Читать книгу "Геополитика и проблемы национальной безопасности России"

§ 3. Конфликт идеологий как способ разрешения геополитических интересов государств

3.1. Конфликт идеологий и способы разрешения геополитических интересов государств региона, союза, блока и всего мирового сообщества составляет важнейшее направление (вектор) геополитики в целом.

Идеология выступает важнейшей составной частью политики, так как она влияет на авторитет власти, властных отношений, основывается на признании определенной модели общества, политической системы, путей и средств практической реализации этой модели.

Любая идеология носит всегда тенденциозный характер, она заинтересована в привлечении к себе наибольшего числа своих приверженцев.

Каждая идеология стремится обрисовать своего антипода, противника как врага, что в итоге приводит к различным конфликтам как внутреннего, так и международного характера.

Известное определение политики как «искусства возможного» ставит определенные рамки, пределы идеологизации политики. И, наоборот, эти же рамки ставят пределы политики, за которые ей позволено выйти, сообразуясь с основополагающими принципами идеологии, господствующей в данном государстве.

На рубеже третьего тысячелетия произошел крах евроцентристского мира и двухполюсного мирового порядка, конец холодной войны. В этой связи прав оказался великий Ф. Ницше, когда писал, что XX столетие станет веком борьбы различных сил за мировое господство, осуществляемой именем философских принципов (хотя фактически эти принципы были заменены идеологическими, идеологические принципы взяли верх над философскими). Однако идеологические догмы (марксизм, национал-социализм, либерализм и др.) в сущности выполняли ту же роль, что и великие религиозные системы – христианство, католицизм, протестантизм, ислам и др. – в прошлом.

В первые десятилетия XX в. развернулась ожесточенная борьба между тремя главными идеологическими системами – реформизмом, фашизмом и большевизмом. После Второй мировой войны остались две – социал-капиталистический реформизм и революционный социализм. Сейчас господствует социал-реформистская идеология с ярко выраженными гегемонистскими устремлениями США, Германии и Японии.

3.2. При биполярном мире политика «Восток – Запад» носила не собственно географический характер, а приобрела ярко выраженную идеолого-политическую направленность, что в итоге и составляло основу, ось биополярного мира. Япония перестала быть сугубо восточной страной, а стала частью западного мира.

До конца 80-х гг. в биполярном мире выделялись 3 группы государств: промышленно развитые капиталистические страны, страны социалистической ориентации и страны третьего мира (бывшие колониальные и развивающиеся страны). Страны социалистической ориентации (а к 1986 г. их насчитывалось 26 с населением 1,7 млрд человек) составляли 37 % населения земного шара; развитые страны капиталистической ориентации – около 25 %, а вся оставшаяся часть приходилась на страны третьего мира.

С развалом социалистического лагеря идеологическая борьба приобрела иной характер и другие формы, однако ее интенсивность и антироссийская направленность существенно не снизилась. Холодная война хотя официально и прекратилась из-за отсутствия СССР и социалистического лагеря, но идеологическая экспансия сохранялась по-прежнему. Антикоммунистический «крестовый поход» США и других стран против коммунистической идеологии, начавшийся в период холодной войны, не окончен, он приобретает иную окраску и направленность, например, очевидно стремление разъединить славянские страны и народы, блокировать их, подчинить своим правилам игры.

Крах коммунистической идеологии не означает торжества и победы принципов западного общества, внутри которого усиливается критика индивидуализма и выпестованных им типов демократии. Выдвинуть новый, объединяющий все страны идеологический миф Запад так и не сумел. Традиционные для Запада теории консерватизма, либерализма и другие политико-идеологические конструкции по существу также исчерпали себя.

Под сомнение поставлена сама возможность или правомерность существования каких бы то ни было идейно-программных, политико-идеологических построений как мобилизующих идеалов. Возникает вопрос о способности нынешних форм демократии эффективно ответить на вызов новых исторических реальностей, что может выступить своеобразной объединительной идеей.

