Текст книги "Пламя Севера"
![](/books_files/covers/thumbs_240/plamya-severa-266111.jpg)
Автор книги: Алексей Осадчук
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Интересно, кто это такой смелый, что решился нарушить перемирие, объявленное конунгом Винтервальда? Либо кто-то очень глупый, либо тот, кто уверен в своей безнаказанности.
Когда из тени выступили две фигуры в темных плащах и доспехах страйкеров, Сигурд понял, что это, скорее, второй вариант. Его бывшие братья из ордена «Ледяного Копья» все-таки решились свести счеты, наплевав на волю хозяина этих земель.
– Вы все никак не угомонитесь?! – насмешливо выкрикнул Сигурд, продолжая вертеть головой. В любой момент из темноты могла вылететь стрела.
– Ты слишком долго бегал от нас, мерзкий еретик! – выкрикнул ему в ответ широкоплечий воин в глухом шлеме. Из-под его забрала вырывался густой пар.
– Томас! – хохотнул Сигурд. – Вижу, у ордена дела совсем плохи, что они прислали падальщика! Неужели думаешь победить меня? А кто там второй?
– Ты сегодня умрешь, тварь и предатель! – послышался грубый женский голос из-под второго забрала.
– Ха-ха! – Сигурд продолжал веселиться. – Грета! Ты еще жива? Как же я рад. Теперь я тебя точно прикончу.
Сигурд старался, чтобы его голос звучал ровно, но на самом деле он был напряжен до предела. По его душу послали самых кровожадных страйкеров. А ведь еще где-то засели лучники и ждут удобного момента. Плохо, очень плохо…
Неожиданно прозвучавший со стороны крыши соседнего дома голос заставил Сигурда сцепить зубы. Он узнал этот голос. Неужели Ренар продал его?
– Любопытный расклад! – как всегда насмешливо прокомментировал происходящее его наниматель. – Двое против одного.
Сигурд глухо зарычал. Вернее, бывший наниматель. После этих двоих, он прикончит этого предателя шевалье и будет в своем праве. Но следующая фраза Ренара заставила сердце Сигурда забиться сильнее.
– Кстати, Сигурд, можешь не беспокоиться о лучниках. Быстрей заканчивай здесь. У нас еще много дел сегодня!
Глава 6
Столик, за которым я сидел, находился в дальнем углу главного зала таверны. На время завтрака, обеда и ужина Лейф старался, чтобы этот стол был всегда свободен.
Я как раз доедал свою яичницу, когда входная дверь таверны открылась и в проеме показалась широкоплечая фигура Сигурда. Гигант обвел хмурым взглядом полупустой зал. Заметив меня, он решительно шагнул вперед.
С бывшими коллегами я оставил его разбираться самого. Лучников я ликвидировал, а двое экспертов – для аванта это не проблема. Правда, он отсутствовал довольно долго. Видимо, убивал их медленно и с расстановкой, а потом заметал следы.
– Позавтракаешь? – спокойно спросил я, разламывая душистый еще теплый ломоть хлеба.
Страйкер, сверля меня взглядом, молча опустился на скамью и, поставив локти на столешницу, которая тут же жалобно скрипнула, холодно произнес:
– Говорите, ваша милость. Сразу предупреждаю – ложь я тут же почувствую.
От Сигурда разило кровью, смертью и мощными магическими эманациями. А еще – нечистотами.
Я хмыкнул и, как ни в чем не бывало, отхлебнул теплого взвара из костяной кружки.
– Ты ведь помнишь, что говоришь со своим нанимателем?
– Нет времени на политесы, – отрезал Сигурд. – Ведь этому нанимателю я могу в любой момент свернуть шею, как куренку. Если он, конечно, не начнет честно отвечать на мои вопросы.
– Другими словами, – продолжил я ровным голосом. – Ты намерен усугубить свое и так уже незавидное положение? Если ты еще не заметил, тебя тут не очень-то и любят. О твоих друзьях из ордена я вообще молчу.
– Плевать, – отмахнулся Сигурд.
– Я так не думаю, – покачал головой я. – Убийство дворянина из посольства его высочества принца Луи, да еще во время перемирия. Тебе придется сломя голову бежать куда глаза глядят. Ты станешь изгоем не только в Нортланде, но и в Вестонии.
