Текст книги "В вихре времен"
![](/books_files/covers/thumbs_240/v-vihre-vremen-5140.jpg)
Автор книги: Алексей Махров
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
ГЛАВА 9
После успешно проведенной операции с Янтарной комнатой мы сразу стали готовиться к новой акции. Несмотря на чуть было не закончившуюся катастрофой посадку тяжелого самолета на лед озера, покрытый полутораметровым слоем снега, Гарик горел желанием отправиться на подобную прогулку еще раз. Мишка шарил в Интернете, разыскивая новую цель и через пару дней выдал очередную сенсацию. Оказывается, при разрушении храма Христа Спасителя было безвозвратно утрачено большинство икон. Их аккуратно демонтировали, погрузили на грузовики и вывезли в неизвестном направлении. Больше их никто не видел. По отдельным косвенным ссылкам можно было предположить, что бесценное сокровище досталось американскому миллионеру Арманду Хаммеру, большому другу Советского Союза, или Элеоноре Рузвельт.
Послав Горынычу вызов, мы с Мишкой тут же кинулись на Волхонку с «глазками» в руках. Подоспевший через час Гарик застал нас бродящими по паперти собора.
– Ну, удалось напасть на след? – нетерпеливо крикнул Гарик, выскакивая из машины.
– Пока нет, уничтожение храма заняло несколько месяцев, работы начались восемнадцатого августа, пятого декабря прогремело два взрыва, иконы должны были вывезти в этом промежутке, – ответил Мишка, не отрывая взгляда от видоискателя, – а мы только-только добрались до начала работ.
– Есть, мужики, – порадовал я ребят, – иконы снимали несколько дней и складывали на хранение в дощатом сарайчике. Вывозили их в два этапа.
– Какие будут предложения? – спросил Гарик, раскуривая трубку. – Будем брать в пути или накроем разом перед вывозом?
– Мужики, икон много, и размер их весьма велик, – сообщил Мишка, нарезав вокруг пребывающего в прошлом сарайчика несколько кругов, – чтобы их вывезти, понадобится три-четыре «КамАЗа».
– Даже если мы купим еще два грузовика, то в центр города на них нас все равно не пустят, – сказал я. – Нужен специальный пропуск. Мало того, что добыть пропуск – большой геморрой, так ведь и стоянка рядом с храмом привлечет излишнее внимание!
– Значит, надо отследить конечную точку маршрута вывоза в тридцать первом году, – подвел итог Горыныч. – Прыгайте в «мерин», поехали!
– Чтобы не ездить два раза, ты, Мишка, следи за колонной первого этапа, а я буду следить за второй, – посоветовал я, настраивая «глазок». – А то, не дай бог, они в разные места поедут.
Опасения не оправдались – обе колонны полуторок шли в одном направлении. Слежка привела нас к воротам военного аэродрома «Чкаловский».
– Все ясно, наверняка народное достояние покинуло страну воздушным путем, – прокомментировал положение Горыныч. – Насколько мне помнится, здесь и до войны был военный аэродром. Здесь нам иконы не взять!
– Значит, устроим засаду по дороге! – решил я. – Поехали тем же путем назад, поищем подходящее место!
Место нашлось на Лермонтовском проспекте, там, где в наше время тихо угасает завод имени Ухтомского и стоят гнилые бараки поселка Калинина. Местечко и в двадцать первом веке достаточно пустынное, а в тридцатые годы двадцатого – просто глухое.
Грузовики решили остановить под видом сотрудников ОГПУ. Наша бронированная «эмка» подходила к данной эпохе почти идеально. Надо только обзавестись необходимой униформой и документами. Вопрос о дальнейшей судьбе икон даже не вставал, мы как-то сразу решили преподнести их в дар Русской православной церкви. Осталось только проработать вариант передачи. Уже когда обсуждался вопрос временного хранения отбитых ценностей, Мишку осенило:
– Мужики, тут даже думать нечего! На этом умирающем предприятии, – Миша показал в сторону завода имени Ухтомского, – сейчас вовсю сдаются складские помещения. Давайте арендуем подходящее на йод ставную фирму. Когда возьмем груз, далеко возить не придется. Сложим иконы там, а потом позвоним властям – мол, забирайте!