Россия сейчас тоже ищет такую национальную идею, которая бы сплотила нацию, помогла побороть возникшие трудности.

Идеологи ни у нас, ни на Западе не могут предложить какой-либо цельной идеологической конструкции. Существующие же идеологические конструкции носят фрагментарный характер, часто имеют импровизационную направленность. Это грозит непред сказуемыми последствиями, так как возможны глобальные сдвиги в результате действия множества факторов социального, экономического, культурного, технологического и иного характера, которые могут приобретать глобальный характер и привести мир к непредсказуемым последствиям. А это в свою очередь может обусловить возникновение различных конфликтов как среди отдельных государств, так и регионов глобального масштаба.

Как отмечают западные исследователи, современные формы производства, восприятия и распространения потребностей усиливают неудовлетворенность общества независимо от того, реализуется или нет та или иная конкретная потребность. Более того, всеобщая неудовлетворенность является сильнейшим мотивационным фактором массового недовольства в современных обществах.

Поиск новых идей, мифов вызвал новый всплеск интереса к религии. Стали говорить о возвращении священного и нового религиозного сознания, о примате религиозных догм при формировании духовности народа. При этом проявляются две тенденции: одна состоит в возврате к фундаментальным религиозным догмам и их осовременивании, но с акцентом не на авторитарные идеи, идеалы, устои, ориентации. Другая тенденция в противовес первой выдвигает на первый план космополитические, анархистские, антиорганизационные идеи, установки, не признающие целостности, дисциплины, ответственности. И мирного существования этих двух идеологий ожидать не приходится.

3.3. Особое место в идеологии занимает национализм. Еще И. К. Блюнчли в 1810 г. писал, что в мире должно быть столько же государств, сколько в нем различных наций; каждая нация должна иметь свою государственность, а каждое государство должно строиться на национальной основе.

В мире постоянно идут споры, что первично – нация или государство, как они соотносятся друг с другом. Религиозный фундаментализм, национализм, расизм, нетерпимость нельзя отнести к реликтам прошлого, к сожалению, они востребованы и сегодня.

Национализм наряду с положительными явлениями (такими, как мобилизация народа в борьбе за освобождение, источник творческого порыва народа) несет в себе и сугубо отрицательные – изоляцию народов и этнические конфликты.

Национализм является социокультурным феноменом, смыкающимся с религией и идеологией и в определенной мере определяющим модель видения мира и место нации и государства в нем. Но зачастую он используется в качестве ширмы для прикрытия иных устремлений, направленных на захват территории, перераспределение ресурсов и сфер влияния.

В условиях размывания естественных общностей под действием капиталистической действительности в лице семьи, общины, этноса, нации на первый план выдвигаются прежде всего потребности, стремления личности, индивида присоединиться к разного рода искусственным, фиктивным, ложным общностям, таким, как партии, религиозные общины и секты.

Национализм несет в себе обещание восстановить нормальный порядок, все поставить на свои места и освободить людей от страха перед современностью, а также трудной необходимости принимать решения. В современных условиях это особенно важно, так как предстоит борьба за установление своего места в обществе, государстве, планетарного порядка.

Право наций на самоопределение было впервые объявлено на Версальской мирной конференции в 1919 г., в результате чего в Европе на базе развалившихся империй были образованы самостоятельные государства Польша, Финляндия, прибалтийские государства, Чехословакия, Югославия и др. Этот процесс особенно оживился в связи с распадом СССР, особенно он коснулся многих стран Европы (Югославии, Чехословакии и др.).

Национализм в нынешних условиях создает исключительно благоприятную почву для конфликтов, достаточно вспомнить конфликты в Косово, Македонии, между НАТО и Югославией. Националистические конфликты могут возникать между государствами (по поводу государственного суверенитета, расчленения, консолидации государств), а также между различными группировками, выступающими за создание собственного самостоятельного государства (например, в Курдистане, Абхазии, Приднестровской республике и др.).

