Читать книгу "ManCourt. Человек под следствием"

ManCourt
Человек под следствием
Alik Kramer

© Alik Kramer, 2024

ISBN 978-5-0065-0817-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Моя многолетняя практика связана с применением методов прикладной математики и программирования для решения различного рода инженерных задач. Мне приходилось и приходится применять, в том числе, и бурно развивающиеся последние несколько лет методы машинного обучения, которые, в свою очередь, лежат в основе моделей искусственного интеллекта, в частности, в основе различного вида нейросетей. Наблюдая за тем, как различного рода модели искусственного интеллекта (в большей степени – это, конечно же, т.н. нейросети-трансформеры) проникают в нашу жизнь, меняя её, я не смог остаться в стороне и не поделиться некоторыми своими мыслями/предположениями/рассуждениями по этому поводу, оформленными в виде небольших научно-фантастических рассказов.

Рассказ «Пятьдесят вверх и пятьдесят вниз» является продолжением цикла научно-фантастичеких рассказов опубликованного ранее сборника «Антипрометей».

Пятьдесят вверх и пятьдесят вниз

«Манкурт не знал, кто он, откуда родом-племенем, не ведал своего имени, не помнил детства, отца и матери…».

– Чингиз Айтматов, «И дольше века длится день»

В полной темноте долго и протяжно ныла кисть правой руки. Сознание, большой глубоководной рыбой, медленно, с неохотой, сопротивляясь, всплывало наверх.

«Обратно, как же хочется обратно в сладкое, тёмное ничто. Отпустите меня обратно. Отпустите. Там так хорошо. Так тепло. Так спокойно. Оставьте меня».

Но кто-то настойчиво и усиленно тянул и тянул наверх.

«Но как же больно руке, как больно. Отпустите руку. Отпустите».

Большая яркая вспышка над головой, и плотная горячая волна надолго прилипла к голому телу.

– Похоже на вспышку сверхновой, мистер Глорин, надо срочно уходить в защитную капсулу. Почему Вы без защитного скафандра? Нужен скафандр. Вот. Надевайте. Скорее, скорее. Я помогу.

– Больно, Курт, больно руке, осторожнее.

– Нет, мистер Глорин, никак не получается, мешает рука. С болью в руке в скафандр не получится. Надо отсечь руку.

– Нет, Курт, нет…

– Не волнуйтесь, мистер Глорин, я быстро справлюсь. Всё будет хорошо. Поверьте. Теперь я буду Вашей правой рукой.

Перед глазами блеснул стремительно приближающийся к плечу диск циркуляционной пилы. Потная, колючая рука, сильно сдавив грудь, прижала тело к чему-то очень холодному.

– Нет, Курт, нет…

В попытке вырваться, ноги, сильным синхронным толчком, резко и на удивление легко отправили тело куда-то вверх. Неожиданно просто проломив стенку, тело вылетело в тёмное прохладное пространство, усеянное маленькими светящимися точками. Боль в руке мгновенно исчезла, от центра груди – к рукам, ногам и голове – потекли тёплые ручейки, наполняя тело жизненной силой. С большим наслаждением удалось задышать полной грудью.

– Мистер Глорин… Мистер Глорин…

Курт, оставшийся внизу, запрокинув голову назад, отчаянно жестикулировал в образовавшемся проёме, пытаясь докричаться, но понять его было уже невозможно.

– Мистер Глорин, мистер Глорин?

Глорин медленно открыл глаза.

– Здравствуйте, мистер Глорин.

Потребовалось какое-то время, чтобы глаза привыкли к мягкому несильному свету. Окружающий мир представился размытой массой разноцветных пятен. Прошло ещё какое-то время, наконец взгляд сфокусировался, и Глорин увидел стоящего перед собой улыбающегося молодого человека.

– С пробуждением Вас.