– Отличная мысль, Миха, так и сделаем, – поддержал его Горыныч. – Давайте решать, какую колонну будем брать!
– Что решать? Будем брать обе! – ответил я.
– Но ведь если возьмем первую, то вторую нам не взять – охрана будет настороже, да и маршрут могут изменить!
– Первую будем брать в одной реальности, а вторую в другой, – пояснил я. – Что нам стоит открыть «окно» два раза?
Горыныч был вынужден согласиться, что такой вариант вполне может прокатить. Решив не откладывать дело в долгий ящик, мы немедленно отправились в администрацию завода, оформлять аренду помещения. По пути мы продолжали обсуждать план предстоящей авантюры. Сошлись на том, что просто тормознем грузовики, разоружим охрану, если будет сопротивление – подавим, действуя по обстоятельствам. Но при просмотре пустующих помещений от первоначального плана дружно отказались. Один из складов располагался почти рядом с забором, выходящим на трассу. Я тут же предложил смонтировать прямо здесь стационарное «окно». При таком раскладе не возникало нужды перегружать иконы с машины на машину. Захваченные полуторки загоним прямо на склад, «окошко» свернем, и не одна зараза из тридцать первого года не сможет нам помешать в разгрузке. Потом выгоним пустые автомобили назад, в их время, и пускай потом местные чекисты ищут бесследно пропавшее помещение.
Детальную подготовку начали уже на следующий день. Действовали по уже отработанной схеме – Мишка занимался подготовкой документов, Горыныч проверял технику и снаряжение, а я готовил одежду, оружие и прорабатывал легенду. Дело уже стало привычным, и справились мы в этот раз всего за неделю. Последний день посвятили доскональной проверке с помощью «глазков» места и времени предстоящего театра военных действий.
Операция началась в будний день, после полудня. «Эмку», снаряжение, одежду, оружие мы завезли на склад накануне одним рейсом «КамАЗа». Переоделись, привычно проверили оружие. Открыто на поясах висели наганы, кроме них захватили уже полюбившиеся стволы – у меня как обычно две «Гюрзы», у Мишки «Кедр», у Гарика «стечкин». Чтобы спрятать этот арсенал, пришлось поверх гимнастерок надевать так называемые пыльники. Погодка была подходящая – сухой, ясный день середины сентября.
Первая операция прошла без сучка и задоринки. Тормознули колонну, предъявили сопровождающим ценности стрелкам Гохрана распоряжение об изменении маршрута. Быстренько загнали полуторки на склад. Охранники, поняв, что дело неладно, решили возмутиться, но мы быстро пресекли все попытки сопротивления. Обезоруженных бойцов приставили к разгрузочным работам. Уже через час опустевшие грузовики вернулись в свое время.
А вот со второй экспроприацией сразу начались проблемы. Колонна послушно остановилась по нашему требованию. Но начальник конвоя наотрез отказался менять маршрут, пришлось начать разоружение прямо в тридцать первом году. Разозленный, тупым упрямством этого здоровенного питекантропа с треугольничками младшего командира в петлицах, я от души врезал ему в печень. Тоненько взвизгнув, детина рухнул на ноздреватый асфальт. Остальные охранники схватились за винтовки. Мишка, выхватив «Кедр», дал над головами стрелков длинную очередь. Это практически не подействовало – только два ближайших охранника упали на землю, выронив оружие, а прочие продолжали приближаться к нам, лязгая затворами. Водители тоже стали выбираться из машин. Если вся эта толпа сейчас бросится на нас, мало не покажется.