– Подамся к аталийцам, – пожал плечами Сигурд, перенимая мой тон. – Уверен, там найдется местечко для аванта.
– Конечно, найдется, – кивнул я. – Там сейчас будут рады любому страйкеру. Только вот незадача. Во-первых, там не особо любят еретиков, а во-вторых, до Аталии ты добраться не успеешь. Как и до любой другой страны.
– Это еще почему?
– За убийство нанимателя сумрачники устроят на тебя охоту и показательно казнят на глазах у всех. Каратели гильдии это тебе не парочка ледяных рыцарей, которые даже не смогли нормально засаду устроить.
– Как вы узнали о засаде? – быстро сменил тему он.
– Я шел за тобой по пятам, – пожал плечами я и в этот же момент увидел, как наливается энергосистема страйкера лиловой энергией.
– Значит, эта увольнительная – простая уловка, чтобы шпионить за мной? – сквозь сжатые зубы процедил Сигурд.
– Отчасти, да, – ответил я. – Должен же я знать, чем живет мой личный телохранитель. Кроме того, та белокурая женщина слишком часто стала попадаться мне на глаза. Мне необходимо было удостовериться, что вы оба не приставлены ко мне кем-то из моих врагов.
Я понимал, что играю с огнем. Сигурд был на грани. Еще мгновение – и он атакует. Но страйкер медлил. Слишком весомые доводы я привел. Он знал о моем происхождении. Ему не простят убийства племянника графа де Грамона и герцогини дю Белле. Сумрачники бдительно следят за своей репутацией.
Сигурд, перестав сверлить меня взглядом, тяжело выдохнул и, взяв вторую кружку с водой, залпом опрокинул ее содержимое себе в глотку. Вытерев тыльной стороной ладони рот, он спросил, внимательно глядя мне в глаза:
– Почему мне помогли?
– Ты о лучниках или о тех троих, которые следили за домом, где живет твоя женщина, и которых мне пришлось прикончить после твоего ухода? О том, что один из них был страйкером, я решил промолчать.
Лицо Сигурда побледнело. Он мгновенно вскочил и хотел было рвануть на выход.
– Остановись, – жестко приказал я. – С ней все в порядке. Они ничего не успели сделать. Она даже не знает, что там была засада. Потом сам сможешь убедиться. А что касается твоего вопроса. Во-первых, ты мой человек, а я забочусь о своих людях. Во-вторых, я вывалил за тебя гильдии целое состояние. Я привык оберегать свои инвестиции. И, в-третьих, мы теперь в одной лодке и повязаны кровью твоих врагов, которые стали и моими врагами тоже. Кто она?
Последний вопрос я задал обычным тоном.
– Моя жена, – продолжая сверлить меня мрачным взглядом, ответил Сигурд.
– Понятно, – задумчиво произнес я. – Что она умеет делать?
– Сражаться, – без раздумий ответил он.
– Хм, – помял я подбородок. – Тогда это существенно упрощает дело. Мне как раз нужны люди, знающие с какой стороны держаться за меч. Если ей нужна работа, мы можем обсудить условия договора найма.
Сигурд молчал. Его взгляд изменился. Тень гнева отступила. Он разглядывал меня, словно видел впервые.
– Обдумайте мое предложение, – продолжил я. – Теперь вопрос. Что с телами?
– В канализации, – ответил Сигурд. – Там их не скоро найдут.
Я помахал перед своим носом ладонью и произнес:
– Теперь понятно, откуда эти ароматы. Надеюсь, ты не взял себе их доспехи и оружие?
– Нет, – покачал головой он. – Только деньги, круды и зелья. Но доспехи и оружие припрятал там же под землей.
– Хорошо, – кивнул я. – А теперь, будь добр, приведи себя в порядок. От тебя несет так, что у меня глаза слезятся. Я не врал – у нас еще очень много дел. В полдень ты идешь со мной во дворец конунга. Мэтр Беро де Бриансон, распорядитель посольства его высочества, наконец, вспомнил обо мне. Даю тебе два часа.
