Текст книги "Цветок Инферно"
![](/books_files/covers/thumbs_240/cvetok-inferno-221853.jpg)
Автор книги: Александра Гринберг
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Грубая лесть тебе не поможет, Теодор, – ядовито протянула Кори, погрозив ему пальцем. И, полюбовавшись на скорбно-умоляющую физиономию боевика, степенно прошествовала мимо. Но затем остановилась и, сама от себя не ожидая, вдруг выдала: – Дженкинса в песочек закатаешь – так и быть, я твоя.
– За кого ты меня принимаешь? – возмутился Тео, догоняя и обгоняя её в два длинных шага. – Считай, Дженкинс уже труп!
Впору закатывать глаза от такой умопомрачительной самонадеянности. Впрочем, без неё и Дагмар не Дагмар, причём не только Тео, но и его сестра, и треклятый старший братец.
– Потрясающая самоуверенность.
– Не говори, что тебе не нравится! И смотри на меня завтра, ладно? Я хочу, чтобы ты на меня смотрела.
В уме крутилось по крайней мере два десятка ответов – сплошь блестящих, остроумных и страшно желчных. Осталась самая малость – выбрать наиболее похабный да кинуть в эту до омерзения жизнерадостную морду.
– Ну конечно, я буду.
Да нет же, нет, не было такого в её расстрельном списке!
Тео весь просиял, а Кори поняла со всей возможной, чтоб её, ясностью: валить, валить, срочно пора валить подальше от восторженного нахала с молниями в башке. Иначе Бездна знает, до чего ещё с ним можно договориться!
Глава 6
До своего жилища Тео едва дополз – скотина Эрдланг на полигоне спустил с него три шкуры, удивительно ещё, что не в буквальном смысле. Бросил на расправу пяти аспирантам и чинно уселся на лавочку, сопровождая абсолютно нечестное побоище ехидными комментариями.
Справедливости ради, аспирантам досталось ничуть не меньше – прежде чем его укатал особо ретивый пацан из Эйнтхартенов (Бездна, сколько их вообще?!), Тео уложил троих и устроил над полигоном настоящую грозу, к неудовольствию оказавшихся поблизости студентов. Ничего, переживут как-нибудь – нечего шляться где попало, когда идёт бой.
«Ну ты же хочешь собрать свой гербарий?» – деловито поинтересовался Лайам, пока Тео соскребал себя с песка. И очочки свои пижонские на носу поправил, сволочь дивная.
Тео хотел. Удивить хотел, понравиться. Он должен быть достоин Ликорис, бой которой не скоро сотрётся из его памяти. И дерзкое «я твоя» так и стучало в ушах. Не его пока что, но Тео просто обязан это исправить. Пусть и ценой ядовитых ремарок от всех подряд, начиная от Лайама и заканчивая обычно спокойным и молчаливым Роландом. Все эти засранцы, считающиеся его друзьями, не забывали прохаживаться по нему за кучу статеек, вышедших после боя. С неизменным изображением того момента, как он целовал Кори ладонь.
Ну и пусть. О том, что фактически заявил на всю империю о своей интрижке, Тео ничуть не жалел. О каком сожалении речь, если те секунды были едва не самыми прекрасными в его жизни? Кори смотрела на него, удивлённая, растерянная и только самую чуточку рассерженная, и сам он едва удержался, чтобы не поцеловать её прямо там, совсем не в щёку… Этот момент Тео бережно отложил в памяти. Победа? Разумеется, победа. Кори будет смотреть на него, и Тео обязан сделать так, чтобы она осталась довольна.
На диване в их гостиной обнаружилась Эйлиф с какой-то книжкой в руках – кажется, по теории трансмутации. В отличие от Тео, она была куда более склонна к точным наукам, и уж точно усидчивее. Вот он, например, задремал бы уже давно. Прямо как Рол и Айрис, устроившиеся на пару в большом кресле. Шай валялся на полу, меланхолично хрустя яблоком, и тоже читал – но, в отличие от Эйл, не книгу, а очередной сомнительный шедевр журналистики. С изображением Кори и Тео в полстраницы, а как же.
– Ну прямо идиллия. Почти. – Тео демонстративно покосился на Шая и прошёл к дивану, чтобы плюхнуться головой на колени Эйл.