Мы быстро отступили за свою «эмку» и открыли огонь. Стреляли пока что по ногам. Трое самых азартных бойцов, получив по пуле, теперь валялись на дороге, оглашая окрестности громкими воплями. Уцелевшие стрелки рассредоточились и открыли ответный огонь. Водители стали разбегаться по обочинам. Бой начал принимать затяжной характер. Коротко посовещавшись мы решили не геройствовать и отступить на «базовую». Мишка полез в «эмку», чтобы дать задний ход. Но в этот момент сзади послышался шум мотора. Оглянувшись, мы увидели подъезжающий со стороны Люберец грузовик, полный вооруженных людей. Я и Гарик, не сговариваясь, замолотили по ним в три ствола. Прошло несколько секунд, и грузовик с пробитыми покрышками, развороченным радиатором и разбитым лобовым стеклом съехал в кювет. Через борт горохом посыпались красноармейцы с винтовками наперевес.
Ситуация стала критической. Сейчас солдатики оклемаются, врубятся в обстановку и ударят по нам из десятка стволов. Мы с Гариком торопливо залезли в салон броневика. Мишка с места рванул машину к спасительному «окну» прямо по целине. Но удача уже окончательно покинула нас: не проехав и десяти метров, «эмка» наскочила правыми колесами на какую-то кочку и перевернулась.
– Ну, все, теперь полный абзац! – отчетливо выругался Гарик. Он в этот момент находился на правом переднем сиденье и теперь пытался слезть с Мишки.
Я помог Горынычу перебраться в заднюю часть салона. Суворов, при ударе приложившийся головой о боковое стекло, не подавал признаков жизни.
Меня начала разбирать злость. Теперь я уже был готов убивать этих ни в чем не повинных красноармейцев и охранников. Перезарядив свои пистолеты, я выбрался из машины через ставшую верхней, правую дверь. Наш противник, увидев постигшее нас несчастье, стягивался вокруг поверженной «эмки». Шли в полный рост, не скрываясь. Одним взглядом оценив окружающую обстановку, рывком ухожу в сторону от автомобиля. Первыми легли, получив по пуле в голову, стрелки Гохрана. Затем настала очередь красноармейцев.
Когда из машины, кряхтя и матерясь, выбрались Горыныч и Бэтмен, в живых не осталось никого. Черт бы побрал мою дьявольскую меткость! Увидев, что непосредственной опасности нет, Гарик убрал свой пистолет, сунул мне в руку фляжку с коньяком и пошел собирать разбежавшихся водителей. Мишка, к счастью, отделался лишь огромной шишкой на голове. Хлебнув коньячку, мы вдвоем попытались перевернуть свою бедную машинку. Но только совместными усилиями десятка приведенных Гариком шоферюг нам удалось поставить нашу «эмочку» горизонтально.
Столь неудачно начавшаяся операция закончилась полным успехом и без существенных потерь с нашей стороны. Уже через полчаса мы выгнали со склада разгруженные полуторки и взялись за учет трофеев. В наших руках оказались все пропавшие без вести иконы. Правда, состояние их было весьма плачевным, но после необходимой реставрации они вполне могут занять свое место в новом храме. Мы быстренько погрузили свое оборудование, снаряжение и оружие в «КамАЗ» и отправились праздновать очередную безумную победу. По дороге в ресторан я позвонил в милицию из телефона-автомата и сообщил дежурному о заложенной на складе взрывчатке. Такую фишку мы придумали специально для ускорения процесса поисков «подарка». Могу представить себе удивление саперов, нашедших вместо бомбы реликвии, считавшиеся утраченными более семидесяти лет назад.
Пребывая в эйфории от нашей удали, ловкости, безнаказанности, мы чувствовали себя равными богам и не догадывались, что своими экспедициями нарушили глубинные законы Вселенной. Чем чаще мы включали темпор-машину, тем больше становилось ответвлений от единого некогда потока времени. И чем больше мы вносили изменений, тем чаще происходили пробои между потоками реальностей.
ПРОБОЙ РЕАЛЬНОСТИ 1
Охотник Андрей Шевчук по кличке Шустрец лежал на ржавой крыше старого дома. Моросил мелкий неприятный дождь, который начался еще засветло. С высоты пятого этажа ему прекрасно был виден громадный пустырь, раскинувшийся на месте Художественного театра. На пустыре была забита стрелка главарей банд «Глазастых» и «Железных коней». Лидера «Глазастых» – Александра Данчука, по кличке Полковник, Андрей разыскивал уже три недели.
