Читать книгу "Гибрид. Книга 9. Темная сторона. Том 1"

Глава 6

«Научно-исследовательский центр военной базы «Тал Норейн». Минус пятый этаж. Экспериментальный отдел», – прочитал я на висящей слева от двери табличке, едва переступил порог.

За дверью обнаружился убегающий вдаль темный коридор с несколькими ответвлениями. Причем стены его, насколько я понял, были выполнены из того же материала, что и семейное убежище тана Расхэ. Правда, сейчас они утратили первоначальную белизну и оказались покрыты густым слоем пыли и грязи. Тут и там на них виднелись неровные сколы, как если бы кто-то неаккуратно двигал тяжелую мебель, задевая ею углы, или время от времени полосовал когтями прочный материал, на котором за годы издевательств осталось немало глубоких царапин.

На полу, кстати, нашлись точно такие же царапины, а также старые, побуревшие от времени, но все же вполне узнаваемые следы крови, как если бы кто-то периодически таскал тут свежие трупы, развозя при этом кровь от стены до стены.

Сам пол, как и стены, давным-давно утратил прежнюю белизну. А вот пыли на нем оказалось на удивление немного, как будто коридором достаточно часто пользовались. Пожалуй, лишь у самых стен, на стыках и в углах можно было разглядеть мелкий мусор, а также целые горы стеклянных осколков, которые нападали сюда, похоже, много лет назад.

Источником осколков оказались двери… причем довольно много дверей со стеклянными вставками, как в обычных лабораториях. Сейчас большая часть этих дверей была помята и искорежена. Некоторые и вовсе валялись на полу. Но кому-то и этого оказалось мало, потому что стекла у всех до единой дверей были выбиты, а сквозь дверные проемы просматривалось содержимое многочисленных комнат.

Когда-то тут, вероятно, кипела жизнь. По крайней мере, в помещениях я видел много перевернутых столов и опрокинутых набок стульев. Тут и там виднелось покрытое пылью оборудование, назначения которого я не знал, зато обратил внимание, что все стеклянные компоненты, включая лампы и мониторы, были расколочены, приборные панели выдраны с мясом и тоже разбиты, а электронная начинка вытащена, словно внутренности у трофейного зверя, и порвана в клочья. Причем с такой злобой, как если бы тут неистовствовал маньяк, за что-то возненавидевший все, что его окружало.

Кости я, кстати, тоже видел. Причем человеческие и не сказать, что мало. Навскидку человек пять или шесть тут погибло. Просто останки были разбросаны по комнатам, словно их растащили собаки, а вот целых скелетов мне нигде так и не попалось. При этом на костях я тоже увидел царапины и отметины от чьих-то зубов, как если бы останки исступленно глодали. А два черепа и вовсе оказались расколоты, будто по ним в бешенстве колотили чем-то тяжелым и не успокоились до тех пор, пока от них не осталось одно название.

Следов живых я, правда, нигде не обнаружил. Как ни присматривался, но нигде ничья аура так и не мелькнула. Да и останки выглядели старыми, поэтому я не стал заострять на них внимание.

А вот потом я добрался до конца коридора и уткнулся еще в одни двухстворчатые… такие же вывороченные, как в шахте… двери, за которыми нашлось два убегающих в противоположные стороны коридора.

Следы крови, которые я видел раньше, уходили вправо. Туда, где коридор плавно изгибался и терялся за поворотом. Недолго думая, я тоже свернул туда, но вскоре почувствовал пока еще слабый запах разложения, а еще через мэн остановился на пороге большого темного помещения, которое когда-то было для обитателей базы чем-то вроде конференц-зала.

Правда, сейчас многочисленные стулья, которые раньше наверняка стояли ровными рядами, были растащены по углам и свалены в четыре беспорядочные кучи. Лампы, как и в лабораториях, были разбиты. От сцены, расположенной напротив входа, практически ничего не осталось. Деревянная тумба, когда-то игравшая роль места для выступлений, оказалась опрокинута, разломана и уже наполовину сгнила, а остатки электронного терминала я опознал лишь по наличию редких микроэлементов, которые Эмма тут же благополучно и поглотила.

В центре же презентационного зала возвышалась приличная куча костей, правда, на этот раз преимущественно звериных. А чуть в стороне нашлось несколько частично обгрызенных трупов, включая на редкость крупного, темно-бурого окраса йорка, ближайших родственников которого Эмма распылила на атомы меньше суток назад.

Судя по запаху, туши лежали здесь дня три, не меньше. Однако выгрызены у них были только внутренности, да и то кое-как. Ну и черепа разбиты, как у тех несчастных, которых я видел в лаборатории. Так что, похоже, я набрел на чью-то столовую, хотя вряд ли этот «кто-то» был человеком.

Следы зубов, которые я увидел на мертвых телах, определенно свидетельствовали о наличии у нападавшего очень своеобразного прикуса. Раны были рваными, не такими, как от человеческих зубов или клыков обычного хищника. Я такие видел только по телеку, когда смотрел программу про пираний. Но чтобы пираньи вдруг стали сухопутными, да еще и начали прицельно мозги своим жертвам выгрызать, это было что-то новое.