Текст книги "Армагеддон объявлен"
![](/books_files/covers/thumbs_240/armageddon-obyavlen-11065.jpg)
Автор книги: Александр Сухов
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Но, Зуур, – гном посмотрел на огра, как кролик на удава, – ты мне друг, поэтому не стану темнить. Режь меня на кусочки, Туза не сдам. – И, сморщив забавно свою бородатую физиономию, со слезой в голосе добавил: – Ведь ты же не хочешь, чтобы доброго дядюшку Ханка в один прекрасный момент нашли с перерезанным горлом или хуже того – на дне холодного Кугультыка с камнем на шее. Сам знаешь, как поступают воры с теми, кто активно сотрудничает с лег… то есть с полицейскими.
– Не суетись, Ханк, – нарочито сочувственно покачал головой огр, – и не волнуйся. При твоей тучности нервничать категорически противопоказано – не приведи господь апоплексический удар или какая другая беда. Ты, наверное, забыл, что мы из убойного отдела, а карманными кражами занимаются совершенно другие парни. Туз нам нужен вовсе не для того, чтобы упрятать его в цугундер, к тому же не пойман – не вор, по-другому – презумпция невиновности. Нам попросту нужно с ним немного поболтать, после чего мы спокойно разбежимся в разные стороны.
– Ага, вы поболтали и разбежались, а бедного Ханка воры тут же поднимут на ножи за сотрудничество с полицией.
– А ты действуй осмотрительно и не базарь на весь базар о нашей просьбе, – Зуур ухмыльнулся своему неожиданному каламбуру, после чего продолжил увещевать приятеля: – Ты шепни кому надо: так, мол, и так, один зеленоглазый симпатичный вьюнош желает поболтать тет-а-тет со своим корешом Тузом в любом удобном ему месте. Главное, чтобы информация дошла до ушей интересующего нас лица. Только, Ханк, прошу отнестись к этой моей просьбе со всей ответственностью – повторяю: дело государственной важности.
После этих слов Зуур и Зенон вышли из-за стола, вслед за ними поднялся и хозяин. Робкое предложение юноши расплатиться за съеденное и выпитое было с негодованием отвергнуто кабатчиком. Излишне упорствовать Зенон не стал, поскольку из собственного опыта знал, что такое обиженный гном и на какие безрассудства он способен.
У самого выхода из заведения Ханк пожал руки гостям, при этом, заговорщически подмигнув следователям, негромко пробормотал:
– Вы это… вот чо… погуляйте по рынку с часок. Токо без этих самых ваших личин и прочей магии-шмагии. Тем временем старина Ханк попробует чо-нить сделать для своих друзей.
Пока Зенон и Зуур эр Шуур наслаждались едой, выпивкой и приятной беседой с Красноносым Ханком, дневное светило на небосклоне склонилось слегка к западу, как следствие, между торговыми рядами образовалась спасительная тень. Другими словами, теперь по рынку можно было гулять без всякого опасения получить солнечный удар. По этой причине ранее пустовавшее пространство между торговыми палатками и павильонами начало заполняться потенциальными покупателями, праздно шатающимися ротозеями и прочим людом. Еще недавно царившую на городском торжище тишину теперь нарушали истошные вопли неугомонных зазывал, навязчивая трескотня разносчиков прохладительных напитков и горячих пирожков, крики до хрипоты самозабвенно торгующихся между собой продавцов и покупателей.
Лишь сейчас экипированный по полной форме и без маскировочной личины Зенон осознал всю прелесть прогулок по местам массового скопления народа в качестве официального лица. Если до обеда им с Зууром приходилось, прилагая неимоверные усилия, протискиваться через толпу, теперь вокруг их парочки образовалась «мертвая» зона. Даже вездесущие бродячие собаки каким-то шестым чувством поняли, с кем имеют дело, и, поджав хвосты, торопились убраться с их пути.
– Слышь, Зуур, – окликнул приятеля Зенон, – а почему ты не захотел сразу же обратиться к Ханку за помощью, а заставил нас полдня таскаться по жаре и духоте?
