Книга: Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века - Максим Жегалин

Если более развернуто подумать над этим отрывком,  то всю книгу читаем о том, как все без исключения герои в бесконечном круговороте влюбляются друг в друга, изменяют, расстаются, сходятся, снова влюбляются, спять с друг с другом (все вместе, кучками, по отдельности, по двое, по трое), тусуются, пьют, параллельно пишут стихи.

Если вы хотите исследования творческого пути поэтов – не читайте.

Если хотите литературоведческие изыскания и анализ творчества – не читайте.

Если хотите с другой стороны посмотреть на биографию тех, кого нам преподносили в школе практически как божественный Пантеон – читайте.

Если хотите узнать какими людьми были писатели, кого любили сами, как жили – читайте.

Поначалу, большинство героев показались мне просто шайкой фриков и маргиналов:

Сначала в Нину влюбляется поэт Бальмонт, но Бальмонт влюбляется во всех

Сологуб бородат и похож на камень: говорят, он поклоняется Сатане, любит сечь детей и сам не против быть выпоротым.

Гумилев нелеп, некрасив, к тому же страдает косоглазием. Иногда он встает перед зеркалом и пытается силой мысли изменить свою внешность.

Но так как читать мне такое весело и увлекательно, конечно я не собиралась останавливаться. Самое любопытное для меня в книге вот что: это на сколько в искаженном/искареженном виде нам сейчас преподносятся традиционные ценности, когда каких-то 80-100 лет назад вообще иначе жили и любили люди? Но это уже тема для другого обсуждения.

Ну посмотрите сами:

Зинаида Гиппиус, Мережковский и Философов заключают сакральный тройственный брак, живут вместе;

Петровская положила глаз на Бальмонта, потом на Белого. Белый влюбляется в жену Блока. Брюсов обещает Петровской вернуть Белого с помощью магии, но в итоге эти оба влюбляются друг в друга, только что делать с женой Брюсова?

Молодожены Сабашникова и Волошин тоже не могут обойтись только друг другом, Сабашниковой понравилась Зиновьева-Аннибал, жена Иванова, Иванов предлагает оргию вчетвером;

В это время Менделеева, Блок, Белый не могут определиться со своим тройным союзом. Бесконечные серии примирений и отречений. Дуэль Блока и Белого. У Белого психоз, у Блока алкоголизм;

У Цветаевой любовь с Эфирном и параллельно с его умирающим братом, потом с Софьей Парнок;

Гумилев вообще всю дорогу влюбляется многократно во всех, при этом успевая воевать, писать про озеро Чад, учить писать стихи пролетариев.

Мы, читатели, смотрим как-будто в замочную скважину на эту какофонию и личные драмы. Я конечно поэзию помню только по школе и тут у меня был диссонанс немножко, что люди жили обычной жизнью, а потом мы (некоторые со слезами) зубрили написанное этими людьми в таких оргаических условиях.  При этом написано задорно местами, с молнией, с эмоциями самого Максима Жегалина, что я не заметила как кончилась книга.

Но в конце было грустно. Думаю, не будет спойлером сказать, что в конце все умерли, ведь это сказано и в названии книги.

Грустно, что многие не сумели стать счастливыми, желали не тех, уходили не от тех или заходили не в те двери. Сложно было следовать поэтическому призванию, строить личное счастье и при этом не голодать, не быть посаженным в тюрьму или расстрелянным - на дворе шло начало 20 века.

Определенно крутая работа, если, как и я, любите узнавать о жизни тех, кто оставил нам свое наследие не только через рецензии, анализ и разборы из творчества.

Написано хорошим языком, читается с интересом... Но многие факты знакомы широкому кругу любителей «серебряного века» поскольку относятся к знаменитым героям, а вот менее известные люди (которые в то время играли большую роль) упомянуты вскользь - хотелось бы подробнее (например сестры Синяковы).

В целом не пожалела, что прочла и рекомендую любителям русской поэзии ХХ века.

Стиль повествования отличается особой деликатностью. Жегалин не скатывается в пошлость и не смакует подробности личной жизни своих героев. Он просто фиксирует факты, позволяя читателю самостоятельно формировать мнение о происходящем.