Последнюю фразу я произнес, многозначительно кивая на дверь. Мол, теперь можешь бежать к ней и проверить мои слова.
Сигурд сперва дернулся вперед, но потом остановился и с легким поклоном произнес:
– Благодарю вас, господин.
* * *
К полудню распогодилось. Из-за туч показалось северное солнце. В его лучах «Жемчужина Севера», дворец конунга Бьёрна Острозубого, возвышавшийся на холме в самом центре Фьёрдграда, в этот раз не так сильно подавлял своей мрачной мощью. В очередной раз разглядывая это каменное чудовище, я удивлялся его странному названию.
Центральный комплекс дворца был построен из темно-серого почти черного камня. Крыша была покрыта плоской черепицей того же цвета, что и стены. Издалека казалось, что поверх дворца лежит огромная чешуйчатая кожа гигантского дракона.
Многочисленные шпили башен устремлялись в небо, а их бронзовые флюгеры отражали солнечные лучи, создавая мерцающие блики.
Гигантские дубовые ворота дворца украшали бронзовые пластины с гербами правящей династии, на которых был изображен атакующий медведь, вставший на задние лапы. Ворота охраняли бойцы, закованные в броню, вооруженные боевыми топорами на удлиненных древках.
Внутри дворца находились просторные залы, стены которых были украшены гобеленами и трофейными знаменами побежденных врагов. Высокие своды поддерживали каменные колонны, украшенные резьбой, изображавшей сцены из северной мифологии.
Центральным местом во дворце был тронный зал, где стоял роскошный трон из камня и золота, усыпанный драгоценными самоцветами. Видимо, именно здесь конунг принимал иноземных гостей, своих вассалов, а также выносил судебные решения.
Все вокруг был огромным, тяжелым, массивным и, судя по простой резьбе на камне, очень древним. Полагаю, по мнению предков местных правителей весь этот примитивный гигантизм был призван продемонстрировать их могущество и величие.
Праздничный пир конунга Бьёрна Острозубого, длившийся уже месяц с лишним без остановки, если и был в начале тщательно спланированным и торжественным событием, то к моменту появления нашей делегации это мероприятие превратилось в бесконечную попойку. Дворяне из ближайшего круга принца Луи, с первого дня попавшие, так сказать, с корабля на бал, уже были и не рады тому, что их поселили во дворце. Жан-Луи де Леви, с которым мы сдружились в пути, так точно. Он мне искренне завидовал.
Хотя, благодаря его мастерству, а еще навыкам целителя принца, он умудрялся держаться достойно. Те же из вестонских аристократов, кто ежедневно не просыхал от хмельного, что лилось рекой за столами конунга, походили сейчас на прогулявших все свое состояние купцов.
Шагая по широкому тронному залу вдоль длинных столов, заставленных разнообразной снедью и хмельным, я видел благородных графов, баронов и виконтов и не узнавал их. Кто-то сидел на скамье, уткнувшись лбом в тарелку с паштетом, и громко похрапывал, кто-то лежал под столом в обнимку с бородатым северянином и горланил задорную песню. Вон там, под колонной, свернувшись калачиком и по-детски положив руки под щеку, спал кузен Макса, Франсуа. Старшенького кузена я так и не увидел.
– Теперь вы меня понимаете, мессир? – с грустной усмешкой в голосе спросил Жан-Луи, вызвавшийся проводить меня на пир и все показать. Рыжий парфюмер обвел красноречивым взглядом весь этот бардак.
Дело в том, что конунг изъявил желание пригласить младших дворян из посольства принца Луи. Люди из ближайшего окружения младшего сына Карла III показались конунгу слабаками, не умеющими веселиться и пить. В общем, очередь теперь дошла до посольских вроде меня.
Во дворце конунга, помимо вестонцев, собрались младшие представители различных северных кланов и иноземных дворян из других земель. Они, как и мы, удивленно разглядывали столы и пирующих за ними. Правда, северяне смотрели, скорее, с довольными рожами. Они-то наверняка как раз и рвались сюда все эти дни. Вон, Сигурд совершенно не удивлен, но и голову не теряет. Зорко бдит. Готов в любой момент закрыть меня собой.