– Живой? – поинтересовалась она со смешком, запуская руку в его волосы и принимаясь расправлять спутанные после боя вихры. И это он ещё коротко стрижётся! Будь у него приличные солхельмские патлы, как у Эрика, вместо цепких пальцев их девы-воительницы потребовались бы ножницы.
– Сомневаюсь, – пробурчал он.
С недавних пор Эйлиф почти всё время торчала у них. Её соседка недавно обзавелась парнем, и теперь весь конфетно-букетный период проходил в их комнате, свидетельницей чему Эйл, понятное дело, быть не очень хотела. Тео против не был – главное, чтобы этим все и ограничивалось и в его постели её больше не оказывалось ни на каких условиях. Не то чтобы он думал, будто его все вокруг хотят… просто слухи в Академии распространяются с катастрофической быстротой. Не хватало ещё, чтобы Кори наплели что-нибудь эдакое. Удивительно, как она ещё не прознала про грёбаные фанты…
Кстати, об этом.
– Эйл, я сливаю свой фант.
Рука в волосах замерла.
– С чего вдруг? Я думала, у вас всё на мази и Ликорис тебе вроде как понравилась.
– Поэтому и сливаю, – вздохнул Тео, подталкивая её ладонь. Ему нравилось, когда трогали его волосы.
– Я что-то логики не улавливаю, – хмыкнул Шай, не отрываясь от журнальчика. – Объясни толком. И да, Сэм весь семестр ныть будет, если ты обломаешь ему всё веселье.
Неужели они и впрямь не понимают? Не понимают, что этот фант тяготит его, не даёт расслабиться и подумать о чём-то другом? О Турнире, например (хотя какой уж Турнир, о Кори он думает не в пример охотнее). Не понимают, что если они с Кори сходят куда-нибудь, пока действует задание Сэма, то всё будет не взаправду. А этого Тео не хочет.
– Она нравится мне. По-настоящему, понимаешь? И на свидание я хочу по-настоящему, а не потому, что нажрался и вытащил из шапки дурацкую бумажку.
– Если честно, я тоже не в восторге, – призналась Эйл. – Это было низко со стороны Сэма. Эх, говорила мне мама – не дружи с самовлюблёнными засранцами…
– Эй, меня ты тоже к ним относишь? – хохотнул Тео.
– Бывает иногда. Но ты встаешь на путь исправления, это радует. – Эйл задумалась. – Но Шай прав, Руссо с тебя не слезет. Академия сейчас кишит журналистами и всякими подозрительными личностями. Не лучшее время, чтобы чесать языком напропалую.
Тео знал. И это была единственная (и не так чтобы значимая) причина, по которой он не поднял эту тему раньше. Все же Кори дороже, чем страх наболтать лишнего. Да и что ему скрывать, если подумать? Тео себя праведником не считал, но никогда ещё не делал того, чего стоит стыдиться и тщательно прятать в самый дальний угол подсознания. Разве что вот эта неприятная история с фантами…
– Понимаю. Но и чувствовать себя дерьмом не хочу.
– Мыслю я, дерьмом ты себя сполна ощутишь, едва твой чертополох хоть полслова прознает про нашу забаву, – охотно утешил Рол, видно, уже проспавшийся и какое-то время слушающий их увлекательную беседу.
– Если выживешь, – уточнил Шай деловито. – Я слыхал, в Инферно рвут глотку и за меньшее.
– Надеюсь, никто из вас не додумается ей хоть полслова ляпнуть, – проговорил Тео мрачно. Уж он-то в подробностях рассмотрел, как ловко управляется Кори с холодным оружием, и оказаться ей врагом… Нет уж, пусть лучше будет его, как и обещала, – этот вариант намного привлекательнее.
– Тео, мы не станем ничего говорить. – Рол чуть нахмурился. – Но за Сэма не ручаюсь, ты сам его знаешь… Только вот не знаешь, как он с вас бесится. Сэму твой гадский цветок и коленку-то полапать не дал, чуть пальцы не оттяпала; а тебе вот сразу в руки свалилась.
– В смысле «полапать»? – Тео резко выпрямился, уставился на приятеля, пытаясь унять невесть откуда взявшийся приступ злости. – Это когда такое было?
