– Давали, не помогло. Самцы на них не смотрят. Не узнают. Выменивают на колбасу.
– Деньги предлагали?
– Самцам? Чтобы потомство делали?
– Да.
– Предлагали. Они деньги на выпивку спускают. Самок бьют пустыми бутылками. Пришлось организовать сбор стеклотары, чтобы уменьшить бытовое насилие.
– Что же делать?
– Ума не приложу. Тупиковая ветвь развития: поколение из пробирки.
– Может добавить нервных окончаний на половые органы самцам?
– А смысл?
– Самцы будут чаще теребонькать свои пиписьки.
– А самки им не дадут. Ничего не выйдет. Надо и самкам добавить нервных окончаний на половых органах. Причем в три раза больше, чем самцам.
– Почему такая дискриминация?
– Поверь моему опыту, Фил.
– Кто ты, черт возьми?
– Я – Катарина, красавчик!
Лаборанты скидывают с себя хлопчатно-бумажные халатики и на практике изучают основы сексуальности гуманоидной расы, самой распространённой во Вселенной. Вероятно, из-за большой плотности нервных окончаний на половых органах. Результат многодневных исследований Фила и Катарины – серия научных статей, диссертаций и спасённая от вымирания планета. Ура светлым умам! Ура человечеству! Фанфары! Занавес!
У меня разыгралась фантазия про серию оригинальных экспериментов, как ученые с планеты Ахорна на практике подбирали необходимый и достаточный уровень сексуального удовольствия. Ведь важно, чтобы люди не забыли про остальные жизненные потребности – питаться, одеваться, оборонятся от врагов, учиться, развиваться. Можно представить ситуацию, когда получаемое удовольствие от секса настолько велико, что люди ничего более не хотят и умирают о истощения во время спаривания. Ничего хорошего, никаких перспектив. От эротических мыслей, я немного возбудился. Надо было переключиться на другой вид деятельности. На работу! На работу!
– Барсик, до вечера! Я поехал в Москву! – сообщил я коту, – тебе что-нибудь купить?
Барсик встрепенулся, облизался, и три раза обошел меня по часовой стрелке.
– Спасибо, друг. Понял, колбаса Русская с чесночком – я погладил домашнего питомца, – пока лови мышей. Не скучай. Я скоро буду.
Часто в новых местах: в поле, в лесу, или на дачном участке, подходя к автомобилю, волнуюсь – заведется или нет. Что делать, куда бежать если не заведется? Но машина весело заурчала, сразу включилось радио. Федор издалека услышал, что я еду, и распахнул передо мной ворота. Я показал Федору ладошку, сторож в ответ отсалютовал поднятием руки.
Начинался новый прекрасный день. Убиенные соседи и разбойные нападения остались позади. Не каждый же день с мной будут происходить ужасные происшествия? Жизнь наладится. Воспоминания потускнеют, я вернусь к нормальной жизни.
Еще через десять минут мой автомобиль вырулил на Киевское шоссе. Я свернул в сторону Москвы. В районе Апрелевки следовало начать поиск клиентов. Я включил приложение Парекс-такси. Почти сразу появился вызов от потенциального пассажира. Я откликнулся, свернул с автомагистрали в гущу новостроек Подмосковья.
Первым клиентом сегодня оказался типичный работяга: мужчина около тридцати лет, мощный, здоровый, в джинсовой куртке и вязаной черной шапочке.
– Здарова, командир, – мужик широко уселся на середину заднего сиденья.
– Добрый день, – вежливо ответил я, – куда едем?
– Улица Тимирязевская, дом 15.
– Хорошо, поехали. Пристегнитесь, – попросил я, и мы тронулись.
– Давно крутишь баранку? – работяга явно хотел поговорить.
– Примерно пять лет.
– Машина своя?
– Да.
– Выгодно?
– Не жалуюсь.
– Меня Юрой зовут, как в фильме – можно Гоша, можно Гога, – рассмеялся Юрий.
– Меня Сергеем. Очень приятно, – ответил я.
– Я на стройке работаю. Сварщик высшей категории. На всю страну таких наберётся не больше десятка.
– Здорово.
– Разрывают меня на части. Все хотят получить такого профессионала в работники.
– А ты?