– На это, мой молодой друг, – саркастически усмехнулся огр, – имеются как минимум две причины. Во-первых, ты и ваш Вельмир не удосужились довести до моего сведения общую задачу операции. Пусть я и немного опоздал, но это вовсе не повод для того, чтобы использовать старого шамана втемную, дескать, наложи личины и сдувай пылинки с Зенона. Во-вторых, с утра я еще не успел проголодаться как следует. Ну еще кое-что по мелочам из области уязвленного самолюбия. Впрочем, после посещения «Хромой свиньи», – огр благодушно похлопал себя по изрядно оттопыренному брюху, – старина Зуур простил всем задавакам их небрежное: «Потом, Зуур, все вопросы потом». – При этом он со значением посмотрел на приятеля.
– Извини, друг, – физиономия Зенона от стыда приобрела пунцовый оттенок, – но до обеда вокруг все время отирались посторонние личности, и возможность пообщаться у нас с тобой появилась лишь в заведении добрейшего Ханка.
– Ладно, проехали, не парься, – махнул рукой шаман, – просто иногда бывает обидно, что тебя считают неотесанной дубиной близкие тебе существа. А, между прочим, лет двадцать назад Зуур эр Шуур был обыкновенным околоточным и рынок, а также всех его обитателей изучил как свои пять пальцев. Поэтому, прежде чем лететь незнамо куда, чтобы отыскать незнамо что, неплохо было бы посоветоваться с более опытными товарищами – это тебе на будущее, сынок. – После этих слов огр прищурившись, посмотрел на солнышко, затем перевел взгляд на смущенного Зенона и, удовлетворенно оскалившись, произнес: – Сейчас без четверти три, пока пошлют гонца, пока Туз очухается опосля вчерашнего сабантуя… Короче, сколько-то времени в нашем распоряжении имеется. Тебе часом ничего не нужно прикупить? Например, какие-нибудь манцы-шманцы для своей крали.
– Вообще-то не помешало бы, – кивнул головой юноша, – что-нибудь эдакое, Кайлочке подарить. Только не знаю, насколько удобно делать подобные подарки, ведь наше знакомство находится на самом начальном этапе.
– Вот ведь молодежь! – громко воскликнул огр, да так, что пробегавшая мимо дворняга с испугу едва не тяпнула какого-то гражданина за ногу. – Что бы вы делали без старших товарищей?! Короче, заруби себе на носу: ни одна дама никогда и ни за что не откажется от ценного подарка. Для порядка могут поломаться, конечно, но в конце концов обязательно возьмут, а потом еще и осудят, если женишок жадноват и сэкономил на презенте. Так что, паря, оттопыривай мошну, пойдем выбирать подарок твоей крале. А чтобы тебя не облапошили, старина Зуур будет рядом и ежели чего…
Шаман не закончил фразы. Вместо этого он показал окружающим свои впечатляющих размеров клыки. Результатом данной демонстрации стало существенное увеличение радиуса «мертвой» зоны вокруг нашей парочки.
Тем временем клыкастый приятель подхватил Зенона под локоток и потащил куда-то в сторону от центральных торговых рядов, с их ювелирными лавками и лотками, заваленными изделиями из кугультыкского жемчуга, местного золота и драгоценных и полудрагоценных камней.
Миновав рыбные и мясные ряды, а также павильоны готовой одежды, в основном ханьского производства, приятели оказались в дальней от центрального входа части торжища, у одного из стандартных павильонов с неброской вывеской «Шимон Бен Иехуда и сыновья» и более ни слова о том, что производит или чем торгует данная семейка. Впрочем, судя по имени основного держателя акций данного предприятия, Зенон сообразил, кому оно принадлежит и чем примерно занимается этот Шимон со своими сыновьями. Дело в том, что производством ювелирных изделий на Ультане пытались и до сих пор пытаются заниматься все кому не лень, но лучше всех это почему-то получалось у хитроумных джудов.
