Читать книгу "Друид. Том 6. Вне времени"

С помощью камней я разрядил все три установки, одну за другой, действуя уже отработанным порядком. Опустошённые артефакты я оставил лежать там же, под лапником, ровно в том виде, в каком их бросил хозяин. Пусть Тенелист вернётся за ними, если пожелает, и полюбуется, во что превратились его многолетние сбережения. В моём прошлом мире это называлось арестом счетов, и на некоторых должников такая картина действовала сильнее любых угроз.

Больше тайников на этих землях Тишь не нашла, хотя мы с ней добросовестно прочесали всю полосу вдоль границы туда и обратно. След Тенелиста обрывался у самой аномалии, и соваться за ним в чужой непредсказуемый лес я не собирался. Тем более, зная его методы, он мог быть уже далеко отсюда.

Обратная дорога вышла тихой, на спине у Мха, и в этой тишине мне впервые как следует подумалось о том, что именно лежит у меня в поясной сумке.

Эти камни ведь могут выпить силу из любого. Из накопителя, из зверя, из дерева, из человека. Страшное оружие, если подумать, и оно болталось у меня на поясе, завёрнутое в тряпицу. Прикасаться к ним лишний раз больше даже не хотелось, и всю дорогу я старался о них не думать.

Получалось у меня, прямо скажем, из рук вон плохо. Мысли сами сворачивали к сумке. Ведь и силу нечеловеческую могут они дать своему обладателю. Всю ту силу, что вобрали сегодня, и всю, что смогут вобрать потом. Годы чужих жизней, спрессованные в зелёную глубину, лежали у меня под рукой, и что, если взять из них хотя бы самую малость…

Ладонь моя уже лежала на сумке, и сквозь тряпицу я чувствовал ровное, приветливое тепло. Камни тянулись мне навстречу, и в этом всём разворачивалось что-то похожее на обещание. Назвать это голосом язык бы не повернулся. Скорее то была уверенность, будто чужая мысль притворялась моей собственной. Уверенность нашёптывала, что бояться организации больше не придётся, как не придётся бояться ни Тенелиста, ни его безымянных хозяев. Что можно будет пить чужое и не стареть, копить и не отдавать, жить столько, сколько самому захочется, и рука моя уже сама тянулась развернуть тряпицу…

На этом месте я оборвал себя усилием воли.

Руку от сумки я отдёрнул так резко, что Тишь рядом вскинула голову. Это было уже какое-то самое настоящее наваждение. Вот, значит, каким образом берёт свою добычу эта зараза. Приказов и грубой силы ей вовсе не требуется, у неё в ходу сделка: ласково стелет, услужливо подсказывает и хочет при этом одного: чтобы её подчинили. Точнее, чтобы человек думал, будто подчинил её, а вышло бы в итоге ровно наоборот.

– Не выйдет, – сказал я камням вслух, и собственный голос помог мне окончательно вытряхнуть из головы наваждение. – Я в этом мире уже видел, что бывает с теми, кто живёт за чужой счёт. Наниматься к вам в обладатели не стану.

Остаток пути я держал руки подальше от сумки, а дома первым делом собирался запереть эту парочку в самый глухой ларец, какой найдётся, да ещё и корнями его оплести. Соблазнительно всё это звучало, спорить не стану. Но у всякой сделки есть цена, а её эти “зелёные торговцы” предусмотрительно не озвучили. В моей практике такие договоры лучше всего было не подписывать вовсе.

Вместе с Тишью мы вернулись в поместье уже под вечер. В парке у санатория, среди подстриженных кустов, я заметил знакомую фигуру и свернул с дорожки. Потому что увидел, как Ярина занимается там растениями вместе с Ярославом. Похоже, они выращивали новые кустарники.

– Видел следы Тенелиста, – сказал я без предисловий. – Но он снова ускользнул. Пытался забрать свои артефакты, но не успел, бросил у самой границы. Видимо, он ещё слаб после той битвы.

Потом я подробно рассказал про свои сегодняшние приключения в лесу.