– Я не против. Мотаюсь по стране. Работал на космодроме Восточном. Слышал? Потом Крымский мост строил. Теперь приехал Москву покорять.
– Прямо карьера получается. От низов до самого верха. Так до министра дорастешь.
– А что ты думаешь? Я смогу. Легко. Послушаешь, что большие дядьки говорят по телеку, я не хуже ихнего смогу лапшу на уши развешивать.
– Это точно, – улыбнулся я.
Мне начинал нравится Юрий со здоровым и простым отношением к жизни. Так и надо: смело шагать через невзгоды и препятствия, добиваться намеченных целей. Себя я, конечно, причислял к какой-никакой интеллигенции, высшее образование, критичные взгляд на мир, много слов. Мы вечно жалуемся на строй, на президента, на продажных политиков. А что толку? Время идет, годы проходят, ничего не изменяется. Наши кухонные страдания ни к чему не приводят.
– Сейчас я обустроюсь, потом Зинку с детьми привезу. Заживем не хуже Бастрыкина.
– Почему не хуже Бастрыкина?
– Он мой земляк. Я ж из Псковской губернии, он родом из соседнего села. Моя матушка училась с ним в одном классе. У нас там этого деятеля все знают.
– Понятно, – кивнул я.
– Хочу открыть строительную фирму. Как считаешь? Получится?
– Не знаю. Я не пробовал. Фирма – это сложно, много денег надо, – поделился я сомнениями.
Кто из нас не мечтал стать успешным и богатым? Что проще, как зарегистрировать фирму, купить что-нибудь, потом продать в три раза дороже. И все. Ты – богат. Можно обзавестись виллами, яхтами, мерседесами, ни в чем себе не отказывать. У тебя самые красивые девушки, шикарный вид из окна, умные и преданные соратники, советники, юристы и бухгалтера.
Но в жизни путь к земным благам оказывается почему-то сложнее. Не все бизнесмены становятся богатыми, не все создают прибыльный и стабильный бизнес. Быть предпринимателем нужен своеобразный талант. У меня же его не было. Я вспомнил, как с другом Олегом после окончания института вскладчину купили палатку возле Савеловского вокзала.
Я точно знал, что через полгода мы купим вторую, потом третью. Затем будет магазин, а через десять лет у нас будет федеральная сеть собственных супермаркетов. Мы будем продавать франшизу, жить в зимнее время года на теплых островах Индийского океана. Лена будет смотреть на меня восторженными глазами. Наши дети будут учиться в Лондоне или Массачусетсе…
У меня не получилось. Прибыли было маловато. На вторую палатку, мы с другом еще кое-как наскребли. На этом экспансия нашего бизнеса прекратилась. Налоги и конкуренты нещадно душили. Мы вяло сопротивлялись. Худо-бедно сводили концы с концами. Веры не теряли. Знали, что справимся и победим. Мы же молодые, умные и талантливые. Но в 2008 году оказалось, что наши палатки построены незаконно, их просто снесли.
Мы с Олегом горевали и пили. Распродавали остатки товара за полцены, минимизируя убытки. А потом оказалось, если бизнеса нет, то бывают выходные. Если работаешь на дядю, тот платит заработанную плату, которая в два раза больше прибыли от наших никчемных палаток. Через год я уже радовался, что груз ответственности за собственный бизнес свалился с моих хрупких плеч. Наверно, это не мое. Так бывает, не всем суждено стать бизнесменами, как не всем состояться балеринами или певцами, хотя жизнь артистов с экранов телевидения чрезвычайно привлекательна и соблазнительна.
– Ничего сложного, – уверял меня Юрий, – главное собрать коллектив единомышленников. У меня тесть – каменщик от бога. И брат Семен – штукатур-маляр шестого разряда. Втроем мы можем делать практически полный цикл работ от чернового до дизайнерского ремонта. По европейским, прошу учесть, стандартам!
– Может быть, – я продолжал сомневаться в эффективности бизнес плана попутчика, – в стройке не разбираюсь.
– Жизнь, она рассудит. Чего зря языком трепать: дела надо делать. Правда?
– Согласен.
– Сергей, останови у палатки. Жрать хочу, сил нет. С утра не успел позавтракать. Куплю шаурму. Тебе купить?
– Мне не надо, – отказался я.