Великие поэты, создающие строки для школьной программы старшей школы, живут словно на сцене, играя роли, порой противоречащие их истинным чувствам и убеждениям. Их жизнь — это постоянный спектакль, где каждый стремится произвести впечатление.

При этом они активно участвуют в жизни страны, опережают время, полное противоречий и перемен, и ищут, ищут новые формы, новые направления, новые источники вдохновения.

В книгу хочется залезть, чтобы только губы торчали и чтобы никто не дергал, пока последнюю страницу не перелистнешь.

Построенная как хроники промежутка с 1905 по 1921 годы, с помесячной отбивкой, книга монтирует события литературной жизни со значимыми или просто заметными вехами. Вот 9 января 1905, прибывший в Петербург Борис Бугаев, который войдет в историю литературы под именем Андрей Белый, останавливается в квартире Гиппиус-Мережковского (и Философова), он станет лучшим другом Александра Блока и влюбится в его жену Любовь Менделееву. На том же, что Белый, поезде, в столицу приезжает Максимилиан Волошин и, едучи в пролетке на Васильевский остров, слышит выстрелы - Кровавое воскресенье.

Вот Вячеслав Иванов и Лидия Зиновьева-Аннибал открывают вечера у себя на Башне, которая позже станет известнейшим литературным салоном России; вот поэтесса Нина Петровская влюбляется в Андрея Белого (Белого мага), завоевать его сердце вызывается помочь маг Темный - Валерий Брюсов, а вот уже их магические экзерсисы незаметно перенаправляют интерес обоих друг на друга, за спиной жены, Брюсов вступает в связь с Петровской, которой обязан появлением "Огненный ангел" - самый яркий роман Серебряного века. А в это время гимназист Николай Гумилев, влюбленный в гимназистку Анну Горенко, (увы, без взаимности) посвящает ей стихи.

И так все время: когорта феерически талантливых людей, которые притягивались, образуя род деревни, где все друг друга знают. Кажется, их много, на деле - несколько десятков. Атом в масштабах громадной страны, закосневшей в невежестве, которой дела нет ни до поэзии, ни до критики с эсеистикой. а всей прозе она предпочтет газетный отдел уголовной хроники. И все же, именно эти люди-бабочки, натрепетавшие радужными крылышками ураган, их сгубивший - именно они определили культурное лицо России на карте мира.

Полтора яростных десятилетия, которых не отменили и не превзошли следующие семь десятков лет соцреализма, и книга Максима Жегалина как квинтэссенция этого времени

Растягивала чтение, как могла, чтобы продлить удовольствие. Темп книги столь насыщенный, что ее приятно посмаковать. Я тянула недели три. Кайф!

Персонажи не вымышлены и восхитительны, все события реальны и будоражат воображение. Художественные интерпретации автора минимальны. Монтаж и выстроенная хронология событий выполнены мастерски.

Встретилась с хорошо знакомыми героями эпохи Серебряного века. Но и без новых знакомств не обошлось. Конечно с особым вниманием я следила за Ахматовой и Гумилевым. Мандельштам тоже присутствует, и даже его Наденька упоминается.

Для чтения «Бражников» вовсе не обязательно знать поэтов Серебряного века. Вполне можно с ними познакомиться прямо на страницах этой книги. Конечно, лучше начинать отношения с поэтами с их стихов. По крайней мере, сами поэты обычно предпочитают именно такой способ знакомства.

И все же книга Максима Жегалина столь хороша, что пропустить ее, все равно, что не пойти на вечеринку века. Литературную, прошу заметить. Нам уже не прожить 20-е годы начала прошлого века, где такие смелые, яркие и талантливые герои творили (всякое), влюблялись и верили в светлое насыщенное будущее. Но вполне можно ощутить дух времени и тот самый вкус к жизни через страницы книги.

Конечно, вся эта красота и жизнь разбилась о глыбу исторической действительности. Несмотря ни на что, считаю, они победили и время, и ту силу, пытавшуюся затоптать их.