Джуды вовсе не являются какой-то отдельной расой разумных существ. С анатомической точки зрения они – обычные люди. Единственное, что отличает джудов от всех прочих обитателей Ультана, – их исключительная обособленность от остального общества. Не то чтобы они держались какой-то изолированной группой, совсем наоборот, джуды живут и ведут свои дела повсюду. Однако ходят в гости лишь друг к другу, молятся своему особенному богу и браки заключают исключительно внутри своего племени.
Вообще-то столь вопиющая необщительность не является для Ультана чем-то особенным. Гномы, орки, эльфы и огры также не подпускают очень уж близко посторонних к своим домашним очагам. Но это не люди, поэтому любые их экстравагантные с человеческой точки зрения выходки воспринимаются как нечто само собой разумеющееся. На джудов же всегда смотрели с опаской – вроде бы свои, но какие-то неродные. К тому же по необъяснимой причине материальные и финансовые ресурсы имеют ну просто феноменальное свойство прилипать к их рукам и оседать в их бездонных карманах. Общеизвестно, что богатых и хитрых нигде особенно не жалуют. Поэтому в истории Ультана имеется довольно много вопиющих примеров джудофобии, выраженной в значительном ограничении их в правах, а также массовых погромах, доходивших до полного истребления всех представителей этого племени в том или ином городе или даже целом государстве.
Справедливости ради стоит отметить, что, несмотря на свою изолированность, показную индифферентность к социальным проблемам и аполитичность, джуды всегда держали свою цепкую руку на пульсе Ультана. По этой причине всякое государство, где им жилось плохо, было обречено на разного рода потрясения. Краснея от стыда, Зенон вспоминал из курса общей истории Великой Рутании о том, что еще каких-нибудь пятьдесят шесть лет назад представителям этого народа дозволялось жить лишь за чертой оседлости. Столь позорная ситуация едва не привела к величайшей смуте. Лишь решительные меры правительства в отношении революционеров-социалистов и иностранных эмиссаров, а самое главное, своевременное признание джудов равноправными гражданами спасли великое государство от полного социально-экономического краха. О подковерной роли джудов в знаменательных событиях более чем полувековой давности было как-то не особенно принято распространяться. Впрочем, широким слоям народонаселения Рутании по большому счету наплевать на всякого рода коллизии и переломные моменты истории их собственного отечества. Самому Зенону об этом народе и его роли в мировой истории стало известно лишь благодаря стараниям одного именитого столичного профессора, точнее, щедрости руководства родного училища, не пожалевшего значительной денежной суммы для того, чтобы оплатить весьма занимательный курс лекций вышеозначенного светила.
По большому счету Зенону никогда не доводилось вести дел с джудами. Более того, за всю свою пока еще недолгую жизнь ему не случилось даже обмолвиться словечком ни с одним из представителей этого народа, ежели не считать таковым начальника губернского полицейского управления, носившего по какой-то непонятной причине явно джудское имя.
«Кстати, – подумал юноша, – нужно будет как-нибудь на досуге порасспросить коллег, с какой такой стати темный эльф называет себя Герхардом Бен Розенталем?»
Между тем Зуур эр Шуур отворил филенчатую дверь и без колебаний шагнул в прохладный сумрак. Зенону ничего не оставалось, как проследовать за товарищем.
После того как снабженная пружиной дверь захлопнулась за спинами визитеров, а глаза адаптировались к царившему внутри полумраку, молодой человек без особого, впрочем, удивления понял, что он и его товарищ находятся в ювелирной лавке. Стоит отметить, что до этого момента Зенону ни разу не доводилось переступать порог подобного заведения, а о ювелирах, всяких драгоценностях и прочей блестящей мишуре он имел смутное представление, почерпнутое из книг и рассказов бывалых приятелей.
Не успел Зенон толком оглядеться, как распахнулась другая дверь, и в помещении появился невысокий человечек, вероятно, сам хозяин. По-видимому, входная дверь была оборудована каким-то сигнальным устройством, как только она распахнулась, владелец лавки был тут же предупрежден и поспешил выйти навстречу гостям. В тот же самый момент торговое помещение залил яркий электрический свет. Как результат, выставленные на всеобщее обозрение витрины с разнообразными ювелирными украшениями заискрились и засверкали, весело брызжа во все стороны колючими разноцветными лучиками.