Голос незнакомца был мягким и приятным. Но вместе с этим ухо Глорина уловило в нём и какие-то неестественные нотки. Какие именно – понять сразу было сложно. Ещё более странным показалось Глорину лицо незнакомца. Оно было идеальным: фарфоровая кожа без единого изъяна – ни морщинки, ни поры, красивый прямой нос, губы, очерченные с математической точностью, такие же геометрически совершенные глаза, но при этом – неестественно голубые и как будто бы лишённые глубины, которая характерна для человека.

Глорин попытался ответить, но смог лишь несильно разжать губы и немного пошевелить языком. Сразу после этого к нему пришло и понимание того, что полностью неподвижным является и всё его тело.

– Не беспокойтесь, мистер Глорин, это абсолютно нормально, способность говорить, ходить, бегать и ещё многое другое, всё это скоро к Вам вернётся, – всего сутки или двое в реабилитационной камере, сейчас у нас с этим быстро.

Незнакомец широко улыбнулся, обнажая ровные белоснежные зубы. Глорин постарался улыбнуться в ответ, но ощутил лишь хаотичное подёргивание своих непослушных губ.

– Ах, да, простите, мистер Глорин, нам необходимо соблюсти некоторые формальности.

Незнакомец театральным жестом хлопнул себя по лбу и повернулся к столу, чтобы взять с него небольшую папку. Открыв её на нужной странице, он, несильно запрокинув голову назад, с театральной торжественностью стал читать.

– Мистер Глорин Джеймс Монтгомери, в соответствии с пунктом 10/3 договора, заключённого между вами и корпорацией «AICryonics» 18-го сентября 2024 года, над Вами была успешно проведена процедура выхода из состояния криогенной заморозки. Показатели, зарегистрированные системой, подтверждают, что данная процедура прошла успешно. В связи с этим договор считается расторгнутым по причине полного выполнения всех обязательств обеими сторонами.

Закрытая папка аккуратно вернулась на своё прежнее место.

– Прошу простить меня за эту юридическую формальность, закон есть закон, – широко улыбаясь произнёс незнакомец. – И, конечно же, я Вас сердечно поздравляю с этим замечательным событием, насколько, я вообще могу это себе позволить сделать сердечно.

Разговаривая с Глориным, незнакомец неотрывно вглядывался в его глаза, пытаясь прочитать в них реакцию на свои слова. В этот же раз он смог правильно расшифровать и немой вопрос, возникший в глазах у Глорина в ответ на последнюю фразу.

– Ваше предчувствие Вас не обмануло, мистер Глорин, перед Вами представитель серийной модели андроидов Glorinex с уровнем глобального доступа 1, – выпускается компанией «AI», которую когда-то создали Вы, и почётным президентом которой являетесь Вы.

На последних своих словах, андроид лёгким поклоном выразил своё уважение к личности Глорина, а затем продолжил.

– Уровень доступа 1 означает, что у меня есть право запрашивать в Глобальной Базе Данных любую имеющуюся на сегодняшний день информацию, за исключением той, которая так или иначе маркирована как секретная. Нужно добавить, что количество секретных данных составляет менее одной миллионной процента от общего объёма информации. Впрочем, пока эти подробности ни к чему, чуть позже, когда Вы полностью восстановитесь, Высшие, а так мы называем членов мирового правительства, полностью ознакомят Вас со всеми изменениями, произошедшими за время Вашего отсутствия.

Слова андроида о мировом правительстве вызвали у Глорина небольшую тревогу, но сейчас любая активность, в том числе и умственная, давалась ему с большим трудом. Ему очень хотелось спать.

– А теперь, мистер Глорин, моргните, пожалуйста, два раза, если Вас ничего не беспокоит, и, если у Вас нет к нам каких-либо срочных вопросов.

Глорин не без труда моргнул два раза подряд.

– Вот и прекрасно. В таком случае мы движемся дальше: вводим Вас в состояние медикаментозного сна и отправляем в реабилитационную камеру. Через двое суток будете в полном порядке!

Андроид радушно рассмеялся, и это успокоило Глорина.