Воздух в тронном зале дрожал от громкого смеха, пьяных криков, фальшивого пения и низкопробной музыки. Запахи аппетитных блюд, приготовленных на открытом огне, наполняли воздух. Ароматы мяса, рыбы, пряных трав и соусов смешивались с запахами дыма и смолы от каменных чаш, в которых горело какое-то масло.
На лицах «свежих» гостей читался голод и предвкушение. Некоторые северяне, которых «старожилы» встречали радостными выкриками, уже рассаживались за длинными столами.
Пока Жан-Луи вел меня в дальний конец зала, я разглядывал столы, знакомясь с местным меню. Столы ломились от обилия разнообразных, но простых блюд. Тушеное и жареное мясо, запечённая рыба, копченые колбасы, свежие овощи и фрукты, много хлеба и сыров. Звон тарелок и столовых приборов переплетался со звуками громких отрыжек, чавканьем и шкрёбаньем.
Летавшие по залу стайки слуг наполняли кувшины и бокалы медовухой, элем, квасом и вином. Звук громких тостов и стук бокалов сопровождался радостными возгласами и пожеланиями благополучия.
Главный стол, за которым должны были сидеть конунг и его царственные гости пустовал. Жан-Луи сказал, что они тут бывают только в часы обеда и ужина. И особо не задерживаются.
Я их понимаю: тронный зал постепенно превращается в свинарник, хотя армия слуг старалась изо всех сил.
Когда мы уже практически добрались до той части стола, куда меня вел Жан-Луи, мне преградили дорогу трое северян.
– Магнус! – воскликнул рыжебородый детина. – Взгляни на этого южанина! Кажется, мы его уже видели!
Он обращался к коренастому широкоплечему парню с длинными вьющимися волосами. Взгляд его темных близко посаженных глаз не предвещал ничего хорошего.
– Да, Кнут! – поддакнул рыжему тощий блондин. На его тонких губах играла злорадная усмешка. – Я его тоже узнал! Это тот шут, что был верхом на белом пони! Он вел себя очень нагло!
– Еще жаловался на наше гостеприимство! – рыжий демонстративно обвел взглядом длинные столы с едой. – Что ты теперь скажешь, южанин?
Быстрое сканирование показало, что я имею дело с обычными людьми. Хех… Похоже, Лже-Таис, или как ее там… Хельга Отважная затаила обиду и подослала этих молодчиков, чтобы проучить меня.
Я почувствовал движение за спиной. Сигурд шагнул вперед.
– Он притащил с собой мага, – усмехнулся тощий. – Эти мягкотелые южане боятся собственной тени.
Кстати, крылышко на моей груди заметили все трое, но никак не отреагировали на него. Либо не в курсе, что это, либо им плевать на вестонские регалии.
Жан-Луи, приблизившись ко мне, вполголоса коротко сказал, что я имею дело с местными мелкими дворянами. При этом его лицо ничего не выражало. Он уже успел хорошо изучить меня и просто ждал развязки.
– Сигурд, как ты думаешь, конунг сильно обидится на меня, если я отрежу язык этому рыжему болвану? – спокойно спросил я у страйкера.
– Ваша милость, думаете это его чему-то научит? – в тон мне ответил Сигурд. – Давайте уж я оторву ему голову. Все равно она пустая.
Рыжий Кнут покраснел и дернулся вперед, но черноволосый Магнус придержал его.
– Остынь, кузен. – И обратился уже ко мне: – Как насчет поединка на деревянных мечах? Ты и я. Так мы не нарушим закон. Если не боишься, конечно.
– Он не врет? – спросил я у Жана-Луи.
– Нет, – ответил тот. – Тут в парке есть специальная площадка. Уже несколько дней многие так выясняют отношения.
– Согласен, – кивнул я Магнусу. – Только у меня есть небольшое дополнение. Предлагаю твоему кузену тоже поучаствовать. Так мы сэкономим время.
Магнус и Кнут, улыбаясь, переглянулись.
Черноволосый оскалился:
– Ты сам напросился, южанин.
* * *
Вокруг широкой площадки возле дворца собралась небольшая толпа зрителей, среди которых были не только северяне, но и иностранные гости. Среди них я заметил высокого молодого человека со светлыми волосами и темно-синими глазами. Его окружили несколько молодых людей и что-то, громко смеясь, комментировали, кивая в мою сторону.