При виде столь сногсшибательного великолепия Зенон, ранее не замечавший за собой особого пиетета ко всякого рода показушной мишуре, не удержался от довольно громкого: «Ух, ты!» Юноша тут же оценил талант Шимона Бен Иехуды преподносить товар, что называется, лицом и еще до личного знакомства проникся к этому человеку особенным уважением. Откровенно говоря, в драгоценностях Зенон разбирался не очень уж чтобы, но природный вкус и врожденное чувство прекрасного позволили ему сделать вывод, что в этом магазинчике выложены предметы, весьма отличающиеся в положительную сторону от того безыскусного ширпотреба, что в преогромных количествах можно найти в витринах прочих подобных заведений…
– Ой, шо я вижу! Не… мне снится! Сам господин поручик! – невыносимо картавя, воскликнул хозяин лавки. – Таки хто бы мог подумать, шо средь бела дня скромную лавку старого Шимона посетят такие уважаемые люди…
Шимон Бен Иехуда еще несколько минут рассыпался в комплиментах, при этом он как бы ненароком пару раз назвал посетителей «уважаемыми людьми». Его ничуть не смущало, что людьми в истинном понимании этого слова среди гостей был один лишь Зенон. Впрочем, данная оплошность ювелира ничуть не смущала огра. Зуур эр Шуур крепко облапил хозяина лавки, из чего Зенон сделал вывод, что эти двое являются если не закадычными друзьями, то как минимум добрыми знакомыми.
– Дорогой Шимон, я пока еще подпоручик. – Выпустив джуда из своих могучих объятий, Зуур эр Шуур указал рукой на своего напарника. – Разреши представить тебе моего коллегу, более того, хорошего друга, молодого, но весьма перспективного офицера Зенона Мэйлори.
Лишь теперь у Зенона появилась возможность рассмотреть хозяина ювелирной лавки во всех подробностях. Поначалу это помешал сделать блеск драгоценных камней, затем темпераментный огр со своими бурными выражениями восторга. Шимон Бен Иехуда оказался мужчиной лет за шестьдесят, не пышущим здоровьем, но довольно крепким на вид. Был он не высок, не толст и не худ, практически лыс, так что Зенону приходилось лишь гадать, каким чудесным образом при такой подвижности с его головы не слетает кипа – небольшая вязаная шапочка, в которой всякий благочестивый джуд обязан щеголять едва ли не круглые сутки. Умное лицо, цепкий оценивающий взгляд темных глаз, легкая ироническая улыбка невольно наводили на мысль, что этому человеку уже известно все на этом свете и удивить его больше ничем невозможно. Облачен Шимон Бен Иехуда был в белую рубашку, подвязанную у самого горла пестрым платком, и черные брюки на подтяжках поверх рубахи. На ногах черные, начищенные до зеркального блеска остроносые ботинки.
– Ну как же, как же, – покачал головой ювелир, – отчаянного поручика нынче всяка распоследняя собака знает и уважает. Он у нас прямо-таки Самсон непобедимый: и души невинные вызволил из позорного плена ханьского, и наследника престола от неминучей беды избавил, и Лиин вытащил из огня. Кстати, как там она? Будете в госпитале, обязательно передавайте ей сердечнейший привет, а также искренние пожелания скорейшего выздоровления от старого Шимона. Душевная девушка и с пониманием, скажу вам…
Зенон слушал словоохотливого джуда и не переставал удивляться его исключительной осведомленности. Казалось бы, откуда ему знать о делах, находящихся вне пределов его профессиональных или бытовых интересов?
– Спасибо, старина, как только мы с Зеноном соберемся проведать Лиин, а это произойдет в самое ближайшее время, непременно передадим ей твои слова. – Зуур эр Шуур в довольно бесцеремонной форме оборвал приятеля. – Извини, Шимон, мы к тебе ненадолго, к тому же только что вышли из-за стола, поэтому не забивай голову всякими политесами типа: «А не желают ли дорогие гости отобедать или выпить?» Давай-ка лучше сразу перейдем к делу.