Национализм возникает даже среди тех этносов, которые не обладают самодостаточностью и не могут создать сколько-нибудь жизнеспособное государственное образование. Территориальный подход при рассмотрении межнациональных конфликтов практически не приносит успеха в разрешении национального вопроса. В мире много народов и наций, более 8 тыс. языков, не считая диалектов. И если исходить лишь из интересов этих этносов, тогда мир должен состоять из многих сотен и тысяч самостоятельных государственных образований. Но это невозможно. Поэтому данная проблема должна решаться иными способами.

Таким образом, геополитические интересы государств обусловлены прежде всего национальными интересами, которые должны быть не только четко определены, но и осознаны на уровне общества и государства.

Суверенитет как важнейший элемент национальной безопасности должен быть неделим и полностью принадлежать центральной власти. Целостность государства и власти должна быть защищена любыми способами.

Идеологии как фактор развития геополитики продолжают играть определяющую роль; каждое общество и государство ищет объединяющую идею, в планетарном порядке их быть не может, поэтому следует вести речь о многополярном мире.

Глава III. Характеристика основных геополитических сил на современном этапе развития мирового сообщества

§ 1. Общая характеристика современного миропорядка

1.1. Если еще 50 лет назад центром геополитического мира была Европа и было много мест на Земле, куда отзвуки европейских событий едва ли доходили в полном объеме, то сейчас положение иное. Сегодня одна часть планеты не может жить без другой, ни один регион планеты не в состоянии выжить в изоляции.

Международные отношения из регионально-центристских превратились в глобальные. Любые изменения геополитического характера в одной части мира моментально эхом прокатываются по земному шару, обусловливая в ряде случаев такие геополитические сдвиги и последствия, которых мало кто ожидает.

Сейчас любой, даже самый отдаленный, уголок Земли представляет стратегический интерес не только для соседних стран, но и для всего мира. Об этом наглядно свидетельствует Америка, объявляя те или иные территории зонами своих стратегических интересов.

Биполярный мир распался с развалом СССР и окончанием холодной войны. Свои прежние геополитические позиции и интересы сохранила лишь одна сверхдержава – США. Однако и Объединенная Германия вновь стремится стать не только геополитическим центром Европы, но и играть самостоятельную геополитическую роль в мире в противовес США. На этой основе складывается новая геополитическая картина мира.

В период холодной войны основной заботой США и ее союзников было не дать советскому влиянию выйти за пределы евразийского хартленда путем удержания примыкающих к морям и океанам маргинальных частей Евразии в политической орбите Запада. Эту задачу Западу решить не удалось. Однако распад СССР дал США редкую возможность вклиниться в быстро меняющийся евразийский геостратегический регион, чтобы оказать решающее воздействие на ход событий в свою пользу.

Основная геополитическая задача США – разрушить евразийский геостратегический монолит и не допустить доминирующего влияния Германии и прежде всего России. Для этого необходимо обеспечить баланс сил: оказать помощь менее сильному (прежде всего Украине), чтобы ослабить роль более сильной России. Даже принимая Россию в Совет Европы, ей выставили в качестве необходимого и обязательного условия – отказ от притязаний на особую роль в отношениях со странами СНГ – бывшими союзными республиками СССР. И Россия обязалась выполнить это условие, подтвердив свою готовность на саммите глав государств, собравшихся в Стамбуле по поводу наступления третьего тысячелетия. Одновременно ведется работа по подрыву мощи России изнутри, что проявляется во всех сферах жизнедеятельности – от экономики и политики до духовного состояния общества, народа.

1.2. В Европе господствующее положение в раскладе геополитических сил в последние годы начинает играть Германия, особенно после ее объединения. Она взяла на себя главную роль в Европейском Союзе, в организации экономической и финансовой политики, в создании Европола (в противовес Интерполу, где главенствующее положение занимают США).