Судя по богатой одежке и обилию драгоценностей, кто-то из местных знатных деток.
Проследив за моим взглядом, Жан-Луи, находившийся все это время подле меня, произнес:
– Это младший сын конунга, принц Эрик.
– Судя по всему, – я кивнул на троицу, что задирала меня. – Его высочество ко мне неравнодушен.
Магнус и его дружки тоже стояли рядом с принцем и внимательно слушали, как он им что-то говорил.
– Вы уверены, что вам не нужна моя помощь? – уже в который раз спросил Жан-Луи. – Эти двое кажутся сильными бойцами.
– Благодарю вас, мессир, – улыбнулся я. – Но этим двоим должен преподать урок именно я.
– Как скажете, – пожал плечами он.
Сигурд, напротив, не сказал ни слова. Он вообще старался поменьше высказывать свое мнение. Особенно после нашего утреннего разговора.
После сигнала одного из лакеев, мы втроем почти одновременно вступили в круг. Судя по веселым и кровожадным усмешкам моих противников, было ясно, что они не собираются делать мне скидку из-за своего численного превосходства. Взяв в каждую руку тренировочный меч, я сделал несколько взмахов, привыкая к балансу.
Энергией решил пока не пользоваться. За последнее время тело, доставшееся мне от Макса, серьезно трансформировалось. Ежедневные тренировки и манипуляции с силой не прошли даром.
– Эй, южанин! – крикнул Кнут. – Сегодня ты узнаешь, что такое настоящее северное гостеприимство!
– Очень на это надеюсь, северянин! – ответил я. – Только сначала я поучу тебя манерам. Видимо, тебя мало пороли в детстве!
В этот раз Магнусу не удалось удержать своего кузена. Хотя он особо и не пытался. Видимо, меня никто из здесь присутствующих не воспринимал всерьез. Кроме вестонцев, конечно. Они уже, похоже, делали ставки на мою победу.
Рыжий детина с искаженным от злости лицом рванул в мою сторону. Широко размахнувшись, он рубанул сверху вниз. Решил закончить бой одним ударом. Попади я под этот удар, лежал бы сейчас на снегу в луже своей крови.
Поднырнув под правой рукой рыжего, я оказался у него за спиной. Над площадкой разлетелся громкий звук шлепка. Это я со всего маху ударил правым мечом пониже поясницы Кнута. Бил плашмя, поэтому звук получился сочным и ярким. Как, собственно, и ощущения моего противника. Он выгнулся дугой и громко заорал.
– Это тебе за шута и за пони! – под громкий хохот зевак выкрикнул я.
Рыжий Кнут, красный, словно свежесваренный рак, развернулся, но больше ничего не успел сделать. Мой левый клинок, тоже плашмя, опустился ему на лоб. Глаза здоровяка закатились, и он рухнул на землю, словно мешок с брюквой.
На мгновение над площадкой повисла тишина. А потом все разом загомонили, выражая свое мнения о только что увиденном. Вестонцы довольно улыбались, а северяне и другие иноземные гости удивленно переглядывались. Видимо, не такого результата они ожидали.
Магнус, наученный горьким опытом своего кузена, бросаться в атаку не спешил. Он принял защитную стойку, ожидая моего выпада. И я не стал его разочаровывать.
Быстрый шаг вправо. Затем влево. Удар правым мечом по запястью – и тренировочный клинок Магнуса упал на землю. И спустя миг острие моего левого клинка уперлось в горло черноволосого северянина.
– В нормальном бою ты бы сперва остался без руки, а потом захлебнулся бы собственной кровью, – холодно произнес я, застывшему на месте Магнусу.
Не знаю, что он прочитал в моих глазах, но дергаться явно не собирался.
– Полагаю, наш тренировочный бой закончен? – спросил я.
– Да… – прохрипел Магнус, стараясь не морщиться от боли. На его запястье наливался синяк.
Я отвел свой меч от его горла и, более не обращая на него внимания, двинулся в сторону принца Эрика и группы молодых дворян, окружавших его.