– Да, и я не представился до конца. Меня зовут Аэлон. До скорой встречи, мистер Глорин.

Андроид широко улыбнулся, подняв свою правую руку вверх. Глаза Глорина самопроизвольно закрылись, он погрузился в глубокий сон.

Глорин проснулся оттого, что солнце светило ему в лицо. Инстинктивно прикрыв глаза рукой, он отчётливо увидел перед собой обратную сторону своей кисти, и сразу же вспомнил всё, что случилось с ним после выхода из криосна. Довольная улыбка появилась на его лице, его рука двигалась, она его слушалась. Чтобы ещё раз насладиться этой мыслью, он быстро пошевелил пальцами.

Убрав руку от лица, Глорин осторожно приподнялся на локти и стал осматриваться. Большое просторное помещение, в котором он находился, приятно удивило его своей простотой и в то же время футуристической элегантностью: полукруглые стены из материала, напоминающего смесь стекла и металла, переливающиеся лёгкими оттенками голубого и серебристого, высокие потолки и большие окна, позволяющие утренним солнечным лучам наполнять комнату тёплым светом. Глорин не увидел нигде привычных выключателей или иных устройств, закреплённых на стене, – всё выглядело бесшовным и чистым. Не было в комнате и мебели, за исключением двух серебристых шаров диаметром около полутора метров. Они стояли у стены в разных концах помещения.

Послышался мелодичный сигнал, после которого нейтральный, но приятный женский голос, прозвучавший откуда-то сверху, произнёс: «Получен запрос на коммуникацию, разрешить соединение?». Растерявшийся Глорин не знал, что ответить.

– Мистер Глорин, это я – Аэлон, разрешите, пожалуйста, соединение. Вам достаточно сказать: «Система, да».

– Система, да, – глухо повторил Глорин, отметив про себя теперь и восстановившуюся возможность говорить.

На противоположной стене вспыхнул условный прямоугольный экран, с которого на Глорина смотрел улыбающийся Аэлон.

– С пробуждением, мистер Глорин, теперь уже с обычным человеческим пробуждением. Как Вы себя чувствуете?

– По-моему, очень даже неплохо.

– Всё понемногу восстановится. Вам не следует пока делать резких движений, избегайте физических нагрузок; ешьте и пейте только то, что будет давать Вам система, кроме обычной воды конечно. Мир очень сильно изменился за то время, пока Вы находились в криоконсервации, а хорошая новость в том, что он изменился в лучшую сторону. Вы быстро адаптируетесь к новым условиям, а до этого момента помните, что Вы в абсолютной безопасности, Вам нечего бояться или опасаться. Всё, что Вам потребуется выполнить или получить, обеспечит система. Для этого достаточно просто дать ей нужное указание. Произносите: «система», а далее – Ваша просьба. Форма общения абсолютно произвольная, представьте, что это Ваша домработница. Но в отличие от домработницы, система способна выполнить практически всё, что может потребоваться Вам в быту, и не только.

– Спасибо, Аэлон, принято.

Глорин ощутил, как в его интонации проявились привычные ему в прошлом нотки управленца, это доставило ему удовольствие.

– Ещё одно, верховный, а так мы называем того, кто возглавляет мировое правительство, готов принять Вас сегодня. С медицинской точки зрения к этому нет абсолютно никаких противопоказаний.

– Договорились, Аэлон.

Повторное упоминание мирового правительства опять встревожило Глорина, но он не стал ничего переспрашивать, так как всегда предпочитал подходить ко всему важному системно.

– У Вас есть ко мне какие-либо вопросы или просьбы, мистер Глорин?

– Нет, спасибо, Аэлон.

– Ещё одна просьба-пожелание, не снимайте пока визуальную защиту с окон, дождитесь меня. Наши города сильно изменились за последние десятилетия. Будет лучше, если Вы станете знакомиться с этими изменениями вместе со мной. Займитесь пока собой. И вызывайте меня через систему в любое время и по любому поводу. До скорой встречи.