– Да с пару часов назад в библиотеке, пока ты аспирантов в песочек утрамбовывал. Точнее, они тебя, – вместо Рола ответила Айрис, с непередаваемым ехидством глядя на Тео из-под опущенных ресниц. – Не то чтобы это был уникальный случай: твой дружок на твой же цветочек курса с четвёртого вприсядку наяривает… Что, Дагмар, теперь и ты туда же? А ещё говорят, будто только девчонки влюбляются в мудаков!
– Кори не такая, – возразил Тео, на секунду прикрывая глаза и призывая себя успокоиться. – Она очень хорошая, просто!..
Нельзя так заводиться, даже если охота прямо сейчас найти Сэма и хорошенько объяснить, что бывает, если распускать руки не по делу. Нет, Кори – умница, сама всё прекрасно объяснила, но желание закрепить результат было почти нестерпимым.
– Просто чуть-чуть злобная и язвительная сучка, – закончила за него Айрис.
– Прямо как ты, – поддел Тео беззлобно, за что тут же получил скомканной бумажкой по голове. – Эй, это же учебник! Всё расскажу библиотекарям!
– Пф, всего лишь сраный «Этикет». Кому он вообще нужен? – Айрис брезгливо глянула на учебник, но пальцами щёлкнула, возвращая страницу на место. – Прямо как твой Сэм. Ещё и на цветочек твой заглядывается… В общем, проще прибить. Я даже найду тебе некроманта, который от всех улик избавится…
Тео закатил глаза. Айрис – тёмная заклинательница, а это диагноз. Как они умудрились спеться с Роландом? Абсолютные противоположности же!
– О каких некромантах речь? – послышался из прихожей голос Руссо. По обыкновению веселый, сейчас заставивший Тео скрипнуть зубами – он всё ещё злился на него за попытки полапать Кори. – Неужто о нашем цветочке? Я пропустил что-то интересное?
– Нет, ты как раз вовремя, – елейным тоном пропела Айрис. – Обсуждаем твою скорую кончину. Ты как предпочитаешь? Яд? Быть может, камень на шею и сплав по реке? Если что, я за ритуальное сожжение – и эффектно, и остатки можно просто смести в совок.
– А что я сделал-то? – удивился Сэм, проходя в гостиную.
– Чужое лапал, – отрезал Тео и на вопросительный взгляд пояснил: – Ещё раз полезешь к Кори, и я скормлю тебя Айрис.
Сэма не впечатлило. Ухмыльнулся препротивно, плюхнулся рядом с ним на диван, закинул ногу на ногу и снисходительно выдал:
– Да я ж ничё такого! А если б и было чего, так ты пока даже цветочек не выгулял, чтоб права качать. Я б на твоём месте поторопился: сорвут красоту эдакую – и хрен тебе, а не фант. Желающих-то много, как я слышал; всех Айрис не сожрёт!
– Не будет никакого фанта, – покачал головой Тео. – Я поговорил с ребятами, и они со мной согласны – нехорошо всё это. Грязно.
Сэм молчал, наверное, секунд десять, беспомощно хлопая круглыми от изумления глазами.
– Дагмар, ты спятил, что ли? Этот фант у тебя почти в кармане! – так и взвился он, поняв, что это не шутка. – Правильные все какие… Грязно, тоже мне. Можно подумать, тебе её трахнуть велели! О, кстати, – тут Сэм желчно улыбнулся, явно желая отыграться за испорченное веселье, – никто не обещал, что тебе обломится хотя бы поцелуйчик. Цветочек за все годы здесь ни в каких шашнях не замечен. Вообще ни с кем. Просто к сведению. Ну, ты всё ещё полон благородства и решимости?
– Сэм, ну ты же не совсем конченый, – вздохнул Тео и потёр переносицу. – Она мне нравится, понимаешь? Без всяких фантов. Перепадёт мне что-то или нет – отдельный разговор, но на свидание я с ней пойду без условий.
– Бездна, да вы знакомы с этой заносчивой сучкой две недели! Что с тобой стряслось? – Сэм укоризненно помотал лохматой башкой, вздохнул – и, похоже, сообразил, что какое-никакое веселье у него всё-таки будет. Потому как ухмыльнулся препохабно. – Хорошо, Тео, воля твоя. Не хочешь развлекать цветочка – будешь развлекать нас. Ты знаешь, что делать!