– Ваше высочество, разрешите представиться, – произнес я, изобразив учтивый поклон. – Шевалье Максимилиан Ренар, к вашим услугам. Надеюсь, вам понравился наш дружеский поединок. Я старался действовать вполсилы, чтобы не навредить вашим воинам.
Принц Эрик лишь молча кивнул. Я видел, как перекатывались желваки на его холеном лице и как сверкали его темно-синие глаза.
Изобразив еще один поклон, я замер, склонив голову, и выпрямился лишь только тогда, когда принц и его сопровождающие удалились.
– Лихо, – уважительным тоном произнес остановившийся рядом со мной Сигурд.
Я лишь молча пожал плечами и поинтересовался у приблизившегося к нам Жана-Луи. – Не пора ли нам все-таки подкрепиться?
– Вперед, друг мой! – произнес улыбающийся барон де Леви.
Прежде чем шагнуть следом за Жаном-Луи, я почувствовал посторонний взгляд откуда-то сверху. Подняв голову, я заметил в окне третьего этажа дворца два знакомых женских силуэта.
Глава 7
– А ведь этому Кнуту досталось за двоих, – усмехнулся Жан-Луи и сделал глоток из своего бокала. – Насколько я помню, это не он назвал вашу Синичку – пони.
О том, что меня тот долговязый северянин назвал «шутом», барон де Леви деликатно умолчал.
– Все верно, – кивнул я.
– О! – брови парфюмера принца взлетели вверх, а улыбка стала еще шире. – Так значит, вы «ошиблись» намеренно? Теперь мне ясен ваш коварный план. Прилюдно отшлепав этого Кнута по его седалищу за слова, которые он не говорил, вы уронили зерно раздора в рядах ваших недоброжелателей. Вы страшный человек, мессир.
– Ну что вы, мессир, – усмехнувшись, я покачал головой. – Какой же это коварный план? Так… Маленькая шалость.
После моих слов Сигурд, сидевший рядом и равномерно уничтожавший всю снедь со стола, лишь неопределенно хмыкнул.
Кстати, та часть стола, за которую посадил нас Жан-Луи, была намного чище и скамьи пустовали. Вероятно, потому что здесь было больше овощей и фруктов, но меньше мясных блюд, которым пирующие отдавали большее предпочтение.
Я же, напротив, был рад разнообразить своё меню растительной пищей. Жан-Луи, судя по содержимому его тарелки, придерживался того же мнения. А вот Сигурд был истинным сыном севера. На овощи и фрукты он даже не обратил внимания.
Барон де Леви после моих слов хохотнул и с характерным хрустом надкусил маленький огурчик размером с мизинец.
– Кстати, – обратился к нему я и обвел рукой блюда с овощами и фруктами. – Всё хотел спросить… Откуда это сокровище? И свежее, будто только что сорвано с грядки.
– О! – воскликнул барон де Леви. – Лучшего слова и подобрать было нельзя. Представьте только! Это, как вы тонко выразились, сокровище выращено здесь во дворце. В личных оранжереях принцессы Астрид, за которыми следит группа из нескольких десятков специально отобранных одаренных. Ее коллекция насчитывает более сотни разнообразных растений со всего мира.
– Неожиданное увлечение для северной принцессы, – удивился я.
– Должен заметить, что я, да и все представители нашего посольства, были приятно удивлены и очарованы манерами и образованием ее высочества.
Жан-Луи на мгновение замолчал и обвел многозначительным взглядом тронный зал, который методично превращался в свинарник.
– Особенно на фоне всего этого.
Я согласно кивнул, тем самым поощряя его продолжать.
– Даже его высочество принц Луи, о меланхоличном состоянии которого вам прекрасно известно, общаясь с принцессой Астрид, слегка оттаял душой.
– А она? – спросил я.
– Ее высочество, кажется, влюблена в нашего принца, – понизив голос, с довольной улыбкой произнес барон де Леви. – Более того, она влюблена в Вестонию. В нашу культуру, нашу живопись, нашу музыку. Она жаждет побывать в Эрувиле и увидеть все своими глазами.
– И при всем при этом она очень сильная одаренная, – вставил я. – Если все сложится благоприятно, у нашего короля могут появиться внуки с магическим даром.