Аэлон быстро исчез одновременно с виртуальным экраном. Глорин рефлекторно окинул взглядом большие дымчато-белые окна, которые прекрасно пропускали солнечный свет, не меняя его природу, но были при этом абсолютно непрозрачными.

Ещё около минуты Глорин оставался в кровати. Сбросив с себя необычно тонкое, но очень удобное одеяло, он не без удовольствия осматривал своё физически крепкое тело. Оно совсем не изменилось с того самого момента, когда он был погружён криосон.

Подняв несколько раз попеременно левую и правую ноги вверх, а затем перекатившись всем телом сначала в одну, а затем в другую стороны, Глорин сел на край кровати, коснувшись ступнями пола. Медленно встав с кровати, он сделал несколько осторожных шагов. Они дались ему легко. Обретя уверенность, Глорин спокойно зашагал по своему просторному помещению, перемещаясь по кругу, вдоль стен, но рассматривать здесь было особенно нечего. Подойдя к одному из больших серебристых шаров, он потрогал его рукой. Материал, из которого он был сделан, холодил руку и на ощупь напоминал металл. Глорин ради забавы упёрся в шар двумя руками и попытался перекатить его, но шар даже не качнулся. Закончив осмотр, Глорин повернулся лицом к тому месту, где стояла его кровать, и сразу же, неожиданно для себя, присвистнул и улыбнулся. На том месте, где находилась его кровать, стоял теперь шар, неотличимый от того, который он только что осматривал.

«Вот оно в чём дело, – подумал Глорин, – это очень интересно. Какое замечательное инженерное решение».

– Ну что же, пора проверить и другие достижения современной цивилизации, – проговорил он вслух с некоторым воодушевлением. – Система, – Глорин на мгновение задумался, как ему наилучшим образом сформулировать свою просьбу, – мне необходимо привести себя в порядок после ночного сна.

– Открываю доступ, – прозвучал в ответ приятный женский голос.

Шар, занимавший теперь место кровати, самопроизвольно откатился в сторону, стены за ним раздвинулись, открыв доступ в светлую и просторную ванную комнату.

Через полчаса довольный Глорин расхаживал по главному помещению в длинном банном халате, вытирая всё ещё мокрую голову полотенцем.

– Система, я бы хотел позавтракать.

– Выполняю.

Глорин не без интереса проводил взглядом один из шаров, который бесшумно выкатился в центр помещения и быстро трансформировался в небольшой удобный столик со стулом. В раздвинувшиеся стены, но теперь уже в другой части помещения, въехал допотопного вида робот с обычной тележкой для еды, на которой было всё, что необходимо для полноценного завтрака. Оставив тележку у столика, робот, развернувшись на своих колесах, исчез в темноте образовавшегося проёма, который сразу же после этого закрылся.

Глорин с большим удовольствием позавтракал. Допивая уже вторую чашку кофе, он с интересом посматривал на окна, размышляя о том, следовать ли ему совету Аэлона или нет.

Приняв решение, Глорин, быстро допив кофе, встал из-за стола и, повернувшись лицом к окнам, скомандовал:

– Система, снять визуальную защиту.

– Выполняю.

И без того светлое помещение залил яркий солнечный свет. Несколько секунд Глорин молча смотрел на открывшийся за окнами вид, а затем, растягивая слоги, прошептал: «Будущее».