Встреча была назначена на полночь, но первый патруль «Железных коней» появился часов в девять. Еще через полчаса на крыше соседнего дома обосновались трое снайперов. Мощная оптика винтовок, за которую банда получила свое название, не оставляла сомнений в их принадлежности. Вскоре весь пустырь был оцеплен по периметру, даже на крыше, где лежал охотник, расположились трое боевиков, от которых пришлось тихо избавиться. За пять минут до назначенного времени прикатил со своими орлами Мишка Ло, и на минуту рев их мотоциклов разорвал тишину.
Полковник приехал точно в назначенный срок. Глядя на этого невысокого человека с невыразительной внешностью, никто бы не сказал, что он главарь самой молодой городской банды. Но благодаря невиданной жестокости «Глазастые» уже завоевали авторитет и сильно потеснили другие группировки в их традиционных сферах влияния. В большей степени благодаря тому, что Полковник и его люди были выходцами из войск специального назначения.
Полковник собственноручно убил несколько полицейских офицеров, и правительство города не поскупилось на вознаграждение за поимку этого опасного преступника. В расклеенных по всему городу листовках обещалось сто тысяч золотых за живого или пятьдесят за мертвого. Андрей решил не жадничать, поскольку брать Полковника живьем было изначально бесполезной затеей.
Главари сошлись лицом к лицу точно посередине пустыря. Скорее всего, их разговор не займет много времени, через несколько минут раздадутся выстрелы со стороны «Глазастых», которые положат конец господству «Железных коней» на центральных улицах города.
Охотник начал действовать немедленно. По всему пустырю одновременно рвануло три десятка толовых и дымовых шашек, заложенных им утром. Поднятые взрывами камни и земля еще не успели упасть на землю, а Шустрец уже летел по тросу с крыши, надвигая на глаза ноктовизор. В густом черном дыму, затянувшем поле боя, Андрей успел преодолеть половину расстояния до того места, где стояли главари. Но тут пришли в себя уцелевшие боевики – ничего не видя, «Железные кони» открыли беспорядочную пальбу, в то время как «Глазастые» залегли и начали отползать к проезжей части, стреляя по заранее размеченным секторам. Оставалось надеяться, что охотника не зацепит случайная пуля. Единственный зрячий в этом хаосе, Шевчук на бегу прицельно снимал короткими очередями наиболее опасных для него горе-стрелков. Но плотность огня была настолько высокой, что несколько раз досталось и ему – спасли только титановые пластины в комбинезоне. Превозмогая боль в сломанных ребрах, он все-таки добрался до Полковника. Тот уже расправился с Мишкой Ло и использовал труп как бруствер. С разбегу полоснув лидера «Глазастых» тяжелым тесаком по шее, Андрей подхватил отрубленную голову за волосы и рванулся сквозь строй боевиков к их машинам. Группы прикрытия обеих банд не стали стрелять по дымовой завесе, опасаясь попасть в своих, поэтому сцепились между собой. Все были настолько заняты этим делом, что, когда охотник, пристрелив водителя, вскочил в первый попавшийся джип, ему никто не оказал сопротивление.
Бросив кровоточащую голову на заднее сиденье, Шевчук рванул вверх по бульвару. На пересечении бульвара с центральной улицей машину сильно тряхнуло, глаза резанул яркий белый свет. «Черт, на мину налетел», – подумал Андрей, но джип продолжал двигаться вперед и слушался руля. «Пронесло»! – с облегчением вздохнул Шустрец, но внезапно увидел вокруг себя десятки автомобилей. От неожиданности охотник резко нажал на тормоз. В следующую секунду в задний бампер джипа влетела какая-то легковушка. Едва от мозга поступил сигнал: «погоня!», натренированные до автоматизма мышцы Андрея уже действовали. Одна рука удерживала страшный, но ценный трофей, другая рука выхватила оружие, ноги вынесли тело из ловушки – машины. Но едва оглядевшись по сторонам, Шевчук понял, что на эту ситуацию у него нет готовых решений. Вокруг него действительно стояли почти новенькие, чистенькие автомобили с горящими фарами. Но, что самое удивительное, в домах, окружающих площадь, ярко светились окна. По тротуарам двигалась плотная толпа нарядно одетых людей. Внимательно присмотревшись, Андрей даже различил за деревьями, внезапно выросшими на месте спиленных десять лет назад, статую поэта. Это чудо окончательно добило охотника, поскольку он прекрасно помнил, что памятник взорвали в прошлом году у него на глазах.