Тео спрятал лицо в ладонях и мучительно застонал. Спрашивать его точно будут не об арифметике и рунных формулах. Причём не только Сэм – вон как оживилась Айрис и даже Рол, поудобнее устроившийся в кресле. И Шай охотно сел на полу, шелестя страницами журнальчика. Впрочем, уж лучше друзья – вредные, пакостливые, но давно знакомые и близкие, – чем всякие охотники за сенсациями. Право слово, Тео хватило и газетёнок, и их врак. Ему нравилось быть в центре внимания, но не настолько же!
– Ладно, надеюсь, ты будешь удовлетворён, – проворчал Тео и уже громче произнёс: – Сэм, я отказываюсь от исполнения твоего фанта.
Он ощутил волну магической энергии, в голове легонько звякнуло, словно бы кто-то грохнул бокал, и… и всё. Как будто вовсе ничего и не было.
Но это, разумеется, до первого вопроса – который вскоре и последовал.
– С чего бы начать… – задумчиво протянул Сэм. – Ладно, пусть будет твоё любимое полено. Она и правда такое бревно в постели?
Тео не хотел говорить о Джулии дурного. Честно. Пусть даже расстались они не так чтобы хорошо, а всё же не хотел. Непорядочно это, в таких ситуациях надо говорить: «Мы просто не подошли друг другу», а никак не…
– Трижды долбаная Бездна, да ты и представить себе не можешь! – застонал он, спрятав лицо в ладонях – и тут же экзальтированно всплёскивая руками. Он и так-то не славился сдержанностью, а под чарами Непреложной истины его попросту несло без остановки. – Она ж катастрофа просто! Сам не понимаю, чего я с ней столько времени промучился? Нет, ну я, может, и не бог секса (а вообще-то почему нет?), однако совсем не обязательно было каждый раз делать такой вид, будто я её насилую извращёнными способами! Притом у нас с ней разное понимание об извращениях. Си-ильно разное. У меня с фантазией как-то получше. Ой, да у моей правой руки с фантазией лучше!..
– Двенадцать, хорошо, что Джулия этого не слышит, – фыркнула Эйлиф, покачав головой.
– А по мне, так жаль, – мечтательно вздохнул Сэм. – Я б посмотрел на её личико.
– Да там только и можно, что смотреть на личико! – печально вздохнул Тео. – Смотреть и не трогать. Чего я только не делал, а результат всё один. «Милый, погаси свет, а то неприлично», – пискляво передразнил он, скорчив ханжескую физиономию. – Двенадцать, где она этого нахваталась вообще? Если все Феллы такие – рад за старину Лайама, что ему такое богатство не досталось!
– Ну как тебе сказать, – с трудом сдерживая смех, поделилась Айрис. – Я, конечно, не под чарами, но да, они все такие. Губки куриной жопой сложат и давай вещать о своих приличиях, как будто им за проповеди платят. Гадость. Как ты с ней целый год продержался?
– Надеялся выпилить из этого полена что-то поинтереснее, – буркнул Тео, ненавидя самого себя. И чары Непреложной истины тоже. Нет-нет-нет, он ведь совсем не то хотел сказать!
– Что, не вышло из тебя плотника? Ну ничего, может, гербарий соберёшь.
– Да-да, давайте лучше о Бреннан, – поддержал Рол. Тео глянул на него с надеждой – Роланд никогда не славился пакостливостью, в отличие от Сэма, – и тут же понял, как ошибался. – Признавайся, у тебя встал, когда ты смотрел на её бой с Рольфи?
– Нет! Но почти, – ляпнул и почувствовал, как вспыхнули щёки. Ему ведь не стыдно ничуть, однако же ни в чём таком Тео признаваться не собирался. «А нефиг было играть с Руссо в фанты», – ехидно напомнило подсознание. – Нет, ну а что? Ты видел её вообще?! Да под половиной зрителей скамейки сгорели!
– Ну подо мной точно, – ухмыльнулся Сэм, пробуждая нешуточное желание вмазать-таки ему по роже. – Тоже, что ли, гербарий пособирать?
Вмазать захотелось пуще прежнего. Кори – его. И точка. Ну, будет его, если Тео победит Дженкинса.
Хотя почему «если»? Вполне даже победит, это не обсуждается.
– Руссо, а по наглой морде?
– Ой, всё. Как будто ты на ней жениться собрался!
Видят боги, Тео хотел бы смолчать. Ну или съязвить что-нибудь эдакое. Увы, чары лишили его даже этой возможности.