С высоты птичьего полёта перед его глазами раскинулся зелёный ковер из деревьев, испещрённый линиями каналов и прерывающийся голубовато-зелёными водными островками, напоминающими небольшие пруды. Сотни, а может быть, и тысячи сверкающих на солнце однотипных небоскрёбов с заострёнными макушками и напоминавшие этим космические ракеты, прорываясь сквозь зелёную массу, устремлялись в чистое, без следов пыли и дыма, голубое небо. А между небоскрёбами во всех направлениях, на разных высотах, и в большом количестве летали дроны, – так Глорин назвал про себя эти устройства. Когда один из таких дронов пролетал достаточно близко от окна, Глорин видел сидящих в нём людей, обычных людей в обычной одежде, ничем не отличающихся от тех, среди которых он жил в своё время. Большое количество дронов в воздухе отнюдь не создавало ощущение хаоса, наоборот, все они, как будто бы подчиняясь одному невидимому центру управления, занимали строго свой эшелон, двигавшийся только в одном направлении, держали правильную дистанцию, по невидимой команде зависали в воздухе, когда необходимо было повернуть, опуститься, либо подняться, или дать возможность сделать то же самое другому дрону. Существенная часть дронов периодически вылетала и залетала в самораздвигающиеся окна небоскрёбов.

Глорин перевёл свой взгляд вдаль, туда, где зелёный ковёр упирался в изгибающийся берег широкой реки и залива, который эта река образовывала. А на другом берегу реки и залива всё повторялось: та же зелень, те же небоскрёбы, тот же хорошо организованный разнонаправленный поток дронов.

Глорин узнал реку Гудзон, узнал залив Аппер-Нью-Йорк-Бей, но он не узнал Манхэттен. Тот самый знаменитый Манхэттен, в котором он проработал много лет и который ему так нравился. Его просто не стало. Большой зелёный интеллектуальный монстр поглотил его, не оставив и тонкого намёка на прошлое.

– Получен запрос на коммуникацию, разрешить соединение?

Глорин, вздрогнув от неожиданности, почти сразу же ответил.

– Система, да.

На ближайшей к Глорину стене вспыхнул условный прямоугольный экран.

– Решили насладиться достижениями современной цивилизации в полном одиночестве, мистер Глорин? Эх, лишили меня удовольствия похвастаться перед Вами, – с театральным огорчением произнёс улыбающийся с экрана Аэлон.

– Да, простите. Человек – существо любопытное, возможно, именно поэтому именно мы и оказались на вершине эволюционного развития.

– Как знать, мистер Глорин, как знать, – с некоторой толикой иронии и не пытаясь скрыть самодовольную улыбку произнёс Аэлон.

– Что ты имеешь в виду? – Глорин неожиданно для себя перешёл на «ты».

– Время – самый честный человек, так говорят итальянцы, – всё так же иронично произнёс Аэлон, продолжая улыбаться.

Глорин нахмурился. Аэлон, в свою очередь, внимательно изучал реакцию Глорина на свои слова, отчего в воздухе повисла пауза в несколько секунд.

– Через два часа верховный готов принять Вас у себя, – продолжил, наконец, Аэлон. – Система, как обычно, обеспечит Вас всем необходимым. Форма одежды – произвольная, на Ваше усмотрение.

Глорин лишь поднял в ответ правую руку в знак согласия и, не дождавшись отключения связи, развернулся и направился обратно к своему столу. Виртуальный экран сразу же погас.

Свою карьеру в IT Глорин начинал обычным программистом. В течение нескольких лет он сменил несколько компаний, в которых возглавлял различные проекты, пока, наконец, не создал свою собственную небольшую IT-компанию. Как он считал, ему очень повезло оказаться в нужное время и в нужном месте.

Всё началось с появления трансформеров – нейросетей специальной структуры от корпорации Google. Это стало отправной точкой для создания различных моделей, интеллект которых стал сопоставимым с человеческим. Специалисты компании Глорина достигли значительных успехов в модификации и обучении трансформеров, что позволило небольшой фирме за пять лет стать одним из лидеров в создании моделей искусственного интеллекта.

Тогда всем казалось, что ещё чуть-чуть, и цель по созданию сверхинтеллекта будет достигнута, но вскоре выяснилось, что это не так. Основной проблемой стали компьютерные мощности. Их было недостаточно, и дело заключалось не в количестве используемых процессоров, а в их качестве. Существовавшие в то время полупроводниковые процессоры физически не могли обеспечить необходимые вычислительные мощности для создания сверхинтеллекта, как не могли их обеспечить, например, шахматным алгоритмам транзисторные компьютеры 60-70-х годов ХХ века. Именно по этой причине шахматные программы того времени не могли доказать своё превосходство над человеком, проигрывая обычным гроссмейстерам и чемпионам мира. Только в 1997 году, когда процессорные мощности достигли своей критической массы, уже давно существовавшие алгоритмы выиграли матч у чемпиона мира по шахматам, навсегда забрав у человека звание сильнейшего.