– Таки шо ты такое говоришь?! – громко воскликнул явно возмущенный ювелир. – Это с каких же пор друзья отказываются пропустить стопочку-другую превосходного шнапса в компании старого Шимона?!
– Еще раз прошу прощения, – развел руками огр, – но ничего не поделаешь – служба. Обещаю как-нибудь заглянуть на огонек к своему корешу Бен Иехуде, поболтаем за жизнь, вмажем хорошенько, вспомним те стародавние денечки, когда оба мы были молоды и горазды на всякие глупости. А сейчас, дружище, подбери-ка нашему Зенону из твоей коллекции что-нибудь стоящее, только не забывай, что это не какой-нибудь мильёнэр, а простой рутанский офицер-трудяга.
– Можешь не объяснять, дорогой Зуур, – потирая ладони, ухмыльнулся джуд. – Даже с учетом алмазной звезды твой приятель стоит на данный момент не боле пятисот марок в месяц, и в кармане у него сейчас всего-то от двухсот пятидесяти до трех сотен монет…
Зенон в очередной раз подивился смекалистости прожженного торгаша, ибо при нем в настоящий момент было действительно ровно триста марок, кои он и планировал потратить на покупку подарка.
– Ориентируйся на пятьсот, – небрежно бросил огр, – я добавлю, сколько не хватит. – Заметив удивление на физиономии коллеги, пояснил: – В качестве беспроцентной ссуды – отдашь, когда сможешь. К тому же так они целее будут – мои благоверные страсть как любят пошарить по карманам супруга – ни стыда ни совести. Я уж туда и крыс подкладывал, и змей, и пауков гигантских – ничего не помогает. Все-таки возьму и приведу еще парочку жен из дальнего урочища, вот тогда они у меня попрыгают!
– Таки лучше выгони одну или сразу обеих, – резонно заметил Шимон. – Сбагри детям или внукам – пусть помучаются.
– Спасибо за совет, дорогой Шимон, но, к великому сожалению, у нас – огров – так не принято. Детишки давно живут своими семьями и, зная прескверный характер своих мамок, на пушечный выстрел к домашним очагам их не подпустят. Дети, ведь они на что годны? Деньги всю жизнь тянуть из родителей да несуществующее наследство делить, а еще… – не доведя до конца начатую мысль, Зуур эр Шуур осуждающе покачал головой, затем со свойственной великаньему племени прямотой перешел к делу: – Короче, Шимон, в пределах вышеозначенной суммы подбери-ка чего-нибудь стоящее для молоденькой девахи, в которую по уши влюблен мой друг Зенон.
– Да, да, – подхватил Зенон, – именно для молодой светловолосой, голубоглазой…
– Погодите, молодой человек, не суетитесь! – остановил юношу джуд. – Лучше сядьте вон на тот стул и нарисуйте перед своим внутренним взором образ этой особы.
Зенон недоуменно пожал плечами, в поисках поддержки и одобрения взглянул на ухмыляющегося огра и, получив великодушный кивок, мол, делай, как велено, проследовал к указанному стулу. Устроившись поудобнее на жестком деревянном сиденье, он закрыл глаза и старательно попытался представить Кайлу Ноумен. Легко сказать «представить», да трудно сделать. Странное требование ювелира вывело нашего героя из равновесия до такой степени, что он никак не мог собраться с мыслями и сосредоточиться. Перед его внутренним взором, как назло, начали появляться кривляющиеся и скалящиеся морды демонических созданий, затем промелькнуло бородатое лицо майора Тверда и произрастающий прямо из бородатых кущ выдающийся нос Ханка… За пару минут воспаленное воображение Зенона нарисовало множество портретов его новых, а также старых знакомых и приятелей, однако, как он ни пыжился, упорно отказывалось воспроизвести светлый образ той, в которую он был по уши влюблен.