– Собрался! У нас на Солхельме даже свадьбы всякие не нужны. На плечо – и в дом, всего делов!
– Охренеть, – пробормотал Шай, в избытке чувств даже оторвав малахольный взор от журнальчика. – Тео, да ты у нас маньяк, оказывается. Надо черкнуть Бреннан анонимку, чтобы срочно валила обратно за пролив, к шафрийцам.
– Я тебе черкну! Где я ещё такую найду? Такую… Боги, она же горячая, как Инферно. А ведь мы пока даже на свидание не ходили! О Двенадцать, дайте сил и терпения не сожрать цветочек с корнями…
Теперь настала очередь Рола прятать лицо в ладонях; Сэм и вовсе чуть не рыдал со смеху, уткнувшись мордой в подлокотник дивана.
– Тоже мне проблема, пошёл бы да снял кого-нибудь, – пожала плечами Айрис – и поперхнулась смешком, увидев его возмущённое до Бездны лицо.
– Ага, пойду посмотрю, кто там сейчас в очереди и сильнее скучает по мне прекрасному! Айрис, не знаю, как ты, а я не завсегдатай бардаков. Особенно когда у меня кто-то есть.
– Ну, Бреннан у тебя пока нет, – резонно заметил Шай.
– Это только пока, – отозвался Тео с непоколебимой уверенностью. – Никому не отдам. Она только улыбается, а меня как молнией шарахает! А уж как на меня посмотрит… кишки морским узлом завязываются каждый раз…
– Фу.
– Не то слово, – поддержала Эйлиф – вроде как с отвращением, но видно, что с трудом сдерживает смех. – Бездна, Тео, вы же впрямь знакомы пару-тройку недель. Неужели ты в неё втюрился?
– По самое топорище, – горестно выдохнул он, плюхаясь на живот и утыкаясь лбом в бедро Эйл. – Вот же… гадство.
Она сочувственно погладила его по волосам.
– Прости, что заставили тебя сказать всё это вот так.
– Можно подумать, он бы как-то по-другому сказал, – фыркнул Сэм чуть недовольно.
Не сказал бы, это точно. Потому как даже самому себе ни в чём подобном до этой минуты не признавался, предпочитая просто думать о Кори. Постоянно, безостановочно; о том, как хочет её обнимать, целовать; да просто хочет, в конце концов… Это пугало. Даже к Джулс, с которой они встречались почти год, он ничего подобного не испытывал. А сейчас поди ж ты.
Адский цветок, столь же прекрасный, сколь смертоносный. И его. По крайней мере, Тео постарается, чтобы так и было.
* * *
«Ну вот и что я здесь делаю?» – меланхолично спросила Кори сама себя.
«Здесь» было безопасным пространством у краешка арены в западном секторе. Сама Кори могла бы поглядеть на бои с трибун; сюда же их притащила неугомонная Хельга – «А чтобы братцу и его дурковатым скоморохам не так весело жилось!» Здесь же обретались грифоний племянничек Шай и мечница, имени которой Кори не помнила – что-то на «лиф» вроде? – с которой теперь оживленно болтала Хель; добродушного вида молчаливый заклинатель, с которым негромко о чём-то переговаривался Тони… И, конечно же, сучёныш Сэм Руссо, который, едва завидев Кори, нездорово оживился.
– Ба-а, кто это у нас тут благоухает! – завопил он, картинно всплескивая руками. Вся сборная солянка из бойцов двух команд дружно закатила глаза. – Цвето-очек!
Кори потянулась к внутреннему карману куртки, где был припрятан метательный нож. Однако Лазурит бдел: её споро ухватили за запястье и сунули в руки термос с горячим крепким чаем.
Вообще нечестно!
– Хреночек. Миром прошу, свали от меня в самый дальний угол.
Сэм нисколечко не проникся. Архетипичное для боевиков «слабоумие и отвага» было как раз про него.
– Снизошла до жалких смердов, Ликорис? Ха… правду, что ли, болтают?
– О чём это? – хмуро уточнила Кори, хотя знала – рыжего кретина следует напрочь игнорировать, он только и ждёт этого вопроса. А дождавшись, радостно оскалился и вывалил многозначительное:
– Ну, вы с Тео типа… того-этого.
Ещё чего не хватало!
– Боги, Руссо, я всегда знала, что являюсь неотъемлемой частью твоих эротических фантазий, однако каким местом туда закрался твой дружок?