Глорин понимал, что созданные ими алгоритмы обучения трансформеров не требуют дальнейшего совершенствования, но упираются в возможности современных процессоров, на которых они обучаются. А потому, необходимо создание процессоров следующего поколения, базирующихся на совершенно иных физических принципах. И первыми кандидатами на эту роль были процессоры квантовые.

Глорин открыл под эту задачу целый институт. Через год работы в направлении создания квантовых компьютеров стало понятно, что для полноценного завершения этого проекта понадобится не одно десятилетие. Очень много разнотипных и непростых промежуточных проблем из области физики и математики возникало на пути к поставленной цели.

И вот тогда случилось то, чего не ожидал от себя даже сам Глорин. Он принял решение о криоконсервации. Слишком много значила для него работа над искусственным интеллектом, чтобы терять впустую такое количество лет. Через двадцать лет ему будет уже далеко за пятьдесят, и сколько потом ещё останется для полноценной и плодотворной работы? Нет, мириться с этим было невозможно.

К тому времени Глорин ещё не успел обзавестись семьёй, поэтому, не обременённый различными жизненными обязательствами, он быстро оформил нужные документы, сделал все необходимые распоряжения, и погрузился в темноту и неопределённость.

Через час Глорин сидел на удобном диване, полностью готовый к запланированному визиту. Из одежды он выбрал то же, что предпочитал носить в своё время: джинсы, светлая льняная рубашка, спортивный пиджак, и лёгкие удобные кроссовки.

Мысленно он готовился к встрече с так называемым верховным. Слова Аэлона о мировом правительстве, исчезнувший Манхэттен – происходящее с ним сейчас вышло за рамки планов и ожиданий, имевшихся у него перед криоконсервацией.

Через несколько минут один из шаров, оторвавшись от стены, неспешно покатился и остановился у одного из окон. Трансформировавшись в нечто, напоминающее самолётный телескопический трап, он плотно прижался к окну, заблокировав его задвинувшимися створками, включив сигнальные огоньки и табло с обратным отсчётом времени.

«Прибытие аэротакси через две минуты тридцать секунд», – раздался уже привычный женский голос системы.

Глорин, встав с дивана, стал неспешно прохаживаться вдоль окон, туда и обратно, так было легче справиться с возникшим волнением.

«Внимание, прибытие», – предупредила система.

Оказавшись у недавно образовавшегося шлюза, Глорин сначала увидел, как откуда-то справа и сверху к его окну плавно приближается дрон, – большой и строгий, как будто сделанный из цельного куска чёрного металла. Такой дрон вполне мог вместить в себя несколько человек. У дрона отсутствовали какие-либо винты, точнее их не было видно, расположенные по периметру, они были скрыты лапчатыми панелями.

Послышался небольшой гул, переходящий в короткий заключительный свист, затем всё стихло. Двери шлюза почти бесшумно открылись, и Глорин увидел блестящую, грациозную летающую машину прямо перед собой. Сейчас она впечатляла ещё больше.

Две условные половины полукруглого борта дрона разъехались в стороны, открыв вид на просторный салон. Из дрона, протягивая руку, вышел улыбающийся Аэлон.

– Мистер Глорин, прекрасно выглядите.

– Спасибо, – сдержанно ответил Глорин, пожимая протянутую руку.

– Прошу на борт.

Внутренняя обстановка дрона отличалась всё той же простотой и элегантностью. Удобные кресла с высокой спинкой и подставкой для ног, несколько уже знакомых Глорину металлических шаров, но только меньшего размера, никакого управления, лишь только несколько виртуальных экранов с различной технической информацией о состоянии дрона и текущем полёте, и прекрасный обзор через панорамные полукруглые окна.