Геополитическое положение Германии всегда было весьма неопределенным: ее западная часть является индустриальной и тяготеет к западному миру, а восточная – аграрно-промышленная, юнкерская и центр прусского милитаризма – тяготеет к евроазиатскому континенту. Отсюда и раздвоенность ее политической ориентации: с одной стороны, в ней обнаруживается прозападная и антивосточная сторона, с другой, наоборот, антизападная и провосточная. Геополитически Германия, как отмечает известный ученый О. Конт, это постоянный «вопросительный знак Европы».

Объединившаяся Германия вновь оказалась в центре геополитических событий. Полоса между нею и Россией значительно расширилась за счет образования новых государств и переориентации существующих. Центр Европы вновь появился на карте мира, причем в значительно более масштабном виде, чем прежде. Но от этого стабильности в Европе не прибавилось, наоборот, она стала менее устойчивой и более уязвимой (прежде всего за счет событий в бывшей Югославии, а также процессов, происходящих в Молдавии и странах Балтии и т. д.). Особенно наглядно позиция Германии проявилась во время войны Америки с Ираком, когда вместе с Францией она отказалась поддержать американцев в этом военном конфликте.

На протяжении многих лет предпринимались неоднократные попытки создать между Россией и остальной Европой группу из малых государств, не являющихся сторонниками Российского государства. Однако история нас учит, что этот так называемый «санитарный кордон» никогда не имел успеха прежде всего из-за неразрешимых противоречий между самими государствами, входящими в этот кордон (так называемый срединный ярус), и малыми государствами, всегда искавшими поддержки у Германии или России. Не следует забывать и о весьма сильном внешнем давлении на эти процессы с тем, чтобы не допустить излишнего усиления Германии либо России.

Сегодняшняя геополитическая картина мира определяется прежде всего нестабильностью ситуации на Балканах и на просторах СНГ, а также ослаблением России, которая объективно перестала играть определяющую роль в современной геополитике.

1.3. В геополитике всегда присутствуют элементы интеграции и дезинтеграции, когда идет распад империй, союзов, отдельных государств и начинается формирование новых государственных образований. Эти процессы чередуются: интеграция уступает место процессам дезинтеграции, и наоборот. Это подтверждает историческое прошлое и сегодняшняя жизнь. Так, например, до 1989 г. в Европе шли интеграционные процессы. С крушением СССР обвально пошли дезинтеграционные процессы.

Но это не просто смена одного процесса другим, здесь более сложная взаимообусловленность. До развала социалистического лагеря в Европе действовали две по существу самостоятельные экономические системы: общий рынок и СЭВ. Но, как говорится, «мертвые хватают живых»: СЭВ умер с развалом СССР и социалистического лагеря, однако общий рынок еще существует. Но процесс дезинтеграции на востоке Европы обязательно коснется и ее запада, в том числе и Общего рынка. Признаки этого прослеживаются в противоречиях интересов разных стран, входящих в ВТО, в которой американцы играют главенствующую роль и реализуют через эту организацию прежде всего свои экономические интересы в ущерб товаропроизводителям других стран.

С развалом СССР и объединением Германии в конечном счете умрет и Европейское Сообщество (хотя оно пока не просто живет, но и активно развивается) – таковы объективные закономерности геополитического развития.

Сейчас возникла принципиально иная геополитическая ситуация в Европе, Евразии и мире, и в ней нет места ни западноевропейской, ни восточно-европейской интеграции. На смену им придут новые как по форме, так и по содержанию модели сообщества. Следует констатировать, что наступила пора дезинтеграционных процессов, пора «разбрасывания камней», по крайней мере в обозримом будущем (Э. А. Поздняков). Как отмечают многие ученые, XXI в. будет веком азиатского развития, и существовавшие ранее модели миропорядка уступят место новым, с ярко выраженной азиатской окраской, что может также привести к возникновению и развитию разного рода конфликтов геополитического характера.