– Цветочек, ты уходишь от ответа! – Сэм погрозил ей пальцем. – Давай колись, для кого мамочка розочку растила?
Кори шумно выдохнула и как бы невзначай потянулась к голенищу высокого ботинка, где покоился ещё один нож. Увы, Лазурит всё ещё бдел и немедля занял свободную руку горстью перчёных орешков. Что уже нечестно в квадрате!
– Отвали, я сплю.
– Ну охренеть теперь! Ты поспать пришла, что ли?!
Кори не удостоила придурка ответом. Можно подумать, тут есть на что поглядеть! Первый бой профи, видно, поставили для разогрева толпы: у девчонки по фамилии Фалько и парня по фамилии Эрдланг просто не могло не выйти зрелищной драки. Хотя «драка» немного не то слово: бой окончился без серьёзных повреждений и почти вничью – «сорок восемь – сорок пять», – а соперники и их команды ушли с поля дружной толпой. Дальше пошло то, что ехидный Лайам Эрдланг – дядюшка продувшего бойца из первой двойки, между прочим, – комментировал с садистским удовольствием, оттачивая остроумие на несчастных бойцах. (Что характерно, его ученикам доставалось больше всех.) Нет, простому народу любая потасовка была красочной и интересной, но лично Кори вот уже второй час сидела на песке, подпирая спиной нагретый на солнце каменный парапет, и откровенно скучала. Впрямь вздремнула бы, будь здесь немного потише.
«И-и-и ещё раз – что я здесь делаю? – Кори проводила удаляющуюся спину Руссо кровожадным взглядом. – А, ну да».
Она незаметно сунула руку в карман куртки, нащупывая прохладный и тяжёлый золотой кругляш – солхельмский дрейк, отчеканенный году эдак в семьсот шестнадцатом Эры Завоеваний и тянущий на добрую сотню золотых империалов. Раритет, чтоб его. Грёбаный Дагмар с его глупостями, за которые его стоило бы хорошенько стукнуть… Как и за поцелуи на глазах у всей империи.
От одного воспоминания о его губах на её ладони, грязной, натруженной, становилось жарко; по позвоночнику будто жидкий огонь тёк, дуря голову. Это же надо – превратить её, гордую дщерь Третьего Дома Эйртиаллир, в размазню! И остаться при этом в живых! Дурацкий боевик с его дурацким везением, бесконечным очарованием и глазами такими, что впору, как в тех глупых книжках, тонуть, видеть своё отражение и далее по списку из набивших оскомину штампов.
Врать себе можно сколько угодно. И даже верить порой. Да только, оставшись в долгожданных тишине и одиночестве, Кори добрый час вертела дрейк так и эдак, разглядывая. И всё никак не могла согнать с лица идиотскую улыбку. Вот было бы позорище, если б кто увидел!
Лазурит, впрочем, её всё равно спалил – невесть по какой причине Кори взялась всюду таскать с собой эту клятую монетку. Чуть ли не под подушку клала, да. Ржал бессовестный полудрагоценный дылда так долго и громко, что кому сказать – не поверят.
«А-а, Бездна, мало я ему тогда наваляла, – ворчливо подумала Кори, прихлебывая чай из крышечки термоса. – И где там этот Дагмар уже, я ради кого притащилась в этот балаган?»
Как говорится, помяни коренного жителя Инферно. Тео Дагмар, сияя привычной улыбочкой, объявился с таким видом, будто его имя уже выписано на самой верхней строчке зачётной доски. Воистину, с самомнением у него точно проблем никаких. Кори коротко глянула на его оппонента, готовящегося к выходу со своей командой, и прищёлкнула языком – Дженкинс сильный заклинатель, от него в восторге даже Тони и Аэлин. Тео придётся постараться, чтобы закопать его в песок.
– Ты всё-таки сдержала обещание, – вместо приветствия выдал невыносимый засранец Дагмар, щурясь от солнца. До боя оставалось несколько минут, пока арену готовили к выходу следующих соперников. – А другое сдержишь?
– Я-то сдержу, – невозмутимо ответствовала Кори, хотя от одного воспоминания об ею же сказанной глупости – «я твоя», поди ж ты! – щекам становилось горячо. – Ты сам-то не продуй всухую, герой-любовник.