– Как хочешь. Стопани-ка вон у того магазина.
Я припарковался у небольшого торгового центра, на фасаде которого висела вывеска «ШАУРМА».
– Я быстро. Не уезжай.
– Может рассчитаешься за проезд до этого места? – спросил я.
– Ты мне не доверяешь? – Юрий изобразил полное разочарование в многолетней дружбе и гуманистических идеалах мировой цивилизации в целом.
– Как ты мог такое даже подумать? – подыграл я ему.
– Ну, и славненько, – Юрий легко выпорхнул из машины и скрылся в недрах торгового центра.
Вернется – не вернется? – гадал я, наблюдая в зеркало заднего вида за входом в ТЦ. Не могу сказать, что я совсем разуверился в людях, в чистых и искренних порывах. Но были случаи, когда обманывали, кидали, пользовались моей наивностью. Еще раз? Если Юрий не вернется, конечно, ничего страшного не случится: я не умру с голода, и вера в человечество не разрушится. Картина мира в моей голове сформировалась и почти не изменялась уже лет пять, как расстался с женой.
В детстве люди казались умнее, добрее, честнее. Сейчас люди изменились. Они стали расчетливыми, часто жадными, завистливыми, иногда и подлыми, почти всегда эгоистичными. В общем далекими от библейских идеалов и заповедей. Думаю, что не люди изменились. Скорее всего, природа человека не меняется. Просто я повзрослел. Не могло же быть, что тридцать лет назад люди поголовно были хорошими, а затем с перестройкой стали бандитами, коррупционерами и ворами?
Другой вопрос в том, что темные качества реализовываются или остаться незамеченными в зависимости от ситуации. Например, молодой парень попадает на войну В Афганистан. Он смелый, ловкий, безбашенный, отважный. Его замечает командир роты и отправляет в разведку. Парень проявляет смелость и героизм, становится Героем Советского Союза. Почет ему и уважение! Срочная служба закончилась.
Парню повезло, он выжил. Ранней весной возвращается в родной колхоз. Лучшие девушки смотрят на героя с неподдельным интересом. Каждая хочет мужественного парня в мужья. За таким, как за каменной стеной. Недолго думая, парень женится на своей однокласснице по осени. Колхоз выделяет молодым новый коттедж с ванной и туалетом. Живи и радуйся. Но парень скучает. Ему не хватает адреналина в крови. Постепенно привязывается к бутылке, иногда бьёт молодую красивую жену. По пьяному делу залезает в постель к неразборчивым одиноким односельчанкам. Его жизнь катится под откос. Он постепенно спивается и погибает через пару лет по пьяному делу, утонув в мартовской полынье. Вот вам и влияние внешних условий на человека.
Общаясь с Юрием, стало интересно, как себя поведет талантливый сварщик. Прояви я твердость, он бы рассчитался. Но как Юрий поступит, когда необязательно возвращаться и можно сэкономить пятьсот рублей? Деньги не большие, но показательные. У меня случались подобные ситуации. Два раза клиенты возвращались, и продолжали поездку. Три раза вороватые попутчики бесследно исчезали. Счет 3:2 не в пользу человечности сегодня мог склониться в пользу честности и справедливости, а мог стать разгромным для доверчивых болванов вроде меня.
Прошло пятнадцать минут. Юрий не возвращался. Я вышел из машины, поправил дворники, протер номера и фары. Брутального мужчины из Псковской губернии не видно. Поискать возле палатки с шаурмой?
– Ну, что ж? – похлопал я машинку по крыше, – будешь еще после этого доверять людям?
Никто не ответил. Бывает. Но я буду. Буду верить людям, решил я. Четыре негодяя не стоят веры в человечество. Мы победим. Ждать дальше бессмысленно. Я сел за руль. Завел машину. Включил переднюю передачу…
Откуда-то справа Юрий кинулся с продолговатым свертком в руке прямо под колеса машины.
– Стой! Стой! – закричал он, – куда без меня?
– Вернулся? – я опустил боковое стекло.
– Дай съем шаурму. Я тебе обляпаю весь салон. Хорошо?
– Ешь, – согласился я.
– Думал, что не вернусь? – Юрий хитро улыбался.
– Да. Думал.
– Там очередь большая, потом пересменка началась. Боялся, что ты меня не дождешься. Но и уйти не мог. Извини.