– В который раз я удостоверяюсь в том, насколько мудр и прозорлив наш король! – в голосе Жана-Луи слышался неподдельный восторг.
Еще бы… Барон де Леви преданный сторонник принца Луи. Если все сложится так, как планировалось, и в будущем дети младшего сына Карла III будут одаренными – это значительно усилит позиции «зеленой» партии. В общем, сторонники принца Луи будут делать все, чтобы союз с Винтервальдом состоялся.
– Полностью с вами согласен, друг мой, – кивнул я. – Посольство, казавшееся ссылкой в этот суровый край, оказалось тщательно продуманной комбинацией его величества. Давайте же выпьем за здоровье нашего короля!
Мы подняли кубки, а потом осушили их. Как раз в этот момент в зал начали один за другим заходить новые действующие лица. Судя по богатым одеждам и многочисленным сопровождающим, это пожаловали главные гости конунга.
Бросив взгляд на разношерстную процессию, Жан-Луи тут же подтвердил мои догадки.
– Совет пяти ярлов в полном составе, – придвинувшись поближе ко мне, вполголоса прокомментировал он.
Поняв по моему красноречивому взгляду, что я жду продолжения, барон де Леви стал давать коротенькие характеристики на каждого входящего.
– Ярл Гуннар Лютый Медведь, – коротко кивнул он в сторону могучего дядьки, который действительно напоминал своим видом медведя, вставшего на дыбы.
– Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что он похож на Бьёрна Острозубого, – поделился я своими наблюдениями.
– Вы очень наблюдательны, мессир, – ответил Жан-Луи. – Ярл Гуннар и конунг Бьёрн родные братья. Острозубый старше на несколько лет.
И оба являются очень сильными одаренными. Только вслух я этого не сказал.
– Ярл Торстейн, – тихо представил мне барон быстро шагающего широкоплечего коротышку с черной густой бородой. – В народе его прозвали Камнеруким. Говорят, он один из лучших кулачных бойцов. Способен свалить одним ударом кулака взрослого тура.
– Если, конечно, дотянется до его башки, – услышал я голос Сигурда.
Мой телохранитель, в отличие от барона, говорил в полный голос. Судя по его насмешливому взгляду, он явно был знаком с этим Торстейном.
Жан-Луи недовольно посмотрел на страйкера и слегка поморщился. Я же решил не одергивать Сигурда. Во-первых, ничего такого он не сказал. А, во-вторых, мне показалась забавной эта ситуация. Дело в том, что я видел, что ярл-коротышка заметил Сигурда, но предпочел сделать вид, что не знает его. Даже ускорил шаг, когда проходил мимо нашего стола. Его свита проследовала за ним, дружно проигнорировав бывшего ледяного рыцаря.
– Вы знакомы? – коротко спросил я у Сигурда.
– Было дело… – ответил он, пожав плечами.
– Из-за несдержанности вашего телохранителя могут возникнуть проблемы, – произнес Жан-Луи.
– Ваша милость, – Сигурд взглянул на барона, а потом обвел рукой стены дворца. – Вы сейчас находитесь в огромном каменном котле, в котором собрались все самые опасные хищники Нортланда. Проблемы могут возникнуть в любой момент.
Затем Сигурд отвернулся и снова сосредоточился на здоровенном куске мяса, лежавшем у него в тарелке. Уже почти шепотом он проворчал себе под нос, но я его услышал.
– Удивлен, почему все эти пауки до сих пор не перегрызлись между собой.
Тем временем Жан-Луи, более не обращая внимание на моего телохранителя, продолжил вводить меня в курс дела. Я, конечно, уже кое-что знал о местной политической ситуации, но барон де Леви был более осведомленным в этом вопросе.
Происходящее в Нортланде можно было назвать одним словом – бардак. Не такой, конечно, что творился на Туманных Островах, где все воевали против всех, но что-то похожее начинало вырисовываться и здесь.
В общем, условно в этой части материка было три крупных центра силы. Первый – это так называемый союз пяти ярлов, который вел непримиримую и кровопролитную войну со вторым крупным игроком – конунгом Харольдом Седым Волком, заключившим соглашение со жрецами Хлада Жуткого.