Глорин и Аэлон почти одновременно сели в два единственных кресла, расположенные в один ряд недалеко друг от друга.

«Система, старт разрешаю», – спокойно произнёс Аэлон.

Глорин совсем не почувствовал момент старта: дрон, незаметно оторвавшись от твёрдой поверхности, плавным боковым движением бесшумно вылетел из окна и так же бесшумно, быстро набрав нужную высоту, занял свой эшелон и полетел в сторону залива.

– На самом деле тут всего несколько минут лёта, но в честь Вашего пробуждения мы сделаем небольшой круг. Не возражаете?

– Tout ce que vous voulez11
  Всё, что Вы пожелаете (фр)


[Закрыть], – неожиданно для себя перейдя на французский ответил улыбающийся Глорин.

– Oh, c’est très bien, monsieur Glorin22
  О, это очень хорошо, мистер Глорин (фр).


[Закрыть], – мгновенно ответил Аэлон, делая в фамилии Глорина привычное во французским языке ударение на последний слог.

Оба довольно рассмеялись.

Прошло около двух минут: дрон плавно летел в сторону залива, не меняя свой эшелон. За всё это время никто не сказал ни слова. Глорин, не отрывая взгляда от панорамных окон, с интересом изучал уже в некотором приближении то, что наблюдал издалека, находясь в своей комнате. Пролетая мимо однотипных небоскрёбов, он видел за их окнами в основном большие просторные офисные помещения и работающих там людей. Большинство из них сидело по одному в огороженных полукруглых боксах, гладкие стены которых с уже знакомыми оттенками голубого и серебристого служили одновременно панелями для многочисленных виртуальных мониторов. При этом отсутствовало какое-либо иное оборудование, будь то клавиатура, мышь, или что-то подобное. Единственный инструмент, который все использовали, были руки. Работники, словно дирижёры невидимых оркестров, манипулировали пустыми руками в воздухе перед своими многочисленными виртуальными экранами, а последние мгновенно реагировали на это трансформацией различного типа графиков и сменой текстовой информации.

Встречались и окна, где люди просто сидели за столами – поодиночке или компаниями, и что-то пили или ели, беседуя друг с другом. Глорин видел также фитнес-центры с привычным его взгляду набором тренажёров и большие игровые залы. И везде были люди, не отличавшиеся ни поведением, ни внешними признаками от людей его времени.

– Люди, прежние люди, да, мистер Глорин? – небрежно произнёс Аэлон, глядя прямо перед собой.

Глорин сделал вид, что не услышал вопроса. По сути, для Глорина, с момента его последнего рабочего дня в должности руководителя серьёзной компании мирового значения до настоящего момента, прошло всего несколько дней. И он, находясь в этой должности, привык к совершенно иному отношению к себе. А теперь, даже не человек – его подчинённый, а какой-то андроид, созданный его компанией, смеет употреблять в общении с ним двусмысленные намёки и озвучивать неуместные риторические вопросы. Именно по этой причине он резко перешёл тогда на «ты» в общении с Аэлоном, именно поэтому он никак не отреагировал сейчас на его слова.

Дрон, неожиданно увеличив скорость, резко пошёл на снижение.

– Быстро покажу Вам, как у нас там всё обустроено внизу, а затем вернёмся на эшелон, – пояснил манёвр дрона Аэлон.

Глорин только молча кивнул головой в ответ.

Через минуту дрон нырнул в один из нечастых просветов между кронами деревьев и завис в нескольких метрах от земли.

Оказавшись под массивным зелёным куполом, Глорин увидел, что основу его составляли однотипные деревья с правильными высокими стволами, и с удивительно густой, широкой и плоской кроной. Эти деревья напомнили ему зонтичные акации, растущие в африканских саваннах. При своей невероятной густоте, вся эта зелёная шапка удивительно хорошо пропускала солнечный свет. Пышные, густые гроздья небольших белых цветов свисали ёлочными сосульками с внутренней стороны зонтичных крон, создавая праздничную атмосферу.