§ 2. Глобализация религиозного фактора в современной геополитике

2.1. Религиозный фактор в геополитике, как уже отмечалось ранее, смыкается с идеологическим, влияющим на государственное устройство, общественное бытие страны, а также ее отношения как с соседями, так и с остальным миром. На протяжении истории человечества роль религии в жизни общества хотя и менялась, но всегда являлась стержнем многих событий геополитического характера – от крестовых походов далекого прошлого до фетишизации исламского фактора в наши дни. Духовность нации, населения страны или региона определяется прежде всего религиозными факторами независимо от того, светским или теократическим является само государство. Даже в советском обществе, где религиозный фактор был полностью исключен, а государство в официальном порядке проповедовало воинственный атеизм, основные духовные постулаты востребовались из христианской религии. Взаимоотношения институтов власти и религии в светском государстве всегда являются предметом особо деликатным, особенно в условиях функционирования многих конфессий.

Так, в России традиционно существуют так называемые титульные религии – православие, ислам, буддизм и иудаизм, которые на протяжении веков обслуживают свою паству на всей территории страны. Другие конфессии до последнего времени были представлены в России небольшими организациями. Однако за последние 12 лет ситуация резко изменилась, на территорию России потоком хлынули представители других нетрадиционных конфессий, религиозных групп и сект. Особенно этот процесс активизировался после принятия Федерального закона от 26 сентября 1997 г. «О свободе совести и религиозных объединениях», хотя и действовавший до этого Закон РСФСР 1990 г. «О свободе вероисповеданий» практически снял все ограничения на функционирование на нашей территории различных религиозных организаций (подробно см.: Володина Н. В. Взаимоотношения государства и религиозных объединений в современном обществе: отечественный и зарубежный опыт. М., 2003).

В настоящее время, по данным Министерства юстиции РФ, на территории России действует 22 тыс. различного рода религиозных объединений и 11 тыс. религиозных групп (Сведения о религиозных организациях, зарегистрированных в Российской Федерации // Информационно-аналитический бюллетень РАГС. 2001. № 2).

Кроме того, следует иметь в виду, что многие религиозные группы (секты) действуют вообще без какой-либо регистрации, а следовательно, и контроля со стороны государства и общества. Особую активность проявляют иеговисты, другие сектантские деструктивные группы, они прочно обосновываются в России, привлекая на свою сторону не только верующих, но и скупая огромные земельные участки, приобретают в разных частях страны недвижимость. Имеют распространение и секты, открыто пропагандирующие насилие, антигуманные и античеловеческие идеи. К примеру, печально известная на Украине секта «Белое братство» перебралась в Россию и успешно действует на Урале (Российская газета. 2003. 27 июня). В этом же регионе «плодотворно» трудятся над духовным растлением россиян буддисты, кришнаиты, коптская церковь, методисты, даосисты, иеговисты, церковь Муна, Пресвитерианская церковь, Новоапостольская церковь, сектанты Хаббарда под вывеской «Церковь сайентологии» (Юрин А. Технология Хаббарда для Урала. Иностранные секты атакуют опорный край державы // Правда. 1997. 24–31 янв.). Следует подчеркнуть, что все эти сектантские движения активно поддерживаются из-за рубежа не только духовно, но и материально. Подобных примеров можно привести, к сожалению, достаточно много.

Деятельность этих религиозных образований является продолжением идеологической борьбы против России с целью разрушения, окончательного уничтожения остатков монолитности советской идеологии, российского общества и его духовности. Если общество будет духовно разобщено (особенно по религиозному признаку), Российское государство еще долго не сможет подняться из руин, в которые повергли его так называемые реформы в социально-экономической, государственно-политической, духовной и иных сферах жизнедеятельности. Этим в значительной мере и объясняется агрессивность религиозной экспансии на российский народ.