– Пока ещё нет, к сожалению, – отозвался Тео под смешок Лазурита (вот ведь гад!). – Не то чтобы у Дженкинса были шансы, у меня теперь такой стимул.
– Какой ещё «такой»?
– Лучшая воительница Академии.
Усиленный эхофоном голос Эрдланга возвестил о следующей паре противников – Теодоре Дагмаре и Карле Дженкинсе, оба четвёртого ранга, боевик против заклинателя. Тео мимоходом обернулся и недовольно нахмурился, будто его только что отвлекли от занятия куда более важного, чем какой-то дурацкий бой.
– Смотри на меня, Кори. Тебе понравится, обещаю.
– А, то есть я могу не смотреть? – послышался ехидный голос Хель. Весьма вовремя – к вящему ужасу Кори, запас острот, которыми она хотела осыпать трепливого боевика, забылся напрочь.
Тео повернулся к сестре с таким видом, словно до этого даже не заметил её присутствия. Но тут же бросился обнимать Хель, не обращая никакого внимания на попытки от этих медвежьих объятий уйти.
– Не можешь, куда я без тебя!
– В другую команду, например. Что я вообще здесь делаю, скажи на милость? – Отбиться Хель все же удалось, и теперь она придирчиво оглядывала своего братца, явно недолго думавшего над нарядом – простая рубашка с закатанными до локтей рукавами, брюки и удобная обувь. Бездна, как ему только не холодно?.. – А, вспомнила! Пришла посмотреть, как ты просрёшь.
– И не мечтай!
– Теодор Дагмарссон, не соизволит ли ваше высочество пройти на поле битвы? – язвительно осведомился архимаг Эрдланг, отчего Тео вздрогнул и даже чуть втянул голову в плечи. – Мы все заждались эпического сражения лесорубов за поленницу!
Кори тонкой аналогии немного недопоняла – в отличие от громко хохочущего Раэлина и кое-кого из студентов. Сэм, например, чуть пополам не согнулся от смеха – «А-а-а! Круто он вас приложил!» – да и остальные, включая Лазурита, эдак гаденько ухмылялись.
– Лайам, это не смешно! – возмутился Тео, чуть не бегом отправившийся за защитный барьер. – Иду я, иду!
– Ой, да неужто?
– Ну я же не могу пропустить момент своего триумфа! Хотя вы могли найти мне противника и поинтереснее! – завопил Тео и поднял обе руки вверх, приветствуя зрителей.
Толпа предсказуемо заорала на множество голосов, кое-где даже послышались томные ахи. Его любили. Оно и понятно: красивый, не замечен ни в чём предосудительном, кроме редкостного разгильдяйства, пользуется славой своего в доску и просто хорошего парня. Не то чтобы Кори узнавала всё это специально, просто Лазурит стабильно снабжал её информацией. «Лишней и никому не нужной!» – возмущалась Кори, но к другу нет-нет да прислушивалась. Как говорится, врага надо знать в лицо.
Вездесущая Этель атаковала Тео тут же, пускаясь в типичную для её профессии болтовню.
– Теодор, прежде чем мы обсудим грядущее сражение, позволь задать тебе несколько вопросов?
– Ну разумеется, – охотно отозвался Тео, продолжая лыбиться во все свои тридцать два, – как я могу отказать красивой девушке?
– Каков льстец! – восхитилась Этель. – Хорошо, первый вопрос. Все мы здесь ради чего-то. Например, я хочу премию. Зрители – великолепных сражений, шоу и праздника. А ради чего ты здесь? Слава, популярность, деньги?
– Этель, ну зачем мне деньги? Я всё-таки принц. Правда, не наследный… – протянул Тео, особо расстроенным, впрочем, не выглядя. – Ну да какое это имеет значение, с моей-то внешностью и моими способностями, не так ли?
Женская (а местами и мужская) часть зрителей согласно загомонила, по трибунам пронеслись заинтересованные шепотки. Хель весьма красноречиво фыркнула, видимо, имея своё мнение относительно тех самых способностей.
А вот Этель была с ней не согласна – какой журналист не любит выпендрёжников?
– Действительно, – оскалилась она. – Но я так понимаю, никому из нас не стоит рассчитывать на твои… способности? Ходят слухи о твоих довольно близких отношениях с Ликорис Бреннан, одержавшей блестящую победу над твоим земляком. Это правда?
– Только попробуй чего ляпнуть, – тихо пробормотала Кори себе под нос, тут же заработав любопытный взгляд от Лазурита.