– Да вы не нервничайте, юноша! – услышал он успокаивающий голос пожилого джуда. – Расслабьтесь, постарайтесь выбросить всё из головы. Как только успокоитесь, оно само придет.
Зенон попробовал последовать совету мастера Шимона, и, действительно, посторонние лица, покривлявшись напоследок, начали отходить на задний план, потом и вовсе пропали из виду. Затем перед его внутренним взором сначала появилась милая мордашка улыбающейся Кайлы, затем девушка предстала перед ним в полный рост.
– А теперь, дорогой Зенон, – торжественно произнес ювелир, – можете-таки открыть глаза!
Молодой человек незамедлительно последовал данному совету. В то же самое мгновение его нижняя челюсть, отвиснув от удивления, едва не стукнула пребольно по его могучей груди. Посреди комнаты стояла призрачная фигура его ненаглядной. Насколько мог судить юноша, размерами копия полностью соответствовала оригиналу.
– Фантастика! – невольно вырвалось у него.
На его восторженную реплику никто из присутствующих не обратил внимания. Зуур эр Шуур и Шимон Бен Иехуда были предельно увлечены созерцательным процессом. При этом джуд сосредоточенно разглядывал девушку, а огр не менее внимательно следил за действиями ювелира.
Налюбовавшись вдоволь фантомным образом, хозяин ювелирной лавки возвел руки к потолку и что-то прошептал себе под нос. В следующий момент призрак начал бледнеть и вскоре полностью растаял в воздухе без каких-либо шумовых и прочих эффектов.
Шимон Бен Иехуда повернул улыбающееся лицо к гостям и, обратившись к Зенону, произнес:
– Всё, молодой человек, теперь старому Иехуде известно более чем достаточно. Мой вам совет на будущее: при выборе ювелирных украшений следует полагаться лишь на компетентное мнение профессионала. Дело в том, шо понравившийся предмет может оказаться в лучшем случае бесполезной побрякушкой, а в худшем он способен нанести непоправимый вред здоровью существа, для которого предназначен. Например, вы, юноша, в полном соответствии с собственным вкусом и духовной предрасположенностью непременно выбрали бы в качестве подарка для своей пассии рубины или аметисты, поскольку это именно ваши камни. И… – пожилой джуд поднял над головой указующий перст правой руки, – совершили бы непоправимую ошибку, ибо ей эти камни не подходят. Скажу больше, если бы юная голубоглазая прелестница решила носить украшение из этих камней, с ней непременно приключилось бы какое-нибудь несчастье…
Зенон неожиданно подловил себя на мысли, что уже давно положил глаз на ярко-алую рубиновую брошь и мысленно представлял, как эффектно она будет смотреться на груди его обожаемой Кайлочки. И сердце юноши сдавило, будто ледяными тисками от осознания того, что могло случиться из-за его некомпетентности.
– Путем нехитрых приемов, – продолжал тем временем мастер Бен Иехуда, – любой более или менее опытный специалист-геммолог способен определить, подходит данный камень тому или иному существу. Вам никогда не казалось странным, шо при виде какого-нибудь булыжника, валяющегося на проезжей части, вас охватывает непреодолимое желание пнуть его ногой или, наоборот, поднять и отнести на обочину, шоб на него не натыкались колеса повозок и путники не били об него своих ног? В такие моменты нам кажется, шо мы заботимся о проезжающих транспортных средствах и путешественниках, но на самом деле мы проявляем доброту исключительно по отношению к этому камню, поскольку это НАШ, да-да именно НАШ, камень. И пусть он невзрачен и неотличим от прочих разбросанных вокруг камней, он способен принести своему владельцу не меньшую пользу, чем яркий блестящий камушек, заключенный в драгоценную оправу. Впрочем, никому в голову не придет обрамлять золотом, серебром или другими какими металлами неприглядные камни, найденные на дороге. Для этой цели существуют алмазы, рубины, изумруды, опалы, турмалины, бирюза и множество других минералов, созданных Господом нашим для того, шоб радовать глаз и будоражить наши чуйства. Шо касается вас, молодой человек, – хозяин ювелирной лавки наконец-то вернулся с небес на землю, точнее, от абстрактных рассуждений философского свойства перешел к делу, – у меня есть одна вещица, которая, по моему глубокому убеждению, прекрасно подойдет вашей даме.