Конституция Российской Федерации провозгласила Россию светским государством, в котором никакая религия не может быть государственной или обязательной (ст. 14). Тем не менее постоянно предпринимаются попытки под разными предлогами внедрить изучение религии в систему общего образования (религиозное просвещение, православная культура и др.). Сейчас это приобрело нормативное звучание. Министерство образования Российской Федерации издало приказ от 1 июля 2003 г. «О предоставлении государственными и муниципальными образовательными учреждениями религиозным организациям возможности обучать детей религии вне рамок образовательных программ» (Российская газета. 2003. 13 авг.), суть которого, несмотря на громоздкость и витееватость преамбулы, заключается в том, что любые зарегистрированные в России религиозные объединения допускаются в школы для обучения детей своим религиозным догматам. Это исключительно серьезный и плохо просчитанный на перспективу шаг властей России, который может повлечь уже в недалеком будущем исключительно тяжелые негативные последствия в плане идеологического разъединения подрастающего поколения, так как речь идет о борьбе за души детей. Оговорки типа «религиозное обучение может осуществляться только с согласия детей или по просьбе родителей (законных представителей)» есть ничто иное как правовая бутафория, так как вряд ли всерьез можно говорить о добровольности волеизъявления первоклассников или лиц, обучающихся в начальных классах.

В школы придут (теперь уже на законных основаниях) представители не только титульных религий, но и других вероисповеданий, в том числе и сектантского толка, противостоящие друг другу по своим основным религиозным догматам. Кроме того, возникнут коллизии между, например, правительственной Программой патриотического воспитания и догмами учения иеговистов и других сектантских религиозных течений, проповедующих отказ от понятия «Родина» и запрещающих защищать ее от нападений с оружием в руках. И подобных примеров можно привести достаточно много, я уже не говорю о множестве вопросов организационно-технического и материального характера, которые возникнут у администраций школ и органов управления образованием. Представляется, что издание упомянутого выше приказа Министерства образования есть результат отсутствия четкой линии у высшего руководства страны в вопросах национальной безопасности.

Наряду с внутренними вопросами религиозного характера имеются еще и внешние. В этом отношении характерен пример с экспансией католицизма в России, когда глава римско-католической церкви Иоанн Павел II принял решение в целях более успешного руководства распространением католицизма в России разделить всю ее территорию на четыре католические епархии: московскую, саратовскую, новосибирскую и иркутскую, назначив туда руководителями своих иерархов. Причем все это было сделано без ведома и согласования с патриархией Русской Православной Церкви, не говоря уже о светских властях (Паклин Н. Ватикан сказал свое слово // Российская газета. 2002. 13 февр.). Подобная бесцеремонность и игнорирование российских интересов, конечно, не служит делу установления комфортных отношений между разными конфессиями. Нетрудно было бы предугадать реакцию духовных и светских властей, например, Израиля, Франции, Италии или Турции на подобные односторонние действия в этих странах со стороны России – по меньшей мере поднялся бы вселенский шум, не говоря уже о более жестких ответных мерах.

Такая позиция Ватикана зиждется на постулате, что одна лишь христианская католическая церковь в полном объеме обладает истиной, лишь она выражает двухтысячелетнее наследие христианства, ей принадлежит монополия на спасение человека. Формально признавая равенство вер, Ватикан так и не отказался от идеи первенства католической церкви. Подобная позиция приводит к тяжелым последствиям особенно в тех странах, где традиционно распространены ислам и буддизм (Сабов А. Христос, Будда, Магомет: кто же их сталкивает? // Российская газета. 2000. 25 окт.).

1.2. В последние годы обострение, дестабилизацию обстановки в мире связывают с исламом. Ислам является одной из ведущих религий мира и исповедуется во многих странах. История знает много фактов проявления религиозного экстремизма, в том числе и в международных отношениях, связанных с экспансией. Это относится к разным религиям. Борьба разных религиозных конфессий за души людей шла всегда и будет вестись вечно, пока существует человеческое общество и религии.