Вместо привычной городской тишины, лишь изредка нарушаемой звуками выстрелов, здесь было довольно шумно, поэтому Шевчук не сразу услышал, что к нему уже минуту обращается стоящий рядом человек. Лишь только когда незнакомец дернул его за рукав, Андрей наконец обратил на него внимание.
– Вы очень резко затормозили, я просто не успел… – говорил мужчина, но внезапно разглядев предмет, который прижимал к груди этот странный парень в порванном и перепачканном комбинезоне, незадачливый водитель глухо хрюкнул и бросился поперек потока машин на тротуар, поближе к людям. До конца жизни несчастного будет преследовать вид немигающего, залитого кровью глаза. Внезапно осознав необходимость какого-то действия в ответ на сложившуюся обстановку, Андрей огляделся уже вполне осмысленно. Прямой и непосредственной опасности не было. Шевчук убрал оружие в кобуру и, подобрав с пола джипа тряпку, завернул в нее свой трофей. Несколько секунд охотник раздумывал – брать или не брать машину, но со всех сторон путь преграждали другие автомобили. Поэтому Шустрец, по крышам и капотам добравшись до тротуара, смешался с толпой и зашагал в сторону двора, где он припрятал свой броневик. Но там вместо трехэтажной развалюхи возвышалось сияющее огнями высотное здание. Это окончательно добило охотника.
Через пятнадцать минут на место происшествия прибыла патрульная группа. Милиционеры обнаружили посреди грандиозной вечерней пробки на Страстном бульваре брошенный джип неизвестной конструкции, без номеров и с пулевыми пробоинами. Весь салон этой странной машины был залит свежей кровью, а единственный свидетель, он же виновник ДТП, утверждал, что неопознанный автомобиль свалился чуть ли не с неба, а его водитель нес в руках отрубленную человеческую голову.
ГЛАВА 10
После трех вылазок подряд мы решили взять тайм-аут. Мишка зарылся в компьютере, Гарик снова отправился на Куликовское поле, доснимать свой фильм, предупредив, чтобы вызывали его по малейшему поводу. А я решил махнуть на недельку в Египет, где до этого никогда не был.
Первым делом я отправился на экскурсию к пирамидам. Возле этих гигантских сооружений я провел целый день. Моей главной задумкой было снять фильм о постройке последнего уцелевшего чуда света. Моя видеоколлекция пополнилась большим количеством эффектных кадров, но особенно поразил меня способ постройки. Я не увидел тысяч рабов, тащивших на волокушах гигантские блоки из каменоломен, также я не увидел и атлантов, силой мысли укладывающих гранитные кубики по 150 тонн весом. Древние строители были гораздо умней и изобретательней. Когда в видоискателе первый раз показались люди, устанавливающие опалубку и потом заливающие ее бетоном, я оторопел. В тот момент мне даже показалось, что я неправильно установил на «темпор-глазке» дату. Но факт оставался фактом. Все пирамиды возводились непрерывным бетонированием. Теперь понятна удивительная точность подгонки блоков, в щель между которыми нельзя вставить лезвие. Кстати, сфинкс тоже оказался отлитым из бетона.
Плюнув на остальные достопримечательности Египта, я стал ходить к пирамидам каждый день. К концу тура на «винте» моего ноутбука, куда я сбрасывал информацию с камеры, уже не хватало места. По приезде домой я показал отснятый материал Бэтмену, но особого восторга Мишка не проявил. Вдвоем мы за пару часов смонтировали пятнадцатиминутный ролик, имитирующий ускоренную запись. В нем был сведен весь процесс постройки с нуля.