Шимон Бен Иехуда попросил гостей немного подождать, после чего удалился в соседнюю комнату. Пробыл он там недолго и через пару минут вновь появился в торговом зале, на этот раз с небольшой обитой бархатом коробочкой в руках. Положив ее на прилавок, он пригласил Зенона и Зуура подойти поближе, после чего с видом иллюзиониста-профессионала ловко откинул крышку. Обошлось без всяких там «але оп!», «вуаля!», «сим салавим!» и прочей белиберды, изрекаемой в подобных случаях цирковых дел мастерами. Впрочем, отсутствие балаганной атрибутики вовсе не помешало молодому человеку и огру по достоинству оценить то, что находилось внутри ничем не примечательного футляра, и дружный вздох восхищения, вырвавшийся из их груди, приятно пощекотал самолюбие мастера.
Внутри коробочки на бархатной подушечке покоился бирюзовый перстенек, сработанный из белого металла. Стоит отметить, что сам камень ничем особенно не отличался, но в обрамлении искусно выполненной оправы смотрелся не хуже любого бриллианта чистой воды.
– Местная бирюза и драгоценная эрнакская платина – прекрасное украшение, а также отличный оберег для вашей возлюбленной. С такой защитой она, как говорится, и в горящую избу, и коня на скаку… Поверьте старому джуду, юноша, шо лучшего подарка для своей невесты вы не сыщете на всем белом свете.
– Вы заблуждаетесь, мастер, – по какой-то непонятной для самого себя причине Зенон начал оправдываться, – Кайла мне никакая не невеста – мы пока еще лишь друзья…
– Бросьте морочить мне мозг! – Хозяин лавки в резкой форме оборвал жалкий оправдательный лепет Зенона. – Я шо, по-вашему, слепой или совсем?! Ваши колебания в подобной ситуации абсолютно неуместны, и ежели вы не хотите, шобы этот цветок сорвал кто-то другой, спешите побыстрее открыть девушке свои чуйства!.. – Однако тут же, сменив гнев на милость, добавил мягче: – Помнится, я свою Цилю прям из синагоги на сеновал заманил – шибко шустер был. Папашка ейный – Кривой Мойша – здорово тогда бесился, грозился приданого лишить, но ничего у него не получилось – мудрый раби Бен Ицхак быстро нашел нужные слова, короче, просветил старикана и насчет перста указующего, и божественного промысла, а также по поводу ответственности за судьбы чад своих…
Выдав маловразумительную для понимания Зенона и Зуур эр Шуура историю о былых своих подвигах на любовном фронте, Шимон Бен Иехуда громко захихикал и уставился в потолок затуманенным взором, будто вновь переживал один из волнующих моментов своей бурной молодости.
Пребывал пожилой джуд в таком состоянии недолго. Очень скоро взгляд его прояснился и, улыбнувшись напоследок каким-то своим мыслям, он произнес:
– Итак, уважаемый Зенон, вещица только шо мной изготовлена, а значит, без посторонних астральных наложений. За качество отвечаю головой и своей безупречной репутацией. Таким образом, я желаю получить с вас четыреста двадцать восемь марок…
Через четверть часа Зенон и Зуур эр Шуур, покинув кондиционированную атмосферу ювелирной лавки, с отвращением вдыхали раскаленный, изрядно приправленный рыночной вонью воздух. Определенный Красноносым Ханком час уже давно истек, но щипач по прозвищу Туз так и не соизволил появиться в пределах их видимости. Прошатавшись по рынку еще с полчаса, наши герои решили сворачивать поисковую деятельность. Злой огр махнул в сердцах рукой и с изрядной долей сарказма в голосе проворчал:
– Поставим Вельмира в известность, так, мол, и так – не желает Туз идти на добровольное сотрудничество со следствием. Не удивлюсь, если завтра с утра сюда нагрянет пара батальонов опоновцев и при поддержке погранцов устроят грандиозное шоу под названием «Вселенский шмон» с поголовным изъятием темных очков и выбиванием зубов особо ретивым гражданам. Только боюсь, что все эти экстраординарные меры окажутся такими же результативными, как сегодняшнее наше хождение. Черт подери! Миру угрожает, может быть, самая страшная с начала времен опасность, а мы с тобой не можем отыскать какого-то мелкого воришку.