Причем именно с этого соглашения все, по сути, и началось. По крайней мере так пятеро мятежных ярлов, являвшихся вассалами конунга Харольда, и объясняли свое неповиновение. Седому Волку вдруг вздумалось сменить бога. Он начал активно поклоняться Хладу Жуткому.
Долгое время его вассалы смотрели на религиозные закидоны сюзерена сквозь пальцы, продолжая почитать Праотца, но конунг под давлением жрецов Ледяного Храма пошел дальше. Ему вздумалось начать принуждать всех своих подданных верить в этого мерзкого божка. Многие покорились, кроме самых влиятельных ярлов. Собственно, так и началась эта война, коротенькие эпизоды которой мне и являлись во сне. Мой таинственный благодетель, видимо, пытался мне что-то показать. Знать бы еще, что именно…
И, наконец, третий центр силы – это Винтервальд, которым правил конунг Бьёрн Острозубый, и который занимал нейтральную позицию по отношению к остальным.
А ведь помимо крупных игроков еще были разные мелкие ярлы и вожди, тоже воюющие между собой.
На основе всего услышанного за последнее время я пришел к выводу, что Великое Испытание, вернее, перемирие, объявленное на время проведения праздника, должно было стать первым шагом к будущему мирному соглашению.
Бьёрн Острозубый выставлял себя миротворцем. Хотя, заглядывая немного вперед, с уверенностью могу предположить, что он планирует объединить весь север под своей рукой. Сперва он даст мир северу, погрязшему в кровопролитной войне. Затем его начнут воспринимать как некого судью, который способен мудро решить любой спор. С таким авторитетом он спокойно может претендовать на корону севера.
Собственно, сейчас имела место первая стадия. Два других лагеря были здорово потрепаны в последних битвах и могли пойти на уступки друг другу. Но первыми идти навстречу никто не хотел. Нужен был сильный и уважаемый посредник, которым и стал конунг Винтервальда.
Тем временем Жан-Луи вполголоса продолжал:
– А это Сигурд Кровавый Меч – старший брат королевы Маргарет. Черноволосая девушка рядом с ним – Хельга Отважная.
Лже-Таис, величественно прошествовавшая к своему столу, очень старалась делать вид, что не обращает на меня никакого внимания.
Я лишь усмехнулся и посмотрел на ее отца, на которого она была мало похожа. Видимо, пошла в мать. Хотя глаза все-таки ей достались от папаши.
Сигурд Кровавый Меч обладал богатырской внешностью. Высокий и широкоплечий он был похож на обломок скалы. Его густая черная борода, аккуратно заплетенная в косички, заканчивавшиеся золотыми цилиндриками с руническим орнаментом, придавала ему строгости и величия. Его глаза сурово сверкали под густыми бровями, свидетельствуя о непоколебимой решимости.
Я вдруг отстраненно подумал о превратностях реинкарнации. Мне стало любопытно, как выглядит мать Лже-Таис. Похожа ли она на родную мать моей приемной сестренки, которая разбилась во время исполнения циркового номера? Должно же у них быть что-то общее? Например, отец моей Таис совершенно не похож на ярла Сигурда.
Задумавшись, я не сразу заметил, как напрягся мой телохранитель. Страйкер замер и перестал есть. Я проследил за его взглядом. Хм… Понятно… В зале появились новые персонажи.
Тяжелым размеренным шагом к своему столу шествовал высокий худощавый безбородый мужчина в окружении троих таких же безбородых жрецов Ледяного Храма.
Все трое были одеты в строгие серые одежды с капюшонами, под которыми скрывались их холодные неприветливые лица. При их появлении в зале словно похолодало. Голоса пирующих стихли. Все смотрели на них с осторожностью и неприязнью.
– Конунг Харольд Седой Волк сегодня впервые привел с собой на пир своих друзей жрецов, – тихо произнес Жан-Луи.
Один из жрецов вдруг остановился и повернулся в нашу сторону. Он заметил Сигурда. Мгновение – и жрец быстрым шагом двинулся к нам.
Я услышал, как Жан-Луи проговорил какое-то ругательство себе под нос.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?