– Ну и кто на это будет смотреть? Где наш зритель? – задал я потолку риторический вопрос, когда мы закончили монтаж клипа.
– Один зритель, второй, третий, восьмой… – отозвался Мишка, непрерывно глядя на монитор.
– Ты кого считаешь? – спросил я друга.
– Пока ты в Африке прохлаждался, я, от нечего делать, сайт в Интернете создал, – ответил Суворов. – Скинул на него все наши фото и видеоматериалы, а также Гариков фильм о Бородинской битве. И ты представляешь, за четыре дня несколько тысяч посещений, причем их количество растет в геометрической прогрессии. Вот только что разместил твой ролик, а народ на него уже попер.
– А как называется твой сайт?
– «Заметки путешественников по времени», – гордо сообщил Мишка.
– Ты что наделал?! – воскликнул я. – Ты же сдал нас как стеклотару!
– Ничего страшного, Серега! – успокоил меня Суворов. – Это же Интернет, во-первых, концов к нам не найдешь, а во-вторых, тут еще и не такие сайты попадаются. Большинство зрителей считает наши материалы отлично сделанной компьютерной графикой.
– А меньшинство?
– А меньшинство верит, что мы действительно путешествуем по времени, но эти же люди верят и в летающие тарелки, и в Атлантиду, и в планету Фаэтон. Ты бы посмотрел, что они на чате пишут. Если бы они это вслух говорили – уши бы в трубочку завернулись.
– Да, интересных ты нашел зрителей!
– Уж какие есть! Кстати, одна дама настойчиво домогается встречи с нами. Сетевое имя – Мария-Антуанетта.
– Ого!
– Вот-вот! Я лично ей отказал, а ты смотри сам. Если тебе интересно, то я подгоню ее электронный адрес.
– Мне еще не хватало свиданий с экзальтированными дамочками, начиталась, наверное, на ночь мадам Блаватской. Или наоборот – считает себя крутым веб-дизайнером и будет просить поделиться опытом.
– Нет, Серега, мне кажется, что она журналистка. И хочет наваять про нас статью или даже, чем черт не шутит, снять передачу. Вот смотри – в почте от нее свежее послание: «Только что просмотрела ваш новый фильм. Он великолепен. Такая альтернативная версия постройки пирамид весьма меня заинтересовала. Очень прошу о встрече с вами. Конфиденциальность гарантирую». Встретился бы, поговорил с ней, а то не отстанет.
– А сам-то что? Это ведь ты у нас дамский угодник. Тебе и карты в руки.
– Я же не любитель, а узкоориентированный профессионал, – сделав серьезное лицо, сказал Мишка. – И своим профессиональным нюхом чую – здесь, кроме умной беседы, ничего не обломится, а я предпочитаю девушек определенного возраста, спортивного телосложения и с ограниченными интеллектуальными данными.
– Знаю-знаю, чтобы была красивой дурой и в первый же день в постель ложилась. Не работаешь ты над собой, надо расширять круг интересов, – шутливо попенял я Суворову. – Ладно, уговорил, черт красноречивый, пойду на свиданку. Скинь даме сообщение, что я жду ее через час в ресторане «Джонка» на Тверском бульваре. Пусть спросит у метрдотеля господина Иванова.
– Чего это тебя на экзотическую кухню потянуло? – поинтересовался Мишка, набирая текст на клавиатуре.
– Ну не тащить же ее в «Аль-Казар», где нас каждый официант по имени знает. Вдруг придется уходить от дамы в отрыв, – просто произнес я. – Какие еще новости, кроме твоего веб-проекта?
– Гарик звонил, говорил, что пребывает в шоке от увиденного. Переслал мне по «емеле» три гига отснятого им материала. Я глянул одним глазком и тоже обалдел – такой мясорубки мне видеть не доводилось. Людей там просто ломтями шинкуют. Кровища так и брызжет во все стороны. Руки, ноги отрубленные летают. Хочешь взглянуть?