– Ты вернул мне веру в человечность. Три-три, ничья.
– Что это значит?
– Не бери в голову. Вкусная?
– Очень.
Юрий быстро проглотил шаурму. Вытер рот и руки салфеткой. У меня, признаться, потекли слюнки. Довезу Юрия, обязательно отравлюсь фастфудом, подумал я. Хотя в пути есть опасно, могут случиться неприятности. Представляете ситуацию, везешь пассажира по центру Москвы, а таксисту вдруг неимоверно хочется в туалет. Что делать? Неудобно. Искать Макдоналдс? Оставлять клиента в машине одного? Кто-нибудь видел таксиста, который посреди поездки останавливается и начинает искать туалет? То-то и оно, и я не видел. А мы тоже люди, между прочим. Заповедь таксиста – не ешь много в дорогу! Надеюсь, забуду про шаурму, запахи приправ и пережаренного мяса выветрятся. Сядет какой-нибудь другой клиент в машину, заговорит зубы, и я забуду о еде.
– Спасибо, что подождал, – поблагодарил Юрий.
– Не за что.
– Возьми мою визитку. Если потребуется ремонт, обращайся —сделаем в лучшем виде, – Юрий положил визитку на пассажирское сиденье.
– Хорошо, – кивнул я, – спасибо.
– Всегда приятно делать ремонт хорошим людям. Знаешь, бывают такие заказчики – весь мозг вынесут: тень им не так падает, ламинат слишком жесткий, стену надо передвинуть на полметра вправо. Она же несущая, говорю. Меня это не волнует, я так вижу собственную квартиру, отвечает. Плитку на кухню мне купить? Нет, мы сами купим, вы неправильно выберете. Привозят на неделю позже срока, а ремонт требуют закончить точно по графику. Как? – спрашиваю. У нас договор, – отвечают, – не справитесь – с вас штрафы и пени. Бывает у тебя такое?
– Бывает. Куда ж от них деться.
– Нервы изведут, мозг вынесут, деньги платить не хотят. Думаю, я тебе отомщу, замурую тухлую следку в стену. А потом махну рукой на них, жизнь таких негодяев все равно накажет, думаю.
Мы подъехали по адресу. Юрий рассчитался, улыбнулся, отдал честь и растворился в толпе. А может, и правда сделать ремонт? Сменить обстановку? После учиненного погрома не заезжать, снять квартиру на месяц, нанять бригаду Юрия, покрасить стены в желтый и оранжевый цвет, кухню в фиолетовый. Для Барсика оформить уголок с лесенками и домиком под потолком. Если сменить антураж, жизнь изменится.
По окончании ремонта приглашу студенческих друзей, Валеру, Борьку с женой. Пускай посмотрят, как я живу. Выйду на кухню в шейном шелковом галстуке, прочитаю отрывок из неопубликованного пока романа. Лена посмотрит на меня и поймет, какое сокровище потеряла. Поздно, отвечу я ей все понимающим взглядом. Знакомьтесь, моя подруга и, в скором времени, жена – Наташа. Под бурные аплодисменты появляется она: мягкие распущенные по плечам волосы, серое подчеркивающее прелести фигуры платье чуть выше колен, стройные и гладкие ноги, волшебные туфельки, улыбка и обескураживающий взгляд. Деваться некуда. Моя судьба! Моя мечта!
Друзья смотрят на нас, и понимают, что такой красивой пары нет на свете. Подобное счастье бывает только раз в жизни, и только в красивых любовных романах. А у меня вот оно, рядом стоит и улыбается. Я поглаживаю по плечу, обнимаю за талию. Мы с Наташей знаем, а все понимают и заговорщицки подмигивают, что в постели у нас что-то невообразимо фантастическое, не описать словами. Даже Лена потупила взор, от ревности прижалась к Борьке. Моя бывшая в сомнениях, правильно ли тогда поступила? Ведь Борька оказался жадноватым, и после свадьбы ограничивает в мелких покупках, на море не возит, шубу не покупает. Когда ухаживал, вел себя совсем по-другому. А у Наташи и серьги с бриллиантами, и колье, подчеркивающее нежную стройную шею, и колечко на безымянном пальчике. Вроде немного, но со вкусом, изящно…
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?