На что Зенон резонно заметил:
– А еще лучше сразу же поймать и доставить пред ясны очи Вельмира какого-нибудь одержимого демоном индивида, тогда б и за Тузом гоняться необходимость тут же отпала.
– Хорошо бы, – мечтательно покачал головой шаман, – да где ж его взять-то. Вряд ли эти типы станут средь бела дня шастать по рынку. Скорее всего, сидят в какой-нибудь берлоге, между делом вербуют новых адептов прямо у нас под носом, готовят вторжение, а мы ни сном ни духом. Интересно, каким же это образом они попытаются захватить наш мир?
– Кабы знать, вполне возможно, маги уже давно чего-нибудь предприняли бы. А так полнейшая неопределенность, поэтому нужен «язык». Выходит, Зуур, мы с тобой в настоящий момент находимся на самом острие…
– Я бы сейчас предпочел находиться не на острие, – мудро заметил огр, – а в каком-нибудь тихом местечке, где много выпивки и хорошо кормят. – Вздохнул и невпопад произнес: – Хорошо сейчас Эниэль – наследного принца провожает. Как ты думаешь, Зен, поедет девка в столицу или все-таки здесь останется? Хоть я и недолюбливаю некоторые ее выверты, скучно без нее будет.
– Да хватит тебе переживать-то! – успокоил приятеля Зенон. – Никуда она не денется. Тем более у нее что-то завязывается с Парацельсом. Парнишка оказался не промах и быстро нашел общий язык…
Договорить он не успел, поскольку неожиданно почувствовал в кармане брюк, том самом, куда недавно поместил заветную коробочку, некое подозрительное шевеление. В следующий момент рука поручика устремилась в направлении злосчастного кармана, однако, несмотря на феноменальную реакцию юноши, источник вышеозначенного шевеления куда-то исчез. В ожидании самого худшего Зенон запустил руку в карман и с облегчением перевел дух – обитый бархатом футляр никуда не пропал. Мало того, помимо коробочки там обнаружился листок бумаги, которого (он мог поклясться чем угодно) всего мгновение назад там не было. Зенону хватило ума и выдержки оставить листок там, где он его нашел, – похоже, тот, кто его туда положил, не желает афишировать свою связь с официальными представителями органов охраны правопорядка.
Чтобы понять, кто был тот самый чрезвычайно ловкий тип, умудрившийся запихнуть в его карман бумажный листок, молодому человеку не нужно было особенно напрягать свои мозги. Вполне очевидно, только что здесь побывал один плутоватый, но симпатичный гном, поскольку любой другой вор со стопроцентной вероятностью изъял бы оттуда все ценное, нежели положил бы туда что-нибудь.
Резко обернувшись, Зенон попытался определить местонахождение шустрого гнома, но того уже и след простыл.
– Что с тобой, Зен? – встревожено спросил Зуур эр Шуур.
– Все нормально, – нарочито бодро ответил юноша, – только что мне в карман подбросили записку…
– Кто подбросил?
– А ты не догадываешься? – невольно съязвил Зенон – молодой человек еще не отошел окончательно от пережитого волнения.
– Неужели Туз?! – радостно воскликнул огр.
На что юноша, пожав плечами, сказал:
– Точно не уверен, но больше вроде бы некому. – Затем улыбнулся и с усмешкой заметил: – Ну все, Зуур, кажется, здесь нам больше делать нечего. Пора отправляться в управу на доклад к Вельмиру.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?