– Нет, спасибо, у меня скоро обед, не хочу портить аппетит. Может, все-таки поедешь со мной?
– Нет, спасибо, – передразнил меня Мишка, – у меня столик в «Аль-Казаре» заказан, там сегодня телятинка с трюфелями. А тебя жареными кузнечиками накормят, будешь потом животом мучиться. Ладно, поезжай, тебе отсюда до центра минут сорок по пробкам добираться. Если дама окажется симпатичной и в меру глупой – зови меня на помощь.
Я начал собираться, но вдруг Мишка бросил мне почти вдогонку:
– Да, кстати, я узнал фамилию генерала, отдавшего приказ корпусу Тучкова – это Беннигсен. Тот самый – командующий русской армией при Прейсиш-Эйлау и Фридланде. Мотив его поступка просматривается довольно четко – зависть к Кутузову.
– А в результате без какой-либо пользы погибло крупное подразделение, и русские проиграли битву.
– Я также выяснил, по архивным данным, – продолжил Мишка, – что этот корпус якобы прикрывал Старую Смоленскую дорогу и весь день бился с польским корпусом Понятовского в районе деревни Утица и Утицкого кургана. Прикинь?
– Чудеса! Но мы же в том лесу не призраков видели, а вполне реальных солдат.
– Вот так и рождаются загадки истории!!!
Обдумывая эту информацию, я попрощался с Суворовым и поехал на Тверской бульвар. Пробок почти не было, и уже через полчаса я взял столик в «Джонке», предупредив метрдотеля, что у меня будут гости. К счастью, никаких жареных кузнечиков в меню не оказалось, и я, заказав легкую закуску под острыми китайскими соусами и бутылку самого дорогого в этом кабачке шампанского (не китайского, а французского), принялся ждать Марию-Антуанетту. Настроившись на долгое ожидание, я был приятно удивлен, когда уже через десять минут мэтр подвел к моему столику элегантно одетую девушку лет двадцати пяти. Глядя на ее скромный костюмчик из последней коллекции Лагерфельда, сумочку от Гуччи и неброские, но явно очень дорогие украшения, я тихо порадовался, что с утра побрился и напялил на себя костюм от Бриони и галстук от Хуго Босс.
Демонстрируя полузабытые хорошие манеры, я торопливо вскочил, слегка поклонился и предложил присесть. Пока девушка листала объемистую книжку меню, я внимательно ее разглядывал. Светло-каштановые волосы, загорелая матовая кожа, серые глаза подчеркнуты легким дневным макияжем. Сделав заказ – чашку куриного бульона со специями и сухарики из соевого теста, она посмотрела на меня. Я был голоден и попросил мраморного мяса и креветок в кляре. Пока официант исполнял заказ, я разлил по бокалам вино.
– Полагаю, господин Иванов? – мягким чарующим голосом проговорила девушка.
– Вы будете смеяться, но моя фамилия действительно Иванов. Зовут меня Сергей, – ответил я. – А вы, значит, Мария-Антуанетта?
– Вы будете смеяться, но меня действительно зовут Мария, Мария Качалова, Антуанетта – мой сетевой псевдоним.
– Чем продиктован ваш интерес к нашему сайту? – спросил я.
– Я журналист, веду в журнале «Космополитен» рубрику «Новое в Сети», там я стараюсь рассказывать о самых оригинальных сайтах Рунета. И вот буквально на днях совершенно случайно натыкаюсь на вашу страничку. Меня буквально ошеломил объем и качество представленного материала. Но главная интрига для меня заключалась в том, что компграфику подобного рода делают крупные компании, с большим составом высококвалифицированных сотрудников. Число этих компаний можно пересчитать по пальцам, да и вкладывают они в производство клипов большие деньги. А вы появились, словно бы ниоткуда. Поэтому я так настойчиво пыталась с вами связаться, а получала в ответ молчание.
– Но я только сегодня утром вернулся в страну и сразу назначил вам встречу, – стал оправдываться я.
– И уже успели обновить свою страничку новым роликом!