Куда там, Дагмар и молчание друг с другом не знакомы.
– Я работаю над этим, – доверительно сообщил он, оборачиваясь на трибуны. Кори почувствовала его взгляд на себе и нервно стиснула термос. Разумеется, только чтобы не швырнуть его прямо в темечко этому треплу!
– И как успехи? То есть я не могу представить себе того, кто может остаться к тебе равнодушным… Но она твоя соперница. И характер у демонов не из лёгких…
То ли Тео всё же имел хоть какую-то стеснительность, то ли надоедливая журналистка его утомила, но пускаться в россказни об их отношениях (несуществующих, мать его так и эдак!) он не стал, довольно резко оборвав Этель:
– С твоего позволения, я не буду комментировать эту тему. По крайней мере, до своей победы.
– А если проиграешь? Мы, кстати, ещё не дошли до оценки твоих шансов.
– Этель, милая, мой соперник уже заждался меня, – притворно возмутился Тео. – А, ладно, пусть подождёт ещё немного… Вообще Дженкинс силен, я не могу это отрицать. Но! Меня ждет вознаграждение, я не могу его упустить. Так что прости, Карл, у тебя нет шансов!
– Настолько ценное вознаграждение? – Этель заинтересованно вздёрнула четко вырисованную бровь, последнюю часть монолога будто не услышав.
– О да! Горячее как само Инферно.
И, едва договорив это, он снова обернулся к трибунам, прямо туда, где расположилась Кори. С её места не было видно, но менталисты услужливо показали, как Тео весело подмигнул, прежде чем вернуть своё внимание журналистке.
«Прибила бы тебя, деревенщина трепливая!» – мысленно застонала Кори, чувствуя, как полыхает физиономия под полудюжиной пристальных взглядов. Повисшее многозначительное молчание – да чтобы Руссо и вдруг молчал! – тоже спокойствия не добавило.
Наконец Лазурит не выдержал и громко фыркнул:
– Цирк какой-то, а не турнир. Одна башкой на меч летит, другой к ней в прямом эфире клеится. Ребятки, снимите номер!
– Да не было такого!
– Милая, у нас у всех тут есть глаза и уши. – По правую сторону от Лазурита плюхнулась Хель; тот как ни в чём не бывало приобнял их обоих. – Ты, конечно, можешь вопить, что мы ничего не докажем, но мой братец палится несусветно.
– Не то слово, – поддержал Лазурит. – Отрада очей моих, эти брачные игрища павлинов меня доконают. Уж который день помираю со смеху.
– О, точненько, а я-то думаю, кого они мне напоминают?
– Да замолчите уже! – прикрикнула на них Кори, подняла взгляд на открывшего было рот Руссо. – А ты тем более!
– А я что? Я вообще-то молчал. Это вот они моего друга за всякий чертополох сватают!
Тут не выдержала солхельмская подружка Дагмара – она с размаху влепила подзатыльник Сэму, видимо, окончательно устав от его болтовни. Или не только поэтому – Кори хоть и нет дела до всяких там девиц с боёвки, но даже дураку видно, что ситуация её не радует. Никак положила глаз на Тео? То есть болтливую сволочь Дагмара, конечно же.
– Бездна, Эйлиф! – завопил Руссо, потирая ушибленный затылок. – За что?
– Ты знаешь за что, – припечатала Эйлиф, демонстративно отворачиваясь от всей дурной компании.
Кори тоже бы отвернулась, да только некуда. Особенно если вспомнить, что Теодорово «смотри на меня» никак не желало уходить из головы.
Она и смотрела. Пока лишь на то, как Тео вовсю треплется с Дженкинсом посреди арены, размахивая руками. Люди диплом с меньшим энтузиазмом защищают, право слово.
– Он вообще затыкается когда-нибудь? – застонала Кори, роняя голову на ладони. – Разбудите, когда будет интересно.
– Так уже интересно, – хмыкнула Хель. – Он же специально, смотри внимательно.
Кори послушно посмотрела. Пригляделась, сперва не поняв, о чём говорит сестрица Тео, очевидно, знакомая со всеми его приёмами. И заметила, что размахивает тот руками не просто так: его пальцы, длинные и подвижные, не воина, но толкового мага, будто узоры плетут. Один за другим, завершая и начиная снова.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?