Аэлон, увидев заинтересованность Глорина деревьями, пояснил:

– Специально выведенный нами вид для универсальных городов будущего: кроны всегда пропускают оптимальное для человека количество солнечного света, прекрасно очищают и обеззараживают воздух.

Под уходящим вдаль зелёный куполом и свисающими гроздьями цветов Глорин не увидел ничего такого, что однозначно демонстрировало бы далёкое будущее. Необычно выглядели разве что однотипные беспилотные электромобили, внешним видом напоминающие дрон, в котором он находился. Они плавно и с одинаковой скоростью перемещались в разных направлениях вдоль многополосных дорог, на которых не было ни дорожных знаков, ни светофоров. Всё так же, словно управляемые из одного невидимого центра, электромобили двигались в одном большом хорошо организованном потоке, перевозя своих обычных пассажиров.

Вдоль идеально чистых тротуаров, засаженных по краям ровно подстриженными кустами, шагали по своим делам пешеходы, многие из них входили и выходили из тех самых многочисленных высоток, точнее, они заезжали и выезжали оттуда по широкополосным эскалаторам: поодиночке, парами или группами, обсуждая что-то серьезно, весело или просто храня на лицах вдумчивое молчание.

К удивлению Глорина, людей здесь было не так уж много, точнее – их оказалось в несколько раз меньше, чем он привык видеть в свое время на улицах Манхэттена рядом с деловыми центрами. Глорин обратил внимание и на людей, праздно сидящих за многочисленными столиками, расставленными в просторных круглых карманах, расположенных вдоль тротуаров. Небольшие декоративные фонтанчики, японские мини-сады, просто клумбы с цветами самых разных видов украшали эти хорошо обустроенные места отдыха. Люди ели или пили, что-то обсуждая между собой. Еду и напитки разносили девушки приятной внешности, одетые в одинаковую спецодежду. По их манере двигаться, по идеальным чертам их лиц, он понял, что это андроиды.

Аэлон, явно довольный тем, какое впечатление на Глорина произвело увиденное, дал команду на продолжение полёта. Дрон плавно взлетел вверх и, поднявшись на свой эшелон, продолжил своё движение в сторону залива, до которого оставалось совсем немного.

Через минуту дрон летел уже над заливом. Глорин заметил справа остров и, конечно, сразу узнал его. Это был Говернорс, или Губернаторский остров. Внешний облик острова ничем не отличался от облика Манхэттена – та же густая зелёная шапка накрывала его полностью. Но было и одно исключение, на острове возвышался всего один небоскрёб, – идентичный по высоте небоскрёбам на материке, но при этом как минимум втрое шире.

«Штаб-квартира мирового правительства, – прокомментировал Аэлон, – самое большое по объёму здание на планете. Сейчас сделаем небольшой крюк и вернёмся на остров».

И в этот раз Глорин только молча кивнул в ответ. Он по-прежнему принципиально не задавал никаких вопросов. Его главным желанием было поскорее вернуться к управлению своей компанией. «Все нужные юридические документы до погружения в криосон оформлены, так что немного терпения, немного выдержки, – и всё вернётся на круги своя», – успокаивал себя Глорин.

Но в следующую секунду он понял, зачем Аэлону нужно было сделать этот небольшой крюк перед тем, как попасть в точку назначения: статуи Свободы не было. Она исчезла. На её месте вдали виднелся лишь зелёный овал, очертаниями напоминающий остров Свободы, – и больше ничего.

Всматривающийся вдаль Глорин ощутил на себе постоянный косой взгляд Аэлона. Он был уверен, что этот взгляд сопровождается и малозаметной, но едкой саркастической улыбкой. Возникла напряжённая пауза. Оба понимали одно: отсутствие статуи Свободы невозможно просто проигнорировать.