– Ну, это заняло всего пару часов, – скромно произнес я.
– Пятнадцатиминутный ролик вы делали всего два часа. Невероятно! А сколько времени у вас заняла работа над фильмом о Бородинской битве?
– На съемки полтора месяца и две недели на монтаж, – брякнул я и прикусил язык, поняв, что проговорился. Каждый дурак может догадаться – такое время может уйти только на съемки документального фильма.
Тут подали горячее, и мы молча приступили к еде. Мария, ловко обращаясь с палочками, о чем-то напряженно думала. Через несколько минут, промокнув губы салфеткой, она сформулировала новый вопрос:
– Вы хотите сказать, что ваши фильмы не компьютерная графика, а натурные съемки?
– Да, – пришлось сознаться мне, терпеть не могу врать в открытую хорошему человеку, уж лучше недоговорить. Но я уже сказал «А», теперь волей-неволей придется говорить «Б».
– Но при съемках такого масштаба должна быть задействована масса народа – актеры, статисты, операторы. Для аналогичного фильма Сергея Бондарчука был сформирован отдельный кавалерийский полк. Но я что-то не слышала, чтобы у нас в стране проходили… – В этом месте Мария замолчала и снова задумалась.
«Сейчас догадается», – понял я. Минуты две Качалова пила мелкими глотками шампанское и смотрела мимо меня. Наконец она сделала выводы из имеющейся у нее информации.
– Сергей, вы действительно путешествуете по времени? – тихо спросила Мария. По ее лицу было видно, что ей очень не хочется получить положительный ответ. Это поколебало бы все ее представления о мироздании. Ведь путешествия по времени всегда относились к разряду фантастики.
– Да, – односложно ответил я.
Некоторое время журналистка смотрела на меня, словно сомневаясь в моем или своем умственном здоровье. Но, видимо, Качалова была неплохим профессионалом, потому что быстро взяла себя в руки.
– У вас есть еще какие-то доказательства кроме фото и видеоматериалов? – задала Качалова новый вопрос.
– Конечно, есть! Хотите потрогать руками императорские регалии или Янтарную комнату? Или побывать на казни Емельяна Пугачева? Принять участие в отражении татарского набега или немецкой танковой атаки? – Я знал, что меня заносит, но ничего не мог с собой поделать.
– Хотелось бы чего-нибудь материального! – ответила Мария.
– Хорошо! – Я полез во внутренний карман и извлек на свет алмаз «Шах». – Надеюсь, такая образованная девушка умеет определять подлинность бриллиантов.
Мария осторожно взяла камень и поднесла его к глазам. Через несколько секунд я убедился в высокой квалификации журналистки – она достала из сумочки небольшую лупу.
– Очень похож на настоящий, а что же тогда лежит в Алмазном фонде?
– Он же, в нашей реальности теперь два «Шаха». Тот, который вы держите в руке, принесен из тысяча девятьсот восемнадцатого года. Практическим путем мы установили, что теория перемещений по времени более сложна, чем, например, в фильме «Назад в будущее». Любое проникновение в прошлое вызывает ответвление новой реальности.
– То есть вы можете изменить любое произошедшее событие, но на настоящем времени это не отразится? – Мария схватывала на лету.
– Совершенно верно, нам удались все попытки, даже покушение на Ленина, но ведь вы не слышали о том, что вождь мирового пролетариата застрелен в тысяча девятьсот восемнадцатом году из автомата Калашникова.
– Насколько мне помнится, тогда в Ленина стреляла Фанни Каплан! – сказала Мария.
– У несчастной девушки была сильная близорукость, да и пользовалась она бельгийским дамским браунингом. А этот игрушечный пистолетик с трудом пробивает толстое пальто, наверное, пули отравили из-за малой убойной силы оружия.
– А какие-нибудь еще загадки прошлого, кроме строительства пирамид, вы раскрыли? – спросила Мария.
– Стыдно признаваться, но нет! Даже эти пресловутые пирамиды попали в кадр совершенно случайно я просто поехал отдохнуть в Египет. Мы просто технари, а не гуманитарии.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?