Начиная с крестовых походов, Османской империи и до наших дней религиозный фактор в международных отношениях не просто присутствует, а в ряде случаев их предопределяет. Особенно заметна деятельность Ватикана, который на протяжении многих веков предопределяет эту политику как в отдельных государствах, регионах, так и в планетарном масштабе. Глобализация исламского фактора стала особенно заметной в последние два десятилетия, чему в определенной мере способствовали война в Афганистане, события в Иране, а также израильско-арабские войны. С развалом СССР южное «подбрюшье» России оказалось в своей основе исламским. Третьи страны в стремлении ослабить Россию активно разыгрывают так называемую «исламскую карту». В самой России ислам, являясь второй по значимости и численности приверженцев религией, в последние годы стал играть в общественной и государственной жизни ряда регионов страны не просто активную, а наступательную роль, особенно в тех национальных административно-территориальных образованиях, которые взяли курс на «суверенизацию» и независимость от России.

И в планетарном масштабе ислам стал не просто более активным, его взяли на вооружение многие экстремистские группировки. Внутри самого ислама тоже есть большие противоречия (прежде всего между течениями суннитов и шиитов), которые выражаются в разных формах, в том числе и по ряду вопросов отправления данной религии (полное следование законам шариата, неприятие светского образа жизни и т. п.). Это вызывает в исламском мире определенный раскол, а с учетом территориальных претензий, этнических проблем – и войны (Иран – Ирак; агрессия Ирака и операция «Буря в пустыне»; Ирак – Турция и курдская проблема; гражданская война в Афганистане и др.).

Однако, несмотря на определенные трения и даже раскол, ислам может выступать консолидированной силой в борьбе против общего противника. Эту особенность искусно используют третьи страны, объединяя его в стремлении ослабить Россию. Поэтому совершенно не случайно появились в Дагестане так называемые «ваххабиты», а Чечня активно борется с Россией.

Ваххабизм – это движение, возникшее в Аравии в XVIII в. под руководством Иби-Абд-аль-Ваххаба, в последние годы превратившееся в политическое движение, сторонники которого, основываясь на специфической, субъективной интерпретации положений ислама, осуществляют деятельность (преимущественно с использованием насилия), направленную на изменение общественно-политического строя в первую очередь в странах распространения ислама. В этом значении ваххабизм сейчас воспринимается во всем мире.

Ваххабитские группировки отличаются тем, что в их учении, которое они расценивают как единственно правильную трактовку ислама, присутствуют два непременных, системообразующих положения – о такфире и джихаде.

Такфир – это обвинение в неверии (по-арабски – куфр) всех тех, кто не согласен с ваххабитами. Причем речь идет только о мусульманах, которые не следуют той специфической интерпретации ислама, которую ваххабиты провозглашают единственно правильной (немусульмане являются всегда неверными). Такие мусульмане объявляются вероотступниками (по-арабски – муртадд), в отношении которых по законам шариата предусмотрена исключительная мера – смертная казнь или убийство, которое становится похвальным делом для всякого мусульманина. Такфир ваххабиты распространяют на представителей власти в исламских государствах, на правоохранительные органы и силовые структуры, которые это государство защищают и поддерживают, а также на тех мусульман, которые самим фактом отказа ваххабитам в поддержке ставят себя в один ряд с правителями-вероотступниками.

Еще одно системообразующее положение идеологии ваххабитских группировок – особо трактуемое понятие джихада. В исламе установилось определение джихада как процесса нравственного самосовершенствования в мирных, созидательных усилиях верующего. Такое понимание джихада вытекает из знаменитого хадиса (речения) пророка Мухаммеда о том, что Великим джихадом является не война, а мирный труд. Но ваххабиты трактуют джихад как исключительно вооруженную борьбу против кяфиров – неверных, вменяя ее в обязанность каждому правоверному мусульманину. Ваххабиты называют себя по разному: «Джихад» и «Исламская группа» (Египет), «Партия исламского освобождения» (действует во всем мире, включая постсоветские государства), «Сторонники шариата» (Великобритания), «Международный фронт борьбы против евреев и крестоносцев», Конгресс «Исламская нация» – «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана» – «Исламские правительственные силы» (боевики Ш. Басаева на территории Чечни) и т. п. (Игнатенко А. Мусульманская защита от ваххабизма // Независимая газета. 1999. 1 дек.).